Текст книги "Горечь и мед (СИ)"
Автор книги: Вера Рэйдж
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)
Глава 5
26 сентября 2014 года.
– Вы в своем уме, 11 “А”?! – Антонина Павловна пришла вне себя, – Вам кажется это смешным? – не знаю, почему она так решила, но все сидели в полной тишине. Тоня хоть и приколистка, но страшна в гневе. – У вас на носу ЕГЭ, а вы всем классом заваливаете алгебру в самом начале года. Думаете мне нравится выслушивать от другого учителя, какие разгильдяи учатся в моем классе? В “А” классе! Вы должны быть примером для всей школы!
В начале недели состоялась первая проверочная. Антонина Павловна ругала нас за дело – даже отличница написала работу на два. Она в тот день так ревела, что чтобы успокоить, мы отвели ее к медсестре.
– Чтоб вы знали: “Б” класс почти целиком написали эту работу на пять!
– Так им наверное дали варианты для тупых, Антонина Павловна. – вставил Вадим. Настроение в классе стало немного расслабленнее.
– Цыц, Стрешнев! – она сняла очки и потерла переносицу. – Ладно. Не буду я вас как детей малых отчитывать, но скажу одно: чтобы каждый.Каждый,– она еще раз повторила это слово, чтобы до всех дошло, – исправил эту двойку. Я не хочу краснеть перед школьным советом из-за вас. Мы поняли друг друга?
– Да, Антонина Павловна, – гулом прошлось по аудитории.
– Так. Напоминаю, что с октября мы начинаем репетиции Последнего звонка. Раз в две недели, чтобы не забирать у вас много времени от учебы. Также, пока я не забыла, – 6 октября, в понедельник, у нас будет День учителя. Не забудьте выбрать предметы, на которых хотите замещать учителей на первых уроках. Все. Всем хороших выходных.
По основному расписанию уроки уже закончились. Классный час каждую пятницу завершал безумную неделю. У меня оставался дополнительный английский. Я планировала сдавать его на ЕГЭ. Лиза с Вадимом попрощались со мной и поспешили на выход. Я мысленно порадовалась за них. Ребятам подготовительные в пятницу перед выходными не ставили, они хотели сдавать другие предметы. Лиза планировала поступать в МГИК на хореографисекий факультет, поэтому выбрала Литературу. Вадим же еще не определился. Посещать дополнительные – необязательно, поэтому он не торопился с выбором специальности.
Я подошла к классу английского языка. Учительницы еще нет на месте, поэтому я прошла и присела за первую парту напротив ее стола. Из моего класса больше никто на этот урок не записался, можно не тесниться. На стенах кабинета висели плакаты с изображением Лондона: тут и Тауэр, и знаменитый Лондонский мост. Прямо над доской располагался портрет Шекспира. Быть или не быть? Конечно, быть. Что за вопрос.
– Good evening, – послышалось в дверях. – Ой!
Я резко обернулась. Ну конечно. Кто как не Удельников будет учить со мной английский после уроков по пятницам.Господин-любитель-сугробов.
– Я думал, буду тут совсем один. – Филипп прошел и присел за соседнюю парту.
– Не могу с тобой не согласиться, – я выдавила улыбку и отвернулась к окну. Разговаривать с ним у меня совершенно нет желания. Я услышала, как он фыркнул, но ничего не ответил.
– Ева, Филипп, как хорошо, что вы уже тут, – в класс влетела Елена Викторовна – учитель английского языка. – Садитесь вместе за первую парту, у нас с вами будут, можно сказать, private lessons. – она рассмеялась.
Я бы рассмеялась вместе с ней, если бы мне не стало так грустно. “Бэшки”, судя по слухам, довольно сильно отставали на английском. Из-за Удельникова мы теперь будем медленнее проходить материал. Фил нехотя поднялся и присел на соседнее со мной место. Вытащил из портфеля тетрадь и пенал в виде красной гоночной машинки. Я покосилась на него. Фил лишь пожал плечами и сказал:
– Молния Маккуин. С первого класса со мной.
Он кивнул на свой пенал, где краска с игрушечных глаз-фар уже давно стерлась. Я не ответила и достала свои принадлежности: ручку и тетрадь. Остальное еще в прошлом году перестала носить. Мы с Лизой всегда пользовались содержимым ее пенала.
