Текст книги "Пираты тридцатого века (СИ)"

Автор книги: Валерий Филатов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Ты! – полицейский ткнул в его сторону манипулятором. – И ты! – такое же движение в сторону Васнецова. – Отошли и сели в кресла! Вы – заключенные! И не забывайте об этом. Мне до вас нет дела. А вот ты! – он повернулся к Алексу. – Руки протяни мне.

В отсек зашёл ещё один полицейский, поигрывая электроразрядником, и Боровски пришлось подчиниться. Он протянул руки, и полисмен боязливо затянул его запястья путами.

– Господа, – обратился к ним Аль-Бади. – А законом запрещено спутывать руки заключённым при транспортировке на космическом корабле...

– Глохни! – повернулся к нему полицейский с разрядником. – Мы здесь закон! Уяснил?!

– На корабле, – теперь и Васнецов вступил в разговор, – все подчиняются капитану судна. Жаль, что вы об этом не знаете.

Мичман брезгливо сморщился.

– Теперь я не жалею, что мы отправили ваших столичных коллег из окна второго этажа. Они так же были не воспитаны...

– Что ты сказал?! – двинулся к нему полицейский с нейроманипулятором и на долю секунды потерял из виду Боровски.

Алекс изловчился, и ударом ноги выбил из рук полицейского прибор «садиста» – так назвали нейроманипуляторы в народе.

Имрек, увидев такое развитие событий, с необычной для его комплекции ловкостью вскочил с кресла и мощным ударом свалил другого полицейского. Электрошокер отлетел в сторону. Васнецов тут же подобрал оба прибора и добежал до открытой двери в отсек. Вопросительно взглянул на Боровски. Майор отрицательно покачал головой, думая, что мичман приготовился к побегу.

– Освободите руки майора Боровски, – грозно попросил Имрек полицейского, испуганно крутившего головой по сторонам. – Пожалуйста, сэр...

Поза капитана не сулила ничего хорошего. Аль-Бади чуть склонил голову и поднял руки на уровень груди, сжав кулаки. Полицейский внял разуму и отключил путы.

– И что теперь, – он попытался нагло усмехнуться, но не успел – стремительным классическим апперкотом капитан отправил полицейского к своему коллеге на пол.

– Ненавижу копов! – прошипел Аль-Бади. – Давайте их выбросим за дверь. А их игрушки спрячем здесь, в отсеке.

– Согласен, – кивнул Алекс.

Втроем они вытащили тела полицейских в коридор транспорта под изумленные взгляды космодесантников.

– Эй! – крикнул молодым десантникам Имрек. – Не соизволите спросить ваше руководство, когда нас будут кормить? И про воду не забудьте...

Заключенные закрыли дверь, и расселись на гамаках в отсеке.

«Руководство» не заставило себя ждать, и вскоре в отсек зашел старпом транспорта вместе с лейтенантом Ковальским.Троица заключённых уважительно встала строем.

– Господа, – старпом и лейтенант явно наблюдали недавно происшедшее событие, в отсеке была установлена камера. Старпому был неприятен и не нужен конфликт между арестантами и полицейскими. – От имени капитана хочу принести извинения за неподобающее поведение полицейских офицеров. Обещаю, что больше они не будут заходить в арестантский отсек без надобности. Все ваши пожелания будут учтены, а перегрузочные кресла заменены на современные.

– О, благодарим вас, сэр, – улыбнулся довольный Аль-Бади. – А можно мне кресло пошире?

– Современные регулируются, – бесстрастно ответил старпом. – Ещё есть пожелания?

– А как насчёт кормёжки и воды? – не унимался Имрек.

Старпом смерил внушительную фигуру бывшего канонира внимательным взглядом.

– Лично для вас будут две дополнительные пайки. Полицейским офицерам, которые недавно сюда наведывались, еда понадобится не скоро.

– Вы сказочно щедры, сэр! – почтительно вытянулся Имрек.

Уходя из отсека, лейтенант Ковальский требовательно протянул руку Боровски. Алекс без сожаления вложил в протянутую ладонь отобранные у полицейских приборы: электрошокер и нейроманипулятор.

