Текст книги "И пришел Разрушитель. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Валерия Веденеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Голос донесся из-за поворота.

Риен вытащил нож и только потом завернул за угол. Там, в прежней одежде охранника, стоял Тималь.

– Чего надо? – недовольно буркнул Риен.

Эльф махнул рукой, показывая на тускло освещенный коридор без единой двери.

– Тут глухой тупик, сюда редко кто заходит. Пойдем, поговорим, – и зашагал в указанном направлении первым. Риен, хмурясь, проводил его взглядом, но все же последовал.

– Ты ведь из заложников, – начал Тималь. – Как и я, оказался здесь против своей воли. Ты же не хочешь просидеть в замке восемь лет, а потом, когда припасы закончатся, подохнуть от голода? Хочешь выбраться, верно?

– Ну… – начал Риен, не уверенный, что на это сказать, но эльф, не дожидаясь ответа, продолжил:

– Есть способ взломать купол изнутри.

Глава 13

– Какой способ? – спросил Риен, а потом задался вопросом о том, так ли уж ему надо это знать.

Тималь таким вопросом не задавался.

– Несколько лет назад Тонгил украл у нас артефакт. Древний и очень могущественный. Он несколько раз использовал его для создания химероидов, а затем спрятал где-то здесь, в замке. Сила именно этого артефакта держит купол.

– То есть его нужно уничтожить, и купол… – начал Риен, но Тималь торопливо и даже испуганно перебил:

– Нет! Уничтожать ни в коем случае нельзя! Его можно… заблокировать. Я знаю как. И тогда купол просто исчезнет.

Риен отвел взгляд от эльфа и уставился в пустоту коридора. Не будь у него Темного Дара, он бы с радостью ухватился за возможность разрушить купол. Но сейчас… Сейчас…

Впрочем, нет, сперва следовало узнать детали, а отказаться он мог в любой момент.

– Рассказывай, – сказал он эльфу. – Где этот артефакт находится, как выглядит? И… почему ты решил обратиться именно ко мне? Мы ведь, вроде как, враги.

Тималь поморщился.

– А больше мне обратиться не к кому, – ответил он с искренним сожалением. – Только ты знаешь про смерть Тонгила и про то, что сидеть нам здесь, пока Кракен не проснется.

«Пока Кракен не проснется»?

Риен сперва недоуменно моргнул, а потом с некоторым усилием вспомнил, что означала эта поговорка. Да, точно, существовала легенда, что некогда эльфы жили на берегах Змеиного моря. Но однажды из его глубин поднялся Кракен – огромное древнее чудовище – и разрушил все их города. Тогда-то эльфы и бежали вглубь материка, после чего поселились в Лазурной долине. Но нового пробуждения Кракена они боялись до сих пор.

– Я уже пробирался в личные покои Тонгила, все обшарил – там артефакта точно нет, – продолжил Тималь. – Значит, остаются только лаборатории.

Риен поежился. У лабораторий мага была худшая репутация, чем даже у его подземных темниц.

– Ты думаешь, Тонгил не воскреснет? Когда Торис и Финеус говорили о его возвращении, звучало это так, будто он уехал в далекую страну, а не умер.

Тималь пожал плечами.

– А что им остается? Они заперты здесь так же, как и мы. Если потеряют надежду на его возвращение, то свихнутся. А насчет воскрешения – ты сам помнишь хоть одного мага, который вернулся из мертвых? Сказки это.

– Ну… Раньше такое случалось, – пробормотал Риен, – в старинных хрониках об этом есть.

– Сказки, – уверенно повторил Тималь. – Сказки, распространяемые Темными, чтобы их сильнее боялись. Так вот, насчет артефакта. У меня есть отмычки. Они могут вскрыть любые двери, ну и двери лабораторий тоже. Они магические, но Дар для их использования не нужен. Ты сейчас каждый день спускаешься в подземелья, стражники к тебе привыкли. Тебе нужно будет приучить их к тому, что каждый спуск станет занимать чуть дольше. Так ты будешь оставлять запас времени для того, чтобы проскользнуть на этаж, где находятся лаборатории. Это не обязательно делать быстро! – добавил он торопливо, и Риен понял, что его лицо, должно быть, отразило то, что он думал о проникновении в лаборатории Тонгила. – Мы тут все равно заперты, времени полно.