Елена Викторовна достала распечатки вариантов ЕГЭ за прошлый год и передала их нам. Я уже сотню раз решала всевозможные варианты в интернете.
– Давайте по очереди, начиная с первого номера. Ева, – скомандовала она, и мы занялись английским.
Филипп оказался очень способным. Он слету отвечал на вопросы и решал задания, когда наступал его черед. Я не отставала. Такими темпами уже через сорок минут разбора заданий мы закончили решать первый вариант. Учительница, радуясь, что ей достались такие способные ученики, предложила:
– Как вы смотрите на то, чтобы на следующем занятии мы устроили соревнование, кто правильнее решит вариант? Is it a good idea? – отчеканила она с американским акцентом.
Мы оба согласились. Мне очень понравилось отвечать по очереди и доказывать, что “А” класс знает английский лучше “Бэшек”. Я даже почувствовала дух азарта. Елена Викторовна сообщила, что на сегодня все, и отпустила нас домой. Она спешно подкрасила губы красной помадой, щелкнула маленьким зеркальцем и попрощалась, пока мы собирали свои вещи.
– У тебя нет шансов, Яковлева, – Филипп закинул рюкзак на плечо, когда мы вышли из кабинета.
– Это мы еще посмотрим,У-дель-ни-ков, – я произнесла его фамилию по слогам.
– Готовься стать отстающей, – кинул он мне. Отсалютовал, развернулся и быстрым шагом удалился.
Вот уж нет. На его месте я бы не была такой самонадеянной. К следующей пятнице я так подготовлюсь, что он потом пожалеет о своих словах. Я еще раз грозно посмотрела ему в спину и медленно двинулась следом.
На выходные у меня зрел всего один план – выспаться. Но Лиза написала недвусмысленное сообщение. Вечером собиралась тусовка у Вадима. Он что, решил не проводить время со своей девушкой? На улице я попробовала позвонить ему. Не отвечает. Лиза явно знала больше меня.
Ева: “Вадим не отвечает, ты уверена про тусовку?”
Лизончик: “Да. Когда мы выходили из школы, ему позвонила Лика и видимо отменила их встречу. Вадим сказал, что тогда зовет всех тусоваться.”
Ева: “Ты пойдешь?”
Лизончик: “Конечно! Это же первая вечеринка в одиннадцатом классе.”
Я даже немного обрадовалась, что мы собираемся именно у Вадима. У него в гостях я чувствовала себя комфортно. Да и уверена, он не станет звать людей не из нашего круга общения. Надеюсь, там не будет Кира. Иначе я сразу уйду.
Вадим жил в соседнем доме. В том же, где и новенький Андрей, кстати. Именно там мама купила ему квартиру. Я знала ее как свою, потому что мы очень часто зависали у него летом. Две комнаты, кухня-гостиная и большой балкон в спальне. На крыше дома находилась вертолетная площадка. Как-то раз мы даже пробрались туда, но охранники нас быстро выгнал. Я еще раз попробовала дозвониться до Вадима, уже из дома. Он все еще не брал трубку.
Ева: “Лиз, он говорил, нужно что-то купить?”
Лизончик: “А то ты не знаешь Вадима. Он сказал, что все за его счет.”
Меня беспокоило, что Вадим не отвечал. “Был в сети в 14:53”, – горело на его страничке в социальной сети. Я переоделась в серую оверсайз футболку и обтягивающие черные джинсы. По крайней мере так мне точно будет удобно. Да и для кого там наряжаться.
Мы с Лизой договорились встретиться у его подъезда в половине девятого. Она уже стояла у матовой стеклянной двери, когда я подошла. Держала пакет апельсинового сока, прижимая его двумя руками к груди. Я набрала код от подъезда. На входе нас встретила милая консьержка. Мы сообщили, что идем в гости к Стрешневу. Она кивнула и вернулась к просмотру сериала на плоском телевизоре. У лифтов Лиза начала заметно нервничать:
– Он так и не ответил? – спросила она, переминаясь с ноги на ногу, пока мы ждали лифт. Волнуется из-за встречи с Андреем?
– Не ответил. Он точно ничего странного не говорил?
