Текст книги "Циничные игры в Любовь (СИ)"

Автор книги: Вероника Ольховская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 41

/Никита/

Год спустя

Дожидаясь Любу в аэропорту, я ужасно нервничал: ладони вспотели, а горле пересохло. И нет, нервничал я не потому, что мы не виделись долгих три месяца, а потому, что сегодня был важный для нас день… Сегодня на ужине с родителями у её отца я готовился попросить у моей Птички руку и сердце.

Я хотел быть с ней до конца.

Прошедший год был для нас тяжёлым. После нескольких чудесных недель, проведённых рядом со мной, Люба, как и хотела, улетела в Китай. Расставание далось сложно нам обоим… Но расставание только закалило наши чувства.

Конечно, бросить всё и перебраться в Шэньян я не мог – никто бы не понял такого порыва. Да и что бы я там делал? Снова начал впустую прожигать жизнь? Нет. Это не было выходом. Поэтому я решил раз в два месяца хотя бы на несколько дней летать к Любе в гости. Признаться честно, такие путешествия отнимали много времени, денег и сил.

Но оно того стоило, ведь каждая наша встреча только разжигала в сердцах огонь любви.

Господи, как же мне сейчас было волнительно! По телу пошёл мерзкий зуд, а щёки невыносимо горели. Ещё и, как назло, рейс задерживался. Я буквально сходил с ума…

– Никита! – когда я услышал родной голос, дыхание сбилось. – Никита! – буквально визжа от радости, Птичка чуть не снесла меня с ног. – Как же я соскучилась!

– Я тоже скучал, маленькая, – подхватив Любу на руки, прошептал я. – Думал, уже не дождусь…

– Из-за нелётной погоды нам пришлось задержаться, – прислонившись щекой к моей голове, пробубнила Люба. – Мы битый час дожидались…

Она продолжала рассказывать о своём невезении, а я, уткнувшись в сладко пахнущую шею, не мог поверить своему счастью. Отчаянно бившееся до этого момента сердце, мгновенно успокоилось, стоило мне почувствовать Любу рядом.

– Измучили бедную, – опустив Птичку на пол, я нежно поцеловал её. – Устала, наверное… И проголодалась?

– Проголодалась, – вытянув губы уточкой, кивнула Люба. – Очень…

– Тогда скорее в машину! – взявшись за ручку чемодана, я переплёл наши пальцы. – Перекусишь блинчиками… А дома уже стол накрыт и гости собрались.

– С корабля на бал? – измученно улыбнулась Птичка.

– К сожалению… – вздохнул я. – Все ждали тебя раньше… Кто же думал, что вылет задержат.

– Может, ну его?.. – резко остановившись, Люба жалобно посмотрела на меня. – Не хочу сегодня никого видеть! Хочу провести вечер только с тобой… – словно маленький ребёнок топая ножками, простонала она. – Давай не поедем к ним… Ну, пожалуйста! Пожалуйста…

Конечно, родители нас очень ждали… Виктор Сергеевич соскучился по своей дочери не меньше меня. Но!.. Глядя в эти колдовские глаза, смотря на очаровательные пухлые щёчки и вытянутые пухлые губы, разве мог я отказать? Конечно же, нет.

Я никогда не мог устоять перед обаянием моей Птички.

– Хорошо, – тяжело вздохнул я. – Я позвоню отцу… Думаю, и без нас им с Виктором Сергеевичем будет чем заняться.

– Правда?! – радостно воскликнула Люба. – Ты лучший! Знаешь же, что лучший? – бросившись обниматься, она крепко сжала мою шею.

– Знаю, – погладив её по волосам, ответил я. – Поехали домой…

Несмотря на то что Птичка была рядом, всю дорогу я не мог найти себе места.

Мой план провалился. Я заказал букет, купил красивущее кольцо, приготовил слёзовыжимательную речь… А теперь всё шло не по плану! Уверенность в успехе задуманного медленно сходила на нет, но боевой настрой не покидал меня.

Сегодня. Именно сегодня я должен был услышать её ответ. Дольше ждать я был просто не в силах. Поэтому, чтобы выиграть время, выбирал самый дальний путь до нашего жилого комплекса.

– А почему мы не поехали по Ленина? – удивлённо спросила Люба. – Я думала, там ближе…

– Там пробки, – пожав плечами, нагло соврал я. – Яндекс показывает аварию во втором ряду. Если встанем, то застрянем до самой ночи.

– Хорошо, – расстегнув куртку, она тяжело вздохнула. – Тогда давай доставай блины! Есть хочу ужасно…

– Возьми сама… Они в пакете на заднем сиденье. Там ещё в термосе горячий чай. Аккуратнее…

– Хорошо.

Пока Люба шуршала за моей спиной, я продолжал размышлять над тем, как из ничего сделать романтику. Зайти в магазин, купить свечи, а пока Птичка будет мыться, наспех зажечь их? Или заказать пиццу в форме сердца, произнести заготовленную речь, а цветы подарить потом? Нет! Глупости! Люба была достойна большего…

Но как же это большее мне наколдовать?

Думая об этом, я не сразу понял, что Люба затихла. Шуршание прекратилось, хвалебных отзывов о моих блинах слышно не было, да и сама Птичка не спешила возвращаться на своё место.

– Что-то случилось? – снизив скорость, спросил я. – Неужели, термос плохо закрыл? Всё разлилось?!

– Нет, – медленно вернувшись в кресло, ответила Люба. – Просто… Вот.

Раскрыв ладонь, она показала мне заветную коробочку. Ту самую, в которой лежало помолвочное кольцо.

– Что это? – подняв на меня растерянный взгляд, прошептала Птичка.

Идиот. Нет! Кретин. Хуже… Неувязок. Надо же было оставить самое ценное рядом с блинчиками!

Резко повернув к обочине, я со всей силы дал по тормозам. Сгорая под прицелом встревоженных глаз, я чувствовал, как моё сердце ушло в пятки. Люба, держа в руках коробочку, ждала от меня ответа, а я, окончательно потеряв над собой контроль, не придумал ничего лучше, чем прямо сейчас спросить:

– Ты станешь моей женой?

И без того огромные глаза округлились. На мгновение мне даже показалось, что Птичка перестала дышать – настолько обескураженной она выглядела. Но спустя несколько мучительно долгих секунд, Люба наконец-то отмерла и широко улыбнулась.

– Я поняла… Это шутка! – выдохнув, воскликнула она. – Молодец! Подловил…

– Это не шутка… – дрожащим голосом прошептал я. – Я, правда, хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Стала моей женой… Конечно, всё должно было быть по-другому! – от осознания того, что все мои задумки пошли прахом, язык заплетался, а на душе стал завязывать тугой узел беспокойства. – Я хотел встать на колено, обратится к твоему отцу, попросить руку и сердце, а потом…

– Я согласна! – не дав мне договорить, воскликнула Люба. – Согласна! Согласна! Согласна! – словно умалишённая продолжала повторять она. – Плевать на цветы, к чёрту романтику! Я так тебя люблю… Я согласна!

Происходящее походило на сон. Нет! Даже в самом сладком сне я не мог себе представить, какое наслаждение испытаю, услышав её ответ.

– Я люблю тебя… – осыпая поцелуями намокшее от непрошенных слёз девичье лицо, прошептал я. – Безумно люблю! Слышишь? Больше жизни люблю.

Тело мгновенно расслабилось, удушающий узел в груди развязался, и я смог наконец-то крепко обнять своё живое невозможное счастье.

Эпилог

– Ну же, затягивай сильнее, – ворчала Люба, пытаясь влезть в свадебное платье. – Нет, этого просто не может быть! Неужели за месяц можно так поправиться?

Девушка безумно нервничала, потому что в один из самых важных дней в своей жизни хотела выглядеть сногсшибательно.

– А что ты хотела, уплетая бобовые булочки тоннами? – усмехнулась Марьяна. – Я говорила: свадьба – не повод нервничать. Тем более, Никита всё устроил!

Это была чистая правда. Всей подготовкой к церемонии занимался лично Романов. Удивительно, но он даже маму не подпустил, сказав, что должен сделать всё сам.

Нет… Конечно же, Никита советовался с Любой, по видеосвязи показывал разные варианты. Но этого, по мнению девушки, было мало.

«Спасибо, что платье доверил самой выбрать», – думала она.

– Конечно, – Люба раздражённо откинула выбившуюся из причёски прядь волос. – Как я могла заниматься подготовкой, если была в Китае? Вот сама подумай! А, нервничала я, переживая о нервах Романова. Страшно представить, что нас сегодня ждёт… Он так близко к сердцу всё принял.