Отмычки.

Магические.

Мысль о проникновении в лаборатории Риену совсем не понравилась, но отмычки – это было интересно.

И Риен кивнул эльфу.

– Хорошо. Тогда расскажи мне все, что знаешь о лабораториях, о том, как артефакт выглядит, и о том, как работают твои отмычки.

* * *

(замок Тонгила на севере, десять дней после появления купола)

Риен задумчиво уставился на предмет, который эльф ему дал. Когда Тималь упомянул о магических отмычках впервые, Риен представил нечто, похоже на ключ, может быть – на ключ необычной формы. Или же – на длинную железку с зазубринами на конце, подобную той, что используют обычные воры. Но это… Во-первых, это было сделано из дерева. Красного дерева дорогой породы, но все равно – дерева. Во-вторых, имело круглую плоскую форму с кошачьего вида ушками. В-третьих, посредине круглеша было просверлено отверстие – для того, чтобы, очевидно, его можно было носить на цепочке.

– Ты издеваешься, да? – спросил Риен и сунул кругляш Тималю назад в руку. – Хорошая шутка, молодец.

Эльф закатил глаза и мученически вздохнул.

– Это маскировка, человек! Ну сам подумай, кому придет в голову, что глупая висюлька на самом деле – сильный магический артефакт?

– Точно не мне, – согласился Риен.

– Ее достаточно приложить к замку и приказать, чтобы тот открылся. Да на любой запертой двери попробуй и увидишь.

Немного подумав, Риен протянул руку и забрал висюльку обратно.

– Ладно, я проверю.

* * *

(замок Тонгила на севере, двадцать дней после появления купола)

Риен был уверен, что вечером камин в его комнате был пуст. Абсолютно уверен. Но сейчас он проснулся под тихое потрескивание огня, грызущего уголь, который прежде лежал в корзине рядом с камином.

Чья-то шутка?

Первым делом Риен посмотрел на дверь – но та, как и положено, была заперта изнутри на засов. Не удовлетворившись этим, он встал и подергал ее – нет, точно заперта, засов иллюзией не был. Окно тоже было закрыто – последнее время прохлада ощущалась даже днем, не говоря уже о ночном времени, и Риен всегда закрывал окно на ночь. Дома в это время года еще стояла жара, но здесь был север. Местные говорили, такое похолодание тут случалось часто.

Все же, кто мог это сделать? И зачем?

В голову приходил только эльф, но причину такого поступка Риен, как ни пытался, придумать не мог.

Он подошел к камину и раздраженно уставился на пляшущее пламя.

То на мгновение взметнулось еще выше – и погасло.

Риен заморгал. Потом протянул руку к красным углям. Огня над ними не было, но жар шел.

Он что, только что мысленно потушил огонь?

Сейчас Риен начал смутно припоминать, как проснулся среди ночи оттого, что замерз, как не хотелось ему вылезать из-под одеяла, чтобы укрыться чем-то еще. А потом вдруг начало теплеть, и он снова провалился в сон.

По телу Риена прошла невольная дрожь. Нет, никто сюда не пробирался. Это сработала его собственная магия…

Риен, честно сказать, вовсе не собирался вскрывать лаборатории Тонгила и искать там таинственный артефакт. Эльф, конечно, уверял его, будто все ловушки на незваных гостей, если они и были в лабораториях, со смертью мага исчезли. Риен тогда не стал с ним спорить, но он прекрасно помнил подземного демона, выбравшегося из подкопа, сделанного Светлыми магами. Так что нет, Тонгил мог умереть, но творения его рук никуда не делись. Тем более что маг готовился к своей смерти и явно все предусмотрел. По крайней мере сам Риен на месте Тонгила поступил бы именно так.

Эльф решил использовать Риена для собственных целей – Риен не мог не заметить, как сильно хотелось эльфу получить этот артефакт. Ну так и Риен использует эльфа, вернее, его магическую отмычку, для своих…

И сейчас, глядя на погашенный его волей огонь, Риен, наконец, решил, для каких именно.