– Нет. После звонка Лики он просто сказал, что ждет всех вечером.
Двери маленького лифта открылись. Внутри я уже на автомате нажала на четырнадцатый этаж.
– Странно. – бросила я.
Вадим редко мне не отвечал. Я начала беспокоиться. На этаже я позвонила в звонок его квартиры. Спустя несколько мгновений дверь отворилась. Нас встретил Вадим. Пьяный в щи.
– О! Мои хорошие пришли, проходите, – он поклонился и жестом показал нам заходить. Интересно, по какому поводу он так надрался?
Большая часть нашего класса уже находилась в квартире. Девочки, как полагается, заняли уголок на кухне. Они оккупировали все барные стулья около стойки и звенели бокалами для игристого. Парни расположились в той части комнаты, которая отведена под гостиную. Они сидели на диване и о чем-то громко спорили. На кофейном столике, как и на кухне, все уже заставлено бутылками с открытым алкоголем и другими напитками.
– Вы будете пить? – медленно проговорил Вадим, стараясь не запинаться. Получалось плохо.
– Я точно нет, – ответила я, и Лиза кивнула, соглашаясь со мной. Родители отпускали ее на такие тусовки, только если она не будет пить. Она шутила, что по приходу домой они проверяют ее на алкотесте. Я надеялась, что это неправда.
– Тогда чувствуйте себя как дома. Ев, тебе ведь не привыкать. – Вадим хмыкнул.
Что? Я не совсем поняла, почему он так сказал, но быстро свалила все на опьянение. Отправила Лизу на боковой диван, а сама пошла на кухню за стаканами для сока. Музыка оглушительно играла, поэтому я не слышала, что обсуждают мои одноклассницы. При виде меня они покосились, а затем наклонились в центр, чтобы обменяться мнением в своем крысином кружке. Знали бы они, как мы с Лизой их обсуждаем, молчали бы. А кто не сплетничает?
– Ого, ты тоже здесь, – рядом внезапно вырос мой новый соперник по английскому – Удельников. – Пришла молить меня о пощаде?
– Больше удивляет, что ты здесь. – я надавила на лаковую дверцу на фасаде кухни, и она медленно поплыла наверх.
– Мы с Вадимом вместе ходили в автошколу. Здесь еще парочка ребят из моего класса.
– Извини, он не посвящает меня в такие подробности. – я встала на мыски, стараясь достать стакан. Фил поднял руку и протянул мне его. – Еще один, – пробормотала я себе под нос.
Он достал второй стакан и поставил на столешницу.
– Спасибо, – я забрала стаканы и поспешила удалиться.
Лиза болтала с Вадимом на диване. Он по-царски откинулся на спинку и занес обе руки поверх подушек. Я обратила внимание, как пальцами он накручивал кончики ее волос. Лиза так увлеченно ему что-то рассказывала, что даже не замечала этого.
– А где Лика? – я плюхнулась рядом с Вадимом и поставила стаканы на стеклянный кофейный столик.
– Ее не будет сегодня, – он залпом отпил из своего бокала, – как и вообще.
– Поругались?
– Можно и так сказать. – он повернулся на меня. Впервые в своей жизни я увидела в глаза лучшего друга слезы.
– Хочешь поговорим об этом? – шепнула я ему на ухо.
Вадим кивнул. Взял меня за руку, встал и повел в свою спальню. Сколько раз я представляла себе такой же момент, но по другой причине. Но сейчас это происходило, потому что ему нужен был друг. Он запер дверь и открыл балконную дверь, чтобы в комнату поступал свежий воздух. Лег на кровать.
– Не знаю, хочешь ли ты слушать мои сопливые истории. – он улыбнулся и покрутил стакан в руке. – Мужики ведь не должны жаловаться.
– Не говори глупостей, я твоя подруга, мне можно говорить хоть про все сопливые истории в твоей жи...
– Она решила, что мы слишком разные. – резко перебил он, – и бросила меня по телефону.
Я присела рядом. Свет в комнате выключен. С улицы доносилась полицейская сирена.
– А ты что?
– А что я сделаю, Ев? – он с досадой хохотнул. – Мы ведь это из-за тебя.
– Что? – я повернулась на него. Вадим отпил из своего бокала.
