Текст книги "Мой ад (СИ)"

Автор книги: Виктория Вашингтон

Соавторы: Екатерина Юдина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

13

Когда чёрная машина медленно подкатила к воротам, я ощутила, как всё внутри меня напряглось до предела. Как будто из тела вытащили жилы и натянули их до хруста. Отец приехал.

Я вышла на крыльцо раньше, чем охрана успела доложить. Пальцы дрожали, хоть я и не хотела этого признавать.

Он вышел из салона. Высокий, статный, с безупречностью, которую в нём не могли сломать даже годы. Лёгкая серая седина на висках только подчёркивала его хищную, харизматичную внешность. Его глаза – холодно-серые, как закалённая сталь, – сразу нашли меня.

– Рейра, – голос прозвучал низко, хрипло от напряжения. – Как ты? Где дети? Что он вам сделал?

Я открыла рот, чтобы ответить, но вместо этого просто шагнула вперёд. Он сразу же пристально осмотрел меня. Прикоснулся к плечам и взглядом прошелся по всему телу, будто хотел убедится, что на нем нет никаких повреждений. А после наши глаза встретились и он смотрел так, будто хотел прочитать в них все, что случилось.

– Он тронул тебя или детей? – его голос звучал сдержанно, но каждое слово ощущалось, как раскат грома. Спокойствие в нём было натянутое, хищное.

Я качнула головой, прижимаясь щекой к его груди.

– Нет. Ни меня, ни их.

Он немного отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза. Взгляд был тяжёлый, читающий.

– Где они?

– Наверху. Спят. Я не подпускала его к ним. Ни на шаг.

Ровно в эту секунду начал капать дождь.

– Давай зайдем в дом, – я бросила взгляд на входную дверь.

***

Мы вошли в дом молча. Отец шёл за мной, сдержанный, тяжёлый в шаге, но я почти физически ощущала, как внутри него всё кипело. Но стоило нам закрыть за собой дверь – тишина стала глухой, давящей.

– Теперь, – проговорил он, не громко, но так, что воздух в прихожей словно затрещал, – объясни. Всё. С самого начала.

Я обернулась, посмотрела на него. Его челюсть была напряжена. Но главное – он сжимал в кулаке чёрный перчаточный материал. Возможно, только так он удерживал внутри себя терзающие эмоции.

– Ты говоришь, что все нормально, но по фотографии, которую я получил от Ашера – так не скажешь.

Я застыла. Сжала губы. Этот снимок был унизительным. На нём я стояла на коленях, в порванной одежде. И Ашер отправил это ему лично. Целенаправленно. Чтобы ударить больнее. Чтобы показать на что способен.

– Это было не то, о чем ты мог подумать. Он не прикасался ко мне и не причинил вреда.

Я прошла чуть дальше, в гостиную, и сжалась, когда за спиной послышался его шаг. Отец не сел. Просто стоял позади, глядя в спину, ожидая продолжения. Я повернулась, опираясь рукой о спинку кресла, чтобы хоть как-то удержать дыхание ровным.

– Он схватил меня… потому что я подожгла его отель, – выдохнула я наконец.

Лицо отца не изменилось. Ни на йоту. Но я знала, что это – лишь маска. За ней бушевало всё.

– Подробности, Рейра, – он не сводил с меня цепкого, проницательного взгляда. – Не заставляй меня вытаскивать из тебя по одной фразе в минуту.

– Я… – я отвела взгляд, вцепившись в цепочку на шее. – Я встретилась с подругой. Не знала, что это отель Денора.Просто… поехала туда. Всё вышло… слишком быстро, – пытаясь собраться с мыслями, я рассказала отцу все о том, что случилось в тот вечер, ничего не скрывая.

Тишина. Тишина, от которой звенело в ушах. Взгляд отца проназал своей мрачностью, когда я говорила о том, как меня пытались затащить в номер.

– И Ашер тебя нашёл после произошедшего?

– Нашёл. – Я подняла на отца глаза. – Он не тронул меня. Не избил, не причинил вреда, хоть имел возможность, – наверное, я говорила это чтобы смягчить отца перед всем тем, что ему предстояло узнать.

Он шагнул ближе. Его глаза были словно два куска льда – холодные, безжалостные. Но в глубине… в глубине было иное. Отцовская ярость, смешанная с тревогой.

Я видела, как он снова и снова рассматривает меня, будто пытается понять, точно ли полностью цела.

