Текст книги "Исекай по-русски (СИ)"

Автор книги: Велена Красная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Глава 3

Глава 3

Впереди по коридору показалась дверь с табличкой «Деканат». Подойдя, я одернула подол платья и постаралась придать лицу невозмутимое выражение. Взгляд скользнул по отражению в полированной ручке – мои волосы, ещё утром уложенные, сейчас напоминали взъерошенное гнездо. Я скривилась, с тоской вспоминая свой короткий русоволосый пучок.

Толкнув тяжёлую дубовую дверь, я замерла на пороге. Сердце болезненно кольнуло от вида до жути обыденной комнаты. На мгновение мне показалось, что я снова на Земле, в каком-нибудь архиве. Лишь отсутствие гудящего компьютера на столе вернуло меня в суровую, магическую реальность.

За одним из столов, возвышаясь над баррикадой из пожелтевших бумаг и пергаментов, восседала сухонькая старушка. Её взгляд, острый, как шило из-под косматых бровей скользнул по мне, заставив невольно выпрямиться и втянуть голову в плечи.

– Форст, – коротко представилась я, протягивая ей помятое направление.

Старушка взяла бумагу двумя пальцами, словно боясь испачкаться, и, скривившись, как от зубной боли, внимательно изучила содержимое. В её мутных глазах мелькнуло удивление, тут же сменившееся неприкрытым скепсисом.

– Девушка на факультете Стражей? – пробормотала она, словно пробуя на вкус это странное сочетание слов. – Что ж, похоже, артефакт решил пошутить, – вздохнув, старуха отложила направление и, с трудом разгибая закостеневшую спину, принялась рыться в шкафах за спиной. Её пальцы, покрытые коричневыми пятнами, с трудом цеплялись за узорчатые дверцы. Наконец, из глубин шкафа она извлекла увесистую книгу и печать.

Вернувшись к столу, она что-то черканула в книге и развернула ко мне:

– Распишитесь.

Взяв в руки протянутое старухой перо, я накарябала подпись Эвелин.

– Держите, – процедила старуха, швыряя мне на стол три тонких пергаментных листка. – Форма на складе, книги в библиотеке.

Её взгляд уже потерял ко мне всякий интерес, устремившись куда-то вглубь бесконечных бумаг. Я же поспешила изучить полученное, делая вид, что происходящее меня ничуть не задевает. На одном из листков был список книг, на втором – расписание занятий, которые обещали превратить мои дни в сплошную полосу препятствий.

– А… – только я хотела спросить, где находятся библиотека, склад и общежитие, как старуха прервала меня на полуслове, даже не взглянув в мою сторону:

– Не задерживайтесь! Вы мешаете работать, – и прежде, чем я успела хоть что-то пробормотать в оправдание, она резко махнула в сторону выхода. Жест был настолько безапелляционным и раздраженным, как если бы отгоняли назойливую муху, жужжащую прямо над ухом.

Мгновение, и я уже стою в пустом, прохладном коридоре. Совсем одна. Прямо перед дверью, которая захлопнулась с зловещим щелчком, едва не прищемив мне кончик носа. Чувствуя, как предательский румянец разливается по щекам, я глубоко вздохнула, стараясь унять дрожь в коленях.

Отличное начало учёбы, ничего не скажешь.

– Не задерживайтесь! – передразнила я скрипучий голос старухи, проводя кончиками пальцев по переносице, пытаясь понять, цела ли. Горло сдавило от смеси горечи и обиды. – Тьфу, кикимора старая.

За спиной раздался едва слышный смешок. Вздрогнув и резко крутанувшись на пятках, я обернулась.

Передо мной стоял парень. Высокий, лет семнадцати на вид с русыми, чуть вьющимися волосами. Его слишком яркие, зеленые глаза искрились безудержным весельем.

Смешно ему, тоже мне цирк нашел.

Я открыла рот, чтобы сказать все, что думаю, но неожиданно для себя тут же закрыла. В голове что-то щелкнуло, пульсируя панической мыслью:

Аристократ!

А в следующую секунду меня так скрутило, что выбило из легких воздух. Тело само собой сжалось, как затравленный зверек, и сделало несколько панических шагов назад – отработанный, унизительный жест уступки дороги «господину». Щеки пылали от непонятного стыда, а в голове крутилась одна мысль:

Он все видел! Он видел мое недостойное поведение!