Лейтенант благодарно кивнул.

Глава 3

Заканчивались третьи сутки полета.

После ужина, Имри, вытирая коркой кукурузного хлеба пластиковый лоток, вдруг многозначительно сказал.

– Интересно, а что нас ждёт по прибытии на Канлав? Говорили, что это жуткая дыра с надзирателями-беспредельщиками.

– Дополнительный паёк уж точно тебе там не светит, – усмехнулся Васнецов. – И благоустроенной камеры тоже. У нас на «Тулузе» был один матрос, отбывший там год за необоснованное убийство колониста.

– И что он рассказывал? – заинтересовался Боровски. – Мне там пять лет сидеть...

– Ничего хорошего, сэр, – сочувственно вздохнул Васнецов. – На планете всего два материка, а остальная поверхность – жутко горько-солёная вода, которую очищают для питья. Но фильтры, порой, не работают. На материке, который занимает четверть одного из полушарий планеты, и построили эту тюрьму. Второй материк – гораздо меньший по размеру, космопорт. Днём жара, ночью холод, и противные крылатые слизни, прущие из воды, как мошкара. Только слизни размером с доброго земного шмеля, и с жалом, способным крошить камни. Заключённые отбывают срок в металлических коробках, а охрана ходит в скафандрах повышенной защиты. И вот что удивительно, слизни не питаются «синтетикой», а только здоровым человеческим мясом. Говорят, что череп человека проламывают с одного клевка...

– Жуть какая! – выпучил глаза Аль-Бади. – А эти слизни съедобные? А то от сплошной «синтетики» меня пучит.

– Не знаю, Имри, – хохотнул Юрий. – Я не пробовал.

– А как же космопорт? – спросил Алекс. – Чем он защищён от этих тварей?

– Стеной в пять метров высотой, сэр. Вроде, слизни на большую высоту не подлетают. Но в воде всяких тварей хватает.

– А почему зону для заключённых нельзя обнести такой стеной? – тихо недоумевал Боровски.

– Чтобы жизнь мёдом не казалась...

Васнецов хотел ещё что-то сказать, но на панели оповещения режима полёта загорелся красный сигнал, и запищала система оповещения – транспорт выходил из прыжка.

– Шайтан! Я только что поел! – возмутился Аль-Бади. – Надеюсь, что новые антиперегрузочные кресла будут более удобные для восприятия перегрузок.

Заключенным сменили кресла, как и обещал старпом, и Боровски тщательно их настроил не без помощи Васнецова.

Троица узников спешно расселась по местам, и Аль-Бади тяжко вздохнул, предвкушая перегрузки, правда не столь длительные, как на старте перед прыжком.

Но что-то пошло не так... Тошнота и головокружение на выходе из прыжка, сменились другой – от сильного раскачивания корабля.

– Что за шайтан-арба?! – вскрикнул побледневший Имрек. – Когда это закончится?!

Транспорт не только раскачивался, но и дрожал всем корпусом, разбрасывая по отсеку незакреплённые предметы.

Боровски первым догадался, что это значит. Сорвавшись с кресла, он кинулся к нише со скафандрами.

– На транспорт кто-то напал! – крикнул Алекс. – Имрек, Юрий, немедленно в скафандры! Шевелись, капитан, если не хочешь улететь в космос голышом!

Аль-Бади икнул и с проворностью, достойной новобранца в армии, залез в защитный костюм. Васнецов тоже не отстал. И вовремя. Транспорт качнуло так сильно, что заключённые не устояли на ногах. Послышался стон разрываемого железа, но это был не тот звук, когда звездолёт начинает разваливаться. Загремели закрывающиеся переборки – это автоматика корабля локализовала пробоины в корпусе.

Алекс попытался найти частоту, на которой работали передатчики в скафандрах, но в шлеме гудели помехи. К Алексу подошёл Васнецов, который, как специалист по связи, сумел настроить свой передатчик. Юрий показал на пальцах частоту, по которой можно переговариваться.

– Сэр, наладьте передатчик Аль-Бади, а я попробую поймать разговоры наших десантников. Кто-то же должен нас отсюда выпустить!

