355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Тэд Уильямс » Время скидок в Аду » Текст книги (страница 29)
Время скидок в Аду
  • Текст добавлен: 17 октября 2016, 01:54

Текст книги "Время скидок в Аду"


Автор книги: Тэд Уильямс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 31 страниц)

– Делами?

– Блин, Бобби, ты не единственный мой друг в реальном мире, ты же знаешь. – Он достал зубочистку из стаканчика на барной стойке. – Конечно, никто, кроме тебя, не пойдет в корейский ресторан в одиннадцать вечера, так что я обязательно придумаю место для обмена, которое повысит твои шансы на спасение. Но думаю, я лучше пойду вместе с тобой на это маленькое дельце.

Я допил пиво и догнал Сэма в дверях.

– Последние пару раз, когда ты помогал мне, мы оба чуть не умерли. И чуть не умерли отвратительным образом,кстати говоря. В следующий раз нельзя оплошать.

Он стукнулся со мной воображаемым бокалом.

– Смятение в стан наших врагов, дружище!

– Ага.

Я вышел вслед за ним, но он жестом преградил мне путь.

– За меня не волнуйся, – сказал он. – Как я и говорил, мне сегодня еще предстоят другие дела. Я позвоню тебе. Завтра, не позже.

Я смотрел ему вслед – он ссутулил свои огромные плечи и засунул руки в карманы. Стало холодно, непривычно для июльской ночи, и я задумался, пойти мне назад в «Циркуль» или же отправиться домой, когда сзади послышалось чье-то легкое покашливание.

Я повернулся. В ярком свете витрины корейского ресторанчика стояла женщина, незнакомка, похожая на латиноамериканку. Она протянула мне руку, и я увидел, что в ней она держит жалкий букетик гвоздик, перевязанный резинкой.

– Нет, спасибо, – сказал я на автомате, но тут же понял, что было глупо ходить по улицам ночью, сняв защиту. Осознав это, я сразу же подумал, что где-то уже видел эту женщину, только не в женском обличье. Что-то в ее лице показалось знакомым, но я никак не мог узнать ее.

– Не хочешь купить цветы у милой старушки, Бобби? – Она улыбнулась, показывая работу стоматолога из настоящего мексиканского захолустья. – Как насчет прогулки?

Я уже засунул руку в пальто, нащупывая свой «FN», [96]96
  У Бобби с собой «FN Five-seveN», пистолет бельгийской фирмы «FN Herstal».


[Закрыть]
когда понял, кто передо мной.

– Темюэль? – прошептал я. – Это ты?

Архангел кивнул и поправил свою шаль.

– И я действительно не прочь немного прогуляться.

Глава 46
САМЫЙ ЗАБАВНЫЙ ИЗ ИЗВЕСТНЫХ МНЕ РАСИСТОВ

Время шло к полуночи, но в Камино Риэл людей было по-прежнему полно. Мы двинулись на юг, мимо клубов и винных магазинов в смешанном районе, который образовался между испанским кварталом и богатыми, практически закрытыми от людских глаз улицами района Атертон. [97]97
  В действительности Атертон, штат Калифорния, – это небольшой, но один из самых богатых городов США, в котором проживает немало знаменитостей.


[Закрыть]
Мы прошли еще несколько кварталов, но, казалось, Темюэль не спешил начинать разговор.

Тем временем я всеми силами старался понять, какова позиция архангела по отношению ко мне. Кое о чем я точно собирался ему рассказать, включая те моменты, как я передал его сообщение в Аду и к чему это привело. Я думал, что стоит упомянуть еще о некоторых вещах, но с осторожностью – например, о том, что Уолтер Сандерс теперь стал бухгалтером на пиратском корабле религиозных проповедников в Аду. Но были и другие темы, которые мне не очень хотелось обсуждать: конечно, одной из них была Каз, но не только. Я не горел желанием обсуждать «улыбающегося убийцу» и в особенности тот факт, что, по моему мнению, маленького сумасшедшего монстра подослала Энаита, высокопоставленный ангел, которая стоит даже выше самого Темюэля.

Хотелось бы мне когда-нибудь поговорить с кем-то, у кого нет секретов или в чьих словах не прячется подтекст, просто чтобы узнать, каково это. Готов поспорить, это весело. Как минимум, это не так утомительно, чем все те разговоры, которые приходится вести мне.