– То. Она решила, что между нами что-то есть. Хотя я уверял, что мы с тобой не больше, чем друзья. И никто из нас не влюблен в другого. Так ведь?
Я не знала что ответить. Уставилась в темноту. Совсем не так я представляла себе этот момент. Совсем не так Вадим должен был узнать, что я уже давно в него влюблена.
– Ев, – окликнул он меня и накрыл своей рукой мою.
– Так, Вадим. Так.
– Не ври мне, – он резко взял меня за шею и приблизился губами, – не ври мне, Яковлева. – прошептал он прямо в мой приоткрытый рот. – Никогда не ври.
Я смотрела в его глаза, боясь пошевелиться. Почти не моргала. Даже задержала дыхание. Вадим Стрешнев находился в миллиметре от моих губ. Еще секунда и мы бы поцеловались. Но не так. Так мне совсем не хотелось.
– Сделай это. Ты ведь любишь меня, – продолжил шептать он. В его глазах блестел свет, доносившийся из коридора. Блики бегали вместе с его зрачками. Он по очереди заглядывал в мои глаза. Будто в саму душу.
– Нет. Ты пьян, Вадим. – твердо ответила я и мягко оттолкнула его. Он сразу поддался и не стал напирать.
– Вот и хорошо. Мы лучшие друзья, все-таки. – Вадим встал и направился на балкон.
– Будешь? – он протянул мне сигарету сквозь полупрозрачные шторы.
– Нет. – ответила я. – Я не курю.
– Да, я тоже. – он зажег сигарету. Гадкий запах дыма проник в комнату. – Прости. – буркнул он. – Не хотел напугать тебя.
– Мне очень жаль, что вы расстались, – сказала я чуть громче, чтобы он точно услышал. Я понимала, что он не такой и не хотела, чтобы мы развивали эту тему. – Правда.
Вадим очень редко курил. Он называл это особой стадией опьянения. Тогда, когда здравый смысл совсем покидал его.
– А мне ведь она очень нравилась, – проговорил он, стряхивая пепел вниз. – Очень.
– Я понимаю, – рукой я гладила его спину, стоя рядом. Вся моя симпатия к нему отошла на задний план, когда я поняла, что ему действительно нужен сейчас только друг.
– Думал – вот она. Та самая. – он докурил и бросил окурок вниз. Тот завертелся на ветру, как лопасть вертолета. – А она так со мной поступила.
– Ты не виноват в этом. Иногда люди просто не подходят друг другу, хотя изначально кажется, будто это судьба. Но это не так. Было бы хуже, если бы так и не решился познакомиться с ней и потом думал, какой дурак, что не подошел. Поверь мне.
– Ты права, Ев. – Он положил голову мне на плечо, – Обожаю тебя. И еще раз прости за то, что сейчас случилось. Не знаю, что на меня нашло.
– И я тебя.
Вадим обнял меня, закрывая от порывов ночного ветра. Зарылся лицом в волосы. Я слышала, как он медленно вдыхает.
– Пойдем к остальным? – предложила я.
Он кивнул, разомкнув объятия.
– Спасибо, Ев.
Вместо “пожалуйста” я потрепала его по светлым волосам. Он улыбнулся, и мы вышли с балкона. В общей комнате громко играла музыка. Я просочилась вперед, и Вадим открыл передо мной дверь. В нос сразу ударил запах кальянного дыма. Опять. Хорошо, что они додумались открыть окно.
Лиза уже сидела не одна. Рядом расположился Андрей со стаканом чего-то темного. Я надеялась, что это просто кола. Они мило болтали на углу дивана. Лиза кокетливо закинула ногу на ногу, а Андрей поставил локти, облокотившись на колени. К моему счастью, на тусовке не было Кира и его дружков. Вадим ушел к ребятам и сразу подхватил тему баскетбола. Он не только играл, но и фанател от “Лейкерс”. А особенно от Леброна Джеймса. Называл его легендой. Я забрала сок с кофейного столика и пустой стакан, который оставила, когда уходила в спальню Вадима. Прошла на кухню. Барная стойка уже освободилась – девочки кружились около кальяна. И только один стул был занят. Филипп уткнулся в телефон. На стойке напротив него стоял стакан с прозрачной жидкостью. А стул рядом занимал чей-то рюкзак.
– Не нравится тусовка? – я подошла к нему. Больше идти было некуда.
– Почему же, я прекрасно провожу время. – он отложил телефон и повернулся на меня. Забрал рюкзак и жестом пригласил присесть рядом.
– Благодарю. – Я уселась на высокий стул и поставила сок со стаканом на стойку. – Показалось, что тебе все это не нравится.
– Нет.
– Раньше вы на тусовки к нам не приходили, – я продолжила диалог и налила себе апельсиновый сок.
– Раньше Вадим Стрешнев не был у меня в долгу, – загадочно ответил Фил и отпил из своего стакана. Интересно.
– Это водка? – я кивнула на его напиток.
– Бери выше. Спирт. 80%. Вот-вот отключусь. – он деланно закатил глаза, вторя своим словам.
– Поскорее бы, – пробубнила я себе под нос.
– Что-что? – он рассмеялся.
– Пей, говорю, на здоровье, – я со звоном чокнулась с его стаканом.
– Не волнуйся, английский я таким образом не забуду.
– А жаль!
Филипп рассмеялся и залпом допил содержимое стакана. Я все-таки почувствовала запах алкоголя, когда он с размахом поставил его на стойку. И чего-то сладкого.
– Твоя подруга, кажется, вот-вот заведет себе парня, – он кивнул на Лизу.
– Да. Андрей пока не подает признаки козлятизма.
– Он хороший. Ты знала, что изначально он должен был поступить в наш класс? – я удивленно посмотрела на Фила. – Ага. Но наша класснуха была против. Поэтому его взяла ваша. Она мне всегда больше нравилась.
– Тоня лучше всех, – согласилась я.
– Это правда. Готов поспорить, что она не орет на вас и не называет тупыми.
– Лишь изредка. Сегодня она сравнила нас с вами. – на этих словах я придвинулась к нему чуть ближе.
– Неужели? Великие “Ашки” хоть где-то оступились! – он театрально закрыл рот рукой, удивляясь. В его светлых глазах сверкнуло веселье.
– Представляешь. Завалили проверочную по алгебре.
– Неудивительно. Вы никогда не отличались умом. – он провел рукой по волосам, как делал раньше. Чертов актер.
– Про вас мы думаем то же самое, – заверила его я.
– Про нас вы не ошибаетесь, – подтвердил он.
Этот диалог заставил меня невольно улыбнуться.
– Наконец-то! – Фил поднял мой стакан с соком кверху, салютуя. – Она умеет улыбаться.
Я рассмеялась и забрала свой напиток из его рук. Наши пальцы лишь на мгновение соприкоснулись. Я резко отдернула руку. Сок водопадом пролился на мою серую футболку. Фил схватил в охапку салфетки с барной стойки, все, что нашел. Протянул их мне.
– Не нужно. Я вернусь, – снова пробубнила я и зашагала в сторону ванной комнаты.
Заперто. Я постучала, надеясь, что ее забили ненадолго. В ответ услышала громкое: “Занято!”. Ясно. Шмыгнула в комнату Вадима. Он позволял носить его вещи, когда я приходила в гости. На его балконе я заметила две фигуры. Одна – явно его, вторая – явно женская. Она казалась намного мельче. Хрупкой. Вадим обнимал ее за талию, склонившись над ухом. Я быстро раскрыла шкаф и вытащила первую попавшуюся под руку футболку. Закрылась от их глаз дверцей и переоделась. Вадим явно хотел отвлечься после инцидента с Ликой. И хорошо, что этой кем-то в итоге стала не я. Я бы не хотела такого исхода. Мои чувства к нему все еще полностью наполняли мое сердце. Я не позволила бы, чтобы это случилось под действием алкоголя. Только не так. Сейчас он совсем не способен мыслить трезво от расстройства и количества выпитого.
Когда я вернулась, Фила на месте не оказалось. Кучка салфеток лежала на стойке, как заснеженная гора. Я посмотрела на часы – половина первого. Стулья около стойки снова оккупировали девочки. В этот момент я поняла, что с меня на сегодня хватит. Лизы и Андрея также не оказалось на их месте. Я надеялась, что они где-то просто мило воркуют, а не совершают ошибку, о которой, скорее всего, потом будут жалеть. Забрав сумку, я поспешила на выход.
Консьержка смерила меня грозным взглядом и кинула злое: “До свидания.”. Ей не нравились вечные тусовки в квартире Вадима, но разве кто-то ее спрашивал? Я вышла на улицу и вдохнула ночной воздух. На вечеринке никто особо и не смотрел на меня, как еще неделю назад. Никто даже не кидал колкие фразочки. Это не могло не радовать. Все возвращалось я на круги своя.
Глава 6
3 октября 2014 года.
Неделю перед схваткой с Удельниковым я и вправду очень усердно занималась английским. Подключила все, что только могла: и учебники, и обучающие видео в интернете, читала короткие рассказы и даже пробовала смотреть “Острые козырьки” в оригинале. Британский английский все еще давался мне с трудом, поэтому я переключилась на сериал “Друзья”. Там фразы оказались намного легче для восприятия и понимания.
Я старалась не заходить в сеть. После вечеринки у Вадима “Сплетник” пестрил разнообразием новых постов о произошедшем. И некоторые из них, как раз, касались меня. “Яковлева и Стрешнев из 11 “А” всю тусовку обжимались в спальне. Так ли быстро она забыла о недавнем позоре?”. Вадим сказал не обращать внимание, что кто-то просто хочет насолить мне. Так я и решила делать. Все равно от глупых взглядов никуда не деться, хоть я и чувствовала себя очень некомфортно. Учеба и подготовка к английскому сильно помогали отвлекаться. Не думать о том, что этот кретин Кир может еще написать. Хотя, раз он не пришел на ту вечеринку, то, возможно, это кто-то другой. Мне не хотелось знать кто. Хватало того, что эти посты вообще появлялись.
Написали и несколько постов о Лизе. В школе пока мало кто знал Андрея, поэтому его называли просто “новенький”. Ничего особенного не писали, но Лиза закидывала меня этими постами всю неделю, ругаясь, что кто-то смеет сплетничать о них.
В день “икс” я то и дело косилась на часы на каждом уроке. Мне не терпелось надрать задницу этому самодовольному тупице. Да, именно тупице. Признавать, что Филипп может знать английский так же хорошо, как и я, не собиралась.
После классного часа я сразу же пошла к кабинету английского языка. Елена Викторовна что-то обсуждала с учеником внутри, поэтому я дожидалась снаружи. От волнения я грызла ногти. Плохая привычка. Вдалеке замелькала голова Филиппа. На его лице сверкала улыбка. Будто он идет не на восьмой урок в пятницу вечером, а на концерт любимой группы.
– Опаздываешь, Удельников, – сказала я вместо приветствия.
– У меня к тебе предложение, Яковлева. – он также не стал здороваться. – Если ты продуешь сегодня, то выполнишь одно мое желание. Только не подумай ничего пошлого, я не из таких.
– Вот еще. – я усмехнулась, но любопытство взяло свое, – А что, если продуешь ты?
– У тебя же с точными науками не очень, да? Если ты победишь – буду делать за тебя домашку по алгебре до конца года.
– Готовься срастись с учебником, – ехидно прошипела я как раз, когда ученик вышел из кабинета, попрощавшись с Еленой Викторовной.
Филипп улыбнулся и жестом пригласил меня войти первой, немного поклонившись:
– Дамы вперед.
Я закатила глаза, стараясь скрыть предательскую улыбку. Елена Викторовна уже раскладывала распечатки с вариантами ЕГЭ на первые парты. В этот раз мы будем сидеть отдельно.
– Правильно, Елена Викторовна, а то Филлип точно будет у меня списывать, – я быстро заняла парту рядом с учительским столом и бросила сумку на стул.
– Это чтобы ты не списала, Ева. Не нужно отводить от себя подозрения. – он плюхнулся за соседнюю парту.
Учительница захихикала и попросила занять свои места. Она присела за учительский стол и достала из ящика песочные часы.
– У вас будет сорок пять минут на решение варианта. Не торопитесь, делайте обдуманно. Если где-то возникает сложность – пропустите. Мы потом разберем эти задания более детально. Поэтому, если решите не все – не страшно. Мы всего лишь готовимся. В конце я посчитаю баллы, как если бы вы были на настоящем экзамене. Good luck! – Она перевернула часы и первые песчинки посыпались на стеклянное дно.
