Текст книги "Бывает и хуже? Том 7 (СИ)"
Автор книги: Виктор Молотов
Соавторы: Игорь Алмазов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)
Глава 12
Официально объявляю этот вечер вечером внезапных разговоров со неожиданными людьми. И первый в очереди оказался мэр Шмелёв.
Вячеслав Егорович сидел за столом у главврача, беспокойно барабаня пальцами по столу. Приехал он, судя по всему, один. Я не видел ни машины с водителем у входа, ни помощников. И это уже многое говорило о цели его визита.
– Добрый вечер, Вячеслав Егорович, – вежливо поздоровался я. – Насколько я помню, это первая наша с вами личная встреча.
Хотя друг о друге мы, разумеется, наслышаны. Шмелёв наверняка продолжал думать, что это из-за меня посадили Власова, а ему самому пришлось подставить зятя. Хотя доказательств этого у него не было.
– Мне нужно с вами поговорить, – Шмелёв коротко выдохнул. – Потому что я не знаю, с кем ещё это обсудить. Понимаю, что это странно. Мэр города приезжает в восемь вечера, чтобы поговорить с участковым терапевтом. Но так сложились обстоятельства.
– Слушаю вас, – кивнул я.
– В общем… – мэр снова замялся, пытаясь собраться с мыслями. – То, что в последние недели происходит вокруг вашей школы здоровья – это не моих рук дело. Я не имею к этому отношения, не знал об этом, и самое главное, я этого не санкционировал.
Кречетов уже говорил мне то же самое. Но теперь мэр решил заявить об этом лично. Странно, зачем ему это?
Я промолчал, Кречетов тоже не спешил с ответом.
– Я понимаю, у вас нет причин мне верить, – продолжил Шмелёв. – Тем более что… Какое-то время я пытался копать под вас, Александр Александрович, не стану скрывать. Вся та история с Власовым и стройкой, к которой посчитали причастным и меня… Но это не имеет никакого отношения к делу, так что продолжим.
– Допустим, – кивнул я, но совершенно не поверил.
– Светлана Викторовна Коршунова работает в администрации уже семь лет, – продолжил Вячеслав Егорович. – После того, как моего заместителя, Чекалкина Василия Фёдоровича, посадили, я назначил её временным заместителем.
Посадили, ага. Шмелёв сам же и спихнул на Чекалкина, своего зятя, все свои подвиги. Выбрал себе козла отпущения, а сам вышел сухим из воды.
Я не стал этого всего говорить, мне было интересно, что ещё скажет мэр дальше.
– Работала она хорошо, – сказал Шмелёв. – Образование, культура, здравоохранение, социальная поддержка. Она занималась проектами, отчитывалась, входила в комиссии. Однажды она пришла ко мне с докладом о школе здоровья в вашей поликлинике. Сказала, что вы проводите лекции непрофессионально, есть жалобы от жителей, и что нужно «упорядочить просветительскую работу в городе». Вывести её на муниципальные площадки, под единый стандарт. И я поверил ей, признаю.
Ложь. Сначала Коршунова была в восторге от моих лекций, и первая попытка закрыть школу здоровья была именно по инициативе Шмелёва. Допускаю, что потом он передумал и решил оставить меня в покое. Но Коршунова его не послушала.
– Что дальше? – спросил я.
– Я распорядился, чтобы от мэрии велись аналогичные лекции, – пожал плечами Вячеслав Егорович. – Разумеется, платные. С небольшим сбором. И всё, забыл об этой проблеме. А потом Павел Викторович позвонил мне и сказал о каких-то проверках и палках в колёса для вашей школы здоровья.
Мне Кречетов рассказывал об этом разговоре, я был в курсе.