Возможно, это было всего лишь совпадение, но когда мы проходили мимо Епископальной церкви, Темюэль наконец заговорил. Внутри горел свет, но перед входом стоял грузовичок службы уборки, а изнутри доносился шум работающего пылесоса, так что я подумал, что сейчас церковь открыли именно для этого, а не для принятия поздних посетителей с духовным кризисом.

– Я рад снова тебя видеть, Бобби, – сказал Темюэль. – Я беспокоился за тебя.

– Спасибо. Я за себя тоже беспокоился.

– Ты смог передать мое сообщение?

– В общем-то, да.

Я рассказал ему все о моих приключениях с Рипрашем – ну то есть почти все: я пока не упоминал Уолтера Сандерса и не вдавался в детали о своем собственном маршруте до и после передачи сообщения Темюэля, но я был странным образом тронут Возвышенными и чувствовал, что он должен об этом знать.

– Правильно ли я понял, что ты и сам побывал в том месте? – спросил я.

– Да, но я не могу об этом говорить. – Это было очень необычно – высший ангел не выдал мне правду, завернутую в туманные выражения из печений с предсказаниями. – Теперь позволь задать тебе вопрос, Бобби, по поводу идей этих Возвышенных. Думаешь, Рипраш сможет нести слово?

Я понятия не имел, была ли эта проповедническая работа проектом одного только Темюэля или же она являлась частью большего райского замысла, но я ответил ему так правдиво, как только мог.

– Система серьезно настроена против него и его слова, так что я бы сильно на это не рассчитывал. Но если кто-то и может заняться этим там внизу, то только Рипраш. Он силен как бык, намного умнее, чем большинство других, и у него невероятно доброе сердце для того, кто приговорен к вечным скитаниям в Аду.

Темюэль кивнул, затем посмотрел на свой телефон, что он сделал уже не раз.

– Ждешь звонка? – спросил я.

Он слегка усмехнулся.

– Я просто смотрю, нет ли сигнала от мобильных телефонов, сделанных специально для Рая. Один из них, похоже, совсем неподалеку.

Я не привык видеть эту сторону Темюэля. Это было словно заметить, как твой любимый дедуля превращается в Q [98]98
  Кодовое имя персонажа из книг и фильмов о Джеймсе Бонде, созданное из первой буквы его должности Quartermaster (квартирмейстер). Q всегда снабжает Бонда необычной шпионской техникой.


[Закрыть]
из фильмов про Джеймса Бонда. И это лишь мои догадки, потому что собственного дедушку я знал не лучше, чем Александра Македонского.

– Думаешь, за тобой следят? – спросил я. – Наблюдают?

– Меня больше волнует вероятность наткнуться на кого-нибудь из твоих коллег.

Я посмотрел на него и постарался не засмеяться.

– Хм, но ты же выглядишь как леди, которая владеет винным погребком на углу. Как они тебя узнают?

Он посмотрел на меня с легким разочарованием, словно я провалил тест.

– Осторожность никогда не помешает.

Я понял, что, кроме того визита в Ад и этой, уже второй, встречи со мной вне Рая, Мул не так уж часто выбирался с небес.

– Хорошо. Тебе лучше знать. Но теперь мне надо кое о чем с тобой поговорить.

Я вкратце рассказал ему, как встретил в Аду Уолтера Сандерса. Темюэль слушал меня молча, лишь спросил, помнил ли Уолтер, которого он называл его ангельским именем – Ватриэль, что-нибудь о своем переходе из ангельской адвокатуры в адскую бухгалтерию.

– В общем-то, ничего.

Конечно, я опустил детали о моих встречах с «улыбающимся убийцей» и подозрениях по поводу Энаиты, что было немалой частью рассказа. Шансы на то, что Темюэль окажется на моей стороне, были достаточно высоки – ведь простому архангелу связываться с Адом позволено не больше, чем мне, так что у него наверняка имелись секреты от нашего начальства, – но ангельские отношения были не слишком понятными мне и в лучшие времена, и неудивительно, что теперь в них вовсе нельзя было разобраться.

– Все это как-то таинственно. Насколько я понимаю, кто-то пытался убить меня с помощью ножа прямо на улице у «Циркуля», но вместо этого зарезали Уолтера. И вдруг после этого Уолтер оказывается в Аду и ничего не помнит.

– Когда это случилось, Ватриэль беседовал с тобой, – проницательно отметил Темюэль. – Возможно, кто-то пытался отправить туда тебя.

