Текст книги "Наследник темной звезды. Том VI (СИ)"

Автор книги: Василий Груздев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава – IX

 Красный портал S++ ранга. Праймроуз. Арена.

И… Система ему подыграла. Как бы сообщив: «Пока не нарушаются основные принципы, ты можешь на меня рассчитывать».

Лазурь оказалась в ложе Алекса. Обязательно найдутся те, кому это не понравится, но технически энзаль имела право находиться в людском секторе. Соответствующая метка стояла на её плече. Пусть, временная, но большего и не требовалось. Так что все недовольные могут идти в пешее эротическое путешествие.

Девушка появилась как на заказ возле ног Бёрна, и тот незамедлительно активировал исцеление, считывая её физическое состояние.

Плохо…

Охренеть можно с того, что она с собой сделала! Ни одной целой косточки не осталось… На ногах она держалась исключительно за счёт силового костюма. Если добавить сюда разрывы внутренних органов и травмы головного мозга… По сути, Лазурь была уже мертва.

Неясно, в каком состоянии оказался тарк, а смерть девчонки Система должна была зарегистрировать в считанные минуты. Получалось, что Бёрн её спас. Хотя однозначно говорить о спасении пока рано. Сердце девушки не билось, а под черепушкой уже начались необратимые процессы…

Медицина в таких случаях пасует. Однако с исцелением был шанс это исправить. Первым делом – запустить сердце и восстановить кровообращение. Затем аккуратно, без спешки, очистить мозг от гематом и только после этого дозированно начать регенерацию.

Будь «изнанка» открыта, проще было бы использовать «мгновенное исцеление». Там задумываться не надо – организм сам возвращается в работоспособное состояние. Какие алгоритмы при этом работают, Бёрн точно не знал, но подозревал, что тело не излечивается, а воссоздаётся полностью. Его как бы срывают с энергетического каркаса и тут же возвращают на место в идеальном состоянии.

Если чего-то недостаёт – ноги там или сердца… Информацию можно взять напрямую из энергетической оболочки. Та хранит всё о физическом теле каждого одарённого. Пока она цела, тело можно восстановить целиком. Всё, кроме мозга. Мозг – дело тонкое…

Это не просто сложный орган. Это ОЧЕНЬ сложный орган. В нём хранится в миллионы раз больше информации, чем во всём остальном человеческом теле. И удержать такой массив данных внутри своей «оболочки» могут очень немногие…

Алекс после слияния с «Тенью» на такое был способен. Крах – тоже. Высшие – однозначно. Чем сильнее одарённый и дольше живёт на этом свете, тем сложнее его энергетика и больше шансов сохранить себя. Однако здесь, в созданном «псайкером» портале, собрались самые-самые. И Бёрн время от времени замечал раздираемые Системой на части «души» погибших.

Некоторых из них можно было вытащить с того света, как того же Краха, будь у него на это время и соответствующие артефакты. Мысль создать подобный на всякий случай давно посещала парня. Однако с Лазурью это не сработает. Девочка сильна, но слишком молода, чтобы обрести сродство с «оболочкой».

Тело он её в норму приведёт… Уже привёл. Но сознание – дело иное. Есть вероятность, что энзаль вовсе не придёт в себя. А если придёт, не факт, что останется собой.

– Ну что там? – послышался взволнованный голос Эрики.

– Не мешай! – огрызнулся Алекс.

Повреждения мозга оказались серьёзнее, чем он предполагал изначально. Большую часть удалось ликвидировать, однако сердце биться отказывалось. Мозг работал, но брать управление на себя не хотел. Сейчас Бёрн вручную заставлял работать главную мышцу организма…

Наверное, стоило уже сдаться и признать поражение, но отклик сознания и реакции на раздражители всё же присутствовали. Он пытался и так и эдак, ведомый опытом и твёрдой рукой «Тени», однако результат каждый раз оказывался неудовлетворительным.

Руки начали опускаться. Алекс ощущал себя аппаратом для поддержания жизни. Убрать щупы исцеления – равносильно тому, что выдернуть вилку из розетки. Вот же зараза! Неужели ничего нельзя сделать? В ответ на эту мысль из подсознания начали всплывать прежде недоступные ему схемы исцеления.

