Текст книги "Горечь и мед (СИ)"
Автор книги: Вера Рэйдж
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)
Вера Рэйдж
Горечь и мед
Пролог
Они женятся. Любовь всей моей жизни женится.
Я всегда осуждала, когда занятой мужчина флиртует с другой девушкой. Коллега, официантка, посторонняя дама из бара. Все это кажется таким ужасным, когда ты не присутствуешь в этой ситуации. Если эта девушка – ты, то уже все не кажется таким уж плохим. Ты ведь свободна. Это он изменщик. Но если это мужчина, которого ты любишь всю жизнь, то за это уж точно стыдно не должно быть. По крайней мере мне.
Он провел рукой по моему бедру под столом, как делал раньше, а сам продолжил вести непринужденный разговор со старыми друзьями. По телу пробежали мурашки. Я вновь чувствовала себя, как в одиннадцатом классе, когда мы скрывались от родителей.
На встречу одноклассников все съехались из разных уголков мира. Моя лучшая подруга, например, только вернулась из тура по Сицилии со своим мужем и двумя детьми. Он приехал из Лондона. Рассказывал присутствующим, как ходил там на концерт. У меня перехватило дыхание. Я вжалась в стул, стараясь контролировать свое тело. Стараясь не выдать то, что происходит под столом. Никакие рассказы меня не интересовали. Он продвигался все выше и выше, пока не достиг верха бедра.
Еще десять лет назад, в тот год, когда все началось, я и подумать не могла, где мы в итоге окажемся. Через месяц у него свадьба, а я сижу рядом и стараюсь сдержать стон.
Глава 1
31 августа 2014 года.
Москва.
– С дороги! – я мчалась на велосипеде по школьному двору и чуть не сбила какого-то парня. На большой скорости не успела разглядеть его лицо. Но это точно какой-то кретин, ведь я давила на клаксон, что есть мочи.
Вечер перед первым сентября всегда волнителен. Особенно, когда ты вот-вот вступишь в свой последний школьный год. Одиннадцатый класс. Еще чуть-чуть и свобода. Я с нетерпением ждала того момента, когда скажу “прощай” этой чертовой школе. А потом поступление, университет, карьера, обязательно успешная, семья и дети. Что еще?
Лиза уже стояла около входа. Я прислонила велосипед к решетке и надеялась, что никто не решит его угнать. Мы все-таки в Чертаново. Кто бы что ни говорил про этот район, но он мне всегда нравился. Криминал? Может быть, но я никогда не становилась свидетелем преступления. Футбольные фанаты? Уже в прошлом. Вот пару лет назад еще можно было встретить парней в шарфах Спартака и ЦСКА, которые забивали друг другу стрелку в Битцевском лесу.
– Видела того идиота, которого я чуть не сбила? – я показывала лучшей подруге на удаляющегося с территории школы парня.
– Ага, – Лиза вытащила наушники и скрутила их вокруг айпода. – Пойдем. Мы опоздали уже на десять минут.
Лиза отличалась пунктуальностью, чего нельзя сказать обо мне. Она уже через минуту, как пришла, отправила мне сообщение в социальной сети с гневным текстом. Но я не могла ничего с собой поделать. Все-таки добираться до школы мне дольше, чем ей. Да и опоздания меня всегда волновали в самую последнюю очередь.
В школе царила тишина. Всего через сутки ее наполнит жизнь вместе с вернувшимися с каникул школьниками. Охранник дядя Коля, сидящий на посту при входе, отложил сканворд на стол и поднялся посмотреть, кто идет:
– Лиза, Ева, а вы что тут забыли? Начало занятий только завтра. Или уже не терпится начать готовиться к ЕГЭ? – он хрипло засмеялся, оголив желтые зубы. Дядя Коля злоупотреблял курением.
– Антонина Павловна позвала нас помочь, – протороторила Лиза. Ее сильно волновало, что мы заставляем нашу классную руководительницу ждать уже больше десяти минут.
– А, да. Она недавно пришла. Проходите. – Он нажал на кнопку на своем столе и табло турникета загорелось зеленым.