Именно так я в принципе и предполагал – до тех пор, пока Уолтер не рассказал мне о своем последнем воспоминании, о нежном ангельском голосе, спрашивающем его про Бобби Доллара. Первое нападение могло и правда быть связаносо мной, но теперь я был уверен, что мишенью был Уолтер. Опять же, я утаил это от Темюэля. Черт, как же это раздражает – свободно общаться с одним из высших ангелов, но не иметь возможности использовать это в своих интересах! И все же те, кто знают меня, были бы рады тому, что что-то сдерживает меня от необдуманных поступков, и я действительно пытался научиться держать рот на замке, навострив уши и широко открыв глаза.

– Ну и, после всего случившегося, к чему мы с этим пришли? – спросил я, сменяя тему.

Темюэль отвел взгляд от телефона и осмотрелся.

– Думаю, подходим к Оуквуд Роуд.

– Нет, я имею в виду, к чему мыпришли? Это просто безумие, а ведь мы еще многого даже не обсуждаем, например, откуда ты знаешь то, что знаешь, и почему я вообще туда отправился.

– Я доверяю тебе, Бобби. И надеюсь, что ты доверяешь мне.

– Конечно.

Я никому не доверял.

– Хорошо. – Он взял меня под руку. Мы пошли дальше, я и маленькая латиноамериканская леди с невидимым нимбом. – Думаю, сейчас надо все оставить как есть, – начал Темюэль, но тут рядом с нами появилась машина, которая со скрипом остановилась.

В этот раз я уже успел наполовину достать свой бельгийский пистолет из кармана пальто, когда узнал машину – винтажный синий «Камаро»; затем я разглядел высунувшегося водителя и его сумасшедшую огромную прическу, завершавшую образ.

– Эй, Бобби! – крикнул Юный Элвис. – С кем гуляешь?

Он нажал на газ, и двигатель загрохотал, как катер богатого наркодилера. Даже мне пришлось признать, что это была красивая машина, особенно с ее двойными гоночными полосами на капоте. Юный Элвис, может, и туповат, но это единственный ангел, который разбирается в машинах.

– Какого хрена ты делаешь в этой части света? – спросил я, осторожно отходя от Темюэля.

Юный Элвис с головы до ног осмотрел человеческую маскировку архангела и изумленно посмотрел на меня.

– Серьезно, Доллар, – сказал он, когда я подошел к обочине, – ты что, встречаешься со своей кухаркой?

– Ты самый забавный из известных мне расистов. – Я наклонился к открытому окну машины. – У тебя тут клиент?

– Только что закончил с одним. Неплохой парень. Упал с крыши. Все соседи рыдают. А ты что тут делаешь? И серьезно, кто это с тобой?

– Эта женщина? Она просто несчастная бездомная, которая со мной заговорила.

– Правда? – усмехнулся Юный Элвис. – И ты не приставал к ней? Вы как будто очень близки.

Обычно, когда он становился таким надоедливым, я принимался объяснять ему, почему он будет лучшим кандидатом на премию «Самый главный придурок Рая», но сейчас я просто хотел, чтобы он ушел.

– Да, вроде того. Я напомнил ей о ее сыне, она так сказала. Я просто веду себя вежливо.Можешь прочитать об этом в нашем основном руководстве. Думаю, именно так и должны вести себя ангелы.

– Если речь об ангелах-слабаках, то возможно. – Он поправил свою впечатляющую челку и прибавил оборотов, готовый сорваться с места. – Ну, не хотел мешать твоим добрым делам. Я расскажу всем в «Циркуле», что какое-то время мы тебя не увидим, потому что ты занят обслуживанием бедных, толстых и озабоченных.

Машина с ревом укатила, а Элвис махал мне рукой. Честно говоря, он не так уж плох, как может показаться. Ну, на самом деле в нем мало хорошего, но он не специально ведет себя как идиот, это просто Господь создал его таким.

Вернувшись к Темюэлю, я заметил, что он явно занервничал. Он сказал мне, что мы вскоре поговорим еще и что мы не должны обсуждать ничего в Раю – только здесь и только когда никто нас не слышит. И затем он просто ушел, не попрощавшись.

Только когда я вернулся домой, я понял, что все это время мой телефон был выключен. Пришло голосовое сообщение от Сэма с предложением, где устроить обмен с Элигором. Как только я его послушал, телефон снова зазвонил. Номер не определялся, поэтому я ответил:

– Да, я получил твое сообщение.

