Текст книги "О бедном мажоре замолвите слово 2 (СИ)"

Автор книги: Виктор Викторов

Соавторы: Виталий Останин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Картошку тут определенно копали. Половину посаженного, считай, из земли вынули. Делали это впопыхах, небрежно, оставляя всякую мелочь и забирая лишь крупную и целую. Вот только почему она решила, что это именно инопланетяне?

– Я, когда первые рядки подняли, на ночь засаду устроила, – стала рассказывать она. – Глаз не сомкнула, прямо вот из окна глядела на огород. И никого не было. А на утро вышла – еще три рядка выкопали! И на следующую ночь так же! Не веришь – сам оставайся, увидишь!

Устраивать засаду на похитителей картофеля я не собирался. Но прошелся по перекопанной земле, рассчитывая хотя бы найти следы. Не пришельцев, нет. Сапог. И – ничего не обнаружил.

То есть, следов было множество, но все нечеткие, будто их после кражи заметали. Надо же какие предусмотрительные!

– Думаешь, я задремала и не заметила, да? – тем временем зудела над ухом старушка. – Я, сынок, почти пятнадцать лет сторожем проработала на хозяйственном складе. У меня всю жизнь сон чуткий да глаз острый. Точно бы не проворонила! Не было никого ночью, точно тебе говорю. А как рассвело – и картохи не стало! Вот как такое объяснить, а?

«Магия!» – едва удержался я, чтобы не выдать саркастичное замечание. А потом задумался.

Магия существует. В этом мире, она неотъемлемая часть жизни. И мои шуточки этого не изменят. Да, согласен, копать у бабки картошку с использованием магии, это тот еще сюр. Но чем черт не шутит, когда бог спит?

Тем более, что магических способов укрыться от бдительного ока бабы Нюры было не мало. Отвод глаз или иллюзия – самый очевидный.

Ну-у… допустим.

Тем более, что проверить версию труда не составляло. После любого применения магических конструктов остаются следы. Всегда – энергия не возникает ниоткуда и не уходит в никуда. Кроме тех случаев, когда ее не подчищают специально. Но даже в этом случае остается некий слабый энергетический перегар.

Я к числу узких специалистов, способных поднять манослед в любых обстоятельствах, не принадлежал, но кое-что мог, все-таки. Поэтому просто переключился на магическое зрение и послал на грядки «ветерок». Мой любимый и безотказный ученический прием, по сути просто направленный выброс силы. Или маны, на местном если.

Легкий порыв воздуха прошелся по перекопанной земле, заставив ее слегка замерцать. Конфликт энергетических потоков, если по-книжному. Моя мана столкнулась с остатками той, что применяли воры, и дала такой эффект.

Бинго! Как бы бредово это не звучало, но картошку на огороде бабы Нюры копали одаренные. И прикрывали свои темные делишки заклинанием иллюзии. Ну, скорее всего – точнее только эксперты скажут.

– Ну что, лейтенант? – попутно повысив меня в звании, произнесла Анна Петровна. Это ее полное имя, если что. – Пришельцы? Верно я говорю?

Моих манипуляций с энергиями она не видела, но понимала, что я каким-то образом проверяю ее версию. А потом еще и по лицу считала реакцию. Редкостной наблюдательности бабка!

– Хуже, баба Нюра, – ответил я, всеми силами стараясь не заржать. – Гораздо хуже. Маги!

Глава 5

Спустя сорок минут беседы со словоохотливой бабулей я уже знал о дачном поселке всё. Кто где живет, с кем спит, кто самогонку гонит и к кому внуки на лето приезжают.

Но главное – я выяснил, какие дома в округе пустуют. Зачем? Да все просто!

Картошку копали потому, что кто-то очень хотел жрать. Другого не дано. Нет, конечно это еще могла быть чья-то злая шутка, цель которой напугать старую сплетницу, но… Не верю! Слишком замысловато. В основном потому, что грабили старушку с помощью магии – это поначалу и сбивало с толку.

