Текст книги "Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса IX"

Автор книги: Ваня Мордорский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Я прижал палец к губам, призывая лис к тишине.

Они тут же умолкли.

Мне в голову пришла неожиданная мысль, которая раньше никогда не приходила. Да, собственно, раньше подобное я и не смог бы реализовать – ни сил, ни понимания бы не хватило.

Я начал медленно направлять заряженные бусины друг к дружке, стыкуя их и заставляя выстраиваться в определенном порядке, в форме огромного Символа Очищения.

Это было сложно. Невероятно сложно. Правда, в первый раз всё всегда сложно.

Каждая бусина должна была занять точно определенное место. Каждая линия большого Символа должна была состоять из нескольких бусин, выстроенных с идеальной точностью и при этом каждая бусина сохраняла свой собственный Символ Очищения.

Получался Символ из Символов, который в теории должен был усилить их.

Радужная Ци текла между бусинами, связывая их в единую конструкцию. Мои руки дрожали от напряжения – контролировать тридцать объектов одновременно, заставляя их образовывать сложную геометрическую фигуру в трехмерном пространстве, требовало огромной концентрации.

– Что ты делаешь? – тихо спросила Хрули, заметив мое состояние.

– Экспериментирую, – выдохнул я сквозь стиснутые зубы.

Последние бусины встали на свои места. Передо мной в воздухе парил огромный, составленный из четок Символ Очищения размером с человека. Каждая его линия пульсировала радужным светом.

И я ощутил силу.

Невероятную, почти пугающую силу.

Потребление Ци резко возросло – настолько, что я почувствовал, как мой запас энергии начал стремительно убывать. Но мощь… мощь, исходящая от этой конструкции, была в десятки раз больше, чем от обычных Символов.

Словно тридцать отдельных шестеренок вдруг стали частями одного механизма, многократно усиливая друг друга.

Секунд двадцать я удерживал его, а потом развеял. Слишком большое было потребление Ци. Бусины вернулись к обычному движению вокруг меня. Усталость навалилась мгновенно, но я был доволен. Это был огромный шаг вперед.

– Я понял, что мои эксперименты с щитом из четок были баловством, – сказал я, переводя дыхание. – Настоящая сила в мощной атаке. В создании единого, мощного инструмента. Уничтожать цзянши и другую нечисть нужно одним ударом, пока они не готовы. Против более многочисленного противника битву на истощение я не выиграю.

– И много таких Символов ты можешь создать одновременно? – поинтересовалась Ло-Ло.

Я задумался, прислушиваясь к внутренним ощущениям.

– Сейчас всего один, но четок должно хватить примерно на три символа.

Я попробовал еще раз, на этот раз создавая Символ Изгнания. Результат был таким же впечатляющим – огромная конструкция из светящихся бусин, излучающая невероятную силу.

Затем – Символ Упокоения. Третий гигантский Символ завис в воздухе, пульсируя мягким светом.

К сожалению удерживать одновременно несколько пока было выше моих возможностей и сил. Такой расход Ци я просто не потянул бы. Так что ограничился одним. Мне это даже понравилось. После этого я подумал, что возможно если убрать Символы из четок и просто составить из них Символ, то эффект тоже будет?

Через минуту передо мной висели три Символа из четок. Внутри не было крошечных Символов. И тем не менее, огромные Символы были активны.

Я почесал голову.

– А чего раньше так не делал? – поинтересовался Ли Бо.

– Не додумался. – честно ответил я.

– Ну, как обычно, – хмыкнул Бессмертный, – В его руках мощное оружие, а он бьет тупым концом.

Спорить было сложно. Ведь уже после уроков Чунь Чу я смог бы создать подобный Символ. Хотя нет…не смог бы. Это сейчас я его создаю легко, потому что понимаю его суть, а как бы было раньше – совсем неясно. Надо было пробовать. В любом случае символ из четок был эффективен, но намного менее эффективен, чем когда я наполнял каждую бусинку Символом.

С другой стороны, этот вариант в десятки раз менее энергозатратен и для врагов попроще он подойдет. Но вот против нефритового цзянши придется использовать всё самое мощное.

– А что с остальными Символами? – поинтересовался Ли Бо. – Ты же владеешь не только этими тремя. У тебя там в запасе их куча.

Я задумался. Действительно, за время путешествия я изучил множество других Символов, но использовал их гораздо реже. Символ Защиты, Символ Связывания, несколько боевых техник от Цинь Юй…

– Ты прав, – согласился я. – Но остальные Символы я знаю хуже, не чувствую их так, как эти. Их придется отложить до времени, когда мы освободим Мастера Юань Ши. Эти три Символа – Очищение, Изгнание и Упокоение – основные на мой взгляд, я их чаще всего использовал и именно в них я смог получить более глубокое понимание. Для того, чтобы достигнуть такого же в других, – нужно их сначала сотни раз использовать в бою и в деле, и только тогда можно будет сесть и попытаться постичь их. Во всяком случае я ощущаю это именно так.

Следующие несколько часов я экспериментировал с четками и Символами, привыкая к новой силе. Попробовал Защитный Символ, но он, к сожалению, развалился. Сомнения в том, что не хватит понимания были полностью обоснованными: сначала постижение, а потом создание из четок Символов. Я еще раз осознал насколько уникальный и универсальный артефакт эти четки, без них моя сила была бы кратно меньше, не говоря уже о том, что я бы просто не дожил до сегодняшнего дня.

Несколько раз я брал в руки меч. Он был удобен, и теперь я мог создавать Символы без задержки: монетки выпрыгивали из меча и застывали в воздухе. Это был более экономный, но и более ограниченный артефакт – теперь я это понимал. С другой стороны, против более слабых врагов и одновременно с четками меч всё равно незаменим.

Я попробовал еще кое-что: Символ и вокруг него восемь Триграмм – и всё состоит из четок. Хотелось проверить, усилят ли Триграммы Символ из четок?

Усилили. Вот только я понял сразу: в бою удержать такую комбинацию я буду просто не в состоянии. Сейчас, в спокойной обстановке с пустыми бусами это кое-как вышло, но голова была будто стиснута огромными клещами и пульсировала болью. Но даже так это был еще один шаг вперед.

После этой небольшой тренировки я поднялся и отряхнул пыль с одежды. Кот гулял по ступенькам вверх-вниз и не мешал мне.

Что ж, пора было заняться еще одним важным делом – проклятыми артефактами, которые я собрал с Иньских Жил. Вернее, одним артефактом, очистить который мне было под силу.

Я достал из пространственного кольца колокольчик – самый слабый и наименее искаженный Иньской Ци. Сейчас, после того как моё понимание Символа Очищения углубилось, я чувствовал, что смогу справиться и вернуть его в то состояние, в котором он был.

Я положил его на ступеньку перед собой, активировал триграммное зрение и всмотрелся в него. Внутри колокольчика клубилась темная энергия – остатки тех ритуалов, в которых его использовали. Она въелась в него, пропитала каждый миллиметр поверхности.

Я закрыл глаза и начал медленно пропускать через колокольчик свою Радужную Ци. Не быстро, не напором – мягко, терпеливо, позволяя ей просачиваться в каждую трещинку, в каждую царапину на металле. И, одновременно, я создал Символ Очищения. Не обычный, «машинальный» Символ, а осознанный, наполненный пониманием того, что такое очищение – возвращение к истоку, напоминание о чистоте. Теперь, с моим углублённым пониманием я видел, как этот

Символ воздействует на реальность. Я видел как он проникает в саму структуру колокольчика, как он ищет и находит точки искажения, как он напоминает металлу о его изначальной чистоте.

Процесс занял несколько часов. Я медленно, терпеливо выжигал из артефакта всю накопившуюся негативную энергию. Моё новое понимание Символов сделало работу более эффективной, но и более энергозатратной – я вкладывал в процесс не только Ци, но и своё намерение, свою волю. Это было необычно для меня и ново, но это работало.

Я не скупился на Ци, потому что чувствовал, что это необходимо, что колокольчик может стать чем-то важным.

Поэтому дело шло на лад. К концу процесса я чувствовал себя выжатым, но колокольчик засветился. Не ярко – просто тихим, мягким светом. Словно луна в ясную ночь. Правда, буквально на пару мгновений, а потом потух – он был очищен.

К сожалению, очищение лишило его изначальных праведных свойств. Артефакт стал нейтральным – чистым, но бесцветным. Как чистый лист бумаги, готовый принять новый текст.

Я проверил нейросетью, и она не показывала в нем никаких свойств.

– Попробуй позвонить, – вдруг сказал кот и прыгнул на мое плечо.

Я удивлённо посмотрел на него.

– Зачем?

– Просто попробуй.

Я пожал плечами и послушался. Взял колокольчик, вложил в него немного своей Ци и встряхнул.

Дзынь.

Звук был чистым и звонким, он разлетелся по храму, отразился от стен, поднялся к небу.

Я ощутил как звук распространяется волнами, но не просто звуковыми волнами, а волнами Ци. Они расходились кругами от колокольчика, становясь всё шире и шире.

И везде, где проходили эти волны, происходило очищение. Вернее…должно было бы. Но сейчас тут было и так чисто.

Тут же пришло осознание, что колокольчик является резонатором, он усиливает Ци и волнами звука распространяет ее вокруг. Однако нейросеть по-прежнему не показывала, что он обладает какими-то дополнительными функциями.

Странно…очень странно.

Я тряхнул колокольчиком еще раз и вновь звук разлетелся далеко за пределы холма.

В храме наступило истинное умиротворение. Покой – такой глубокий, что казалось само время замедлилось. Похоже, именно этого звука колокольчика и не хватало, чтобы очищение храма обрело полную завершенность.

Я медленно опустил колокольчик и выдохнул.

– Пора, – тихо сказал я. – Пора лететь дальше.

– Кот, – обратился я к новому спутнику. – Где ты будешь жить, то есть находиться?

Кот спрыгнул с моего плеча и подошел к колокольчику.

– А можно здесь? – спросил он, указывая на артефакт. – Похоже, там очень уютно.

– В колокольчике?

– Почему нет? – Кот начал уменьшаться, становясь все меньше и меньше, пока не превратился в маленький светящийся шарик. Шарик влетел внутрь колокольчика и устроился там. – Вот, очень удобно. И тепло. И пахнет чистотой.

Из колокольчика донесся довольный голос:

– Идеальное место для кота.

– А как тебя, кстати, зовут? – вдруг спросил я.

– Точно, как тебя зовут? – взвизгнула Хрули, – Ты ни разу не сказал свое имя.

– Да, как зовут? – Ло-Ло выдвинула свои антенны вперед.

Лянг высунул голову из кувшина.

Кот смущенно выглянул из колокольчика, принял вид большого кота и ответил:

– Меня называли по-разному, но смотритель называл меня Пинг.

– «Мирный», значит… – пробормотал Лянг, – Я уже подумал, что тебя звали Лонг, так гордо ты встал.

– Пинг – хорошее имя. – сказала Ло-Ло.

– Не такое как наши с Хрули, – добавила Джинг, – Но тоже ничего.

– Значит, Пинг. – сказал я и кот, превратившись в белый вихрь, спрятался в колокольчике.

Я поднялся и осмотрел храм в последний раз. Чистые ступени, аккуратно подметенный зал, восстановленные могилы. Место дышало покоем и гармонией. Здесь снова могли поселиться люди, – если, конечно, захотят – ну или хотя бы теперь тут можно заночевать не опасаясь злых духов.

Мое дело здесь закончено.

Я вызвал черепаший панцирь и сел в его центр. Лисы запрыгнули рядом, Ло-Ло заползла на свое привычное место, Лянг спрятался в кувшине.

– Чунь Чу! – крикнул я вниз. – Мы летим!

– Наконец-то! – недовольно пробурчала жаба. – Еще день – и тут бы не осталось ни одного кузнечика.

– Куда теперь? – спросил Бессмертный.

– К естественной жиле. Трансформировать Восьмой Меридиан.

Глава 3

– Стоп! – вдруг сказал я.

– Что? – буркнула Чунь Чу, уже приготовившаяся к прыжку.

– Что такое? – повернули мордочки лисы.

– Да, я только настроилась, – добавила Ло-Ло.

– А я уже начал дремать, – закончил Лянг.

– Слезаем. – скомандовал я.

– В смысле⁈ – дружно воскликнули все.

– В прямом.

– Вот же ж, только устроилась. – пробурчала Ло-Ло, но слезла.

– Что случилось, ученик, ты что-то забыл? – поинтересовался Ли Бо.

Я не ответил Бессмертному.

– Чунь Чу, сможешь оказать нам небольшую помощь? – улыбнулся я.

– Моя помощь? – переспросила она. – Чем я могу помочь великому Праведнику?

Я не мог не заметить легкую иронию в ее тоне, но пропустил это мимо ушей.

– Нам нужно добраться до Иньской жилы, – объяснил я. – Естественной. Той самой, с которой я начинал очищение этих земель. Она примерно в… – я прикинул расстояние, – в десяти-двенадцати лигах отсюда.

– И? – Чунь Чу наклонила голову, отчего один из ее золотых наростов блеснул на солнце.

– И я подумал… Может быть, ты могла бы нас довезти? – я почесал затылок. – Видишь ли, полет на панцире тратит мою Ци. Немного, но тратит. А мне нужно сохранить каждую каплю энергии для предстоящей битвы.

Жаба молчала несколько секунд, переваривая информацию, а потом кивнула:

– Это разумно. Видишь ли, Праведник, жабы – древние и мудрые создания. Мы понимаем важность экономии ресурсов.

– Значит, согласна?

– Конечно! Залезайте, на спину к Великой Чунь Чу! – пробасила она. – Только держитесь крепче: мои прыжки – это не ваш летающий панцирь. Будет потряхивать.

Все спутники одновременно повернулись ко мне.

– На жабе? – переспросил Лянг, высовывая голову из кувшина. – Серьезно?

Ему вторили лисы:

– НА ЖАБУ⁈

– Очень серьезно. Серьезней некуда. Теперь передвигаемся на Чунь Чу, которая соблаговолила предоставить нам свою широкую спину, – кивнул я. – Нам действительно пора экономить Ци.

– А она точно нас всех выдержит? – с сомнением уточнил карп. – Мы же… ну, нас много. И мы не маленькие.

Чунь Чу фыркнула, и от этого фырканья поднялось облако пыли.

– Карп, я носила на себе пещеры, полные золота, – гордо заявила она. – Горы монет. Сокровищницы, от которых прогибалась земля. Ты думаешь, несколько мелких зверушек и один человек меня затруднят?

– Мелких зверушек⁈ – возмутилась Джинг. – Я тебе не мелкая зверушка!

– Ты размером с мою лапу, лиса, – невозмутимо ответила жаба. – Так что да, мелкая.

– Знаешь что…

– Цыц, – оборвала лису Ло-Ло, уже устроившаяся в одном из углублений. – Садитесь уже и не ворчите. Праведник прав – нужно экономить энергию.

– А это точно безопасно? – заволновалась Хрули.

– Хороший вопрос, – добавила Джинг. – Я как-то уже привыкла к панцирю.

– И я, – согласился Лянг. – На панцире хотя бы есть на что встать.

– Только осторожно, – предупредила жаба меня, когда я начал осторожно взбираться на ее спину, – Кожа у меня чувствительная.

– Ой-ой-ой, – застонал Лянг, высовываясь из кувшина. – Мне это не нравится. Вообще не нравится.

– Что именно? – спросила Джинг, элегантно перепрыгивая с панциря на спину жабы.

– Качка будет. Наземная качка. Это же ужасно для рыбы! – пожаловался карп.

– Ты не рыба, ты карп, – поправила его Хрули. – А карпы выносливые.

– Я почти дракон! – возмутился Лянг. – Драконы летают, а не скачут по земле на жабах!

Я убрал панцирь в пространственное кольцо и устроился на спине жабы поудобнее. Теперь понял, что это было ошибкой – лететь к храму на панцире. Потратил кучу Ци впустую. Теперь, когда впереди серьезная битва, каждая капля энергии была на вес золота. Да, скорее всего я восполню часть ее прямо у естественной жилы и переработаю в Просветленную Ци, но панцирь…он конечно прожорливая штука. Пинг, который все это время наблюдал из своего колокольчика, выглянул наружу и с любопытством осмотрел нашу новую «повозку».

Из колокольчика, висевшего у меня на поясе, донёсся тихий голос Пинга:

– А мне всё равно. Я внутри колокольчика, меня не укачает.

– Вот и славно, – пробормотал Лянг. – Хоть кому-то повезло.

Места действительно хватило всем – Чунь Чу была ведь действительно размером с небольшой дом. Ее кожа была прохладной и слегка влажной, но не скользкой. Между бугорками и наростами образовались естественные сиденья и углубления.

– Интересно, – пробормотал кот. – Я никогда не ездил на жабах.

– И правильно делал, – буркнул Лянг, устраиваясь поудобнее в своем кувшине. – Это противоестественно.

Когда все наконец разместились, Чунь Чу хмыкнула:

– Готовы?

– Нет! – хором ответили лисы.

Но жаба уже прыгнула.

Мир вокруг размылся. Земля ушла из-под… ну, из-под жабы, и мы взмыли в воздух. Мой желудок остался где-то внизу, а тело взмыло вверх с такой скоростью, что воздух засвистел в ушах. Ветер ударил в лицо, от скорости и высоты у меня перехватило дыхание. Чунь Чу оттолкнулась от земли с невероятной силой, и мы летели в небо по дуге, словно катапультированные. На десяток секунд я ощутил невесомость и почти свободное падение и тут же жаба приземлилась.

Бух!

Удар был… мощным. Очень мощным. Вся спина жабы сотрясалась, золотые наросты звякнули друг о друга, а мы все дружно подпрыгнули на полметра вверх.

– Ой! – завопила Хрули, вцепившись когтями в шкуру жабы.

– Предупреждать надо! – добавила Джинг, шерсть которой встала дыбом.

– Я предупредила, – невозмутимо ответила Чунь Чу и прыгнула снова, – Это был еще маленький прыжок. Пробный. Чтобы привыкли.

Пожалуй, я первым пожалел, что предложил такой способ передвижения. Жаба отталкивалась от земли с огромной силой, взлетая на десятки метров вверх, а потом приземлялась с такой силой, что от удара разлетались во все стороны камни и комья земли.

– Ааааа! – завопил Лянг, плещась в кувшине. – Это ужасно! Хуже корабля в шторм!

– Потерпи, рыбка, – насмешливо сказала Джинг, которая, к моему удивлению, держалась довольно уверенно. – Не такой ты грозный дракон, если жабьи прыжки тебя укачивают.

– А ты попробуй плавать в кувшине, когда тебя трясет как горох в стручке! – огрызнулся Лянг.

Следующий прыжок был еще сильнее. Ло-Ло издала протяжный стон:

– Я же говорила, что связываться с жабами – плохая идея. Моя прекрасная золотая раковина не приспособлена для такой… «активности».

– Зато быстро летим… Ну, в смысле, передвигаемся, – заметила я, – И Ци не тратим.

– Быстро – это хорошо, – согласилась Джинг. – Но мой завтрак скоро выйдет наружу.

– Что за нежности? – возмутилась Чунь Чу, приземлившись в очередной раз, – В мои времена духовные звери были выносливее!

– Изумительные виды, – тихо сказал Пинг, – Всё такое…разное…я от такого отвык. Никогда не думал, что внизу всё такое маленькое, крошечное. Невероятно.

Я улыбнулся, ну хоть кто-то испытывал от этого способа передвижения радость.

– Тебе нравится эта тряска? – недоверчиво спросила Хрули.

– Не тряска, – покачал головой кот. – А то, что я наконец-то вижу мир. Смотрите – поля, леса, холмы. Всё это проносится мимо нас. Как красиво! Я столько лет сидел в одном месте, что забыл, насколько разнообразна Поднебесная.

Он с восторгом смотрел по сторонам, и в его пустых глазах действительно мелькала радость. Первое настоящее путешествие за столетия существования.

Третий прыжок был не лучше первого. Четвертый – ещё хуже.

Ли Бо, покачиваясь в воздухе рядом с нами, начал декламировать:

– Как птица в небе я парю,

Свободен, волен и могуч!

Не знаю тряски, не терплю

Ударов грубых этих туч!

– Заткнись! – дружно рявкнули все остальные, особенно выделился бас Лянга.

– Неблагодарные, – обиделся Бессмертный. – Я вас культурно развиваю, прививаю любовь к высокой поэзии.

– Обойдемся без любви, – пропищала Хрули после особенно сильного толчка. – Нам важнее добраться живыми!

Приспосабливаться было трудно. С каждым прыжком становилось только хуже. Жаба двигалась быстро – несомненно быстрее, чем мой панцирь, – но комфорта это не добавляло.

Я крепко держался за неровности на коже жабы и пытался не обращать внимания на качку. Да, летать на панцире было определённо удобнее. Но экономия Ци того стоила.

– Сколько нам ещё? – спросила Хрули жалобным голосом.

– Долго, – ответил за жабу я.

К концу первого часа пути даже лисы начали жаловаться.

– Ван, – простонала Хрули, – а нельзя хотя бы иногда делать перерывы?

Все мои спутники жаловались, так что видя их страдания я решил смилостивиться и попросил Чунь Чу сделать остановку.

Жаба приземлилась возле небольшого ручья, и все мы с облегчением спрыгнули с ее спины. Хотя как спрыгнули…мои спутники свалились со спины Чунь Чу как мешки с…чем-то.

Лисы растянулись на траве, Ло-Ло уползла в тень, Лянг не показывался из кувшина.

– Земля! – прошептала Ло-Ло, прижимаясь к траве. – Твердая, неподвижная земля!

– Ноги не держат, – пожаловалась Хрули, пошатываясь.

– У меня до сих пор всё качается перед глазами, – добавила Джинг.

Лянг высунул голову из кувшина и тут же спрятался обратно:

– Всё вертится…

– Слабаки, – фыркнула Чунь Чу. – Это ж не путешествие, а прогулка какая-то.

– Какие красивые места… – сказал кот и шагнул за камень, потом на десяток шагов вправо, потом влево, – Лисы, вы не цените того, что имеете. Путешествовать – просто великолепно!

Хрули и Джинг было не до этого, они просто тихо стонали.

Я сел на камень и посмотрел на него с улыбкой. Его радость была заразительной. После столетий заточения в одном месте он наконец-то получил свободу, пусть и ограниченную, и он использовал каждую секунду, чтобы насладиться ею.

– Ван, – окликнула меня Джинг, повернувшись на бок и тяжело дыша, – А сколько еще осталось?

– Точно не знаю, но когда мы доберемся до жилы, сможете отдохнуть, – пообещал я. – Там будет время на восстановление. Надо просто чуть-чуть потерпеть.

– Хорошо, – обреченно вздохнула Джинг и вернулась к Хрули.

Чунь Чу, тем временем, начала делать разминку. Она прыгала на месте – каждый её прыжок сотрясал землю, заставляя всех вздрагивать.

– Она это серьезно? – простонала Ло-Ло. – Мы отдыхаем, а она устраивает землетрясение?

– Мне нужно размяться! – оправдывалась жаба. – Иначе мышцы затекут!

– Твои мышцы размером с нас, – буркнула улитка. – Не думаю, что они затекут.

– Затекут! Я же древняя! У древних все затекает быстрее!

– Логика железная, – съязвил Ли Бо. – У меня вот ничего не затекает.

– Ты кувшин. – отмахнулась жаба.

Я не вмешивался в перепалку, просто наблюдал. Это было… забавно. Как будто с котом наша маленькая компания снова оживилась. Честно говоря и самому мне нужно было выдохнуть после такой тряски.

Что ж, зато я не потратил ни капли Ци, только немного нервных клеток.

После двадцати минут отдыха Чунь Чу объявила:

– Всё! Хватит лежать! Дальше попрыгали!

Команда застонала, но послушно поднялась и снова забралась на спину жабы.

– Следующий этап будет короче, – пообещала Чунь Чу.

– Обещаешь? – недоверчиво спросила Хрули.

– Клянусь своими монетами!

– Ну если клянешься монетами, то наверное правда, – хмыкнула Джинг.

И снова Чунь Чу присела для прыжка. Я приготовился, крепко держась за складку на её коже.

Мы продолжали скакать. Чунь Чу, казалось, наслаждалась процессом – она даже напевала себе под нос какую-то песню о золоте и сокровищах. Ее огромные лапы с легкостью отталкивались от земли, покрывая огромные расстояния за один прыжок. Если бы не тряска и укачивание, я бы сказал что это идеальный способ передвигаться по Поднебесной.

Но ни тряска, ни укачивание никуда не делись. Так что в дальнейшем только панцирь. Пусть Чунь Чу сама наслаждается своими прыжками.

Еще через час, после двух остановок, когда лисы уже научились не только держаться, но и дремать во время прыжков, а Лянг вообще перестал реагировать на происходящее, мы наконец прибыли.

– Вон там, – указал я вперед. – Еще один прыжок – и мы на месте.

– Наконец-то! – облегченно выдохнула Джинг.

– Слава Небу! – эхом отозвалась Хрули.

– Я выжил, – слабым голосом произнес Лянг. – Не верю, но выжил.

Лисы упали на землю и просто лежали, тяжело дыша. Лянг вывалился из кувшина и замер в луже, бормоча что-то о драконьем достоинстве.

– Никогда больше, – прошептала Хрули.

– Никогда, – согласилась Джинг.

Мы приземлились прямо у края естественной жилы возле холма.

Воздух тут был тяжелым, насыщенным Иньской Ци. Холод исходил от самой почвы, заставляя ежиться даже меня, несмотря на Одежду Святого. Заброшенная деревенька была неподалеку, а следы от могил цзянши до сих пор были видны вокруг холма.

Да, тут я впервые узнал что такое Иньские жилы и впервые узнал, что в этом регионе происходит что-то еще, помимо уничтожения карпов. Эх… А ведь всё начиналось как небольшая задача отнести Лянга к Желтой Реке – и вот мы здесь.

Я оглядел местность. Здесь ничего не изменилось с тех пор, как я был тут в последний раз. Та же мрачная, безжизненная земля. Те же холодные потоки энергии, поднимающиеся из глубин. Разница лишь в том, что теперь рядом не было искусственных жил, которые я уничтожил.

И никакой охраны.

Секта Золотого Карпа понимала – эту жилу не уничтожить. Она существовала тысячи лет и будет существовать еще столько же. Это не творение рук человека, а часть самой Поднебесной – место, где Инь концентрируется естественным образом.

Именно поэтому они и не тратили силы на ее защиту, что только играло мне на руку.

Ладно, мысли потом. Сейчас Меридиан.

– Чунь Чу, Ло-Ло, на вас – разведка, мне сейчас лучше не мешать.

– Как скажешь Праведник, я не прочь раздавить парочку сектантов и показать им свою щедрость.

Ло-Ло, покачиваясь, поползла вперед.

– Эх, не успела полежать, ну да ладно… Безопасность прежде всего.

Ну а лисы лежали отдыхали. Что с них взять?

– Интересное место… – сказал кот, шагая по краю холма, – Но знаешь мне тут неуютно…эта энергия такая холодная, что аж до дрожи пробирает, хоть я и…дух…так что я поброжу подальше, тем более, что я ощущаю где-то неподалеку парочку слабеньких духов…

Кот медленно зашагал вперед виляя призрачным хвостом. Это конечно странно, что ему тут неуютно, я думал, что Иньская жила будет наоборот местом, где он может…подпитыватся, но похоже ему больше подходит моя Праведная Ци. Впрочем, об этом я подумаю потом.

Я сел на краю холма, скрестив ноги в позе лотоса, и закрыл глаза. Пора было приступать к делу и трансформировать последний, восьмой основной Меридиан. Я не стал делать огромную Триграмму вокруг холма, как поступал очищая Иньские жилы. Этот напор энергии я просто не выдержу, тут он был мощнее, чем в остальных семи жилах. Правда, оценить я это мог только сейчас.

Я активировал триграммное зрение и заглянул внутрь себя. Мои Меридианы светились радужным светом – семь уже трансформированных каналов, по которым текла Просветленная Ци. Они были прочными, широкими, совершенными. Что бы там ни говорил Ли Бо, без риска я бы их не создал, не трансформировал. Но главное, чего не понял Бессмертный, так это того, что процесс изменения Меридиан и создания Основания был почти идентичен. И если такой метод сработал там, то он должен был сработать и тут.

Что ж, остался один, восьмой Меридиан и полноценный Круг Меридиан будет завершен. Да, останутся еще дублирующие, но это уже после. Потом.

Я начал медленно втягивать в себя Иньскую Ци из жилы. Она текла в меня плотным, холодным потоком, наполняя тело морозом. Раньше это было мучительно, но сейчас мои Меридианы легко выдерживали нагрузку. Закалка, которую я прошел, сделала их устойчивыми к Инь. Да и в целом эта природная Иньская Ци была мягче чем-то, что я поглощал в остальных местах. Все-таки тут не было никаких темных артефактов и душ.

Поэтому я просто изменял ее и, превращая в Просветленную, вдавливал в последний Меридиан. Кусочек за кусочком, шаг за шагом, медленно, не спеша. Не хотелось испортить всё, когда остается совсем чуть-чуть.

Сначала пришла боль – острая, пронзающая, словно Меридиан прокалывали тысячей ледяных иголок. Но я был готов: я знал, что так будет, потому что прошел через это семь раз и точно выдержу еще один.

Трансформация продолжалась. Я чувствовал, как стенки Меридиана начинают меняться. Структура его ткани становилась иной – более плотной, более гибкой, более живой. Просветленная Ци впитывалась в его стенки, превращая их в радужный.

Время текло, а я был полностью поглощен процессом. За свою безопасность я не волновался: если бы что-то случилось, мои спутники обязательно бы прервали мою медитацию.

Я не смотрел сколько осталось кусочков Меридиана, просто шел, и шел, и шел изменяя его. Процесс стал привычным, почти монотонным. Именно поэтому в какой-то момент я с легкой растерянностью просто понял что всё – больше нет места, которое нужно изменять. Один Меридиан перешел в другой.

В это же мгновение восьмой Меридиан засветился радужным светом, сливаясь с остальными семью и я ощутил странное ощущение завершенности. Кажется, я даже засиял.

Все восемь Меридиан светились одинаково – переливались всеми цветами радуги и пульсировали в такт моему дыханию. Это было почти так же невероятно, как когда Ли Бо научил меня меридиальному дыханию, или когда черепаха научила дышать вместе с ветром.

Это было что-то новое.

Я открыл глаза и выдохнул.

Ци двигалась сама, без моего участия. Она текла естественно, инстинктивно, находя оптимальные пути. Я просто хотел – и она была там, где мне нужно. Это было похоже на ситуацию с четками: раньше я ими управлял, а теперь отпускал их. Так и тут: раньше я управлял, направлял Ци, а теперь она всё делала сама.

И самое поразительное – любая Ци, которую я втягивал в себя, теперь медленно, постепенно, но полностью автоматически преобразовывалась в Просветленную без моего участия! Мне больше не нужно было сознательно очищать ее, трансформировать, пропускать через Основание – мое тело делало это само!

Я поднялся на ноги и потянулся. Тело откликнулось легкостью, почти невесомостью. Я чувствовал себя… обновленным. Словно сбросил с плеч тяжелый груз, о существовании которого даже не подозревал.

Пора проверить, как это отразилось на техниках.

Начал с техники передвижения, которую выучил на лестнице Покоя.

Раньше для ее активации требовалась концентрация, нужно было сознательно направить Ци в ноги, создать правильную форму, удерживать баланс.

Теперь я просто подумал о технике – и Ци сама сформировала нужный узор. Мгновенно. Без задержки.

Но, кроме того, теперь техника стала плавнее, шаги – быстрее, а прыжки – выше.

Я попробовал Шаг Восьми Триграмм – технику запечатывания и обездвиживания. Раньше мне требовалось чуть больше секунды на тренировке, в бою – все две, чтобы создать мощный шаг, и надо было заранее представить, подготовить его мысленно. А теперь…

Теперь я просто делал шаг и восемь светящихся Триграмм возникали импульсом вокруг моей ноги, окружив воображаемого противника. Моментально и без усилий.

С техникой удара Триграмм, которую я адаптировал сам, было то же самое. На ладони вспыхнули Триграммы. Удивительно, ведь я не стал их лучше понимать и не испытал никаких прозрений, как это было в храме. Мое понимание осталось на прежнем уровне.

После я создал Символ Очищения. Он появился так быстро, что я даже не заметил процесса – просто подумал о нем, и он был готов. Яркий, четкий, пульсирующий силой. Тут, конечно, повлияло и то, что я получил прозрение в храме Рассвета.