Текст книги "И пришел Разрушитель. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Валерия Веденеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Глава 11

Арон посмотрел на копье в своей руке. Потом на уходящего человека-Существо. Потом снова на копье.

Место на спине между лопатками, то самое, куда несколько месяцев назад жрец Гиты нанес ему смертельный удар, вновь закололо – еще сильнее, чем в первый раз, когда Вечный только дал ему в руки оружие. На мгновение показалось, будто Арон вновь ощутил во рту привкус собственной крови – как тогда, перед смертью.

«Бей!» – повторил Прежний.

Арон сжал древко копья крепче, но для замаха не поднял.

Когда он шел сюда, то почти не ощущал опасности. Не чувствовал ее тогда, когда поднимался на холм. Не чувствовал во время разговора с человеком-Существом. Внутренний горизонт все это время оставался практически чист, только по краям виднелись привычные тени – вероятно, обозначающие Светлых магов империи Террун, которые так сильно его «любили».

Конечно, в любой момент все могло измениться.

«Скажи, почему Разрушитель стал Разрушителем?» – спросил Арон у Прежнего.

«Что? При чем тут… Лучшего времени для вопросов по истории найти не мог?»

«Ты знаешь, почему он стал таким?» – сам Арон помнил лишь фразу из легенды – фразу о том, что Змей Разрушитель «разгневался на людей». Причину гнева легенда не раскрывала.

«Братец, не глупи! Сейчас, пока он еще идет…»

«Так ты знаешь или нет?» – Арон проследил взглядом за тем, как человек-Существо дошел до вершины холма и опустился на землю рядом с телом Ниссы.

Все.

Возможности нанести удар больше не было.

«Ох и дурак же ты, братец», – выдохнул Прежний таким тоном, будто у него разом заныли все зубы. – «Просто невероятный дурак…»

Человек-Существо повернулся к Арону с вопросительным выражением на лице, удивленный, что он застыл на одном месте. Арон кивнул ему и тоже зашагал к вершине холма.

«Так и не ответишь?» – обратился он к Прежнему.

«Есть много версий», – произнес тот раздраженно, тоном человека, который не уверен, стоит ли тратить время, отвечая на такую ерунду. – «Понятия не имею, какая из этих версий правдива. Может, они все и вовсе ошибочны».

«Он не похож на обезумевшего Разрушителя», – подходя ближе, Арон не отводил взгляда от эррэ человека-Существа. Эррэ двоилось – обычное эррэ обычного человеческого мага накладывалось на нечто, больше всего напоминающее морскую гладь, на огромные, мерно катящие волны Силы. – «Прошел уже час после пробуждения, но по поведению и характеру он все еще прежнее Существо».

«Ну да. Особенно эту непохожесть на Разрушителя подтверждают перепуганные и сбежавшие люди, полуразваленный дворец, и вот эти растущие змеиные кольца. Да-да, твое Существо ни капли не изменилось», – ядовито согласился Прежний.

«Существо и прежде отличалось некоторой вспыльчивостью», – отозвался Арон мирным тоном. – «Просто тогда оно было», – Арон покосился на растущие змеиные кольца вокруг холма, – «было чуть меньше размером».

«Точно. Чуть меньше размером и чуть-чуть слабее… Слушай, братец, как ты в своем мире вообще дожил до таких лет?»

Мысленный разговор, как обычно, занял очень мало времени в реальности, Арон еще даже не успел сойти с отвердевшего воздуха на землю.

На лице человека-Существа, не отводящего от него взгляда, не было ничего, что выдавало бы в нем желание отправиться разрушать полмира. Там были лишь горе и грусть, сейчас, с появлением Арона, немного смягчившиеся.

Перед мысленным взором Арона проплыли воспоминания – но не о Существе. Воспоминания, которые он получил от Прежнего. В отличие от двойника, Арон мог смотреть на эти воспоминания не только изнутри, переживая их как собственные, но и снаружи, отстранившись. И такое отстранение позволило ему увидеть, что событиями, которые сильнее всего изменили характер Прежнего, стали даже не смерть Мины и учителя, как можно было бы ожидать, и не моменты, когда он сам почти погиб.