Даже я, со своими скудными знаниями в данном вопросе понимал, что заработать денег для человека с магическими способностями – раз плюнуть. И для этого не нужно обносить грядки. Этот факт приводил к единственному закономерному выводу – у неизвестного похитителя других способов добыть пропитание не было. А значит, если исключить местных, которым картошка нафиг не сдалась (да и магов среди них не было), остаются гастролёры, с большой долей вероятности засевшие в одном из пустующих домов.

Классика, можно сказать, но с поправкой на магию. Сколько я таких бомжей под Питером из дачных домиков выковырял – даже не посчитаю!

Дачный поселок имел довольно четкую планировку: прямые улицы, расчерченные будто под линейку, практически одинаковые участки земли и отсутствие асфальта. Вмещал в себя около шестидесяти домов. Из них, в это время года, около двадцати пяти были жилыми на постоянной основе.

Остальные использовались по выходным, когда хозяева, проживающие в городе, сюда выбирались. Из этой массы выбивалось около пятнадцати участков, на которые их владельцы либо не приезжали очень давно, либо наведывались, но очень редко, с целью инспекции на сохранность.

Именно их я решил проверить в первую очередь.

Удача улыбнулась мне через полчаса.

На подходе к одному из таких дворов, кожу на руках и лице внезапно обдало ледяным дуновением. Можно было бы и не заметить, списав на случайность, но именно чего-то подобного я и ожидал. Сомнений быть не могло – это именно тот дом, который мне был нужен.

В очередной раз за сегодняшний день сформировал «ветерок», вложил в него малость «маны», и направил его в сторону крепкого деревянного забора, давно нуждающегося в ремонте.

– И почему я не удивлён? – удовлетворённо хмыкнул я, снова рассмотрев знакомое мерцание, только на этот раз гораздо более интенсивное.

Ну, здесь-то были не остатки применения магии, как у бабы Нюры в огороде, а полноценное, все еще работающее заклинание. «Полог», если я не ошибаюсь. Иллюзия, скрывающая всё, что происходит за невидимым барьером.

Одна и та же школа на заброшенном деревенском доме и на бабкином участке. Совпадение? Не думаю!

«Полог» заклинание не боевое и не защитное. Просто отвод глаз или, по умному – преломление световых волн особым образом. Этот образец, к тому же, еще и был слабеньким, маг посильнее меня мог бы сквозь него смотреть, как через мутное стекло.

Но мне и в этом нужды не было. Накинув на всякий случай защиту – кто-то же в домике живет, и вряд ли будет рад вторженцу – просто перешагнул невидимый рубежи и оказался внутри.

Бинго!

Целых три человека сразу же попались на глаза, стоило оказаться во дворе. Мужчины разного возраста. Мирно сидящие за столиком возле крыльца, и беззаботно режущиеся в карты. Пасторальная такая картина.

Один из них, сидевший лицом к калитке, при моем появлении сделал удивленное лица. Тронув одного из партнёров по игре за плечо, он первым поднялся на ноги. Спустя секунду, вся троица была уже на ногах.

Как удачно, что с зачислением в штат, я получил и табельное оружие. Кому-то может показаться, что входить в чужой двор с готовым к стрельбе пистолетом – это перебор, но, боюсь этот кто-то не учитывал «покрова». Хозяева и даже безопасные сквотеры, так не действуют.

Зайди я к ним с одним своим «ветерком», эффект был бы совсем другим. А так напряглись сразу, зыркают зло. По внешнему виду мужчин, и их не испорченных интеллектом лицам, становилось ясно, что даже ствол их не особо пугает. Короче, эти черти будут брыкаться – к бабке не ходи.

– Замерли! – скомандовал я. – Вечер в хату, сидельцы. Не дёргаемся, я сказал.

Последнюю фразу я добавил для особо непонятливого, который мягко двигался в мою сторону. Словно бы незаметно перетекая из одной позы в другую. Опасный тип.

Про сидельцев, зэков в смысле, я добавил не случайно. Хотя мужики были в гражданке, но совсем недавно бритые наголо головы, повадки, и уникальные, свойственное только матерым уголовникам, выражения на лицах, сразу давали понять к какой социальной группе они относились.

Уже пожалел, что не бомжи.

