Текст книги "Исекай по-русски (СИ)"

Автор книги: Велена Красная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Глава 10.

Глава 10.

Оставшийся день, словно смилостивившись надо мной, пролетел без происшествий и уступил место вечеру. Доковыляв до административной части академии, я замерла перед злосчастной дверью с чувством обреченности.

Резко выдохнув, я толкнула дверь и вошла.

Кики… э-э-э, то есть старуха-архивариус, казалось, не сдвинулась и на миллиметр с тех самых пор, как я была здесь в последний раз. Увидев меня, она лишь исподлобья бросила короткий взгляд, в котором крупными буквами читалось: «И почему я не удивлена?».

Язык чесался съязвить, но, стиснув зубы, я смолчала в покорном ожидании своей участи.

– Нарушители, – буркнула старуха, словно это было ругательство, – ждут в комнате для ожидания, напротив. Идите, не мешайте людям работать.

Коротко угукнув, я вылетела из кабинета, едва сдерживаясь, чтобы не хлопнуть дверью. Комната напротив, если её можно было так назвать, на деле оказалась небольшой, безликой коробкой.

Ну прям КПЗ местного разлива, – передернула я плечами, оглядывая голые, каменные стены, вдоль которых тянулись деревянные скамейки.

Мазнув взглядом по скучающим товарищам-хулиганам, я не поверила своим глазам, увидев знакомую макушку. Сгорбившись, Нитара сидела на самой дальней скамейке, почти растворяясь в тени.

– Нита? – удивленно воскликнула я, подходя ближе. – А ты чего здесь забыла?

Соседка вздрогнула, подняла на меня глаза, полные непролитых слез, и всхлипнула.

– Эви-и-и… – жалобно простонала она, вцепившись в мою руку, как утопающий. – Я… я так спешила… а там он… потом магистр Леара… и вот… я здесь…

Она замолчала, не в силах больше вымолвить и слова. Так и не разобрав из словесного потока каши, что же приключилось с Нитарой, я молча пристроилась рядом и ободряюще похлопала соседку по руке.

Резкий грохот от неожиданно распахнувшейся двери заставил вздрогнуть. Нарисовавшийся на пороге жгучий брюнет вальяжной походкой, с видом победителя, презиравшего всего и вся, шагнул в наш пункт ожидания.

Вот позер , – закатила я глаза.

Увидев новоприбывшего, Нитара пискнула и, спрятавшись мне за спину, больно вцепилась в руку.

– А вот и Его Высочайшее Лошадиное Копытце явилось, – гоготнули из противоположного угла.

Двое парней, так же, как и новенький, одетых в простую одежду, во всю потешались над брюнетом.

Я перевела взгляд на соседку:

Да-а-а, только такие дурынды, как мы, умудрились заявиться на отработку в форме.

– Что, Ройгар, и дня безподвига провести не можешь? – продолжил один из парней.

– Да куда уж мне до вас, – огрызнулся брюнет.

Тут его взгляд наткнулся на нас с Нитарой. Я почувствовала, как соседка мелко задрожала.

– Кого я вижу, – зло сощурил глаза брюнет, наступая. – Я…

Он не успел договорить. Дверь в комнату резко распахнулась, заставляя всех собравшихся синхронно повернуть головы в одном направлении.

На пороге, заполняя всё вокруг своим давящим присутствием, показался магистр Трейнар. Его стальной взгляд скользнул по Ройгару, потом по нахохлившейся в углу парочке и перешел на нас с Нитарой.

– Даймон, – бросил декан с убийственным спокойствием. – Поумерь свою спесь. И в следующий раз, если решишь выплеснуть своё недовольство супом – убедись, что в этот момент перед тобой не будут беседовать магистр Леара с ректором.

– Думаю, что адепт Ройгар уже усвоил урок, а вот нам бы не мешало поторопиться, – прогнусавили за спиной магистра Трейнара.

– Прошу прошения, магистр Норис, увлекся, – декан посторонился, впуская в комнату щуплого парнишку.

Повернувшись к нам, он объявил:

– Сегодня вы поступаете в распоряжение магистра Нориса, – развернувшись, декан широким шагом покинул комнату.

– Ну что, застыли, адепты? Поднимаемся и идем в корпус Алхимиков, – поторопил нас магистр, развернувшись к выходу.

