Текст книги "Тактик 12 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Кулабухов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 12
Конференц-связь

Барон Кройчл мерил шагами кабинет. Его каблуки выбивали по паркету нервную дробь. Он то и дело поправлял воротник, дергал себя за мочку уха и бросал испуганные взгляды на магические приготовления.

– Вы уверены, что это хорошая идея, Рос? – спросил он в десятый раз. – Может, стоит сначала написать письмецо? Подготовить почву?

Я вздохнул:

– Сам не люблю это дело. Но надо. Просто надо. Письма теряются, эмоции утихают. Я в состоянии атаки, я перехватил инициативу. Надо кое-что утрясти.

У Кройчла не получилось подготовить канал связи в одиночку, сказывалось волнение. Я подтянул на помощь Фомира и порадовался, насколько «вырос» мой маг. Во многих моментах было ощущение, что не он помогает Кройчлу, а наоборот, работает за старшего.

В какой-то момент Фомир выпрямился, отряхивая руки от мела:

– Готово, командир. Канал стабилен. На той стороне подтвердили приём.

Я кивнул. Убрал ноги со стола, поправил зеркало, которое выполняло роль приёмника-передатчика.

Кройчл откашлялся и произнёс финальное заклинание. Линии по контуру стола вспыхнули холодным голубым светом. Воздух над зеркалом сгустился, задрожал, словно марево над раскалённым асфальтом.

Постепенно в центре зеркала соткалась фигура.

Эрик сидел за массивным столом внутри большого шатра.

Зачем ему большой стол?

За его спиной виднелись стеллажи с папками и карта королевства Маэн, истыканная булавками. Он выглядел уставшим. Тени под глазами залегли глубже, чем обычно, а по-английски идеально выбритые щеки (он, как и раньше, носил короткие усы) уже покрывала лёгкая щетина.

Он поднял голову от стола, на котором лежали какие-то бумаг. Его взгляд сфокусировался на мне.

На мгновение в его глазах мелькнуло что-то вроде удивления, но только на мгновение. Безэмоциональная маска высшего чиновника вернулась на место быстрее, чем я успел моргнуть.

– Рос, – произнёс он. Голос звучал сухо, без эмоций, но с явным металлическим привкусом. – Докладывай.

Я не спешил с ответом. Неторопливо рассмотрел его, шатёр за его спиной, выдержал бесконечно долгую паузу.

– Добрый вечер, Эрик, – сказал я наконец. – Как жизнь молодая?

Глава разведки прищурился:

– Рос, ты поболтать решил? Почему ты ещё не у нас в ставке? Где граф Штерн? Где конвой? Почему ты не в пути?

Я сложил руки пирамидкой и, опёршись о стол, приблизился к зеркалу:

– Граф Штерн привёз приказ, мы отправились в гости к Его величеству Назиру… Однако сейчас идёт война, люди умирают…

– Говори толком, Рос.

– Он умер. Штерн умер. Они все умерли.

– Поясни, – сухо попросил он.

– С удовольствием, – я наклонился вперёд, позволяя свету от магического круга упасть на моё лицо со следами чужой крови, засохшей как бурая грязь. – Гвардейцы подверглись нападению. Бруосакские лучники. Профессионалы. Они положили твой элитный эскорт за полминуты. Штерн успел достать меч, с ним и умер.

Эрик молчал. Его пальцы, лежащие на столе, сжались в кулак.

– И ты, надо полагать, единственный уцелел? – спросил он тихо. В этом вопросе было столько яда, что им можно было отравить слона.

– Представь себе, – я развёл руками. – У меня божественная защита и звериная интуиция. А мой конь оказался умнее твоих гвардейцев и вынес меня из зоны обстрела.

Это был прямой вызов. Он понимал, что не всё так просто и что, скорее всего, я вру. Но у него не было доказательств. Только подозрения.

– Тридцать лучших бойцов, – произнёс Эрик, чеканя каждое слово. – И один простой сопровождаемый.

– Не простой, Эрик. Очень непростой и я снова это доказал. Мне кажется, что твоя разведка проспала диверсионную группу в глубоком тылу, – парировал я жёстко. – Мне кажется, что кто-то слил маршрут конвоя. Мне кажется, что если бы я не сбежал, то сейчас моя голова украшала бы пику в лагере бруосакцев.