– А в чем дело, парень? – нагло улыбнулся крайний, не прекращая движения в мою сторону. – Влетел со стволом, людям в лицо тычешь. Не по понятиям…

– Полиция, – процедил я, даже удостоверением левой рукой махнул. – Кто такие? Что здесь делаете?

– Командир, ты опусти пушку, давай, как люди спокойно поговорим, – подал голос тот, кто меня первым засёк, бросив, как ему казалось, незаметный взгляд в сторону дома. – Уверен, это какое-то недоразумение.

«Вас ещё и больше, чем трое. Хреново, Галя!»

Подтверждая мое подозрение шевельнулась занавеска на окне. Я не стал дергаться, наводить ствол на окно. Но переступил так, чтобы быстро отпрыгнуть в сторону – на случай, если подельник этой троицы шмальнет из ружья. Мало ли. Щит-щитом, а вот удержит ли он пулю?

– По беспределу зашел, начальник! – подпел «вежливому» третий. Выглядел он просто хрестоматийным зэка – щуплый такой мужичок неопределенного возраста с трёхдневной щетиной, и парой сверкающих фикс. – Сидим у себя дома, в «терц» режемся, а ты мордой в пол укладываешь! Ордер у тебя есть вообще?

– А у вас документы? И право собственности на дом?

Сразу после этой фразы разговор, что называется, зашел в тупик. Не будь я готов к чему-то подобному, в своем стремительном рывке щуплый бы меня достал. Причём без всякой магии, на одной только скорости. Не зря я его самым опасным пометил.

А так лишь в сторону отступил, давай невесть откуда взявшемуся ножу в руке уголовника, бессильно чиркнуть по щиту. И сразу же провел контратаку. В момент когда он только раскрывал глаза в удивлении, я уже шагнул ему навстречу и с силой впечатал рукоять пистолета в нос. Без всякой жалости, аж хрустнуло что-то.

И следом, не давая оставшейся парочки прийти пострадавшему товарищу на помощь, пустил гулять по двору ветер. Плотный поток сбил зэков с ног протащив по земле пару метров.

Слабенькое заклинание, но этим двум с головой хватило.

– Не вставать, мать вашу! – рявкнул я, следя одновременно за поверженными противниками, и не выпуская из виду входную дверь в дом.

– Ты мне нос ш-ломал, – откуда-то снизу прогундосил щуплый. – Сучара. Да я ж тебя…

С таким контингентом я имел дел в прошлой жизни больше, чем хотелось бы. И знал, что позволять им даже каплю вольностей, вроде безобидных ругательств и угроз, нельзя. Поэтому, не дослушав, что там он меня, прописав ему с ноги в голень. «Расслабляющий» ментовский удар, как по учебнику. В берцах бы лучше вышло, но и с дорогими туфлями тоже получилось неплохо…

– А-а-а, – разнесся над двором полный боли крик. – Сука!

– Еще раз рот свой поганый откроешь, прострелю ногу, – ласково пообещал я. – Ферштейн, арестант?

– Понял я, понял! – сквозь сжатые зубы прошипел пострадавший.

– Славненько. Дальше, вы двое, – обратился я к поднимающейся на ноги парочке. – Грабки за голову, и ко мне быстро! Мордой в землю уткнулись. Молодцы. Кто в доме еще остался?

– Да мы одни тут, начальник… А-а-а! Да что ж ты делаешь, сука!

– Врать нехорошо. Врать представителю полиции – чревато. Эй, в хате! Выходим по одному с поднятыми руками! Минута вам на это, время пошло!

– А то че? – раздался изнутри чей-то нахальный голос. – Зайди и вытащи, если не зассышь!

– Нахрена? – удивился я. – Сейчас «пульсар» в окно кину, сами выскочите.

То, что я одаренный, они уже видели. Правда, оперировал я воздухом, а не огнем, но это же детали, верно? Тут главное давить не переставая. На наглости и уверенности в своих силах. Так-то, если разобраться, для мага, да еще и пистолетом, даже серьезный численный перевес простецов не проблема.

Правда, один из них точно одаренный. Кто-то же ставил «полог». Этого забывать нельзя.