* * *

(замок Тонгила на севере, двадцать семь дней после появления купола)

После первого спонтанного выброса Дар начал напоминать о себе все чаще. Через день, каждый день, потом – несколько раз в день. Сами собой зажигались свечи, сами, будто от порыва ветра, открывались двери. На одного нагрубившего Риену стражника вдруг упала сорвавшаяся с петель дверь и чуть не пришибла, а второй при спуске с лестницы вдруг ни с того ни с сего поскользнулся…

Пока что никто не связывал происходящие странности с Риеном, но он боялся, что это лишь пока. Что с ним сделают, когда узнают? Сейчас в замке под куполом, Риен был единственным магом, причем необученным, а, значит, непредсказуемым. Его могли счесть слишком опасным и убить.

Перед Риеном во весь рост встал выбор: все же искать эльфийский артефакт, чтобы сбежать из замка, или попытаться обуздать Дар самостоятельно. И, если бы за куполом не продолжали копошиться Светлые маги, он бы, наверное, склонился к первому варианту.

«Отмычку» эльфа он, кстати, в первый же день проверил как на своей двери, так и на соседних. Она действительно работала.

* * *

Сложив все нужные продукты в корзину, Риен потянулся за специями, достал мешочек с айлой и спрятал под одежду. Идея использовать эту специю пришла из рассказа сестры – именно так она усыпила своих охранников перед побегом. В вареном виде айла придавала блюдам пряный аромат, а вот в сыром служила отличным снотворным.

Стражники сидели на полу, прислонившись к стене у входа в покои Тонгила. Один похрапывал, второй спал бесшумно. Риен глубоко вздохнул, хотел было попросить о помощи Солнечного, но вовремя вспомнил, что сейчас ему, как обладателю Темного Дара, лучше было вообще не привлекать к себе внимание Светлого Бога. Прокрался к двери, прижал к ней «отмычку» и услышал, как тихо клацнул замок, открываясь.

Сработало.

Он шагнул внутрь и замер, настороженно оглядываясь по сторонам. Но в небольшой гостиной, в которую вела дверь, было тихо и спокойно. Никакой демон не выпрыгивал из угла, никакое заклинание не опутывало его сетью…

Риен аккуратно закрыл за собой дверь – вновь клацнул замок – вытащил из-за пазухи свечу, зажег ее магией – это получалось у него уже легко – и прошел дальше. Ему нужны были книги по магии. Книги, которые объяснили бы ему, как научиться контролировать свой Дар.

Тени от свечи танцевали на полу и стенах, а потом, когда он прошел в следующую комнату, дрожащий огонь – и сам Риен – отразились в высоком, во всю стену, зеркале.

Риен взглянул на свое отражение и застыл. Тот, кто отражался там, казался совсем другим, чем Риен себя помнил. Нет, рост, черты лица, цвет глаз и волос зеркального Риена остались знакомыми, но вот выражение лица было чужим.

Риен, заходя в покои Тонгила, чувствовал страх и даже не пытался его скрывать – было не перед кем. Однако тот, кто сейчас смотрел на него из зеркала, не боялся. У зеркального Риена губы были сжаты в суровую линию, а глаза смотрели холодно, пристально, изучающе.

Риен торопливо отвернулся, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом. Но в последнее мгновение еще успел уловить яркую синюю вспышку над правым плечом отражения. Торопливо посмотрел в том направлении, где вспышка должна была быть. Нет, ничего, только шкаф, битком набитый книгами.

Судорожно сглотнув и запретив себе смотреть в зеркало, Риен подошел к шкафу и начал читать названия на корешках книг.

Несколько подходящих книг он нашел только полчаса спустя. Они были убраны на нижние полки и задвинуты во второй ряд – Риену следовало сразу догадаться, что Тонгил в книгах по основам стихий давно не нуждался. Книга по огненной магии, книга по водной и, наконец, одна по контролю. Правда, по контролю над Воздухом, но Риен решил, что основные моменты должны совпадать по всем стихиям. Вернее, он очень надеялся, что они совпадут.

Проходя назад к выходу, он изо всех сил старался не смотреть в зеркало, но не удержался, взглянул. Риен из отражения уставился на него в ответ, надменно прищурившись, а над его правым плечом вновь заблестело что-то крупное, отдающее синевой.