– Я не занимаюсь вопросами полевой разведки, – поморщился Эрик.

– А я пропустил момент, когда сказал, что мне интересно, кто в лагере Назира чем занимается, – ответил я.

Эрик смотрел на меня тяжёлым, немигающим взглядом. Он просчитывал варианты и последствия.

Он это любил, просчитывать варианты, вот я и подкинул ему сразу несколько.

– Ты играешь с огнём, Рос, – сказал он наконец. – И ты забываешь, с кем разговариваешь.

– Герцог с герцогом. Я разговариваю с равным.

– Я могу щёлкнуть пальцами и с тебя снимут статус герцога Кмабирийского, – отмахнулся Эрик.

– Щёлкай чем хочешь, хоть лицом, но я ещё и герцог Газарийский. Герцог, у которого есть армия, сумевшая разгромить Вейрана в сражении при Фанделлеровских холмах. А у тебя есть такая армия?

Я откинулся в кресле.

– Я чего использую магию, Эрик, для этого разговора? Давай вот эти бедолаги, погибшие от рук подлых бруосакцев, будут первыми и последними. А то знаешь, оно как? Штерн, пока был живой, что-то там болтал про суд. Ты не слышал, чтобы меня собирались судить? Может быть, это ты вознамерился меня судить, а, приятель?

Эрик молчал. Он не спешил раскрывать свои карты в условиях, когда ситуация поменялась и рисковала поменяться ещё не раз.

– Если хочешь объявить мне вендетту, то просто пошли убийцу, Эрик. Но это будет тоже, первый и последний убийца, потому что после этого я заключу закрытый контракт с вольным выбором, депонирую двести тысяч серебряных марок на счёт в гномьем банке любому, кто убьёт тебя. У них есть такие контракты.

– Гномий банк не работает с кем попало, – нахмурился он.

– Верно, не работает, но я – «не кто попало». Ты просто спроси гномов, вхожу ли я в списки особенных друзей и есть ли у меня лишние двести тысяч. Или два миллиона? И тогда с лёгким опозданием до тебя дойдёт, стоило ли конфликтовать со мной.

– Не понимаю, о чём ты, – наконец Эрик что-то для себя определил. – Ничего не знаю про суд и убивать тебя не собираюсь. Мы же друзья, верно?

– Друзья, – с ядом в голосе ответил я. – Рад, что мы определились с этим. А скажи мне, друг, как там прошло генеральное сражение при Хафельте?

– Отлично, – саркастически ответил глава мэанской разведки. – Мы блестяще помахали сабельками и у рыцарей убавилось энтузиазма сражаться на поле боя. Ну, пока они раны не залечат или не воспитают новых рыцарей взамен убитых. Завтра будет собрание объединённого штаба, будем решать, как побеждать Вейрана в его же логове.

– Если Генеральный штаб, Его величество и лично ты хочешь, чтобы Штатгаль и умарцы принимали в дальнейших мероприятиях участие, я должен участвовать в этом заседании, – сказал я Эрику.

Тот посмотрел на потолок, словно там было нечто более интересное, чем разговор со мной.

– Ты же не приехал, Рос? Как ты собрался участвовать? Садись на коня, приезжай…

– Хорошая попытка, но нет. Есть магическая связь, Эрик. Не будет моего участия в заседании штаба, тогда пусть твои тыловые генералы вместе с тобой и берут Монт. Мой намёк понятен? Как там говорили колонисты, no taxation without representation, нет представительства, нет налогов?

Эрик улыбнулся одним уголком рта.

– Ты вовремя об этом вспомнил, Рос. Теперь твоё войско и правда представляет ценность для рыцарей, раз победить на открытом пространстве не получилось. Готов к городским боям?

– Сначала разговор. Сообщи мне через барона Кройчла, когда это будет.

– Конец связи, – Эрик отрубился, так и не дав прямого обещания, что я в этом заседании Генштаба приму участие.

Кройчл покачал головой:

– Я пойду проветрюсь. Магистр Фомир, я зайду в ту лавку, со сладостями…

Когда маг вышел, я повернулся к Фомиру:

– Что за сладости?

