Текст книги "Князь Андер Арес 9 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Грехов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Благо хоть иллюзию выставить не забыл. Правда, мог это сделать прежде, чем начинать семейные разборки на улице.

Уже лежа в кровати, я придался размышлениям.

Смог бы я, как он? Пойти на поводу у рода? Ведь, в отличие от меня и от Сэма, получалось, что он единственный, кто реально ставит род превыше всего. Но тут же я поймал себя на мысли: «Хотя и себе он не отказывает…» Всё‑таки Инна была красива собой. И видимо, у Мишеля впереди очень «трудные» ночи.

Утром меня разбудила Мария, отодвинув шторы. На стуле уже лежала стопка чистой одежды и, быстро одевшись, я пробежался очищающими плетениями, вымывая остатки вчерашнего вина. Короткая разминка, пробежка по крепостной стене, пока караульные старательно делают вид, что не спят на ходу, и вот я уже на тренировочной площадке. Гвардейцы, свободные от дежурства, уже ждали.

Сегодня я не хотел магии и вытащил учебный клинок.

– Смотрите внимательно, – я обвел взглядом строй. – Думаю, глупо вам говорить, что клинок это не кусок железа, которым вы рубите дрова. Это продолжение вашей нервной системы. Если вы чувствуете вес меча, как нечто отдельное, вы уже трупы. Ваше намерение должно опережать удар. Нога, бедро, корпус, рука и острие, это одна линия, – говорил я, показывая разучиваемое ими в последнее время «ката».

Я начал показывать им стиль, который когда-то вложила в меня система, но адаптированный под человеческую физиологию. Клинок описывал идеальные дуги, замирая в долю секунды до касания воображаемой плоти. Я учил их не строевой рубке, где нужно просто стоять в каре и тыкать копьем, а индивидуальному мастерству. Ведь, как показала практика, в мире, где одаренный может телепортироваться тебе за спину, строевой устав можно засунуть в задницу.

И может мои учения не спасут им жизни против «S»-ранговых, но никуда не делись «A» «B» и «C» ранговые одарённые. Против таких противников у них были неплохие шансы на победу.

Я подходил к каждому, правил стойки, бил по коленям, если они были слишком напряжены.

– Угол, бери угол острее! Не встречай удар силой на силу, проваливай его, заставляй противника терять равновесие. – Я наклонил клинок, меняя угол таким образом, что если он примет удар, чужой клинок проскользит по нему.

Вскоре тренировка перешла в активную фазу. Я вызвал троих лучших фехтовальщиков гвардии.

После того, как я в одиночку разбросал их всех, я чувствовал их желание показать, что они учатся.

– Нападайте одновременно, – скомандовал я. – Используйте всё, чему я вас учил. Я буду только защищаться, но если увижу лажу в стойке, пощады не ждите.

Они слаженно пошли в атаку.

Первый воин попытался пробить вертикальный удар, я просто сделал подшаг, сокращая дистанцию, и толкнул его ладонью в грудь. Он отлетел, но смог приземлиться на ноги. Второй зашел сбоку, целясь под ребра, но я уже крутанулся на месте, пропуская лезвие в сантиметре от куртки, и подцепил его ногу. Парень рухнул, подняв облако пыли. Третий был самым хитрым. Он ждал, пока я отвлекусь, и сделал резкий выпад, но я просто пригнулся, чувствуя, как воздух от его клинка холодит макушку.

Мне даже не нужно было доставать свой метапосох. Хватало голых рук и учебного меча. Я видел их ошибки еще до того, как они их совершали, лишний замах, открытое плечо, движение глаз, подсказывающее куда он ступит в следующую секунду… Через пятнадцать минут гвардейцы тяжело дышали, и я разорвал дистанцию.

– На сегодня хватит, – сказал я. – Неплохо, но всё еще слишком много лишних движений. Вы думаете о том, как ударить, вместо того чтобы просто ударить.

Когда строй разошелся, ко мне подошел Сириус.

– Андер, слушай, – он замялся. – Ты не думал… может, включить в программу магоболты? Раз уж мы решили, что это наше основное оружие, гвардия должна привыкать к нему в условиях максимально близких к бою.