Усилием воли Риен заставил себя отвернуться и выйти в гостиную. Прижал ухо к двери – там, снаружи, все казалось тихо. Открыл – изнутри это оказалось не сложнее, чем снаружи, – вышел и вновь запер за собой дверь. Стражники продолжали спать.

У места, где коридор поворачивал, Риен обернулся и кинул в ближайшего стражника заранее припасенным небольшим камнем. Стражник дернул ушибленной ногой, но не проснулся. Второй камень попал ему по щеке. Стражник пробормотал что-то, сонно моргая, и Риен торопливо завернул за угол. Уже оттуда он услышал, как разбуженный им стражник в свою очередь будит напарника, громко ругаясь и пугая скорым обходом старшего.

Что ж, теперь никто не узнает, что стражники по непонятной причине заснули на посту, а сами они точно не расскажут.

* * *

(замок Тонгила на севере, сорок девять дней после появления купола)

Тималь нервничал.

Риен знал, что эльфы отлично умели скрывать все проявления эмоций, но, судя по Тималю, это умели только взрослые. Потому что эльф, который сейчас стоял перед ним, разве что не заламывал руки. Волнение и тревога были практически написаны на его лице крупными рунами, проскальзывали в каждом движении тела.

– Ты даже не пытался проникнуть в лаборатории! – эльф пытался говорить гневно, но тревога и страх слышались в его голосе куда более отчетливо.

– У нас куча времени, ты сам так сказал, – возразил Риен, который, честно сказать, настолько увлекся изучением книг, украденных из комнат Тонгила, что про лаборатории и эльфийский артефакт забыл. Сейчас вот, стоя лицом к лицу с возмущенным Тималем, пришлось вспомнить.

– Я передал тебе отмычку полтора месяца назад! – видно было, что Тималь с трудом удерживается проклятий.

Риен успокаивающе вскинул руки.

– Не кипятись. В ближайшие дни попытаюсь.

– Ты обещал, человек! – с этими словами Тималь ткнул Риена в грудь пальцем, но выражение лица у него было такое, будто бы предпочел ткнуть ножом. Потом резко развернулся и первым вышел из пустой комнатушки, куда пару минут назад затащил Риена чуть ли не силой.

Риен проводил его взглядом и, когда тот скрылся за дверью, дернул углом рта в неприязненной гримасе. Поведение эльфа было странным. Будто что-то случилось. Что-то, заставившее его торопиться. Испугавшее его. Сильно испугавшее.

Что именно?

* * *

(замок Тонгила на севере, пятьдесят два дня после появления купола)

Риен больше не боялся подземелий. Не боялся жизни в замке. Не боялся даже оборотней. Привык.

И к Темному Дару он тоже привык.

Почти.

Его эмоции больше не выплескивались бесконтрольно. Главная проблема, как оказалось, заключалась в том, что прежде он пытался сдерживать вспышки Силы, а надо было осознанно переводить их в работу стихий. Лучше всего для этого подходил Воздух – кто удивится, если неожиданный порыв ветра вдруг распахнет окно или дверь, или даже опрокинет что-то? Конечно, это не было настоящей магией, но это откладывало момент его разоблачения. Давало ему больше времени на изучение книг Тонгила.

Осень, как ни странно, принесла тепло, словно бы стихийные духи решили хоть так оправдаться за слишком холодное лето.

Позавчера Риен подвернул ногу, когда нес очередную корзину с продуктами на кухню, и на пару дней его освободили от работы. Нога перестала болеть уже через час, так что Риену приходилось напоминать себе прихрамывать, когда он шел там, где его могли видеть.

Сейчас он стоял недалеко от крепостной стены под навесом из желтеющей кроны деревьев и, запрокинув голову, наблюдал за дождем, бьющим в купол. Прежде дождь свободно проходил сквозь магическую преграду, будто не видя ее, но сегодня внутрь попадала лишь малая часть воды, большая часть стекала по стенам купола.

– Удивительно, насколько предусмотрительным оказался наш гостеприимный хозяин, – раздавшийся рядом голос заставил Риена подскочить от неожиданности. Он развернулся, коря себя за невнимательность. В шаге от него стоял человек, чье лицо показалось Риену смутно знакомым. Впрочем, обитателей замка было слишком мало, чтобы кто-то из них все еще мог считаться незнакомцем.

Человек был высокий и очень худой, с коричневой, как у кочевника, кожей, но с тонкими чертами чистокровного септа. Он смотрел на Риена с доброжелательным выражением лица.

– Вы…

– О, прошу прощения. Тарэс Санах Сэймин к вашим услугам, молодой тар, – человек поклонился.

Теперь Риен вспомнил – Сэймин был одним из людей, приехавших с киретским караваном. Одним из «лишних ртов», как назвал их Торес.

– Вы знаете, кто я?

– Конечно. Вы один из юных гостей нашего любезного хозяина, Риен ар-Корм, – тарэс Сэймин вежливо улыбнулся. – И, за исключением его эльфийского высочества, самый высокородный здесь.

– Наверное это из-за высокородства Костана заставляет меня вкалывать как раба в каменоломнях, – буркнул Риен.

– Ничуть не удивлюсь, – тарэс Сэймин закивал. – Мне доводилось слышать, будто в молодости у тэрэсы Костаны был высокородный любовник, увы, безжалостно ее бросивший. С тех пор она несколько, гм, предвзята к благородным тарам.

Риен попытался представить мощную повариху, управлявшую на кухне при помощи подзатыльников и громогласных проклятий, юной девушкой, достаточно красивой, чтобы привлечь внимание нобиля, но его воображение спасовало.

– Вы упоминали о предусмотрительности Тонгила, – сказал Риен, вспомнив фразу, с которой Сэймин начал разговор. – Что вы имели в виду?

Тот указал наверх.

– Разделение воды. Господин Тонгил явно ожидал, что враждебные маги, осадившие замок, попытаются смешать ядовитую воду с настоящим дождем. Как видите, яд безвредно скатывается по стенам купола.

– Яд?! – нет, Светлые маги не могли так поступить. В замке жило полтора десятка благородных заложников!

– Или снотворное, – не стал настаивать на своей версии Сэймин. – Или что-то еще. В любом случае купол служит еще и фильтром. Удивительно тонкая работа.

– Тарэс Сэймин, вы маг?

– Я? – смуглый септ удивленно заморгал. – Нет, нет, что вы! Какой из меня маг? Так, нахватался знаний по вершкам во время путешествий. Господин Тонгил не позволил бы мне тут появиться, будь я магом. Он очень строго относится к своей безопасности… Что ж, было весьма приятно пообщаться с вами, тар ар-Корм, желаю хорошего дня, – Сэймин дружески похлопал Риена по плечу и, развернувшись, пошел прочь, оставив Риена растерянно смотреть себе вслед. Последний фамильярный жест совсем не вязался с подчеркнуто вежливой манерой речи Сэймина.

* * *

(замок Тонгила на севере, пятьдесят четыре дня после появления купола)

Риен поставил корзину с продуктами на пол, снял с шеи «отмычку» Тималя, задумчиво посмотрел на ближайшую к нему дверь лаборатории и повесил отмычку назад. Нет, открывать дверь он не собирался. Хотя последнее время голову все чаще поднимало любопытство, оно не было достаточно сильным, чтобы толкнуть его к такому самоубийственному поступку. Риен лишь собирался пройтись по коридору, запоминая, как все двери выглядят – на случай, если Тималь начнет спрашивать, – а дня через три вернуть Тималю его «отмычку» и сказать, что ничего не получилось.

Ну а если эльф ему не поверит, то пусть ищет способ пробраться мимо оборотней Ториса сам. Оборотни – это не стражники-люди, их так просто не усыпить.

Двери в лаборатории выглядели как обычные двери. Деревянные, на вид очень крепкие, обитые кое-где металлическими пластинами. Риен насчитал их семь. Потом развернулся и пошел назад, к месту, где оставил корзину, когда услышал за спиной какой-то шорох – и тут же что-то больно царапнуло его сбоку по открытой шее.

Риен резко обернулся.