«На твой страх и риск», – пришла получужая мысль.

Выглядело это занятно и дико. А ещё оказалось весьма опасным для самого целителя. Может, ну его на хер? Глядя на лицо девушки и её вздрагивающие веки, он задумался. Вспомнился её весёлый задорный смех и чувственные губы… Долбанная сентиментальность. Ааа… Бездна с ним! Поехали!

Метод исцеления заключался в условном «протезировании». Часть повреждённых участков мозга, отказывающихся работать, можно было заменить на «аналоги». И взять их можно у донора. Например, у самого себя. В конце концов, за базовые функции в организме отвечают схожие механизмы.

Главная проблема была в том, что выявить «неисправности» можно лишь поочерёдно подключаясь к нейронным сетям Лазури, используя свои как эталонный шаблон. Ничего сверхъестественного – навык исцеления как всегда будет работать автоматически, по заданным алгоритмам. А вот риск был чудовищным.

Алекс сейчас не просто копировал ей фрагменты своих нейронных связей, а проверял её связи на работоспособность в условиях собственного мозга. Когда попадалась бракованная, он тут же регенерировал повреждённый участок, используя информацию из своей энергетической оболочки, а затем менял его у девушки. И так шаг за шагом.

Только до бесконечности это продолжаться не могло. Стоило поймать критическое повреждение – и уже сам Бёрн окажется в схожей ситуации. Убить его это не убьёт, но из строя на некоторое время выведет… Впрочем, удача оказалась на его стороне. Спустя несколько минут интенсивной работы жизнь к зеленокожей красотке начала возвращаться. Тело её перестало требовать внешней поддержки, а веки открылись…

– Алекс? – в глазах Лазури читалась растерянность. – Где я? Где мы? Что происходит? Кто эти люди? Кто вообще…

Взгляд девушки шнырял вокруг, пытаясь разобраться в произошедшем. В нём читался неприкрытый страх. Судя по возникшим у неё вопросам, физически она была в норме, но часть воспоминаний были потеряны. Судя по тому, как она шарахается от всего вокруг, Арену она явно не узнавала… Девчонок тоже. Но его помнила… Странно.

В этот момент паника девушки достигла пика, она дёрнулась, пытаясь вывернуться из его рук, но Бёрн с силой удержал её.

– Всё в порядке, Лазурь, – тихо прошептал он, поглаживая её по щеке. – Тебя просто хорошо потрепало, и мне пришлось вытаскивать тебя с того света…

– Алекс, что случилось? Я ничего не понимаю! – мелодичный голос Энзаль звенел от напряжения.

Пришлось зайти с козырей, задействовав «ауру правителя».

– Я сказал, успокойся и возьми себя в руки, – давил он. – И для начала уясни, что тебя фактически воскресили. Твоё состояние – следствие этого. Ты понимаешь, о чём я говорю?

– Да… Но… Я ничего не помню…

– Это нормально, учитывая, как сильно ты ударилась головой. Всё восстановится, – соврал парень, не будучи в этом уверенным. – А пока пойди, пожалуйста, с Лейей. Она ответит на твои вопросы. Хорошо?

– Как скажешь, – рассеянно моргнув, энзаль неуверенно поднялась на ноги.

Покачиваясь, она направилась вслед за близняшкой. Придёт в себя – потом пообщаются…

Бёрн проводил девушек взглядом и вернулся к происходящему на Арене. Теперь приходилось внимательно следить за каждым поединком. Фиксировать и анализировать. Слишком быстро менялись условия.

Следующий и последний раунд-вызов тарки тоже слили. Шаорты не дали их представителям ни единого шанса, задавив грубой мощью и взаимовыручкой. С командной работой и пониманием своей роли в отряде у «кальмаров» было всё хорошо.

Дальше настала очередь энзаль бросать вызов. И тут у синекожих ничего хорошего не получилось. Все пять раундов они отдали. А Бёрну пришлось выставить против них заготовочку – Раша с его супербластером. Слишком уж низко опустил ставку император. Второго бойца брали по принципу «лишь бы выжил».