Пока Боровски возился со связью Имрека, транспорт содрогнулся от ещё одного сильного удара. Дверь в арестантский отсек прогнулась и приоткрылась.

– Уходим! – показал рукой на проём Боровски.

Он первым выскочил в коридор, за ним выпрыгнул Васнецов, а вот Имрек застрял. Алекс подал ему длинную железяку, и капитан, используя её в виде рычага, проём расширил, огласив эфир дикими криками от натуги.

– Ищем центральный пост, – махнул рукой Боровски.

Он знал, что это место в любом звездолёте самое защищённое. Лишь бы проход туда не был бы закрыт переборками.

Они побежали по коридору, и Алекс отметил про себя, что транспортник ещё держится – несущие детали не были деформированы. И это вселяло надежду, хотя звездолёт и принял на себя несколько попаданий.

– Сэр, переключайтесь на частоту один-три, – сказал ему Васнецов на бегу. – Похоже, я поймал на ней вашего знакомого лейтенанта...

В современных скафандрах был вмонтирован микрокомпьютер, воспринимающий в шлеме голосовые команды. В тех древних скафандрах, что спасались арестанты, переключение частот производилось языком на небольшой, встроенной в гермошлем панели, и на бегу сделать это, было не так просто. Тем более, транспорт довольно сильно трясло. Алексу удалось.

– Боровски, командир?! – вопрошал Ковальский.

– На связи. Слушаю, лейтенант.

– Бегите по левому коридору от вашего отсека. Мы вас ждём в спасательной капсуле!

– Поздно, Айзек, – ответил Боровски. – Мы уже мчимся по правому коридору. Ищем центральный пост. Уходите!

– Сэр, а как же вы?! Через центральный пост уходите к шлюзам. Там осталась ещё капсула!

– Принял. Вы куда стартуете?

– Недалеко от нас висит русский эсминец «Стерегущий». Пока он прикрывает нашу переброску. Мы уходим на него.

– Понял, лейтенант. До встречи!

Последующий легкий толчок корпуса означал, что спасательная капсула вышла из транспорта. Тихо загудели насосы, сравнивая давление внутри звездолёта.

«Значит, системы этого корыта ещё работают», – заметил про себя Боровски.

Вскоре троица вбежала на центральный пост транспортника. Алекс остановился и оглядел терминалы. Кроме легкого мерцания пары экранов, всё работало исправно. Даже на радарной сетке светились отметки идентифицированных кораблей. Боровски изучил по ней обстановку за бортом.

Порядка пятидесяти легких кораблей класса «корвет» крутились вокруг двух эсминцев и ещё одного транспорта. Вся эта карусель медленно, но уверенно отдалялась от транспорта, на котором остались заключённые. Алекс прикинул, что пока они найдут спасательную капсулу, если ещё доберутся до неё, то нет никакой уверенности, что на тот момент эсминцы и транспорт не будут взяты на абордаж пиратами. А то что, их атаковали пираты – сомнений не было. Отметки корветов были идентифицированы, как враждебные. Вряд ли два эсминца смогут выдержать атаку пяти десятков пусть и небольших, но маневренных и вооружённых кораблей. Пираты и на корвет могли всунуть пару башен третьего калибра. Боровски сам видел такие конструкции. А калибр торпед у всех одинаковый.

Пираты атаковали грамотно, что немало удивило Алекса, и старались точными выстрелами поразить станции наведения эсминцев, чтобы как можно ближе подойти к ним для торпедного залпа. А десятка торпед хватит, чтобы превратить эсминец в парящие развалины.

– Несладко парням на эсминцах, – покачал головой Аль-Бади. – Судя по всему, абордаж не минуем.

– Вряд ли, – сказал тоже смотревший на радарную сетку Васнецов. – Цель пиратов вот тот транспорт с контейнером. – Юрий ткнул пальцем в отметку на экране радара.

Боровски пригляделся к маневрам кораблей. Действительно, пираты оттесняли эсминцы от транспорта, но «Стерегущий» отгонял юркие корветы залпами главного калибра.

– Неплохой канонир на этом русском корыте, – восхищенно цокнул языком Имрек. – Закрывает пятым калибром значительную зону.