В доме после моих слов притихли, а по окончанию минуты, стали выходить наружу. Первый, второй, третий…

«Десять, – ужаснулся я про себя, стараясь не подавать вида. – Десять зэков практически в центре Владимира спокойно живут в дачном поселке, воруют с грядок картошку с помощь магии и режутся в „терц“. А я на них один пошел. Офигеть не встать! Вот уж точно – дуракам везет!»

– Слыш, – когда все задержанные чинно улеглись лицом к земле, один из тех, что скрывался в доме, подал голос. – За что задержал то? Предъявляй, а то не по понятиям. Мы свои права знаем!

Я перевел взгляд на говорившего. Здоровый мужик, лет сорока на вид. Похож на главного в этой банде.

– Да хотя бы за незаконное проникновение в чужое жилище…

Договорить не успел. Слева мелькнула тень – Как? Я что, одного из виду упустил? Все же лежат! – и в следующее мгновение неизвестно откуда взявшийся урка атаковал меня ножом. Безошибочно метя в в горло.

С лёгкостью пройдя сквозь щит, лезвие оказалось у меня в горле по самую рукоять. Но боли не почувствовал – так вот в чем дело! – и выстрелил.

Иллюзия щуплого, того самого зэка который уже кидался на меня с ножем, практически сразу растворилась в воздухе. А сам маг-иллюзионист, только начавший подниматься с земли, рухнул обратно, вереща и баюкая простреленную ногу.

Не задался у мужика день! И нос разбили, и ногу продырявили.

– Больно? – участливо поинтересовался я у него. И сразу же зло зыркнул на остальных. – Следующий, кто дернется, получит пулю в лоб.

Убедившись, что больше никто фокусы показывать не будет, я попросил Ксюшу набрать Воронину.

– Что у тебя? – раздражённо буркнула начальница. Судя по яростному клацанью клавиатуры, она что-то быстро печатала.

– Дело раскрыто, украденный велосипед найден и возвращен владельцу, – бодро отрапортовал я.

– Поздравляю, – без выражения отозвалась она. – Давай в отдел пока, тут еще надо…

– Но возникли дополнительные сложности, – не очень вежливо прервал я ее.

– И какие же? – в голосе Аники появилась ирония. – Камеры спущенные оказались?

– Десять задержанных. Судя по всему – беглые заключенные. Скрывались в заброшенном доме дачного поселка.

– Десять… что? Шувалов, если это твои шуточки!.. – ну вот, снова-здорово! Не верит она в меня, даже обидно!

– Никак нет, госпожа капитан! Никаких шуток. Десять задержанных, нападение на сотрудника, один из них маг-иллюзий. Нужно подкрепление. Ну и транспорт побольше – я их в «даймлер», уж простите, сажать не буду. А, еще один из них ранен – пришлось ему ногу прострелить. Так что «скорую» бы тоже вызвать.

Несколько секунд с той стороны эфира слышалась только статика. А потом Воронина тяжело вздохнула. Как бы признавая, что все ее усилия держать меня подальше от неприятностей, не дали никакого результата.

– Как же ты мне дорог, Шувалов, – усталым голосом произнесла она. – Диктуй адрес…

Отбив звонок, я присел на один из шатающихся табуретов, которыми пользовались картёжники.

– Малой, так у тебя ещё бугор баба? – видимо пытаясь спровоцировать меня, здоровяк обидно рассмеялся. – И как? Нормально под тёлкой ходить?

– Ты только при ней так не пошути, бедолага, – хмыкнул я. – А хотя нет, попробуй! Мне будет любопытно – она тебе только ногу прострелит или кое-что более важное отрежет?

* * *

Когда дело касалось работы, Воронина всегда действовала оперативно и грамотно. Вот и сейчас, не прошло даже получаса, как ко двору прискакала целая кавалькада служебных автомобилей с включёнными проблесковыми маячками.

Первой под «пологом» оказалась не Аника, как я предполагал, а Мединская. Неожиданно. Поколдовав над «Покровом», Маша схлопнула его, и мне сразу стал виден масштаб подкрепления.

Один фургон, три патрульных легковых авто из свободной смены, и автомобиль, прикреплённый к дежурке, на котором в полном составе приехали мои девчонки. Вернее, коллеги.

– Ну нифига себе, – присвистнул один из патрульных с сигаретой в зубах, обведя взглядом деревенский «натюрморт». Он будто не на задержание приехал, а на пикник. Ещё бы термос с кофе достал. – Лихо ты их.

– Повезло, – ровным тоном ответил я, неодобрительно на него покосившись.

А посмотреть и правда было на что. Десять мужиков, безропотно уткнувшись лицами в траву, лежат и не смеют не то, что спорить – голову поднять. Настолько вот я был свинцово-убедителен при выборе аргументов и инструментов воздействия.

– Если бы не видел своими глазами, не поверил бы. Ты как вообще? – обратился ко мне, его напарник, шустро вытаскивая наручники из поясного чехла. – Руки выше, – присев возле первого задержанного, он ловко застегнул браслеты на его запястьях. Тот буркнул что-то непечатное, но сопротивляться не стал. – Поднимаемся. Медленно. Встаём с колен. Пошёл, – отработанным движением заломив руки задержанному, он повёл его в сторону фургона.

– Пистолетом и добрым словом можно достичь гораздо большего, чем одним только добрым словом, – ответил я ему в спину, цитируя старую, ещё из прошлой жизни, мудрость. Фраза повисла в воздухе. Патрульный перестал жевать свой окурок и уставился на меня с немым вопросом. Да, тут Аль Капоне явно не в ходу. Ладно.

Периодически ловя на себе странные взгляды, я понимал, почему возникает такая реакция. В глазах оперов и рядовых сотрудников полиции я кто? Богатенький мальчик, которого в отдел привела его прихоть. Молокосос в оперском деле, без опыта, навыков, знаний и прочего? И тут – десять задержанных. Одновременно. И не просто обычных граждан, а уголовников.

Да такого даже в теории быть не может, как бы тебе не везло. Вот только сегодняшним случаем я эту теорию опроверг.

– Цел? – я настолько расслабился после того, как всех «зэка» упаковали, что пропустил приближение Ворониной. – Если что, сейчас скорая подъедет.

– В норме, спасибо – кивнул я.

– Скоро прибудут эксперты, – сообщила Аника. – Я, так понимаю, внутри ты не был?

– Нет, – заметив, расстёгнутый тренчик на кобуре, тут же его застегнул. Момент, когда я убрал табельное, вообще не запомнился.

Мне понадобилось пара минут, чтобы пересказать Ворониной свою историю событий. Далее пошли уточнения, после чего госпожа капитан кивнула и вроде бы как даже немного успокоилась.

Её можно было понять, поскольку она несла за меня ответственность. И убедиться, что мои действия были более-менее законными, тоже была обязана. Поняв, что с моей стороны никакого беспредела не было, она снова включила «начальницу».

– Я смотрю, тебя куда не отпусти, ты везде приключения найдёшь.

– Аника, – я вздохнул. – Мы оба прекрасно понимаем, что в подобной ситуации мог оказаться любой оперуполномоченный, так что давай не будем.

– Сегодня по делам не ездишь больше, отдохни… рапорт напиши, – оставила за собой последнее слово Аника, перед тем, как подняться на крыльцо дома…

«Да, как это по-нашему. Отдыхай, но рапорт напиши», – тяжело вздохнул я, понимая, что остаток дня я на это дело точно потрачу.

С другой стороны, после этого у меня планируется незабываемый вечер с одной очаровательной рыжей красоткой, так что баланс соблюден.

– Шувалов, подойди сюда, пожалуйста? – раздался из дома голос госпожи капитана. – Мне кажется, что тебе будет полезно это увидеть.

Глава 6

Дверь в дом скрипнула, впустив меня внутрь.

В нос сразу ударило затхлостью, потом, перегаром и какой-то ещё кислятиной. Стандартный букет мужского общежития.

– Думаешь, нужен клининг? – скривился я, брезгливо обводя взглядом загаженную комнату.

Воронина шутку не оценила, а я с запозданием, в какой уже по счету раз, вспомнил, что англицизмы тут не в ходу. Так что она просто не поняла, да.