Я посмотрел на него, и на мгновение мне стало не по себе. Я вспомнил испытания в лесу, когда первые образцы превращали вековые дубы в щепки за секунды. И как мой собственный щит треснул всего лишь на тринадцатом попадании.

У меня ещё была мысль повысить скорострельность магоболтов, но после недолгих размышлений понял, что этого делать не стоит.

– Я думал об этом, Сириус, – ответил я. – Но здесь есть одна проблема. Это оружие… оно пока еще слишком опасно даже для меня. Пока обойдёмся простыми стрельбами из них. А для тренировки надо создать что-то менее опасное.

– Менее опасное? – тут же переспросил Сириус.

– Ну да… может, вместо болтов шарики с краской. Так будет видно, кто в кого попал.

– И когда нам этого ждать? – спросил двоюродный брат.

– Не знаю, – ответил я. – Но если ты так сильно хочешь провести бой в условиях, максимально приближенных к реальным, то я могу посидеть с тобой и попробовать рассказать, как вижу себе эту «воздушку».

– Ты уже и название придумал? – усмехнулся Сириус.

– Случайно вышло, – слукавил я.

– Ладно, – сказал Сириус. – Если решусь взяться за это дело, сообщу.

– Договорились.

После обеда я оседлал своего жеребца и неспешным шагом направился в сторону лаборатории.

Вильяма Грасса на месте не оказалось, зато в дальнем углу, над стопкой фолиантов, корпели Гаррик и Майер Сказ. Сказ, как обычно, выглядел так, будто не спал неделю, а Гаррик что-то увлеченно чертил на пергаменте, то и дело поправляя очки.

– Всё грызете гранит науки? – я подошел к их столу, бросив на него несколько книг в потертых кожаных переплетах, которые прихватил из библиотеки рода Арес. – Вот, тут кое-что по строению нервных узлов у хитиновых. Может, натолкнет на мысли.

Майер лишь кивнул, не отрывая взгляда от чароскопа (микроскопа).

Мы всё еще топтались на месте с вопросом химерологии. Оборотни никак не хотели идти на полноценный контакт.

Как-то я пытался задействовать Сис, но моя «верная» помощница включила режим морализатора. Вредины, в общем.

– «Сис, проверь за мной расчеты по энергетической связи между роем и ядром», – мысленно попросил я.

– «Данный запрос нарушает протоколы СОЗДАТЕЛЕЙ, – отозвался голос в голове. – Подобные разработки классифицируются как несанкционированное использование авторских методик создания жизни. – Она сделала паузу. – Другими словами, эти знания принадлежат финаре Арес. Информационная поддержка заблокирована».

Но несмотря на это, за последние полгода мы кое-чего добились. Я подошел к клетке, где под магическим колпаком метался трутень девятого уровня. Недавно мы активировали рунную цепочку на созданном нами ритуальном круге. Это удалось благодаря тому, что мы экспериментировали с совмещением частоты «ядра королевы».

Это был крошечный прогресс, едва заметная победа. И Вильям не преувеличивал, говоря, что на это могут уйти десятилетия.

Я около часа покопался в записях, но ничего дельного в голову не шло.

Поэтому, оставив парней за работой, я отправился обратно в замок, решив немного прогуляться по городу.

– Гаррик, ты пришёл пешком? – спросил я. Лошади я не видел у стойла.

– Да, – ответил он.

Тогда я договорился с ним о том, чтобы он взял моего коня, когда соберётся домой. И поблагодарив его, я вышел на улицу.

Виндар менялся, и это доставляло мне почти физическое удовольствие.

В доме, раньше принадлежавшем Лилии, правда немного перестроенном, кипела жизнь. Школа имени Лилии Арес приняла уже третий поток учеников.

Я остановился у ворот, наблюдая, как стайка ребятишек в опрятных куртках выбегает на перемену. Теперь здесь учили не только считать мешки с зерном. Дети ремесленников сидели за одними партами с сыновьями моих офицеров, изучая основы естествознания. Я сам составлял первые программы, выуживая из памяти обрывки земных знаний о физике и биологии, адаптируя их под мир, где огонь может родиться из щелчка пальцев.

