Текст книги "Мастер Трав I (СИ)"

Автор книги: Ваня Мордорский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13

Я стал боком, чтобы держать на виду и Гарта, и его дружков.

Девушки и парни позади нас хихикнули. Одна из них привлекла мое внимание, не знаю почему, но сердце забилось чаще, и это была не моя реакция, а тела. Девушка была высокая, с рыжими волосами и зелеными глазами. Она смотрела на меня с каким-то плохо скрываемым презрением.

И ровно в этот момент меня накрыло воспоминаниями: эту девушку звали Эйра, она дочь кузнеца с Даром огня. Красивая, талантливая, даже странно, что до сих пор Эйра оставалась в этом поселке. Хотя, с другой стороны, почему странно? Тут у нее есть доступ к живе, которого нет внутри королевства.

Память Элиаса об этой «особе» отозвалась болезненным ударом в сердце – Эйра была причиной многих его краж. Деньги, украденные у деда, у соседей, все эти мелкие пакости – часть из них шла на подарки для неё. Глупого мальчишку ослепила первая любовь, и он был готов на всё, лишь бы произвести на нее впечатление.

Вот как… – подумал я, – Значит, воровал не только для того, чтобы добыть денег на Дар. Эх, Элиас-Элиас…

Увы, это была безответная любовь.

Эйра относилась к нему снисходительно, как к надоедливому ребенку, но подарки принимала с удовольствием. А встречалась с Гартом. А Элиас… он жил надеждой. Мечтал, что когда-нибудь она ответит на его чувства.

Я почувствовал укол боли отвергнутой любви и унижения – это было остаточное чувство Элиаса, отпечатавшееся в памяти этого тела. Все воспоминания, связанные с Эйрой, пронеслись одним единым потоком, пока я смотрел на девушку. Конечно, зная изнутри, каким был Элиас я не испытывал к нему жалости или чего-то подобного. Он заслужил всё то, что получил. Но какое-то неприятное чувство, тот самый «осадочек», остался.

– Ты где вчера пропадал, Эл? – заглянул мне в глаза Гарт, – Слышал, твоего деда поцапали волки. Неужели ты правда в лес полез? Или как обычно струсил и спрятался где-нибудь в кустах? Или на то и был расчет, что они убьют деда, а? У тебя же нет ни храбрости, ни чести.

Я холодно на него посмотрел, склонив голову, даже не удостоив ответа. Любой ответ будет неверным. Его слова были обидными, но они были неправдой, а потому отскочили от меня как горох от стены. Что толку реагировать на подначки?

Такая невозмутимость явно удивила Гарта. Он привык к другой реакции от Элиаса: к оправданиям, злости, попыткам доказать свою правоту, а тут – гордое молчание.

– Ого, – он усмехнулся. – Посмотрите на него! Совсем храбрым стал. Наверное, всю дорогу плакал от страха, а теперь геройствует. А твой дед… Как этот «великий» Охотник дал волкам себя покусать? Дряхлый стал, да?

Я криво ухмыльнулся.

– На лицо посмотри свое, или дед тебе слабо заехал? Я смотрю синяк еще не прошел, да?

Позади него зашептались, а сам он непроизвольно протянул руку к огромному синяку под глазом.

– Наверное остальным рассказал, что со ступеньки упал или одолел великого врага? Да? Может в драке с другим молодым Охотником, а?

Я хмыкнул и добавил.

– Получается мой дряхлый дед сильнее молодого Охотника? Забавно, не находишь?

– Что ты сказал? – голос Гарта стал опасным и он напрягся всем телом.

Да уж, парень снова себя не контролирует. Вот только тут люди – что позади нас, что у реки. К слову, они повернули в нашу сторону головы и застыли. Сомневаюсь, что они слышали о чем мы говорили, но такие как Гарт либо бьют там, где никто не видит, либо там, где можно объяснить причину. А зачем бить пустышку, который несет ведра с водой? – Незачем. А тут еще я заметил парочку Охотников, которые остановились у реки и уставились на нас с интересом. Правда, Гарт и компания их пока не видели, потому что стояли спиной к реке. В отличии от меня. Не то, чтобы я ожидал что за меня вступятся, нет. Но Гарт не станет бить пустышку на глазах у Старших Охотников. Это почти…позор.