– Красное полусладкое. Местные начали торговлю и… Не важно. Босс…

Фомир присел на край стола и стен неспешно собирать магические принадлежности.

– Далось тебе это заседание, босс, – проворчал Фомир. – Ты же сам всей этой болтовни не любишь?

– Само собой, Фомир, – не стал спорить с очевидным я. – Не то, чтобы мне так важен почётный статус участника этих разговоров о прекрасном. Просто в другом варианте будет, как в начале войны, когда Генштаб что-то там для нас придумал, всенепременно смертельно опасное, король подписывал указ, а нам, как Рабиновичу в анекдоте, ложись и выполняй план.

– Что за Рабинович?

– Не важно. Важно, что тогда мы могли «откосить» за счёт приличного расстояния, неполучения приказов и так далее. А сейчас критически важно, чтобы они нас не отправили на смерть.

– И какая у нас альтернатива? – прищурился Фомир.

– Отправиться на смерть на наших условиях. Ну… так, чтобы не проиграть и не помереть.

– Всецело доверяю твоему чутью, Рос. Пока что тебя оно не подводило. Ладно, я пойду, прослежу за этим сладкоежкой.

* * *

Заседание Генерального штаба происходило в здоровенном сельском амбаре, который ради пафоса завесили гобеленами, коврами и просто большими кусками ткани.

Получилось какое-то цыганское барокко.

Я порадовался, что не нахожусь там лично.

Во главе стола восседал король Назир IV. Его лицо, обычно выражающее скучающее величие, сегодня напоминало грозовую тучу. Пальцы, унизанные перстнями, барабанили по полированной столешнице. Рядом с ним, чуть поодаль, стоял Эрик. Глава разведки выглядел так, будто не спал трое суток. Его взгляд, устремленный в пространство, был холодным и отсутствующим.

Вокруг стола и вдоль стен толпились генералы, советники и высшая аристократия. Цвет нации. Люди, которые героически проиграли битву при Хафельте и теперь искали виноватого.

Я присутствовал на этом мероприятии в виде объёмной проекции, чего-то вроде голограммы, обеспеченной магией. С некоторым удивлением я увидел рядом со своей проекцией магистра Тарольда, именно он обеспечивал высокое качество связи.

Я подмигнул старому интригану и стал ждать.

Совещание – это церемония, меня туда «включили» на середине.

Герольд, говорящий великолепно поставленным голосом, оглашал список присутствующих, вместе с титулами, длинными именами и ничего для меня не значащими должностями.

Судя по каменному лицу Тарольда, глашатай говорил уже долго, а Назир припёр на войну всю верхушку своей власти.

Не понятно, на кой чёрт они присутствуют и на войне, и на этом совещании, ну да ладно.

Король от громкого голоса глашатая время от времени морщился.

– Хватит! – недовольно перебил герольда король Назир. – Молчать, я сказал! Ваш король здесь, а насчёт остальных… Все, кто нужен, уже присутствуют.

Король ткнул пальцем в грузного мужчину с пышными усами.

– Докладывайте, генерал Эльроцци, – приказал король.

Генерал развернул карту, которая лежала на столе перед королем, и ткнул в неё указкой.

Мне, то есть моей проекции, карта была видна под каким-то неестественным углом и при всём желании я не мог понять, что там начертано, хотя было любопытно.

Я скосил взгляд на магистра Тарольда. Похоже на его козни. Ладно, попробую понять по контексту.

– Ваше Величество, анализ сражения при Хафельте однозначно указывает на причину неудачи, – начал он голосом, полным праведного гнева. – План был безупречен. Засада в Негруйской слободе должна была нанести решающий удар в момент, когда противник ввёл в бой свои элитные части.

Указка со стуком ударила по карте:

– Этот удар не состоялся. Войска, которые должны были обеспечить прорыв, отсутствовали на позиции.

В зале повисла тишина. Все понимали, о ком идёт речь.

– Пять тысяч клинков, – продолжил фон Биттнер, повышая голос. – Свежие, обученные части. Они могли переломить ход битвы. Они могли спасти тысячи жизней наших рыцарей. Но их там не было!

Он резко повернулся к моей проекции. Его лицо налилось кровью.