Стоит вспомнить про дороги… Мои големы продолжали свою монотонную работу, укладывая идеально ровный тракт в сторону Империи Алмазного рога.

Кто-то может сказать, что строя идеальную дорогу, я всё равно что приглашаю их армии к себе. Но, может быть, знаете поговорку: « Это не меня с вами заперли. Это вас заперли со мной!»

На самом деле я не планировал экспансии, по крайней мере не на север. Если уж куда и смотреть, так это на полуостров Адитон…

Однако, вернёмся к дорогам.

Здесь всё просто. Империя Рогатых располагалась настолько удачно, что через неё текли основные торговые маршруты. Таким образом, построив дорогу к нам, я хотел увеличить товарооборот. Следовательно, увеличатся поступления в казну.

Кстати, я пересмотрел свои взгляды касательно того, что големов нельзя использовать в битве. Двухметровые в высоту и сорока сантиметров в ширину стальные щиты, зачарованные мною же на непробиваемость, которые несут эти несокрушимые махины… Это мощь!

Я уже испробовал рёв огненного дракона на них. И в течение сорока семи секунд такой щит выдерживал мою атаку. А это очень много! Особенно в бою.

Я представлял этот клиновидный строй, перед которым бессильна любая конница или фаланга, и на губах заиграла улыбка. Да, они слабы в прямом бою, но если их правильно использовать, можно получить огромное преимущество.

В этот момент меня кто-то толкнул. Я сам был виноват, задумался. И влетевший в меня человек упал на задницу. Посмотрев на него, я понял, что он шёл, читая газету. Подняв его, я пошёл дальше.

«Вестник Виндара» сделал свое дело. Люди начали интересоваться политикой и миром дальше своего огорода. Пока это было ещё плохо видно. Но лиха беда начало!

Проходя мимо одной из вечерних школ, организованных торговой гильдией, я увидел группу взрослых мужчин, которые по слогам читали свежий выпуск газеты. Они спорили о ценах на соль, и в их голосах я слышал не страх из-за цен, а осознание собственной причастности к чему-то большому.

Законы… Вот что действительно встряхнуло местную знать. Я шел мимо стройки, где двое членов баронского рода, облаченных в серые робы, под надзором стражи таскали камни. Насильственные преступления теперь не выкупались золотом. Злоупотребил магией против простолюдина? Будь добр, поработай на благо канализационной сети княжества. Это правило работало лучше любых нравоучений.

И ДА! Кто-то скажет: как можно за насильственные преступления наказывать обязательными работами? НО… я скажу, что ещё недавно аристократы могли просто откупиться. Это был первый шаг к тому, чтобы закон был равен для всех.

Но когда это произойдёт я пока даже не представлял. Реформы в этом направлении только начиналась. И к сожалению, только в землях Арес.

Погруженный в эти мысли, я вышел на центральную площадь и тут же наткнулся на толпу зевак. В центре круга, образованного горожанами, звенела сталь и раздавались яростные выкрики.

– Ты за это ответишь, Криф! – орал рыжий пацан лет шестнадцати, в котором я по гербу на плаще узнал отпрыска рода Дорнье. – Она никогда не посмотрит на такого тупого арахнида, как ты!

– Твоя Элиза сама мне улыбалась, рыжий ты недоумок! – огрызнулся его оппонент, юнец из рода Ланкри. – Убери свою зубочистку, пока я не засунул её тебе в…

Мне стало интересно. И я накинул легкую иллюзию, став для толпы просто еще одним прохожим в неброском плаще. Подошел ближе, прислонился к стене дома.

Обычная история – гормоны, каникулы в столичной академии и девица, которая, скорее всего, просто развлекалась, стравливая двух дурачков. Невольно вспомнилась моя… или же правильнее говорить Андера, хотя теперь какая разница… в общем, дуэль из-за внимания графини Ферес.

– «Интересно, как у неё дела?» – подумал я, но быстро отбросил эти мысли, продолжая следить за молодыми дурачками.

Оба рода недавно присягнули нам, ища защиты, но вот воспитать своих отпрысков, видимо, не успели.

