Текст книги "И пришел Разрушитель. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Валерия Веденеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 9

«Не дури, братец, только не дури», – увещевающе проговорил Прежний. Арон не ответил. Все силы уходили на то, чтобы держать себя в руках. Его сына похитили работорговцы, он не имел ни малейшего представления о том, что с ребенком происходит, а безумный древний маг выбрал именно этот день, чтобы явиться за оплатой старого долга!

«Если Вечный тебя прикончит, Альмару ты точно не поможешь», – вновь вмешался в его мысли Прежний.

Арон глубоко вздохнул. А потом огромным усилием воли задвинул все мысли о ребенке вглубь сознания. Достаточно далеко, чтобы они ему не мешали. Потому что Прежний был прав, мертвым он сыну бесполезен. Сперва следовало остаться в живых.

Они все еще находились внутри странных Врат. Судя по раздражению на лице Вечного, но отсутствию удивления, длительность путешествия им предполагалась. Заметив изучающий взгляд Арона, скользящий по стенам, на которых вспыхивали серебром непонятные письмена, Вечный чуть кивнул.

– Ему не нравится, когда маги приходят в его последнее владение. Поэтому переход занимает так долго.

– Ему?

– Змею, – сказал Вечный.

Врата, наконец, исчезли, оставив их стоять на траве.

Над головой сияло безоблачное небо, впереди виднелись холмы – но совсем не те холмы, у которых Арон встретил Мэа-таэля. Эти холмы были меньше, явно рукотворные, и их было очень много. А чуть дальше белели развалины крепости.

Рассказ Кирка со всеми деталями всплыл в памяти.

– Змею – в смысле, Змею-Разрушителю? – уточнил Арон.

– Да.

На Арона Вечный не смотрел, тоже оглядываясь по сторонам. Выражение лица у него казалось непривычным. По крайней мере, в памяти Арона, заимствованной из воспоминаний Прежнего, ничего такого не отпечаталось. Вечный выглядел так, будто испытывал сейчас сильную боль.

– В одном из этих холмов лежит жезл Каира Солнечного, – сказал он отрывисто. – Подчини его себе и попытайся остаться в живых. Змей умер именно здесь, в этом месте до сих пор живет его тень. Он недоволен нашим появлением.

Ну конечно. Какое еще оружие, как не божественный артефакт, могло возместить потерю Мертвого Дара?

В сознании Арона Прежний зло выругался.

«Припоминаю, ты уверял, будто сможешь обойти проклятие Змея и забрать жезл Каира», – обратился к нему Арон.

«Да, смогу – после подготовки, вооруженный артефактами, в сопровождении верных слуг и соратников. А не вот так, наобум», – отозвался тот раздраженно.

Арон обвел холмы взглядом, вспоминая слова Кирка. «Внутри третьего холма, если считать от восточной стены развалин крепости». Похоже, нужный холм был вон тот, с одиноким деревцем на вершине. И, если Кирк не ошибся, проклятие будет спать до тех пор, пока кто-нибудь не возьмет жезл в руки.

Может быть стоит спуститься внутрь холма, потом вернуться и сказать, что жезла нет…

– Если у тебя ничего не получится, я тебя убью, – перебил его мысли старый маг. – Без жезла толку от тебя не будет, а бесполезный ученик мне не нужен.

«Мало кто сравнится с Вечным в умении мотивировать», – с мрачным смешком заметил Прежний.

– Расскажите мне все, что знаете обо этом артефакте, мастер, – подчеркнуто вежливо обратился Арон к Вечному. – Любая деталь может быть полезна.

Старый маг ответил ему не сразу, словно раздумывая, стоит ли вообще что-то говорить.

– Каир не любил рассказывать о том, как работает жезл, – произнес он негромко. – И не планировал никому его передавать. Заявлял, что после того, как он покинет свое смертное тело и… – Вечный неопределенно повел в воздухе рукой, – и воссоединится со своей божественностью, жезл рассыплется в прах. Но он врал. Позднее я узнал, что он приказал своим «верным» отнести жезл сюда и поместить внутрь черепа Змея.