Еще чего. Я решувсезадания правильно, чтобы Фил утер себе этим листом задницу. Времени на туалет с моей домашкой по алгебре у него все равно не будет.
Аудирование я решила быстро. В аудиозаписях говорили понятно. Это все-таки не беглая живая речь, где даже отдельные слова сложно различить. С чтением тоже справилась без проблем. Над грамматикой и лексикой пришлось немного попотеть. Изредка я поднимала голову и следила, сколько времени еще осталось. Ладошки потели, будто я находилась на настоящем экзамене и могла не успеть решить задания за четыре часа. Я повернула голову вправо: Филипп склонился над листом слишком низко, чесал ручкой висок. Стал похож на Горбуна из Нотр-Дама. Его губы бесшумно двигались, читая задания. Он закусил нижнюю губу и начеркал ответ на листочке. “Не отвлекаться!”, – скомандовала я себе и вернулась к своему листу. Я не хотела пропускать ни одно задание, поэтому решила, что пусть я отвечу неправильно, но при этом решу все. Я перешла к разделу четыре. Письмо и эссе. Я поняла, что времени у меня осталось только на одно из двух заданий, поэтому решила сделать только первое. Прочитала задание. Какая удача! Мой воображаемый друг по переписке по имени Джон просил рассказать ему о моих любимых жанрах музыки и о том, играю ли я на каких-либо музыкальных инструментах. Я быстренько накатала текст о своей любви к меланхоличным мелодиям, панк-року и классике. В подробностях рассказала, как мне нравилось учиться в музыкальной школе и играть на фортепиано. Поставив финальную точку, я подняла глаза. Последняя песчинка завершила маленькую горку за стеклом. Время вышло.
Я протянула распечатки Елене Викторовне первая. Фил передал свои и самодовольно улыбнулся. Его лицо светилось, будто он уже победил. Я помотала головой, мысленно посылая ему сигналы, чтобы он поубавил свой пыл. Учительница зашуршала бумагами. Она молча сверяла наши результаты с настоящими ответами, попутно ставя плюсы и минусы. Затем перешла к чтению письменной части. Я нервно дергала ногой и грызла ноготь на мизинце. Филипп с безразличием откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Вытянул ноги под партой, перегородив проход. Его спокойствие меня раздражало.
– So, – Елена Викторовна выпрямилась, готовая огласить результаты. Мое сердце чуть ли не выпрыгивало из груди от волнения. – Ева, ты написала отличное письмо. Мне оно очень понравилось. – я кивнула с улыбкой. – Филипп, и письмо и твое эссе выше всяких похвал. Если попадется похожая тема на настоящем экзамене – ты точно получишь за него высший балл.
“Правильно, пусть немного порадуется”, – съязвила я у себя в голове. Хотя меня кольнуло, что он успел написать оба задания, а я только одно.
– А теперь к главному, – она по очереди посмотрела на нас. Я повернулась на Филиппа, чтобы точно увидеть его лицо в тот момент, когда меня назовут победителем. Он неотрывно смотрел на учительницу. – Филипп, сегодня ты справился лучше. Обогнал Еву всего на три балла.
Что?! Он расплылся в улыбке, которая так и кричала: “Иначе и быть не могло”. Я перевела взгляд на Елену Викторовну.
– Ева, не расстраивайся. У тебя отличные результаты, только часть с грамматикой немного подкачала. Мы обязательно разберем все ваши ошибки на следующем занятии.
Я насупилась и сжала челюсти. Он победил в этом соревновании, и теперь я должна ему желание. Ужас.
– И да, я надеюсь, что вы вместе проведете у меня открытый урок на День учителя? – она по очереди направляла на нас блеском для губ, как указкой.
Этого мне еще не хватало. Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула. А был ли у меня вообще выбор?
– Конечно, – ответил Филипп.
– Awesome! – произнесла Елена Викторовна и хлопнула в ладоши. – Что же, на следующей неделе как раз подготовимся. Have a nice weekend!