Впрочем, тому даже не пришлось напрягаться – раунд оказался одним из самых быстрых. Пара противников – слабеньких «грандмастеров» с суммарным индексом, едва превышавшим «1000». Синекожие предатели довольно лыбились, ожидая лёгкой победы. Ещё бы: против них поставили пару мастеров с общим индексом менее «700».

Единственное, что они не учли, – силу артефакта в руках ганфайтера. Пусть на шесть выстрелов, но позволяющего перепрыгнуть целый ранг. И мужик не оплошал. Чтобы закончить бой, ему понадобилось всего пять выстрелов, которые он произвёл за три секунды. Ни единого промаха, а его напарник-гвард только и успел разок заблокировать вражескую технику. Три балла в копилку Бёрна.

Вообще, получалась нехорошая тенденция… Нехорошая для тех, кто бросал вызов. Дураков здесь не было. Каждый, будь это человек или ксенос, сделал выводы по предыдущим схваткам. Теперь козыри предпочитали придержать, а противника оценивали, опираясь не только на его силу, но и на внешний вид.

Однако те, кто бросал вызов, тоже начали хитрить. На Арену они выходили, пряча артефакты, а в слоты СК втыкали рандомные камни. Поменять потом – дело пары секунд. И это работало. Неверная оценка тоже могла привести к поражению. Аукцион превращался в игру разумов. То, что казалось простым, внезапно становилось сложным и смертельно опасным. Условия менялись слишком быстро.

В третьем круге настала очередь драугам бросать вызов. Тут всё как обычно. Практически каждый из них заработал себе проход за стену, но от дальнейшего участия они не отказывались. Просто посмеивались, отбирая очки у остальных. Но тут случилось нечто необычное. Когда очередь дошла до людей, на Арене появился Аркхрат со своим сородичем.

На высокие индексы Силы этих «монстров» здесь уже насмотрелись: меньше двух тысяч практически не встречалось. А некоторые и до трёх дотягивали. Но когда на табло появились цифры, принадлежавшие этой парочке, с удивлением выдохнула вся Арена. У одного индекс был «3457», что уже охренеть как много, однако всё равно ничто по сравнению с показателем Высшего – «5740».

– Чудовище! – послышался комментарий Барли. – Если что, я сразу пас.

Окружающие дружно посмеялись над этой незамысловатой шуткой, отходя от осознания лежавшей между ними пропасти. А Аркхрат тем временем, не давая комментатору открыть рот, тихо заговорил, но так, что услышали все.

– Крит, дорогой друг, не уступишь ли ты нам с моими ученицами этот бой? Давненько у нас не было возможности провести тренировку, – спросил он у товарища.

– Конечно, любезный Аркх, я просто постою в сторонке и не буду вам мешать! – послышался ответ, а спустя секунду Эрика и Элис, радостно улыбаясь, принимали вызов.

Судя по тому, что рыжая сказала: «Расслабься, всё будет хорошо», – это была договорённость. Причём за его спиной. Разрешение на эту авантюру он давал скрепя сердце. Мало ли что у ксеносов в голове? Впрочем, если Аркхрат сказал «тренировка» – бояться нечего. Учитель отвечает за жизнь учеников, и исключений здесь не бывает. Другое дело – как он собирается выявлять победителя? Но и это быстро выяснилось.

– Сможете добраться до третьего щита за десять минут – уступлю вам победу, – заявил драуг, как только девчонки оказались на ристалище.

– Заметано! – послышался довольный голос рыжей женушки.

С этой системой Бёрн был отлично знаком. Во время тренировок Высший накрывал себя несколькими слоями щитов. Первый щит – уровня «мастера», второй – «грандмастера» и третий – «виртуоза». Иначе говоря, сейчас он предлагал дамам доказать, что они способны справиться с «виртуозом».

И это не означало, что сам Аркхрат будет стоять, впитывая урон. Сражаться он будет также средствами, доступными этому рангу. Алексу во время их тренировок удавалось проломить его защиту только с помощью пятерки «теней», заряженных «пробивными». И уже позже – с помощью «воздушных» линз. Ну что тут сказать? Только болеть. Шансы у них были, но очень не большие.

За этим боем наблюдали все. Как ещё? Драуг впервые на арене показывает свои навыки. А уж с таким индексом силы – вообще невидаль. Даже если он не будет выкладываться на полную катушку.