– Эти пять тысяч гвардейцев выполняли роль охранения позиций на левом фланге. Армия так называемого герцога Кмабирийского Роса предпочла отсиживаться в Фельке, пока наши братья умирали под ударами вражеской магии на левом фланге!

Зал одобрительно загудел. Я видел, как кивали аристократы. Как сжимали кулаки офицеры. Генерал предложил удобного для всех «крайнего». Меня.

Эрик позволил себе улыбку, наполненную злорадством. Ну да, он думает, что теперь я пожалею, что решил поучаствовать в этой фарсе.

– Это не просто слабость, – выкрикнул кто-то из задних рядов. – Это предательство!

– Трусость!

– Он сговорился с врагом!

Обвинения сыпались как камни. Я сидел неподвижно, позволяя этой волне грязи омывать меня. Мое лицо оставалось бесстрастной маской.

Эрик молчал. Он стоял рядом с королем и наблюдал. Он знал правду о моём приказе, но сейчас ему было выгодно молчать. Пусть стая разорвёт выскочку.

Назир поднял руку, призывая к тишине. Гул стих, но напряжение осталось. Оно висело в воздухе плотным электрическим зарядом.

– Вы слышали обвинения, герцог, – произнёс король. – Что Вы можете сказать в своё оправдание?

Я медленно перевёл взгляд с генерала Эльроцци на короля.

– Оправдывается виновный, Ваше Величество, – ответил я спокойно. – Ваши подопечные неумелы и не смелы. Я выиграл все сражения, в которых участвовал. В этом я даже не участвовал, поэтому боюсь, что Ваши генералы и прочие прихвостни страдают старческим слабоумием, неспособностью распорядиться армией и неспособностью победить. Всё, на что они способны, это обвинить того, кого они же не удосужились дождаться для участия в сражении? Разве разведке не ведомо, что на подходе к Фельку мы чудом избежали разгрома, совершая форсированный марш вдоль Монта?

– Это когда вы спрятались на острове? – позволил себе вмешаться в разговор Эрик.

– Сохранив две армии. И что, когда я вошёл в Фельк, там оказались отравлены все колодцы. Кто отдал такой приказ? – распалялся я. – А ничего, что нас сразу же взяли в осаду, которую мы смогли блестяще снять, но только в день вашего сражения. Где хвалёные рыцари, которые обещали разорвать войска Вейрана на поле боя?

Вопрос повис в воздухе.

Король задумчиво смотрел на меня.

На него явно не произвели впечатления ни слова его льстивых подданных, ни мои.

– Фельк не имел значения! – заверещал генерал Эльроцци, пользуясь тем, что возникла пауза и даже ударил кулаком по столу. – Судьба войны решалась в поле! Вы должны были проявить инициативу! Вы должны были превозмочь, пройти и героически погибнуть во славу Его величества, обеспечив нашу победу.

Генерал заткнулся, потому что слишком прямолинейно озвучил планы в отношении Штатгаля и умарцев.

Однако, так как король, Эрик и я молчали, он быстро пришёл в себя и продолжил:

– Вы просто сброд. Наёмники. Бывшие каторжники. Чего ещё можно ожидать от армии, собранной из отбросов общества?

Зал снова взорвался криками одобрения.

Внезапно, раздвинув могучими плечами нескладных аристократов, вперёд шагнул принц Гизак.

– Возможно, это и к лучшему, Ваше Величество, – произнёс он, растягивая слова. – Что их там не было. Поле чести – не место для грязи.

Он обвёл взглядом присутствующих, следя за реакцией.

А дворяне смотрели на принца. Многие его ненавидели, многие боялись, но все относились к нему с большим вниманием.

– Штурм Монте, грязная уличная резня, охрана обозов – вот их уровень. Это работа не для благородных рыцарей. Это работа для публики вроде Штатгаля. На поле боя Хафельте сражались и погибали рыцари. С обоих сторон. Не смогли победить тоже рыцари. Что плакать о том, что мы не разгромили короля Бруосаксого? Он не смог победить нас. Может быть, теперь пора войскам, менее благородным, показать себя?

Принц Гизак посмотрел на меня.

Эрик глаза протёр, переводя взгляд с принца на меня и обратно. Он чуял, что весь этот разговор не то, чем кажется, но до конца понять не мог.