– Это ненадолго, – прокомментировал Васнецов. – Русский эсминец после дальнего перехода. Ему банально не хватит энергии при таком темпе боя. Сэр, – он повернулся к Боровски. – Что будем делать? Я не вижу резона прыгать на капсуле в самую гущу боя. Нас просто снесут на клочки одним выстрелом.

– Юрик прав, – поддакнул Аль-Бади. – Нам нужен другой выход.

– Ваши предложения, джентльмены...

Имрек с Юрой переглянулись.

– Давайте используем наше корыто для наблюдения... пока, – Васнецов поискал терминал систем наведения и связи. – Проведём визуальную разведку близлежащей системы. Приборы этого корабля позволяют...

– Я тоже так думаю, – пробасил Аль-Бади.

– За дело! – согласился Боровски. – Имрек, посмотри вооружение и состояние двигателей. Юра, ты держи на радаре картинку боя и попробуй сбросить разведывательный буй вон на эту планетку, – он ткнул на последнюю планету системы HZ320, возле которой и проходил бой. – Похоже, что только туда мы сможем приземлиться, если будет необходимо. Закрыть бронедвери на КП и приготовиться!

Алекс занял место командира звездолёта и с удовольствием наблюдал за работой Васнецова и Аль-Бади. Он был в своей стихии – это было его привычное состояние. Слегка подзабытое, но очень знакомое.

Юрий и Имрек тоже были профессионалами. Ловко перекатываясь на креслах от одного пульта до другого, они включали и регулировали устройства транспортника.

– Маршевые двигатели повреждены, сэр, – деловито доложил Аль-Бади. – Хватит на небольшой импульс, но планетарные в порядке. Энергии достаточно. На этом корыте даже зенитки стоят! Так что мы сможем огрызнуться, если что...

– Зениткой по корвету, что горошиной в слона, – заметил Алекс. – Абордаж сможем отбить?

– Нет проблем. Я и такой корвет смогу обездвижить. Две десятых калибра хватит... Хотя, когда мы включим наведение, то сразу окажемся на радарах пиратов.

– Я пока увеличил мощность поля отражения транспорта и нас почти не видно, – уверенно сказал Васнецов. – Но если включить двигатели, то нас обнаружат по излучению.

Боровски искал выход. Он понял, что надо либо ждать окончания боя, либо... надо пиратов обмануть.

– Мичман, что там с разведкой?

– Последняя планета никак не подходит. Запускаю ещё один зонд на следующую – предпоследнюю от звезды. Расстояние далековато, без импульса маршевого двигателя мы будем добираться до неё на планетарных года два.

– Принято, – отозвался Боровски. – Ждём данных от зонда и будем принимать решение.

– Придётся подождать...

Алекс «переключил» своё внимание на боевую обстановку. Пока пираты безуспешно атаковали эсминцы, но корабль Американской Федерации вёл огонь не так интенсивно, и на него заходило в атаку три десятка корветов.

– Какие упорные, – вслух удивился Боровски. – Пиратами явно руководит кто-то из военных. Тактика достаточно выверенная, с поиском слабого места.

– В последние три года пираты стали более опытны, – сказал Васнецов, ожидая данные со второго зонда. Зонд-разведчик мог и не приближаться к планете, самое главное, чтобы его направленным сканерам ничего не мешало.

Пираты прорвались сквозь заградительный огонь эсминца Американской Федерации, и с десяток корветов выпустили свои торпеды. Алекс прикрыл глаза – участь эсминца была предрешена. На экране радара вспыхнула рукотворная звезда.

– Шайтаны! – прошипел Имрек.

И тут у Боровски родилась идея...

– Капитан, мы можем пустить спасательную капсулу в направлении русского эсминца?

– Можем, если повернём транспорт другим бортом...

– Юра?

– Сэр, отработайте планетарным и носовой тормозной дюзой на малой мощности. Самой малой...

– Понял. Что с разведкой?

– Сесть на планету сможем. И даже какое-то время жить на ней.

– Принято. Экипажу приготовится! План такой... Разворачиваем транспорт и выпускаем капсулу. Пираты наверняка заметят и направят к ней пару кораблей, – объяснял Боровски, посматривая на экран радара. «Стерегущий» в это время удачными выстрелами сбил три пиратских корвета. – Они выстрелят по капсуле, и под её разрывом мы стартуем к планете. Юра, сможешь держать интенсивность поля отражения?

– Без проблем, сэр. Только не тяните с импульсом двигателя.

Русский эсминец взорвал ещё пару кораблей пиратов, и остальные разошлись веером, чтобы ринуться в решительную атаку.

Алекс осторожно развернул транспорт и взялся за ручку тяги маршевых двигателей. Он подождал, пока корветы пиратов развернуться для новой атаки.

– Имри, запускай капсулу!

Дрогнул корпус транспортника и на радаре появилась ещё одна отметка.

– Ну, давайте же, – напряженно прошептал Боровски, наблюдая за пиратами и сжимая ручку запуска двигателей. Щелкнул включением набора энергии в накопители. Тихий гул из двигательного отсека известил, что двигатели готовы.

Текли секунды, и капсула удалялась, что было крайне нежелательно. Её подрыв должен был быть в некоторой близости от транспорта, чтобы прикрыть излучение от его двигателей. Алекс уже в досаде прикусывал губу, как один из корветов пальнул по капсуле из главного калибра. И не дожидаясь её взрыва, Боровски двинул ручку двигателей до максимума...

Импульс от двигателей удачно пришелся на взрыв капсулы, и транспортник, израсходовав энергию импульса, ушел от места боя незамеченным, ещё и, прикрываясь, полем отражения.

Планета приближалась. На экране радара уже не было видно всех событий боя, но отметка русского эсминца ещё долго торчала на сетке, пока не исчезла вместе с остальными отметками – радарная станция на транспорте была не столь мощной, чтобы пронзать большие расстояния.

– Мы в зоне силы тяжести планеты, – доложил Васнецов. – Включаю отсчет для запуска планетарных двигателей. Приготовьтесь, слегка потрясёт от перегрузки.

– Опять перегрузки, – застонал Аль-Бади. – Я, наверное, никогда к ним не привыкну.

– Ты слишком нежен, Имри, – усмехнулся Юра.

По окончании отсчёта Боровски включил планетарные двигатели, стараясь увести транспорт на высокоорбитальную траекторию, чтобы сделав несколько кругов вокруг планеты, приблизиться к её поверхности для посадки.

– Сэр, а вы неплохо пилотируете, – восхитился Васнецов. – Не превысили и восьми джи в перегрузках.

– Благодарю, мичман. Попробуйте включить сканер поверхности. Нам бы выбрать удобное место для посадки...

После нескольких витков Юрий доложил:

– Такое место есть, сэр. Нужно взять на пять градусов правее, и снизить скорость до двух махов. Кстати, я заметил одну странную аномалию...

Алекс не стал просить уточнения аномального явления, сосредоточившись на пилотировании – он впервые сажал такой транспорт, да ещё и с повреждениями на обшивке. Хоть на планете и не было атмосферы, но транспорт был тяжел, и от грубой посадки мог запросто развалиться.

Боровски сажал корабль по глиссаде с выключенными планетарными двигателями – иной способ посадки был невозможен из-за отсутствия энергии в маршевых двигателях. Алекс тормозил короткими импульсами носовых дюз, при этом пытаясь сделать так, чтобы звездолёт не «клюнул» носом.

«Экипаж» транспорта молча молился...

Корабль сел жестко, но скользнув по твердому грунту километра три, остановился.

– Сэр! Вы только что вернули меня к жизни! – чувственно восторгался Аль-Бади после недолгого молчания.

– Ты опять не подумал о завещании? – иронично спросил Васнецов. – От меня тоже благодарность, сэр. Я восхищён посадкой!

Ковальски улыбнулся.

– Джентльмены, вы тоже сделали немало для нашего общего спасения. Юрий, так что ты там говорил про аномалию?

– Ах да, – сморщил лоб Васнецов и повернулся к монитору сканера пространства. – Вот здесь, километрах в двадцати от нашего места посадки, сканер выдал кучу параметров странного излучения. Я ещё не разобрался, но, похоже, что под поверхностью в этом месте некая странная фигня неизвестного происхождения.

– Ладно, потом разберёмся, – Алекс устало махнул рукой. – Надо проверить все системы транспорта. В наших скафандрах энергии не так много, и когда-то нам нужно будет их снять для зарядки. Так что, Юра, проверка жизнеобеспечения транспорта в ваших руках. Имрек, помоги мичману, и будем располагаться на отдых. Открывайте бронедвери командного пункта...

Глава 4

Боровски знал, что транспорт начнут искать через пару дней, после истечения времени его прибытия на Канлав. Двое суток давали на возможный сбой навигации и мелкие неприятности. Но искать будут именно в этой системе, где и произошел бой с пиратами. Русские-то свой контейнер с минералами явно не получили. И скоро здесь будут шнырять фрегаты и эсминцы Русских Военно-Космических Сил. Наверняка сюда придёт и посудина крупнее, типа крейсера «Варяг», чтобы пираты на своих лоханках и нос не сунули. Это не «карманный» крейсер подобии «Миссури», а здоровенный корабль с башнями седьмого главного калибра и целой бригадой космодесантников с тяжелым вооружением. А, может быть, русские за то время, что он провёл на пенсии после службы, смогли сконструировать ещё более грозную посудину. В общем, Алекс не сомневался, что их транспорт скоро отыщут.

Системы обеспечения транспорта вынужденных «беглецов» работали исправно, а еды у них был целый контейнер всевозможной «синтетики». И воды тоже было залейся. Юра с Имреком наладили радар дальнего обнаружения, и теперь Алекс «видел» пространство на четверть светового года. Нашлись для них и более современные скафандры, и в грузовом отсеке небольшая тележка, на которой свободные от вахты Васнецов и Аль-Бади устраивали заезды по поверхности планеты. А ещё Юра тренировал Имрека выдерживать перегрузки на тренажёре.

Прошло пять дней, но на радаре не было ни одной отметки.

– Странно, – удивлялся Боровски. – Неужели русские «похоронили» контейнер и эсминцы эскорта?

– Эсминец, – поправил его Васнецов. – Один эсминец. На данный момент это самые быстроходные корабли в известной части Галактики. И хорошо оснащённые. Не попади он на мины, пиратам пришлось бы туго.

– Какие мины?! – не понял Алекс.

– Такие мины. Разбросанные на месте выхода каравана из прыжка. Пиратам кто-то слил информацию о месте рандеву русских с нашим караваном. Факт. «Стерегущий» явно словил на борт несколько таких зарядов. Да и наш один эсминец разнесло на выходе из прыжка. А второй повредил радары наведения. Вы обратили внимание, как он неловко палил по пиратским корветам?

– Получается, что мы зря ждём помощи? – нахмурился Аль-Бади.

– Ну-у. – протянул Васнецов. – Может через месяц и заявится кто-то... Пока разберутся...

– А мы? – Имрек сник.

– Кто будет посылать в жопу мира экспедицию ради трёх заключённых? Контейнер, наверняка, был застрахован.

– Что-то тут не так, джентльмены, – резюмировал Боровски. – Русские своих не бросают...

– «Стерегущий» будут искать поэтапно – на каждом выходе из прыжка, – махнул рукой Васнецов. – Мы же не знаем его обратный маршрут.

– Юрик дело говорит, – сжал губы Имрек. – Сэр, надо что-то придумать. Если честно, то меня устроит участь павшего в бою с пиратами. Я на этот Канлав особо не стремлюсь... Думаю, что вам тоже не хочется.

Боровски подумал, что бывший капитан прав – в тюрьму не хотелось от слова совсем. Но что можно сделать?

– Ваши предложения, джентльмены?

На центральном посту транспорта повисло молчание. Васнецов разглядывал терминал связи, а Имрек старался не смотреть Боровски в глаза.

– В чём дело, парни? – не понял их поведение Алекс. – Или мы уже не доверяем друг другу?

– Сэр, – Васнецов развернулся в кресле, но постеснялся взглянуть в сторону Боровски, – вы, конечно, человек заслуженный и авторитетный...