– Это впечатляет, – отозвался Элигор, Великий Герцог Ада. – Особенно учитывая то, что я тебе его не оставлял. Ты достал то, что мне нужно?

Я не мог вымолвить ни слова. Когда я в последний раз слышал этот голос, тот, кому он принадлежит, только что закончил все мыслимые и немыслимые пытки надо мной, после чего мне пришлось через весь Ад удирать от Нилока и его адских церберов. Неудивительно, что мое сердце застучало сильнее, и где-то в горле я почувствовал привкус крови.

– Да, у меня есть то, что тебе нужно. Я уже сказал это твоей секретарше. Когда ты хочешь встретиться?

– Сколько сейчас, час ночи? Увидимся через час. Только скажи где.

– Через час? – Я безумно хотел забрать у него Каз, но все же не знал, успею ли за это время связаться с Сэмом, а без него я не мог достать перо. – Это не так уж просто.

– Правда? Я думал, ты поторопишься достать свой… – он сделал эффектную паузу, – свой товар. – Он засмеялся. Я ужасно хотел засунуть кулак в телефон и врезать ему. – Что ж, тебе решать, Доллар, если желаешь подождать…

– Уже неважно. Я успею. Встретимся на верхнем этаже здания парковки напротив Сорокового пирса. Это рядом…

– Рядом с паромной переправой, да, я знаю. Буду ждать. Чао!

Да, знаю, я позволил себя поторопить, но моя подготовка действительно заключалась лишь в том, чтобы найти Сэма. Видите ли, я думал, если Элигор сочтет, что превосходство на его стороне, то это упростит для меня ситуацию.

Что вы там говорите? Превосходство и правдана стороне Элигора, а я лишь чертов идиот, который позволил поторопить себя? Простите, не расслышал. Поговорим чуть позже, когда я не буду так усиленно вас игнорировать.

К моему огромному облегчению, Сэм взял трубку, как только я позвонил ему, и он по-прежнему находился на этой стороне реальности, так что мне не пришлось переносить встречу. Он пообещал прийти.

– Ты действительно уверен, что Сороковой пирс подойдет? – спросил я.

– Как в чем-то подобном вообще можно быть уверенным? Но я думаю, это лучший вариант. Просто не забивай себе ничем голову. Увидимся на парковке возле закусочной Уимпи Стимерс без десяти два.

– Договорились, – сказал я и повесил трубку.

Я так волновался, что захотел в туалет. Что за мастерское создание человек, [99]99
  «What a piece of work is man!» – цитата из знаменитого монолога Гамлета, который он произносит в одноименной пьесе Уильяма Шекспира.


[Закрыть]
тоже мне. Мозги слишком большие, мочевой пузырь слишком маленький, и только самые скучные из представителей рода живут вечно.

Но прежде чем я отправился в туалет, я наполнил карманы обоймами, полными серебряных пуль, – на тот случай, если дела при обмене пойдут неважно. Конечно, вряд ли они помогут мне в схватке с самим Великим Герцогом. Если с обменом и правда будет хреново, я смогу спастись только в том случае, если Элигор начнет надо мной смеяться, да так сильно, что заработает себе грыжу.

И все же оставался крохотный и маловероятный шанс на то, что все сработает и через пару часов я приведу Каз к себе домой.

Помнится, я жалел, что не успел прибраться в квартире.

Глава 47
ПОЧТИ У БЕРЕГА

Когда я добрался до Уимпи Стимерс, культового заведения в стареньком серебристом вагончике на Пэрэйд-стрит, где готовили гамбургеры, Сэм как раз вышел из него с полным пакетом маленьких бургеров. Еда меня не так уж беспокоила – в конце концов, и ангелам приходилось питаться, по крайней мере, на Земле, – но он привел с собой Младшего Ангела Клэренса, что серьезно меня волновало.

– Да ладно! Неужели все болтают друг с другом у меня за спиной?

Клэренс слегка улыбнулся, но при этом удостоил меня смущенным взглядом.

– Все верно, Бобби.

– Прошу прощения, что я все так усложняю, – обратился я к Сэму, – но разве он, – я показал на Клэренса, – не пытался арестовать тебя?И разве он все еще не должен этого сделать?