А не мог по двум причинам, во-первых, он не знал, что мы с принцем уже были неплохо знакомы, а во-вторых, потому что он не понимал нас до конца. Мы были воинами, а не интриганами.

Тишина, которая последовала за этими словами, была звенящей.

Я медленно выпрямился в кресле. Моя проекция в зале заседания Генштаба так же встала.

– Вы закончили, Ваше высочество? – спросил я. Мой голос стал тихим, но в абсолютной тишине зала он прозвучал, как удар боевого молота.

– А Вам есть, что ответить? – принц приподнял бровь. Мы буравили друг друга взглядами.

И только мы знали, что это спектакль, наша негласная договорённость.

Я повернулся к королю:

– Ваше Величество. Раз уж благородные господа считают себя слишком чистыми для реальной войны, поручите эту «грязную работу» нам.

Назир прищурился:

– О чём Вы говорите, герцог?

– Хомцвишские ворота.

Зал молчал. Две трети из них даже не поняли, о чём я говорю. Но король, похоже, понял.

– Вы берётесь их взять? Но это слишком далеко для генеральной группировки, герцог. Нам нужны скорее Жемчужные ворота.

– Мы находимся в Фельке, тут тракт именно к Хомцвишским воротам. Если мы захватим их и войдём в город, то привлечём на себя внимание всей оборонительной группировки. Вейран оттянет силы на нас, а генеральная группировка сможет ударить по ослабленным Жемчужным воротам.

Генералы заголосили в один голоса, каждый «стратег» пытался предложить свой гениальный план, но…

– Заткнитесь, – прикрикнул король и вельможи послушно утихли.

Принц Гизак технично ввинтился назад. Он сейчас был как мавр, сдвинул ситуацию с мёртвой точки и теперь уходил с радаров. Кстати, эти перемещения не укрылись от глаз Эрика.

– Хорошо, – с громадной долей пафоса произнес король. – Мы принимаем Ваше предложение. Хомцвишские ворота – Ваша зона ответственности. Приказываю в трёхдневный срок взять их и проникнуть в город. Грабить, жечь, сеять панику… Всё, как вы умеете. Устройте там хаос в районе чёрного хода, чтобы мы смогли войти в парадный. Такова моя воля!

Глава 13
Инженерная разведка

Ночь.

– Готовы? – спросил я, подходя ближе. Голос прозвучал едва слышным шелестом.

Лиандир кивнул.

– Маршрут проверен, командор.

– Патрули?

– Внешних нет, по стене ходят, неплохой визуальный контроль.

Я окинул взглядом его роту. Сводная рота и в огонь, и в воду, профессионалы.

Среди роты возвышался, внезапно, Хайцгруг.

– Друг-орк, а ты чего тут?

– Провожаю, – пробасил орк. Он стоял около эльфов Сводной роты и до того, как я его дёрнул, оживлённо с ними общался.

– Гм. Ладно. Твоя и Новака забота – охрана периметра. Выдвигаемся через пять минут. Проверьте снаряжение. Режим ночной разведки, никакого лязга, никаких блик.

Я уже собирался дать отмашку на открытие ворот, когда боковое зрение уловило движение со стороны улицы вдоль стены. Три низенькие фигуры решительно направлялись к нам. Их тяжёлые шаги гулко отдавались в ночной тишине, несмотря на явные попытки ступать осторожно.

Старые шахтёры. Те самые ветераны кайла и лопаты, что присоединились к нам на Грибном холме.

Я нахмурился. Интерфейс тут же вывел краткое досье на идущего впереди.

Субъект: Тогрим «Гранитные зубы».

Класс: Мастер-шахтёр (Ветеран).

Навыки: Геология, Инженерное дело, Подземное ориентирование.

Возраст: 143 года.

Прим.: Решителен.

Тогрим остановился в паре шагов от меня. Его седая борода была заплетена в сложные косы, которые смыкались в одну. В руках он сжимал лёгкую кирку, которая в его мозолистых ладонях выглядела опаснее любого боевого топора.

– Герцог, – пробасил он, стараясь говорить тихо, но его голос всё равно напоминал рокот. – Мы идём с Вами.

Я скрестил руки на груди, блокируя проход.