– Я начал копаться в документах и нашёл договор с обществом с ограниченной ответственностью «Витавиан», – сказал Шмелёв. – Согласован на нашей стороне Коршуновой Светланой Ивановной, заместителем главы администрации. Мы якобы предоставляем «Витавиану» помещение для проведения «образовательных мероприятий на тему здорового образа жизни, профилактики заболеваний и применения биологически активных добавок». На постоянной основе. В рамках реализации муниципальной программы санитарного просвещения населения. «Витавиан» в свою очередь обязуется проводить мероприятия силами квалифицированных лекторов и предоставлять участникам «возможность приобретения продукции по льготным ценам непосредственно в ходе мероприятия».
Проще говоря, мэрия Аткарска, согласно этому договору, безвозмездно предоставляет частной фирме помещение для проведения торговых мероприятий.
– Не самый удачный расклад для вас, – заметил молчавший до этого Кречетов.
– Вот именно, – хмыкнул мэр. – Это сразу же огромное количество нарушений, которые стоят за новым заместителем.
– Это нецелевое использование муниципального имущества, статья двести восемьдесят пять Уголовного кодекса. Во-вторых, превышение должностных полномочий, двести восемьдесят шестая. В-третьих, наверняка двести девяностая, получение взятки. И в-четвёртых, формально под этим договором стоит виза заместителя главы администрации, действующего от вашего имени. То есть вся вина на вас, – добавил главврач.
Хотя по лицу мэра было видно, что такая большая осведомлённость Кречетова ему не по душе. Потому что эти знания могли дискредитировать Шмелёва, он же не мог быть уверен, что мы сами не начнём подавать кучу жалоб.
– Вот почему мне так не везёт с замами? – вздохнул мэр, явно изображая из себя жертву во всей этой истории. И намекая, что в случае чего отдуваться будет лишь зам, как и случилось в прошлый раз.
– А вы уверены, что Коршунова получала взятки? – спросил я, пытаясь ухватиться хоть за какую-то ниточку. Всё-таки сейчас стояла задача разобраться именно с Коршуновой, которая вставляет мне палки в колёса, а не с мэром.
– Этого выяснить не получилось, – вздохнул Шмелёв. – Но какой-то интерес у неё явно должен быть. Я полагаю, что финансовый. Но вся суть в том, что действует она от моего имени, и мне сейчас придётся с этим разбираться.
Что ж, картина предельно понятная. Вот только…
– Вы в незавидном положении, но при чём тут мы? – прямо спросил я. – Зачем вы всё это нам рассказываете?
– Я пришёл, чтобы предложить вам перемирие, – заявил мэр. – Понимаю, всякое бывало. Но сейчас нам с вами выгоднее сотрудничать. Я признаю, что под моим именем создали грязную схему, в которой я участия не принимал. И мне нужна ваша помощь, чтобы разобраться, пока Коршунова не зашла слишком далеко.
Если сейчас она выяснит, что он всё знает, то легко его устранит и сядет на его место. На это намекнул мэр.
Перемирие, значит. Забавно.
– Вячеслав Егорович, вы не ответили на мой вопрос, – заметил я. – При чём здесь мы? Какой наш интерес в помощи вам?
Кречетов ничего не добавил, лишь молча кивнул.
– Оказываю поддержку вашей школе здоровья? – вопросительным тоном произнёс Шмелёв.
Я усмехнулся.
– Школе здоровья ваша поддержка не требуется, она и так работает отлично, – ответил я. – А вот чему может потребоваться поддержка, так это нашей больнице. Верно, Павел Викторович?
– Верно, – ровным тоном кивнул тот.
– Тем более что ремонт нашему зданию нужен по-прежнему, переезд в новое здание отменился, – добавил я. – Павел Викторович прекрасно справляется со своими обязанностями, но лишняя финансовая поддержка не повредит.
Я не доверял Шмелёву. Более того, этот человек в принципе мне не нравился, вся та история не была забыта. Но тут он был прав, в этом вопросе лучше сотрудничать. С поддержкой мэрии проще аккуратно убрать Коршунову, а значит, и опасные лекции от мэрии.
