Текст книги "Наследник темной звезды. Том VI (СИ)"

Автор книги: Василий Груздев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава – XI

Красный портал S++ ранга. Праймроуз.

Сорок минут с начала схватки, и в лабиринте остаются только люди и единственный шаорт. Девятнадцать на одного. С точки зрения суммарного индекса силы Алекс обладает тотальным преимуществом – что-то около трех тысяч против полутора.

Но преимущество это иллюзорное. Гвардейцы могут разве что отвлечь этого монстра. Им даже броню его силового костюма сложно будет расковырять. Его тяжёлый доспех выглядит монструозно – под стать своему носителю. А если ещё вспомнить о пространственных щитах «абсолюта»…

И потому Алекс отвел своих людей в сторону. Использовать их, чтобы рассредоточить внимание противника, не имело смысла. Воскрешение обходится дорого, а резерв не бесконечен. Пусть Бёрну и удалось его существенно сэкономить, но больше половины уже потрачено. И лучше ситуация уже не станет. А раз так, хватит тянуть кота за яйца!

Примерное местоположение врага Бёрн знал и выдвинулся в этот сектор. Встреча не заставила себя долго ждать. Шаорт двигался не спеша, сканируя коридоры. Проиграть он может, только допустив роковую ошибку, пропустив внезапный удар. По крайней мере, так он должен думать. И Бёрн был с ним в этом согласен – играть придется от ошибок противника.

Стоило Алексу оказаться в поле его зрения, как шаорт тут же пошел на сближение, активировав «скачок», тут же рассекая воздух мощным росчерком «пространственного серпа». На сложные техники он не разменивался. Какой смысл, если его противник не способен парировать этот пропитанный мощью базовый навык?

Алекс нырнул под искажающий пространство снаряд, а затем «рывком» разорвал дистанцию. Враг же последовал за ним – телепорт практически вплотную, а атака наверняка. Поймав момент, когда способности парня были на откате, и зацепил его, расхреначив ему плечо до середины грудины.

Пришлось тут же применять «мгновенное исцеление» и поставить в памяти зарубку – держать «рывок» для экстренных случаев. В остальное время – маневры на сверхскорости под шестикратным «усилением» от «Нокса» и ускорение прыжков через «контроль инерции».

Но даже так бой шел на грани, превратившись в череду постоянно активируемых способностей. Сверхмобильность и сверхреакция, которые всегда спасали у противника были не сильно хуже. А в «огневой мощи» он уступал кратно.

Приходилось прилагать огромные усилия лишь чтобы уйти из-под очередного удара. Считать откаты и грамотно использовать «теней» для отвлечения противника. Бить в ответ смысла не было.

Пару раз парень запустил в противника «шипы» и один раз на пробу выпустил полную «пачку» «теней» для синхронной атаки, но этого оказалось недостаточно. «Щиты» Абсолюта справлялись с таким уроном без особых проблем.

Единственный шанс дать ему «перцу» – запустить «шип» через все шесть «инерционных линз», собрав чудовищную кинетическую мощь. С Аркхратом такой номер не прошёл бы – щиты у драуга в разы крепче. Но где Высший и где этот посредственный «абсолют»?

«Зажрался ты, Алекс, однако. Обычные абсолюты для тебя уже посредственность».

Впрочем, всё это не отменяло того факта, что противник не давал ему продыху. Ни о какой шестерке «линз» сейчас речи не шло. Любая попытка выстроить «цепь» разбивалась о непрерывный прессинг. Не зря Бёрну показалось, что шаорт его узнал. Более того – он знал его приемы. И реагировал соответствующим образом, разрушая любые его заготовки.

И тактику враг выбрал подходящую – не давать опомниться. Сближался, бил… Бил и снова сближался. А стоило Алексу выпустить «теней», враг тут же ломал рисунок боя, уходя с линии возможной атаки, или снося их к чертям собачьим относительно слабой, но всенаправленной техникой. Сам Бёрн легко избегал её, закрывшись щитами, а вот энергетические конструкты, каковыми являлись «тени», разрывало на части.