– С чего Вы взяли, мастер Тогрим, мне нужна компания на ночной прогулке? И с чего Вы взяли, что я вообще куда-то иду?

– Прогулка к стенам Монта, – гном хмыкнул, и в его глазах блеснули хитрые искорки. – Не держите нас за дураков, генерал. Вы идёте к Монту, тут не может быть вариантов, а ночью… Ночью Вы куда можете идти? Только на разведку к стенам Монта. А мы знаем этот город. Когда-то я строил одну из стен к нему.

Он ударил древком кирки о мостовую. Звук вышел глухим, весомым.

– Вы хотите понять, как преодолеть эту стену и Вам не помогут Ваши героические солдаты. Вам нужны инженеры.

Я посмотрел на Лиандира. Эльф едва заметно пожал плечами, решение было за мной.

Взять с собой гражданских, пусть и крепких как скала, но старых, на разведывательную миссию звучало, как очевидная глупость. Они медленные. Они могут стать обузой.

Но эти гражданские помогли мне взять Фельк, проломить стену в кратчайшие сроки, а это чего-то да стоит.

Анализ.

Потенциальная польза: Уникальные частные знания о структуре стен, общие знания, инженерные инсайты.

Риск: Низкая скрытность, вероятность обнаружения повышена на 15 %.

Вывод: Риск оправдан. Потенциальная выгода перевешивает риск.

Я медленно кивнул.

– Хорошо. Но есть условия.

Я шагнул к Тогриму вплотную, нависая над ним.

– Полное подчинение. В рейде командует командир роты. Если этот эльф скажет «лежать» – вы все падаете в грязь и становитесь частью ландшафта. Если он скажет «бежать» – мы все, в том числе и вы, бежим как молодые жеребята, забыв про гордость и отдышку. Нарушите приказ, создадите угрозу группе – мы вас бросим. Договорились?

Гном усмехнулся в бороду.

– Яснее некуда, командор. Чай, не дети.

Я махнул рукой часовым у ворот. Тяжёлые створки бесшумно приоткрылись, выпуская нас в объятия ночи.

Впереди лежали пять километров дорог, но в рейд мы шли не по основной дороге, а по разведанной Орофиным второстепенной дороге, откуда предварительно выбили парочку групп мародёров.

Эльфы Орофина были за стеной и рассредоточены по окрестности, они были как тени, который присматривали за нами, но только до определённой степени.

Ближе, чем на милю к стене они не подходили, опасаясь вражеской поисковой магии.

Мы двигались цепочкой: Лиандир в авангарде, за ним его эльфы, орки, люди, гоблины, в арьергарде тоже эльфы. Гномы за моей спиной, в центре.

К моему удивлению, Тогрим и его товарищи действительно умели ходить тихо. Видимо, годы работы в шахтах, где лишний звук может вызвать обвал, были лучшей школой скрытности.

Путь до Хомцвишских ворот занял больше времени, чем я рассчитывал. Движение по второстепенным дорогам потребовало дополнительных усилий, к тому же старые гномы всё же притормозили нас.

Когда мы наконец пробрались мимо каких-то грязных складов, перед нами открылся вид на город.

Монт был огромен. Он вырастал из темноты нагромождением башен, шпилей и массивных стен.

Собственно, Монт и его размеры и были глобальной проблемой этого этапа войны.

Город разделён на девять районов, каждый отделён от другого стеной, которая после начала войны была отремонтирована и приведена в боевую готовность комендантом города, старым, лысым подозрительным аристократом Льгеро Фкнихтом, который со своей педантичностью сидел у всех в печёнках, но дело своё знал хорошо.

Монт в терминологии Земли был бы назван не городом, а скорее агломерацией, множеством районов, скреплённых между собой внешней стеной и единой властью. Монт был одним из самых больших городом Гинн, не сколько по населению, сколько по размеру, часть районов была расположена на холмах, что препятствовало его взятию, часть в низинах.

Доминантой пейзажа были, безусловно, Хомцвишские ворота.

Это было крепкое фортификационное сооружение, окружённое чёрной водой. Подъёмный мост был поднят, обнажая железные зубья решётки.