– Он выставил тебя передо мной так, будто ты… – он не закончил. Грудная клетка под строгой рубашкой тяжело вздымалась. – Ради чего? Что именно он у тебя требовал?

Я шумно выдохнула. Веки дрожали.

– На тот момент я его мало интересовала. Ашер просто использовал меня, как приманку. Он хотел встретится с тобой. И с тебя требовать за то, что я нанесла ущерб его бизнесу.

Отец стиснул кулаки так, что костяшки побелели.

– Понимаю, что сейчас мои слова прозвучат дикостью, но я заключила с ним перемирие, – мне нужно было хоть как-то сбавить напряжение, которое образовалось после последней фразы. – После того, как он… Когда я сбежала, он снова меня нашел и тогда увидел детей.

Отец резко замер. Переживание за меня и детей честно улавливалось в нем даже сейчас, когда он видел, что я цела.

– Аш теперь знает, что они его, – отец просто констатировал факт.

Конечно же, он изучал особенности альф, когда стало понятно, что Денор является им. И было ясно, что альфа не может не признать своих детей. Они улавливают это по одному запаху.

– Да. Сразу понял это. – Я опустила голову.

– Он пытался к ним приблизится? – голос отца прозвучал с хриплой медленностью, – Требовал от тебя что-то связанное с детьми?

– Нет. Он даже… – я вскинула взгляд. – Он даже спросил, чем они интересуются. Он хочет знать, какие у них привычки. В чём они нуждаются. Убрал часть своих людей. Дал слово, что не причинит им вреда.

Отец обошёл меня, прошёл к окну, молча посмотрел в улицу, в вечерний мрак. Его спина была как камень. Ни одного лишнего движения. Только сдержанное, пульсирующее напряжение.

– Получается, ты решила закрыть глаза на все, что было раньше? – Отец повернулся ко мне, окинув внимательным взглядом, будто пытался уловить каждую эмоцию.

– Нет. Но я пока не вижу другого выхода, как пойти на это, чтобы не было хуже.

Он смотрел на меня долго. А потом, медленно, очень медленно кивнул.

– Я люблю тебя, Рейра, – более мягко произнес он. – Но сейчас не до конца понимаю твоих поступков. Может, ты думаешь, что я не могу скрыть тебя от него, как делал это многие годы?

– Ты что, – я сделала глубокий вдох. – Просто…Это еще не все, что ты должен знать.

Отец поднял на меня взгляд, будто хотел считать все, что я собираюсь сказать.

Я видела в нем тепло, хоть ему и не были понятны мои поступки.

А я сделала глубокий вдох, будто собиралась прыгать с обрыва в ледяную воду.

– Я истинная Ашера, – меня будто прострелило разрядом тока от собственных слов и я сжалась, ожидая реакции отца.

Та мрачность, что отразилась на его лице проняла до костей. Он был не готов к этим словам, они явно шокировали, хоть внешне, как и всегда отец держал эмоции под контролем. Но все читалось в глазах, где бушевал ад.

Сбиваясь, но я рассказала ему все. Про то, что Карен Денор оказалась лжеистиной и о том, что мы с Ашером уже были в центре, где подтвердили нашу связь.

Закончив, я инстинктивно потянулась к метке.

Отец подошёл ближе. Его взгляд опустился на мои руки, на запястья. Потом снова встретился с моим. Глубоким, напряжённым.

Хотя, даже не знаю, в ком их нас сейчас плескалось большое эмоций.

– Ты знала, что он твой истинный, – он не спрашивал. Ему хватило зрительного контакта, чтобы понять это. – Сколько времени, Рейра?

Я опустила глаза. Горло сжалось судорогой.

– Четыре года. С того самого момента, как мы провели вместе ночь.

– Четыре года, – он повторил тихо. Но в этой тишине было больше, чем в любом крике. Ощущалась обида. – Ты врала мне столько времени. Молчала. Всё это время. Зачем? Неужели думала, что я не смогу понять?

Я стиснула зубы.

– Я просто боялась. Потому что я не знала, как ты отреагируешь. Я не хотела, чтобы ты…

– Чтобы я что? Знал правду? – он шагнул назад.

Молчание между нами стало тяжелее воздуха. Я не знала, как объяснить. Как оправдаться. Может, и не было оправдания.

Он закрыл глаза, сдерживая что-то внутри.

– Не хотела, чтобы возненавидел его еще сильнее.