– Я вас услышал, – сказал Шмелёв. – Согласен на такие условия.
Ещё бы он был не согласен.
– Тогда какой план? – коротко спросил Кречетов. – Прямо уволить Светлану Викторовну вы не можете, сидите буквально на мине.
– С Вячеславом Егоровичем тоже всё не так просто, – добавил я. – Светлане Викторовне просто не выгодно озвучивать истинные цели своего проекта. Пока ей удобно, она будет прикрываться именем мэра. Лишь в самом крайнем случае спихнёт на него всю вину. Так что время у нас есть. И первым делом надо узнать, в чём конкретно её интерес. Если это деньги – то конкретные суммы и кто ей платит.
– Я постараюсь что-то узнать, – кивнул Шмелёв. – Значит, мы договорились?
– Договорились, – кивнул я.
Шмелёв и сам рисковал, придя к нам. Он это понимал, так что в этом вопросе он вряд ли нас подставит. Хотя я по-прежнему ему не доверял.
Пока он будет узнавать – проведу собственное расследование. Точнее, я его уже начал, через Щербакова.
– Тогда будем на связи, – Вячеслав Егорович поднялся со стула. – Всего доброго.
Он вышел, и мы с Кречетовым остались вдвоём.
– Вы не докладывали мне, что ситуация настолько сложная, – ровным тоном, как обычно, проговорил Павел Викторович.
– Не было повода, – пожал я плечами. – О пустых угрозах я не видел смысла докладывать.
– Возможно, вы правы, – ни одной эмоции. Кречетов просто слегка кивнул. – Отличная лекция сегодня была, вы молодец.
– Благодарю, – кивнул я. – Могу идти?
– Идите, – разрешил главврач.
Я вышел из кабинета и покинул главный корпус. Неожиданный союз со Шмелёвым, значит. Жизнь непредсказуемая, но так ведь только интереснее.
Настало время для внезапного разговора номер два. С господином Горшковым, чей адрес достал для меня Чердак.
Так что я направился на Ртищевскую улицу. Давно не ходил этим маршрутом, а раньше именно в этой стороне был мой дом. И эта улица мне знакома, когда-то именно здесь мы с Гришей нашли отца нашего соседа. Пожилого мужчину с деменцией.
Сейчас же я добрался до дома, на который мне указал Чердак. Строение выглядело ещё хуже, чем моё съёмное. Покосившееся, отсыревшее, старое.
Поднялся на древнее крыльцо, чуть не провалившись сквозь прогнившие доски, и постучал в дверь.
– Кого там черти принесли⁈ – раздался знакомый голос.
– Ну вряд ли черти, я сам пришёл, – усмехнулся я. – Открывайте, Максим Игоревич.
За дверью раздалось сопение. А затем дверь открылась.
Да уж, Горшкова изрядно помотало после увольнения. Грязная футболка, дырявые треники, небритое лицо, синяки под глазами. То ещё зрелище.
– Ты! – он дыхнул на меня перегаром, и я поморщился. – Агапов.
– Рад, что вы до сих пор помните мою фамилию, – усмехнулся я. – Я пришёл поговорить о вашем проникновении в мою квартиру. Совершенно незаконном, хочу отметить.
Горшков хрипло хохотнул.
– А у тебя есть какие-то доказательства, что я в твою квартиру проникал? – уточнил он.
– Есть свидетель, – ответил я. – Который запросто опознает вас в полиции. Но я пришёл поговорить лично, Максим Игоревич. Зачем вы вообще вскрыли мою квартиру?
Бывший анестезиолог покачнулся, посмотрел куда-то в сторону.
– Ты мне жизнь разрушил, – он снова покачнулся и схватился за дверной косяк. – Из-за тебя меня уволили, скотина! Из-за твоего дяди я оказался в этой дыре. Ненавижу всю вашу семью.