– То, что слышал. – Я перехватил ведра поудобнее. – Мне нужно идти. У меня есть дела поважнее, чем слушать твое хвастовство. Доказывай свою силу в Зеленом Море, а не перед «пустышкой».

– Смелый стал после одного похода в лес, да? – спросил он сжимая мое плечо своей стальной хваткой.

Как бы я ни хотел стерпеть боль, а лицо против воли перекосилось.

– Гарт! – раздался окрик девушки, который его остановил.

Хватка парня ослабла, а он застыл.

– Чего тебе, Эйра? – спросил он.

Ответ Эйры был…неожиданным.

– А он правда воровал у своего деда? Гарт, а?

К чему эта реплика я сначала не понял, но потом догадался: она хотела всё это перевести в другую плоскость – просто оскорблений.

– Еще как воровал! – подхватил Гарт, оживляясь и чувствуя, что появилась тема «побезопаснее». – Годами обкрадывал старика и…не только его. А что еще остается пустышке кроме этого? Работать он не умеет и не хочет, воровать ведь проще? Да, Эл?

Мне не нужно было смотреть на эту группу молодежи, чтобы ощутить их уничижительные взгляды. Удивительно, они ведь не могли не знать про темные делишки Гарта и Элиаса. Зачем же разыгрывать эту сценку? Разве что…перед другими поселянами, которые слышат и наблюдают за нами. Еще больше очернить и без того грязную репутацию Элиаса. А что, удобно, ведь те, кого больше, за теми обычно и правда, так?

Когда Гарт говорил, то смотрел на меня очень внимательно. Ожидая…реакции. И не дождался.

Я просто смотрел на него. Долго. Спокойно. Своеобразная дуэль взглядами.

И я заметил нечто важное: в глазах Гарта, несмотря на всю его наглость, мелькнула тень неуверенности, когда он говорил про воровство. Он боялся. Не меня – он боялся того, что я могу рассказать. О том, какие именно «деловые предложения» он мне делал. О том, что именно он толкал меня на кражу цветка и он боялся, что прямо сейчас я об этом заговорю. Так зачем лишать его этого удовольствия.

– Помнишь, что я тебе обещал в прошлый раз, Гарт? – поднял я на него глаза, говоря тихо-тихо, – Про те дела, о которых ты не хотел бы, чтобы кто-то узнал? Думаешь лучшее место для разговора? Или может разойдемся? Я понесу воду, а вы пойдете по своим делам? И всем будет хорошо?

– Заткнись, пустышка! – он схватил меня за плечо и прошипел, – Еще слово – и от тебя мокрого места останется!

– Руку. Убери. – отрезал я, – И я пойду домой. Может и лишнего ничего не скажу. Сам же меня тут задерживаешь. На нас смотрят много глаз, не смущает? Вон парочка Охотников остановилась, им тоже интересно.

– Ты… – прошипел он, однако обернулся. И все понял.

– Гарт, оставь его, – донесся голос Эйры, – Зачем марать руки о пустышку. Один удар – и он подохнет, оно тебе надо? Проблем не оберешься.

Хватка Гарта снова ослабла, и он отступил на шаг назад.

– Да уж, ты как всегда права, Эйра. – надменно хмыкнул он, – Он не стоит нашего времени. Иди уже, ворюга.

– Так-то лучше. – хмыкнул я, подхватил ведра и обошел Гарта.

И в этот раз он мне не мешал. Не удивлюсь, если Эйра тоже заметила Охотников, и только поэтому остановила его. Впрочем, я думаю даже не будь тут Охотников, он бы меня не трогал. Припугнул бы, не более. Я ему полезнее на побегушках, просто он еще не понял, что это время окончательно ушло.

Каждый шаг давался мне с трудом. Вёдра были тяжелыми, а мышцы все еще ныли от вчерашнего. Уже на четвертый-пятый шаг руки онемели, а в пояснице несколько раз прострелило.