– Бобби, хватит делить все только на белое и черное, – Сэм достал из пакета бургер размером с пирожок и практически проглотил его. – Да, в других обстоятельствах наш друг счел бы своей обязанностью сдать меня вышестоящим ангелам, моему бывшему начальству. – Он облизал пальцы, а потом вытер их о брюки. Я терпеть не мог, когда он это делал. Из-за этого все собаки его преследовали. – Но как и любой разумный ангел, он способен понять, когда изменившиеся обстоятельства требуют большей уступчивости.

– Он пытается сказать, что я пришел ради тебя, Бобби, – сказал Клэренс так искренне, словно подводил итоги школьного собрания. – Мне не важно, что ты сделал – ты по-прежнему ангел, и мы все еще на одной стороне. Я не позволю какому-то выскочке с вилами так просто разделаться с тобой.

Я простонал:

– Боже, Сэм, он разговаривает прямо твоими словами! И это хреново. – Меня не так уж волновала возможность попасть в драку: малыш Клэренс наверняка неплохо справится. Он прошел подготовку и довольно неплохо стреляет. Но что будет делать Клэренс потом, если мы переживем эту ночь? – Я не могу так рисковать, Младший, прости, – наконец сказал я. – Не могу тебя взять. И не могу рисковать тем, что ты слишком многое узнаешь о моих личных делах.

– Почему? Мне и так уже почти все известно, – сказал он. – В смысле, я знаю про твою девушку из Ада. Я знал это уже давно и никому не говорил, так в чем же проблема сейчас?

– Ты знаешь? – Я повернулся к Сэму. Я чувствовал, что вена на моем виске пульсирует так, словно готова лопнуть и облить всех фонтаном крови. – Он знает?

– Меня винить не в чем, – ответил мой лучший друг, поглощая очередной маленький бургер. – Дружище, это очень вкусно. Он уже знал про Каз. Я тут ни при чем.

– Вот именно, Бобби, – сказал малыш Клэренс. – Чему я должен был поверить? Что ты оставил свое тело на три недели и отправился на каникулы в Пуэрто-Вальярта? Или куда ты там сказал? В Сиэтл? Да, чувак – Музей Джими Хендрикса и башня Спейс-Нидл! [100]100
  Space Needle(«космическая игла») – смотровая башня высотой 184 метра, построенная в Сиэтле в 1962 году для Всемирной выставки.


[Закрыть]

Я сердито посмотрел на него и шутить не собирался.

– Ты нравился мне больше, когда был сельским идиотом. Ладно, думаю, ты можешь остаться. И, думаю, я этому рад. Но шутить тебе нельзя.

Кажется, наказание его не слишком напугало.

– Хорошо, Бобби. Как скажешь.

Время близилось к двум, когда мы шли вдоль Пэрэйд к Сороковому пирсу. Я рассказал им, что, по моему мнению, может произойти и что от них требовалось сделать, в зависимости от того, как будет развиваться ситуация – ожидаемо или не очень. Мы дошли до здания парковки напротив пирса и увидели, что цепь, которую обычно натягивают перед входом на ночь, перерезана и валяется на земле двумя запутанными клубками, словно парочка очень грустных змей.

Ночь была прохладной, и ветер с гавани делал ее более похожей на февральскую, чем на июльскую, но я надеялся, что мерзнуть нам не придется. Тихо разговаривая, но никак более не пытаясь выдать наше прибытие, мы добрались до верхнего этажа. В дальнем углу, возле длинной черной машины Кеннета Валда – броня уровня работы Орбана, не сомневаюсь – виднелись две фигуры. Черт, да могло оказаться, что именно этот древний венгерский ублюдок поработал над автомобилем Валда, откуда мне знать.

Один из них был очень высоким, а вторым оказался сам Элигор. Мне пришлось подавить внезапный прилив гнева и паники. Где Каз? Она в машине? Он вообще привез ее?

Напарник Элигора отличался не только огромным ростом, он и выглядел достаточно странно: при росте выше двух метров и мускулистом теле его руки и ноги казались слишком большими по сравнению с остальным телом, а голова была слишком маленькой, от чего он походил (я, правда, не могу по-другому это выразить) на гигантскую булавку. Но глаза с этой покатой головы смотрели ясно и проницательно, и я был вполне уверен, что в этих руках размером с тарелку таилась соответствующая их виду сила.