Мину убили враги, его самого пытались убить враги – это было жестоко, но… Нет, не справедливо. В этом не было ничего справедливого. Но это было, пожалуй, ожидаемо. Светлые маги всегда были врагами Темных.

Нет, событиями, изменившими его, стали предательства – князя Санур, выдавшего их с Миной Светлым. Предательство Мериса. Предательство тех Темных, которые предпочли договориться с Алариком Неркасом и были готовые продать Светлому магу одного из своих. И самым переломным моментом, ожесточившим Прежнего сильнее всего, окончательно убившим ростки доброты, все же появившиеся в нем после смерти Мины, оказалось предательство жителей деревни. Предательство людей, которых он только что спас от черной оспы…

«При чем тут мое прошлое?» – раздраженно перебил его мысли Прежний. – «Речь вообще не о…»

«Существо мне верит. Я, наверное, единственный человек в мире, которому оно сейчас верит. А если я его попытаюсь убить, но у меня не получится? Аналогий с самим собой не находишь?»

Прежний прошипел ругательство. Потом, после короткой паузы, спросил:

«Ты ведешь к тому, что даже не будешь пытаться убить Змея? Так?»

Ответить Арон не успел.

– Что мне теперь делать? – человек-Существо смотрел на него так, будто Арон был обязан знать ответ. – Нисса умерла, и я не понимаю, что мне теперь делать. Это все неправильно!

Арон сел на землю напротив человека-Существа и убрал копье себе за спину. Потом осторожно коснулся лица Ниссы. Кожа была еще теплой – должно быть, смерть наступила совсем недавно.

– Нисса просила меня быть добрым и справедливым, – продолжил человек-Существо, тоже переведя взгляд на Ниссу. – И я было. Я старалось вести себя как человек, чтобы никого не пугать. Я даже спасало людей от Пустыни… Я все делало правильно. Почему люди поступили так? Почему люди злы и неблагодарны?

«Спасало от Пустыни…» – задумчиво протянул Прежний. – «Ну надо же…»

Арон вздохнул.

– Потому что люди разные, – ответил он человеку-Существу.

Человек-Существо молчал долго, глядя на Ниссу и осторожно гладя ее по волосам.

– Я ведь сильное, – заговорил он тихо. – Могущественное. Но я не знало, как спасти Ниссу. Когда ее сердце в последний раз остановилось…

Человек-Существо оборвал себя на полуслове, и его брови сдвинулись. Потом он вскинул взгляд на Арона.

– Ты сказал, что умер и воскрес. Как ты это сделал?

«Следи за языком получше, братец», – с легким злорадством хохотнул Прежний. – «Сейчас твое милое Существо потребует от тебя оживить Ниссу. Как будешь отбрыкиваться?»

«Лучше скажи, ты-то помнишь воскрешение? И… то, что было до этого? Серый мир? Или, может быть, мир Многоликого?»

«Нет», – отказался Прежний. – «Последнее, что помню, это когда ты додумался совершить перенос в столицу, и император натравил на тебя сихха. А потом – мгновение черноты, и я уже снова в твоей голове, вокруг храм Триады, тело мне опять не подчиняется, остается только считывать твои воспоминания о том, каких еще дров ты наломал в моей жизни».

– Я помню лишь как меня убили, – ответил Арон человеку-Существу. – А потом, спустя месяц, я очнулся в яме, в которой меня похоронили, ощутил, что задыхаюсь, и выбрался.

– Значит, ты умер не насовсем. Значит, люди умирают не насовсем, – медленно, будто пробуя каждое слово на вкус, проговорил человек-Существо. – В сказках Ниссы такое тоже бывало, но я думало, что это просто сказки, ее придуманные забавные истории. Как можно умереть не насовсем?

– Умирает только тело человека, а душа уходит. Чаще всего в Серый Мир, хотя некоторых людей забирают себе Солнечный бог или Многоликий.

– Боги забирают души всех умерших людей?

Арон кивнул.

Человек-Существо нахмурился.

– То есть кто-то из этих богов забрал и душу моей Ниссы? Как можно узнать, кто из них? Как можно вернуть ее назад?

