Текст книги "Эпоха Опустошителя. Том VI (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

Придётся…

– Поглядим, – уклончиво ответил я. – Всё зависит от того, что захочет этот упырь.

Наш путь продолжался еще на протяжении пары минут, но стоило попасть на четвертый уровень, как количество гвардейцев резко возросло, а у дальних покоев их число перевалило за добрую дюжину. Причем каждый из них являлся эссенциалом или же одарённым. По невозмутимым лицам стражей и уважительным кивкам становилось понятно, что слух о том, что воспитанник Изувера вернулся домой распространился со скоростью ветра. Скорее всего, Натан или Элай постарались.

– Имания у наставника? – осведомился тихо я гвардии, останавливаясь прямо перед дверями.

– Всё так, юный лорд, – учтиво поклонился мне дежуривший возле покоев безупречный.

– Жди здесь, Рам, – бросил я тифлингу и неспешно прошествовал внутрь.

Запах целебных эликсиров и зелий практически мгновенно ударил в нос. Стоило попасть в своеобразную палату, как взгляд наткнулся на троицу магинь жизни, что тотчас склонили свои головы в приветствии и Иманию, находящуюся у изголовья большой кровати. Через секунду же взор упал на наставника.

Как и почти год назад главу дома Хаззак окружал целительный купол Знающей. Вот только это ничего не меняло. Любое лечение осталось по-прежнему бесполезным. Смертельно бледный цвет кожи. Малость осунувшееся тело. Слабое дыхание и едва уловимое сердцебиение. Дэймон действительно находился на грани жизни и смерти. Лишь после того, как я побывал в Инферно и повстречался с целым архидемоном лицом к лицу, до меня дошла истина того, насколько наставник был силен и насколько жалок был я тогда. Раны, что нанесли Верховные демоны считаются не удаляемыми и навсегда остаются на теле как клеймо, но раны, нанесённые владыками Инферно носят более скверный характер. Вероятнее всего, только какое-нибудь божественное вмешательство может помочь в этом.

Сцены кровавого вторжения на Мергару вспыхнули в сознании и на миг я возвратился в прошлое. Дэймон не только практически на равных сражался с Кровной Верховной, но и успевал защищать своё окружение. Только сейчас я стал осознавать, насколько великим воителем оказался этот человек и насколько мне повезло ранить Анширу. Такое успех можно назвать тем самым чудом. Насекомое, что болезненно ранило льва. Именно поэтому Хаерон так неистово желает меня прикончить. Иначе позор не смыть.

Не сказать, что Дэймон многому научил своего воспитанника. Он попросту не успел этого сделать. Но тем не менее я испытывал к Хаззаку лишь благодарность. Так что очень надеюсь, что Фаррак и Искрида не солгали.

– Оставьте нас, – тихо обронила Знающая, взглянув на целительниц и присаживаясь на постель подле брата.

– Тётя, как долго такое может продолжаться? Есть ли то, что может ему помочь?

– Точно не знаю, мой мальчик. Варианты имеются, но достать такие предметы практически невозможно, – горько прошептала Имания. – Я не помню людей, которые выживали после сражения с архидемонами. Он жив сейчас лишь чудом. Возможно, Фрея, Иштар или же Бастет могли бы поднять его на ноги. Но ни одна из них не является оберегом Жизни. Да и с чего им помогать аххесу? Впрочем, Темида тут тоже бессильна. Брат отмечен Аресом, а Арес по иной части, как ты знаешь. Плюс этому богу по душе испытывать своих избранников на прочность. Могу лишь сказать, что небожители далеко не всесильны. Всё, что выходит за их полномочия уже является для некоторых оберегов невозможным.

«Время пришло, не так ли? – осведомилась тихо Руна. – Честно сказать, помощь Хаззака тебе пришлась бы кстати. Сомневаюсь, что он теперь тебя сможет учить, но его влияние и власть будут отнюдь не лишними».

Очень надеюсь, что Искрида была права и кровь поможет…

– Тётя, совершенно случайно в мои руки попала кое-какая вещица, – задумчиво заговорил я. – Не могли бы вы сказать, пригодится ли это как-нибудь?

На лице у Имании образовалась грустная усмешка и та уже намеревалась покачать отрицательно головой, но стоило мне выудить из пространственного перстня склянку с тремя каплями пульсирующей голубоватой крови, как тело женщины резко окаменело, и та с полнейшим потрясением уставилась на крошечный бутыль.