За его спиной стоял тарэс Сеймин. В руке он держал длинный нож, лезвие которого отливало чем-то зеленым, а самый край был окрашен кровью – кровью Риена.

Риен открыл рот – позвать на помощь – но из горла вырвался лишь тихий сип. А потом перед глазами потемнело и он понял, что падает.

Глава 14

Боль Риен почувствовал еще до того, как открыл глаза. Боли было много. Самая сильная угнездилась в висках и в затылке. Та, что послабее, растеклась по спине, по позвоночнику и ребрам. И самая слабая, почти незаметная, будто ложкой ковыряла его шею справа.

Когда Риен открыл глаза, к боли добавилась еще и вспышка страха – одновременно с воспоминанием о том, что случилось.

Как оказалось, Риен сидел на полу, прислонившись к стене, а над ним, держа в одной руке факел Риена, а во второй – нож, стоял тарэс Сэймин.

Отчего-то самым жутким во всем этом Риену показалось выражение лица Сэймина – все та же застывшая на нем доброжелательность.

– Очнулись, благородный тар? Ну вот и отлично, – Сэймин ласково ему улыбнулся. – Не вставайте пока, подождите, а я вам кое-что расскажу.

Вставать? Риен очень сомневался, что сумел бы, потому что боль с каждым мгновением усиливалась.

– Вот это зеленое вещество, – Сэймин поднял нож так, чтобы пленку на нем стало видно лучше, – называется ядом тукэ. Уж не знаю, доводилось ли вам о таком слышать. Смерть от яда наступает в течение получаса. Очень мучительная смерть, должен сказать. Этот яд у вас в крови и вы, полагаю, уже начали ощущать приближение смерти?

Риен судорожно сглотнул, пока что ощущая лишь растущий ужас.

– Вот здесь, – Сэймин вернул нож в ножны и достал из-за пазухи небольшой стеклянный пузырек с мутноватой жидкостью, – находится противоядие. Правда, оно временное, действует всего сутки. Но полное противоядие у меня тоже есть.

– Зачем… это все? – прошептал Риен – говорить громко он не мог.

Сэймин вновь улыбнулся.

– Его эльфийское высочество не единственный владелец артефактов, позволяющих слышать на расстоянии. Мне стало известно, что он передал вам вещь, способную открывать любые двери.

– Ну так возьмите ее, – Риен потянулся к цепочке, на которой висела магическая отмычка, но Сэймин покачал головой.

– К чему мне рисковать жизнью самому, заходя в лаборатории господина Тонгила, когда для этого есть вы, уважаемый ар-Корм? Если, конечно, вы не предпочтете умереть прямо здесь, на полу, от яда. Выбор целиком и полностью ваш.

– Вы хотите, чтобы я что-то для вас достал? – прошептал Риен. – И, если я соглашусь, дадите мне противоядие?

– Временное противоядие, – уточнил Сэймин. – Полное противоядие хранится в другом месте и без меня вы его никогда не найдете. Итак? – он вытянул вперед руку с пузырьком, и густая жидкость в нем маслянисто закачалась.

Риен сглотнул. Боль продолжала усиливаться, от висков и затылка расползлась уже по всей голове, а от позвоночника – по рукам и ногам.

– Д-дайте, – прошептал он, протянув к пузырьку руку.

– Конечно, благородный тар, – Сэймин воткнул факел в крепление на стене и присел рядом с Риеном. Откупорил пузырек и поднес к губам Риена. – Пейте.

Вкус у противоядия оказался такой, словно кто-то смешал тухлую болотную воду со сливочным маслом и от души сыпанул туда пряной специей. Риен проглотил содержимое пузырька и закашлялся, борясь с тошнотой. Но мерзкая жидкость, из чего бы она ни состояла, подействовала почти сразу. Боль начала утихать, а в тело – возвращаться энергия.

– Какая у меня гарантия, – начал Риен и вновь закашлялся. Но сейчас он хотя бы мог говорить нормальным тоном, а не шептать. – Какая гарантия, что вы действительно дадите мне полное противоядие?