– Господин Доллар. – Элигор был в обличье Кеннета Валда. Он надел свой лучший костюм для летнего отдыха, словно собирался поплавать на яхте вместе со своими старыми друзьями из колледжа. Он посмотрел на Сэма, задержав свой взгляд достаточно долго, чтобы дать понять, что он его узнал, затем мимоходом взглянул на Клэренса, прежде чем повернуться ко мне. – И вот мы встретились снова. Поздравляю с удачным побегом! Кстати, тебе передают благодарности все те, кто находил Комиссара Нилока ужасно занудным – его голове самое место во Внешнем ущелье. Дорога назад займет у него не меньше пары тысяч лет.

– Где Графиня? – Я сдерживался как мог, чтобы не перейти на крик.

Элигор покачал головой.

– Совсем не ценишь искусство ведения беседы. В этом и вся проблема твоей тактики крутого парня, Доллар, – лишь немногословные остроты и едкие замечания. Разве плохи Шерлок Холмс и Эркюль Пуаро? Уж эти герои умели связать пару слов. – Он поднял бровь, когда я издал непреднамеренное ворчание. – Что ж, ладно, если ты так настаиваешь. – Он махнул высокому парню. – Фиддлскрейп, он хочет увидеть Графиню. Будешь так любезен?

Телохранитель открыл заднюю дверь длинного автомобиля и наклонился. Он помог Каз выйти, хотя «помог» – это не совсем верное слово, если только рыбаки не «помогают» пойманной рыбе оказаться на борту лодки. В ее походке не осталось ничего грациозного, потому что ее руки были связаны за спиной. К тому же ее рот был заткнут кляпом. Я заставил себя сделать глубокий вдох, чтобы внезапно не пристрелить кого-нибудь.

– Теперь отпусти ее, и я отдам перо, – сказал я Великому Герцогу.

– Вот эту часть Сэм не особо хорошо объяснил, – зашептал Клэренс мне в ухо. – Зачем ему нужно перо?

– Заткнись, – посоветовал ему я. – Пусть она идет сюда, Элигор.

Элигор усмехнулся.

– О, нет-нет. Сначала перо, и затем, обещаю, ты заберешь эту женщину. Даю тебе слово.

– Прекрасно! Я так надеялся, что смогу получить клятвенное обещание от одной из больших шишек Ада, – сказал я. – Ведь это сразу завоюет мое доверие.

Но я знал, что он не сможет провести меня. У повелителей Ада странные отношения с правдой, и если вы достаточно умны, то сможете этим воспользоваться.

– Давай, Сэм. Достань его.

Сэм достал предмет, который называл перчаткой Бога, могущественную вещь, которую дал ему Кифа, когда Сэм впервые согласился работать на Третий путь. Я подумал, что это было чертовски иронично: перчатка, которую Энаита дала Сэму, снова меня выручит – это была единственная веселая мысль на тот момент. Что-то тонкое засияло в темном гараже, яркое, как дорожные огни, но при этом переливающееся разными цветами. Сэм просунул в него руку, потянулся в мой карман и достал перо. Клэренс открыл рот от удивления, настолько пораженный этой ангельской магией, что я был рад, что в то мгновение мне ничего от него не требовалось. Каз беспомощно смотрела на меня. Я пытался не утонуть в этом взгляде, но, даже замечая ее краем глаза, я уже чувствовал укол в сердце.

Элигор посмотрел на светящиеся пальцы Сэма.

– Ну и ну, ты неплохо постарался, Сэммариэль, прямо как трудолюбивая пчелка. Долориэль говорил, что ты такое умеешь, но я все равно ему не верил.

Сэм хмуро взглянул на него в ответ.

– Вы о многом не знаете, Ваша милость. Что мне делать с пером, Бобби?

– Передай его Клэренсу.

Малыш Клэренс взглянул на меня так, словно я вдруг обратился к нему на непонятном языке.

– Что? Почему мне?

– Чтобы ты подержал его, – ответил я и вытащил пистолет из кармана. – Потому что через пару секунд ситуация начнет осложняться. Бери его.

С широко раскрытыми от удивления глазами Клэренс забрал перо. Было видно, что одно только прикосновение к нему уже его беспокоит. Честно говоря, если бы вы увидели все это своими глазами, то тоже занервничали. Даже идиот бы понял, что это перо от могущественного ангела. Это было так… явно.

– А теперь, Сэм, иди проверь, все ли в порядке с Каз, – сказал я. Мы обсуждали этот ход, но от этого происходящее не становилось менее опасным. Я снял пистолет с предохранителя.

– Серьезно, Доллар, это меня обижает, – сказал Элигор, ухмыляясь. – Вы, райские существа, считаете честными только себя.