Вдоль стен на полу были брошены матрацы. Возле кирпичной старой печки – мусор, обёртки, окурки. На самой печке – кастрюли с пригоревшими остатками чего-то, похожего на тушёнку с макаронами. В углу, как трофей, стоял мешок с той самой картошкой. Уже наполовину пустой. Не задержи я этих гуляк сегодня – завтра баба Нюра снова бы осталась без урожая.

– Явно больше недели здесь в лёжке были, – кивнул я, пиная ногой пустую бутылку из-под самого дешёвого портвейна. – Сдёрнули с какой-то зоны и тут окопались. Ждали кого-то или чего-то.

– Проверим, – меланхолично произнесла Воронина.

Интересовало её не это. Я заметил, как она смотрит на стол, где посреди пустых банок из под шпрот, стоит небольшая небольшая картонная коробка. Внутри лежало с с десяток дешёвых кнопочных телефонов.

Рядом валялись обломки тех, что уже использовали. Разломали на части, даже «симки» не поленились порезать. Вон чего Воронина меня позвала. У нас тут не просто беглецы, а подготовленные беглецы. Одноразовыми мобильниками затаренные, которые еще и ломали после каждого звонка – не отследить.

– Связь у них была, – капитан кивнула в сторону коробки.

– Полагаю, с теми с теми, кто их сюда доставил, – предположил я. – И до этого времени обеспечивал их продуктами и спиртным. В магазин они вряд ли ходили, только картошку добывали самостоятельно. На чем и погорели. Короче, у них сообщники на воле есть.

В принципе, ничего неожиданного. Зэки редко бегут из тюрьмы в неизвестность. Обычно, как раз наоборот – братва поможет устроится, продержаться первое время, пока активный шмон идет, а потом затеряться на просторах необъятной.

– Засаду поставить… – не утверждая, скорее, размышляя вслух, произнесла оперша.

– Смысл? – я дернул плечом. – Они, скорее всего, на связь выходили по телефону. Подтверждали, что все в порядке, и только после этого к ним отправляли курьера. Хотя, возможно я и переоцениваю их предусмотрительность. Но наблюдение поставить действительно не помешает.

– Ага, людей только откуда брать? – досадливо буркнула женщина. – Ладно, решим. Пока пойдем. Тут пусть эксперты работают.

На улице уже заканчивали паковать криминальный контингент по машинам, и я с наслаждением вдохнул свежий воздух полной грудью. После амбре внутри помещения, он казался особенно сладким.

– Вы закончили всё затаптывать, госпожа капитан? Мы можем приступать? – поинтересовался у Ворониной эксперт-криминалист, белый халат которого на фоне почти сельской пасторали смотрелся весьма чужеродно.

– Да, конечно, – немного рассеянно произнесла она, продолжая о чём-то размышлять. После встрепенулась. – Через два часа жду отчёт с полной описью и первыми выводами.

Эксперт выпучил глаза, оценив масштаб бедствия.

– Госпожа капитан, да тут же работы…

Договаривать фразу он не стал. Напоролся на ледяной взгляд Ворониной, сглотнул, после чего кивнул.

– Два часа, – с некоторой обреченностью произнес эксперт. Подхватил свой чемодан с оборудованием и направился в сторону крыльца.

Я уже далеко не в первый раз замечал, что уровень… не знаю, как сказать – уважения? – к блондинистой капитанше, значительно выше, чем должен быть. Явно же раньше она не здесь работала, а где-то повыше.

Возникло даже искушение дать команду Ксюше пробить историю Аники по всем известным базам. Даже, если придется «маму Касуми» подключать. Но делать я этого не стал. Интересно, конечно, но лезть грязными руками в чужую личную жизнь, я не собирался.

* * *

– Итак, что тут у нас Михаил в клювике принес…

Воронина вошла в кабинет, держа в руках пачку распечаток. Лицо у нее было задумчивое, как у человека, который получил подарок, но еще не решил – радоваться ему или нет.

– Зэки? – уточнил я.

Всех задержанных уже доставили в отдел, откатали «пальчики» и пробили по базам. И вот сейчас начальница держала в руках результаты этой проверки.