– О, – Сэймин благожелательно улыбнулся. – Мне вовсе незачем убивать вас, благородный тар. Уверен, вы никому не захотите рассказывать о нашем совместном визите в лаборатории. Не захотите, потому что в противном случае уже я расскажу верным слугам господина Тонгила о том, что вы сами планировали обворовать нашего гостеприимного хозяина. Так что, повторюсь еще раз, убивать вас мне совсем не нужно.

– Это не гарантия, – возразил Риен.

– Нет, – согласился Сэймин, поднимаясь на ноги. – Но это все, что у вас есть. Пойдемте. Я знаю, какую лабораторию нужно открыть.

Риен медленно встал – ноги чуть подрагивали. В голове роились мысли о том, что теперь делать. Попытка открыть дверь одной из лабораторий Тонгила смахивало на такое же самоубийство, как и попытка сбежать от Сэймина.

Риен смутно припомнил, что в киретском караване тот числился кем-то вроде лекаря. Но это, конечно, была ложь. Маска. Лекари не ведут себя как профессиональные убийцы. Может быть, Сэймин был наемником. А может быть, даже, одним из клановцев – они умели притворяться кем угодно.

Как же Риен жалел сейчас, что согласился взять у эльфа эту проклятую отмычку!

– Прошу вас, – Сэймин, подошедший к двери, которая ничем не отличалась от остальных, сделал приглашающий жест.

Риен еще раз сглотнул и бросил быстрый взгляд в сторону лестницы, в глубине души надеясь, что там сейчас появятся оборотни Ториса. Даже если Сэймин расскажет, что Тималь и Риен планировали забраться в лаборатории, Риен был почти уверен, что его за это не убьют. Все же он был ценным заложником. Ну, самое худшее, запрут где-нибудь. Сейчас такая перспектива казалось куда приятней, чем взлом двери в лабораторию Тонгила.

Вот только, если Сэймина схватят, где гарантия, что он расскажет о местонахождении полного противоядия?

Но лестница осталась пуста, и Риен медленно, на негнущихся ногах, подошел к двери и снял с шеи подвеску с отмычкой.

– Прошу, – повторил Сэймин прежним вежливым тоном, никак не выказывая нетерпения.

Дрожащей рукой Риен прижал «отмычку» к двери.

Несколько мгновений ничего не происходило. Потом медленно, будто нехотя, замок в двери щелкнул, клацнул и заскрипел, открываясь.

– Теперь просто толкните дверь, – велел Сэймин. Риен оглянулся на него. Лже-лекарь отступил на два шага назад и держал в руке что-то, напоминающее тонкую серебристую ветку.

Риен толкнул дверь, и та легко открылась.

Почти минуту Риен так и стоял на пороге, а Сэймин – в стороне, но ничего не происходило. Если ловушка и была, то внутри лаборатории. Сэймин явно пришел к такому же выводу. Он вынул горящий факел из крепления и протянул Риену.

– Заходите, тар.

Риен еще раз, с отчаянием, посмотрел в сторону лестницы – на которой так никто и не появился – и шагнул внутрь.

Лаборатория выглядела… ну, наверное, как и должна выглядеть лаборатория. Риен никогда прежде не бывал в местах, где Темные маги проводили свои эксперименты, сравнить ему было не с чем.

Посредине очень просторной комнаты – из нее можно было бы сделать небольшой бальный зал – стоял длинный стол. Вдоль трех стен высились открытые шкафы, на полках которых лежали ящики, стояли запечатанные кувшины, мензурки и прочие емкости, кое-где стопками громоздились книги. У четвертой стены виднелся еще один стол, поменьше размером, и, прикрученные к нему, зажимы из толстой кожи, идеально подходящие для рук и ног. В памяти разом всплыли все рассказы об экспериментах Тонгила над людьми, и Риена замутило.

– Вставьте факел в крепление и снимите с полки вон тот графин с прозрачной жидкостью, – велел Сэймин, все еще стоявший за порогом.

Риен убрал факел и потянулся за указанным графином. Вот рука сжалась вокруг стеклянной рукоятки, вот он снял его с полки.

– Что мне с ним делать? – спросил он дрогнувшим голосом.

– Поставьте на стол.

Риен повернулся к столу, сделал один шаг, а потом вдруг понял, что сделать второй не может. Глянул вниз и вскрикнул от ужаса – каменный пол вокруг него будто превратился в зыбучее болото, а сам Риен уже провалился в это «болото» по щиколотки.