Я встретился взглядом с Каз, когда Сэм подошел к ней. Она казалась непривычно хмурой и безнадежной, но я надеялся, что скоро пойму, в чем причина. Сэм провел своей мерцающей рукой над ее головой и перед ее лицом, задержавшись на мгновение у корсажа ее короткого платья. Казалось, она смотрит на руку Сэма практически с ужасом.

– Она не реальна, Бобби, – Сэм убрал перчатку Бога в карман. – Это иллюзия.

Я прицелился Элигору в лицо. Я стоял метрах в пяти от него и был уверен, что смогу всадить как минимум две или три серебряные пули в его земное тело, прежде чем он доберется до меня – независимо от того, как быстро он будет двигаться. Это должно было хоть немного перевесить чашу весов в мою сторону, дать мне время решить, что делать дальше. Я заранее предполагал, что он затеет игру, поэтому не был слишком удивлен.

– Вот, значит, как все обстоит? Ты серьезно?

Элигор закатил глаза.

– О, ну хватит тебе. Просто немного позабавился. Вам, жителям облаков, нужно хоть немного взбодриться. – Он небрежно повел рукой, и иллюзорная Каз исчезла, а возле лимузина остался лишь один Фиддлскрейп. Внутри машины никого не было видно.

– Ты сказал, что хочешь совершить обмен, Элигор. Я пришел на честную сделку. Ну что, ты собираешься показать мне настоящую Графиню, или мне превратить твое лицо в кровавый кусок мяса? Это мой небольшой должок.

На долю секунды лицо Кеннета Валда дрогнуло и покрылось пеленой – будто стена воды срывается вниз с горной вершины. За этим виднелось нечто намного более страшное, маска его жуткой ярости, лохматая голова, покрытая змеевидными волосами, и пара извивающихся рогов – один длинный, а другой маленький и перекошенный, будто растаявший от жуткого пекла. Затем это отвратительное гневное лицо снова превратилось в ухмылку Валда.

– Серьезно, ангелочек? – спросил он. – Ты рискнешь навлечь на себя мойгнев?

Великий Герцог не подал никаких видимых сигналов, но я услышал, как Клэренс удивленно вскрикнул, когда Фиддлскрейп достал обрез из своего огромного рукава и переложил его в руку, а затем прицелился мне в голову. В его гигантской руке он выглядел, как маленький пистолет типа дерринджера. [101]101
  Короткоствольный крупнокалиберный карманный пистолет времен Гражданской войны, названный в честь своего изобретателя Генри Дерринджера.


[Закрыть]

– Кончай это, или я прикончу тебя, – заявила гигантская булавка.

Щелчок. Щелк-щелк-щелк.Теперь Сэм и чересчур взволнованный Клэренс тоже достали свое оружие и взвели курки; оба навели пистолеты на Фиддлскрейпа. Получилось, что в этом крохотном тесном пространстве все достали свое оружие, кроме Элигора. Многое зависело от того, что предпримет Всадник. Я уставился на него.

– Ну? – спросил я.

– Что «ну»? – Элигор явно наслаждался происходящим, по крайней мере, так это выглядело. – Ты решил прикинуться Филипом Марлоу? [102]102
  Главный герой произведений американского писателя Раймонда Чандлера (1888–1959), частный детектив из Лос-Анджелеса, известный своей циничностью и пессимизмом.


[Закрыть]
Если так, то в завершение этого вечера ты станешь печальнее, но чуточку мудрее.

– Давай уже двинемся дальше, – сказал я. – Мне нужна Каз, и ты пообещал вернуть ее, когда мы были в Лошадиной плоти. Я хочу, чтобы ее освободили живой и здоровой, и никакой мести впоследствии, как ты и обещал. За это ты получишь перо. После вы с Кифой уже сможете договориться сами. Меня не интересует ваша дерьмовая политика.

– Хорошо, хорошо. Ну ты и нытик, знаешь ли. «Я хочу, я хочу…» И где они только откопалитакого, как ты? – Элигор засунул руки в карманы и прикинулся, будто действительно все обдумывает. – Ладно, твоя взяла. И так слишком много времени потрачено.

Он наклонился в сторону, и вдруг там появилась «молния», точнее, ее адская версия – красное свечение, будто вертикально разрезавшее воздух. Он потянулся внутрь и достал еще другую Каз, тоже связанную и с заткнутым ртом, но если предыдущая была странно бездеятельной, то эта изо всех сил пыталась вырваться.