– Я не ненавижу его. Никогда не ненавидел. Но семьи с нас, к сожалению, так и не получилось.

Я кивнула. Глухо. Едва дыша.

– Это все, что я должен знать? Я хочу чтобы ты доверяла мне, – произнёс он спокойно, но я ощущала по голосу, что мое вранье задело его отцовские чувства.

– Я больше ничего и никогда не скрывала от тебя, пап, – произнесла на выдохе.

Я не могла исправить прошлое, но сейчас мне было дико стыдно за то, что с самого начала я не набралась смелости сказать ему правду.

– Теперь я понимаю, почему ты решилась на это перемирие. И мне нужно хорошо все обдумать и решить, как стоит поступать дальше. Тебя и внуков я не позволю обидеть никому, – он заявил это с такой уверенностью, с которой никаких сомнений не оставалось. – А сейчас пойдем. Я соскучился по малышам.

14

Я сидела на полу в гостиной, окружённая бумагой, карандашами, баночками с гуашью и двумя самыми любимыми в мире людьми. Клэр стояла рядом, с краской, которой измазала нос, и раскрашивала хвост розового дракона, которого, по её словам, зовут Пончик. Она придумала ему имя сама, как только мы сели рисовать.

– Мама, а у Пончика может быть леденец вместо хвоста? – серьёзно спросила она, держа кисточку, как будто сейчас создаёт шедевр, за который получит медаль.

Я улыбнулась.

– У Пончика может быть всё, что угодно. Даже леденец вместо хвоста.

Клэр фыркнула и хихикнула, а потом, вытянув язык, продолжила работу. Её волосы были собраны в два хвостика, но к этому моменту уже почти растрепались, и прядь за прядью выскальзывали на лицо.

Даймон сидел чуть поодаль, скрестив ноги и сосредоточенно выводя линии. Он рисовал меня. Я узнала это, когда увидела, как он аккуратно выводит пряди длинных волос и добавляет серьгу в левом ухе. Он работал тихо, сдержанно, почти не поднимая головы. Его язык выглядывал из уголка рта – признак крайней сосредоточенности.

– Что у тебя получается, малыш? – наклонилась я ближе.

Он не поднял головы.

– Тебя лисую. Чтобы повесить на кловатью.

Я замерла. Грудь сжало от тепла и боли одновременно. В такие моменты я вспоминала, ради чего терпела всё. Ради кого жила. Ради кого продолжала вставать по утрам, даже когда казалось, что весь мир рушится.

– Это очень красиво, Даймон, – прошептала я и поцеловала его в макушку.

Он тихо фыркнул и продолжил рисовать. Его пальцы были в чернильных разводах, но движения точные, выверенные. У него был свой порядок во всём, своя система. Он всегда работал молча. Не требовал похвалы. Не пытался казаться лучше. Он просто делал.

Клэр, напротив, была бурей. Через пять минут она уже сидела на полу, растопырив ноги, и пыталась убедить Даймона, что у его рисунка не хватает «волшебства».

– Ты забыл добавить бабочек, – заявила она.

– Мама не носит бабочек в волосах, – хмуро ответил он.

– Но она могла бы! – не унималась Клэр, при этом завороженно разглядывая его рисунок.

– Клэр, давай сделаем бабочек на твоём драконе? А у Даймона – будет портрет.

Она задумалась, потом кивнула и снова вернулась к своему Пончику, который теперь был покрыт пятнами леденцов, сердечек и звёздочек. Она рисовала без правил. Так, как ей хотелось. А Даймон подходил к ней и помогал открывать каждый новый цвет баночки с гуашью.

Минут через двадцать мы все трое были перемазаны краской. Даже я. Смех. Хлопанье ладоней. Пальцы, слипшиеся от гуаши. Это был тот самый хаос, в котором пряталось настоящее счастье.

– Всё! – заявила Клэр. – Пончик закончен. Тепель он пойдёт спать.

– А я? – с улыбкой спросила я.

– Ты – позже. Ты взлослая.

Я усадила их обоих на диван, принесла влажные салфетки и принялась вытирать им ладони. Они не сопротивлялись. Наоборот – устроились поудобнее.

Мысленно я понимала, что через сейчас нам еще придется идти отмывать это водой, но пока было достаточно и этого.

Клэр легла ко мне на колени, уткнулась носом в мой бок и начала напевать себе под нос. Даймон остался с другой стороны, поджав ноги и держа в руках свой рисунок.

– Мама?

– Ммм?

– Тебе нлавится?

Я расплылась в улыбке.

– Конечно, у тебя получилось прекрасно.

Он кивнул. А потом протянул мне рисунок.

– Тогда повесь его над моей кловатью.

Я обняла его. Крепко. Молча.

***

День тянулся бесконечно – лишние нервы давали о себе знать. Я не выпускала детей из поля зрения, и каждый их шаг был под моим контролем. Мы завтракали вместе, читали книги, играли, рисовали – и всё это время я ловила себя на ощущении, что нахожусь в осаде. Снаружи дом всё ещё контролировался людьми Денора. Он не нарушил своего слова: большая часть охраны исчезла с глаз, но я-то знала – они были рядом. Он был рядом.

Я уложила детей на дневной сон и, не выдержав, вышла на крыльцо. Вечер ещё не наступил, но воздух был прохладным и леденящим.

Я вздрогнула, когда осматривая быстрым взглядом территорию наткнулась на Денора. Осознание ошпарило нервные окончания.

Он ждал. Прислонившись к капоту своей машины, как будто просто проезжал мимо и решил увидеться. Спокойный, уверенный, что только сильнее разбивало меня вдребезги изнутри.

Единственное, что радовало – отсутствие отца сейчас. Он провел половину дня вместе со мной и детьми и поехал по срочным делам на пару часов.

Я подошла. Медленно. Не спеша.

– Мы не договаривались, что ты приедешь сегодня, – сказала я, прежде чем он успел что-либо произнести.

Он оторвался от размышлений и повернул голову ко мне.

– Ты сказала, что подумаешь.

– Я подумала. Сегодня – нет. Дети только начали привыкать к новому месту. Они чувствуют напряжение. Я не могу позволить им ещё одну встряску.

Он ничего не ответил сразу. Просто смотрел на меня так, будто пытался сжечь одним взглядом. Как будто в моих словах были не причины, а отговорки.

– Я не враг им, Рейра, – его тон резанул резким холодом. – И имею право на встречу.

– Но ты – угроза. Пока я не уверена в обратном, я не пущу их к тебе.

Он собирался что-то сказать, но вдруг…

– Мамочка, – раздался голос позади. Маленькие ножки затопали по деревянному полу веранды. – Я не могу найти жёлтый кубик! Он под диван закатился!

Клэр. Конечно, Клэр. В этом плане она была упертой. Редко спала днем, когда должна.

Я резко обернулась.

– Клэр, ты же должна спать…

Она уже стояла на пороге. А моя реакция заострилась на том, как Ашер её рассматривал. Как его взгляд скользнул по её огромным, немного сонным глазам, по помятой от сна пижамке, по растрепаным волосам.

Я не знала, что он сейчас чувствует, но было очевидно, что в его взгляде читается слишком много эмоций.

– Мамочка, – тише, – а кто это? Он уже плиходил.

Я шагнула к ней, присела, аккуратно взяла за плечики.

– Это просто… знакомый. Он уже уходит.

– Ага… – Клэр не сводила глаз с мужчины. Было видно, как она его изучает. Маленький, умный взгляд – любопытный и осторожный.

Ашер тоже не двигался. Он все еще смотрел на неё… причем, его взгляд был немного иной, чем обычно. В этот момент в его глазах не было холодной расчётливости. Только немой шок, почти теплый. Как будто он не поверил, пока не увидел сам.

– Жёлтый кубик? – вдруг спросил он, медленно опускаясь на корточки. – Это часть конструктора?

Клэр кивнула. Осторожно. Словно ожидала подвоха.

– Хочешь, помогу найти?

– Нет. Я сама. Я сильная, – буркнула она, отводя взгляд.

Я успела обрадоваться, но она резко подняла вновь глаза прямо на Ашера и заговорила:

– Хотя…Кубик закатился далеко, а у тебя длинные луки, – она начала о чем-то размышлять. – Так, все, лишено, ты мне поможешь.

На этих словах я ощутила, как тело буквально прострелило. Это было слишком неожиданно и я даже не знала, как реагировать.

– Нет, Клэр, – я отрицательно качнула головой. – Ему уже пора ехать по своим делам. Я сама тебе помогу.

– Ну мамочка, он сам пледложил, – Клэр неожиданно выскочила с крыльца и подойдя к машине взяла за руку Денора. – Пошли.

15

Входя в дом, я ладонью до онемения сжала дверную ручку. Чувствуя, как сердце сначала забилось рваными обрывками, а затем вовсе остановилось, рухнув куда-то вниз.

Клэр понятия не имела, какое чудовище она сейчас держала за руку, а у меня от волнения в груди все сжалось и нервы натянулись словно струны. Так, что я собственного тела не чувствовала, но, неотрывно наблюдая за Ашером и дочерью, была готова в любой момент сорваться с места, подхватить Клэр на руки и унести от Денора. Сделать все, что угодно, лишь бы защитить ее. Ведь за все прошедшие годы он у меня уже ни с чем помимо опасности и кровожадности не ассоциировался, а сейчас рядом с ним находилось самое ценное, что есть в моей жизни. Мой ребенок.

– Пойдем, давай быстлее, – командным тоном приказала Клэр. Она выглядела максимально серьезной. Так, словно они собирались на важную экспедицию, в которой отвечала за успех, из-за чего не терпела промедления.

А у меня от этого вовсе мысли вспыхнули и я, посмотрела на Денора с той опаской, из-за которой даже дышать не могла.

Но увидела то, чего вообще не ожидала. То, что у меня в голове не укладывалось. Ашер послушно шел за ней. Словно целиком и полностью позволял собой командовать. Более того, казалось, что был настолько осторожен, что даже сам на себя не был похож. При этом, практически не дышал и неотрывно смотрел на Клэр. Шел подстраиваясь под крошечные шаги дочери и руку держал так, чтобы ей было удобнее своей маленькой ладошкой держаться за нее.

– Вот. Кубик под этим диваном, – Клэр указала на один из диванов в гостиной, только после этого отпуская руку Денора.

– Я его отодвину. Отойди немного, чтобы я тебя случайно не задел, – Ашер кинул на диван лишь один короткий взгляд, после чего вновь посмотрел на Клэр. Он это делал практически беспрерывно. Рассматривая ее маленькое личико, глаза такого же цвета, как и у него, черные, сейчас немного растрепанные волосы, собранные в два хвостика.

Клэр запрыгнула на диван и разлеглась на нем.

– Все. Можешь двигать. Так ты меня не заденешь.

Ашер положил ладонь на спинку дивана и буквально на мгновение мне показалось, что на его губах возникла улыбка. Еле заметная. Возможно, она вовсе мне лишь привиделась, ведь в следующую секунду альфа повернул голову.

Денор с легкостью, без каких-либо усилий, отодвинул диван и Клэр это привело в восторг.

– Ого, ты такой сильный! Ты много ешь? Да? Мама говолит, что чтобы быть сильной, нужно много есть. Еще и овощи, – на последних словах Клэр поморщилась. – Я люблю помидолы, а вот капуста фу.

– Значит, капусту ты не любишь? А что тебе нравится помимо помидор? – Денор наклонился, и достал деталь кубика, после чего протянул его Клэр. – Держи.

– Да много чего. Клубнику люблю. Яблоки, моложенное. Но его мне много нельзя. От сладкого полтятся зубы, – Клэр лежа на животе, ладошками подперла голову. – А еще я люблю апельсины и молковку.

Ашер присел рядом с ней на корточки, внимательно слушая. А Клэр, окинув его взглядом, спросила:

– А что ты ел, лаз вылос таким большим? Я тоже так хочу.

– Даже, если я для этого ел капусту? – Ашер взял игрушку с пола. Это была машинка Даймона. Альфа покрутил ее в ладонях, внимательно рассматривая, пальцем проводя по сломанному колесу и вновь поднимая взгляд на Клэр.

Дочь после слов Денора поморщилась и надула губы.

– Нет, на такие стладания я не готова. Я найду длугие валианты стать большой. Буду есть кабачки.

– Ты говорила, что сильная. Неужели проиграешь капусте? – Ашер спросил это мягко. Положив свою огромную ладонь на диван.

Клэр нахмурилась и маленькими пальчиками постучала по подушке.

– Нужно подумать. Может и буду ее есть понемногу.

Она села на диване и потянулась, посмотрев на те детали конструктора, которые лежали на полу.

– Тебе еще с чем-нибудь помочь? – спросил Денор, замечая ее взгляд.

– А, давай. Поможешь мне соблать замок. Принеси вон те кубики, – приказным тоном сказала дочь, указывая на детали конструктора, лежащие рядом со столом. И Ашер беспрекословно их ей подал. Осторожно раскладывая кубики на диване.