Он запнулся, пытаясь подобрать нужные слова для выражения идеи, и ему на помощь пришёл Аль-Бади:

– Короче, Алекс... Мы тут с Юриком подумали и решили, что в этой международной тюрьме обойдутся без нас. Вы с нами, или как?

Вопрос был понятен – Юрий с Имреком посчитали, что после боя с пиратами, возможно, дела заключённых будут пересмотрены, и Боровски, как человек заслуженный и легендарный, сможет воспользоваться этим, а также своими связями в командовании космических войск. Васнецову и Аль-Бади тоже могли пересмотреть сроки, но на полное снисхождение они не рассчитывали. Что было логичным.

Алекс сам уже начал задумываться над своей дальнейшей судьбой, и, мягко говоря, тоже не видел особого смысла в возвращении под юрисдикцию Американской Федерации. Недавние события в столице и суд над ним, как-то не располагали к думам о возвращении. Тем более, в ранге осужденного на пятнадцать лет. Он видел, как работают на рудниках и шахтах, и после того, что он услышал о содержании на Канлаве, подчиняться приговору совсем не хотелось. Да и будет ли адмирал МакРедди за него хлопотать?

– Парни, – Алекс выдержал паузу, – у вас есть какой-нибудь план? Если честно, то я в полной растерянности...

– Сэр,– начал было Аль-Бади, но Боровски остановил его жестом ладони.

– Для начала, договоримся... С этой минуты я для вас не старший по званию, а просто старше по возрасту и опыту. Не стоит выказывать мне уважение каждую фразу. Моё полное имя Александр, но если вы будете сокращать его до «Алекс», то обижаться не буду... И если у вас есть хотя бы намётки плана, то давайте обсудим... Как равные друг другу.

Юра с Имреком переглянулись, и, видимо, согласились.

– Алекс, мы подумали, что если русские сюда всё же свалятся, то можно попросить их... подбросить нас на одну независимую систему, – Васнецов вывел на экран командирского терминала карту-схему пространства. – Я там был несколько раз, проходя эскортом на «Тулузе». Мы выправим себе новые документы и подумаем, что делать дальше.

– Хм, – задумался Боровски. – Думаете, что русские согласятся?

– Думаю, да, – кивнул Васнецов. – Если подойти аргументировано, и что-то предложить взамен.

– А что мы сможем предложить? Вот это старое корыто? Контейнер с «синтетикой»?

Васнецов улыбнулся.

– Алекс, а если вспомнить об аномалии на этой планетке?..

В суматохе Боровски забыл, что Юра упоминал при облёте планеты на какой-то необычный фон, и особо не придал этому значения.

– А что в ней такого, что сможет заинтересовать? – полюбопытствовал Алекс с ухмылкой.

– Я немного изучил параметры излучения, и сделал вывод, что под поверхностью в двадцати километрах от нас лежит что-то очень интересное. Как учёный я бы не пропустил столь интересную загадку природы.

– Мы предложим русским разгадать эту загадку?

Аль-Бади взмахнул руками.

– Шайтан!.. Алекс, ну какой, ты, непонятливый! Мы сами для начала посмотрим на неё.

Боровски чуть не подпрыгнул в кресле.

– А позвольте спросить, как мы на неё посмотрим? У нас есть для этого квалификация? Что мы в ней поймем – в этой аномалии?

Васнецов самодовольно дернул подбородком.

– Я, до того, как вступить во Французский Легион, был учёным в Русской Академии Военно-Космических Сил.

– А я, – добавил Имри, – владею степенью доктора наук...

– Понятно, – перебил его Боровски. – Значит, из нас, только я один тупой солдафон. Джентльмены, так это мне надо при обращении к вам добавлять «сэр»...

Они весело рассмеялись.

– Короче, парни, – утёр слёзы после смеха Алекс. – Я с вами... Говорите про диспозицию.

Васнецов развернул карту-схему пространства.

– Система, в которую мы попросим нас доставить русских, очень необычна. Её окружает толстый и сплошной слой метеоритного пояса в виде воронки. В этом поясе очень много разных ценных пород и минералов, но добыча ведётся точечно. Наибольшую ценность представляет минерал под названием «Багрит». На килограмм очищенного от грязи этого минерала можно купить целую систему с потрохами и ледяным поясом.