Сэймин направил серебристую ветку на пол и громко, четко произнес:

– Канаа таатог шенди!

Пол пошел рябью, потом будто выплюнул ноги Риена, а сам вернулся в нормальное каменное состояние.

– Поставьте графин на стол! – повторил Сэймин. Риен, сердце которого все еще бешено колотилось, подошел к столу. Поставил графин.

– Теперь снимите с полки крайний ящик, вон тот, с позолоченной крышкой, и поставьте рядом с графином, – приказал Сэймин.

Риен потянулся за ящиком, а в голове промелькнула мысль, что если Тонгил воскреснет и вот в это самое мгновение появится здесь, на этаже с лабораториями, Риен будет очень, очень, очень рад его видеть.

Но Тонгил не воскрес и не появился, поэтому Риен снял ящик и тоже поставил его на стол. В этот раз ничего особенного не произошло.

Следующей была шкатулкой, потом – механический прибор, о сути работы которого у Риена не было даже догадок.

– Стопку книг в черных переплетах, – распорядился Сэймин.

Риен потянулся за ними, но в момент, когда его пальцы коснулись нижней книги, стопка исчезла, превратившись в клубок полупрозрачных змей. Закричав, Риен кинулся прочь, к двери, но одна из змей успела обвиться вокруг его правой лодыжки и дернула назад, заставив упасть. Над головой Риена что-то сверкнуло, и Сэймин вновь прокричал те же слова «Канаа таатог шенди». Что бы они ни значили, но змея, державшая Риена, исчезла. И остальные змеи – тоже.

– Вставайте, тар, – приказал Сэймин. – Продолжаем.

Через пять минут весь стол был заставлен разнообразными предметами, которые прежде громоздились на полках. Если Риен понял правильно, таким образом Сэймин решил пробудить все ловушки, которые тут имелись, а Риен служил для этих ловушек приманкой.

Быть приманкой Риену очень не нравилось. Так же сильно, как быть отравленным неведомым ядом.

– Достаточно, – сказал, наконец, Сэймин, и сам перешагнул порог комнаты. Риен, честно сказать, ожидал, что с появлением Сэймина внутри обязательно проснется еще какая-нибудь ловушка, но этого не произошло. Похоже, Тонгил действительно ограничился только двумя.

Хотя нет, слово «только» здесь казалось не уместно. Попытайся Риен войти в лабораторию один, был бы уже мертв.

Сэймин, заложив руки за спину, сделал несколько кругов вокруг заставленного предметами стола. Потом протянул руку с веткой – явно очень сильным артефактом, раз с ее помощью Сэймин смог нейтрализовать магию самого Тонгила – и провел три раза над столом. На четвертый раз его рука замерла над неказистым на вид небольшим сундучком, сделанным из тонких деревянных планок.

– Откройте его. Используйте эльфийский амулет, – приказал Сэймин.

Риен вновь снял отмычку с шеи и приложил к замочной скважине на сундучке. Крышка поднялась, открыв крупный кристалл, лежащий на деревянной подставке. Одна часть кристалла была прозрачной, а вторая отливала сиреневым цветом, от совсем бледного до очень темного, почти черного.

Сэймин выдохнул и жадно наклонился вперед, протягивая к кристаллу свободную руку. Потом замер, будто опомнившись, и торопливо отступил на шаг назад.

– Выньте кристалл оттуда, тар, и спрячьте за пазухой. И пойдемте, а то вас начнут искать.

Риен сделал, как было сказано. Вышел из лаборатории следом за Сэймином, закрыл по его приказу дверь и поплелся к лестнице, к своей корзине. Оглянулся на Сэймина, собираясь спросить, как тот планирует проходить мимо стражников, и вздрогнул – Сэймин таял. Просто растворялся в воздухе. Вскоре на том месте, где он только что стоял, никого не было.

Риен моргнул, на мгновение охваченный дикой надеждой, что ему все это привиделось. Может он поел не то, или стукнулся головой, или… Но правая рука уже скользнула к груди, прижалась и нащупала твердый предмет. Кристалл из лаборатории. Нет, все было реально.