Судя по рассказу Вечного, он лично знал последнего аватара Солнечного бога. Знал хорошо, и, судя по интонации, недолюбливал.

– Зачем Каир это приказал?

– Его слуги не знали. А самого Каира к тому времени я уже ни о чем не мог спросить.

«Верные…»

Это о чем-то напомнило Арону. О чем-то из прошлого. Да, только не из его прошлого. В памяти Прежнего Вечный тоже упоминал «верных», когда в приступе безумия принял своего ученика за кого-то другого, древнего и могущественного. Возможно, именно за Каира? Они ведь действительно были похожи внешне, иначе Прежнему не удалось бы подделать храмовую реплику Каира Солнечного, заменив ее собственным изображением.

– Этот жезл – как он действовал? Усиливал магию? Помогал в призыве какой-то конкретной стихии? Или он вообще не имел отношения к стихийной магии, а влиял на что-то иное?

Вечный покачал головой.

– Я знаю, что Каир почти всегда держал жезл при себе и использовал его постоянно. И знаю, что в те редкие моменты, когда жезла под рукой у него не оказывалось, он становился слабейшим из нас. Если у тебя получится подчинить этот артефакт, ты будешь знать о нем больше моего.

– Мастер, почему вы решили, что у меня есть на это шанс? Каир был аватаром Солнца, самим воплощением Света, а я Темный.

Вечный хмыкнул.

– Решил, потому что у меня есть для этого основания. Все, хватит вопросов. Иди. У нас осталось не так уж много времени.

Найти дверь, ведущую внутрь холма, удалось быстро – опять же благодаря рассказу Кирка. Лопатой Арон, конечно, не пользовался – да ее и не было – и снял слой земли и дерна магией. И так же открыл дверь.

«Тебе не кажется странным, что магия работает как обычно?» – спросил он Прежнего. – «Кирк говорил, что у всех магов из его экспедиции магия сломалась».

«Кажется», – согласился тот. – «Мне вообще многое тут кажется странным».

Жезл лежал именно там, где Кирк упоминал, и выглядел подозрительно знакомым. Длиной полтора локтя, черный, с навершием в форме черепа. Один в один жезл, доставшийся Арону во время сна, в котором он встретил Венда и духов Великой Степи. Сон тот Арон помнил отрывочно, а вот жезл впечатался в память прочно.

Арон потянулся к нему, взял в ладони, провел пальцами по скалящимся зубам черепа, выточенного из слоновой кости. Да. Все было почти как в том сне. Разнилось только ощущение магии – сейчас от жезла волнами исходила Сила, он излучал ее, как горящий очаг излучает тепло.

Арон потянулся к этой Силе, попытался ее зачерпнуть…

Результат оказался таким, будто он хотел отпить глоток воды, а на него вылили целый водопад. Силы было слишком много. И эта Сила напоминала Силу, исходившую от сферы Ангун. Арон не различал в ней ни Светлого, ни Темного источника.

Просто чистая Сила…

«Ты долго собираешься так стоять?» – спросил Прежний, и Арон очнулся. Его резерв был заполнен до отказа, он чувствовал себя бодрым и полным сил, отлично отдохнувшим – будто и не было тяжелой бессонной ночи.

Выйдя, Арон огляделся – солнце успело пересечь полуденную точку за то время, что он провел в смертном холме, и тени вновь начали расти. Огляделся, а потом, помня рассказ Кирка о ядовитых змеях, жалящих магов даже сквозь щиты, повел рукой, сжигая всю растительность вокруг себя примерно на полмили. Так он, по крайней мере, этих змей заранее увидит.

Его резерв чуть уменьшился. А потом, меньше чем через мгновение, вновь заполнился до отказа.

«Источник Силы!» – благоговейно произнес Прежний, а потом, после короткой паузы, добавил обычным тоном: – «Хотя это ожидаемо от артефакта, в который Солнечный вложил часть своей сути».