– Вот шайтан! – выпучил глаза Имрек. – Что за булыжники такие?!

– Минерал обладает исключительными свойствами, – объяснил Юрий. – Его ещё называют «Живой камень». Такое ощущение, что он наделён каким-то своим разумом. Необъяснимым и весьма гибким. И очень быстрым в пространстве. Я проводил опыт... Сигнал, проходящий через минерал, доходит до принимающего этот сигнал объекта раз в десять быстрее, при определённой кодировке.

– Как это?! – не поверил Боровски.

Васнецов сморщил нос, соображая, как объяснить.

– Если, например, взять простой радиосигнал, то превратив его в некий код и пропустив через «Багрит», сигнал дойдёт быстрее в несколько раз. Это я слишком упрощённо объяснил. На самом деле свойства этого минерала труднообъяснимы.

– Ладно, давай ближе к нашему делу, – остановил Боровски научный монолог Васнецова.

– Системой руководит женщина, – продолжил Юрий. – У них там различные сословия, но принципиально, это жесткая монархия со своими правилами и законами. Тамошний народ не любит Американскую Федерацию и Великую Демократию. Так что, если мы преподнесём свой визит, как побег от этих «ценностей», то с большой вероятностью получим ощутимую помощь.

– Хм, занятно, – согласился Алекс. – Впервые слышу о такой системе.

– Лет тридцать назад, – продолжил Юрий, – Американская Федерация решила устроить в системе «демократический» переворот. Тогда графиня Юстина, будучи ещё молодой, пригласила русских на защиту. Она знала, чем обернуться «демократические» перемены – тупым разграблением системы транс-галактическими добывающими корпорациями. Русские не хотели ссориться с американцами, но послали официально эскадру под командованием капитана Мираба Цховребова, якобы для установления дипломатических отношений.

– Цховребова?! – уточнил Боровски. – Это такой высокий, статный, рыжий и с голубыми глазами?

– Да, а ты его знаешь?

– Он награждал меня орденом Александра Невского, и я гостил у него в горах несколько дней... Правда, он уже был в чине адмирала ВКС.

– Это он, – утвердительно кивнул Васнецов. Имрек слушал эту историю, широко открыв рот. – Кстати, ему дали звание адмирала после той битвы в поясе, когда эскадра русских кораблей отымела во все дыры целый флот пиратов, нанятый для нападения спецслужбами Вечной Демократии. Резня была такая, что корабли не могли покинуть систему, потому что выход был забит парящими трупами пиратов, притянутых гравитацией к крепостям, охраняющим вход в воронку метеоритного пояса.

– Какие страсти ты рассказываешь, Юрик! – изумился Аль-Бади. – Вот откуда ты это знаешь?

Васнецов отвернулся.

– Мне было восемь лет, когда в этой битве погиб мой отец. А мать была ученым-геологом академии наук, и работала в метеоритном поясе этой системы. Ладно, проехали... С тех пор, Федераты не суются туда, предпочитая пиратскими набегами расшатать монархию.

– Погоди, – Алекс нахмурился. – Ты хочешь сказать, что пиратов создала Американская Федерация?!

– Это известно всем, кто разбирается в геополитическом устройстве известной части Галактики, – сухо ответил Васнецов. – Только предпочитают не озвучивать.

– Хорошо, – подытожил Боровски. – Не будем фантазировать на темы политики, а перейдём к более насущному вопросу – что нам делать сейчас?

– Мы не знаем, что там под поверхностью, – Васнецов махнул пятернёй в сторону присутствия аномалии. – И не знаем, кто там. Поэтому предлагаю следующее... Раз Алекс с нами, то я вместе с ним отправляюсь изучать аномалию, а Имрек пока посидит на радарах. Грузим на тележку приборы освещения, портативный сканер и робота-копателя. Ещё неплохо вооружиться... чем-нибудь. Вдруг из дыры полезут монстры-людоеды.

– Я согласен! – подскочил Боровски. – Имрек, поможешь снять мне пару зениток?