Да, он был не совсем трезв. А иначе бы сразу не ответил и ещё бы какое-то время упирался. Возможно, сперва бы проверил, не записываю ли я всё на диктофон.
– Во всех этих случаях вы виноваты сами, – ответил я. – Пытались меня подставить с рецептами, а теперь пытаетесь обвинить меня в том, что у вас ничего не вышло. Гениально. Но это всё не важно. Зачем вы вскрыли мою квартиру?
– Зачем? – хмыкнул тот. – Хотел нарыть на тебя грязи, Агапов. Я хочу тебя уничтожить так же, как ты уничтожил меня.
Как банально. Я думал, там всё-таки будет что-то поинтереснее.
– И как, нашли? – усмехнулся я.
Тот в ответ только кулаки сжал. Да, печальное, душераздирающее зрелище.
– Значит, так, – сказал я. – В этот раз я не буду сдавать вас полиции. Но ещё одна подобная выходка – и я сделаю это без малейших сомнений. Вы меня услышали?
– Упечёшь меня ещё и в тюрьму? – отозвался Максим Игоревич. – Знаешь, уже плевать. Всё равно мою жизнь никак не починить.
Он с каким-то отвращением посмотрел вглубь дома. Я вздохнул.
– Максим Игоревич, жизнь всегда можно починить, – заявил я. – Вы сделали много ошибок, но никогда не поздно всё исправить. Знаю это по собственному опыту. Считайте то, что я в этот раз не сдаю вас полиции, вашим шансом. Поезжайте в другой город, устройтесь на работу. Попробуйте всё наладить.
– Я тебе говорю, что ненавижу, а ты мне советы даёшь? – хмыкнул Горшков. – С чего бы это?
Да и сам не знаю. Просто эта затяжная война из-за одного поступка дяди уже начала доставать. Мало мне других войн. К тому же эта ненависть Горшкова заметно разрушала. Мне он ничего не смог сделать и вряд ли сможет. Но тратить жизнь на эти попытки – глупо.
– Я не желаю вам зла, – спокойно ответил я. – Много раз говорил вам, что я с вами не воюю. Давний конфликт с моим дядей не стоит проецировать на меня.
А вообще, лучше его завершить уже.
– Подумайте над моими словами, – добавил я, развернулся и отправился прочь.
Горшков ничего мне не ответил, но стоял на крыльце долго. Я обернулся метров через двести, он всё так же был там.
По дороге к дому я позвонил дяде Андрею.
– Привет, Сашка, чего такое? – бодро ответил дядя.
– Помнишь, ты говорил, что должен мне, после той ситуации с экстренным возвратом долга? – спросил я. – У меня есть просьба.
– Говори, – с готовностью отозвался тот.
Он считал себя виноватым, всё-таки тогда мне резко пришлось искать большую сумму денег меньше чем за неделю.
– Поговори уже с Горшковым, – заявил я. – Да, ты объяснял мне всю историю. Но уже столько воды утекло, а он продолжает злиться. Ты же можешь с ним помириться.
В трубке повисло молчание, слышно было только дыхание дяди.
– Я не виноват в том, что нашёл более подходящего специалиста, – наконец заявил дядя.
– Я и не говорю, что виноват, – отозвался я. – Просто прошу поговорить с ним. Пока он окончательно не разрушил свою жизнь из-за мести.
Снова недовольное сопение, пауза.
– Я ему позвоню, – неохотно сказал дядя. – Но если разговор не будет клеиться – я не виноват.
– Позвони прямо сегодня, – сказал я. – Уверен, сегодня разговор будет клеиться.
– Ладно, – снова неохотно ответил дядя.
Я положил трубку и отправился домой. Не знаю, решится ли эта проблема, но попытаться точно стоило.
И хорошо, а то других с лихвой хватает!
Уже на подходе к дому мне позвонила Лиля и предложила встретиться. Встречи с девушкой сейчас были очень ограничены из-за обилия других дел, так что я согласился.