Стук каблуков Лизы отдавался эхом по пустому коридору. Затем она побежала по лестнице на третий этаж, и мне пришлось прибавить шагу, чтобы не отставать. Иногда она меня жутко раздражала. Наш классный руководитель – учитель биологии. Антонина Павловна уже сидела за своим столом, вырезая что-то из бумаги.
– Здравствуйте! – почти хором поздоровались мы.
Учительница подняла голову и расплылась в улыбке. Она встала и обняла каждую из нас по очереди.
– Спасибо, что пришли, девочки. Я уже говорила Лизе, с чем нужно помочь. Возьмите ножницы и вперед, – она указала на первую парту, где лежали распечатанные изображения листьев разных деревьев.
Антонина Павловна мне всегда нравилась. В свои сорок она вела только второй класс как классный руководитель. Еще на пятом году обучения я поняла, что она станет для меня лучшим учителем. Такой заботой и добротой она окружала нас с первого дня. Уверена, что последний год в школе пройдет также. За эти шесть лет она почти не изменилась. Стало только заметно, что она чаще закрашивала седину, а кое-где в уголках глаз появились лучики морщинок.
– А у нас будут новенькие в этом году? – Лиза сдвинула очки почти на середину носа и чуть ли не вытаскивала язык, стараясь аккуратно вырезать кленовый лист.
– Да. Хотя я против новеньких в выпускном классе. Директор настоял. – Антонина Павловна отпила чай из своей любимой кружки с ромашками и аккуратно поставила ее на лист бумаги. Он уже весь покрылся коричневыми кругами от чашки. Она всегда старалась защитить стол от лишнего соприкосновения с пролитым чаем. Особенно, когда на нем лежали тетради с домашним заданием.
– И кто он? Девочка или мальчик? Не томите! – Лиза отбросила ножницы и положила ладони на стол, нетерпеливо глядя на учительницу.
– Парень. Перевелся, потому что родители купили квартиру в том новом доме, который достроили в прошлом году. Но оценки в прошлой школе у него, мягко говоря, не очень. Только это между нами.
Мы с Лизой одновременно кивнули. Я закончила вырезать свои кленовые листочки и забрала часть у нее. Лиза, стараясь сделать идеально, очень медлила. Это еще одна вещь, которая меня в ней раздражала.
– Развесьте их на окна и стены, как закончите? – Антонина Павловна поднялась и посмотрела на часы на своем запястье, – Вот скотч. А мне еще нужно сходить в учительскую и поговорить с завучем. – Она засеменила в сторону двери.
– Как думаешь, он красивый? – спросила Лиза, как только мы остались одни. – Давно к нам в школу не переводились новенькие.
– А ты уже собралась его охомутать? Какая львица!
Лиза засмеялась, откинув копну светлых волос за спину. У нее очень миловидная внешность, которую не омрачали даже очки в широкой черной оправе и брекеты на зубах. Маленький нос, большие голубые глаза. Она никогда не оставалась без внимания парней и ей, очевидно, все они уже надоели. Нужна новая жертва.
– Неужели тебе не интересно, кто он? – она отложила последний кленовый лист в сторону и собрала ошметки бумаги по столу в одну кучу. – Ах, да. У тебя ведь в голове только ОН! Мистер-любовь-всей-жизни. Пора бы уже посмотреть и на других парней.
ИМ Лиза называла Вадима Стрешнева. Для него я – лучшая подруга, а для меня он – безответная любовь вот уже как три года. И эту френдзону, казалось, вообще ничем не разрушить.
– Я перестану думать о Вадиме, как только появится кто-нибудь, кто превзойдет его по всем параметрам.
– Ева, – она рассмеялась, – ты так точно никого не найдешь. Вадим – самый классный парень в школе.
Я покосилась на нее.
– Не подумай ничего такого, он твой. Просто если смотреть правде в глаза, у него единственного из нашей параллели никогда нет отбоя от девушек. Даже практикантки, уверена, заглядываются. Помнишь географичку в прошлом году? “Вадим, помоги стереть с доски”, – она спародировала притворный тонкий голосок практикантки. – Точно тебе говорю. – Лиза встала и забрала скотч с учительского стола. – Думаю, нам нужно сходить куда-нибудь погулять. Хоть в Парк Горького! Я все лето просидела у бабушки в деревне. Только и делала, что кормила комаров и смотрела с ней записанный на кассету сериал “Клон”. В десятый раз подряд! – Лиза приклеила первый кленовый лист к окну.