«Но магу из рассказа Кирка жезл не помог», – Арон продолжал стоять у входа в холм, оглядываясь по сторонам, ожидая появления песчаных людей. – «Пустынники его убили».

Все вокруг было так же тихо.

Спокойно.

Ни Пустынников, ни змей, никого и ничего иного…

Вечный обнаружился среди развалин крепости. Он устроился на руинах каменной стены, бесстрастно наблюдая, как Арон приближается.

– Ты можешь управлять жезлом? – спросил.

– Да, мастер, – ответил Арон с прежней вежливостью.

Он помнил слова Прежнего о том, что с этим артефактом у него был бы шанс против Вечного. Но всего лишь шанс, а не гарантия победы. Арон, честно сказать, и не представлял, как можно уничтожить бессмертного призрака, способного вселяться в любые тела и обладающего почти божественной мощью.

– Были проблемы? – поинтересовался Вечный.

– Нет. Никаких.

– Вот как, – взгляд Вечного стал холоднее, а по лицу скользнуло неприязненное выражение. – Значит, я не ошибся тогда… – он оборвал себя.

– В чем именно? – спросил Арон, не дождавшись продолжения.

– Неважно, – отрезал тот. Потом повернул голову на запад и долгое время молчал.

– Нас было пятеро, – заговорил Вечный наконец, произнося слова негромко. На Арона он не смотрел. – Пятеро самых сильных магов нашего мира и один аватар бога. Мы праздновали победу – здесь, в этом самом месте. Мир был обескровлен, но мы победили, так мы тогда думали…

Пятеро магов, аватар бога, обескровленный мир и победа – Арон знал о событии, о котором Вечный рассказывал. Но ведь среди имен, высеченных на обелиске в честь победы над Змеем Разрушителем, не было имени Вечного, там не было Теройша Тассе.

Вечный лгал?

Создатели обелиска ошиблись?

Или… имя все же было?

Арон запомнил все имена тех магов. И он помнил, что самым первым упоминался Атеро Яштассе – на Теройша Тассе это имя звучало похоже. Могли люди в империи Террун неправильно услышать, неправильно запомнить и неправильно записать? Арон бы этому не удивился. Вряд ли Вечный по рунам диктовал свое имя и проверял получившийся результат.

– А потом, – тон Вечного изменился, наполнился застарелой ненавистью. – Потом Каир нас предал. В то время Богиня Земли, мать Тха-Оро, была главной в Великой Триаде. Она пришла в первую ночь нашей победы и заключила с Каиром сделку. Она уступила ему свое место, а за это он позволил ей съесть одно из сердец убитого нами Разрушителя.

Нет, такого Арон точно не знал. Ни о том, что Великая Мать когда-то входила в триаду старших богов. Ни обо всем прочем.

– Зачем? То есть зачем ей нужно было съедать сердце своего сына?

Старый маг бросил на него пренебрежительный взгляд.

– Чтобы зачать его заново, естественно. У богов с этим… иначе. У нее ушло сто лет, чтобы выносить Тха-Оро во второй раз. А когда она его родила, то отдала воспитывать его людям, которые придумали Тха-Оро новое имя. Как будто бы что-то из этого могло изменить природу Разрушителя.

Сто лет. Арон помнил, кто родился через сто лет после гибели Тха-Оро.

– Вы знаете это новое имя, мастер? – спросил Арон, почти уверенный в ответе.

– Уррий. Или Великий Уррий. Великий Дар Богини, знак ее благословения, как эти наивные люди решили, – Вечный презрительно рассмеялся.

Да, Арон не ошибся, Вечный говорил о Существе, вылупившимся из скорлупы как раз двенадцать веков назад. Хотя, честно сказать, образ Существа никак не хотел превращаться в образ бога Разрушителя из страшной легенды, знакомой с детства.

– Когда мы, остальные маги, победившие Змея, узнали о предательстве Каира, то бросили жребий, – продолжил Вечный. – Один из нас должен был остаться в этим мире, чтобы остановить Разрушителя, когда придет время. Это выпало мне.

– Значит, вам тринадцать веков, мастер?

– Почти пятнадцать. Я доживал свое второе столетие к тому дню, когда Разрушитель вышел из моря.

– Но если вы знали, что Тха-Оро возродился, почему вы ничего не…

– Потому что я не мог приблизится к нему, – перебил его Вечный. – Сама моя сила, мое бессмертие – я бы потерял все. И тогда все наши жертвы оказались бы напрасны.

Лицо Вечного вновь исказила гримаса боли.

– Тринадцать веков назад я… Мне пришлось вкусить от оставшихся двух сердец Тха-Оро. То сердце, которое поглотила его мать, несло в себе личность Разрушителя, его суть. А те два сердца, которые остались, которые Каир все же не позволил богине забрать, несли божественную силу. Она вся перешла мне. Но если я окажусь с Тха-Оро рядом, то эта сила к нему вернется и тогда человечество будет обречено. Именно поэтому я готовил учеников – тех, кто, когда придет время, сможет противостоять Тха-Оро. И теперь ты должен его остановить. Ты должен закончить то, что не смог закончить я!

Арон смотрел на Вечного неотрывно, веря и не веря тому, что только что услышал. Потому что, честно сказать, Арон вовсе не ощущал в себе сил единолично победить бога. Даже с помощью артефакта, созданного другим богом. Все же такая задача была слегка за пределами его возможностей.

«Какое чудесное обещание ты, оказывается, дал своему мастеру», – пробормотал он мысленно, обращаясь к двойнику.

Прежний ответил не сразу.

«Да… На такое задание я не рассчитывал…» – он замолчал, а потом добавил другим, чуть более бодрым тоном: – «Хотя взгляни на это с другой стороны. Тха-Оро все равно было суждено вернуться, я об этом подозревал и сам, без рассказа Вечного, поэтому велел Вольным следить за обелиском. И мне – ну или тебе, раз уж так получилось, – как самому сильному магу империи все равно пришлось бы с Тха-Оро столкнуться. А так у нас есть жезл Каира, есть свидетельства очевидца прошлой войны и есть фора во времени. Судя по спокойствию Вечного, Тха-Оро еще не проявил себя как Разрушитель».

«Мне нравится твой оптимизм. Очень нравится», – пробормотал Арон. Сам он оптимизма не испытывал.

В памяти всплыло перечисление разрушений и убийств, которые совершил Тха-Оро в первой жизни. Если сейчас он окажется хоть вполовину равен себе прежнему…

А потом перед глазами вновь возникло Существо, с детским энтузиазмом познающее мир, так забавно рассуждающее о людях, жизни и Времени. Нет, любознательный и малость избалованный чешуйчатый ребенок никак не тянул на безжалостного разрушителя человеческой цивилизации. Вообще не тянул.

– Я закончу то, что не смогли закончить вы, мастер, – произнес Арон вслух. – А пока у нас есть время, расскажите, как вы сумели справиться с Разрушителем, – и добавил, вспомнив утверждение Кирка о том, что вовсе не Каир с его жезлом нанес главный удар. – Кто из вас, пятерых великих магов, убил Тха-Оро?

Глава 10

Вечный ответил не сразу.

– Главный удар тогда нанес я… – произнес он негромко. – Мы очень долго не могли найти способ победить Тха-Оро. Мы даже не могли замедлить его движение. Наши армии оказались бесполезны, и он отмахивался от нашей магии, едва ее замечая. Никакое оружие, даже созданное из селина, никакой артефакт не мог пробить его чешую. Мы отчаялись. А потом… Способ предложил Каир. Массовое добровольное жертвоприношение. Среди нас пятерых я единственный владел Мертвым Искусством, только я мог принять и перенаправить энергию, взятую из жертв.

Мы создали копье с наконечником из селина, опустошили все сокровищницы наших правителей, чтобы набрать достаточно этого металла. Копье было десять человеческих ростов в длину, и на его наконечник ушел весь собранный селин. Потом мы начали искать людей – тех, кто потерял по вине Разрушителя всех родных и был согласен отомстить даже ценой своей жизни. Таких набралось девять сотен, а одна добровольная жертва дает столько же Силы, сколько тысяча жертв, принесенных против воли.

Тха-Оро метался по человеческим землям, уничтожая все поселения по пути. Какого-либо плана или стратегии в его движении мы найти не смогли, а нам нужно было поставить на его пути ловушку. И тогда мы создали голем. Распотрошили ради этого с десяток артефактов-сфер – подобных той, что лежит в твоем походном мешке, – и соорудили из них голем, фальшивую Золотую Змею. Ты ведь помнишь, чем голем отличается от обычной куклы?

«Голем мыслит сам, кукла выполняет приказы создателя», – пояснил Арону Прежний. – «Это главное отличие. Кроме него есть еще с десяток мелочей. Если интересно, потом расскажу… И если время на это будет».

Арон на вопрос Вечного только молча кивнул, и тот продолжил:

– Мы дали этому голему эррэ, подобное тем, какие были у живых Змей, и стали ждать. Тха-Оро должен был ощутит его присутствие и подумать, будто одна из его Золотых Змей выжила. Так и получилось. Когда Тха-Оро пришел, копье, усиленное жертвенной энергией, пробило чешую и убило его.

Вечный ненадолго замолчал.

– Вот поэтому я всегда выбирал учеников с врожденной способностью к Мертвому Искусству, – заговорил он вновь. – Я знал, что, когда Тха-Оро пробудится, но еще не обретет свой истинный размер и силу, его можно будет убить обычным селиновым копьем, усиленным обычной жертвенной энергией – сам понимаешь, добровольцев сейчас найти не получится. По моим расчетам, ста тысяч человек, принесенных в жертву, должно было хватить… Но из-за твоей дурости придется искать новый способ.

«Что ж», – задумчиво проговорил Прежний. – «Теперь многое в моем обучение стало понятно».

– Сто тысяч в жертву… – вырвалось у Арона. Вечный взглянул на него остро и зло.

– В прошлый раз Тха-Оро убил двадцать миллионов, а тогда людей на нашем континенте жило куда меньше. Если он пройдет по тому же пути сейчас, число убитых окажется в три раза выше. Сто тысяч смертей – ничто по сравнению с теми бедами, которые он принесет… Но это уже неважно. Ты, увы, был единственным, которые мог это сделать. Когда ты исчез этим летом, я проверил всех ныне живущих некромантов. Предел самого сильного из них – единовременное принесение в жертву полутора сотен человек.

Повисло долгое молчание.

– Мастер, – наконец сказал Арон, – у вас есть идеи, как можно иначе уничтожить Разрушителя?

– Ты ведь так изобретателен, – неприязненно отозвался Вечный. – Не припомню, кто еще из моих учеников умел так хорошо выкручиваться из неприятностей. Вот тебе самая большая неприятность. Думай. Изучай жезл. Немного времени у нас есть.

– Сколько?

Тот пожал плечами.

– Пара дней. Может быть неделя. Не беспокойся, когда он окончательно проснется, ты точно почувствуешь. Все маги в мире почувствуют.

Арон отошел от Вечного и устроился в тени разрушенной стены крепости.

«У тебя есть идеи?» – спросил он у Прежнего.

«Как раз пытаюсь что-нибудь придумать», – отозвался тот. – «Я никогда всерьез не верил, что Тха-Оро может воскреснуть, и не изучал способы его убийства – прежде всегда находились какие-то более важные дела… Это Существо из твоей памяти. Если я правильно понял, оно было лишь личинкой настоящего Тха-Оро, но уже тогда с легкостью разбивало твои щиты и почти не реагировало на удары Силой…»

– Возьми, – перебил их мысленный разговор Вечный, вдруг оказавшийся рядом, и толкнул Арону в руки древко так же непонятно откуда взявшегося копья. – Держи его скрытым в Тенях, раз уж ты их освоил. Чем дольше Тха-Оро его не увидит, тем больше у тебя будет шансов.

– Селиновое? – Арон посмотрел на серебряного цвета наконечник. На мгновение почудилось, будто он держит то же самое копье, которым его убили, и на спине в месте, куда был нанесен смертельный удар, неприятно закололо кожу. – На наконечник пошел селин с того копья, которым вы убили Тха-Оро?

– Нет, наконечник того копья, хоть и убил Змея, без остатка растворился в его крови. Но за прошедшие годы я собрал большую коллекцию оружия из селина.

Блики солнца, играющие на металле наконечника, вдруг погасли. Арон бросил взгляд наверх – небо закрывала идущая с запада туча. Двигалась она так стремительно, будто ее нес ураган, хотя ветер, обдувавший сейчас лицо Арона, был теплым и слабым.

Вечный тоже поднял глаза к небу, следя за чернеющим сводом.

– Я не помню… – остальные его слова потерялись в ударе грома.

А потом Арон ощутил нечто.

Не вкус. Не запах. Не предчувствие…

Такое уже было, Арон помнил. Да, было. И так же, как тогда, это нечто сдавило его грудь изнутри и в то же время будто снаружи. Оглушило его.

Краем глаза Арон увидел, как посерело лицо Вечного, как он сгорбился и прижал ладони к сердцу, будто пытаясь унять боль.

Оно длилось, длилось и длилось.

Намного дольше, чем в прошлый раз.

Намного сильнее.

И заканчиваться не желало – лишь медленно ослабло до терпимого уровня.

– Началось, – сипло проговорил Вечный, выпрямляясь. За эти пару минут он постарел лет на пятнадцать. Кожу на лице прорезали глубокие морщины, а черные волосы поседели.

Вечный махнул рукой, и перед Ароном появились те самые странные Врата.

– Спрячь копье в Тенях и ступай. Врата откроются в четверть мили от Змея, ближе не получится. И помни, Змей будет уязвим совсем недолго, от силы пару часов. Потом он обретет полную силу, и ни один смертный маг с ним уже не справится. И еще – пока не будешь готов нанести удар, не используй магию, иначе он сразу тебя почует.

Было понятно, что сам Вечный этими Вратами не пойдет.

* * *

В этот раз перенос закончился быстро, и Врата исчезли, оставив Арона стоять на ступенях широкой лестницы. Лестница вела к парадным воротам, за которыми, в некотором отдалении, виднелись верхние этажи дворцового комплекса. По обе стороны от ворот возвышались белоснежные стены в пять человеческих ростов. Впрочем, сейчас эти стены цели защиты служить не могли – и справа, и слева Арон видел в них огромные пробоины. С воротами ситуация оказалась похожа – одна массивная створка была сорвана с петель и лежала на земле, вторая покосилась и выглядела готовой упасть в любой момент.

На ступенях вокруг Арона валялись оторванные пуговицы, рассыпавшийся жемчуг, порванные золотые цепочки, несколько детских игрушек и одна прозрачная женская накидка. Выглядело все так, будто тут пронеслась обезумевшая толпа, и еще хорошо, что никого не стоптала насмерть – трупов на лестнице не было.

То давление, которое Арон ощутил у Черного Источника, здесь усилилось, хотя оставалось терпимым. А еще та туча, которая на Черный Источник только надвигалась, здесь покрывала почти все небо. Лишь у восточного горизонта еще виднелась светлая полоса, но и она затягивалась чернотой. Вокруг было так сумрачно, будто уже наступил поздний вечер.

А еще время от времени вздрагивала земля – хотя и не так сильно, чтобы обрушить здания.

Арон поднялся по лестнице и прошел внутрь дворцовой территории. Ближайшее к нему крыло дворца превратилось в руины, но все остальное казалось целым. Самого Разрушителя пока нигде не было видно.

У Арона было два часа, чтобы уничтожить – правда, неясно каким образом, – восставшего из мертвых бога. Пожалуй, это было самым самоубийственным заданием, которое он когда-либо получал. Самым невыполнимым…

«Если ты думаешь о том, чтобы плюнуть на бой с Разрушителем, открыть Врата в Гаджи и отправиться искать сына, забудь», – перебил его мысли Прежний. – «Вечный найдет тебя там моментально, убьет за неповиновение, заберет жезл и копье и отправится собирать армию против Змея… По крайней мере, на его месте я поступил бы именно так».

«Лучше скажи – придумал что-нибудь?» – мрачно спросил Арон. – «Знаешь ведь, умру я – умрешь и ты».

«Я думаю», – раздраженно отозвался Прежний. – «Из того, что мне известно, богов можно одолеть только так, как это сделали маги Вечного, селином и потоком энергии. Именно так сами боги воевали друг с другом в древние времена. Все наши артефакты, амулеты, даже самые сложные заклинания, не говоря уже про обычную стихийную магию, для них как укус комара. В лучшем случае вызовут легкое раздражение… Еще меня смущает тот факт, что Каир предложил использовать энергию жертв, а не набрал Силу для удара из своего жезла. Наверняка с жезлом есть какая-то загвоздка… И вообще, чтобы что-то понять, мне надо Разрушителя хотя бы увидеть».

Арон выругался вполголоса и зашагал дальше, огибая дворцовые здания. Куда идти можно было понять легко – по растущему ощущению давления.

Вокруг было пусто и тихо. И безлюдно. Вернее, почти безлюдно – потому что, завернув за очередное здание, Арон увидел женщину, выбегающую из дальней, почти невидимой в стене, двери. Женщина тянула за руку всхлипывающего ребенка и то и дело оглядывалась на дворец и на небо над дворцом, хотя там ничего не было. Лица и ее, и ребенка были искажены страхом. На Арона они не обратили никакого внимания.

Еще один поворот, и… тишина разбилась так резко, будто сняли полог неслышимости. Грохочущий удар. И еще один. И еще. Вот ударило в четвертый раз – и ближайшая к Арону стена здания обрушилась, раскатилась камнями и даже сквозь поднявшуюся пыль стало видно мечущийся из стороны в сторону огромный змеиный хвост. Размером этот хвост был куда больше, чем все Существо целиком. Но разница заключалась не только в размере: хвост оказался полупрозрачным – Арон прекрасно видел, как просвечивают сквозь него обломки.

Арон обогнул разрушенную стену по широкой дуге и перед ним появился холм. Должно быть когда-то он был любимым местом отдыха обитателей дворца – это проглядывало в измятых, исковерканных обломках фруктовых деревьев, кустов, цветочных клумб. Обломках – потому что сейчас почти вся поверхность холма была покрыта кольцами шевелящегося змеиного тела, тоже полупрозрачного. Арон прикинул, что, чтобы обхватить это тело в ширину, трем взрослым мужчинам потребовалось бы взяться за руки. А если бы змеиное тело вытянулось в ровную линию, то, пожалуй, оказалось бы в четверть мили длиной. Только змеиной головы видно не было – должно быть, она находилась с другой стороны.

Арон еще раз оглядел холм, опоясанный змеиным телом, и осознал, что буквально за несколько мгновений что-то изменилось. Что именно?

«Он растет», – сказал Прежний. – «Как понимаю, он будет расти еще часа полтора, и, пока растет, он уязвим. Как только его тело достигнет прежнего размера, все».

«И какой у него был прежний размер?» – Арон двинулся дальше, обходя холм.

«Точно не известно, в летописях сохранились противоречивые свидетельства. Такие как „Его тело могло опоясать городские стены Первой Колонны“, или „Он возвышался над нами как гора Амунай“».

Гора эта находилась на севере империи и Арон ее видел. Может быть, она была не самой высокой из существующих гор, но точно и не самой маленькой. Арон попытался представить змея размером с гору. Живого, разъяренного змея размером с гору… Нет, нельзя было допустить подобное чудовище в человеческий мир.

Арон вновь посмотрел на вершину холма, и в этот раз, сквозь полупрозрачные змеиные кольца, заметил там, на самом верху, двух людей. Один, судя по фигуре, мужчина, стоял на коленях, держа в руках тело другого человека, и медленно раскачивался из стороны в сторону. Арону показалось, что вторым человеком была девушка, но с такого расстояния он не мог сказать наверняка. Мужчина, кажется, не замечал ничего, что происходило вокруг. По крайней мере, на растущее змеиное тело он точно не обращал внимания.

Змеиной головы Арон, как ни вглядывался, не смог заметить.

Несколько мгновений он колебался, потом все же призвал магию Воздуха и создал воздушные ступени, ведущие к вершине холма над изгибающимися кольцами. Подождал – но ничего не изменилось. Похоже, Разрушителю было безразлично присутствие мага рядом с собой.

Поднявшись по ступеням к вершине холма, Арон остановился в воздухе шагах в пятнадцати от человека, разглядывая его. Человек выглядел как типичный представитель Народа Песка – смуглый, черноволосый, с тонким носом с горбинкой. Его глаза были сейчас устремлены на лежащую на его объятиях девушку, а лицо искажено в гримасе горя. Арон был уверен, что никогда прежде не встречал этого человека. А вот что касается девушки… Он вгляделся в ее лицо, безучастное ко всему, отметив про себя, что ее грудь не поднимается в ритме дыхания. Вгляделся и узнал. Это была Нисса.

Что все это значило?

А потом человек перестал раскачиваться и поднял на Арона взгляд. Его лицо, все еще отражающее скорбь, исказилось в ярости – на одно мгновение. А потом ярость ушла, сменившись удивлением и растерянностью. Человек осторожно, будто боясь разбудить, положил Ниссу на землю, выпрямился, не отводя взгляда от Арона, и зашагал к нему, ступая, как и сам Арон, по затвердевшему воздуху.

– Не-Злой, это ты? – голос тоже прозвучал незнакомо – в отличие от обращения.

«Не-Злой» – забавное прозвище, которое Существо при их знакомстве дало Арону. Тогда оно плохо понимало, зачем людям нужны имена, которые ничего не обозначают, да еще могут и повторяться. Даже странно, что оно не придумало собственного прозвища Ниссе.

– Да, это я, – ответил Арон коротко, не зная, что еще можно сказать, и не понимая, каким образом змееподобное Существо вдруг превратилось в человека – причем явно с магическими способностями – и как оно было связано с полупрозрачными змеиными кольцами, обвившими холм.

– Ты жив! Я думало, что ты умер, – лицо человека-Существа осветилось искренней радостью. Хотя нет, не только радостью – тучи над тем местом, где они стояли, разошлись, и лучи солнца упали на человека-Существо. – Как хорошо, что ты жив!

– Я… действительно умер. Просто потом воскрес, – сказал Арон, пытаясь понять, что происходит и что ему теперь делать.

Разрушителем был вот этот человек-Существо?

Или же изначальное Существо каким-то образом раздвоилось, и одна его часть стала человеком, а вторая часть начала превращаться в гигантского змея?

А может, объяснение было другим, куда более сложным?

– О-о, – протянул человек-Существо, и радость на его лице померкла. – Моя Нисса тоже умерла – из-за заговорщиков. Они были злыми людьми, поэтому я убило их всех.

Человек-Существо вздохнул, развернулся, его плечи понуро опустились, и он пошел назад, к вершине холма, где осталось лежать тело девушки.

«Давай!» – в сознании Арона крикнул Прежний. – «Сейчас! Используй копье!»

Арон, не шевелясь, смотрел в спину уходящему человеку-Существу.

«Братец, ты сдурел?» – прошипел Прежний. – «Через час милое Существо, которое ты помнишь, превратится в Разрушителя. Ну хоть о сыне вспомни! Неизвестно, куда в этот раз ринется безумный Змей… Бей же!»