Мы встретились на нашем стандартном месте, возле фонтанов в парке, и пошли гулять.
– Ну что, как там Тимофей? – спросил я.
– Переживает, конечно, – вздохнула Лиля. – Свадьбу отменили, по деньгам он мало что потерял. Но Кристина эта просто максимально решила своё лицо показать. То устроила скандал из-за какой-то сковородки, которую якобы она покупала. Хотя она и не работала нигде. То подружке какой-то рассказала, что это Тима ей изменил. В общем, играет на нервах по полной.
– Да по ней видно, – хмыкнул я. – Но Тимофей держится?
– Да, – кивнула девушка. – Выселил её из квартиры, оборвал все каналы связи. Слухов про неё никаких не распускает, что очень благородно с его стороны. Уж я бы на его месте…
– Не сомневаюсь, – усмехнулся я. – Ты в семье явно куда более боевая.
Мы дружно рассмеялись.
– Сейчас вот в мае сессия начинается, – сказала Лилия. – Буду часто ездить в Саратов на экзамены и зачёты. А потом вот по идее большая производственная практика, а с ней вообще беда.
– Почему? – поинтересовался я.
– Ну, нужно обязательно проходить её в организации, связанной с животными, понятное дело, – объяснила та. – По будущей специализации. Я хочу именно городским ветеринаром быть, ну, кошки, собаки. Поэтому сельская практика мне не подходит. А из городской – в Аткарске клиник нет. Можно поехать в Ртищево, но я туда не хочу, практика аж на два месяца. А тут ты…
Я улыбнулся девушке, обдумывая её проблему. Идей пока не было.
– А когда она должна начаться? – спросил я.
– В июне уже, – ответила девушка. – Сразу после сессии. Да и не в каждую клинику ещё берут студентов, даже на практику.
– Я что-нибудь придумаю, – пообещал я. – Не хочу отпускать тебя на целых два месяца.
Мы погуляли около часа, разговаривая обо всём на свете. Затем я проводил девушку до дома и отправился к себе.
Утром поспешил в поликлинику на дежурство. Суббота тоже обещала быть насыщенной, и начиналась она с работы.
Примерно через час после начала дежурства ко мне пришла Юля, как и договаривались. Я принялся объяснять ей все тонкости, передавать важные номера и бумаги. Юля вникала во всё быстро, что не могло не радовать.
– Саш, а всё-таки как думаешь, зачем Татьяна Александровна так настаивала на корпоративе? – вдруг спросила девушка.
– Я не знаю, – пожал я плечами. – Но зачем гадать, если он уже буквально через несколько часов.
– Просто у меня есть предположение, – было видно, что Юле прямо не терпится поделиться. – В общем, я думаю, что она просто испугалась.
– Чего испугалась? – удивился я.
Юля поудобнее устроилась на стуле и заговорщически посмотрела мне в глаза.
– Испугалась увольнения, – заявила она. – Татьяна Александровна работает тут уже очень давно. И вдруг на её глазах приходит новое начальство и начинает увольнять старую гвардию. Орлов, Петренко… Она наверняка боится, что всплывут её какие-то поступки и её уволят.
Не сомневаюсь, что поступки и у неё были.
– Но при чём тут корпоратив? – спросил я. – Решила повеселиться напоследок?
– Нет, налаживает мосты! – ответила Юля. – Думает, что через тебя может замолвить словечко перед Кречетовым. Чтобы её в случае чего не уволили. Мол, она вся такая хорошая, устроила праздник для всех.
Я покачал головой. Сомневаюсь, что причина в этом. Татьяна Александровна могла попытаться наладить мосты со мной лично, или даже напрямую с главврачом. Собирать ради этого весь коллектив?
– Ну посмотрим, – вслух ответил я. – Так, вроде всё объяснил что надо. Но я буду на связи, если что. Так что звони.
Юля кивнула и побежала домой. Готовиться к корпоративу.