Меня перекосило. Да что ж это такое?! Я попыталась выпрямиться, но вместо этого опустила голову. Наверно, со стороны я была похожа на кипящий чайник – вот-вот и из ушей повалит дым. Почему?! Это всего лишь какой-то второстепенный персонаж, а реагирую так, будто Царь Горох явился.

Перед глазами всплыла Система – издевательски, демонстрируя, как показатели репутации поползли вниз.

Я запыхтела, мысленно огрызнувшись:

–Воттолько тебя здесь и не хватало!

Незнакомец, хмыкнув чему-то своему, проскользнул к деканату и скрылся за дверью, напоследок мазнув по мне оценивающим взглядом.

Только дверь захлопнулась, как меня отпустило. Обмякнув, я прислонилась к стене. Злость понемногу отпускала, уступая место размышлениям.

Вот так поворот. Воспоминания Эвелин дали о себе знать.

В том, что это были именно они, я не сомневалась. Слишком уж знакомое тошнотворно-липкое чувство. Я выдохнула, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.

Э-э-э не-е-ет. Такими делами я далеко не уеду. Если это тело сейчас мое, то и инстинкты будут мои. Все! Больше не буду пользоваться воспоминаниями Эвелин. Все равно от них никакой пользы.

Отлипнув от стены, я направилась на поиски хоть чего-нибудь из списка образовавшихся дел, на ходу заталкивая ненужные воспоминания в самый дальний угол своего сознания.

Первым нашелся склад. Кастелянша – жалостливая женщина, поахала-поохала, как мне не повезло с факультетом, и выдала: видавшую виды красную мантию; старые потертые сапоги; рубаху, в которой вполне спокойно могли поместиться две меня и просторные штаны, которые топорщились, словно надутые ветром паруса.

На моё справедливое замечание про форму она лишь развела руками. Вздохнув, я сграбастала что дали и отправилась в библиотеку по объясненному кастеляншей маршруту.

Библиотека располагалась на первом этаже центральной части Академии. Я подошла ближе, уныло разглядывая выстроившуюся у входа библиотеки очередь. Шикнув на невовремя заурчавший живот, я пристроилась в конце вереницы жаждущих знаний. Прямо перед парочкой оживлённо спорящих парней:

– …вот почему это не может считаться настоящим талантом! – горячился один из них, энергично размахивая руками. – Возьмём, к примеру, принца Феликса – он с первой попытки поступил на факультет Стражей. Вот это талант!

А что, здесь бывают вступительные экзамены с пересдачей? Мне вот почему-то никто не предложил второго шанса. Или дело в том, что я и так идеально подхожу на роль пушечного мяса? – мысленно возмутилась я. – Хотя куда уж лучше, ведь меня уже с распростёртыми объятиями зачислили в Стражи… – съязвило в ответ моё внутреннее «я».

– Талант, говоришь? – холодно парировал второй. – Тогда объясни, почему Ричард, его же брат, продемонстрировал чистоту контроля, которой позавидовали бы мастера? Да, его зачислили намилейший факультет Целителей. Но его формулы – безупречны! То, что артефакт молчал – не умаляет его таланта. Истинная сила – в точности расчетов и наследии крови, а не в силе удара.

Стоп! Что за… Я застыла, пытаясь переварить услышанное. Слова парней дошли до меня не сразу – а когда дошли, я будто в стену врезалась. Ричард? Тот самый? На ЦЕЛИТЕЛЬСКОМ? Но он же... он в книге мечом махал. И... кто такой Феликс? Братья? Хоть я и не помню всех деталей, но совершенно точно уверена, что в романе был только один принц. Ни о каком Феликсе ни то что строчки, даже намека не было! Что, черт возьми, происходит? Неужели… последствия стараний Системы?

Мало ей было меня на боевой факультет запихнуть – так теперь она взялась еще и принцев плодить?! – возмутилась я, чувствуя, как голова начинает кружиться от новых загадок и наглой подмены реальности.

Простояв в очереди ещё около часа, я наконец добралась до стойки библиотекаря. Пожилой мужчина в поношенном сером камзоле и очках, сползающих на переносицу, казался воплощением всей академической мудрости и занудства.

Главное, чтобы он не заснул прямо здесь. Как правило, в книге это ничем хорошим не заканчивалось… – промелькнуло в голове, когда я протягивала ему заветный список, стараясь скрыть свое нетерпение.

– Форст, факультет Стражей? – переспросил библиотекарь, удивленно вскинув густые, словно щетки, брови.– Не припомню, чтобы у нас были девушки на этом факультете.

– Бывают исключения, – сухо ответила я, стараясь не выдать своего раздражения.

Библиотекарь пожал плечами, словно снимая с себя всякую ответственность за происходящее и принялся собирать книги.

Пока библиотекарь, еле передвигая ногами, ходил от стеллажа к стеллажу, я еле сдерживалась от скопившегося за день раздражения.

Да, такими темпами я не только начало сюжета дождусь, но и состарится успею.

Мой взгляд скучающе скользнул по библиотеке, наполненной запахом старых книг и осевшей за века пыли. Величественное помещение, оформленное в английском стиле, создавало атмосферу уюта и спокойствия. Помнится, именно здесь Эвелин часами проводила свободное время, прячась от нападок Злодейки.

Из раздумий меня вырвал грохот книг, опустившихся на стойку библиотекаря. Не сдерживая раздражения, я оглядела внушительную стопку. И как, интересно, я должна дотащить эту макулатуру до общежития?

Пока библиотекарь, кряхтя, подвязывал бечевкой последний фолиант, мой взгляд зацепился за старый, пожелтевший листок, торчащий изпод стопки журналов.

Сердце пропустило удар. Возможно…

Чутье шептало, что этот листок может пригодиться. Библиотекарь на мгновение отвернулся, чтобы достать со стула печать.

Шанс.

Слитным движением я приблизилась, делая вид, что рассматриваю книги. Во рту пересохло – казалось, сейчас библиотекарь повернется и мой план накроется медным тазом.

Дрожащей рукой я цапнула листок. В тот же миг по комнате будто прошла тень – свет на мгновение потускнел, словно кто-то выключил солнце. Я замерла, но всё уже вернулось в норму. Библиотекарь, кряхтя, возился с печатью. Наверное, просто показалось. От усталости.

– Вот, распишитесь, – библиотекарь протянул формуляр для получения книг.

Внутренне обмирая, я черканула закорючку и, схватив книги в охапку, чуть ли не бегом бросилась прочь. Спокойно. Главное, не показывать вида. Всё хорошо.

Только покинув поле зрения библиотекаря, я рискнула замедлить шаг и остановилась. Озираясь, я развернула листок, не веря своему счастью. Да! Да! Да! Я стащила карту! Карту, Карл! Хоть что-то хорошее за этот бесконечный день.

На карте была изображена вся территория академии, с заботливо подписанными строениями. Взгляд скользнул ниже, на полях чьей-то старательной рукой были выведены два противоречащих друг другу названия для одного и того же сада: «Розовый павильон» и, ниже, «Заброшенный зимний сад». Словно кто-то так и не смог решить, каким ему быть.

Ой да не важно! – отмахнулась я, счастливо прижимая карту к груди. —Главное, я теперь свободна! Могу спокойно пойти туда, куда захочу, не плутая по несколько часов в поисках нужной дороги.

Глава 4.

Глава 4.

На небе уже показались первые звезды, когда я еще тащилась к общежитию. Спина ныла под неподъёмной тяжестью вещей. Держалась я только на честном слове, ведь запас и так небольших сил героини давно закончился.

А ведь завтра начинается учеба... – мысль холодной волной пробежала по спине, когда я перешагнула порог.

С показателями-то Эвелин я, конечно, буду в первых рядах… если только от меня что-то останется после первой же тренировки.

В дурацком романе факультет Стражей был лишь декорацией – фоном для охов-вздохов со стороны целителей. Но теперь он стал моей реальностью.

Я передернула плечами, отгоняя мрачные мысли, и оглянулась, тяжело вздохнув.

В холле женского общежития царил первосентябрьский ад. Первокурсницы точно перепуганные тараканы под светом метались туда-сюда, волоча чемоданы, роняя сумки, натыкаясь друг на друга. Галдеж стоял такой, что, казалось, штукатурка вот-вот посыплется с потолка.

– А покой нам только снится, – задумчиво протянула я, осматривая святая святых академической жизни – очередь.

У стойки комендантши – женщины, чье лицо словно высек топор из куска вечного недовольства – копошилась кучка страждущих. Весело хмыкнув, я затесалась в конец очереди, успокаивая себя тем, что первый день моего ада уже подошел к концу.

Наконец приблизившись к стойке и пристроив вещи у ног, я машинально швырнула на лакированное дерево смятый лист направления. Пятно от нервно вспотевших пальцев расплылось на факультетской печати.

– Форст. Факультет Стражей, – слова прозвучали хрипло, почти беззвучно.

Комендантша окинула меня взглядом. Её желтоватые глаза-щелочки скользнули сверху вниз, изучая мой жалкий вид: растрепанные розовые волосы, лицо, на котором, вероятно, красовался отпечаток неудачного дня, сумка, больно впившаяся в плечо.

– Страж? – фыркнула она, словно это было ругательством. – Для стражей у нас комнат... – пауза легла густо и тягуче, как деготь, – нет.

Вот и сказочке конец, а героине под кустом придется куковать всю ночь. Ммм, р-р-романтика, чтоб её. От открывшихся перспектив у меня аж в глазах потемнело. Вот почему все шишки сыплются именно на меня? Разве у Эвелин было так же? Точно нет! Хотя чего это я, она же сказочная героиня, а я так, сказочная дура на максимальной сложности. От абсурда ситуации кровь ударила в голову, смывая остатки сонливой усталости.

– Как нет?! – сорвалось с губ раньше, чем я успела подумать. Голос, до этого хриплый от усталости, вдруг сорвался на визгливую ноту возмущения. – Да вы что? А направление – по-вашему, я так, нарисовала!

Я ткнула пальцем в злосчастный листок. Ноготь больно впился в шершавую стойку.

– И печать, главное, так натурально получилась! – Голос сорвался в саркастический шепот. – Как думаете, в деканате оценят мой «талант»? Или, может, пояснят, откуда в академии места берутся, а комнаты – нет? А?

Дыхание перехватило от накатившей волны злости.

– Вы как хотите, а пока я комнату не получу, с места не сдвинусь. – Я вцепилась в стойку, всем своим видом демонстрируя, что выпроводить меня отсюда смогут только вперед ногами. Внутри всё бушевало от бессильной злости.

Да сколько можно в конце-то концов? Целый день, понимаешь, скачу как обезьяна, а теперь и крыши над головой нет?

Комендантша издала долгий, протяжный вздох, полный неподдельного страдания и укора всему миру, всем своим видом демонстрируя, как же ей со мной тяжело.

– Есть одна… – процедила она сквозь зубы. – Но там… – Она многозначительно замолчала, просверлив меня взглядом. – …не сахар. Поняла?

А я и не собираюсь её с чаем пить , – мысленно огрызнулась я, чувствуя, как от усталости и злости трясутся руки. То, что ничего хорошего ждать не стоит, было и так ясно. В любом случае там будут стены и крыша, а главное кровать. Остальное меня мало волновало.

Хуже, чем есть точно не будет.

– Сойдет! – выпалила я, улыбнувшись так широко, что аж щеки заболели. Голос прозвучал неестественно громко и резко.

С театральным вздохом мученицы комендантша потянулась к связке ключей. Металл гулко звякнул. Один ключ – изящный, с витиеватым узором – она выдернула с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

– Двести тринадцатая. Второй этаж. – Ключ шлепнулся на стойку с глухим лязгом, похожим на щелчок захлопнувшейся мышеловки. – Будете шуметь – вылетишь вон. И смотри – других вариантов у тебя,девочка , нет и не будет.

«Девочка». От этого слова неприятно засосало под ложечкой. Вцепившись в ключ, холод которого обжег ладонь, и подхватив свою ношу, я, гордо вскинув голову, направилась к лестнице. И пока поднималась, костерила Систему на чем свет стоит. Книги в руках наперевес с формой в сумке тянули вниз с тяжестью надгробной плиты.

Переступив порог второго этажа, я замерла. Резкий контраст с хаосом холла вырвал воздух из легких. Тишина. Глубокая, бархатная, нарушаемая лишь отдаленным эхом шагов снизу. Воздух густой, пропитанный воском старой древесины и холодным блеском дорогого металла, обволок легкие, вытесняя чадный дух холла.

Широкий коридор, купающийся в ровном, почти стерильном свете магических шаров, безмятежно тянулся вдаль. Стены, обшитые темным дубом до самого потолка, поглощали свет, роняя тусклые блики на полировке. На полу – плотный, безмолвный ковер с замысловатым узором, глушивший каждый шаг. Двери из того же темного дерева, с бронзовыми табличками, начищенными до желтизны, и ручками, тяжелыми, как дверные молотки в старинных замках, выглядели неприступно монументально.

Я сглотнула вмиг ставшую вязкой слюну. На мгновение мне показалось, что я оказалась в административной части своего универа – настолько строгой и давящей была атмосфера.

«Не шуметь!» – резкий окрик секретарши, врезавшийся в память, как заноза, когда мы, вчерашние школьники, переминаясь с ноги на ногу, толпились у двери юриста, – эхом отдался в ушах.

– Вот тебе и раз, – передернула я плечами. Живо представленная в уме картинка старого чулана под лестницей или заброшенного чердака разлетелась в дребезги. Второй этаж общежития явно предназначался для аристократических особ. Я сделала шаг, неловко ступив уличной обувью на чистый ковер. Тяжело вздохнула и, подавив в душе навязчивое желание пойти в обход по тонкой полоске пола между стеной и ковром, двинулась вперёд.

Дверь с нужным мне номером располагалась в самом конце этого имперского проспекта, подчеркнуто изолированная от суеты лестницы и людского водоворота центра коридора.

– Не иначе как самую лучшую комнату отхватила. – Я замерла у порога, ключ в левой руке был надежно придавлен стопкой книг, а сумка с формой больно врезалась в бок.

В душе клубилось нехорошее предчувствие, знакомое по ссадинам от сегодняшнего дня. Поверить в акт милосердия Системы (а без ее вмешательства тут явно не обошлось) было решительно невозможно.

Щас как открою, а там или склад метел, или призрак студентки прошлых веков пытается выучить то, что не успела при жизни.

Я хихикнула, представив столь животрепещущую картину.

Сделав глубокий вдох, я все же постучала. Звук получился робким и жалким. За дверью что-то шлёпнулось, потом раздались поспешные шаги. Дверь дёрнулась и приоткрылась с тихим скрипом. В щели мелькнула тень, и на пороге показалась девушка.

Она дышала чуть чаще обычного, а на щеках играл лёгкий румянец. Русая коса чуть растрепалась, на носу россыпь веснушек, а глаза отражали целую гамму эмоций: от любопытства до бездны облегчения. Казалось, она смотрела на меня как на долгожданное спасение.

– Привет! – выпалила она и озарила меня лучезарной улыбкой, широкой и беззаботной, как солнце в мае.

Я моргнула, пытаясь сообразить, как реагировать на такой шквал позитива.

– Я... новенькая, – выдавила я, многозначительно кивнув на стопку книг в руках и пытаясь ответить улыбкой, которая, судя по ощущениям, больше походила на гримасу боли. – Эвелин Форст.

– А я Нитара! Нитара Кветон. Рада познакомиться! – ее улыбка стала еще шире, если это вообще было возможно.

Я тяжело вздохнула и бросила выразительный взгляд сначала на неподъемную стопку книг в своих руках, потом на порог.

– Ой, извини, проходи скорее! – охнула Нитара. – Проходи, проходи! – посторонилась она, широким жестом приглашая войти.

Переступив порог, я словно в стену уперлась. Глаз нервно дернулся.

Похоже, Система таки решила меня добить. На мгновение проскользнула мысль развернуться и уйти.

Ну его под кустом тоже неплохо, звезды посмотрю.

Но ноги предательски продолжали стоять на одном месте.

Комната… не была чуланом. Даже наоборот, это было просторное, светлое, богато украшенное помещение, с тремя кроватями, письменными столами и узорчатыми шкафами, а большое окно открывало вид на уютный сад. Чисто, уютно. И пахло… дорогими духами? Или цветами? Одним словом, не комната, а номер в пятизвёздочном отеле.

А вот напротив входа…

Она восседала у окна за изящным столиком, отложив в сторону книгу в кожаном переплете. Темно-розовые волосы, такие же длинные и шелковистые, как у Эвелин, но на пару тонов насыщеннее, ближе к винному оттенку, были убраны в сложную, безупречную прическу, подчеркивающую высокие скулы и изящную линию шеи. Лицо – совершенный овал с большими глазами цвета темного аметиста, которые сейчас смотрели на меня с таким ледяным, оценивающим недоумением, что по спине пробежали мурашки. Одета Злодейка была в платье из тонкой ткани нежного сиреневого оттенка, которое безупречно сидело по фигуре. Каждое движение, каждый взгляд дышали надменностью и… откровенной настороженностью.

Да, передо мной была именно промежуточная Злодейка. В отличие от главного Злодея, который всего-то собрал армию из монстров с целью захватить мир, именно от этой дамы было больше всего хлопот. Являясь невестой главного героя, она преследовала Эвелин и всячески издевалась над ней. В конце концов она попалась на попытке отравления, за что её и казнили.

Что я там говорила? Хуже уже быть не может, оказалось, что очень даже может! – пронеслось в голове с раздражением.

Теперь я понимаю, что там было за «не сахар». Еще б узнать, насколько сильно.

Я окинула взглядом Злодейку, та ответила вопросительно приподнятой бровью.

– Здрасьте, – глухо просипела я, стараясь звучать нейтрально, но голос предательски дрогнул от усталости и напряжения.

Тут вспыхнула Система с новым оповещением:

«Внимание!

Было зафиксировано намерение узнать показатели окружающих созданий.

Желание Игрока одобрено.

Поздравляем! Теперь Вы можете видеть показатели окружающих Вас личностей. Удачной игры!»

Гм, в этот раз она быстрее справилась. Да что там, по сравнению с прошлым разом – молниеносно! – оторопело подумала я, прочитав оповещение, и перевела взгляд на Злодейку.

И правда, теперь усилием воли я могла увидеть её показатели. А там было на что посмотреть:

Иламира фон Дарквуд – ур. 1,

Мана 30,

Сила 15,

Выносливость 45…

В этот момент что-то – точнее, кто-то – врезался мне в спину. Это была Нитара, которая, захлопнув за мной дверь, резко крутанулась на каблуках и, видимо, не рассчитала траекторию.

– Ой! Извини! – выдохнула она, теряя равновесие.

Удар был не сильным, но неожиданным. Мои и без того уставшие руки предательски ослабли. Стопка учебников с грохотом рухнула на паркетный пол, разлетевшись веером бумаг и переплетов. Несколько книг шлепнулись прямо к ногам Злодейки.

Воцарилась гробовая тишина. Нитара замерла, прикрыв рот рукой и выпучив глаза от ужаса. Я стояла, глядя на хаос у своих ног, чувствуя, как жар стыда заливает лицо.

Вот он. Идеальный финал идеального дня.

Злодейка медленно опустила взгляд на книгу по «Основам боевой магии», лежащую у ее изящной туфельки. Потом медленно подняла глаза и встретилась с моими. Холод в них дрогнул, сменившись… чем-то непонятным. Не гневом. Скорее, ледяным, бездонным раздражением, смешанным с полным непониманием происходящего в ее личном пространстве. Весь её вид будто говорил: в её безупречно обустроенную, тщательно защищенную от лишних людей обитель вторглось…это .

– Ох... – воскликнула Нитара, нарушая тишину. – Я… я помогу собрать! – Сорвавшись с места, она бросилась на колени, начав лихорадочно сгребать книги.

А я продолжала стоять, сжав кулаки, глядя поверх ее головы прямо на Злодейку. Усталость, голод, унижение – все смешалось в один ком, подкативший к горлу.

– Эвелин Форст, – представилась я громче, чем следовало, глядя в холодные глаза Злодейки, игнорируя суетящуюся у моих ног Нитару. – Факультет Стражей. Похоже, мы теперь соседки. – В голосе прозвучала не просьба, не извинение, а констатация неприятного для всех факта.

Злодейка медленно, с достоинством королевы, поднялась со своего места. Её взгляд скользнул по мне от макушки до кончиков потрепанных ботинок, задержавшись на лице. Что-то мелькнуло в глубине ее глаз.

– Иламира фон Дарквуд, – важно кивнула она. Голос был низким, мелодичным, но холодным, как сталь, и отточенным, как клинок. – Факультет Алхимии. – Она сделала небольшую паузу, и следующая фраза уже прозвучала с напускной вежливостью, за которой читалось: «Какого черта?» – Надеюсь, Вы…цените тишину. И порядок.

О да, – подумала я, глядя на раскиданные книги и чувствуя, как Нитара судорожно тычет мне в руку очередной фолиант. —Ценю. Как и ты. Вот только Система, похоже, ценит совсем другое. И этот бардак – только начало.

– Обещаю постараться, – ответила я с самой вежливой, лишенной эмоций улыбкой, какую только могла изобразить. Внутри же крутилась только одна мысль:

Где моя кровать?! Год до начала сюжета? С таким «началом» я до завтра, кажется, не доживу.