– Во имя всех Небес и справедливости Темиды! Это же… это же кровь из Древа Жизни… – сбивчиво просипела целительница, а после пораженно уставилась на меня. – Ранкар, мой мальчик! Откуда? Откуда это у тебя⁈ Как ты достал столь драгоценную субстанцию? Мировое Древо Иггдрасиль было уничтожено во время войны с Пятой Династией.

– Это не кровь из Древа Жизни, тётя, – слабо улыбнулся я. – Это кровь из увядающего корня Древа Жизни.

– Корень? Кровь из корня Древа Жизни? – сглотнула ошеломлённо женщина, начиная медленно подниматься с постели, но затем её глаза с шоком расширились, и та отрывисто зашептала. – Ну конечно же… Инферно… Манор Жадности… Владения Астарота. Этот ублюдок прибрал остатки древа себе. Последний едва уцелевший корень расположен именно там. Как, мой мальчик? КАК, ты умудрился добить столь драгоценную вещь⁈ Откуда у тебя это⁈ Ходит молва, что Астарот собственноручно собирает эту субстанцию.

– Неважно, тётя, – тихо рассмеялся я. – Кровь поможет наставнику?

Вместо каких-либо слов Знающая стремительно приблизилась ко мне и заключив в объятия, с любовью поцеловала в обе щеки.

– Видимо, ты никогда не перестанешь удивлять. Вернулся сам и решил вернуть моего брата обратно. Это не тебе повезло с наставником, мой мальчик, это наставнику повезло с тобой! – с нежностью прошептала та, поджимая дрожащие губы. – Да! Думаю, с моей помощью кровь из корня поможет. Всю былую силу он вряд ли сможет возвратить, но хотя бы он сможет придти в себя. Одной капли вполне хватит.

– А что насчёт разрушенных источников? – продолжил допытываться я.

В глазах у Имании вспыхнуло подозрение с догадкой, а после она улыбнулась чуть шире:

– Фьётра, не так ли?

– Не только она, – мягко заключил я.

Взор тётки тотчас обострился, и та вновь выдвинула догадку:

– Тот падший серафим, да? Уверен, что хочешь потратить нечто столь ценное на него? Ты вообще в курсе, что его семейка весьма могущественна и во многом не уступает некоторым великим силам. Боюсь, с ним история тоже далеко не чистая. Уверен, что хочешь ему помочь?

– Полностью уверен. Сдаётся мне, что Тэйн в силах навести шороху в Небесном Граде. Если ему помочь, само собой.

– Твоей валькирии я помогу сразу же после того, как поставлю на ноги Дэймона, но падший, как и все твои друзья сейчас находятся в Аронтире.

– В таком случае, мы что-нибудь придумаем на месте. А теперь, не будем затягивать, – воодушевленно отметил я, скосив взор на Хаззака. – Мне кажется, что наставник спал слишком долго. Я буду рад с ним побеседовать.

– Разумеется, мой мальчик. Будь добр, позови сюда целительниц. Мне понадобится их помощь. Да и думаю, Гаерон внизу тебя уже страшно заждался. Уверен, что справишься сам?

– Можете в этом не сомневаться, – кровожадно осклабился я. – С таких мертвецов как я все взятки гладки.

Покои покидал в полнейшей тишине, но стоило переступить через порог, как практически лицом к лицу я столкнулся с малость бледной светловолосой девицей, которая, завидев меня, тотчас выпала в осадок.

– Так это… правда, – удивлённо сглотнула дочь Хаззака.

– Привет, Нисса, давно не виделись. Только не вздумай меня обнимать. За последние полчаса это сделало слишком много женщин. Могу и привыкнуть так-то…

* * *

Аххеский пантеон.

Мергара. Твердыня доминирующего дома Хаззак.

Где-то на просторах Верхнего города.

Несколько часов назад…

Доклад оказался срочным. Настолько срочным, насколько это вообще возможно. Так что отчитываться голубокровному пришлось прямо в нижнем белье. Само собой, подобное могут счесть оскорблением, но заставлять ждать таких людей абсолютно нельзя.

Несколько секунд аристократ стоял посреди роскошных апартаментов, но когда его взгляд невольно скользнул в сторону одежды, перед ним в мгновение ока образовалась проекция мужчины средних лет и завидев знакомый силуэт, вассал тотчас склонился в глубоком поклоне.