И так по кругу – никакого просвета. Давление не ослабевало, наоборот, росло. Единственное, что ограничивало «абсолюта», это его собственные откаты. Пару раз противник пытался накрыть его мощной пространственной техникой, расходящейся широким конусом.

Но тут парня спасала его гипертрофированная чувствительность к изменениям плотности энергии «изнанки». Стоило «абсолюту» вытянуть из пространства больше «силы», чем обычно, и это становилось сигналом к бегству. Времени, чтобы уйти из зоны поражения, хватало с лихвой…

Но что толку? Вскоре стало ясно: так не выиграть. Враг тупо давил мощью, и если в ближайшие секунды не родится план, Арену придется покидать. А сдаваться ой как не хотелось. Следующие несколько стремительных стычек, где Бёрн пропустил очередной удар, лишь подтверждали эту мысль.

Особенно жестко пришлось, когда этот ублюдок решил закрыть Алекса в «коробочку». Спровоцировал на «рывок» и ударил на опережение россыпью снарядов. Техника эта была медленная и не особо энергоемкая, но достаточно мощная, чтобы «щит» зеленоглазого оказался бесполезен. Только в последний момент тот смог затормозить полет, избежав шрапнельного залпа.

Но это, по крайней мере, дало возможность для контратаки. Заметив, что противник на мгновение замешкался, Алекс решил испытать удачу. Впервые за бой он атаковал сам: «рывок» и «пробивной». И это почти сработало! Враг, потеряв бдительность, поставил «щит» в самый последний момент. До его полупрозрачной плоти, закованной в тяжелую броню, оставалось буквально полметра.

Кулак Алекса замер, проломив защиту… Сейчас бы добить гада! Наказать за ошибку! «Костяной шип» уже начал формироваться у ладони бёрна, однако фиолетовый кристалл на запястье противника загорелся, создавая дополнительный слой защиты! В этот раз куда более серьезный. Алекс зарегистрировал срабатывание одноразового защитного артефакта!

На такой дистанции даже сквозь броню СК он мог обнаружить спрятанные в рукаве противника «козыри». Больше таких сюрпризов не наблюдалось. Амулет последней надежды был бездарно потрачен врагом. С великим сожалением Бёрн прервал формирование «шипа». Кстати вспомнилась давняя схватка с Августом Игнис. Тогда разница в силе была еще больше, а его кулак точно так же застрял в щитах, оказавшись практически у цели.

В тот раз Алекс подорвал слабо защищенный артефакт на шее Августа – самоделку непонятного назначения. Вывести ее из строя, нарушив внутренний баланс, было делом одного мгновения. С идеальными артефактами Системы такое не прокатит. Взорвать совсем не получится… А вот вывести из строя, смешав энергетические узлы, – несложно…

А что если… Родовой навык работал на максимум, выигрывая зеленоглазому время, пока он мысленно тянулся к фиолетовому кристаллу на руке противника. Стандартные щиты не способны остановить энергетические щупы его дара. Есть контакт!

Как он вносил изменения в собственные камушки, доводя их до идеальной формы, так же был способен внести дефекты в сложную структуру артефакта противника. Главное – взломать защиту! Минус в том, что быстро это не провернуть. Нужно время, которого у него нет… Но что, если сделать это несколькими заходами? Подтачивать самоцвет, пока тот не даст трещину?

Использовать дар артефактора как оружие – нонсенс. Расстояние для работы с материей – вытянутая рука, а для внесения изменений требуются хотя бы секунды. Что в условиях непрерывного боя – чистой воды идиотизм. Но если это его единственный шанс… Почему бы не попробовать? Тем более, что противник сам постоянно идет на сближение.

Восприятие начало возвращаться к обычному течению времени, а Бёрн потихоньку менять тактику. Стал чаще атаковать «пробивными», а дистанцию старался не разрывать.

«Покров ночи» выплевывал «теней» по откату навыков. Двойники тоже били «пробивными», но что более важно – в момент инициации, объятые черным пламенем, они с Алексом были неотличимы. И это вводило противника в заблуждение. И почему он раньше так не делал? В критические моменты Бёрн раздваивался, заставляя шаорта мазать.

Блеф работал. Через раз парень менял поведение «тени», имитируя свои движения, или же, наоборот, сам вел себя непредсказуемо, заставляя врага ошибаться. И каждый раз, оказываясь в зоне ближнего боя, в момент удара потихоньку, по капельке, самую малость, но корректировал работу фиолетового кристалла.

Ему не требовалось выводить его из строя полностью. Хватит и микроскопических сбоев, рассинхрона в ключевых узлах. Будь эти изменения серьезней, враг мог бы их заметить, что-то заподозрить и сменить тактику. А так он действовал в привычной манере, уверенный, что контролирует ход боя.

Сосредоточился на том, чтобы не допускать ошибок. Думал, что Бёрн не способен причинить ему вред. Понимал, что Алекс тратит в разы больше ресурсов, пытаясь избежать его атак. Зачем рисковать, если достаточно измотать? Заставить сдаться, проследовав на выход, или поймать уже самого на ошибке.

Наивный. Он пока ещё не осознавал, что его способности начали сбоить. Сначала едва уловимо – «щит» возникал на сотую долю медленнее, а пространственный серп запаздывал. Очевидно, он списывал это на усталость и накал боя. А может, и не замечал даже… Но повреждения в фиолетовом камушке копились.

Алекс тоже был на пределе: «резерв» на исходе, трижды пришлось использовать «мгновенное исцеление», а мозг закипал от необходимости просчитывать действия на пять шагов вперед. Но план работал. Еще немного, чуть-чуть… Бёрн видел, как зазор в срабатывании навыков становился ощутимым. И скоро станет фатальным.

Противник уже начинал осознавать – что-то не так. Такие задержки уже сложно было списать на усталость. Но Алекс теперь и сам запаздывал с ударами, что вносило в бой еще больше диссонанса. Действия шаорта стали осторожнее, натиск ослабевал. Все чаще он обращался к дальнобойным навыкам, «щит» держал дольше и с запасом. Того и гляди на выход отправится! Однако было уже поздно…

Сейчас! Надо разыграть всё идеально. Алекс в очередной раз разорвал дистанцию, заставив противника сделать за ним «скачок». Вот враг вышел из прыжка, бросил «серп» и промахнулся. А Бёрн выпустил пять заготовленных «теней». В этот раз они не атаковали, а начали, как в начале боя, формировать ряд «инерционных линз»! Последняя из них, отделившись от его фигуры, вскинула руку, готовая пропустить «шип» сквозь усилители…

И враг повелся – решил, что это сам Бёрн готовит смертельную атаку. Знал, к чему это может привести, и прыгнул в сторону… Чисто на рефлексе. Костяной «шип» с мощным хлопком пролетел мимо. На что и был расчет. Прячась за оглушительным хлопком, Алекс «рывком» бросил себя вперед. Бил на упреждение! Так было десятки раз прежде, и каждый раз щит ксеноса спасал его от внезапной атаки.

Сработал он и сейчас, но на пару мгновений позже, чем тот рассчитывал. Фиолетовый кристалл подчинился ему с задержкой… Бах! Появившийся пространственный барьер отсек Алексу руку по локоть! Но за долю секунды до этого «пробивной удар» врезался в грудь «кальмара».

Тяжёлый костюм смялся в точке приложения силы, а ударная волна прошла насквозь. Из спины врага вылетели клочья желеобразной плоти. Но он ещё не мёртв. Всё ещё способен дать отпор. И Бёрн отступил… Активировав «усиление» на максимум, чтобы избежать очередного «пространственного серпа», он спрятался за углом.

Получилось? Нет? Алекс сознательно пожертвовал рукой и бесцветным кристаллом. Других вариантов не видел. Продолжить бой он уже не сможет. Но будет ли этого достаточно? Вдруг для его клонированного тела дыра в груди размером с футбольный мяч – не критическое повреждение?

Ждать… Только ждать. И готовиться идти на выход, параллельно исцеляя правую руку. Прошло несколько секунд – тишина. А затем его накрыла эйфория. Аж ноги подкосились. Оглушительно хорошо. Седьмой уровень силы. Система оценила его старания. Непонятно, за «абсолюта» так расщедрилась или это за комбо, за то, что затащил всю арену?

В любом случае новость замечательная. Поле, закрывавшее лабиринт и не дававшее проникать звукам снаружи, исчезло, чтобы заполнить её пространство ревом трибун.

– Это невероятно! Какая глупая ошибка шаорта! – завывал комментатор. – Великий могучий воин уступает противнику вдвое слабее из-за банальной невнимательности! Но надо отдать должное и лорду Моркштерну! Какой потрясающий обманный манёвр! Какой своевременный удар!

Ага, как же случайность! Подгадал он, оказывается… Впрочем, пусть будет так. Прием, что сработал один раз, может пригодится в другой. Хорошо, что эта «болталка» с микрофонов не слила эту инфу. Снова подыгрывает Система? Обдумывая это, Алекс покинул свое укрытие, подошел к трупу ксеноса и забрал свой бесцветный кристалл из обрубка.

– И это великолепно! Человечество в лице фракции лорда Моркштерна зарабатывает тридцать семь баллов из сорока возможных!

Еще спустя десяток секунд парень оказался в своей ложе. Ажиотаж стоял нешуточный. Но всё это Бёрн уже видел в прошлый раз: похвалы союзников и острые взгляды соперников. Призывы Барли отметить и счастливый визг Эрики. Горящие фанатичной любовью глаза Лейи и кривая одобрительная улыбка Лайи.

Но самое главное – то, как на него смотрели бывшие соперники. Впереди еще треть турнира, а сомневаться не приходилось – группировка Алекса за второй стеной будет самой крупной. Теперь только самый упёртый мог верить в то, что это случайность. Квот он заработал столько, сколько не найдется ни у одной другой расы. А значит, и шансов на победу и заветный приз у него максимальные.

Но даже без этого… Сегодня он приобрел нечто не менее важное – СТАТУС. Кем он был в глазах этих людей, когда заходил в этот портал? Шестеркой на побегушках у Огненной королевы? Кто не говорил прямо, тот думал так про себя. Слишком уж его история была необычной. Из грязи в регенты одного из крупнейших кланов – так не бывает…

Однако вот он стоит тут в лучах славы. Доказывая раз от раза не только свою силу и непоколебимую волю, но и незаурядные стратегические, тактические навыки. Что важнее, император на его фоне выглядит ввязавшимся в не свою игру простофилей. И этим надо пользоваться.

Алекс поднял руку, глядя в сторону императорской ложи, где расположились самые-самые. Те, чьи имена знала вся Империя. И простой жест – призыв к тишине… А как сработал! Замолкли все, даже ксеносы, которых это не касалось. Отличный момент, чтобы усугубить ситуацию в стане противника.

– Лорды и леди, дамы и господа, – начал он, неосознанно переключившись на образ Владыки. – По-моему, пора забыть о том, кто здесь первый и самый важный. Забыть о распрях и надуманных обвинениях. Все мы здесь по одной причине – защитить человечество…

– Скажи еще, миры, обещанные хранителем, тебе не нужны, – послышался смешок с той стороны. – Может, тогда откажешься от притязаний?

– А почему бы и нет, – ответил Бёрн в той же манере. – Если здесь и сейчас мне скажут, что псайкер мертв и из этого портала можно уходить, я тут же сделаю это. Мне порядком надоело обитать в этом игрушечном мире. Однако раз уж мне и моим союзникам приходится проливать кровь, мы возьмем то, что полагается по праву.

– Так я и думал… – послышался тот же голос, но Алекс перебил его.

Присовокупив в довесок к своим словам крохи «ауры правителя», он продолжил.

– Мы возьмем то, что нам причитается, и разделим между теми, кто будет ковать будущую победу, – подождал лорд Моркштерн. – По заслугам. А не по рангу или знатности вашего рода! Кто больше крови пролил и ксеносов на тот свет отправил – тому и кусок жирнее… Ну или можете последовать за человеком, которому мое поражение дороже блага Империи.

Алекс многозначительно посмотрел в сторону зеркальной черной маски, намекая, о ком идет речь.

– Твои слова граничат с государственной изменой! – император вскочил со своего места.

– Всего лишь граничат? – отмахнулся Бёрн. – Не вы ли, ваше величество, объявили меня вне закона без суда и следствия? Или будете отрицать, что за мою голову назначена ценная награда?

– Ложь! – глумясь, бросил император. – Похоже, твоя паранойя прогрессирует…

– Неужели здесь и правда найдется кто-то, кто не в курсе? – резко и жестко спросил Алекс, обведя взглядом присутствующих. – Ну да ладно. Сказать можно многое, а судят по поступкам. Господа, не упустите свой шанс стать на верную сторону.

Сказав это, Бёрн картинно развернулся и, не реагируя на выкрики, покинул арену. В коридоре он задержался, дожидаясь союзников.

– Не переиграл? – спросил он у Барли, когда тот его догнал, имея в виду свое выступление.

– По-моему, в самый раз, – согласился Квентин. – Тот, кто увяз в этом дерьме по полной, при любом раскладе останется сидеть у ноги императора. А остальные еще раз подумают. Жди вечером паломников.

Хохотнув, лорд-правитель жестом пригласил его следовать за собой, чем Алекс не преминул воспользоваться.

Барли оказался прав. И в этот раз сказать: «Добро пожаловать, посидите в сторонке, не отсвечивайте» не получилось. Теперь к ним шли не ошметки потерявших господ отрядов, а сами благородные аристо. Пришлось соответствовать.

Переговоры проводили по очереди на втором этаже, где специально выделили большую комнату с большим столом и несколькими стульями. Для солидности Алекс поставил за спиной гвардейцев. В качестве представителя их альянса вторым номером присутствовал Квентин.

Товарищ всячески отбивался от этой почетной обязанности, предпочитая нудным разговорам компанию прекрасной дамы и не менее прекрасной кружки с элем. Однако зеленоглазый настоял на своем. Ему нужен был кто-то из Совета Сильных. Так, чтобы со стороны это не выглядело, будто он правит здесь единолично… И пусть в вопросах общей стратегии Квентин полностью доверял Бёрну, однако в этот раз от своих обязанностей улизнуть не смог.

Все переговоры сводились к тому, что некто хотел присоединиться к походу. И Алекс при поддакивании Барли объяснял эти условия. Первое и не обсуждаемое правило: лидером альянса, отвечающим за тактику, является лорд Моркштерн. Остальные имеют право голоса, но последнее слово остается за ним. Правило второе: все несогласные могут идти мимо. Правило третье: если кого-то что-то не устраивает – смотреть правила один и два.

В остальном всё, как и сказал Алекс. Цель альянса – уничтожение псайкера. Если по пути достанется награда – она делится по заслугам. Как это будет выглядеть на практике, Бёрн пока плохо представлял. Но делить шкуру неубитого медведя не собирался.

Опять же, если кого-то что-то не устраивает – смотреть правила. И это работало. Шанс на долю – это больше, чем они могли рассчитывать, оставаясь подле императора… Были, конечно, те, кто радел за родину и за соотечественников, попавших под удар ксеносов, но большинство оказались жадными до добычи мелкими лордами с бедных заштатных планеток.

Вильям Брикс тот же – варвар в чистом виде. Алекс бы не удивился, узнай, что тот на досуге промышляет пиратством на окраинах. Ну какой из него лорд-правитель? Бароны в цивилизованных мирах богаче и родовитее будут. И удивляться тут нечему – не все миры Империи технически развиты и густо населены.

Особо не разгуляешься, если твоя вотчина – это выжженная солнцем планетка с населением в пару десятков тысяч человек. Ютящиеся в подземных городах и работающие на рудниках, добывающих экзотическое, но не слишком востребованное в большом мире сырье, они стремились скорее сбежать в местечко получше. А единственная по-настоящему ценная вещь в принадлежащей Бриксу звездной системе – небольшая низкоранговая станция Хранителя, за счет которой всё и держится…

Большинство пришедших аристократов в лучшем случае достигали ранга «грандмастера», очень редко – «виртуоза». «Абсолютов» среди них вообще не было. И выглядели они слабо даже на фоне Барли с его не очень богатой, суровой, а местами полудикой планетой. Так себе союзники, но за неимением лучшего…

Единственной по-настоящему крупной рыбой, попавшейся на крючок, оказался Леонард Фирс. Глава крупного клана и человек, обладавший огромным влиянием. Что важно – не шавка императора, а попавший в его окружение чисто случайно.

– Добрый вечер, лорд Фирс, – Бёрн встал из-за стола, приветствуя гостя.

Пожилой мужчина с черными, отмеченными сединой волосами, орлиным носом и блестящими медью глазами протянул руку для рукопожатия.

– Добрый вечер, лорд Моркштерн. И вы, здравствуйте, Барли.

Квентин лениво помахал мужчине рукой, что говорило о его отвратительных манерах, но уж таков он был. Об этом знали все, и Фирс не был исключением – выходку «виртуоза» он проигнорировал.

– Присаживайтесь. Кофе, чай, вино? – предложил Алекс.

– От кофе не откажусь, – лорд присел вальяжно на стул, закинув ногу на ногу, а Бёрн не спешил – дождался, пока принесут напиток.

– Итак, лорд Фирс, зачем пожаловали? – наконец осведомился он, делая глоток.

– Будто вы не догадываетесь? – фыркнул мужчина.

– Догадываюсь, но давайте перейдем к конкретике, – улыбнулся Алекс. – Вы не спешили заходить в числе первых. Успели расспросить тех, кто здесь побывал. Значит, у вас есть на этот счет какие-то мысли.

– Хорошо. Раз вы настаиваете, давайте сразу перейдем к делу, – согласился Леонард. – Вы же понимаете, что мы не можем быть на одной доске с собравшимся здесь отребьем?

Ох, вот это его понесло. А пока рот не открывал – был таким милым человеком.

– О! Вот оно что? Значит, вы рассчитываете на особое отношение? – покивал Алекс и, состроив скорбную мину, продолжил: – Однако, боюсь вас разочаровать. Прием в наш альянс осуществляется на одинаковых для всех условиях. И для вас исключений делать не собираемся.

Продолжая улыбаться, Бёрн наблюдал за реакцией собеседника. А тот пребывал в явном замешательстве. Да ладно? Неужели думал, что всё будет, как он захочет? Наивно, как ни посмотри. Фирс глубоко вздохнул, подавив нахлынувшие эмоции, и постарался говорить ровно. Однако отголоски раздражения прорезались в его голосе.

– Возможно, вы плохо представляете, что я могу вам предложить? – спросил он.

– Быть может. Давайте посмотрим, – Алекс не глядя протянул руку влево, туда, где стояла Лейа, и в его ладонь перекочевал планшет с прикрепленными листками, исписанными от руки. – Два «абсолюта», включая вас, лорд Фирс. два «виртуоза» и полдесятка «грандмастеров». И это не считая того, что у вас в отряде практически нет никого ниже «мастера». Отличный состав. Лучше только у самого императора. Причем первые два испытания вы прошли без единой потери…

Фирс слушал с довольной улыбкой – видимо, считая, что Бёрн признает его заслуги, – но стоило парню продолжить, и выражение его лица изменилось.

– При всём при этом «ключ» от города вы получили, добив истерзанный лордом Грейвсом отряд скраберов, а всё время, что проходили испытания в городе, провели в таверне, наслаждаясь жизнью. В схватках на арене ваши люди не участвовали…

– У нас просто не было возможности себя проявить! – возразил Леонард с неприкрытой злобой в голосе. – Император не дал нам шанса, у него…

– У него есть кому зарабатывать баллы, – закончил за него Алекс. – Приближенные люди, в которых он уверен больше, чем в свободном от его влияния лорде.

– Когда мы шли в этот портал, мы рассчитывали на быструю победоносную операцию, – снова возразил «абсолют». – Силой продавить ксеносов и репликантов. Не наша вина в том, что Хранитель ставит палки в колеса. Нам бы сражаться, а не загадки разгадывать.