Попрощавшись, я быстро засобиралась и вылетела из кабинета. Мне не хотелось сейчас разговаривать с Филиппом о его победе и желании, которое я должна теперь выполнить. Пусть ждет.
6 октября 2014 года. День учителя.
Антонина Павловна разрешила напечатать материалы на принтере в учительской. Меня немного потряхивало, хотя к открытому уроку на День учителя я подготовилась отлично. Уже второй год подряд мы замещали учителей, так что это, можно сказать, уже привычно. Единственное, что омрачило это мероприятие – Удельников. Он до сих пор не сообщил мне о своем желании, которое я должна буду выполнить. Чего он медлит? Я уже начинала надеяться, что он просто напросто забыл. Тем же лучше.
Я аккуратно прикрепила бейдж на английской булавке себе на грудь. На белой карточке аккуратным курсивным шрифтом написано «Учитель». В тот день я решила накрутить кудри. Расчислала их пальцами, чтобы создать волны. Маленькие стрелки на глазах, тушь и помада цвета пыльной розы на губах. Темно-синее платье с длинными рукавами доходило до середины колена. Черные лодочки дополняли мой образ. Я смотрела на себя в зеркало женского туалета и казалось, что из него на меня смотрит настоящий учитель. Всего на сорок пять минут, но учитель.
Елена Викторовна поправляла прическу, глядя в свое складное зеркальце. На столе лежала ее любимая бордовая помада, которую она носила почти каждый день. Статная и высокая женщина, она всегда приходила в школу нарядная. Всегда в платьях или сарафанах с рубашками, а также на каблуках. Если бы я не знала, что она учит детей английскому, то точно бы подумала, что она – модель. Или когда-то ей работала.
– Ева, как ты красиво сегодня выглядишь! – она перевела на меня взгляд. – А где твой коллега?
Филипп как всегда опаздывал. Хотя обычно это можно сказать только обо мне.
– А я уже здесь! – услышала я сзади.
Решив не одаривать лишним вниманием к его персоне, я отошла от двери и не стала оборачиваться. Рукой я задела бумажный цветок, сделанный в цветовой гамме британского флага. Оглядела кабинет: он оказался весь увешан такими цветами. Рядом с каждым располагалась табличка ученика, который его смастерил. Нужно отдать должное, Елена Викторовна постаралась на славу.
– Где твой бейджик, Филипп? – спросила учительница. Я все-таки повернула на него голову.
Мне стало сложно это признать, но Удельников выглядел красиво. Черный костюм сидел на нем как влитой. Пиджак не застегнут, под ним белоснежная рубашка и маленькая черная бабочка на воротнике. Я быстро перевела глаза на Елену Викторовну, пока он не заметил, что я пялюсь на него.
– Он здесь, сейчас, – Фил закопошился в рюкзаке и вынул бейджик.
Пальцы его совсем не слушались, поэтому с английской букашкой возникли проблемы. Я громко выдохнула и подошла к Филу. Не спрашивая, выхватила у него бейджик и открыла миниатюрную булавку. Неудивительно, что он не смог быстро этого сделать – в его больших руках она выглядела, как соринка. Я не поднимала глаза, но чувствовала, как он буравит меня взглядом. Мне казалось, что от его дыхания колышутся волосы у меня на голове. Прикрепила бейдж на его пиджак и два раза постучала по нему ладонью.
– Не благодари, – бросила я.
– Спасибо, Ева, – он не стал меня слушаться.
В класс начали заходить первые ученики. Мы должны провести урок у шестиклассников. Они здоровались с Еленой Викторовной и с недоверием озирались на нас. Девочка с двумя косичками и круглых очках подошла к столу учителя:
– Поздравляю вас с Днем учителя, Елена Викторовна, – сказала она тоненьким голоском и вынула из ранца коробку конфет.
Вслед за ней еще несколько других шестиклассников поздравили учителя. Мы с Филом одновременно повернули головы друг на друга. В его взгляде я прочитала то же самое, что он мог прочитать сейчас в моем. «Мы ничего не подготовили». В волнениях из-за того, что мне придется вести с ним урок, я совсем забыла о подарке. Фил быстро достал телефон из кармана пиджака, и его пальцы забегали по экрану. На учительском столе пропиликал мобильный. Мой. Я тут же схватила его, пока урок еще не начался.