– Приветствую вас, великий глава.

– В чем дело, Эдриан? – зевнул невольно правитель великого дома Иан, потирая глаза. – К чему такая срочность?

– Великий господин, я не знаю, связывался ли с вами Мелькор, однако боюсь, что бывшая валькирия нам более не потребуется. Я отыскал того, кто сможет помочь будущему наследнику с тренировками в преддверии Великой Сотни против претендентов из Северного пантеона. По моему скромному мнению, кое-кто иной больше подходит на эту роль.

– Надо же, – чуть приподнял брови глава, заметно подавшись вперед. – И кто же он? Кто способен заменить бывшую валькирию с её опытом?

– Великий господин, как вам вариант с воскресшим Неукротимым? Как вы смотрите на кандидатуру человека, который поставил все молодые дарования Севера на колени?

* * *

Аххеский пантеон.

Андар. Твердыня великого дома Ксант.

Сердце Андара. Дворец правления.

Цокот женских каблуков эхом ударялся о стены коридора и таким же тихим эхом разносился далеко вперед, будто свидетельствуя всем о прибытии дочери Данакта. На протяжении нескольких недель Кайса находилась не в духе. Мало того, что дела шли из рук вон плохо, так похоже ещё и её старший братец задумал какую-то пакость, раз решился позвать на встречу без лишних ушей.

Вот только одна маленькая деталь вмешалась в нынешние планы наследницы Данакта. Данной маленькой деталью оказался доверенный безопасник. В какой-то миг силуэт одарённого соткался из пространства прямо на ходу и к цокоту каблуков девушки прибавились беззвучные шаги верного вассала.

– Что у тебя? – хмуро вопросила молодая горгона.

– Донесение из Мергары, юная госпожа…

– Из Мергары? – нахмурилась внезапно та. – Что там стряслось?

– Мертвец восстал, юная госпожа.

– Мертвец? – поморщилась раздраженно Кайса, чуть обнажая клыки. – Людвиг, твои шуточки когда-нибудь загонят тебя в могилу. Я не в том состоянии сейчас, чтобы их выслушивать.

– Никаких шуток, юная госпожа, – серьёзно пробормотал безопасник. – Один из ваших «претендентов» действительно восстал. Некто по имени Ранкар Хаззак сутки назад возвратился в…

Шаг голубокровной в мгновение ока застопорился, а её глаза в прямом смысле полезли на лоб от услышанного, потому как прозвучали как гром среди ясного неба.

– ЧТО⁈ – прошипела свирепо та, не веря в сказанное. – ЧТО ТЫ СЕЙЧАС СКАЗАЛ⁈ ПОВТОРИ!

– Ранкар Хаззак, юная госпожа, – резко остановившись, учтиво склонился одарённый. – Он жив и вполне здравствует. Правда, он уже успел навести шуму…

– ИДИОТЫ БЕЗМОЗГЛЫЕ! ПОЧЕМУ Я ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ СУТКИ УЗНАЮ ОБ ЭТОМ⁈ ПОЧЕМУ СРАЗУ НЕ ДОЛОЖИЛИ⁈

– Мы… мы сочли такое за ошибку и решили всё перепроверить! – тотчас повинился вассал, склонившись гораздо ниже.

– ГОТОВЬТЕ ПРОСТРАНСТВЕННУЮ КОЛОННУ! ЖИВО! – напряженно выкрикнула Кайса, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов и начиная шагать обратно. – Я ОТПРАВЛЯЮСЬ В МЕРГАРУ НЕМЕДЛЕННО!

– Но… но как же ваша встреча с братом?

– БАЛЬТАЗАР ИДЁТ В ЗАДНИЦУ! И КАКОГО ЧУМНОГО СИЛЬФА ТЫ ЕЩЕ ЗДЕСЬ, ЛЮДВИГ?..

Глава 9
За Честь и Кровь…

– Всё такой же неотёсанный грубиян и хам, – выдохнула облегченно Нисса, весело посмеиваясь и сделав шаг в мою сторону, робко клюнула меня в щеку. – Я рада, что ты жив. Очень рада. Когда тётя поведала о том, что ты вернулся, я бросила все дела в доме Сариан и сразу же рванула в Мергару.

Честно признаться я не ожидал от дочери Хаззака такой искренности. В памяти практически мгновенно всплыла сцена первой встречи с девушкой. Однако, как погляжу, с тех пор утекло слишком много воды.

– Когда-то ты была менее дружелюбной, – сдержано отозвался я, подначивая её.

– Тогда ты не был частью дома Хаззак и воспитанником отца, – ухмыльнулась самодовольна та, чуть прищурившись. – Дай угадаю, это же ты убил свитских Гаерона, который сейчас рвёт и мечет в гостиной? Мергара гудит по этому поводу.

– Так уж вышло, – пожал я беззаботно плечами, призывая Рамаса идти следом за нами.

– Зачем ты их убил? Зачем осложнил себе жизнь? – недовольно полюбопытствовала девица. – Ты же в курсе, что убийство ЛЮБЫХ голубокровных карается казнью! Так, ко всему прочему ты умудрился прикончить наследника побочной ветви Урелей. Хуже ситуации не придумаешь!

– Считай, что мне пришлось отстаивать честь дома. Мы вассалы Ксанта, а не их. Те отбросы сочли нас слабыми. Попрали НАШУ честь. Тебе напомнить девиз дома?

В глазах девушки внезапно вспыхнуло удивление, а затем и свирепая решимость:

– За Честь и Кровь!

– За Честь и Кровь, Нисса. Если позволять всяким отбросам трепать языками, то это может аукнуться. Плюс ты в курсе в каком состоянии наставник, – на этих словах взор девушки невольно угас, и та рефлекторно посмотрела в сторону покоев. – Нельзя давать слабину. И мне глубоко насрать из какого стана будут ублюдки, которые посмеют разинуть рты. Не умеют держать язык за зубами – им же хуже. Не переживай, я разберусь в этом вопросе сам.

– Хорошо, насчёт великого дома Урелей я всё поняла, но что в таком разе тут забыл третий наследник дома Иан?

– Иан? Ты говоришь о Мелькоре? Он тоже тут? – слабо улыбнулся я, невольно взглянув на Рамаса, но парень лишь отрицательно покачал головой, намекая, что не в курсе его прибытия.

– Заявился совсем недавно. С ним ты что не поделил?

– Признаюсь честно, – поморщился малость я. – Свитские Мелькора попали под горячую руку.

– Рухнуть Небесам к полудню! – вздохнула тяжко Нисса. – Ты не успел вернуться, а уже наворотил дел.

– Ничего, – отмахнулся вяло я, успокаивая дочь Дэймона. – Так даже лучше. Решим все беды разом, потому как возиться по отдельности с этими наследничками нет ни желания, ни времени.

– Пятая Династия… – выдохнула изумлённо девушка. – И почему мне кажется, что ты кардинально переменился?

– В каком это смысле? – напрягся против воли я.

– Ты стал будто бы более… спокойным, наверное, и уравновешенным, – изрекла задумчиво та, подобрав нужное слова.

Казни сущее, Ярвир! Какая проницательная. Раньше не замечал такого за ней.

– Тебе показалось, – солгал я, не моргнув и глазом. – Ты со мной?

– Разумеется, – с толикой возмущения выдохнула Маннисса. – Я ни за что не пропущу такое зрелище…

* * *

К нашему прибытию из гостиной то и дело раздавались недовольные возгласы. Причем по какой-то причине пологи тишины оказались отключены, так что слышать недовольство Гаерона могли все, кому это заблагорассудится.

– Значит, таким образом Хаззаки принимают своих гостей⁈ Занст, ты отдаешь себе отчёт в том, что это не просто скандал – это прямой вызов великому дому Урелей? Хаззаки хотят с нами войны? Если не хотите, то либо выдайте валькирию и выродка, который убил мою свиту, либо весь ваш дом заплатит кровью! И где бесы носят эту подлую тварь? Неужели вы хотите вывезти его за пределы Мергары?

Лобызающий голос Аирда то и дело встревал в перепалку. Такому итогу от этого ублюдка я не удивился, он всегда был паршивой овцой, но поразила речь Занста. Старший сын Дэймона и исполняющий его обязанности по какой-то причине не давал меня в обиду.

– Ты не у себя во владениях, Гаерон, и я не твой вассал! Поэтому не смей нам угрожать! Лучше держи эмоции при себе! Ранкар будет тут с минуты на минуту. И я более чем уверен, что у моего названного брата имелись веские доводы проучить твоих свитских!

Мириада сраных бед! Никогда не думал, что хоть когда-нибудь зауважаю Занста. Неужели Имания научила его уму разуму?