И надо сказать, действо это оказалось впечатляющим. Две девчонки, словно москиты, метались по Арене в попытках ужалить небрежно отбивавшегося ксеноса. Элис ничего нового не показала, а вот Эрика продемонстрировала свой расширившийся арсенал способностей. Какое-то неимоверное количество «мастерских» навыков.

Для большинства мастеров лимит – две штуки. Основной и полярный. Если же есть дополнительный родовой навык, то получаем уже шесть. Но Эмберкроу умудряется их модифицировать каким-то образом. Так что создавалось ощущение, будто их запас у неё бесконечный. Как у неё это получается, не мог ответить не только Алекс, но и «Тень» со своим тысячелетним опытом. Аркхрат что-то знал, но молчал.

В любом случае, разнообразие – не есть сила. А если учесть, что Эрика использует сплошь огненные навыки, то впечатляло это лишь с академической точки зрения. На практике что там можно придумать? Атака, защита и передвижение. Гибкость – это хорошо, однако пробить щиты драуга это не поможет.

В итоге бой превратился в показательные выступления под непрерывные комментарии ксеноса. Аркх не только сражался, но и по ходу давал советы, ругал или хвалил девчонок за их действия. И на этом погорел.

План будущей победы дамы составили заранее. И состоял он в том, чтобы дать Элис возможность наносить безответные удары, просаживая щиты противника.

Чтобы это не было слишком очевидным, поначалу они просто бездумно атаковали учителя, приучая к прямым и бесхитростным атакам. А только когда ксенос «втянулся», Эрика взяла на себя роль факира, устроив эпическое фаер-шоу. Скрывая среди пламени и всполохов плазмы передвижения Элис, они умудрились застать Аркхрата несколько раз врасплох, а под конец провели массированную совместную атаку.

– Хитрые мышки, – прокомментировал своё поражение Высший.

Алекс же довольно потирал руки. Два балла на халяву, на которые он даже не рассчитывал!

Следующим стоящим внимания поединком стала драка с участием Краха против шаотртов. Да-да. Бракса можно было использовать в качестве представителя человечества на тех же основаниях, что корсары сражались за энзаль. Звереныша Система приписала Алексу и без проблем зарегистрировала.

Индекс Силы Краха, кстати, удивил всех, включая Бёрна. И потому он не спешил выкидывать этот козырь. Изначально зеленоглазый считал маленького ксеноса на уровне Барли, а по факту его индекс оказался чуть больше восьмисот. При этом этот мелкий монстр спокойно рвал на части виртуозов и вполне неплохо показал себя в бою с Первым Воином, когда дербанил того, сидя на его шее. «Тень» предполагал, что у мелкого абсолютная синергия.

За счёт этого зеленоглазый очередной раз выиграл аукцион. Император при этом потерял самообладание. Даже попытался оспорить это решение, но был Системой проигнорирован. Но ещё больше снижать ставку не решился.

Шаорты по устоявшейся традиции выставили сильных бойцов, дефицита в которых не испытывали – снова двух «виртуозов». А в напарники Краху определили слабенького виртуоза из числа новичков – тех, кто присоединился в последние дни.

Старик Чан был упёртым фаталистом и на предложение сразиться вместе с ксеносом против других ксеносов лишь пожал плечами. Задачу ему поставили – не мешать браксу и выжить. А тот в итоге раскатал своего противника даже раньше, чем зверёныш вскрыл защиту первого.

Последний круг инициировать вызовы был за людьми. Здесь у Алекса снова осталась одна квота, и снова жребий удачно выбросил их против тарков. Тут у них тоже была заготовочка – Барли и Айзу. Убойная связка заточенных друг под друга бойцов.

Как бы там ящеры ни пыжились, противопоставить этой связки они ничего не смогли. Связь Квентина и Рамоны была на ином уровне. Он думал – она делала, и наоборот. Особенно круто работал «скачок», позволявший чернокожей, не отвлекаясь на защиту, уходить из сложных ситуаций. Чёрный кристалл отрабатывал вложенные в него надежды, вызвав этим нешуточный интерес.

В итоге – победа с тотальным преимуществом людей, а по арене поползли слухи, что черные кристаллы Моркштерн раздает за особые заслуги. Кто их распускал, выяснить не удалось, но взгляды в его сторону стали бросать намного чаще.