Клэр тут же принялась дальше руководить процессом «стройки».Объясняя, что у замка будет дверь и три башни. Давая руководства Ашеру. И он старался делать так, как она говорила, а мне даже ущипнуть себя захотелось. Я вообще впервые видела, чтобы Денором кто-то командовал и это делала трехлетняя девочка.

Но, замечая то, что Клэр начала сонно зевать, я вырвала себя из вихря мыслей и заставила себя вернуться в реальность.

Подойдя к ним, я тоже присела рядом с дочерью на корточки.

– Милая, тебе нужно поспать. Ты ведь знаешь, что сейчас время обеденного сна.

– Но я не хочу,– сказала Клэр вновь сонно зевая и потирая глаза маленькими ладошками. – И мы замок стлоим.

– Вы позже его закончите, а сейчас, пойдем, я тебя уложу обратно в кровать. Иначе ведь ты потом весь день будешь сонная.

– Дядя еще плидет к нам? – спросила она, посмотрев на Денора.

– Конечно, – Ашер осторожно взял ее за ладошку, помогая встать с дивана.

– Классно. Я буду ждать. А… Точно, делжи. Это тебе за помощь, – Клэр всунула в ладонь Денора своего плюшевого кролика. Одну из ее любимых игрушек и я даже не сразу поверила, в то, что она действительно его отдавала. – А как тебя зовут?

– Ашер, – Денор принял подарок, беря кролика, так, словно он был чем-то хрупким.

– Класивое имя. А, знаешь, кого ты мне напоминаешь? Ты похож на моего блата. А… получается и на меня. А еще ты на дедушку похож, – произнесла она уже совсем сонно, положив голову мне на плечо. А у меня от этих слов оборвалось биение сердца и я, бережно придерживая дочь, понесла ее на второй этаж. Больше не оборачиваясь.

Занеся Клэр в детскую, я уложила ее на кровать. Укрыла одеялом и мягко гладя по голове, смотрела, как дочь закрыла глаза и уже вскоре заснула. Но сердце все равно не унималось. Билось практически безумно.

***

Возвращаясь на первый этаж, я старалась как можно осторожнее спускаться по лестнице. Этот дом хороший и просторный, но все-таки постройка старая и имелись кое-какие минусы. Например, несколько ступенек достаточно громко скрипели. Я до сих пор не могла запомнить какие именно, но всячески пыталась не создавать шум, из-за которого Клэр могла бы вновь проснуться.

В обеденное время вся гостиная была залита яркими лучами солнца, но, босыми ступнями проходя по теплому деревянному полу, я почувствовала то, что атмосфера тут была такой, что, касаясь кожи, она рассыпала по ней острые мурашки. Заставляла сердце биться чаще. Настолько мощно, словно вовсе желало вырваться из груди.

И, делая еще несколько шагов, я поняла, что Денор так и не уехал. Он сидел на том же диване, на котором до этого Клэр воодушевленно собирала конструктор и держал в руках игрушку, которую она ему дала. Плюшевый кролик в огромных, страшных ладонях альфы казался совсем крошечным. И вообще выглядел несовместимо с Денором.

Ашер большим пальцем медленно провел по хвостикам на плюшевой игрушке, которые Клэр делала своими руками. Возможно, это было понятно с первого взгляда, ведь резинки были завязаны неравномерно и немного косо, так, что волосы кролика, сделанные из розовых ниток, выбивались, но все равно видно, что над ними изо всех сил старались.

Не доходя буквально несколько шагов до стола, я остановилась. Видя, что Денор оторвал взгляд от игрушки и перевел его на меня.

– Пойдем на кухню, – произнесла совсем тихо, жестом показывая, что нам лучше не создавать шума.

Когда мы вошли в нужную комнату, я потянулась к ручке на двери, чтобы закрыть ее, но случайно грудью соприкоснулась с торсом Ашера. Тут же отстранилась, не понимая, почему альфа остался стоять на месте. Мне ведь показалось, что он уже прошел дальше.

– Ты понравился Клэр, – произнесла на выдохе, все же закрывая дверь. Делая вид, что этого нашего соприкосновения не было. – Это одна из ее самых любимых игрушек.

Я посмотрела на кролика, которого Денор все так же держал в ладони.

– Хочешь кофе? – предложила, но быстро себя поправила: – То есть, чай. Вы, альфы, ведь не пьете кофе.

Ашер сел на диван. Коротким взглядом окинул комнату и вновь посмотрел на меня.

– Хочу.