Забавно, я и сам выполнял роль и.о. заведующего терапией, а Юля, получается, станет временной и.о. и.о. Иронично.
В двенадцать часов я отправился в столовую. Пациентов как раз не было, и я решил поддержать Аню, у которой должен был начаться мастер-класс.
В столовой уже собрались завсегдатаи школы здоровья. Стол был накрыт скатертью и подготовлены продукты.
Я дал Ане задание приготовить полезную сладость, потому как десерты всегда популярны среди людей. И она остановилась на каком-то бананово-овсяном печенье. Причём без сахара, что, несомненно, было большим плюсом.
Я вышел к девушке, чтобы сказать приветственную речь.
– Всем добрый день! – начал я. – Приветствуем на втором кулинарном мастер-классе от школы здоровья! Сегодня лектором у вас будет вот эта прекрасная девушка, Анна Ковалёва. И она расскажет рецепт здорового десерта – бананово-овсяного печенья. Особое преимущество у этого рецепта в том, что сладость ему дают бананы. Так что добавление сахара не нужно. Ну, а всё остальное расскажет сама Аня.
Я передал слово девушке. Она явно ужасно волновалась, но старалась держать себя в руках. Надела белоснежный фартук и теперь старательно приглаживала его руками.
– Всем здравствуйте, – чуть неуверенно начала она. – Сегодня мы будем готовить печенье. Для начала я хочу прочитать состав обычного магазинного печенья, которое я взяла в супермаркете.
Она взяла упаковку и принялась громко зачитывать: мука пшеничная высшего сорта, сахар, маргарин, ароматизаторы, идентичные натуральным…
– Как думаете, что здесь не так? – дочитав, спросила Аня.
– Всё, – усмехнулся кто-то из зала.
– Почти всё, – улыбнулась Аня. – Сахар – это быстрые углеводы, пустые калории. Маргарин содержит трансжиры, и в дешёвом сегменте они до сих пор встречаются. А они повышают риск сердечно-сосудистых заболеваний. Мука высшего сорта – быстрые углеводы, почти без клетчатки. Мы же будем готовить из бананов, овсяных хлопьев и корицы. Банан даст сладость и свяжет тесто. Овсянка – это медленные углеводы и клетчатка. Корица – это пряность с низкой калорийностью, она добавляет вкус без добавления сахара. Есть отдельные исследования о её влиянии на уровень глюкозы, но клинически значимого эффекта пока не доказано, поэтому относитесь к ней просто как к хорошей замене сахара.
Эту часть мы прописывали вместе. Людям важно не просто показать рецепт, но ещё и объяснить, в чём его преимущество.
Аня принялась готовить. Размяла шесть бананов, добавила три стакана овсяных хлопьев и чайную ложку корицы. Затем оставила на пять минут, чтобы хлопья разбухли.
– Пока что давайте я отвечу на ваши вопросы, – сказала девушка.
Несколько человек подняли руки. Спрашивали, можно ли заменить банан на другой фрукт, можно ли добавить орехи или изюм.
После ответов на вопросы Аня застелила противень бумагой для выпечки, ложкой выложила тесто в виде небольших печенек и отправила в духовку.
– Сто восемьдесят градусов, на пятнадцать минут, – громко объявила она.
Пока печенье готовилось – я сходил к себе в кабинет, принял ещё пару человек, которые успели подойти за это время. Затем снова спустился – мне и самому было интересно попробовать, что там получилось.
Аня как раз достала партию из духовки и теперь раздавала слушателям. Пахло просто великолепно.
Я потянулся за печеньем, и тут у меня зазвонил телефон. Звонили из приёмного отделения, неожиданно.
– Слушаю, – я отошёл в сторону и взял трубку.
– Александр Александрович, срочно нужна ваша помощь! – раздался испуганный голос реаниматолога, Светланы Викторовны. – У нас тут ЧП!
Ну и что на этот раз⁈