– Сегодня вечером! За восточными воротами! – выплюнул Дорнье, убирая клинок в ножны. – Секунданты договорятся. До первой крови, или я выбью из тебя всю дурь!

– До первой крови? Серьёзно? Ты думаешь я прощу тебе оскорбление, пролив лишь каплю твоей крови? – хохотнул Криф. В этот момент к нему подошёл кто-то, как я понял из свиты, и что-то прошептал. Криф тут же передумал. – Ладно будет тебе до первой крови. – После чего две группы разошлись.

Я посмотрел на их удаляющиеся спины и покачал головой. Малолетки, возомнившие себя героями.

Времени до вечера было еще полно и, в конце концов, я должен знать, кто служит моему роду… то есть мне. И если эти двое решили поиграть в настоящих мужчин, я с удовольствием посмотрю на этот спектакль из первого ряда.

Развернувшись, я направился к замку. Впереди был вечер, который обещал быть если не важным, то уж точно забавным.

Глава 6

Едва я переступил порог жилого крыла, как тишина коридоров взорвалась визгом, от которого заложило уши. Из-за массивной колонны, едва не сбив меня с ног, вылетели две стремительные тени.

– Ситх!

– Ситх! Прими смерть!

– Слева заходи! – крикнула Афина, а сама, размахивая светящимся мечом, прыгнула вперед, пытаясь достать меня широким горизонтальным замахом.

– Бей его, он сейчас молнии пустит! – Елена не отставала, ее зелёный клинок гудел в воздухе, описывая замысловатые восьмерки.

Две одиннадцатилетние фурии окружили меня, и я только успевал, что уклоняться, чувствуя, как ветерок от их «оружия» щекочет нос.

– Эй, полегче, мелочь пузатая! – я вскинул руки, притворно пятясь к стене. – Какой я вам ситх? Я уважаемый князь и ваш любимый дядя!

– Не слушай его, он врет! Посмотри на его глаза, они точно скоро станут красными! – Афина ловко крутанулась на пятках, выкрикнула. – Явись нам Палпатин!

Я понял, что миром дело не кончится. Пришлось подыграть. Сделав максимально злодейское лицо, я скрючил пальцы и издал утробное рычание. Девочки взвизгнули, наполовину от восторга, наполовину от испуга, и бросились в решительную атаку.

Следующие двадцать минут превратились в эпическую битву за судьбу замка Арес. Я крутился волчком, перепрыгивал через диваны и нарочито неуклюже отбивался отобранной у Елены запасной рукоятью-излучателем.

Мы носились по всему залу, сшибая подушки и пугая пробегающих мимо слуг.

– Получай, император! – Афина сделала выпад, и я, решив, что пора закругляться, картинно схватился за грудь.

– О нет… светлая сторона… победила… – я начал медленно оседать на ковер, закатывая глаза. – Прощайте, и помните, мои маленькие падаваны… даже в темноте есть… ахрр… свет.

Я рухнул на ковер, вытянувшись во весь рост. В зале на миг повисла тишина, нарушаемая тяжелым дыханием племяшек.

– Дядя Андер, ну вставай, – Афина подошла и легонько ткнула меня носком туфли в бок. – Ты уже четвертый раз за сегодня умираешь. Нечестно так быстро проигрывать!

Я приоткрыл один глаз, собираясь сообщить, что для великого лорда ситхов это нормальный график самоликвидации, но тут в дверях появилась Вероника. Она стояла, скрестив руки на груди, и с плохо скрываемой усмешкой наблюдала за нашей сценой.

– Так, великие воительницы, хватить бить любимого дядюшку, – сказала она. – У вас через десять минут начинается урок танцев. Мадам Жильбер уже заждалась, и, судя по ее лицу, она сегодня настроена решительнее любого ситха.

Девочки разочарованно вздохнули, выключили свои мечи, которые с характерным шипением втянулись в рукояти, и, чмокнув меня в колючую щеку, поплелись вслед за матерью.

Я поднялся с ковра, отряхивая камзол, и обернулся. В дальнем углу залы, на небольшом возвышении у окна, сидел Гектор. Восьмилетний мальчишка даже не шелохнулся во время нашей кутерьмы. Он сидел в классической позе для медитации, выпрямив спину и сложив руки на коленях. Ни я, ни Сэм, ни тем более Мишель в его годы не обладали такой железной задницей и тягой к самоконтролю.