Я поднялась вместе с все еще вцепившейся в меня Нитарой и направилась к выходу. Когда проходили мимо брюнета, соседка прижалась ко мне еще сильнее, старательно прячась от взгляда Ройгара. Я вопросительно на неё посмотрела, но она лишь тихо шепнула в ответ:

– Потом.

Корпус Алхимиков находился прямо в противоположной стороне от корпуса Стражей в самой отдаленной части академии. Я даже догадываюсь, почему – запашок стоял тот еще, и по мере приближения к корпусу он только усиливался. Магистр Норис привел нас к неприметной дверке, которая, судя по всему, вела в подвал. Я сглотнула. Стоило магистру открыть дверь, как оттуда повалил тот самый тошнотворный миазм, который чувствовался еще на подходе. Теперь он был осязаем – сладковато-приторный, с едкими нотами химической гари и тухлых яиц.

Я попятилась, зажимая нос.

– Третья лаборатория, – коротко бросил магистр Норис. – Третий курс проводил эксперимент. Они пытались синтезировать универсальный растворитель на основе желудочного сока камневидной слизи. – Он многозначительно посмотрел на вход в подвал. – Ваша задача – отмыть пол и стены от последствий. Инвентарь там. – Магистр указал на скромный арсенал вёдер, швабр и щёток неподалеку. – У вас есть четыре часа. Приступайте.

С этими словами он развернулся и ушёл, оставив нас наедине с этим обонятельным кошмаром.

Спуск в подвал напоминал попадание в желудок какого-то гигантского, больного чудовища. Всё пространство было залито густой, мерцающей в свете магических шаров слизью отвратительного зелёно-жёлтого цвета. Она медленно стекала со стен, пузырилась на полу и издавала тот самый удушливый запах.

А вот парочка задир из угла, кажется, даже обрадовалась.

– О, классическая реакция разложения с выделением сероводорода и меркаптанов! – с восторгом констатировал один.

– И визуальный эффект на высоте! – добавил второй. – Надо будет записать, может, пригодится.

Даймон, брезгливо сморщившись, схватил первое попавшее ведро и отошёл в самый тёмный угол, демонстративно отгораживаясь от всего происходящего.

Вздохнув, я взяла две самые большие и грубые щётки и сунула одну из них в оцепеневшие руки Нитары.

– Ну что, соседка, – выдавила я, с трудом отдирая подошву от липкого пола. – Похоже, вечер у нас будет долгим, творческим и невероятно ароматным.

Нитара, всё ещё бледная, но уже не такая испуганная, кивнула и крепче сжала ручку щётки. Впереди были четыре часа борьбы с последствиями алхимического безумия, а сбежать хотелось уже сейчас.

По крайней мере, в лесу было чем дышать, – поймала я себя на неожиданной мысли.

Время, тянувшееся со скоростью улитки, казалось бесконечной каторгой. Я чувствовала себя Золушкой, которую вместо бала приговорили к пожизненной уборке.

– Ну?! – наконец не выдержала я спустя полчаса пытки.

– Что? – непонимающе посмотрела на меня соседка, отвлекшись от увлечённого отскабливания стены.

– Мне ещё долго ждать? – пропыхтела я, сгребая мерзкую жижу в ведро.

– Чего? – не поняла Нитара.

– Того, – передразнила я. – Рассказывай, как до жизни такой докатилась? Ладно я, но ты-то, как умудрилась? – обвела я многозначительным взглядом подвал.

– Я пролила суп на магистра Леару, – опустив взгляд, промямлила соседка.

Я вопросительно подняла бровь и выразительно указала взглядом на Ройгара, который с каменным лицом оттирал стену в своём углу.

– Вместе с ним, – еле слышно добавила насупившаяся подруга.

– О как! И как же так вышло? – удивилась я.

Нитара отвела взгляд, покраснев:

– Сегодня в столовой... Я только собралась обедать. Взяла суп, а тут он... такой злой и так смотрел, так смотрел. Думала, убьёт! Я хотела уйти, но не успела. А потом... – она всхлипнула. – Потом тарелка с супом... она выскользнула и... и всё выплеснулось... прямо на магистра Леару! Она в это время обедала за преподавательским столом, да ещё и с ректором разговаривала.