Но я не остановился и не сбавил темп – не хотел показывать слабость перед теми взглядами, которые буравили мою спину. Я знал, что они смотрят, следят, ждут возможность отпустить шутку. Казалось бы, какое мне до этого дело? Но что-то внутри протестовало перед тем, чтобы показывать слабость. Поэтому я не делал остановок, несмотря на то, что было тяжело.

Да, в каком-то смысле идиотизм, но хотелось побыстрее покинуть это место, эту реку, и не показывать еще большей слабости. У меня получилось, хотя от такого маленького «геройства» аж потемнело в глазах.

Дорога домой казалась бесконечной, а ведра становились тяжелее с каждым шагом. Уже когда отошел достаточно далеко от реки, я сделал передышку. Потом еще одну.

Ничего, скоро к этому весу я привыкну.

Когда я вернулся во двор и поставил вёдра у корыта, то позволил себе выдохнуть и упал на скамейку у стены. Вытер пот со лба и снял мокрую рубаху. И почему Грэм не построил свой дом поближе к реке, как другие нормальные люди?

Ответ я знал – потому что ему сгонять за водой было как нечего делать. С его силищей он бочки мог таскать не запыхавшись. Раньше…до этого всего.

Я вздохнул, ощущая слабость в теле.

Всё, лимит организма исчерпан и тело требует отдыха. Я вспомнил компанию Гарта и взгляды ровесников. Они меня не задевали, но хорошо показывали положение Элиаса в поселке.

Я прожил долгую жизнь и знал: репутацию заработать тяжело, потерять легко, а восстановить – почти невозможно. И сейчас мне придется ее даже не восстанавливать (восстанавливать там нечего), мне придется строить ее заново, кирпичик за кирпичиком. И ждать, какие еще сюрпризы преподнесет память Элиаса. Например, как сегодняшние воспоминания про Эйру, которые проявились в самый неожиданный момент.

Вот только чтобы Элиас ни чувствовал к Эйре, Гарту, да к кому угодно – это не мои чувства. У меня свой взгляд на этих людей.

Тело уже почти высохло от пота и можно было продолжать работу.

Воду я принес, нечего отдыхать – нужно вымыть посуду, приготовить еду, проверить деда.

Я заставил себя подняться.

Собрал все грязные миски, ложки, которые накопились, и начал оттирать их в корыте. Не в большом, я нашел поменьше, в котором Грэм обычно мыл посуду. Вода была холодная и руки быстро замёрзли. Грязь не хотела отмываться, она въелась в дерево и глину. На несколько минут замер на месте и начал копаться в воспоминаниях, ища что же тут использовали для мытья посуды и остального. Память подкинула странные сушеные растения, которые Грэм использовал для подобного. Когда нашел эти несколько пучков то тут же узнал их – они были в тесте системы. Это был местный аналог мыльнянки. Его корни содержат сапонины – природные поверхностно-активные вещества. В старину на Земле их использовали вместо мыла, и тут видимо тоже.

Пучок растения и несколько корешков я растёр в ступке. Затем добавил воды и получилась пенистая кашица с резким, но не неприятным запахом.

После я натёр этой смесью посуду и грязь сразу стала отходить намного легче. Ополоснул чистой водой и готово.

Вздохнув после мытья я поднялся – пора было приняться за готовку.

Зайдя в дом я подошел к полкам, где хранились припасы и начал осматривать, что из этого можно приготовить: деду, да и мне тоже, нужно как следует поесть. После таких нагрузок тело требует много калорий.

Я взял один корнеплод, очень похожий на картошку, но с фиолетовой кожурой, понюхал – пойдет. Тут его употребляли в еду и много. Дальше нашел морковкоподобный овощ. Откусил кусочек, просто чтобы понять вкус. Вкус оказался травянистый, чуть горьковатый.

Интересно. Не совсем то, чего я ожидал. К сожалению воспоминания Элиаса не передавали вкусов и ощущений, просто фиксировали еду как еду. Для него было нормой есть все эти овощи. Ну хоть лук оказался обычным, один к одному с земным. Лук – он и в Африке лук. Чеснок был тоже знакомый.

В принципе, из этого можно приготовить какой-никакой суп.

Собрав все доступные ингредиенты я вернулся к столу. Теперь оставалось самое главное – готовка.

Котелок я повесил над очагом, развел огонь с помощью огнива, подбросил сухих веток, за которыми сходил в сад и раздул пламя. Оно вспыхнуло, жадно облизывая дно котелка.

Пока он нагревался я занялся подготовкой ингредиентов: почистил и нарезал кубиками корнеплоды, замочил в тёплой воде мясо, чтобы хорошенько его размягчить, нашел в небольшом мешочке крупу, – почему-то дед ее не жаловал, – и промыл ее до чистой воды.

И тут началось самое интересное.

Благодаря тесту системы я знал свойства многих трав, которые Грэм использовал как приправы. Не просто их вкусовые качества, а именно лечебные и питательные свойства. Некоторые улучшали пищеварение, другие – укрепляли иммунитет, третьи – способствовали восстановлению сил. Конечно, эффект был незначительным, и проявлялся только при ежедневном использовании, но всё же сейчас и это будет полезно.

Я отобрал несколько пучков сушёной зелени. Горную мяту взял для аромата и улучшения пищеварения (так я запомнил из теста), серебристый тимьян был как природный антисептик, а корневище бодянки (странного и очень жесткого корнеплода, который перемалывали в порошок) – для насыщенного вкуса.

Каждую травку я пробовал на вкус, определяя интенсивность и сочетаемость. Память подсказывала базовые принципы: что с чем сочетается, что усиливает вкус, а что его портит.

Сначала я обжарил кусочки мяса в том же котле. Мясо зашипело, заполнив кухню аппетитным ароматом.

Потом залил всё водой, довёл до кипения, добавил промытую крупу и накрыл крышкой.

Теперь нужно было ждать пока всё проварится, а пока самое время заняться специями. Я растер в ступке листья горной мяты, постарался не слишком мелко, чтобы они отдали свой аромат постепенно, после чего добавил щепотку серебристого тимьяна, которого нужно было совсем немного – эта трава была очень ароматной.

Теперь оставалось только ждать.

Я сел на скамью возле очага, глядя на котелок. Пар вырывался из-под крышки, неся с собой запахи варящегося мяса, овощей и трав.

Через минут двадцать, когда суп был почти готов, я попробовал его и остался доволен. Можно было конечно сказать, что намешал всё как попало, но мне понравилось!

Возможно, я еще разберусь в местной кулинарии и в ее традициях, пока же в отношении готовки я шел вслепую.

Желудок от запахов, идущих из-под крышки, заурчал громче.

Я снял котелок с огня, разлил суп в две деревянные миски. Одну оставил себе, вторую взял и понёс деду. От запаха супа он уже проснулся. И это был неплохой знак: раз проснулся, значит хочет есть, а раз так, то идет на поправку.

Во всяком случае мне хотелось в это верить.

– Что это? – спросил он, с подозрениям глядя на тарелку с ложкой.

– Суп. – коротко ответил я, – Приготовил из того, что было в доме.

– Ты? Готовил⁈ – удивленно переспросил он.

– Я, а кто же ещё?

– Не знаю… Просто пахнет… – он замолчал, подбирая слова. – Пахнет неплохо… Как в хорошей таверне.

– Ну, я старался. – улыбнулся я.

Хотел помочь Грэму есть, но он на меня жестко посмотрел и сказал:

– Я сам есть могу. Не настолько я слаб, чтобы меня как ребенка кормили. Давай ложку уже!

Я дал.

Грэм осторожно зачерпнул суп, понюхал, а потом попробовал и его брови поползли вверх.

– Хорошо…очень хорошо…когда ты успел научиться готовить?

– Видимо, когда приходится – учишься быстро, – заметил я. – Тем более…ничего сложного, бросил в воду то, что у нас было и добавил трав. Вот и все. Суп готов.

– Ну.так-то да… – согласился Грэм.

Грэм быстро доел суп, и я увидел, что впервые за долгое время он выглядел по-настоящему сытым и довольным.

Несколько минут он просто сидел с закрытыми глазами, а потом сказал:

– Есть ещё кое-что, – сказал дед, – Вчера я позабыл об этом. В шкафу с настойками есть небольшие склянки, в самом низу. Одна из них с дырявой пробкой и желтой мутноватой жидкостью. Не бог весть что, но…может хоть немного свойств сохранила.

Я кивнул, быстро метнулся к шкафу и, найдя нужную склянку, вернулся:

– А что это? – спросил я и покрутил ее в руках.

– Восстанавливающий отвар, – пояснил Грэм. – Слабый, я сам варил. Он немного прибавляет сил. Мои навыки варки слабые, но тут уж либо дано, либо не дано. Увы, алхимики и хорошие травники слишком дорого просят даже за такие простые штуки, а если не знаешь рецепта, то сам ни за что не сваришь ничего подобного. А мне когда-то удалось раздобыть не рецепт, но хотя бы состав.

Я поднес склянку к свету.

Жидкость была действительно мутной, с какими-то частицами на дне.

А что если…?

[Анализ]

Привычное покалывание сменилось на слабое головокружение, но не такое сильное, как вчера. Может, я восстанавливался? Или эта настойка проще для анализа?

Перед глазами всплыла информация:

[Слабый восстанавливающий отвар: Состав: корень и кора железного дуба, лунный мох, восстанавливающая трава, листья мяты серебряной,.

Эффект: слабое восстановление сил, снятие усталости

Качество: низкое (нарушены пропорции, неправильная температура варки, примеси)пропорции не оптимальны, время настаивания недостаточно

Примечания: Настойка работает, но эффективность снижена на 66% из-за ошибок в процессе приготовления. Эффект: легкое восстановление энергии, снятие усталости]

Значит, Грэм варил это сам и допустил ряд ошибок: система указывала на не те пропорции и не ту температуру. И даже при этом, она обладала кое-каким эффектом. Интересно…

Главное, рецепт теперь у меня есть. Простой, всего четыре ингредиента. Третий рецепт в моем списке. Это уже что-то. Но самое главное, мне нужно не вызвать подозрений. Если я начну варить по этому рецепту, то возникнет закономерный вопрос, откуда я его знаю? Поэтому…надо спросить состав у старика.

Я отдал склянку Грэму, он выпил ее залпом и поморщился.

– Гадость, – проворчал он. – Но немного работает.

– Дед, ты сказал что сам ее варил и знаешь рецепт.

– Ну да, знаю. – сказал он и отложил склянку в сторону.

– Можешь сказать его? – спросил я.

В глазах Грэма мелькнуло какое-то подозрение.

– Тебе зачем?

Я ответил правду.

– Варить хочу. Если она тебе помогает хоть немного, это того стоит. Это самое малое, что я могу сделать. Если там ингредиенты, которые можно достать, то я это сделаю. Попробую сварить, может что и выйдет.

Секунд десять старик молчал переваривая услышанное.

– Да уж…неожиданно… Помнится, пару лет назад я пытался тебя учить варке и из этого ничего не вышло.

– То было давно и я был ребенком. – отмахнулся я, – Сейчас это вопрос твоего здоровья.

– Элиас, это не так просто как кажется…нужно строгая последовательность, понимание свойств, и, самое главное, – терпение… Алхимия требует терпения.

– Оно у меня есть.

Грэм покачал головой, но еще через секунд десять он посмотрел на меня долгим, бурявящим взглядом и сказал:

– Ладно, запоминай. Чувствую, сейчас просто отрублюсь: кора железного дуба, лунный мох, восстанавливающая трава, листья серебрянной мяты… в такой последовательности…

Ингредиенты я уже знал, но делал вид, что запоминаю.

– Где растет…знаешь… – добавил он и в тот же миг отключился.

Не хотелось, конечно, обманывать этого старика, но выбора нет. Последнее, что мне сейчас нужно – это лишние подозрения. Если какие-то подозрения у Грэма и есть, то он их скорее всего объясняет ударом громового цветка и пробудившимся Даром.

Пока всё можно списать на это… До поры до времени.

Я тихо вышел из комнаты.

Итак, у меня три рецепта: дешёвое противоядие от волчьего яда, дорогой эликсир очищения крови и слабая восстанавливающая настойка. Противоядие мне сейчас не нужно, эликсир очищения…я просто не смогу добыть его ингредиенты, а вот восстанавливающая настойка…да. Во-первых она может помочь деду, а во-вторых перед тем как отключиться, он сказал «где растет знаешь».

Знал Элиас, а не я.

С этими мыслями сел есть подостывший суп. Одновременно с этим копался в воспоминаниях, отыскивая информацию об этих четырех ингредиентах: корень и кора железного дуба, лунный мох, восстанавливающая трава и листья мяты серебряной.

И очень повезло, что она была. Отвар действительно состоял из легкодоступных ингредиентов. Даже Элиас знал где их найти, а теперь знал и я. Каждый раз, когда я думал о нужном ингредиенте, то память подкидывала воспоминания, связанные с ним, мне оставалось только отфильтровать их, и выбрать нужное.

Когда закончил есть, то начал собираться. Взял сумку, небольшую корзину, небольшую тяпку, тряпки, кинжал, натянул сапоги, и вышел наружу.

Там меня встретил важно восседающий на ступеньках Шлепа.

– Охраняй тут всё. – бросил я ему

Еще раз взглянув напоследок на этот дом, который становился почти родным, и на гуся, я двинулся в сторону леса.

Первым ингредиентом, который я шел добывать был корень железного дуба, который рос в лесу, правда, на самой окраине Кромки. Именно для него и нужна тяпка.

Что ж, вот и первый самостоятельный выход в лес.

Ладно, – поправил я себя, – Не в лес, а в Кромку.

Глава 14

Я решил начать с железного дуба, потому что это был самый сложный ингредиент – остальные находились вне леса и вне Кромки. В свое время Элиас пытался подзаработать на простых ингредиентах, но к сожалению то, что легко добывается, так же мало и стоит, поэтому он бросил это неблагодарное занятие и занялся чем-то более простым. Вроде воровства.

Самостоятельный выход в лес уже не был таким страшным: стояло позднее утро, а я собирался ходить у края, в такое время ходит, скорее всего, не один собиратель. Отличие большинства собирателей от того же Грэма было в том, что он охотился за конкретными ценными растениями в глубине, а они брали огромным количеством полезных, но дешевых. Это тоже было нужно гильдиям и скупщикам трав, которые останавливались неподалеку от поселка.

Воздух снаружи наполнился тем самым особым покалыванием – живой. Похоже, утром жива была как будто чище и немного насыщеннее. До сих пор я на это не обращал внимания. Правда, и времени у меня толком не было.

Я глубоко вздохнул, ощущая, как крошечные частицы энергии входят в легкие и оседают в теле, медленно наполняя духовный корень. Процесс был почти незаметным, но постоянным, словно капли воды, медленно падающие в чашу.

Интересно, с ростом ранга Дара будут ли расти размеры корня, или рост Дара – это именно способность его использовать, а объем внутреннего хранилища живы остается прежним? Нужно будет у Грэма спросить, потому как Элиаса этот вопрос не волновал. Хотя, зачем ему было об этом думать, если он не обладал Даром? Да и вообще, старику нужно задать много вопросов, только не скопом, чтобы не вызывать снова подозрений. Не всё мне пока было понятным в этом мире, в этом поселке, с этими «Дарами» и иерархией власти.

Путь до Кромки я преодолел довольно быстро – это тебе не с тяжелыми ведрами с реки возвращаться.

Лес встретил меня спокойно: никто не норовил напасть, и никакая тварь не пикировала на меня сверху. Уже привычно кроны деревьев сомкнулись надо мной и воздух изменился, став плотнее, насыщеннее, а накопление живы ускорилось. Не настолько, как в глубине Зелёного Моря, но ощутимо, в сравнении с домом. Я чувствовал живу кожей, легкими, каждой клеткой тела. Словно погружался в теплую ванну после долгого холода. И я заметил, что до пробуждения Дара мои ощущения были иными, более приглушенными.

Я шел по уже протоптанным тропкам, и был такой не один: в пределах видимости брели, приглядываясь к растениям вокруг, редкие собиратели трав, благо Кромка была огромной места хватало всем. Это немного успокаивало. Когда я возвращался с Грэмом из глубины, то ни о чем не думал, кроме того, чтобы побыстрее его дотащить и спасти, а сейчас мозг уже более трезво оценивал опасности.

Большинство собирателей, насколько я знал из воспоминаний, выходило на поиски чуть ли не на заре, а эти были уже так, припозднившимися. Видел я и несколько отрядов Охотников: скорее всего их целью были магические звери в глубине леса или редкие растения, а может, и то и другое.

Шёл медленно, прислушиваясь к своему телу. После этого похода за водой, да и вчерашнего марафона с дедом оно все еще ныло, а мышцы были забиты. Но я чувствовал, что организм восстанавливался – молодость брала своё. Или это поход к реке и встреча с Гартом меня так взбодрили? Ничто так не мотивирует на действия, как осознание собственной слабости. Вид Гарта и остальной молодежи еще раз напомнил о том, что мои проблемы не ограничиваются черной хворью Грэма и долгами Трану. Возможно, о каких-то я просто не знаю. Уже не в первый раз я замечал, что для памяти триггером на воспоминания становились люди или предметы.

Я вздохнул этим мыслям и продолжил осторожно идти, стараясь не выходить за тропку – безопасность Кромки была относительной.

Железные дубы росли на самой ее границе, правда, идти до них было не менее получаса вбок от поселка. Это были крепкие деревья с характерной серо-стальной корой и листьями с металлическим отливом. По воспоминаниям Элиаса, дед не раз показывал ему эти деревья, объясняя их ценность. Корни и кора содержали вещества, укрепляющие организм и очищающие кровь. Правда, в чистом виде это было эффективно только для обычных людей – для одаренных уже нужны были более сложные многокомпонентные зелья и эликсиры. Именно поэтому алхимики и травники брали за свою работу немалые деньги – полезные свойства растений раскрывались на полную мощь лишь в правильных сочетаниях, нужных температурах и пропорциях, которые знали только они, и ни с кем не делились. Вот уж действительно, знания – сила. И у меня понемногу эти знания накапливаются. Оставалось разобраться с тем «Архивом» растений, который я получил благодаря тесту. Пока шел, пытался найти соответствие в увиденном со своей «базой данных». И как минимум дюжину простеньких растений я узнал. Пользы пока особой в них не видел, но это, пока,.

Двигался осторожно, поглядывая по сторонам и следя за тем, куда ступать и при этом стараясь не производить шума. Это было не так просто, потому что пришлось свернуть с протоптанных дорожек в сторону – железный дуб рос в стороне от мест, где работали собиратели.

По пути к нужным мне деревьям я встретил еще парочку сборщиков: пожилую женщину с корзиной и мужчину с вязанкой хвороста. Оба посмотрели на меня с легким подозрением и молча обошли. Дед, правда, предупреждал, что тут лучше много не болтать, но мне почему-то казалось, что дело было совсем не в этом. Возможно они знали Элиаса. Память парня молчала.

Пару раз я натыкался на места, где была так называемая пыльца дурманного мака, которую я уже встречал во время первого выхода в лес с Грэмом. Но я уже знал, что в таких местах лучше просто не дышать. В целом я был достаточно внимателен и постоянно искал взглядом железный дуб.

И первое подходящее дерево я нашел довольно скоро: оно стояло на краю небольшой поляны, где утренний свет пробивался сквозь листву и падал на мшистую землю золотистыми лучами, в которых изредка пролетали частицы пыльцы-живы. Красиво. Лес в некоторых местах был не такой густой и было достаточно светло, как вот в этом месте.

Но сейчас все мое внимание захватил железный дуб. Я подошёл к нему и положил ладонь на шершавую кору. Под пальцами почувствовал необычную текстуру, будто кора была покрыта тончайшим слоем ржавчины. Очень необычно. Запах был похож на железный, а еще…как будто под пальцами я почувствовал пульсацию. Что-то мне подсказывало, что после пробуждения Дара мое восприятие изменилось. Только я еще точно не понимал как именно. Хотелось несколько раз применить Анализ, и любопытство пересилило.

Решил, что один анализ выдержу. Все-таки я не настолько уставший как был вчера.

Анализ!

В ту же секунду ноги подкосились, но я устоял на ногах.

[Растение: Железный Дуб

Свойства:Мощное кровоостанавливающее. Вяжущее. Тонизирующее. Стабилизирующая основа (связывает компоненты эликсиров).

Применение: Б азовый ингредиент для большинства простейших эликсиров (очищающих, восстанавливающих) и отваров для поднятия общего тонуса организма.

Примечания: Корень обладает наивысшей ценностью и концентрацией веществ, кора используется как вспомогательный элемент. Имеет характерный терпкий запах.]

Ладно, а теперь за дело.

– Извини, друг, – прошептал я, продолжая ощущать рукой кору и прислушиваясь к дереву, – Мне нужна твоя помощь.

Я достал нож и попробовал поддеть кору ножом, и искренне удивился, когда лезвие едва процарапало поверхность дерева.

Вот черт! Я не учел, что кора может быть настолько прочной, этого в воспоминаниях не было!

Пришлось приложить значительно больше усилий. Я нашел место, где кора треснула естественным образом и начал аккуратно отделять куски. Работа была медленной, кропотливой. Нож то и дело соскальзывал, и я едва не порезал себе пальцы несколько раз.

Наконец, я отделил несколько пластин коры размером с ладонь. Они были тяжелыми, плотными, а исходящий от них запах специфично терпким, чуть горьковатым, с металлическими нотками. Будто я держал в руках не кусок коры, а холодный кусок железа, долго пролежавший в земле.

Положив кору в сумку, я продолжил работу – теперь пришла очередь корней.

Я обошёл дерево по кругу, высматривая место, где корни выходят на поверхность.

Я опустился на колени и начал откапывать предусмотрительно взятой тяпкой корень. Очистив его от лишней земли, взял кинжал и начал резать. Корень оказался плотным, почти как камень, и его пришлось пилить. От каждого движения ножа оставались стружки металлического цвета. По итогу срезал несколько кусков корня толщиной с мой палец, а длиной с локоть. Брал с запасом. Когда закончил, положил добытое в сумку рядом с корой. Дерево было большим, так что потеря одного корешка его не погубит.

Такого куска мне должно хватить не на одну варку.

Вдруг в голову пришла одна мысль: я ведь поглощал живу из Древа Живы – может я смогу делать то же самое с крупными деревьями? В них точно много энергии. Вот только…отдадут ли они ее мне?

Я положил ладонь на древо и попытался словно втянуть живу из него в себя. И в тот же миг…

– Ай!

Руку пронзило до крови десятками иголочек, выступивших из коры. Я даже отдернуть ее не успел!

От боли скривился, но осторожно убрал руку. В ту же секунду дерево убрало металлические иголочки, будто их и не было.

– Понял-понял, слишком обнаглел: и кору взял, и энергии лишить хочу. – пробормотал я.

Даже странно, что кору и корень дерево отдало без проблем, а вот попытка покуситься на ее живу была воспринята как атака.

Теперь понятно – растения не хотят так просто отдавать живу.

Хорошо, кора колется, а что если взяться за корень? Может там не будет колючек?

Думал, что самый умный и поплатился: точно такие же иголки выскочили из корня, будто из ниоткуда. Даже не иголки, скорее этакие металлические заусеницы. Но я не обратил на них внимания, а попытался высосать немного живы. И когда попытался потянуть ее, то ощутил стойкое сопротивление, которое просто не смог преодолеть! Дуб не собирался мне отдавать ни капли своей энергии, да еще и боль в руке мешала как следует сосредоточиться.

Убрал руку и попробовал по-другому: обмотал тряпкой руку, чтобы колючки не прокололи. Ага! Без телесного контакта я просто не ощущал живу.

Ладно. Если бы всё было так просто, то ценность живы не была бы так велика.

Размотал ткань и взглянул на полученные раны, болезненные, но не более того. Проверил, не осталось ли заноз – как будто было чисто.

Посмотрел на этот мощный дуб и понял, что он мне не по зубам.