– Угадал, – произнесла Аника, присаживаясь за свой стол. – Все задержанные действительно заключённые. Согласно нашим базам, все осуждены, и отбывают наказание в «Деревяшке». Преступления разные, но ни одного тяжкого. Кражи в основном. У многих – рецидив.

«Деревяшкой» – это специально для меня пояснили, как для новенького и неопытного сотрудника, называлось исправительно-трудовая колония за номером семьдесят шесть, расположенная в нескольких километрах от города. Преступников с серьёзными статьями там действительно не «селили». В основном – различную шушару, которая во время отбывания наказания ещё и пользу приносила. Два столярных цеха, в которых работали «сидельцы», делая разделочные доски, шкатулки, резные ящички, полки, ну и из-под полы, как водится – чётки, нарды, шахматы и прочий ширпотреб – и дали колонии такое название.

– Ну это, положим, с самого начала было понятно, – закончила Воронина инструктаж. – А вот чего я не ожидала, что никаких побегов заключенных оттуда не было в течении последнего года.

«Ну, вообще-то за пять лет, – педантично поправила её Ксюша, внезапно решив дать уточнение в моём ухе, – но результата это не отменяет».

– Администрация колонии скрывает факт побега? – удивилась Стелла. Быстро отбила несколько символов на клавиатуре, она победно улыбнулась. – Зашла на ведомственную страницу, у них там стоит значок «ИТК-76 – образцово-показательное учреждение».

– Вот как, – хмыкнула Мединская. – Статистику, гады, портить не хотят.

– Ясненько, – Аника не улыбнулась, а как-то плотоядно оскалилась. – Слушай, Маша… А будь добра, набери-ка это образцово-показательное и поинтересуйся судьбой вот этого гражданина, – она протянула ей бланк с данными одного из задержанных. – Скажи… Ну не знаю… что его «пальцы» у нас по одному делу проходят. В общем, сама сообразишь, что да как.

Мединская без вопросов набрала номер, который ей продиктовала Стелла. Включила громкую связь. Несколько долгих гудков, и в кабинете прозвучал хриплый мужской голос.

– Дежурная часть, ИТК-76, старший смены старший прапорщик Овчинников.

– Здравствуйте, – голос Мединской неуловимо изменился, превратившись из привычно тихого в строгий и официальный. Разительная перемена. – Старший лейтенант Мединская, оперативный отдел Злобинского районного отделения полиции по городу Владимиру. С кем мне можно поговорить по поводу одного из ваших заключённых?

– С начальником колонии или его заместителем, – тут же ответил прапор.

– Соедините? Или мобильный, может, подскажите?

– Мы не предоставляем сведений о задержанных, старший лейтенант Мединская. А тем более, не вправе давать личные номера руководства колонии. Если вам нужна информация, пишите официальный запрос по подведомственности.

– Да я всё понимаю, – попыталась сгладить категоричный отказ Овчинникова Мединская. – Просто ситуация больно уж непонятная. У нас по делу проходят «пальчики» одного вашего клиента. Преступление свежее, а в базе он уже третий год ложки в «деревяшке» вытачивает. Странно просто…

– Пишите запрос, – дежурный был категоричен. – Всего доброго.

И отключился.

– Так-то он в своем праве, система исполнения наказания не подчиняется полиции, – высказалась Стелла, когда Маша положила трубку. – Два разных ведомства. Но обычно «дубаки» полюбезнее себя ведут. Одно дело делаем.

– А в свете того, что в нашем обезьяннике сидит целых десять их клиентов, это выглядит крайне подозрительно, – добавил и я.

Воронина кивнула – сперва Стелле, потом мне.

– Итак, у нас – предположительно, – это слово она особенно выделила, – побег из колонии. О чем руководство учреждения никого в известность не поставило. У кого какие версии, дев… – в последний момент она сбилась, но быстро поправилась, – Коллеги?

– Да что там думать! – Мединская, которую только что вежливо послали, раскраснелась. – Статистику портить не хотят. Проспали побег, а теперь жопы прикрывают.

– Не факт, – я покачал головой. – Десять человек – не один. Такое скрывать довольно сложно. Да и база их… Очень уж подготовленная.