Я присвистнула:

– Ну ты, конечно, даёшь.

Похлопав по спине уже собравшуюся расплакаться подругу, я её успокоила:

– Не дрейфь, бывает. Главное, что не на ректора.

Нитара слабо улыбнулась, но тут же напряглась – видимо, представила, что было бы, попади суп в ректора.

– Ну а дальше? – поторопила я соседку, пока та окончательно не уплыла в собственные мысли.

– Что дальше? – удивилась она, в один миг забыв о своих переживаниях. – Я всё рассказала.

– Да неужели? – хмыкнула я, наблюдая, как Нитара нервно сжала подол своего порядком испачканного платья. – А что на счет этого… – кивнула я в сторону брюнета, который всё так же копошился на том же месте. – Почему боишься его как огня, м-м-м?

Вздрогнув, соседка бросила быстрый взгляд на Ройгара и, повернувшись ко мне, тихо вздохнула:

– Это… это совершенно немыслимая история, – она прикусила губу, собираясь с духом. – Я только приехала поступать…

Нитара сбивчиво поведала мне историю с персиками.

Я слушала, и с каждой фразой моя улыбка становилась всё шире. Когда Нитара дошла до момента, как конь врезал копытом по лбу будущему «герою», я не выдержала и фыркнула:

– Так вот почему Лошадиное Копытце! – прозвучало громче, чем следовало.

– Тише ты! Вдруг услышит! – охнула подруга, но было поздно.

Оторвавшись от своего унылого занятия, Даймон Ройгар со всей злости кинул щётку в пустое ведро. Звук вышел громким.

Из другого угла раздался радостный возглас. Двое друзей, которые до этого, разбирая мерзкую слизь, параллельно что-то увлечённо обсуждали, оторвались от своего занятия и приготовились внимать развернувшемуся спектаклю.

Мы же с Нитарой синхронно замерли, а потом медленно обернулись. Ройгар уже стоял в двух шагах от нас с перекошенным от злости лицом. Видимо, он слышал наш разговор.

– Ты... – прошипел он, глядя на Нитару, – деревенщина! Образования не хватает, так ещё и языком за зубами сдержать не можешь?

Я инстинктивно шагнула вперёд, загораживая соседку.

– Можно подумать образованный нашёлся! На себя сначала посмотри… городской.

Ройгар перевёл взгляд на меня:

– А ты вообще кто такая, чтобы мне указывать? – Он сделал шаг ко мне, сжимая кулаки.

Я уже открыла рот, чтобы ответить, как вдруг Нитара, пытаясь то ли остановить, то ли заступиться, а может просто со страху, потянула меня за руку. Но уже распалившись, я не хотела останавливаться и раздраженно дёрнула рукой, чтобы освободиться из неловкого захвата. Вышло резче, чем следовало. Соседку повело назад. Её нога, задержавшись на липком полу, не поспела за телом. Пытаясь не упасть, подруга вцепилась в первую попавшуюся опору. Этой опорой оказалось ведро, которое я для удобства пристроила на подвернувшийся стул. Ведро, конечно, Нитару не удержало, и соседка бухнулась на пол. Ведро, кувыркнувшись, полетело следом, сопровождаясь металлическим звоном. Смесь зелёно-жёлтой жижи, воды и мыла выплеснулась, разлетаясь мелкими брызгами в разные стороны.

Я зажмурилась, инстинктивно закрываясь рукой. Но если я была в стороне от неожиданной атаки, то Ройгару повезло меньше. Он стоял прямо на траектории дуги выплеснувшейся жидкости, из-за чего содержимое ведра отправилось прямиком в возмущённо открытый рот старшекурсника.

Ройгар замер, и рефлекторно захлопнув рот, сглотнул. На секунду в подвале воцарилась мёртвая тишина.

Я заворожённо наблюдала, как лицо Даймона сначала побагровело, потом посерело, а затем пошло пятнами, окрашивая кожу в серо-буро-малиновый цвет. Закатив глаза, он покачнулся и рухнул навзничь.

– Охренеть... – выдохнула я, вытирая с лица капельки попавшей на меня жидкости.

Поднявшись, Нитара побледнела, оглядывая деяние своих рук.

– Что я наделала-а-а... – простонала она.

Парни-алхимики подскочили к телу и, склонившись, рассмотрели пострадавшего со всех сторон, после чего переглянулись.

– Я за магистром, – бросил один из них и побежал к выходу.

– Нужно оказать первую помощь, – задумчиво протянула я.

– А ты умеешь? – посмотрела на меня второй алхимик.

– А ты? – я посмотрела на него в ответ.

Алхимик задумчиво почесал затылок и покачал головой, после чего перевел взгляд на Нитару. Я повернулась к соседке и вопросительно на неё посмотрела.

– Я? – округлила та глаза.

– А кто? – в тон подруге передразнила я. – Ты целитель тебе и карты в руки.

– Я не умею. Мы этого еще не проходили, – смущенно опустила голову Нитара.

Я задумчиво посмотрела на Ройгара.

Он вообще живой?

Я опустилась на корточки перед Даймоном и проверила у него пульс. Живой! Нитара с алхимиком вопросительно посмотрели мне в глаза.

– Ну он живой, – пожала я плечами в ответ.

– Что тут у вас? – появился запыхавшийся первый алхимик.

– Как видишь, – указала я на бессознательного Ройгара.

Тот вдруг дёрнулся и застонал, но так и не очнулся. Я от неожиданности вздрогнула.

– Ну-ка, посторонитесь, барышня, – легла мне на плечо чья-то рука.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с деканом целителей, а за его спиной столпились ректор с оставшимися деканами.

Под тяжелым взглядом магистра Трейнара я бочком отодвинулась в сторону, уступая место преподавателям.

Магистр Леара тут же приблизилась, окинув внимательным взглядом нашего пострадавшего. Всего на миг на её лице проступила легкая тень облегчения, уступая место исследовательскому интересу.

– Любопытно, – задумчиво протянула деканша.

Закатив глаза, магистр Трейнар скрестил руки на груди и что-то недовольно пробурчал себе под нос.

– Да всё с твоим адептом нормально будет, – отмахнулась деканша. – Страж как-никак, должен привыкать к хм… неожиданностям.

– Что скажете, магистр Гален? – вмешался молчавший до этого ректор. Хотя его голос звучал спокойно, я заметила, как он напряжён.

– Да, да, – наконец закончил осмотр Даймона декан целителей. – Как и сказала достопочтимая Леара с мальчиком будет всё в порядке.

– Вы уверены? – подошёл ректор, оглядывая Ройгара.

– О, можете не сомневаться, господин Ройгар, – мягко произнёс магистр Гален. – Лёгкая интоксикация, организм справится. Рекомендую...

– Клизму, – перебила деканша.

– М-м-м, можно клизму, – согласился с коллегой декан целителей. – Думаю, для полного очищения…

– Десяти раз хватит, – хитро сощурив глаза, опять перебила магистра деканша.

Магистр Гален удивлённо на неё посмотрел, но ничего не сказав по этому поводу, лишь кивнул, закончив:

– К утру мальчик будет уже здоров.

Я уважительно посмотрела на деканшу. Это ж надо было так вывернуть, что со стороны вроде бы и позаботилась, а по факту еще и отомстить успела.

Ректор, облегчённо выдохнув, удовлетворённо кивнул, не замечая маленькой мести его гм… сыну?

Тут я заметила, как магистр Леара пристально смотрит на меня.

– А вы, адептка Форст, – холодно произнесла она, – не хотите объяснить, почему при вашем появлении постоянно возникают, с позволения сказать, неожиданные ситуации?

Я открыла рот, но ректор жестом остановил её:

– Потом разберёмся. Сейчас главное – доставить пострадавшего в лазарет.

Видимо, желая выслужиться, друзья-алхимики, дружно подхватив бесчувственного Ройгара, потащили того наверх. Ректор, бросив на нас задумчивый взгляд, ушёл следом. За ним потянулись деканы. Трейнар, остановившись на мгновение, буркнул:

– Что застыли? У вас три часа, чтобы всё блестело. И без фокусов.

Когда все ушли, я повернулась к Нитаре. Та стояла бледная, как мел, и беззвучно шевелила губами.

– Эй, – легонько встряхнула её. – Пронесло. Сейчас все заняты сынком ректора, – хмыкнула я. – А то бы нам точно не поздоровилось.

Нитара моргнула:

– С-сын ректора? Ройгар? – округлила она глаза.