– Солнечный и Многоликий берут к себе только тех, кто был верен им при жизни. Все остальные попадают в Серый Мир, владения богини Смерти. Насколько я помню, ни Солнечному, ни Многоликому Нисса прежде не служила.

– Нет, – согласился человек-Существо. – Им точно нет. Жаль, что я не бог и не могу забрать душу Ниссы себе. Тогда бы…

– Ты бог, – перебил его Арон, чувствуя, как в голове начало формироваться какое-то подобие плана.

Человек-Существо растерянно заморгал.

– Я раньше тоже так думало. То есть я надеялось, что я бог, – признался он неуверенно. – Но Нисса говорила, что настоящие боги могут совершать чудеса, а я не могу. Я даже не смогло совладать со Временем. Я просто научилось пользоваться человеческой магией. А еще Нисса говорила, что боги не живут на земле среди смертных, а я живу. Она говорила, что все боги такие же большие и сильные, как Великая Мать или как мой старший…

– Ты Тха-Оро, Змеиный бог, прозванный Разрушителем, – снова перебил его Арон.

– Я? – недоверчиво повторил человек-Существо. – Нет, я не он. Точно. Я Существо… Или Великий Уррий. Ниссе больше нравилось называть меня Уррием. И я видело картины с Тха-Оро, он был огромен. Мне надо расти еще много-много лет…

– Это ведь твое тело? – Арон широким жестом обвел полупрозрачные змеиные кольца вокруг холма. Хотя теперь они покрывали не только холм, но и выдвинулись намного дальше, практически касаясь стен дворца. В ширину змеиное тело за минуты их разговора тоже увеличилось – теперь его не смогли бы обхватить даже четверо взявшихся за руки мужчин.

Человек-Существо перевел взгляд туда, куда показывал Арон, и уставился на змеиные кольца так, будто впервые их увидел. Потом выражение его лица изменилось, отразив смутное узнавание.

– Кажется, мое… – еще более растерянным тоном признался человек-Существо.

«Что ты делаешь, братец?» – в голосе Прежнего прозвучало искреннее любопытство.

«Проверяю кое-что».

Человек-Существо поднялся и пошел к полупрозрачному телу. Остановившись рядом с ближайшим кольцом, прижал к нему ладонь.

От этого прикосновения рост змеиного тела ускорился мгновенно и многократно. Кольца воздвигались все выше, и выше, и выше. Теперь и пятнадцать человек не смогли бы обхватить это тело в ширину. Но чем быстрее росло кольца, тем прозрачней они становились. Через полминуты очертания колец уже едва угадывались. А затем исчезли вовсе.

Человек-Существо опустил руку и несколько мгновений постоял так, потом вернулся к Арону.

– Что ты с ним сделал? – Арон кивнул в сторону холма, где всего несколько мгновений назад двигался огромный безголовый змей.

– Вобрал в себя, – отозвался человек-Существо. Растерянность ушла, теперь он вновь выглядел задумчивым и грустным. – Тха-Оро умер еще до моего рождения. Как я могу быть им?

– Великая Мать вновь тебя родила, – ответил Арон. – Ты ничего не помнишь о том прошлом?

Человек-Существо покачал головой. Потом нахмурился и глубоко задумался.

– Я не против быть Тха-Оро, – сказал он наконец. – Если я правда бог, то я смогу забрать душу Ниссы себе. Но в ее сказках души людей не могли жить без тел. Вернее, могли, становясь призраками, но они страдали от этого. Это действительно так в реальности, не только в сказках?

Арон кивнул.

– Я не хочу, чтобы Нисса была призраком и страдала. Значит, ей нужно тело. Но мертвые тела – они распадаются. Я уже ощущаю начало распада. – Человек-Существо жестом показал на тело девушки, лежащее на земле, а потом внимательно посмотрел на Арона. – Ты выглядишь точно так же, как раньше. Твой запах тоже не изменился. Значит, это твое прежнее тело. Как ты смог его восстановить через месяц после смерти?

Арон развел руками.