– Все не рады этому обстоятельству, лорд Фирс, – согласился с ним Бёрн. – Но каждый делает посильную ему работу. Если вам не нашлось таковой сейчас, возможно, найдется на следующем этапе. Какая жалость, что там количество мест ограничено…

– У вас есть квоты, а у меня – сильные бойцы…

– Силу ваших бойцов мы можем оценить только с ваших слов, – оборвал его Алекс. – Тогда как мои люди потом и кровью зарабатывали свое право выйти за вторую стену.

Собеседник открыл рот, чтобы возразить в очередной раз, но лорд Моркштерн не позволил ему этого сделать.

– Ах да, вам не предоставили такой возможности! – «вспомнил» парень его отговорку. – А почему вы не взяли всё в свои руки? Почему не организовали собственный альянс, а примкнули к более сильному? А теперь, когда тот, на кого вы делали ставку, оказался не у дел, вы просто решили сменить сторону?

– Вы слишком много себе позволяете… – выдохнул Фирс.

– Говорить правду? – усмехнулся Алекс. – В меня за это только ленивый камень не кидал. Давайте будем откровенны, лорд Фирс. Вы мне, по сути, не нужны. Вы и ваши люди – темная лошадка с немалой силой в руках. Но, как показала практика, не так страшен «абсолют», как о нем рассказывают. Силу надо еще уметь приложить вовремя и к месту.

– Значит, мы не договоримся? – сквозь зубы спросил оппонент.

– На особых условиях – нет, – уточнил зеленоглазый. – Но у меня полно вакансий для грядущих схваток. Основные бойцы моего отряда уже получили квоты. И мне придется выставлять некоторых повторно. Так что милости прошу… Или можете подождать еще недельку. Испытания на Арене пойдут заново, и там уже особой конкуренции не предвидится.

Фирс вскочил. Хотел что-то сказать, но прикусил язык, чтобы не обрубить последние мосты.

– Я подумаю над вашим предложением, – резко развернувшись, чеканя шаг, он вышел вон.

– Не слишком ли ты его жёстко? – спросил Барли, ковыряя в зубах отодранной от стола щепкой.

Вряд ли его это по-настоящему волновало, вопрос он задал скорее от скуки.

– Нормально, – поморщился Алекс. – Вернется. Никуда он не денется. Явившись сюда, он уже отрезал себе обратный путь к императору. И он это сам прекрасно понимает.

– Так-то да, – согласился союзник. – Ну что, закончили? У меня, если честно, глотка уже пересохла. А эта жижа не способна утолить жажду.

Он толкнул пальцем блюдце, на котором стояла чашечка с кофе.

– Думаю, на сегодня хватит, – согласился Бёрн. – Я уже накидал примерный план на завтра. Осталось заткнуть несколько дыр… Но это можно сделать уже в процессе. В крайнем случае, кому-то из нас снова придется поработать.

– Ну так чего мы ждем? – довольно заулыбался Квентин, вскакивая со своего места и направляясь к двери.

– Все свободны, – объявил Бёрн гвардейцам и тоже намеревался спуститься вниз, когда в дверях появилась Лайа.

– Господин, к вам еще посетитель, – голос ее звучал слегка встревоженным.

– Передай, что на сегодня прием закончен, – отмахнулся Алекс.

В бездну. Пусть это будет сам император, но этим вечером он собирался отдохнуть.

– Прошу прощения, господин, но она очень настойчива. И вряд ли удовлетворится таким ответом… – эти слова прозвучали еще более напряженно.

Она? Чье появление вообще могло так взволновать девушку? Озадаченный Бёрн махнул рукой в знак согласия. А спустя несколько секунд в комнату вошла закованная в доспехи среднего класса женская фигура. Стройная, высокая, подтянутая, на плечах плащ, лицо скрывает капюшон.

– Говорят, у вас тут набирают добровольцев? – произнес сильный, знакомый, с хрипотцой голос, а край капюшона приподнялся, явив Бёрну жёлтые, блестящие, словно золото, глаза и прядь огненно-рыжих волос.

Огненная Королева хищно улыбалась ему.