– Ага. Ты разве не слышала? – я кивнула в сторону ушедших. – У ректора фамилия такая же, да и выглядит твой задира как молодая копия своего отца.

– Он не мой! – насупилась подруга.

– Да-да, как скажешь, – фыркнула я и, не выдержав, рассмеялась. – Ладно, давай заканчивать уборку. А то осталось три часа, а у нас тут полная… э-э-э… ну короче ты меня поняла.

Нитара слабо кивнула, но в её глазах уже не было прежнего ужаса. Кажется, мы только что пережили нечто такое, что запомним надолго.

– Знаешь, – задумчиво протянула я, берясь за швабру, – этот день определённо войдёт в историю. Жаль только, что в неё мы войдём как те, кто чуть не угробил сына ректора.

Соседка хихикнула. Стиснув зубы, мы продолжили отскребать подвал. Впереди было ещё много работы, но главное – мы были живы, здоровы и, кажется, даже немного сблизились. А что до Ройгара... Ройгар теперь надолго запомнит, что связываться с нами – себе дороже. Буквально.

Глава 11.

Глава 11.

Все-таки так мало нужно человеку для счастья, – задумчиво посмотрела я на вечернее небо и счастливо вдохнула полной грудью чистый воздух. Обоняние все еще не вернулось, но осознание того, что наказание уже позади с лихвой перекрывало этот недостаток.

Обратный путь до общежития был таким же незабываемым, как и весь сегодняшний день. Плетясь по небольшой тропинке, мы с Нитарой собирали на себе кучу любопытных взглядов. Зрелище наверняка было то еще: с знатно перепачканными, но с сияющими от счастья физиономиями, мы шли с гордо поднятой головой, словно герои, только что вернувшиеся с поля боя. Наш образ украшало убийственное амбре из подвала, которое распространялось на добрых полтора метра вперед.

Неудивительно, что прохожие, завидев такихкрасоток , делали каменную рожу и старались проскользнуть мимо как можно быстрее.

Всё же хорошо, что по пути до корпуса алхимиков я догадалась спрятать наши мантии в сумку, – подумала я, провожая взглядом позеленевшего старшекурсника. —Хоть какая-то часть одежды осталась чистой.

– Эви, – жалобно хныкнула Нитара, провожая взглядом очередного студента, который на полной скорости пролетел мимо, зажимая нос рукой, – я, наверно, пахну так, будто меня окунули в болото.

– Да ты ещё легко отделалась, – фыркнула я. – Вон некоторым досталось побольше нашего.

Подруга хихикнула, но тут же помрачнела:

– Думаешь, он оставит то происшествие без ответа?

– Не парься, – отмахнулась я. – Он же старшекурсник, у него дел должно быть выше крыши. Что ему, вечно что ли за первокурсницами гоняться?

– И вот опять эти твои странные словечки, – вдруг ни с того ни с сего выдала Нитара.

Я замялась, судорожно выискивая в голове, где успела накосячить. Вроде бы старалась соответствовать амплуа простолюдинки, но, похоже, за языком так и не уследила.

– Э-э-э… Ну это… диалект, во, – наконец нашлась я с ответом. – Ты ж знаешь, что я из глухой провинции. Вот там все так разговаривают.

Соседка задумчиво на меня посмотрела, но ничего так и не сказав в ответ, отвернулась, уплывая в свои мысли.

Я тихо выдохнула, делая мысленную зарубку следить тщательнее за тем, что говорю. А то в последнее время что-то расслабилась вот и несу непойми что.

Оставшуюся дорогу мы уже шли молча. Когда перед глазами замаячило очертание общежития, я вдруг остановилась. В отдалении, по дорожке, ведущей к одному из корпусов, находился принц Ричард. Он шёл с видом человека, который наслаждается вечерней прохладой и собственным величием в полном одиночестве.

Вот он, шанс, чтобы извиниться! – пришедшая в голову здравая мысль противоречила внутреннему настрою. Почему-то мне совсем не хотелось извиняться, будто что-то изнутри нашептывало, что связываться с принцем плохая идея.

Да о чем я вообще думаю! – вдруг разозлилась я. —Он главный герой, я героиня. Этого не изменить!

Но воспоминания о недавнем инциденте отдавали привкусом гнильцы.

И опять не о том думаю! – скрипнула я зубами. —В конце концов, крутить-то любовь не обязательно, главное – пройти по сюжетной ветке, а для этого ведь достаточно быть просто хорошими знакомыми. – Озарило меня внезапной мыслью. —И ведь точно! Хоть Система и перевернула многое на свой лад, но основа-то никуда не денется. Смысл истории в том, что Эвелин на пару с принцем спасла мир. Остальное так, шелуха для красивой обёртки.

– Нита! – резко бросила я утопавшей вперед соседке. – Ты это… иди, наверно, вперед, а у меня тут одно дельце есть. Я, короче, позже подойду.

– А? – удивлённо оглянулась она, выплывая из своих раздумий. – Хорошо.

Нитара ушла, а я, окрылённая своим гениальным открытием, припустила вслед за принцем, который уже скрылся из вида.

– Ваше Высочество! Ваше Высочество! Ваше Вы…

Ричард шёл, смотря куда-то вдаль, всем видом показывая, что он выше окружающей его суеты. Но когда я остановилась, переведя дыхание в паре шагов от него, он всё-таки соблаговолил остановиться и обратить на меня своё внимание.

– Гмм… – принц как-то странно на меня покосился, но быстро взяв себя в руки, продолжил. – Что же в этот раз…

– Эвелин Форст, – перебила я его на полуслове.

– Эвелин Форст, – повторил моё имя Ричард и ядовито продолжил, – заставило искать моего внимания? Или опять просто прогуливаетесь?

– Я хотела извиниться! – выпалила я и, облизнув пересохшие губы, зачастила:

– Простите меня, пожалуйста! Я была не права. Тот случай, э-э-э… совершенно непозволительно с моей стороны так себя вести. Я… у меня, – я замялась, подбирая слова, – у меня было помутнение рассудка. Да, я не хотела. Честное слово! Сама не понимаю, как так вышло. Если бы я была бы в себе, я бы никогда… никогда…

Ричард приподнял бровь, разглядывая меня с непроницаемым лицом. Я чувствовала, как под его взглядом у меня горят щёки.

И тут до меня дошло: я стою перед принцем, воняя подвалом, как сто чертей, и пытаюсь извиняться за пощёчину. Картина маслом.

– Помутнение рассудка, значит, – задумчиво повторил он. – Интересная формулировка.

– Искренне, – поспешно добавила я. – Я абсолютно искренне прошу прощения. Вы… Вы очень важная персона, а я… я просто… ну, ошиблась. Сильно ошиблась.

Ричард молчал, казалось, целую вечность. Я уже начала думать, что сейчас он развернётся и уйдёт, а мне останется только догонять Нитару и хорониться в общаге до конца жизни.

Но вдруг его губы дрогнули в подобие улыбки.

– Знаете, Эвелин Форст, – медленно произнёс он, – я слышал много извинений. Но чтобытак … – Ричард выразительно повёл носом, – это признаться впервые.

Я замерла. Он что, шутит?

– Ваше Высочество, это… долгая история, – стушевавшись, пробормотала я. – Наказание было, гм… живописным.

– Наказание? – уже теплее усмехнулся он. – За что же?

– Магистр Трейнар довольно требователен, – ляпнула я и тут же прикусила язык. Но было поздно.

Ричард мгновенно помрачнел и, отвернувшись, снова двинулся по своему маршруту. Я засеменила следом, подстраиваясь под его шаг. С таким трудом нащупанное хрупкое перемирие затрещало по швам, стоило мне только упомянуть факультет Стражей. Похоже, я умудрилась задеть больную мозоль тщательно лелеемого самомнения принца. Теперь мне оставалось лишь пристыженно молчать, чтобы не стало еще хуже.

– Ваше Высочество? – аккуратно подала я голос.

– Ваши извинения приняты, – холодно бросил он, развернувшись. – Однако помните: повторения столь… неприятной ситуации я не потерплю.

– Обещаю, больше никогда! – облегчённо выпалила я и, схватив принца за руку, потрясла. – Спасибо, Ваше Высочество. Честное слово, спасибо.

Ричард кивнул и, бросив на меня непонятный взгляд, пошел дальше. А я, тихо выдохнув, развернулась и с чистой совестью направилась в общежитие.

Дверь в комнату я открывала с чувством человека, который пережил слишком много за один день и мечтает только об одном – упасть лицом в подушку и забыть о существовании этого мира хотя бы на пару часов (а лучше на все восемь!).

Но, как оказалось, у судьбы на меня были совсем другие планы.

В комнате царила гробовая тишина. Такая напряжённая, что её можно было резать ножом. Посреди этого безмолвия стояли две фигуры: Нитара, вжимавшая голову в плечи так глубоко, что не было видно шеи, и Иламира.

Наша ледяная королева, которая обычно была выше всех низменных проявлений человеческого бытия в своей аристократической надменности, сейчас походила на чайник, который вот-вот взорвётся. Метая молнии злющими глазами, она сжимала подол (когда-то идеально выглаженного) платья с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

Но от моего взгляда не укрылись покрасневшие глаза, едва уловимая припухлость век и то, как подрагивали её руки, сжимавшие подол.

Плакала что ли? – проскользнула мимолетная мысль, прежде чем я, застыв в дверях, нервно выдохнула:

– А… вот и я.

– Замечательно, – голос Иламиры звучал обманчиво спокойно, но от этого спокойствия по спине пробежали мурашки. – Просто замечательно. Теперь в сборе вся команда виновников сегодняшнего... – она сделала паузу, подбирая слово, – безобразия.

Я перевела непонимающий взгляд на Нитару. Та смотрела на меня глазами нашкодившего щенка, которого вот-вот ткнут носом в лужу.

– Иламира, послушай, – начала я, поднимая руки в примирительном жесте. – Мы можем всё объяснить.

И мысленно добавила:

Что бы это ни было.

– Объяснить? – Она рассмеялась. Смех вышел нервным, почти истеричным. – Ты хочешь объяснить МНЕ, почему Я, вернувшись в СВОЮ комнату, обнаружила ЭТО? – развела руками Иламира, указывая на всю нашу комнату.

Всё ещё не понимая, я обвела её взглядом, пока не наткнулась на ковёр, который сейчас лежал подчёркнуто в стороне, открывая вид на прожжённое пятно.

Точно! Утренний инцидент с зельем. Со всеми этими приключениями за день я совсем забыла про этот маленький момент.

– Это уже не входит ни в какие рамки! – продолжала горячиться соседка, широким шагом расхаживая по комнате. – Прошло всего ничего с момента поступления, а ВЫ уже умудрились превратить комнату в… непойми что! – последнее слово она буквально выплюнула.

– Это зелье, – пролепетала Нитара, – я случайно пролила, а Эви сказала…

– Эви сказала, Эви посоветовала, – передразнила Иламира. – А самой подумать? Как вообще в комнате могло оказаться зелье?

– Этого больше не повторится, – мрачно пообещала я, посмотрев прямо в наполнившиеся слезами глаза Нитары. Та закивала в подтверждение.

– Ах, не повторится! – всплеснула руками Иламира. – А больше и не надо! Всё уже и так случилось! Вы хоть понимаете, какой это позор? На всю нашу комнату. Если ЭТО кто-то заметит!

– Но… – попыталась заикнуться я о том, что в комнату вроде бы никто, кроме нас, и не заходит. Но слушать меня никто не собирался:

– Какой кошмар! Я, дочь герцога, вынуждена жить в одной комнате с двумя…

Иламира запнулась, подбирая слово, и я, тут же воспользовавшись этим шансом, перебила:

– Да поняли мы уже всё, поняли! Можешь больше не продолжать.

– Поняли, значит? – упёрла руки в бока соседка. – В таком случае вас не затруднит привести комнату в благопристойный вид? Сейчас же! – всего на секунду её голос дрогнул.

Я открыла рот, чтобы возразить, но перехватила взгляд Нитары – такой умоляющий, что спорить расхотелось. Да и, честно говоря, в словах Иламиры была своя правда. Мы действительно устроили в комнате чёрт знает что.

– Пошли, – буркнула я, толкая подругу. – Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим.

Следующий час, а может, и два, превратились в бесконечный круговорот воды, мыла и тряпок. Я тёрла полы с таким остервенением, будто пыталась стереть саму память об этом дне. Нитара сопела рядом, периодически всхлипывая, но послушно натирала доски.

Иламира сидела на своей кровати с книгой в руках, но я кожей чуяла: не читает – следит, зараза. Контролирует каждое движение.

Время от времени она бросала отдельные фразы: «Левее протри. Там грязное пятно. И под кроватью не забудьте».

– Слушаюсь, mein Führer, – пробормотала я себе под нос, но достаточно громко, чтобы она услышала.

Иламира поджимала губы, но смолчала.

Наконец, бесконечная уборка подошла к концу. Пол сиял.

– Всё, – выдохнула я, разглядывая свою устало-замученную физиономию в отражении паркета.

– Ну что же… – сухо бросила соседка, отправляясь на инспекцию. – Прием…

Уже не слушая, мы с Нитарой отправились к кроватям. Плюхнувшись на свою, я распласталась в форме звезды.

Я уже практически уснула, как вдруг Иламира, оборвавшись на полуслове, замерла у того самого злополучного места.

– Это что? – вырвал меня из дремы возглас соседки.

Я приподнялась на локте и вытянула голову. Сквозь протёртые до блеска доски проступало небольшое пятнышко прожжённой древесины. Почти незаметное. Почти.

– Мы пытались, – виновато пробормотала Нитара. – Но оно, кажется, насквозь…

– Вижу, что пытались, – перебила Иламира, поморщившись.

Сон как рукой сняло.

Надменная рожа, что смотрела на нас сверху вниз, как на нашкодивших щенков, стала последней каплей в чаше моего терпения.

– Знаешь что? – подскочила я с кровати и встала напротив Иламиры. – Не при… э-э-э у тебя вообще совесть есть?!

– Прости? – вопросительно приподняла она брови.

– Говорю, что ведёшь себя не лучше нашего. Изображаешь из себя ледяную королеву, которая выше всех и вся, а на деле! – прошипела я, тыча в Злодейку пальцем. – Сама набросилась на меня лишь за то, что я тебе помогла!

Иламира побелела.

– Это была не помощь! Ты опозорила нас перед всей академией! Его Высочество…

– Его Высочество, – передразнила я, – орал на тебя посреди толпы! Я это видела, Иламира. Своими глазами. Он стоял и отчитывал тебя, как последнюю служанку, при всех! А ты… ты стояла и молчала. Глаза в пол, виноватая рожа, и ни звука в свою защиту.

Нитара тихо ахнула за моей спиной. Иламира же замерла, и впервые за всё время в её глазах мелькнуло что-то, похожее на растерянность. Всего на секунду. А потом ледяная маска вернулась на место.

– Ты ничего не понимаешь, – процедила она сквозь зубы.

– О, я прекрасно понимаю! – Меня уже было не остановить. Слова лились рекой. – Ты таскаешься за ним, как преданная собачонка! Ждёшь, когда он соизволит обратить на тебя внимание! А он? Он смотрит на тебя сверху вниз, пользуется твоей преданностью и даже спасибо не скажет. Знаешь, как это называется? Абьюз, Иламира! Ты для него – пустое место, удобная табуретка, на которую можно присесть, когда захочется!

– Замолчи! – Голос Иламиры сорвался на визг. – Как ты смеешь так говорить о нём?! Ты… ты выползла из своей глуши и ничего не знаешь о мире, о традициях, об уважении! Его Высочество – будущий правитель! А я… я просто…

– Просто что? – Я шагнула ещё ближе, уперев руки в бока. – Просто готова позволить всю жизнь вытирать о себя ноги? Потому что он принц? Потому что так положено?

– Потому что я его люблю! – выкрикнула Иламира, и в этом крике было столько боли, что я подавилась заготовленными для ответа словами.

На мгновение воцарилась тишина. Нитара за моей спиной, кажется, даже дышать перестала.

Иламира стояла, тяжело дыша. В её глазах блестели слёзы. Она моргнула, и одна слезинка скатилась по щеке, но она тут же смахнула её тыльной стороной ладони, будто это было что-то постыдное.

– Ты ничего не понимаешь, – повторила она, но теперь в её голосе не было злости. Только усталость. – Ты видишь только то, что снаружи. А я… я знаю его другим. А ты… ты просто не знаешь, что значит любить!

– Что здесь происходит? – вдруг раздалось от двери.

Вздрогнув, мы синхронно повернули головы. На пороге стояла комендантша, сверля нас своим фирменным взглядом.