Второй день, несмотря на то что император всё же выиграл три инициированных им вызова, закончился с разгромным счётом в пользу Алекса. Семнадцать против шести. Под конец даже самые ближайшие союзники начали его сторониться, поглядывая в сторону его ложи. Того и гляди весь этот фарс с аукционом закончится.

– Это надо обязательно отметить! – кричал Квентин, потрясая кулаком, как только отгремел последний парный поединок.

– Вчера не наотмечался? – улыбаюсь спросила его Айзу.

– Не вижу, чтобы это пошло нам во вред! – хохотал здоровяк. – А раз так, то и причин отказываться от этой замечательной традиции. Тем более у нас завтра выходной! Правда, Алекс?

– Ты хочешь сказать, у вас? – усмехнулся в ответ тот. – Ведь отдуваться придется мне. Впрочем, такие традиции мне нравятся.

Бёрн невольно улыбнулся, вспоминая вчерашний вечер, переглянувшись с хитро зыркнувшей на него Эрикой.

Завтра должна была состояться «мясорубка». Двадцать человек от каждой расы. Алекс был готов просто слить этот день. Смысла выступать против драугов не было. Десяток лысых ксеносов могли превратить поле боя в жерло вулкана. Но те демонстративно отказались участвовать, решив, видимо, не портить себе зрелище. А раз так, можно и побороться за потенциальные двадцать баллов. Была у него одна задумка…

– Алекс, у нас тут проблемы… – вырвавшись из толпы, подошла Лайа. – Лейя пытается её успокоить, но это плохо помогает…

– Что там произошло? – осведомился Бёрн.

– У Лазури, похоже, мозги потекли… – сказала она и тут же поправилась, увидев недоумение на лице своего сюзерена. – Не в прямом смысле. Но ведёт она себя крайне странно…

– Ладно, веди, – кивнул парень. – Господа, вынужден с вами временно расстаться. Появились срочные дела. Квентин, начинайте без меня, я присоединюсь чуть позже.

– Как скажешь, брат, – стукнувшись кулаками, они разошлись в разные стороны.

– Всё так плохо? – рядом с ним плечо к плечу пристроилась Эрика.

Вопрос был адресован Лайе.

– Да, ересь она какую-то несёт… Сами сейчас увидите.

Энзаль обнаружилась в одной из комнат отдыха, сидящей на диванчике с идеально ровной спиной, словно кол в неё вбили. На лице застыла натянутая улыбка. Смотрела она перед собой, слабо реагируя на внешние раздражители.

– Ты как? – Бёрн подошёл к ней и сел на краешек дивана.

– Я? – девушка повернула к нему лицо. – Я не как. Меня нет. Была Лазурь и кончилась.

– По-моему, ты преувеличиваешь. Жива – уже хорошо, – стал успокаивать Алекс. – Жаль твоего деда…

– Деда? – глаза девушки расширились. – Не помню я никакого деда! Смутные образы. Я вообще никого не помню… Кроме тебя…

А вот это было плохо. Себя она осознавала, его знала, а родного деда из головы выкинула. Какая-то избирательная амнезия.

– А меня значит помнишь? – спросил Алекс. – Как мы познакомились?

– Да… – взгляд её снова устремился в пустоту. – У ворот. Эти уроды до тебя до… Не помню. Воспоминания возвращаются. Отрывочные образы… Обрывки чужой памяти – твоей памяти… Будто я нахожусь с другой стороны. Алекс меня это пугает.

Да уж… Как это понимать? Звучит как бред, но, поразмыслив немного, Бёрн пришел к мысли, что с донорскими нейронными связями из его мозга частично могли перенестись и его воспоминания. Однако глобальным этот эффект быть не мог. Память невозможно перезаписать, да и Лазурь осознавала себя собой, а не кем-то другим…

– А деда значит не помнишь?

– Нет…

– А как мы потом ужинали вместе в его доме? – допытывался парень. – Ты готовила, а потом рассказывала мне про еду…

– Точно! – в глазах девушки мелькнуло узнавание. – Мы потом ещё напились и в моей комнате сексом занимались…

Сбоку послышался возмущённый смешок Эрики.