– Ты права. Нужно развеяться.
– Вот-вот. В чем ты пойдешь завтра? Только не надевай каблуки, не хочу быть ниже тебя на линейке.
Я кивнула и помогла ей с остальными листочками. Зачем только она напомнила мне о Вадиме? Все лето я старалась не думать о нем и не доставать сообщениями в поездке. Стрешневы всем семейством уехали на три месяца путешествовать по Европе и вернутся сегодня ночью самым поздним рейсом. Мать Вадима владела сетью салонов красоты, поэтому каждое лето устраивала своим детям приключения. Она бы с легкостью могла отдать его в школу с такими же богатенькими отпрысками, если бы сама не училась когда-то в нашей школе. Вадим говорил, что ему так даже больше нравится. Чего нельзя сказать о его младшей сестре Лере. Вот она-то мечтала учиться в частной школе. Но их мать оставалась непреклонна. Она очень любила нашу школу, хоть я и не понимала почему. В восьмом классе они уехали в Америку и ходили там в Диснейленд. Вадим привез всему классу брелки с Микки Маусом. Я жутко завидовала ему и считала зазнавшимся богатеем. А потом, когда мы стали ближе общаться, я поняла, что на самом деле он не такой. Да, иногда у него проскальзывали фразочки по типу: “Ты что поедешь с утра на метро? Там же часпик. Вызови такси”. Или когда он хвастался тем, что на восемнадцатилетие мать купила ему квартиру. Меня это безумно раздражало ровно до того момента, как мы не начали зависать там почти каждый вечер, когда к нему не приходила очередная фифа. Конечно, внешность Вадима заставляла и мои коленки трястись время от времени. Под два метра ростом, со светлыми волосами цвета пшеницы и голубыми глазами ему иногда хватало лишь одного взгляда, чтобы заполучить девушку. Они велись и на деньги его семьи, а он успешно пользовался таким вниманием. Однако, мало кто знал его настоящего. Знал, как знаю я. Вся маска крутого парня тут же улетучилась, когда речь заходила об его отце.
Мы с Лизой попрощались и разошлись в разные стороны. Мой велосипед остался нетронутым. Рядом с ним курил дядя Коля, стряхивая пепел на лестницу прямо перед школой. Завтра он так делать уже не сможет.
– Я следил за твоим байком как мог, – пошутил он и рукой развеял сигаретный дым передо мной.
– Спасибо, дядя Коля. До завтра!
Я вернулась домой уже после семи вечера. Покаталась немного по району, пока еще могла себе это позволить. В следующий раз я смогу выгулить велосипед только на выходных, если позволит погода. А потом осень накроет город серым маревом, проливными дождями и тоской. И можно забыть про велосипед до следующего лета. Отстой.
Дома пусто. Отец приходил с работы в девятом часу после смены в банке. Если у Вадима осталась только мама, то у меня только папа. Моя мать бросила нас, когда мне только исполнилось девять. На следующий день после дня рождения отца. Улетела с каким-то кубинцем заграницу и ее след простыл. Антонио. Из-за него теперь даже простое имя Антон под запретом в нашей семье. Раз в год мать писала сообщение с поздравлением с днем рождения, и больше мы не общались. Поначалу я горевала из-за этого. Все-таки девять лет – очень нежный возраст. Но со временем я смирилась, что она никогда не вернется. Отец старался не показывать этого в обычной жизни, но он грустил. Грустил так, что каждое семейное застолье заканчивалось тем, что он напивался и начинал плакаться тете Жене. Сестре моей мамы. Я ненавидела эти сборища с родственниками. Всегда одни и те же темы. “Как плохо, что она уехала”, потом “какая она плохая, что бросила ребенка с мужем”, а потом “как плохо, что Ева осталась без матери. Что же из нее вырастет?” К последней теме я почти всегда успевала уйти к Лизе или Вадиму. Но иногда такой возможности не представлялось, и я сидела в своей комнате. Включала музыку на полную, лишь бы не слышать, как ревет пьяный отец. На утро он просыпался с жутким похмельем и делал вид что не помнит, что произошло накануне. Но я знала, что это неправда. В трезвом виде он всегда становился серьезным банковским работником.
Телефон завибрировал.
Лизончик: “Я нашла его в сети!”
Я закатила глаза. Она могла найти всех и всегда, зная только имя или цвет волос. Как-то она нашла парня, который ей нравится, по обоям на фоне его фотографии. Настоящий Шерлок Холмс.
Ева: “И кто он?”
Лизончик: “Его зовут Андрей, ему 18. Судя по профилю приехал из Питера.”
Точки все еще бегали над диалогом. Наш класс отличался от других, потому что почти всем уже исполнилось восемнадцать. Словно родители сговорились и отвели нас в школу на год позже. А кто-то просто родился в сентябре. Только Лизе и парочке людей все еще было семнадцать.
Лизончик: “По гороскопу скорпион. Ужас.”
Ева: “Хоть красавчик?”
Лизончик: “О, да!”
Ева: “Ха-ха, тогда удачи тебе с ним.”
Я отложила телефон и помыла руки после улицы. В животе предательски заурчало. Вот-вот вернется отец, а я не хотела сидеть с ним за ужином. Он бы как обычно начал притворно интересоваться моей жизнью. Будто ему не все равно. Хотя я уже прекрасно знала, что он спит с коллегой с работы. Хотя всячески старается это скрыть.
Разогрела куриные ножки и быстро нашинковала салат из огурцов и помидоров. Со всеми тарелками я поспешила в свою комнату. Домофон как раз только что прозвенел, сообщая, что отец уже зашел в подъезд. Успела.
Оставшийся вечер я провела в комнате. Играла на синтезаторе. К нему можно подключить наушники, поэтому я не мешала ни соседям, ни отцу. У нас денег на такой навороченный конечно же не было. Синтезатор подарила мама Вадима. Она увидела, как я играю на их фортепиано и на следующий день Вадим принес его ко мне домой со словами: “Мама хочет, чтобы ты продолжала учиться”. Когда мать ушла, отец начал пристраивать меня во всевозможные секции. Думал, так у меня не останется времени на грусть. Поэтому я перепробовала фехтование, волейбол, шахматы, французский и, наконец, музыкальную школу. В ней мне понравилось больше всего, поэтому со временем другие секции отсеялись. Я не хотела, чтобы отец тратил последние деньги, оплачивая мои кружки. Его должность в банке позволяла нам не бедствовать, но и не жить на широкую ногу.
Около двенадцати Вадим написал, что они приземлились во Внуково и уже едут домой. Я пожелала ему доброй ночи. Сон не шел ко мне, поэтому я решила послушать музыку. Лежать вот так перед сном в наушниках стало для меня обычным делом. Обычно я фантазировала о нас с Вадимом. О том, как он наконец поймет, что тоже меня любит не как друг. И потом мы бы жили долго и счастливо.
Глава 2
1 сентября 2014 года.
Я проспала. Надела самый первый сарафан, который выпал на меня из шкафа. Кажется, я носила его в девятом классе. Как хорошо, что он еще мне в пору. Белая рубашка, застиранная до такой степени, что на манжетах торчали нитки. Я аккуратно срезала их маникюрными ножницами, чтобы выглядело приемлемо. Туфли на маленькой танкетке. Можно сказать, просто толстая подошва. Лиза с самого утра закидывала меня сообщениями. Она еще вчера забрала новое черное платье и туфли-лодочки на маленьком каблуке. Прислала мне фото прически. Я тоже хотела бы собрать волосы, но времени у меня хватило только на то, чтобы помыть их и слегка высушить. Я выбежала из дома с еще сырой шевелюрой.