На стенах горели редкие огоньки. Парочка часовых брела по парапету. Магические кристаллы на башнях пульсировали тусклым фиолетовым светом, создавая вокруг ворот невидимый, но ощутимый купол защиты.

Мы засели в кустах, я достал из сумки подзорную трубу.

Камень к камню. Ни трещин, ни выступов. Ровное, крепкое, приземистое строение из широких каменных блоков.

– Впечатляет, да? – прошептал Тогрим, подбираясь ко мне.

Он смотрел на стены не как солдат, оценивающий укрепления, а как мастер, любующийся работой коллег. В его голосе звучала профессиональная гордость, смешанная с грустью.

– Чёрный гранит из карьеров Приталья, – продолжил он, указывая пальцем на основание башни. – Скреплен раствором на магической основе. Прочный как башка моего деда. Магия от него отскакивает, как горох от щита.

Я перевёл взгляд на главную башню.

Ворота были частью системы обороны. В стену встроена небольшая крепость, круглая, прочная, полуавтономная, которая контролировала ворота и те впускали во внутренний двор, где обычно хозяйничала стража, а оттуда вели ещё одни ворота. При этом внутренний двор простреливался с превосходящих позиций, сверху.

То есть, выбив ворота, ты не решал проблему, она только начиналась.

– И как это вскрыть? – спросил я, не отрываясь от окуляра. – Тараном? Магией?

– Что там должен быть за таран, генерал? Ворота собраны из шестнадцати частей, крепятся на десяти петлях и весят больше, чем золотой запас Бруосакса до начала войны. Магия стечёт по желобам рунической защиты, – Тогрим покачал головой. – Строили на века, ещё при дедушке нынешнего короля. Строили так, чтобы внуки гордились.

Он замолчал, теребя бороду.

– Но любой камень имеет душу, герцог. И у любого камня есть память.

Лиандир бесшумно возник рядом.

– Командор, патруль по стене прошёл. Если мы хотим подобраться ближе к внешнему периметру, сейчас самое время.

Я кивнул.

– Веди. Только осторожно. Магические сенсоры могут засечь ауру.

Мы двинулись ползком через открытое пространство перед рвом.

Мы залегли в пятидесяти метрах от кромки рва, за скоплением каких-то гнилых досок. Отсюда стены нависали над нами, закрывая звёзды.

Тогрим достал из-за пазухи небольшой молоточек и приложил ухо к земле. Он закрыл глаза, словно прислушиваясь к сердцебиению земли.

Он открыл глаза и посмотрел на меня. В его взгляде появилась хитринка.

– Я знаю, где слабое место, генерал. Я знаю, куда ударить.

– Говори, – потребовал я.

Но Тогрим не спешил. Он медленно убрал молоточек и посмотрел на город.

– Там, за стенами, живут наши, – произнёс он тихо. – Гномы. Ремесленники, торговцы, семьи. Там квартал Детей Грозы. Он примыкает к восточной стене.

Гном повернулся ко мне всем корпусом:

– Наш клан с ними не был дружен и всё же они хоть и дальняя, но родня… Если ваши солдаты ворвутся в город, опьянённые кровью… Мой народ пострадает.

В воздухе повисло напряжение.

– Чего ты хочешь, Тогрим? – спросил я прямо.

– Клятву, – твёрдо ответил мастер. – Клятву перед богами. Что гномий квартал будет неприкосновенен. Что ваши люди не тронут ни одного гнома, который не поднимет против вас оружия. Что вы дадите гномам коридор для выхода, если в городе начнется резня.

Я смотрел в его глаза. Глубокие, тёмные, как штольни. В них не было страха, только забота о своих.

Так вот зачем он попёрся сюда? Гномы – это сделки. Он знал, что я так или иначе придумаю, как взять ворота, но в предложенным им условиях он сможет навязать мне свои условия или потребовать оплаты.

Гномы – это часть моей собственной армии, лояльность гномов и к гномам, вытатуирована у меня на передней части плеча. Это инженеры, кузнецы, банкиры.

– Лиандир, – позвал я. – Будь свидетелем. Я, Ростислав Голицын, герцог Кмабирийский и Газарийский, клянусь. Квартал Детей Грозы будет зоной безопасности. Во время штурма и в качестве контрольных частей туда войдут сапёры. Жизнь и имущество гномов, не поднявших оружие против нас, будут неприкосновенны. Клянусь перед лицом богов.