Я тихо подошел и присел рядом на корточки.

– Хочу так же, как мои сестры, заниматься магией, – негромко произнес он. – Но папа говорит, что я еще маленький. Дядя, ты же сильный. Неужели нет способа приблизить инициацию?

– Ты уже и так этим занимаешься, – ответил я. – Вспомни, ещё год назад, я занимался медитациями с вами. Но за счёт того, что твои сестры старше, они опередили тебя.

– Ясно, – с грустью сказал Гектор.

Немного подумав, я решил уделить немного времени племяннику.

– Смотри, – я сел напротив. – В медитации самое главное дыхание. Если не научишься слушать его, никогда не услышишь ток маны в жилах.

Я положил ладонь ему на плечо. Тогда как Гектор замер, стараясь дышать ровно, и закрыл глаза. Я же активировал аурное зрение. Тонкие, едва заметные нити энергии в его теле были похожи на ручейки, перегороженные камнями. Но это было нормально для его возраста.

Искра мальчика только-только начинала пульсировать, готовясь к пробуждению.

Я начал медленно, по капле, вливать свою энергию в его каналы. Честно, это была ювелирная работа, требующая высокого контроля… одно резкое движение, и можно обжечь неокрепшую систему. Я чувствовал, как его кровь ускоряется, как расширяются крохотные узлы.

Всё это мне было известно благодаря методикам, которые я по крупицам вытягивал из знаний системы.

Мы просидели так около получаса. Лицо Гектора покраснело от напряжения, на лбу выступили капельки пота. Я почувствовал, что предел на сегодня достигнут, его каналы начали вибрировать, отказываясь принимать больше.

– На сегодня хватит, – я убрал руку и глубоко выдохнул. – Ты молодец, Гектор.

– Еще… – выдохнул он, пытаясь удержать отступающее ощущение силы. – Дядя, я же чувствовал её! Почему…

– Можно навредить, – я легонько щелкнул его по носу. – Лучше на сегодня остановиться. Зато всегда можно продолжить завтра.

– Спасибо, дядя Андер. Мама говорит, что мне очень повезло, что у меня такой сильный и любящий дядя, как ты. Ты же завтра со мной опять позанимаешься?

– Ну ты и хитрец! – я рассмеялся, поднимаясь на ноги. – Ладно, договорились. Если завтра не свалюсь с ног от дел, я весь в твоем распоряжении. Но… не больше двух часов. А если хочешь помахать чем-то поувесистее, иди к отцу, пусть выделит тебе кого-нибудь из гвардии для фехтования. Этим можешь заниматься хоть до потери сознания.

– До потери сознания… – серьезно повторил он, словно записывая это в список обязательных дел.

– Эй! Я пошутил насчет сознания. А то еще маме передашь, и она мне голову открутит.

– А если я не передам это маме, ты завтра позанимаешься со мной дольше? – хитро прищурился Гектор.

– Эй! – я придал голосу строгости. – Хватит торговаться, вымогатель мелкий.

Гектор улыбнулся и, вполне довольный собой, вприпрыжку направился к лестнице.

Я направился к себе, надеясь на короткий отдых, но на полпути меня перехватил Планше. Управляющий протянул мне на подносе запечатанный конверт. Взяв его, я отметил, что он был выполнен из дорогой бумаги, с золотым тиснением и массивной сургучной печатью с гербом Королевской академии магии.

Сломав печать, я пробежал глазами по строчкам.

– «Ну надо же, сам ректор снизошел до личного послания», – усмехнулся я.

– «Высокородный князь Арес… честь пригласить… торжественный бал… в честь величайших магических достижений современности…» – я едва не скривился от приторности слога.

В общем, через три дня в Ахилесе намечалось грандиозное мероприятие. Академия чествовала выпускников, и меня приглашали в качестве высокого гостя, чтобы показать «невероятный успех»… двух новых сильнейших магов планеты – меня и Стефана Гром.

По сути, ректор хотел устроить выставку магических достижений, выставив нас со Стефаном в роли главных экспонатов.