Странная всё-таки вещь эта иерархия. Своего владыку доминирующие дома опасаются, как чумы, но вот с враждебными голубокровными всё обстоит иначе. Если голубокровные из иных великих домов начнут качать свои права, то обычные благородные вправе ответить им весьма жестко. Само собой, в пределе приличий. Ведь архаика весьма суровая штука в руках любого голубокровного. А Гаерон вроде как основной наследник дома Урелей. Вроде бы, как основной.

– Гаерон, держи себя в руках, – вдруг донёсся до моих ушей спокойный голос Мелькора, а от последующих слов я чуть не закашлялся. – Не смей разбрасываться такими громкими заявлениями. Мои люди, к примеру, тоже говорят, что Ранкар Хаззак был в своём праве так поступить.

– Где твоё достоинство, Мелькор? Где достоинство дома Иан⁈ – рявкнул свирепо наследник дома Урелей, не веря собственным ушам. – Этот мерзавец изувечил твоих же свитских.

– То было недоразумение с нашей стороны. Только и всего…

Мириада сраных бед! Это еще что за дерьмо? Где вся его спесь? Где тот напыщенный мудозвон, которого я видел ранее? Что случилось?

– А ведь Занст полностью прав, уважаемый Гаерон! – громко заговорил я, неторопливо заходя в гостиную в обществе Ниссы и Рамаса и обращая всё внимание на себя. – Я был в своём праве их проучить. А еще он прав в том, что Хаззаки не вассалы Урелеям. Так что прекращай качать права! Ты не у себя дома!

Наверное, видеть восставшего мертвеца воочию, да и еще в такой ситуации для некоторых могло показаться странным, но Занст не моргнул и глазом, а вот Аирд невольно побледнел и озлобился.

– Что ты натворил, проклятый предатель? – зашипел второй сын Дэймона.

– Закрой рот, Аирд, – холодно изрёк я. – Возьми пример со своего брата. Надеюсь, ты еще не забыл к какому дому принадлежишь? Господа, рад всех приветствовать, – кивнул я невозмутимо собравшимся после секундной паузы, которая образовалась из-за вмешательства. – И прошу прощения за заминку. Возникли неотложные дела.

– А я уж думал ты не явишься на собственную казнь и тебя придётся искать! – заговорил злорадно какой-то долговязый и напрочь лысый хрен лет эдак тридцати, который по всей видимости и являлся Гаероном. – По слухам до вчерашнего дня ты являлся мертвецом. Не стоило тебе воскресать, уродец. Всё равно сдохнешь…

Практически мгновенно все ощутили движение в его ауре и тот угрожающе двинулся ко мне, но практически сразу между нами вырос силуэт Занста. Впрочем, вынужден признать, что мощь наследника дома Урелей являлся весьма и весьма ощутимой.

– Ты смеешь угрожать моему названному брату без суда и следствия? – раздраженно прошипел сын Дэймона. – Не зарывайся, Гаерон!

– Не будет никакого суда и никакого следствия! Он убил моих свитских… – процедил сквозь зубы голубокровный. – Я просто снесу ему башку и закончим на этом!

Лишь при тщательном рассмотрении удалось понять, что Гаерон по всей видимости являлся каким-то тератом. Лысая голова, хищные черты, в каждом ухе по три весьма роскошных серьги. Да и его высокий рост твердил о чем-то нечеловеческом.

Однако на помощь как нельзя кстати пришла Руна:

«Обыкновенный оборотень. Он нечто общее между человеком и зверородным».

– Да ты не рыпайся, кудрявый, – снисходительно махнул я рукой, присаживаясь на свободное кресло, а позади практически моментально образовался силуэт Рамаса. – Я сам люблю помахать руками. Но ты вроде как как голубокровный из основной ветви. Твоя смерть может стать проблемой.

– Во имя Небес! – расхохотался презрительно Гаерон. – Какой-то отброс смеет мне угрожать? Давно я не встречал таких сумасшед… Погоди! Мне послышалось? – прошипел взбешенно он, а его аура стала насыщаться еще большей силой. – Ты назвал меня… «кудрявым»?

На миг всё стихло, а Нисса и Мелькор внезапно прыснули, но быстро взяли себя в руки.