– Когда я вылез из могилы, я выглядел так, как сейчас, и чувствовал себя вполне обычно. Но я Темный маг. Темные маги время от времени возвращаются из-за Грани, если их убить неправильно – так, как убили меня. А Нисса – она простой человек, она не владела магией.

Человек-Существо вновь надолго задумался.

– Нам нужно пойти в этот Серый Мир и забрать оттуда душу Ниссы, – сказал он наконец решительно. – А во время пути я буду думать, как восстановить ее тело или создать для нее новое. Я умное и талантливое, я обязательно что-нибудь придумаю!..

Потом человек-Существо вздрогнул, словно опомнившись, и в его взгляде, устремленном на Арона, отразилась сильная тревога.

– Ты ведь пойдешь со мной, Не-злой?

Глава 12

(Замок Тонгила на севере империи, четыре месяца назад)

Это случилось утром.

Не рассветным утром – солнце уже час как встало – но довольно ранним, особенно для Риена, которого вчера заставили целый день колоть дрова. Это было тяжелое, нудное, абсолютно не подобающее для графского сына занятие, но Риен не возмущался даже мысленно. Потому что каждый спокойный день, прошедший после бегства сестры, а потом и отъезда Тонгила, был благословением Солнечного. Роптать на боль в мышцах и мозоли на ладонях казалось кощунством.

Это случилось утром.

Это выдернуло Риена из крепкого сна так же надежно, как если бы невидимая рука сдернула его с кровати за шиворот. Никакой руки, конечно, не было, но ощущения были именно такими – Риен просто слетел на пол от сильнейшего внутреннего толчка и, моментально забыв про сон, кинулся к окну. Комнатушка у него была маленькая, но окно в ней – достаточно большое.

Распахнув створки, он высунулся наружу, пытаясь понять, что уже случилось и что все еще продолжало происходить. В том, что продолжало, он был уверен. Странное чувство – будто бы землетрясение, но только для него одного, потому что внутри комнаты ничего не тряслось и не звякало.

Снаружи первые мгновения все казалось спокойным, обычным, но потом во двор начали выбегать люди – кухонные работники, стража, горничные… Выбегали, оглядывались, задавали вопросы, перекрикивая друг друга. Похоже, все они, как и Риен, ощутили внутренний толчок и не могли найти причину. А потом замолчали – все, разом.

Риен перевел взгляд туда, куда смотрели собравшиеся во дворе люди, и, тихо охнув, судорожно вцепился руками в подоконник. Из-за крепостной стены медленно поднималась другая стена. Или не стена, но что-то, похожее на стену. Оно было приятного светло-сиреневого цвета и переливалось в солнечных лучах.

Затаив дыхание, Риен следил за тем, как сиреневая стена росла в небо – а потом изогнулась дугой и стала надвигаться на замок. Вернее, не совсем на замок, скорее над замком, потому что она оказалась намного выше его самых высоких башен.

Риен высунулся из окна по пояс и повернулся, чтобы увидеть, что происходит над самой головой. Там, из-за крыши башни, показалась вторая стена, такая же сиреневая и переливчатая. Вот они приблизились друг к другу – и слились воедино, не оставив никаких следов соединения.

Теперь замок, крепостные стены и небо – все оказалось закрыто получившимся куполом. Будто замок стал блюдом под сиреневой крышкой, так что все во дворе окрасилось оттенками сиреневого – и постройки, и люди, и камни мостовой.

Сиреневый купол, впрочем, оказался прозрачным. Риен видел сквозь него облака – теперь тоже сиреневые. Видел силуэты птиц, тоже изменившие цвет.

Что все это значило?

Риен успел одеться и тоже выйти во двор замка к тому времени, как на парадной лестнице появился Торис, вожак оборотней, служивших Темному.

После отъезда как самого Темного мага, так и его управляющего Митрила, Торис остался за главного. Впрочем, Риену казалось, что власть он негласно делил с невысоким неприметным человеком по имени Финеус, чью должность Риен никак не мог определить, но которого он часто видел беседующим с Торисом – причем этого неприметного человека Торис выслушивал почти с таким же почтением, как самого Тонгила.

Сейчас, впрочем, Торис был один.