– Что ты хочешь сказать? – Аника перевела взгляд на меня.

– В порядке бреда, – я пожал плечами. – А может такое быть, чисто теоретически, что руководство колонии само их на свободу отпустило? За денежку малую? Что? Я в сериале одном такое видел!

И в поисках поддержки, посмотрел на Машу. Она у нас была признанным экспертом по всякому киношлаку, но особенно фанатела по детективному сериалу «След». Вот я и подумал сослаться него, хотя не смотрел ни одной серии.

На самом деле, у меня в прошлой жизни было похожее дельце. Не в Питере, я тогда еще в Оренбурге служил. Один предприимчивый начальник тюрьмы целый бизнес на этом сделал. «Списывал» заключенных в естественную убыль, по болезни там или несчастному случаю, а сам натурально продавал их в Казахстан. Где несчастные зеки потом действительно умирали. Через пару-тройку лет, где-нибудь на арбузных бахчах.

Здесь, конечно, явно не так было – зэков просто отпустили, снабдив едой, базой и даже связью. Но сути дела это не меняет. Человек – слаб, а человек при власти – слаб вдвойне. Мало чего он не сделает ради денег.

Единственное, что в мою версию не укладывалось, так это сами «беглецы». Мелкие уголовники – ну откуда у них или их братвы на воле, столько кэша, чтобы должностное лицо пошло на преступление.

– Действительно, бред! – фыркнула Воронина. – Шувалов, ты больше специализированную литературу читай, а не сомнительные сериальчики смотри. Зачем начальнику колонии устраивать побег?

– Из-за денег, – повторил я. – Аника, я же не настаиваю, просто накидываю варианты. Было бы здорово узнать, в каком статусе числятся наши гости. Что-то мне подсказывает, что все десять заболели и умерли.

– И напрямую спросить не вариант, – протянула Мединская, которой сериальный мотив показался очень привлекательным. – Только спугнем, если руководство колонии в деле…

– У нас доступа к их базам нет, – Стелла не отрывала глаз от монитора. – А запрос по всем каналам они будут десять дней мурыжить.

– Есть один способ выяснить это побыстрее, – ненадолго задумавшись, начальница решительно качнула головой. – Не факт, что получится, но… В общем, мне надо отлучится на часик-другой к одному знакомому… Но это не значит, Шувалов, что я поверила в твою версию!

– Просто проверять нужно всё! – согласно кивнул я, давя улыбку.

По правде сказать, я мог бы и без знакомого капитанши все узнать. Точнее, полагал, что могу. Касуми же сможет ломануть базу системы исполнения наказаний? Или не стоит – так-то государственная структура, можно Турова под монастырь подвести, как тогда с «Гудком»? Ладно, пусть Воронина своими связями пока воспользуется. Не получится – поговорю с нейросетевым ассистентом.

– Нам что делать пока ты ездишь? – уточнила Стелла.

– Ты собери всю инфу по «Деревяшке». Официальную и слухи. По тем, кто там сидел тоже пройдись – наверняка ведь кто-то из осведомителей там гостил. Короче, все что можно узнать о том, что там твориться, что из себя представляет их начальник и…

– Я поняла, сделаю.

– Миша и Маша…

Я чуть в голос не расхохотался. Блин, интересно, а у них есть такой мультик? Надо порыться, как время будет.

– … на вас задержанные. Выдёргиваете по одному и прогоняете через установочный допрос. Глубоко не копайте, просто ловите на несоответствиях. И реакции смотрите. Михаил, ты справишься?

– Так точно, – максимально серьезно ответил я.

– Всё! – хлопнула в ладоши Воронина. – Арбайтен, я ушла.

* * *

Киселева – того иллюзиониста, которому ногу прострелил, я вызвал на допрос последним. Предыдущие четверо – мы с Машей поделили работу поровну – уже побывали в комнате с металлической мебелью, прикрученной к полу. Этого же я оставил напоследок. Как, впрочем, и Мединская – лидера группы. Как раз должна была с ним разбираться.

– Ну рассказывай, Сергей Андреевич, как ты дошел до жизни такой, – начал я.