Во дворе школы толпились первоклассники с родителями. Мы уже второй год подряд вели первогодок на линейку. Так получилось, что за год до того, как мы перешли в десятый класс, никто на год старше не остался в школе. Все решили пойти в техникум или перевестись после девятого. Поэтому мы два года подряд оставались самыми старшими в школе. Сначала в десятом, а теперь в одиннадцатом. Лиза уже держала за руку первоклассника, а Вадиму досталась роль вести девочку с колокольчиком. Главная первоклашка года. На ее голове красовались два огромных белых банта, что еще больше добавляло ей статуса и зависти среди одногодок. В толпе я заметила и новенького. Андрей. Лиза многозначительно посмотрела на меня и я поняла, что, скорее всего, они уже успели пообщаться в сети. Я еле сдержала улыбку, потому что в этот момент новенький посмотрел на меня. Он стоял с очень серьезным видом, которым, как мне показалось, скрывал волнение. Темные волосы коротко подстрижены, по бокам выбреты. Ростом он оказался чуть ниже Вадима, но почти наголову выше Лизы. Отдала ему дополнительный балл за это. Раздался тонкий крик. В толпе повздорили два первоклашки. Девочка била мальчика по голове своим букетом из ромашек, а тот хохотал. Теперь она держала в руках остатки ромашек и горделиво подняла голову вверх. Не удивлюсь, если они в итоге станут лучшими друзьями. Позже одноклассники рассказали мне, что он старался задирать ее. Но когда она ответила ему силой – сразу прекратил. У меня была такая же ситуация, когда я стояла на линейке в первом классе. Будущий одноклассник говорил мне гадости, находясь позади. Я не хотела его слушать и стукнула букетом. Лепестки от роз так же, как и сейчас от ромашек, рассыпались по асфальту. Одиннадцатиклассники, которые вели нас тогда, не сдерживали смеха. Тогда я разозлилась на них. Почему они не вмешались, когда меня обижали? Сейчас я понимала, как комично это выглядело.
Началась торжественная линейка. Мы вели первоклашек ровным строем, как и в прошлом году. Играла праздничная музыка. Мальчик, которого я вела, нервно озирался по сторонам. Я старалась успокоить его и говорила, что все будет в порядке. Он крутил головой и все повторял, как хочет вернуться к маме. Я начала тихо рассказывать ему о том, как хорошо пройдет его первый учебный год. О школе и их классном руководителе, который отличался мягкостью характера. Постепенно мальчик успокоился, хоть и продолжал дрожать. Мы встали в середине школьного стадиона, обращенные лицом на школу. На пригорке за трибуной уже стоял директор. Он жестом попросил выключить музыку и произнес торжественную речь. Одинаковую каждый год. Затем девочки из танцевальной секции показали номер с русскими-народными танцами. В этом году у них получилось даже лучше, чем в предыдущем. Мы отвели первоклассников по их классам на втором этаже. Антонина Павловна уже появилась в коридоре и ждала нас:
– 11 “А”, ликуйте, вам повезло! Первым уроком у вас будет биология. Готовьте двойные листочки, будем проверять, что вы еще не забыли за прошлый год.
– Что, так сразу? А как же классный час? Раздача учебников и расписания? – взволнованно произнесла Лиза. Она сжимала двумя руками ремешок очень маленькой сумочки, в которую вряд ли поместился бы хоть один учебник. Или его половина.
Учительница засмеялась, оглядывая испуганные лица Лизы и Андрея. Он еще не понимал, как обстоят дела в школе.
– Да шучу я! Айда в класс. – она махнула рукой. Развернулась на маленьких каблучках и засеменила в сторону лестницы на третий этаж.
– Фух, – Лиза шумно выдохнула, – я уже подумала, Тоня нас сразу учиться заставит.
– Лизон, за столько лет могла бы уже привыкнуть, что Тоня – та еще приколистка. – Вадим тихонько постучал ее по лбу указательным пальцем. Она отмахнулась, чуть не зарядив ему сумочкой по лицу, и засмеялась.
На классном часу выяснилось, что помимо основных уроков и подготовительных к ЕГЭ, у нас будут обязательные репетиции выпускного. И вальса. Последний звонок и Выпускной вечер будут проходить для всей параллели, поэтому на репетициях мы будем с “Бэшками”. Мы не так хорошо общались с ними. Раньше вообще, можно сказать, враждовали. Парни что-то не поделили в девятом классе – вроде как, девушку, и это сказалось на обоих классах. Времена, когда можно просто обзываться в стиле “Ашки-какашки” давно прошло. Уже почти все совершеннолетние. Поэтому мы придерживались нейтралитета и просто не контактировали, если это не требовалось для школьных мероприятий. Лиза покосилась на моей телефон на парте, намекая, что мне нужно в него заглянуть.
Лизончик: “Пойдем после школы гулять в ПГ?”
Лизончик: “Ну, пожа-а-а-а-луйста”
Она состроила щенячью мордочку. Я быстро кивнула.
– Ева, ты ведь сыграешь для нас на Последнем звонке? – Антонина Павловна обратилась ко мне, что быстро переключило внимание.
– Конечно, я только с радостью.
– Чудно. Если кто-то захочет, может составить Еве компанию. Получится целый концерт.
По тишине в классе стало понятно, что никто меня поддерживать не хотел. Тоня вернулась к рассказу дальше. Экран телефона снова загорелся.
Лизончик: “И Вадима с Андреем возьмем.”
Ее взгляд переменился. Улыбка ехидно расползлась по лицу. Она явно что-то задумала. Аккуратно, чтобы Антонина Павловна не заметила, я написала Вадиму про прогулку. Он занес руку за спину, делая вид что чешется, а сам показал мне большой палец вверх. Меня начало немного потряхивать. Каждый раз, когда мы ходили с Вадимом гулять, даже если с компанией, мое тело предательски начинало волноваться.
Мы договорились оставить новые учебники в классе и пообещали забрать их завтра. Гулять с такой кипой не представлялось возможным. Даже дотащить их до дома я смогла бы и то с передышками. Антонина Павловна конечно же согласилась. Иначе никак. Лиза все еще стояла рядом с Андреем, уговаривая его также оставить учебники и пойти с нами гулять. Мы с Вадимом многозначительно переглянулись и решили дождаться их на улице.
Солнце совсем редко проглядывалось сквозь полотно облаков. Ветра не было, температура стояла еще комфортная. Хорошо, что обошлось без дождя. По прогнозу его не обещали. На крыльце стоял дядя Коля. Он смотрел вслед удаляющимся школьникам и перекатывал в руке зажигалку. Ждал, когда все уйдут, чтобы покурить.
– Бросайте это дело, дядь Коль. – сказал Вадим и положил руку на его плечо. – От вашего кашля становится жутко! Не хочу одним прекрасным днем прийти в школу и увидеть вас в кресле без движения.
– Стрешнев, ты раньше звонка никогда не приходишь. Так что волноваться тебе не о чем! – они пожали руки и обменялись приветствиями. – Последний год тебя терплю, надеюсь.
– На второй точно не останусь, не переживайте.
– Слава богу, Стрешнев, слава богу.
– Но курить бросайте. – Вадим пригрозил охраннику пальцем.
– Сам у меня в прошлом году сигареты стрелял, так что не нужно тут перед девушкой выпендриваться. – они оба засмеялись и еще раз пожали руки, теперь уже для прощания, – Давайте, ребятки, отдыхайте.
Дядя Коля ушел обратно на свой пост, оставив нас на крыльце. Я нервно сглотнула. Вадим разблокировал телефон и его пальцы быстро забегали по экрану.
– Слушай, – начал он, оторвавшись от телефона, – я все хотел тебе сказать, но подходящего момента не представлялось. Пока я путешествовал этим летом я много думал о том, что нужно заканчивать встречаться с разными девушками и завести наконец нормальные отношения.
Я кивнула. Сердце забилось еще быстрее. Неужели вселенная услышала мои молитвы? Уже три года я мечтала о том, чтобы Вадим ответил мне взаимностью. Три года терпела его любовные похождения и слушала, какие же девушки бывают продажные. И на что они готовы ради денег. В деталях.
– Ты же моя лучшая подруга, правильно? Ты ведь меня знаешь и понимаешь.
– Конечно, – с хрипом произнесла я. От волнения пересохло в горле.
– Ты знаешь, как мне надоели эти фифы, только и лезущие в карман. Им всем нужны тусовки, клубы, тачки, жрачки. Вот ты – другое дело. Ты с ними и рядом не стоишь, оттого мы и дружим так хорошо. В общем, я понял, какая мне нужна девушка и, кажется, все-таки разглядел ту самую. – На моем лице невольно расползлась глупая улыбка. Вот он, момент, которого я так ждала. – Увидел ту, которая дарит мне заботу, ласку… Любовь.
Внезапно сзади на него кто-то налетел. Тонкие руки в золотых браслетах обвились вокруг его шеи.
– А вот и она! – Вадим вывел вперед низенькую темноволосую девушку. – Знакомься – Лика.
Внутри меня все рухнуло. Уголки губ поползли вниз. Руки, как и все тело, вмиг перестали трястись. Лика. Ее лицо обрамляли аккуратные кудри, а стрелки подчеркивали лисий разрез глаз. Сбоку на носу светился маленький камушек. Оливковая кожа сильно контрастировала с моей и даже Вадима. Вероятно, все лето девушка провела на курорте.
– А ты Ева, да? Вадя так много про тебя рассказывал, – она лучезарно улыбалась во все тридцать два белоснежных зуба.
– Приятно познакомиться. – выдавила я и попыталась натянуть на лицо маску радости. Получилось плохо.
Из школьных дверей вышли Лиза и Андрей. Он галантно нес ее маленькую сумочку. В его больших руках крохотный ремешок смотрелся весьма комично. У этих двоих все явно лучше, чем у нас с Вадимом. Хотянас, как таковых, точно никогда уже не будет. Лиза округлила глаза, когда увидела девушку рядом с Вадимом. Она бросила на меня взгляд, в котором читалось удивление, смешанное с расстройством. Я опустила глаза, боясь заплакать. Хотя очень хотелось. Я сглотнула подступивший ком в горле и постаралась взять себя в руки.
– Лиза, Андрей, познакомитесь – моя девушка Лика.
Они обменялись любезностями и мы поспешили к дороге. Вадим бы не позволил себе или своей девушке ехать на метро, поэтому захотел вызвать для всех такси. Свою машину он водить не мог – не сдал еще все экзамены в ГАИ.
– Можем поехать на моей, – подал голос Андрей, а потом замялся. – Точнее, на машине моих родителей. Она не прям моя.
– Тебе ничего за это не будет? – спросила Лиза.
– Нет. Я уже как год могу водить, они привыкли.
Мне было все равно, как мы доберемся, поэтому я согласилась вместе со всеми. На самом деле я и гулять-то уже не хотела. Думала только о том, как вернусь домой и буду реветь в подушку всю ночь. Включу самые грустные песни, чтобы выплакаться полностью. Встану с утра опухшая. Пусть. Я чувствовала себя ужасно. Преданой.
Нам пришлось немного постоять в пробке. Парк Горького – очень популярное место у москвичей. А особенно у подростков. Оставив машину на парковке напротив главного входа – огромной арки, мы поспешили внутрь. Андрей с Лизой шли впереди, поэтому мне пришлось идти рядом с Вадимом и Ликой.
– Ой, а Вадя рассказывал как мы познакомились? – Она выглянула из-за него, обращаясь ко мне.
– Еще не успел, – проговорила под нос я, стараясь не отрывать глаз от асфальтовой дорожки.
– Эта такая классная история! – Лика протянула слово “классная”, словно случилось что-то и впрямь грандиозное. Да. Ты увела единственного парня, который мне когда-либо нравился.
– На самом деле все произошло довольно обыденно, – начал Вадим, – мы познакомились в ночном клубе в Греции.
– Мы с родителями почти все лето провели там! – выкрикнула Лика.
Понятно. Она еще и богатая. Так вот почему Вадим решил, что ее не интересуют его деньги. У нее и своих полно.
– И в один вечер меня с братом отпустили на тусовку. Там, в самом центре танцпола, в свете софитов я и увидела его. И вот мы уже месяц вместе! – Лика прислонила голову в его плечу.
– Нет, это я первый увидел тебя. Такую красоту невозможно было не заметить. – он поцеловал ее руку, сплетенную со своей.
Я отвернулась и закатила глаза. Хуже, чем слышать такое от Вадима в сторону другой девушки – видеть это своими глазами. Постаралась медленно дышать, чтобы унять подступающие слезы и отвернулась. Лиза и Андрей остановились, дожидаясь нас.
– Пойдемте к лавочкам? Я уже устала ходить. – заныла Лиза, переминаясь с ноги на ногу.
– Конечно ты устала, надела такие каблуки высоченные, – сказал Вадим.
– Всего лишь девять сантиметров. – Лиза деланно закатила глаза. – Хотя для тебя, наверное, этоцелыхдевять сантиметров. – Вадим захохотал, и его веселье подхватила Лика.
Лиза снова взглянула на меня. В ее глазах читался вопрос, на который я мотнула головой. “Потом”. За годы дружбы мы научились понимать друг друга просто по взгляду. Не так ли работает ментальная связь у девочек? Хмурые тучи вторили моему настроению. Поднялся небольшой ветер и временами становилось довольно зябко. На мне лишь рубашка и старый сарафан. Андрей отдал Лизе свой пиджак, а Лику согревал в объятиях Вадим. Фу. Мне захотелось хотя бы на немного убежать, чтобы не видеть их.
– Схожу за чаем. Кто-нибудь будет? – предложила я. Все отрицательно покачали головой.
– С тобой сходить? – спросила Лиза, порываясь уже вставать следом.
– Не нужно, спасибо, – я развернулась и зашагала в сторону киосков.
В парке собралось большое количество народа. Множество подростков и наших ровесников заняли почти все место около фонтана. Его еще не выключили, и он шумно бил, сопровождая свой танец громкой музыкой. В киоск с напитками собралась очередь. Я ненавидела ждать, но уж лучше здесь, чем смотреть на Лику сВадей.
Я уткнулась в телефон и листала ленту в социальной сети. В новостях друзей я увидела, что Лиза обновила аватарку – поставила фото с линейки на фоне школы. И когда она вообще успела?
– Хей, – раздалось за спиной.
Я обернулась. Позади меня стояла компания из трех парней.
– Ты случайно не из 32 школы? Ева, правильно? Я видел, что ты сидела со Стрешневым там, – сказал самый высокий и показал на скамейку, где остались мои друзья.
– Да, а вы кто такие? – я сложила руки на груди, оглядывая парней.
– Я Кир, это Алик и Гоша. Мы с Вадиком вместе играем в баскет.
– Ага, понятно. Да, все так, я Ева. Вадим – мой лучший друг. – ответила я, хотя уже не была в этом уверена.
– Об этом я знаю. Все ждал, когда он меня с тобой законнектит. – Кир поправил рыжие волосы назад, – Я уже подумал, что он просто не хочет, потому что ты его девчонка.
– Нет, – это предположение вызвало у меня смешок, – мы точно не вместе.
– Крут. Дашь свой номер? Или добавь меня в друзья, ща кину тебе запрос. Упадем где-нить на выхах?
– Можно подумать над этим.
– Крут. – очередь к киоску дошла до меня, но Кир подлетел к окошку быстрее, чем я успела что-либо сообразить. – Этой леди самый вкусный черный чай, который вы тут варите. Мед добавить? – он обратился ко мне.
Я в ступоре кивнула. Вряд ли у них есть какой-то еще чай, кроме самого обычного пакетика.
– И мед добавьте. – он протянул купюру кассиру, – сдачи не надо.
– Спасибо, – я смущенно улыбнулась. За меня впервые в жизни заплатили и я чувствовала себя очень неловко.
– Сконнектимся, Ев. – он поднял ладонь, чтобы я отбила “пять”. – Погнали, пацаны.
Кассир окликнул меня, когда я смотрела вслед Киру и его друзьям. Я отпила горячий чай и почувствовала, тепло разлилось по телу. Манера общения Кира показалась немного странной, но мне все равно стало приятно. Парни в моем окружении редко так сильно сверкали уверенностью. Да еще и заплатил за чай. Хоть и мед я не очень-то и любила.
Я вернулась к друзьям. Лика лежала на плече Вадима и улыбалась, пока он что-то шептал ей. Мне не захотелось рассказывать ему о знакомстве с Киром. Он же про Лику мне не сказал. Да и ему явно не до меня.
– Чего так долго? – поинтересовалась Лиза. Они с Андреем сидели рядом. Казалось, он стал более расслабленным, чем раньше. Лизины чары сработали на ура.