– Тихо! – первым делом рявкнул оборотень, и, когда от его рыка во дворе наступила мертвая тишина, продолжил спокойным тоном: – Этот купол, – он ткнул указательным пальцем наверх, – создан господином Тонгилом. Купол окружает замок по периметру крепостной стены и защищает нас от врагов. Он будет стоять до тех пор, пока господин Тонгил не вернется. Все ясно?

Люди начали переглядываться, но все молчали, пока вперед не выступила главная повариха, высокая, широкоплечая и дородная. Риен уже знал, что в замковых кухнях она правит железной рукой.

Она подбоченилась.

– Мне не ясно. Что мы будем есть в запертом замке? Все продукты нам привозят из соседних поселений.

– Господин Тонгил все предусмотрел, – сказал Торис. – Того, что хранится в подземных хранилищах, хватит на несколько лет.

Повариха недоверчиво хмыкнула, и на лице Ториса промелькнуло легкое раздражение.

– Давайте спустимся вниз, тэрэса Костана, и вы посмотрите на припасы собственными глазами.

Приглашение идти в подземелье повариху не смутило.

– Отлично.

Она развернулась к толпе и трижды ткнула пальцем.

– Ты, ты и ты, – Риен с изумлением понял, что третьим «ты» оказался он. – Пойдете со мной. Принесете из подземного хранилища продукты, которые будут нужны на кухне сегодня.

Вот уж куда Риену хотелось идти меньше всего, так это в тонгилово подземелье! Впрочем, и двое других людей, выбранных на роль носильщиков, довольными не выглядели, но роптать никто не посмел.

Подземные хранилища, как оказалось, располагались на самом нижнем этаже, и прошло немало времени, прежде чем они туда добрались. Риен попытался прикинуть, насколько глубоко уходит лестница. Получилось, что почти на высоту главной башни замка.

Их факелы осветили лишь небольшую часть этажа. Риен видел длинный узкий коридор, уходивший вдаль и непонятно где заканчивавшийся, а в нем, справа и слева, бесчисленные двери.

– Вот, – Торис подошел к ближайшей двери, отодвинул засов и распахнул ее. Внутри оказалась огромная комната. На две трети она была заставлена широченными деревянными шкафами, до отказа заполненными едой. Корзины с овощами и фруктами, которые выглядели так, будто их только что сорвали с грядки или с дерева. Лари с мукой, крупами и орехами. Соль и специи. Бочонки с медом. В оставшемся пространстве, на подвешенных с потолка крюках, висели ободранные от кожи коровьи, бараньи и свиные туши. В ящиках лежала свежая рыба. При этом Риен не ощутил никаких запахов еды. Вообще никаких – будто перед ним был рисунок.

– Тут на все нанесены заклинания сохранения? – выпалил он, не удержавшись, пытаясь одновременно представить, сколько же магов-помощников Тонгил должен был задействовать. Насколько Риен знал, заклинание приходилось наносить на каждый продукт индивидуально. Естественно, сам хозяин замка такой муторной работой заниматься бы не стал.

Торис бросил на него косой взгляд.

– Не задавай вопросов о том, что тебя не касается, – отрезал он, потом повернулся к поварихе. – Мои люди будут дежурить здесь постоянно и пропустят только ваших посыльных, тэрэса Костана. Насколько вам хватит запасов из этой комнаты?

Повариха огляделась.

– Два месяца, – выдала она. – Народа в замке много и все прожорливые. Но на чем мы будем готовить?

Торис вышел в коридор и открыл дверь в комнату напротив. Там, до самого потолка, все пространство занимали ящики с каменным и древесным углем.

Риен мысленно покачал головой. Все выглядело так, будто Тонгил уже очень давно начал готовиться к многолетней осаде или к чему-то подобному.

Но почему?

* * *

Руки и ноги Риена еще гудели после долгого подъема по лестнице, по которой ему пришлось идти груженным тяжелой корзиной, когда, заворачивая в очередной коридор в главной башне замка, он заметил мелькнувшую впереди светлую шевелюру.

Ха! Кроме самого Риена такие светлые волосы были только у одного человека в замке. То есть у одного не-человека. Того самого, которого Риен чуть не убил – абсолютно случайно!

Но почему эльф бродил по замку? Насколько Риен знал, Тонгил запретил выпускать эльфа из его комнаты, и именно там эльф и находился все последнее время. Вряд ли Торис посмел самовольно отменить приказ господина.

Риен почувствовал, как борются в нем любопытство и осторожность, и как любопытство побеждает.

Тималь дарэ-Орес шагал вперед уверенно, сворачивая то в один коридор, то в другой, а потом открыл неприметную дверь, которую иначе Риен вовсе бы не заметил, и скользнул внутрь.

Риен остановился у запертой двери, колеблясь. Потом задрал штанину и вытащил из ножен, пристегнутых к ноге, длинный нож. Держа его наготове в правой руке, левой он осторожно толкнул дверь и заглянул внутрь.

Комната была небольшой и пустой. Посредине прямо на полу сидел Тималь, перед ним лежала крупная морская раковина – или нечто, похожее на раковину, – и из нее доносились какие-то невнятные звуки.

Дверь открылась бесшумно, но Тималь, очевидно, что-то все же услышал, потому что резко обернулся и, увидев Риена, вскочил на ноги, выдергивая из-за пояса кинжал, который был немного длиннее, чем клинок Риена. Наличие кинжала Риена не удивило – раз эльф смог выбраться из охраняемой комнаты, то разжиться оружием ему было тем более не сложно. Удивила одежда Тималя, которую сейчас он смог, наконец, хорошо разглядеть, – это была форма рядового стражника Тонгила со стандартной руной Яруш на плече.

Риен вошел внутрь и аккуратно закрыл за собой дверь.

– Предлагаю договор: ты расскажешь мне, что происходит и что ты тут делаешь, а я никому не скажу, что ты сбежал из-под охраны, – сказал он.

– А может я тебя лучше зарежу, вышквырыш? – в голосе Тималя звучала ненависть, но, несмотря на угрозу, в атаку он не бросился.

– Или я тебя, – парировал Риен, приказав себе не обращать внимания на оскорбления эльфа. – А Тонгила, чтобы тебя вылечить, в замке больше нет.

Эльфа Риен не боялся – он помнил, что дрался тот так себе, на ярости, а не на умении. Похоже, дома, в Лазурной Долине, из него не планировали делать воина. А вот из Риена планировали. Риен ведь не всегда считался наследником. Почти всю сознательную жизнь он был младшим сыном, которого ждала воинская стезя, и только несколько лет назад, после смерти старшего брата, отец начал учить его управлению владениями.

– Ладно, – неожиданно легко согласился Тималь и кинул клинок назад в ножны. Взгляд, которым он одарил Риена, был очень расчетливым. – Расскажу.

– Как ты выбрался? – первым делом спросил Риен.

– Вылез в окно, – эльф пожал плечами.

– У тебя же комната на верхнем этаже башни, – не поверил Риен.

– Ну да. Оттуда легко добраться до открытой площадки на самом верху и спуститься вниз по лестнице.

Риен моргнул, но решил поверить.

– А одежда? Оружие?

– Стащил чистый комплект у прачек, а оружие – в комнате какого-то ротозея.

– Но как тебя не узнали? Ты открыто шел…

– А мне интересно, как ты меня узнал? – Тималь прищурился, глядя на Риена.

Риен моргнул, когда до него дошло, почему тот шагал по замку так уверенно.

– Личина? На тебе магическая личина?

– Именно. Так как ты сумел?

Риен уже хотел пожать плечами и сказать, что понятия не имеет, когда его пронзила неожиданная мысль. А если он сумел из-за своего Темного Дара? И эльф догадается?

Риен попытался успокоить себя тем, что такая идея выглядела притянутой за уши, но страх разоблачения не уменьшился. Ему нужно было отвести от себя подозрения. Но как?

– Для меня ты выглядишь как обычно. То есть как эльф. Думаю, я тебя узнал потому, что тогда, ну, когда я тебя ранил, меня всего забрызгало кровью. Твоей. Вот и сработало сродство по крови… – Риен замолчал, чувствуя, что краснеет от той чуши, которую только что сочинил. «Сродство по крови» какое-то! Ничего подобного в теории магии не имелось!