– Какие могут быть угрозы, кудрявый? – приподнял я бровь. – Я просто констатирую факт. Твоя смерть усложнит ситуацию. Однако не будем затягивать с выяснением обстоятельств, потому как у меня еще слишком много дел. Да и лишние сложности никому не сдались.

– Ранкар, – вдруг взял слово Занст. – Ты можешь объяснить почему убил голубокровных?

– Если говорить кратко, то вся та падаль, которую я прикончил на постоялом дворе, позволили слишком много лишнего. Если не ошибаюсь, то любое нанесённое оскорбление благородному должно быть подкреплено доказательствами, не так ли? Разумные, что нанесли обиду должны держать слово за сказанное. Иначе слово аристократа ничего бы не стоило.

– Хочешь сказать, что кто-то из моих свитских оскорбил Хаззаков? – процедил сквозь зубы Гаерон. – Такого не может быть! И не забывай, такое применимо только к благородным, а не к голубокровным. Так что твои доводы тщетны…

– Так, а кто говорит, что они оскорбили лишь Хаззаков? – расплылся я в самодовольной улыбке. – Они оскорбили еще и дом Ксант!

– ЛОЖЬ! – зарычал раненым вепрем наследник дома Урелей! – СЧИТАЕШЬ, Я ПОВЕРЮ ТЕБЕ НА СЛОВО, УБЛЮДОК⁈ ГДЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА⁈

– Так ведь они сейчас будут, – беззаботно отозвался я.

– Ты подохнешь, Ранкар Хаззак! Сдохнешь здесь и сейчас! Никто не смеет позорить мой дом!

Честно сказать, я предполагал разное развитие событий, но похоже у судьбы на сегодняшний день имелись свои планы, потому как озлобленный лысый хрен во время своих воплей начал переходить на архаику, нарушая все мыслимые и немыслимые правила, и это проняло практически всех присутствующих.

Занст, Аирд и Маннисса с Рамасом внезапно задрожали и их тела начали клониться к полу, а у меня всего-навсего зачесалось под лопаткой, но пришлось делать вид, что я борюсь. Первым на изумление многих начал действовать Мелькор, а явившиеся из тьмы Элай и Алеса оказались следующими.

– Ты что творишь, Гаерон! — закричал свирепо Мелькор, переходя на язык знатных. – ПРЕКРАТИ!

– Захлопни пасть! Ты мне указ и не ровня! Я прикончу уродца прям тут.

« Оглохните Древние! Что себе позволяет этот червь? — негодующе зашипела спата. – Ранкар, давай его…»

Сейчас нельзя, малышка. Много свидетелей, да и моя архаика сейчас породит слишком много бед. Он за всё ответит, но всему своё время. Так что сейчас играем на публику и ждём шанса.

– Уважаемые Гаерон, нам счесть это за нападение? – невозмутимо осведомился Ворган, но было заметно, что архаика влияет и на безопасников, а значит кудрявый хмырь был и вправду силен.

– Прочь с дороги! Я в своём праве…

Да хрена лысого!

Тьма и эссенция Элая и Алесы заполонили всё пространство, а ветер и эссенция Гаерона противопоставлял им в равной степени. Всего на миг, но влияние архаики ослабло, и я сразу же сделал вид, что вырываюсь из её хватки.

Облачение Разорителя…

Восход Мрака и Крови…

Ко мне, малышка…

Защитный покров практически сразу укрыл тело хозяина, а материализовавшиеся кроваво-черные крылья закрыли Рамаса и всех отпрысков Хаззака. Пальцы тотчас обхватили прохладную ладонь спаты, и я уже намеревался броситься в атаку используя сдвиг, однако невероятно довольный женский голос разрушил не только защиту безопасников, но и заставил отвлечься наследника дома Урелей, а я всего-навсего раздраженно скривился.

Обидно… Обидно до кровавых соплей!

– Занятно. Весьма занятно, – тихо рассмеялась голубокровная на архаике, а каждый её шаг мерещился мне громоподобным набатом. – Я как чувствовала, что поездка в Мергару развеет мою скуку и плохое настроение. Гаерон, мой сладкий лысик, а по какой причине ты хочешь навредить моим вассалам? Ты совсем, что ли, страх потерял? Тебе тоже привет, Мелькор.

– Здравствуй, Кайса. Рад тебя видеть, – кивнул ей парень, невольно приосанившись и малость расправив плечи. – Ты, как и всегда, прекрасна и очаровательна.

– О, ты весьма мил, малыш, – слабо улыбнулась Иану девушка.