Элигор схватил ее за воротник и поднял на руке, словно она ничего не весила. Ее ноги дергались сантиметрах в пятнадцати от земли.

– Забирай эту стерву, – сказал он. – Она все равно только и делает, что все время жалуется.

– И на этот раз это действительно она? Ты клянешься властью Всевышнего?

Он снова закатил глаза, словно заскучавший подросток.

– Да, все именно так, как мы обговорили в Лошадиной плоти. Я показываю ее тебе, а ты отдаешь перо, не забыл? Это она, честно. Нет, как тебе будет угодно – я клянусь Тартарским Соглашением, властью Всевышнего и моим собственным существованием. Этого ты хотел, так ведь? Услышать клятву от одного из повелителей Ада? Тогда слушай внимательно: я клянусь всем перечисленным, что это действительно та самая женщина.

Сэм не спеша провел перчаткой Бога над ее головой и грудью.

– Эта настоящая, Бобби.

Элигор опустил ее. Она едва не упала, но Сэм успел подхватить ее за локоть и помочь сохранить равновесие. Она подбежала ко мне, ее рот по-прежнему был заткнут кляпом, а руки связаны, но она бросилась ко мне. Я обнял ее одной рукой, чувствуя глубочайшее волнение, когда ощутил биение ее сердца так близко к своему.

– Отдай ему перо, – сказал я.

– Ты уверен?

Сэм смотрел на Элигора, который стоял, скрестив руки. Фиддлскрейп все еще держал нас на мушке, но уже не так рвался спустить курок, как несколькими мгновениями раньше.

– Да. Отдай ему.

Сэм протянул перо, но, будучи Сэмом, он остался стоять на том же месте, вынуждая Элигора сделать шаг вперед, чтобы взять его. Великий Герцог поместил перо меж пальцев, затем поднял его вверх к тусклым фонарям на потолке парковки.

– Это действительно красивая вещь, – сказал Всадник. – Невероятно особенная, если задуматься, что она олицетворяет: сотрудничество Рая и Ада. Жаль, что вы и все остальные недалекие людишки не придумали ничего лучше, кроме как шантажировать меня этим великим символом.

Я не собирался удостаивать эту чушь каким-либо ответом. Я сдерживался, стараясь сосредоточиться на изящной дрожащей женщине, которая прижималась ко мне. Она подняла глаза, в ее взгляде виднелась мольба. Я вытащил кляп, затем наклонился и поцеловал ее в щеку, едва коснувшись, и затем повернулся к Эли гору. Ее щека была соленой на вкус. Видимо, из-за слез.

– О, Бобби! – сказала она. В ее голосе не было ни капли радости.

– Что-нибудь еще? Какая-нибудь содержательная шуточка? Нет? Что ж, желаю приятного вечера тебе и твоим друзьям, Доллар.

Великий Герцог вернулся к своей огромной машине и забрался на заднее сиденье. Фиддлскрейп закрыл за ним дверь. Когда этот гигантский уродец забрался на водительское место и взревел мотором, я понял, что все это время двигатель оставался заведенным. Почему Элигор готовился так быстро уйти? Неужели он мог подумать, что я поведусь на его первую иллюзию?

Элигор опустил стекло.

– Думаю, мы еще с тобой увидимся, – сказал он, когда машина начала разворачиваться к выезду. – Так и происходит с надоедливыми людьми, ты сталкиваешься с ними снова и снова…

И его огромная машина уехала. Клэренс издал вздох облегчения – звучало это так, будто кто-то раздавил хомячка, – и присел на грязный бетонный пол парковки. Вероятно, все это было для него слишком. Но оно того стоило, потому что я сумел вернуть Каз.

Все это время я ждал, пока этот ублюдок уедет, чтобы крепко поцеловать ее, но прежде чем я к ней наклонился, я почувствовал, что моя рука стала влажной там, где я ее обнимал. Ко мне пришла безумная мысль, что она ранена, хотя никто так и не выстрелил, и я ужаснулся.

Она плакала, плакала сильнее, чем я когда-либо видел, ее слезы реками стекали по щекам. Затем ее лицо стало колебаться, словно я смотрел сквозь глубокие воды. Мгновение спустя все, что представляло собой Каз, исчезло, будто смыло водой, и теперь я смотрел в тусклые и туманные глаза Марморы, утонувшей секретарши из Дома Плоти.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю