Текст книги "Верификация Том 6 (СИ)"

Автор книги: Валерий Юрич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 21

Я внимательно посмотрел на нее. Простая девчонка из Омеги, обычная дочь фермера… Всего месяц назад для нее не существовало ни Системы, ни кругов Силы. А теперь она сыплет цитатами Скифа и лихо применяет его философию в бою.

– Хорошо сработано! – улыбнувшись, похвалил ее я.

Посреди арены появилась светящаяся арка, ведущая обратно в стартовый зал. Первый этап пройден. Чистая победа, без потерь, с первой попытки.

Но расслабляться пока было рано. Впереди нас ждали девятый и двенадцатый этажи.

– Идем в стартовый зал. Передохнем минут десять, и двигаемся дальше, – сказал я, помогая Маше подняться.

– Ладно. Десять так десять, – устало кивнула она. – Чайку бы сейчас… Убила бы за кружку горячего чая.

– Если Башня нас подслушивает, глядишь, и организует.

– Ага, щас, – хмыкнула Маша. – Эта зараза организует только неприятности на наши головы. Чай пусть уж будет по моей части.

Мы вернулись в зал. Каменная плита с цифрой шесть погасла, а на ее месте теперь горела зеленая галочка, знак завершения этапа.

Оставшиеся две арки продолжали тревожно сиять фиолетовым.

Маша присела у стены, прикрыла глаза и принялась восстанавливать энергию. Я же остановился перед аркой с девяткой и принялся обдумывать следующий этаж.

Испытание разума. Молот, помнится, одолел свою командную задачу с сорок второй попытки. А у меня их только пять. Пять шансов на то, чтобы разобраться в правилах, найти верное решение и выжить.

– Алекс, – Майя, как обычно, читала мои мысли. – Советую не экстраполировать опыт Молота на нашу ситуацию. Его испытание было стандартным тренировочным протоколом. В твоем же случае задействован уникальный протокол Архонта, который Скиф спроектировал лично. Параметры могут принципиально отличаться.

– И в какую же сторону?

– К сожалению, у меня недостаточно данных для прогноза.

– Спасибо, Майя. Звучит просто жесть как обнадеживающе.

– Обнадеживание не входит в мои функции. Только точная оценка ситуации.

Я еще какое-то время задумчиво постоял возле арки, а потом взглянул на системный таймер. Десять минут, отпущенные на отдых, истекли.

Маша открыла глаза и поднялась. Судя по ее слегка посвежевшему виду, энергия частично восстановилась. Прохор через Майю невесело отрапортовал о сорока процентах резерва.

– Я готова, – сбрасывая остатки усталости, решительно произнесла Маша.

Я кивнул, подошел к арке с девяткой и приложил ладонь к камню.

Плита раскололась и разъехалась в стороны. За ней нас поджидала все та же кромешная тьма, что и за первой аркой. Вот только на этот раз оттуда тянуло пронизывающим, влажным холодом.

Мы шагнули внутрь.

Свет здесь не резал глаза. Он разгорался медленно, словно нехотя.

Я огляделся. Мы стояли на каменной платформе, повисшей в пустоте.

Платформа была квадратной, метров десять на десять. А под ней ничего, бездна. Густой белесый туман клубился внизу и по бокам, уходя куда-то в бесконечность. Ни стен, ни потолка, ни линии горизонта. Только этот кусок камня, туман, мы и… лабиринт.

Впереди сквозь белую пелену начали проступать силуэты других платформ самых разных форм и размеров, хаотично распределенные в трехмерном пространстве. Одни парили вровень с нашей, другие висели выше или ниже. Между ними тянулись мосты, узкие каменные перешейки без перил, где-то целые, где-то частично разрушенные. Дальние платформы терялись в белесой дымке.

– Что это за чертовщина? – растерянно выдавила Маша. В тумане ее голос прозвучал непривычно глухо.

– Смахивает на трехмерный лабиринт.

– И куда нам идти?

Хороший вопрос. Никаких тебе указателей, стрелочек или подсказок. Только мы, голый камень под ногами и выбор направлений.

ДЕВЯТЫЙ ЭТАЖ. ИСПЫТАНИЕ РАЗУМА.

ЦЕЛЬ: ДОБРАТЬСЯ ДО ЦЕНТРА ЛАБИРИНТА.

УСЛОВИЕ: ВРЕМЯ ОГРАНИЧЕНО.

ПОПЫТКА 1 ИЗ 5.

Голос Башни смолк, и в то же мгновение над нашей платформой вспыхнула голограмма с часами. Обратный отсчет. Тридцать минут.

Полчаса на то, чтобы пройти лабиринт, чья структура спрятана в тумане. Без карты, без подсказок, без возможности разглядеть хоть что-то дальше нескольких десятков метров.

– Майя, сможешь набросать карту по видимым ориентирам?

– Лишь частично. Визуально доступны девять платформ и двадцать два моста. Для полноценной карты данных маловато. Но я могу отслеживать наш маршрут и достраивать карту на ходу.

– Хорошо. Действуй.

– Прохор, делай то же самое, – подхватила Маша. – Два искина, двойное покрытие. Будем строить карту в два потока.

– Надо пошевеливаться, – бросил я. – Тридцати минут капец как мало для таких масштабов. Сейчас главное разведать тут все и найти хоть какие-то зацепки и закономерности. Если не нащупаем центр с первой попытки, будем использовать частично готовую карту для второй.

Мы побежали вперед.

Первый мост был метра три в ширину и около двадцати в длину. Камень блестел от влаги, подошвы скользили. По бокам зияла белая пропасть. Падение, скорее всего, будет означать виртуальную смерть и минус одну попытку.

Вторая платформа оказалась круглой и довольно небольшой. От нее расходились два моста. Один вел вперед и забирал вверх, второй уходил влево, оставаясь на том же уровне.

– Куда дальше? – спросила Маша.

Я всмотрелся в туман. Никакой разницы, сплошное молоко. Ни единой зацепки для глаз.

– Майя, есть разница в энергетическом фоне?

– Незначительная. На верхнем мосту фон выше на три процента. Это может быть как обычная флуктуация, так и маркер.

Три процента. Кот наплакал. Но в лабиринте без ориентиров даже малейший перепад уже хлеб.

– Идем наверх, – скомандовал я. – Если центр лабиринта – это точка с максимальным фоном, значит, надо двигаться туда, где он растет.

Мы побежали по верхнему мосту. Он был куда уже, полтора метра максимум, и при этом длиннее. На середине он изогнулся дугой, и я вдруг почувствовал, как камень под ногами мелко дрогнул.

– Осторожно! – я схватил Машу за руку и рванул вперед, едва успев избежать тотального фиаско.

Кусок моста позади нас с грохотом рухнул в пропасть. Маша ахнула, чисто рефлекторно прижавшись ко мне.

– Твою ж налево, Алекс! – выдохнула она. – Я чуть не свалилась. Что за фигня?

– Похоже, эта дрянь отсекает нам путь назад, – мрачно констатировал я.

– То есть вернуться и попробовать другой маршрут мы уже не сможем?

– Видимо, да. Каждый выбор окончательный. Испытание разума, чтоб его. Заранее думай, куда идешь.

А тем временем таймер показывал уже двадцать четыре минуты. Часики тикали.

Мы добежали до следующей платформы. Тут нас ждали уже три моста. Энергофон подскочил еще на два процента. Значит, идем верно. Но вариантов-то три. Два наверх, один вниз.

– Майя?

– Верхний левый: плюс четыре процента. Верхний правый: плюс два. Нижний: минус пять.

– Верхний левый.

И мы снова побежали. Мост за спиной снова обвалился, но на этот раз мы хотя бы были к этому готовы.

Следующая платформа. Снова три моста. Фон растет. Очередной выбор. Снова бег. Снова обрушение.

На седьмой платформе меня стали одолевать смутные сомнения.

– Маша, стой.

Она остановилась, тяжело дыша. Таймер безжалостно высвечивал шестнадцать минут.

– Что случилось?

– Глянь на мосты. Каждый раз, когда мы выбираем путь с максимальным ростом энергофона, следующая площадка подкидывает нам столько же, а то и больше вариантов. На первой был один. На второй два. А на третьей уже три. И так по нарастающей. Фон-то растет, но выбирать становится все сложнее.

– И мы убиваем кучу времени на каждое решение.

– В точку. Такое ощущение, что лабиринт нас тормозит. Чем ближе к центру, тем сложнее дается каждый шаг.

– И что делать?

Я стоял на каменном островке и вглядывался в серую пелену. Шесть мостов. Шесть путей. На трех фон растет, на одном стабилен, на двух падает.

Испытание разума, а не силы. Я прикрыл глаза.

Истинный Сципион умеет держать равновесие.

Равновесие. Точно! Как я раньше не додумался? Не максимум или минимум, а золотая середина.

– Майя, какой из мостов выдает стабильный фон?

– Тот, что идет прямо.

До этого все свои решения я принимал, ориентируясь на максимальный рост энергии. Действовал как в бою: ни шагу назад, бить сильнее, двигаться быстрее. Однако сейчас мы находились на этаже разума. Башня подсовывала нам самый очевидный маршрут по нарастающему энергофону. Но я начал подозревать, что этот путь ведет в ловушку, состоящую из бесконечных и все более запутанных развилок.

– Идем по стабильному, – решительно произнес я.

– Уверен? – Маша схватила меня за рукав. – Фон-то там не растет. Значит мы будем уходить от центра, – нерешительно произнесла она.

– А может мы просто уйдем из расставленной ловушки? Доверься мне, Маш.

Она задумчиво посмотрела на меня, а затем немного неуверенно кивнула.

Мы поспешили по горизонтальному мосту. Выглядел он вполне комфортно: довольно длинный и широкий. Камень под ногами не крошился, не ходил ходуном и явно не собирался обваливаться под нами. Дорога шла по прямой, без единого изгиба, и упиралась в небольшую платформу. Оттуда вел всего один-единственный мост, который резко уходил вниз.

– Туда? – Маша нахмурилась, с сомнением глядя на единственный доступный путь. – Фон же продолжает падать.

– Да, туда, – уверенно кивнул я.

– Алекс…

– Чтобы подпрыгнуть повыше, нужно пониже присесть. Сама же мне это недавно говорила, забыла? – я с улыбкой посмотрел на нее.

Она осеклась и снова с явным подозрением посмотрела на мост, теряющийся в густом тумане.

– Думаешь, Скиф приберег эту подсказку как раз для этого случая?

– Думаю, Скиф вообще ничего не делал просто так. Молот, между прочим, тоже предупреждал, что у испытаний Башни есть двойное дно. Самый очевидный путь наверх, к растущему фону, как по мне, лишь затягивает еще глубже в лабиринт. Лучше пойти туда, куда в здравом уме никто не полезет.

На таймере оставалось одиннадцать минут.

– Ну, тогда вперед, – обескураженно выдохнула Маша.

Мы поспешили по уходящему вниз мосту. Спуск оказался затяжным и довольно крутым. Продвигаться во внезапно погустевшем тумане приходилось почти вслепую, так что Маша вызвала над ладонью слабое псионическое свечение, эдакий импровизированный фонарик. Туман вокруг становился все плотнее, энергофон стремительно снижался: минус десять процентов, минус двадцать, минус тридцать… Мой внутренний голос истошно вопил, что мы движемся в тупик. Но сейчас я действовал на чистой интуиции, а потому велел разуму заткнуться.

Майя не могла ни подтвердить, ни опровергнуть мою гипотезу, а потому благоразумно молчала.

До окончания испытания оставалось семь минут.

В конце концов мост вывел нас на очень маленькую платформу. И здесь мы в растерянности остановились. Дальше пути не было. Ни единого мостика. Глухой тупик.

Маша перевела взгляд на меня. В ее глазах читался не упрек, а скорее молчаливый и терпеливый вопрос.

Шесть минут.

Я опустился на одно колено и прижал ладонь к камню платформы. Холодная, влажная, абсолютно безжизненная поверхность. Энергофон продолжал колебаться в районе нуля.

Низко присесть…

Я прикрыл глаза. Глубокий вдох, медленный выдох. Отбросив в сторону всю тактику, расчеты и анализ, я постарался просто почувствовать камень под рукой.

И он неожиданно отозвался.

Это была слабая, едва уловимая вибрация, ощущаемая на самой грани восприятия. Где-то там, глубоко под платформой, что-то размеренно и неторопливо испускало энергетические волны.

– Маш, – позвал я. – Под нами что-то есть.

– В смысле? Что там может быть? Я ничего не чувствую.

– Без понятия. Но там точно что-то есть. Может, очередная ловушка, а может, центр лабиринта. Оно прямо здесь, под нами.

Пять минут.

– И как туда попасть? – она огляделась по сторонам. – Мостов-то нет. Плита монолитная. Прохор никаких скрытых ходов не обнаружил.

Я внимательно смотрел на камень. Действительно, цельная глыба, ни единой трещинки, ни стыка. Ни потайного люка, ни двери, ни лестницы. С виду обычный тупик.

Или же…

Я вскочил на ноги.

– Маш. Ударь воздушным импульсом. Прямо в платформу. Вложи, все, что осталось у тебя в резервах.

– Предлагаешь разбить пол, на котором мы стоим⁈ Прямо над бездной? Ты совсем рехнулся, Алекс⁈

– Просто сделай, что я говорю.

Маша окинула меня долгим, беспокойным взглядом.

Четыре минуты.

– Это сущее самоубийство, – наконец раздраженно бросила она.

– Это испытание разума. А разум мне подсказывает: если двери нет, проруби ее сам.

– А мой разум говорит, что мы сейчас грохнемся в пропасть и бездарно сольем первую попытку.

– Маш, просто доверься мне.

Три с половиной минуты.

Мари продолжала смотреть на меня. Я буквально видел, как в ее глазах логика борется с доверием, а здравая осторожность с решимостью.

– Ладно, черт с тобой, Алекс, – наконец сдалась она. – Но если мы грохнемся обо что-нибудь твердое и очень больно сдохнем, будешь целую неделю носить мне кофе в постель и мыть посуду.

– Вообще не вопрос, – усмехнулся я.

Она вскинула обе руки над головой и начала собирать энергию, всю до последней капли, весь свой резерв, который удалось восстановить, пока мы отдыхали, а затем блуждали по лабиринту. Ее ладони вспыхнули слепящим белым светом. Прохор надрывался от крика по внутреннему каналу, но Мари его попросту игнорировала.

– Я готова, – процедила она сквозь стиснутые зубы.

– Давай!

И в следующий миг она ударила.

Глава 22

Концентрированная воздушная струя прошила платформу насквозь. Камень пошел трещинами, паутина разломов мгновенно разбежалась от центра к краям. Раздался оглушительный грохот, скрежет и треск рвущейся породы. В следующую секунду платформа развалилась на куски, и мы полетели в пропасть.

Со всех сторон нас обступил плотный туман, еще больше увеличивающий панику от свободного, неконтролируемого падения. Маша отчаянно закричала. Я чудом успел схватить ее за руку и притянуть к себе. Если уж нам суждено разбиться, то хотя бы вместе.

Спустя несколько бесконечных секунд полета мы наконец на что-то брякнулись.

Удар вышел на удивление мягким и пружинящим. Будто мы приземлились на исполинский батут.

Под нами переливалось фиолетовым нечто теплое и упругое, смахивающее на энергетическую подушку или страховочную сеть. А чуть ниже виднелась огромная платформа, в центре которой возвышался каменный постамент со светящейся аркой перехода в стартовый зал.

Все-таки мы сделали это. Нашли центр лабиринта.

ДЕВЯТЫЙ ЭТАЖ ПРОЙДЕН.

ПОПЫТКА 1 ИЗ 5.

ПОТЕРИ: 0.

РЕЗУЛЬТАТ: ОТЛИЧНО.

Маша лежала рядышком и ошарашенно смотрела в туман, который уже начал рассеиваться, обнажая уходящие далеко вдаль своды колоссального каменного зала.

– Ну ты и псих, – придя в себя, выдохнула она. – Наглухо отбитый, клинический псих.

– Но ведь получилось же!

– Получилось. – Она повернула голову. – Но ты все равно псих.

– Ладно, псих так псих.

– И ты должен мне кофе в постель.

– Эй, мы же не разбились! Технически я выиграл спор.

– Алекс, мы проломили пол и рухнули в пропасть. Это, черт возьми, почти то же самое, что разбиться в лепешку!

– Ладно, ладно, только не кипятись. Так уж и быть, кофе за мной, – пытаясь скрыть улыбку, ответил я.

Маша переливчато рассмеялась. Это был усталый, но совершенно счастливый смех. Я лежал рядом, слушал его и на несколько мгновений полностью позабыл о грядущем двенадцатом этаже, о единственной попытке и о пресловутых равновесии и ключе. Просто лежал на теплой, сияющей платформе рядом с любимой девушкой и слушал, как она смеется.

Когда Мари немного успокоилась, я поднялся и протянул ей руку.

– Двенадцатый, – напомнил я. – Одна попытка. Готова?

Маша лукаво сверкнула глазами в мою сторону и встала.

– Нет, конечно, – честно призналась она. – Но разве это меня когда-то останавливало?

Мы вернулись в стартовый зал. С чувством глубокого внутреннего удовлетворения я взглянул на две зеленые галочки на местах шестой и девятой арок. И только одна, с цифрой двенадцать, продолжала светиться фиолетовым.

Мы присели, привалившись к стене. Маша жадно восполняла энергию. После своего эпичного фокуса с платформой в ее резервах практически ничего не осталось.

– Двенадцатый этаж, – задумчиво протянула она, опустошая кристалл зэн-накопителя. – Равновесие. Одна-единственная попытка без права на ошибку. Есть какие-нибудь догадки, что нас там ждет?

– Не-а, – честно ответил я.

– У меня тоже никаких идей. Я все думала про это равновесие. Как оно будет проверяться?

– Мне кажется там будут испытывать и силу, и мозги одновременно. Способность вовремя между ними переключаться. Понимать, когда нужно бить, когда шевелить извилинами, а когда лучше вообще отойти в сторонку. Сдается мне, это будет самая жесткая часть нашего испытания.

– Рассчитанная на двенадцатый круг.

– Прежде всего рассчитанная на Архонта.

Маша окинула меня внимательным взглядом.

– Алекс, если мы проиграем, второй ключ будет навсегда потерян. Портал на Землю останется закрыт.

– Мы пройдем, – решительно ответил я.

– Почему ты так в этом уверен?

– Да потому что Скиф спроектировал это испытание под человека, который способен его пройти. Он сам задал рамки: Архонт, шестой круг, плюс один напарник. Он знал, что Архонт будет именно на этом уровне Силы. И он сбалансировал испытание так, чтобы его можно было пройти, каким бы сложным оно ни казалось.

Маша задумчиво убрала в подсумок опустошенный кристалл, улыбнулась чему-то своему, а потом решительно поднялась, протянула мне руку и неожиданно выдала:

– Ну, тогда погнали и пройдем его.

– Вот это другой разговор!

Я бодро поднялся, подошел к двенадцатой арке и приложил ладонь к теплому камню.

Плита привычно раздалась в стороны.

За ней нас ждал свет. Он был яркий, золотистый и согревающий. Совсем непохожий ни на ослепительную белизну арены, ни на унылую серость лабиринта. Это был свет восхода. Свет начала.

Мы шагнули внутрь.

* * *

Признаться, от увиденного у меня слегка перехватило дух.

Мы стояли на краю обрыва, и перед нами разворачивалась поистине фантастическая панорама. Горные хребты тянулись до самого горизонта: изумрудные склоны, белоснежные пики, ущелья, утопающие в утреннем тумане. Небо было чистым, пронзительно-синим и бездонным. Воздух благоухал хвоей, свежестью и опьяняющей свободой.

Далеко внизу под нами раскинулась долина, посреди которой виднелось небольшое овальное озеро, обрамленное вековыми соснами. На берегу возвышался каменный постамент, точь-в-точь такой же, что мы видели в центре лабиринта. А на нем стоял черный обелиск, и даже с этой верхотуры я мог разглядеть блеск кристалла на его вершине.

По всей видимости, это и была наша цель.

Однако, проблема заключалась в том, что от заветного озера нас отделял отвесный обрыв высотой в несколько сотен метров. Его мелкие каменные уступы блестели от утренней росы. Спуск по такой стене стал бы серьезным испытанием даже для опытного альпиниста, не говоря уже о нас с Машей.

Я начал было оглядываться по сторонам, выискивая хоть какой-то подходящий путь вниз, как вдруг увидел еще кое-что.

Прямо в воздухе, над пропастью между обрывом и долиной, стали возникать уже знакомые каменные платформы. С десяток, а то и больше, разного размера и на разной высоте. Расстояние между ними варьировалось примерно от трех до семи метров. Это была вполне себе приемлемая прыжковая дистанция для Сципиона шестого круга.

Но самое главное было в другом. На платформах стояли мощные фигуры. Аватары Башни. Я насчитал восемь человек. Все они были разные: высокие и низкорослые, вооруженные мечами, копьями и чем-то отдаленно напоминающим энергетические хлысты. Аватары неподвижно стояли на платформах, словно безмолвные стражи, и ждали появления цели.

– Полоса препятствий, – хмыкнула Маша. – Да еще и с охраной.

– Тут все немного сложнее. Присмотрись-ка.

Маша пригляделась повнимательнее и наконец поняла: платформы не стояли на месте. Они медленно двигались. Большие каменные глыбы парили в воздухе, плавно покачиваясь и смещаясь в стороны, вверх и вниз. Их траектории на первый взгляд казались абсолютно хаотичными. Расстояние между платформами постоянно менялось. Прыжок, который секунду назад казался простейшим, через несколько мгновений мог стать верным самоубийством.

– Динамический лабиринт с боевым наполнением, – резюмировал я. – Придется прыгать по этим плитам, отбиваться от местных обитателей и при этом как-то умудриться добраться до низа. И на все про все только одна попытка.

– Алекс, я в таких акробатических трюках вообще-то не профи. – Маша нерешительно взглянула на меня. – Прыгну, ну, может, метра три. Или четыре, если прям очень припечет. До некоторых платформ я просто не долечу, даже если они максимально сблизятся.

Она была права. Ситуация вырисовывалась довольно паршивая.

Я стоял на краю обрыва, хмуро глядя на эти чертовы платформы и на восемь стражей. Неизвестное количество прыжков. Плавающие дистанции. И напарница, которая не вытянет и половины маршрута.

Внезапно раздался голос Башни. Он прозвучал куда торжественнее и весомее, чем раньше.

ДВЕНАДЦАТЫЙ ЭТАЖ. ИСПЫТАНИЕ РАВНОВЕСИЯ.

ЦЕЛЬ: ДОСТИГНУТЬ ПОСТАМЕНТА В ДОЛИНЕ.

УСЛОВИЯ: ОСТАВАТЬСЯ В СВЯЗКЕ. ОБА УЧАСТНИКА ДОЛЖНЫ ДОСТИГНУТЬ ЦЕЛИ ОДНОВРЕМЕННО.

ПОПЫТКА 1 ИЗ 1.

Мы с Машей мрачно переглянулись.

– Эта штука хочет, чтобы мы двигались вместе, – пробурчала она. – Но я так не умею! Ты со своей Скоростью тигра можешь и на десять метров прыгнуть, а я что?

– Слушай, я тебе помогу с прыжком.

– И как же? За шкирку швырнешь или пинка дашь?

Я промолчал. Мозг лихорадочно работал, перебирая варианты.

Прыгать с Машей на руках? Это только в крутых боевиках такие трюки возможны. В реальности же мы просто ухнем вниз.

И тут вдруг меня осенило.

Машкина воздушная магия! Она ведь может создать импульс, который толкнет ее вперед. Этакий кустарный реактивный ранец. Коряво, неточно, жрет прорву энергии, но в по идее должно сработать.

– Маш, а ты сможешь вдарить воздухом так, чтобы тебя отбросило на нужную платформу?

Мари нахмурилась, что-то прикидывая в уме.

– Прохор говорит, что в теории это возможно, но на практике просит не рисковать. Контролировать направление крайне сложно. Чуть собьюсь с вектора и улечу вбок или волчком закручусь. И каждый такой удар сожрет процентов восемь-десять моего резерва.

Десять процентов за один прыжок. Сейчас, даже после передышки в стартовом зале, у Маши поди-ка восстановилось процентов сорок, не больше. Четыре, от силы пять таких рывков, и она будет полностью опустошена.

А прыгать тут придется раз пятнадцать, не меньше. И для Мари это было слишком много.

– Ладно, – кивнул я. – Меняем тактику. Действовать будем так. Идем в связке, но асинхронно. Я прыгаю первым, зачищаю площадку от местного босса. Потом ложусь у самого края, цепляюсь за камень с помощью Жала и ножа и протягиваю тебе руку. Ты прыгаешь. Если дистанция совсем уж большая, то помогаешь себе воздушным импульсом. Если не долетишь, то я тебя поймаю.

– А если не поймаешь?

– Поймаю.

– Алекс…

– Маш, я тебя поймаю, без вариантов. Ты мой самый главный приоритет.

Она молча заглянула мне в глаза, а затем нехотя кивнула.

– Хорошо.

– Супер. И еще момент: эти штуки постоянно двигаются. Перед каждым прыжком ждешь, пока нас не сведет поближе. Никакой спешки, таймер тут не тикает.

И правда, на двенадцатом этаже не было никакого обратного отсчета. Здесь с лихвой хватало ограничения в одну попытку.

– Готова?

Мари потуже затянула ремни, проверила свой энергопистолет с браслет-щитом и, глубоко вздохнув, кивнула.

– Погнали.

Первая каменная платформа висела метрах в трех от края обрыва и была пустой. Легкая цель. Я взял небольшой разбег, прыгнул и приземлился в перекате. Платформа приняла мой вес почти без качки.

Я обернулся и протянул руку к Мари.

– Прыгай!

Маша разбежалась и что есть сил оттолкнулась. Четвертый круг, отличная координация и сильное тело сделали свое дело: она легко пролетела эти три метра и пружинисто приземлилась рядом со мной.

– Хм, а в реальности это не так уж и сложно, – нервно усмехнулась она.

Расстояние до второй платформы было уже сравнительно больше. И на ней меня поджидал аватар с длинным копьем.

Я выждал момент, когда плиты максимально сблизятся друг с другом, активировал Ускорение тигра, разбежался и прыгнул, приземлившись на самый край, подальше от врага. Аватар, не теряя ни секунды, бросился в атаку. Его копье метнулось к моей груди.

Я скользнул влево, пропуская острие мимо ребер, и рубанул Сумрачным Гостем по древку. Энергосталь срезала оружие, как сухую ветку. Страж мгновенно отшвырнул бесполезный обломок и резким движением выхватил из-за спины короткий меч.

Я быстро огляделся по сторонам, примериваясь к габаритам маленькой парящей платформы. Маневрировать здесь было просто физически негде. Придется рубиться в плотном контакте, полагаясь лишь на технику и скорость.

Выпад, жесткое парирование, ответная атака. Где-то с полминуты мы с противником обменивались ударами. Наконец, я улучил момент, когда аватар выставил атакующую руку слишком далеко вперед. Отбив вражескую атаку, я провернул кисть с Сумрачным гостем и обрушил лезвие на запястье противника. Рука аватара с чавкающим звуком отделилась от тела. Энергосталь прошла сквозь броню без особого сопротивления.

Не теряя ни секунды я провел добивающий удар в шею, и в следующий миг фигура стража осыпалась снопом белых искр.

Убедившись, что опасность миновала, я обернулся к Маше. Ее сияющий, торжествующий взгляд говорил сам за себя. Она праздновала эту первую маленькую победу вместе со мной.

– Маш, жди, пока плиты максимально сойдутся, и прыгай! – крикнул я, убирая меч и подходя к краю платформы. – Вот сейчас! Давай!

И она прыгнула. Разбежаться ей было попросту негде. Два коротеньких шага, резкий толчок, полет… До платформы Маше не хватило совсем немного.

Словно в замедленной съемке я увидел, как ее фигура проваливается ниже края платформы, увидел, как в панике расширяются ее глаза. Все дальнейшее слилось в одну смазанную долю секунды. Молниеносный удар Жалом в камень, резкий бросок вперед, падение на живот. Нож, который я держал наготове, вонзился в пробитую трещину. А вторая рука отчаянно рванулась навстречу падающей в бездну Маше.