Ирззу распутницу мне в жены! Какого беса ты притащилась так рано? Не могла подождать хотя бы пару минут, чтобы я утихомирил ублюдка? Проклятье! Вот же гребаная эмпатша!

Причем прибыла девица не одна, а в обществе сразу трёх телохранителей, которые оперативно окружили Гаерона с нескольких сторон, а Хаззаки, включая Рамаса, тотчас припали на колени.

– Приветствуем юную госпожу, – в один голос выпалил квартет.

– Не вмешивайся, Кайса! Я в своём праве! — ощерился зло кудрявый. – Выродок Изувера убил моих свитских! Убил троих моих голубокровных и больше десятка благородных! Неужели ты забыла законы? Его жизнь моя!

– О, да-да! Забавная история, – весело улыбнулась горгона, а после глазами указала на одного из телохранителей. – Я наслышана. Людвиг мне обо всём поведал по дороге. Кто бы знал, что мой маленький вассал на такое способен, не так ли? Сразу троицу голубокровных, причем одного безупречного. Удивительно, но и многие оказались сильнее его. Я помню… его иным.

Кайса хоть и говорила с Гаероном, но взгляд своих едко-изумрудных глаз не сводила с меня, а затем с каким-то загадочным видом посмотрела на два массивных крыла за моей спиной.

– Так-так-так, а что это у нас? – заинтриговано прошептала она, пальцами касаясь магической материи. – Мой маленький воскресший вассал снова изобрёл что-то новое? Воскрес и не пожелал уведомить свою госпожу. Как некрасиво! Ты разве не желаешь поприветствовать меня, как и подобает?

Пока мы играли с ней в гляделки, я прокручивал в мыслях все откровения Имании касательно Кайсы с её доводов. Эта стерва секрет внутри секрета и не так плоха, как представляется многим. А если вспомнить об эмпатии, то разом ситуация осложняется. Теперь я не могу до конца понять, как относиться к этой стерве. Холера! Ладно! Будь по-твоему…

– Приветствую юную госпожу, – невозмутимо пробормотал я, чуть сгибаясь в спине и опуская глаза вниз.

Ну и? Довольна?

«Не знаю, какую игру затеяла эта девка, но мы всё-таки прогоним её голой по улице красных фонарей», – недовольно фыркнула Руна.

– Хороший мальчик, – расплылась в широкой улыбке Кайса, обходя меня по кругу и оглядывая со всех сторон. – Ты не представляешь, как я горевала и скучала по тебе, малыш. Сколько ночей не спала и проклинала вероломный Север за их просчёт. Знал бы ты, как отец ярился, когда упустил из своей хватки Неукротимого и рычаг давления на Ванахейм. Поверь, за твою смерть Ксант стряс многое с них. И что я вижу теперь? Мой маленький вассал жив и почти здоров, – взор девушки внезапно обострился и сделав шаг ко мне, та провела коготком по безобразному шраму на лице. – Вижу, твои странствия оказались суровыми. Но почему мне кажется, что ты сильно изменился? Мне это не нравится, поэтому не терпится узнать обо всём подробнее.

Последние слова и замешкавшийся вид Нефрита обрадовали несказанно. Теперь я начинаю понимать, о чем говорила Имания. Она не может читать меня так хорошо, как и раньше. Сердце Опустошителя уравновесило Неистовство и теперь я не так яростно подвержен эмоциям.

– Кайса, не играй со мной! – прохрипел свирепо Гаерон. – Его жизнь принадлежит мне! Он ответит за случившееся!

– Ты прав, лысик, к делу! – кивнула одобрительно та, переходя на обычную речь. – Так уж вышло, что я краешком уха услышала вашу беседу и речь шла о каких-то доказательствах? Не так ли, малыш? Поведай нам, по какой причине ты убил тех бедолаг?

Зараза! Так она уже тогда всё слышала.

– Рамас, ты не мог бы помочь? – обратился я другу.

Пару мгновений тот с толикой шока наблюдал за происходящим, но заслышав мою просьбу, ловко подорвался на ноги и на ходу вытащил из накопительного кольца одну занятную вещицу и бережно поставил её на ближайший подлокотник кресла.

В глазах у Гаерона вспыхнуло негодование и тот стал понимать, чем всё пахнет.

– Записывающий артефакт? На постоялом дворе для благородных⁈ Что за низменность? – прошипел угрюмо аристократ. – Это запрещено! Именно так Хаззаки чтят секреты⁈

– Ты прав, кудрявый, – хмыкнул невозмутимо я, а Кайса внезапно рассмеялась, заслышав прозвище. – Я Хаззак. И я чихал на эти правила. Что хочу, то и ворочу в Мергаре. Что-то не устраивает?

– Нет-нет-нет! – вдруг вклинилась в беседу голубокровная, продолжая тихо смеяться. – Я совсем не против таких вещиц.

Пару секунд та рассматривала магический предмет со всех сторон, а потом просто коснулась его ноготком и влила внутрь малость своей энергии. Пяток мгновений ничего не происходило, а затем над сводами гостиной зазвучал ворох голосов и стали появляться едва видимые проекции будто мы оказались вновь на постоялом дворе. Правда, видимость то и дело пропадала, потому как записывал всё Рамас из-под своего дорожного плаща.

……

– Хаззаки ослабли…

– Ксанту плевать! Они грязь под нашими ногами…

– Валькирия будет собственностью Гаерона!

– НЕТ! ВАЛЬКИРИЯ БУДЕТ ПРИНАДЛЕЖАТЬ ДОМУ ИАН!

……

Вся запись длилась на протяжении трёх или четырёх минут. С каждым словом или действием того или иного аристократа физиономия Гаерона то багровела, то бледнела, а вот личико Кайсы сияло от удовольствия. На запись попали не только голоса и оскорбления, но и звуки кровавой резни, а прежде чем артефакт прекратил своё действие из недр магический проекции донеслась заключительная фраза Рамаса.

– Бараны безмозглые, а не аристократы…

От услышанного тифлинг мгновенно смутился, но к этому времени Кайса не сводила своих пылающих глаз с Гаерона.

– Значит, Ксант слаб. Ксант бессилен. Ксант никчемен. Ксант грязь под вашими ногами. Как там было еще, лысик? – вдруг осведомилась Нефрит. – А твоя свита весьма самоуверенна. Точнее… была самоуверенна. Как будем решать вопрос, Гаерон? Не просветишь?

Ко всему прочему на запись попали и речи вассалов дома Иан, но они являлись не такими злополучными, как у дома Урелей. Мелькор даже успел малость побледнеть, но когда осознал что всё в порядке, неуловимо выдохнул.

– Считаешь, это что-то меняет? Как по мне ничего… – угрожающе произнес кудрявый, практически вплотную приблизившись к горгоне. – Твой щенок не ровня мне! Он не ровня голубокровным! Он убил великую знать! Он мусор под моими ногами. Пусть он сейчас и спасся, но такое оскорбление я не спущу. И ты прекрасно осознаешь моё отношение к Ксанту. Рано или поздно я выпущу ему кишки. Дом Урелей такого не прощает!

– Я знаю твоё мнение о Ксанте, а ты знаешь моё мнение о вашем доме. Так что катись отсюда, лысик, как можно быстрее. Пока я не проучила тебя за клевету.

– Увы, но нет, Кайса! – обнажил тот зубы в коварной усмешке. – Если я не заберу жизнь ублюдка, то заберу с собой валькирию.

– Ох, напугал! – беззаботно махнула та рукой. – Коли так хочешь забрать её, то ради Небес забир…

НУ УЖ НЕТ!!!

– Нет! Ты ни хрена не получишь, кудрявый! – перебил я резко голубокровную, и практически мгновенно та хмуро уставилась в мою сторону. – Ты свалишь отсюда с пустыми руками. Валькирии тебе не видать! Она принадлежит дому Хаззак. Если кто-то посмеет её забрать, то я прикончу эту тварь собственными руками.

– Вот так номер, – мерзко рассмеялся Гаерон, глядя то на меня, то на недовольную Нефрит. – Недоносок не слушает своего хозяина. Неужели твой пёсик отказывается тебе подчиняться, Кайса?

В этот момент глаза голубокровной были наполнены скрытой яростью и негодованием, но сейчас на эмоции горгоны мне стало глубоко наплевать.

– Ну раз она принадлежит дому Хаззак, то я хочу услышать отказ от главы дома, а не от какого-то мелкого щенка, который тут ничего не решает! – не унимался Урелей. – Не могла бы ты, Кайса, призвать в гостиную своего вассала? Это же так легко! Но ты ведь не можешь, не так ли? – ядовито осведомился тот.