– Потом, Эрика, – попросил он, не глядя.

Сейчас надо было разобраться с проблемой энзаль. Алекса смущало, что все эти воспоминания были их общими. Как будто вырванными из контекста. Может дело не в замене нейронных связей? Когда он её лечил, то невольно думал о ней, вспоминал… Мог ли заодно вписать в её голову эти образы? Бездна его знает… Вроде бы это не должно так работать. Но вдруг? Вдруг её амнезия и этот эффект в принципе не связаны, а девчонка просто неверно интерпретировала эти воспоминания?

Сознание, когда у него нет точки опоры, может принять любую мысль за истинную. А остальное – додумать, лишь бы избежать фрагментации личности. Бред? Но как это проверить?

Попросить вспомнить давние события не имело смысла. Она и битый час этим занималась. А что, если потянуть за ниточки её подсаженных воспоминаний? Алексу показалось, когда он упоминал конкретные моменты, вместе с ними приходили новые образы… Однако мысль Лазури тут же следовала за их следующим совместным эпизодом. А значит, надо заставить эту мысль свернуть? Попытка – не пытка.

– Печать помнишь? Круглую такую, ты мне её ещё подарила…

– Ту, что в лаберинте в железном цветке отыскала? – тут же переспросила девушка.

– Точно, – согласился Алекс, улыбаясь.

Этого он ей не рассказывал. Про руины речь тогда заходила, но без деталей. Не мог же он поместить в её башку все свои воспоминания. Нет, конечно. Однако парень всё же продолжал задавать наводящие вопросы.

– И сражалась ты там?

– С механическим монстром! С таким здоровенным топором. Ух, и злой он был. Глаза горят… Ой, – она замерла, осознав, что маленькая деталь её прошлого вернулась.

– Вот и отлично. А теперь успокойся и послушай, – Бёрн заглянул ей в глаза. – У твоего состояния есть объяснение.

После он как мог рассказал ей о процессе восстановления мозговой активности и своих подозрениях.

– Это многое объясняет… – внезапно успокоилась Лазурь. – А я уже думала, что с ума схожу. Думаешь, моя память вернётся?

Переключение от апатии на грани безумия до весёлой жизнерадостности показалось излишне резким. Но Алекс списал это на её врождённый оптимизм. Что внушало надежду: характер её нисколько не изменился, а значит, и остальное может вернуться в норму.

– Уже начинает, – подбодрил он её. – Тебе просто надо немного времени и покоя. Я попрошу, чтобы кто-то из ваших забрал тебя.

– Нет! – голос её зазвенел, словно лопнувшая струна, а в глазах снова мелькнул страх, – Можно, я останусь рядом с тобой? Пожалуйста!

– Не думаю, что это хорошая идея, – Бёрн глянул на Лисичку. – У тебя там должны быть друзья и соратники. Они, наверное, волнуются. И воспоминания так проще будет…

– Нет! Я там никого не знаю… Вообще никого… Только тебя… – голос девушки намекал, что она снова скатывается в пучину отчаяния.

– Пусть остаётся, – неожиданно вмешалась Эрика. – Раз уж её воспоминания зациклены на тебе…

– Спасибо, спасибо, спасибо, – энзаль вскочила с дивана, схватив рыжую за руки.

– Да, пожалуйста, – фыркнула Эмберкроу и добавила ледяным тоном: – Только спать ты будешь в отдельной комнате.

– А это обязательно? – спросила та, расстроившись.

– Иначе я сама тебя добью, чтобы не мучилась…

На этой позитивной, или не очень, ноте они отправились на выход. А по дороге в гостиницу случилась небольшая неприятность. Метка на плече энзаль исчезла, исчерпав время своего действия. В целом ничего страшного – сейчас она была среди друзей, но вдруг враг решит ударить исподтишка?

Бросать как есть это не стоило, но тащиться в посольский квартал для оформления метки тоже желания не было. И Алекс снова попробовал обратился к Системе.

– Она теперь со мной, – сказал он, приложив руку к её плечу, а когда убрал, там обнаружилась метка.

Причём не временная полупрозрачная, а постоянная. Как там говорил Аркхрат: «Просто надо уметь договариваться?»