Но Тималь не назвал его придурком и даже не взглянул как на придурка. Вместо того нахмурился и пробормотал себе под нос на эльфийском, который Риен худо-бедно понимал:

– Опять корявый артефакт. Ничего нормально сделать не могут.

Риен не стал дожидаться, пока тот еще что-то скажет, и ткнул пальцем в раковину.

– Что это такое?

Еще один оценивающий взгляд, после чего Тималь вернулся на то место, на котором сидел, когда Риен только вошел, и жестом показал на пол напротив себя.

– Садись и сам послушай.

Свой нож Риен убирать не стал, и, когда приблизился и сел на указанное место, положил его себе на колени, продолжая держать рукоять в ладони. Прислушался. Из раковины доносился звук, похожий на шорох одежды, потом на шелест бумаг, и, наконец, на звук отрывающейся двери и уверенные шаги.

– Достал? – спросил знакомый голос. Торис.

– Да. Вот, – второй голос принадлежал Финеусу. – Посмотри сам. Ты ведь знаешь, что означает почерневший камень? Господин Тонгил тебе объяснял?

– Да, – голос Ториса прозвучал так, будто ему враз стало тяжело говорить. – Он предупреждал, что будет означать почерневший камень. Но я не могу поверить…

Наступила тишина, Риен слышал только слабые звуки дыхания и шелеста одежды.

– Несмотря на все предупреждения и приготовления, мне тоже тяжело представить, что кто-то сумел убить господина Тонгила, – наконец заговорил Финеус. – Тем не менее это случилось. Нам остается только четко выполнять все его приказы и ждать.

Риен сглотнул, чувствуя внезапное головокружение.

Господин Тонгил был мертв.

Это звучало невероятно. Еще два месяца назад никакая другая новость не сделала бы Риена счастливее. Но сейчас, зная, что он сам несет в себе Темный Дар, Риен не ощутил даже тени радости. Только растерянность.

– Да, – Торис вздохнул. – Выполнять приказы и ждать. Ты прав. Про смерть господина мы, естественно, молчим?

– Естественно, – подтвердил Финеус. – Волнения нам ни к чему. А из обитателей замка, думаю, сам до правды никто не докопается. Уж ближайшее время точно.

– Да, верно. Ладно, давай к делу. Скажи, тебя не смущают лишние люди, которые оказались вместе с нами под куполом?

– Деревенские жители? Так их немного. Я насчитал всего семь.

– Нет, не они. Я про киретский караван. Шесть десятков лишних ртов, которые тоже надо кормить…

Вновь повисла пауза, потом Финеус твердо проговорил:

– Нет, убивать мы их не будем. Если бы их смерть входила в планы господина Тонгила, он бы об этом распорядился сам. Запасов провианта и угля у нас так бы хватило на десять лет, ну а с учетом лишних ртов – хватит на восемь. Я уверен, что господин Тонгил вернется намного раньше этого срока.

Риен бросил быстрый взгляд на эльфа. Тот сидел, напряженно уставившись на раковину, из которой доносились голоса. Понять, о чем он думает, было невозможно.

– Амулеты Вольным я раздам сегодня ночью, – снова заговорил Торис. – Для обычных стражников амулетов хватит?

– Да, господин Тонгил оставил их с запасом, – ответил Финеус. Потом послышался звук отодвигаемого стула. – Как раз сейчас этим и займусь.

Скрипнула открываемая и закрываемая дверь.

Тималь протянул руку и накрыл раковину ладонью. Когда убрал, никаких звуков из нее больше не доносилось.

– Это артефакт для подслушивания? – спросил Риен то, что и так было очевидно, и на кивок эльфа продолжил: – Зачем тебе было приходить сюда? Не мог слушать в своей комнате?

– Слишком большое расстояние, – отозвался тот рассеянно, явно все еще находясь под впечатлением от услышанных новостей. – Артефакт не работает дальше, чем на тридцать футов.

Риен кивнул и поднялся на ноги, пытаясь решить, не метнет ли эльф в него свой кинжал, если Риен повернется к нему спиной, чтобы нормально дойти до двери? Или лучше показаться смешным, но до двери пятиться, держа оружие в руке?

Здравый смысл подсказывал, что лучше быть смешным, но при этом живым.

– Как ты думаешь, о каких амулетах они упоминали? – задумчиво спросил эльф.

– Что?

– О каких амулетах, говорю? Со всем остальным ясно, но я не понимаю, что за амулеты.

– Ума не приложу, – честно ответил Риен, и, решив следовать советам здравого смысла, попятился к двери. Эльф продолжал сидеть в той же позе, когда Риен нащупал за спиной дверь.

Но открыть ее и выйти он не успел, потому что эльф заговорил снова:

– Эй, человек. Ты ведь понимаешь, что, если надумаешь выдать меня, я расскажу, что ты тоже в курсе тайны, которую они скрывают? Я о смерти господина Тонгила.

Риен нахмурился.

– Во-первых, у меня есть имя. Меня зовут Риен. Во-вторых, я уже пообещал не выдавать тебя.

– Обещание человека, – Тималь презрительно фыркнул. – Только дураки верят обещаниям людей.

Риен подавил вспышку гнева. Нет, он больше не позволит оскорблениям эльфа задеть себя.

– Не суди по себе, – буркнул он и выскользнул за дверь.

* * *

(Замок Тонгила на севере, три дня спустя после появления купола)

Риен забрался на верх крепостной стены и остановился, переводя дыхание и озираясь. Стражник, чей пост был совсем рядом от того места, где Риен стоял, покосился на него, но прогонять не стал.

Зрелище было одновременно ожидаемое и неожиданное.

Купол вырастал из земли на расстоянии футов триста от стены, так что справа внутри купола оказалось немного леса. А вот слева леса не было, там виднелась поляна. Как и в верхней части, внизу купол тоже был прозрачным, и все, что за ним, было прекрасно видно.

Риен наклонился вперед, разглядывая двигающиеся на поляне фигуры. Значит, слухи не обманули – к куполу действительно явились маги. Естественно, Светлые – Темные бы не стали пытаться ломать защиту Тонгила.

– Что они там делают? – не удержался Риен от вопроса, не уверенный, что стражник ответит, но тот отозвался:

– Вчера целый день пытались пробить стену купола, а сегодня вон, делают подкоп. Да только это без толку, – добавил он с абсолютной уверенностью. – Магию господина Тонгила им не преодолеть.

Риен кивнул, хотя такой веры в магию Тонгила, как у стражника, у него не было, и продолжил разглядывать людей, пытаясь понять, встречал ли он кого-нибудь из них прежде.

Шел третий день жизни под куполом, и Риен все еще пытался уложить в голове то, что случилось и что он подслушал через артефакт эльфа. Господин Тонгил был мертв – но при этом он сумел заключить свой замок и всех его жителей, вольных и невольных, в подобие огромной тюрьмы, а его самые верные слуги терпеливо ждали его возвращения из мертвых…

Движения людей за куполом изменились, стали суматошными. Потом они все развернулись и кинулись бежать, а поляну с той стороны заволокло черным дымом.

Стражник довольно хмыкнул.

– Подземного демона выкопали. Дурачье.

Риен сглотнул. Он понимал, что должен желать удачи магам на той стороне купола, но удача никак не желалась. Потому что если они сумеют проникнуть внутрь и освободят заложников, то отправят его домой, к отцу, который Темных ненавидит. И это в том случае, если они не заметят его Темный Дар – Риен смутно помнил, что вроде как Светлые маги не ощущали магов с противоположным полюсом Силы. Ну а если заметят, то его убьют прямо здесь.

* * *

(замок Тонгила на севере, семь дней спустя после появления купола)

По неведомой Риену причине тэрэса Костана решила, что теперь именно он будет приносить на кухню продукты из подземелий. Ну, кроме туш животных – за ними обычно спускались стражники.

Его возражения были оборваны на полуслове.

И вот сейчас он как раз плелся в свою комнату после очередного дня бесконечных подъемов и спусков по лестнице, когда услышал:

– Ты, человек! Как там тебя…