Тогрим на мгновение замер. Потом кивнул и протянул мне руку. Наши ладони встретились в крепком рукопожатии.

– Принято, – сказал он. – Камень слышит. Камень помнит.

Он отпустил мою руку и развернулся к стенам. Теперь в его движениях не было колебаний.

– Смотрите туда, генерал, – он указал пальцем на одну из башен в сотне метров от ворот. Она казалась такой же монолитной, по крайней мере, я никакого отличия не видел.

– Основной комплекс Хомцвишских ворот построен на здоровенном камне. Грубо говоря, они стоят на скале, для большей прочности, – стал объяснять мне старый гном.

Я кивнул, хотя и не понимал, куда он клонит.

– Часть стены тоже на этой же скале, пусть она и не торчит над уровнем земли. Но стоит прочно. А дальше у строителей были проблемы.

– Что за проблемы?

– Фундамент. Для такой махины нужны фундаменты и как правило, они есть. Но стену строило множество бригад и не одновременно. Не все работали на совесть и не все из них были гномами. Та башня построена на хорошем фундаменте, но людьми…

– Тааак. И?

– Фундамент был хорош семьдесят лет назад. А потом прорыли ров, а кое-где его даже пробивали через скальные породы.

– Размокание почв? – предположил я.

– Да, генерал. Кое-где фундаменты обработали магией, чтобы укрепить, но магия может не всё. И тут её не было. Старые фундаменты трещат, как гнилые зубы. Башня прочная, но толкнуть её, она упадёт. Природа берёт своё. Грунты просели, камня под башней нет.

Он начертил прямо на земле схему.

– Если ударить точно в основание, в точку сопряжения старой кладки и скалы…

Он посмотрел на меня.

– Башня рухнет, причем вперёд, на ров. А ещё она потянет за собой секцию стены. Это откроет брешь шириной в сотню саженей. Прямой проход в эти районы города, минуя ворота.

Я смотрел на схему. Это было гениально. И просто.

– Но удар должен быть чудовищной силы, – добавил Тогрим. – И мгновенным. Осадные машины не подойдут – их разобьют раньше, чем они сделают первый выстрел. У Ваших магов есть такая сила?

– Найдётся, друг-гном.

* * *

Когда я участвовал в заседании Генерального штаба, то подозревал, что среди холёных морд найдётся одна-две продажные холёные морды, которые «сдадут» информацию о скором нападении Штатгаля на Хомцвишские ворота бруосакцам.

Судя по тому, что защитники Монта привели на стену дополнительные несколько тысяч ополченцев, а за самими воротами выставили тысячу панцирников, мой пессимистичный прогноз сбылся.

Но – деваться нам было некуда.

Мы не ждали оговорённые с Назиром три дня, а атаковали уже утром.

Мурранг и Новак устроили у главных ворот отличное представление. Грохот барабанов, крики сотен глоток, демонстративное выдвижение осадных лестниц.

Но – на безопасном расстоянии.

Словно армия идиотов решила повторить самоубийственный штурм неприступных ворот.

Я перевёл взгляд на главную надвратную башню. Там творилось настоящее безумие. Магические кристаллы сияли ослепительным фиолетовым светом, накачивая защитный купол энергией. Фигурки магов в ярких мантиях метались по парапету, выстраивая сложные плетения огненных шаров и молний. Они ждали нас там. Они были уверены, что «сброд» полезет в лобовую атаку.

Враг действовал логично и исходя из того, что знал.

«Командор, – докладывал мне Орофин через Рой. – Наблюдатели докладывают. Сектор „пьяная башня“ охраняется в обычном режиме и магов там нет».

Я позволил себе короткую усмешку.

«Принято. Продолжайте наблюдение».

Мой взгляд скользнул вправо, к той самой башне, на которую указал Тогрим. Она стояла тёмной, неприметной громадой в стороне от основного сражения.

И вместе с тем, когда пехота расчистила проходы к стене, они сделали целых три широких «коридора», один к воротам, два по сторонам.

Для защитников Монта это был просто кусок старого камня, который простоял двести лет и простоит ещё столько же.