– Что бы не ждало: улыбайся и хвали, – сморщив нос, напутствовала Марьяна. – А лучше вообще не думай об этом и вдохни глубже, я постараюсь справиться с этой чёртовой молнией.

Сказав это, Марьяна приложила нечеловеческую силу. Благо дорогущее платье выдержало такую нагрузку.

* * *

– Волнуешься? – спросил Олег, рассматривая свадебный букет. – Никогда бы не подумал, что ты так скоро женишься.

– Зачем тянуть? – нервно усмехнулся Никита. – Я люблю Любу и хочу, чтобы она скорее стала моей женой.

Примирение с Филатовым далось Романову нелегко. Конечно, не обошлось без мордобоя, но сейчас Никита со спокойной душой мог называть Олега лучшим другом.

– Конечно, – вздохнул Филатов, откинувшись на спинку кресла. – Кстати, отличный смокинг – темно-синий очень идёт твоим глазам.

– Надеюсь, в последний момент Птичка не передумает, – повернувшись, Никита задумчиво посмотрел на друга. – Мы не виделись с прошлой недели.

Романов ужасно нервничал. Подготовка к свадьбе далась ему не легко. Страшно представить, сколько седых волос появилось на несчастной мужской голове.

– Прекрати пороть чепуху, – Олег закатил глаза. – Не могу представить ваше расставание. Ты любишь её, она безмерно любит тебя. Невозможно представить двух более подходящих друг другу людей…

В голосе Олега послышалась тонкая нота грусти. Но друг жениха смог быстро взять себя в руки и широко улыбнулся.

– Надеюсь, ты прав, – отвернувшись обратно к зеркалу, вздохнул Никита. – Наверное, это просто мандраж. Точно… Мандраж…

* * *

На большой площадке загородного отеля, украшенной россыпью живых цветов, собрались многочисленные гости. Бесконечные родственники, друзья и родители – все с нетерпением ждали появления жениха и невесты.

Это был самый волнительный момент, ведь Люба и Никита переживала не меньше их. Находясь по противоположные стороны, они не могли видеть друг друга. Оттого их волнение становилось всё больше.

Послышалась музыка и наконец-то ведущий позвал брачующихся.

Первым вышел Романов. Радостно и быстро пройдя по проходу, он хотел как можно скорее встать на своё место, чтобы увидеть любимую девушку. Люба же, как истинная сдержанная невеста, шла неспеша. Она буквально вцепилась в отцовскую ладонь и от переполнявших эмоций нервно прикусывала щеку.

– Обещай, что сделаешь её самой счастливой, – прошептал Виктор Сергеевич, передавая Никите самое драгоценное, что у него было.

– Обещаю, – пытаясь скрыть дрожь в голосе, ответил Романов.

Взявшись за ледяную ладонь Любы, он попытался хоть немного согреть её – нежно поцеловал тыльную сторону.

– Моя любимая, моя дорогая Люба, – начал подготовленную речь Романов. – Я счастлив, что среди всех мужчин, ты выбрала меня. Беспечного, самодовольного и порой невыносимого засранца. Своим появлением ты, словно мягкий луч весеннего солнца, осветила мою серую, унылую жизнь. Ты стала для меня всеми: подругой, партнёром, любимой. Ты стала для меня смыслом жить. Я люблю тебя, мой удивительный солнечный цветок и хочу, чтобы твой свет согревал меня до последнего дня.

– Мой любимый, мой дорогой Никита, – девичий голос дрожал. – Я счастлива, что несмотря ни на что сейчас ты стоишь рядом со мной. Спасибо, что полюбил так взбалмошную, упрямую и порой непостоянную. Полюбил и никуда больше не отпустил… Ты словно огромная крепость, закрывающая меня от неприятелей. Твоя сила, уверенность и спокойствие укрепляют мою веру в наше светлое будущее. Что бы ни ждало нас впереди, знай, что я всегда буду стоять за твоей спиной. Я люблю тебя, удивительный лунный свет, позволяющий моим лепесткам распускаться даже ночью. Я ни за что не отпущу твою руку, потому что, не представляю своей жизни без тебя.

Сказав свои клятвы, новобрачная пара подарила друг другу свой первый супружеский поцелуй, объединивший два сердца, так долго идущих к их выстраданной любви.

Конец