В конце письма, после бесконечных заверений в глубочайшем почтении, шла главная просьба. Ректор умолял нас провести «небольшой показательный поединок» перед выпускниками. Мол, студенты должны увидеть живой идеал, к которому стоит стремиться все пять лет зубрежки.

– «Идиот», – мысленно констатировал я, сворачивая пергамент.

Если мы со Стефаном решим хоть на четверть силы обменяться любезностями, от их хваленой Академии останется только ровный слой оплавленного кирпича. Впрочем, идея вернуться в стены, где настоящий Андер когда-то протирал штаны и строил козни, показалась мне забавной.

Я подозвал Планше, который терпеливо ждал в сторонке.

– Подготовь ответ. Напишуи, что буду. Насчет поединка укажи, что формат мы обсудим при личной встрече с князем Гром.

Планше поклонился и исчез, а я, бросив взгляд на часы, понял, что время поджимает. Дуэль баронов должна была вот-вот начаться.

Оседлав своего вороного, я выехал за ворота. Добравшись до нужного перелеска, я спешился и наложил на себя чары иллюзии. Проще говоря, стал невидимым.

Участники уже были на месте. Рыжий Дорнье и его противник Криф. У каждого по два секунданта… молодые дворянчики и, судя по расположению гербов, они входили в свиту Дорнье и Крифа.

– Примиритесь, господа, – произнес секундант, как того требовал устав. – Обида может быть смыта словом, а не только кровью.

– Никогда, – выплюнул Дорнье. – Эта сволочь ответит за то, что пристаёт к моей Элизе.

Криф расхохотался, сказал.

– Мира не будет. Давайте начинать. Мне еще вечером в таверну идти, не хочу тратить на него, – показал он в сторону Дорнье клинком, – слишком много времени.

– Тогда, как договаривались. Сталь и магия разрешены. Артефакты все, кроме целительских, снять.

Секунданты по очереди проверили дуэлянтов на наличие зелий в крови и забрали артефакты. После чего один из них подал сигнал о начале поединка.

Первые минуты дуэлянты фехтовали осторожно, прощупывая оборону друг друга. Я сразу отметил, что Дорнье был быстрее, тогда как Криф старался приманить все удары на жесткий блок.

Все изменилось, когда Криф, улучив момент, резко сократил дистанцию и полоснул Дорнье по предплечью. Тонкая струйка крови брызнула на траву. Рыжий взвыл. Отбросив осторожность, он свободной рукой сформировал плетение. Короткая молния, по моему мнению не выше ранга «D», сорвалась с его пальцев. Криф не ожидал перехода на магию так рано, он едва успел дернуться в сторону, но разряд все равно зацепил его плечо, заставляя мышцы конвульсивно дернуться.

– Ах ты, крыса! – рыкнул Криф. Его рука вспыхнула. Огненная стрела, со свистом разрезав воздух, прошила камзол Дорнье, оставляя на коже дымящийся след и запах паленой шерсти.

Дуэль мгновенно превратилась в хаотичное побоище. Они больше не фехтовали, а пытались испепелить друг друга. Заклинания летели во все стороны. Воздушный кулак Дорнье промазал и снес верхушку молодого дубка за спиной секунданта. Тот едва успел присесть, прикрывая голову руками.

Видно было, что оба на пределе. Мана уходила толчками, резервы у недоучек были мизерными. Дорнье, заливая траву кровью из пореза, заметно слабел. Но, судя по всему, сдаваться он не собирался. Выждав, когда Криф замахнется для очередного удара, рыжий из последних сил ударил воздушным кулаком не в грудь, а под ноги противнику.

Земля под Крифом словно взорвалась. Барон потерял равновесие и со стоном рухнул навзничь. Дорнье сделал три быстрых шага и прижал острие меча к горлу упавшего.

– Сдавайся, ублюдок, – прохрипел Дорнье, едва держась на ногах.

Я уже собирался снять иллюзию и закончить этот фарс, решив, что первой крови более чем достаточно, но тут произошло то, чего я никак не ожидал от «благородных» секундантов.

Двое парней со стороны Криф, вместо того чтобы признать поражение своего друга, одновременно обнажили клинки. Они бросились на Дорнье… Но больше меня удивило, что секунданты Дорнье тоже бросились на него! На своего господина!

Разумеется, я не остался стоять на месте.

– Ну всё, наигрались, – пробормотал я, сбрасывая маскировку.

И я просто шагнул вперёд, одновременно с этим выбрасывая ладонь. Телекинезом я повалил всех на землю. И придавил всех невидимым прессом.

Пока они не успели прийти в себя и начать хватать ртом воздух, я произнёс.

– Кровавые путы, – и из инвентаря вырвались тонкие, красные нити (со стороны казалось, что кровь у меня содержалась во фляжке на поясе).

Кровавые путы… это не просто верёвки. Они были липкими и стягивали тем сильнее, чем больше жертва дергается. К тому же, они слегка «подсасывали» ману, вызывая приятную для меня и крайне паршивую для них вялость.

– Лежать, – бросил я, подходя ближе.

– Отпусти! Да ты знае… – заткнулся на полуслове Криф, увидев моё лицо.

– Вижу, что узнал, – сказал я. – Вы пятеро даже не представляете, какое у меня сильное желание телепортировать вас в Пустошь и бросить там. И если выживите, то мозги из задниц вернутся в ваши тупые головы.

– Но… – попытался сказать один из секундантов.

– Немота, — и шесть лучей разлетелись в малолетних дураков.

Больше я не стал тратить время на нотации. Подцепив всю компанию телекинезом, я приподнял их над землей. Зрелище получилось то ещё… гроздь из фонящих от страха дворянчиков, парящая в метре над дорогой. Пришлось тащить их на себе полтора километра. Тащить их через весь город было лень. Поэтому пришлось ехать в сторону границы работы чар помех.

Когда мы пересекли невидимую черту, где магия снова стала послушной, я активировал пространственный контур. Рывок, и вот мы уже на телепортационной площадке замка Арес.

Дежурный гвардеец вскочил, вытягиваясь в струнку, и быстро просканировал мою ауру. Сигнатура подтвердилась мгновенно, осветившись зелёным цветом.

– Милорд! – выпалил он, косясь на шестёрку связанных юнцов, которых я небрежно уронил на камни. – Кто это?

– А это, я надеюсь, наши будущие защитники королевства. Лучшие представители нашего общества, – издевался я, видя перепуганные лица юнцов. – Где глава рода? Мне нужно доставить их к нему.

Гвардеец тут же подобрался.

– Вам нужна моя помощь, господин? Могу распорядиться об усиленном конвое.

Я окинул взглядом «добычу».

– Знаешь, будет не лишним, – кивнул я. – Сейчас вызову караул.

Дежурный несколько раз ударил по магическому браслету на запястье. Металл отозвался коротким писком. Буквально через полминуты из казарменного крыла выбежали десять гвардейцев в полном боевом облачении.

– Принимайте груз, парни, – я указал на пленников. – И только попробуйте хоть одного упустить.

– Никак нет, господин! – отозвался сержант.

Оставив их возиться с «высокородными» пленниками, я направился внутрь замка. Нашёл Сэма в переходе между рабочим кабинетом и жилыми покоями.

– Рассказывай… – Сэм остановился, поняв, что я иду к нему, и он рано покинул кабинет.

Когда я дошёл до момента с нападением секундантов на проигравшего, он тяжело вздохнул и потер переносицу.

– Ясно. Глупость, помноженная на гонор. Передай, если можешь, гвардейцам, чтобы вели их на задний двор, к фонтану. А я пока велю Винсенту выслать гонцов главам их родов. Пусть полюбуются на своих наследничков.

– Хорошо, – кивнул я. – Мне не сложно. Ты уже думал, что с ними делать?

Сэм остановился у окна, глядя во двор, где гвардейцы как раз тащили связанных парней.

– Сначала я хочу разобраться, что происходит, а потом уже наказывать.

– И как ты планируешь их наказывать? – я прислонился к стене, глядя на брата.

Он ненадолго задумался.

– Криф и Дорнье относительно молодые рода. Они покинули Ахилес, потому как все хорошие места уже заняты. А Виндар только начинает разрастаться. Их отцы поняли это раньше других и присягнули нам одни из первых. Но они только первые ласточки, и я надеюсь, что вассалов у нас станет в разы больше. Поэтому я не собираюсь быть слишком жёстким с самими родами и дам их отцам право выбрать наказание самим. Однако меня куда больше интересует подлость секундантов. Как вышло, что свита Дорнье напала на своего же господина? Вот с ними я намерен поступить по самому жёсткому варианту.

Я приподнял бровь.

– И какой же он, этот жёсткий вариант? Выпорешь на конюшне?

– Скорее всего, завтра же отправлю их в столицу – проходить службу в королевской армии, – Сэм жестко усмехнулся. – Обычными рядовыми, без всяких привилегий. Надеюсь, за три года в казармах они наберутся ума-разума и вернутся уже другими людьми. Если вообще вернутся. Передам Селви, чтобы он держал этих парней на контроле, по крайней мере первое время.

– Разумно, – согласился я. – Значит, и дядю позовём? Он такие воспитательные моменты любит.

Сэм кивнул.

– Да, позови Селви тоже. Его опыт задавать правильные вопросы мне пригодится. А ты сам не хочешь поучаствовать? Посмотреть на плоды своего улова?

– Нет, – тут же ответил я. – С меня хватит и того, что я их тащил на себе. Пойду лучше вина выпью.

Спустя полчаса я уже сидел на балконе второго этажа. Внизу, на заднем дворе, разыгрывалась настоящая драма. Из раскрытых окон доносились крики разгневанных отцов. Голос барона Дорнье… он был в ярости. Я видел, как он несколько раз наотмашь ударил юношей из свиты своего сына. Те даже не пытались закрываться, просто стояли, опустив головы.

Позже Криф и Дорнье о чем-то негромко беседовали с Сэмом и Селви, а потом, к моему удивлению, пожали друг другу руки. Похоже, родители оказались куда адекватнее своих недорослей.

Следующие три дня пролетели в привычном, но плотном графике. Утро начиналось с тренировок. Я часами отрабатывал метаморфозы, стараясь сократить время перехода в боевую форму до долей секунды. К слову, ощущение, когда кожа зудит, а под ней начинают двигаться и уплотняться мышцы, стало почти привычным.

Тонкий контроль крови тоже требовал внимания. Хотя теперь мои самые сильные заклинания были завязаны на огонь… наследие истинного дракона. Но кровь была инструментом ювелирной точности.

Я знал, что могу остановить кровоток в одной конкретной артерии врага. Или, наоборот, ускорить ее до критического предела. Заставить сердце работать с такой бешеной скоростью, что мышца просто не выдержит и лопнет от перегрузки. На практике я, конечно, такое не проверял… но система говорила, что такое в моих силах.

Параллельно я практиковал телекинез. Поднимал в воздух сотни мелких игл, заставляя их вращаться в сложнейших геометрических узорах. Это выматывало не хуже марафонского бега, но разум становился острее. Плюс я не забывал про обучение детей. И это немного окупалось.

Система не баловала меня открытием навыков и добавляла единицы прокачки, мягко говоря, скупо.

Но за всеми этими делами я чуть было не забыл, что пора идти на бал в Академию. Спасибо Планше, напомнил за завтраком об этом.

В холле меня неожиданно перехватила целая делегация. Вероника, жены Сириуса Мариса и Мария, Аяна и, конечно, Аннабель. Было видно, что встретились мы случайно, и что женщины шли по своим делам, но пройти мимо они просто не смогли.

– И ты уходишь вот так? Один? – Аяна усмехнулась, оглядывая мой праздничный камзол. – Без сопровождения, без охраны? Такой завидный жених…

– Да, – я ответил. – А что не так?

– Ну тогда готовься, Андер, – Аяна подошла ближе, поправляя мой воротник. – Сегодня к тебе будут поступать очень, очень нехорошие предложения. На таких балах у выпускниц, не успевших найти мужа, просыпается инстинкт охотниц. Тебя попытаются затащить в тёмную аудиторию быстрее, чем ты успеешь сказать «спасите».