Текст книги "Гарем на шагоходе. Том 12 (СИ)"
Автор книги: Тайто Магацу
Соавторы: Гриша Гремлинов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)
Валериус отмахивался от дронов, как от назойливых мух. Его волосы разрезали их на куски, и те падали на мраморный пол вестибюля. Цветочный аромат назойливо щекотал ноздри и… начинал казаться таким приятным… даже настроение как-то улучшилось…
Его взгляд упал на Лексу. Она как раз отправила в полёт очередную порцию роботов, и её сосредоточенное лицо показалось вампиру по-своему прекрасным… почти очаровательным… даже несмотря на респиратор…
Он плавно скользнул к ней.
– Какая сила! – проворковал он, добавляя в голос низких, бархатистых ноток. – Какая страсть! Редкое сочетание для человеческой женщины.
Лекса опешила. Она развернулась к вампиру, ожидая внезапной атаки. Но Валериус просто стоял, улыбаясь аристократической, немного снисходительной улыбкой. «Не к добру», – решила полицейская и сжала кулаки, перезаряжая перчатки.
– Не стоит, дитя моё, – сказал он. – Я не враг тебе. Я ценитель. Ценитель красоты и силы. А ты, – его взгляд скользнул по её фигуре, – ты настоящее произведение искусства.
– Отвали, Дракула, – процедила Лекса, возвращаясь к бою. – У меня нет времени на твои вампирские подкаты.
– Дракула? – он удивлённо вскинул бровь. – Какое плебейское имя. Меня зовут Валериус. И это не подкат, а выражение моего восхищения. Я прожил долго, практически вечность по вашим меркам, так что с уверенностью могу сказать, что такие девушки встречаются исчезающе редко. Ты словно роза среди шипов!
Он протянул руку, намереваясь коснуться её щеки.
– Только тронь, зараза! – прорычала Лекса, отправляя очередного дрона в стену, – и твоя вечность закончится очень быстро. И очень болезненно. Я из твоих клыков сделаю себе ожерелье!
Валериус отдёрнул руку и расхохотался.
– Какая дерзость! Какая ярость! Ты мне нравишься всё больше и больше, девочка. Мы ещё вернёмся к этому разговору. Тогда ты поймёшь, что твой капитан – не единственный достойный мужчина во вселенной.
Он подмигнул ей и, грациозно увернувшись от падающего обломка, вернулся в самую гущу боя. Лекса проводила его испепеляющим взглядом.
– Придурок клыкастый, – пробормотала она себе под нос.
И тут до неё дошло. Цветы! Кармилла всё же оказалась права! Этот чёртов любовный эликсир действует даже на кровососов!
Полицейская резким движением сбросила с плеча лямку рюкзака. Вжикнула молния.
– Валерка! – окликнула она.
Древний вампир поморщился от такого сокращения его имени, но обернулся. И сразу же поймал респиратор.
– Живо прикрой свою аристократическую морду, любовничек!
Не дожидаясь ответа, она достала следующий дыхательный аппарат и швырнула его Кристалл. Потом одарила и остальных.
– И чтоб даже не думали снимать! – предупредила Лекса. – Начнёте обниматься, провалите задание! Все помнят, что Волк делает с теми, кто не подчиняется? Интересно, что вас ждёт? Превращение в лужу или разучивание песенок с Сэшей?
Вампиры судорожно натянули средства индивидуальной защиты. Лекса мысленно усмехнулась и отметила, что Волк их неплохо выдрессировал. Кнут и пряник. Причём она догадывалась, что основной кнут – это вовсе не токсичная дрянь, растворяющая плоть. Кити-кити гораздо страшнее, ведь она растворяет мозг.
Бой в вестибюле закончился. Пол был усеян дымящимися, искорёженными останками боевых дронов. Группа «Браво» стояла посреди этого хаоса, тяжело дыша… через респираторы.
– Ну что, – усмехнулась Кристалл, отряхивая с себя пыль. – Неплохо для начала. Надеюсь, наверху веселье будет таким же зажигательным.
Они сделали своё дело, отвлекли на себя внимание, устроили шум.
Теперь всё зависело от группы «Альфа». От тех, кто лез на самую вершину этого небоскрёба, чтобы вырвать его ядовитое сердце.
Глава 4
Непоседливая кошка
Лофт, приютивший под своей крышей подпольную штаб-квартиру лучших хакеров Лиходара, напоминал мозг гения-шизофреника. Здесь, в творческом беспорядке, сплетались в единый, пульсирующий организм километры проводов, громоздились стеллажи с мерно гудящими серверами, а на столах, среди пустых коробок из-под пиццы и энергетиков, стояли мониторы, на которых сейчас решалась судьба, если не всего мира, то как минимум одного очень амбициозного злодея.
Ада, Паштет и Глюк, склонившись над консолями, совершали священный ритуал. Их пальцы порхали над клавиатурами, на экранах сменяли друг друга бесконечные строки кода, а в воздухе висело такое напряжение, что, казалось, можно заряжать от него аккумуляторы. Они были на прямой связи с группой «Браво», которая в этот самый момент устраивала в вестибюле «Мехи» филиал ада с элементами балета.
– Вайлет, приём, – холодно сказала Ада. – Докладывай обстановку.
– На связи, – раздался из динамиков голос киборга, чуть искажённый помехами. – Первая волна дронов нейтрализована. Потерь нет. Альпы работают чисто, но с излишним драматизмом. Лекса принудительно обеспечила всех респираторами. Продвигаемся дальше.
На этом она отключилась.
– Эта «Магдалина»… Боже, какая женщина! – с восхищением выпалил Паштет, не отрывая взгляда от своего экрана, где отслеживал потоки данных. – Я бы на ней женился, если б не капитан!
– Ты бы женился на умном тостере, если бы у него был доступ к бесплатному вай-фаю, – буркнула Ада. – Глюк, как там «Таракан»?
– П-п-пробирается, – заикаясь, ответил худой парень. – Система безопасности его засекла, но пока не может отследить и идентифицировать. Он слишком… маленький и юркий. Как… как я в школьной раздевалке.
Его попытку пошутить никто не заметил. Слишком многое стояло на кону, чтобы отвлекаться. И посреди этой арены цифровой войны, как экзотический, пушистый и абсолютно неуместный цветок, сидела Сэша.
Её оставили здесь. В целях безопасности. Волк решил, что тащить её на штурм небоскрёба, кишащего боевыми роботами, – не самая лучшая идея. Он ещё не знал, что оставить Сэшу в комнате, полной сложнейшей и жизненно важной аппаратуры, – идея примерно того же уровня гениальности, что и попытка потушить пожар бензином.
Сначала она сидела тихо. Минут пять. Для неё это была вечность. Она с любопытством разглядывала мигающие огоньки серверов, слушала гул вентиляторов и пыталась понять, почему эти странные люди так пристально смотрят в свои светящиеся окошки. Потом ей стало скучно.
Её взгляд скользнул по полу, где змеились толстые жгуты чёрных и серых кабелей, соединяющих всё со всем. В её кошачьем сознании что-то щёлкнуло.
– Некрасиво лежат, кити-кити, – пробормотала она и, подойдя к самому толстому пучку проводов, с деловитым видом потянула один из них, пытаясь уложить его ровнее.
В тот же миг один из двадцати мониторов Ады моргнул и погас.
– Кто трогал питание⁈ – рявкнула она, не оборачиваясь. – Паштет, если ты опять поставил чайник на сетевой фильтр!..
– Я ничего не трогал! – испуганно возразил тот.
К Сэше, сидящей на полу с невинным видом, приблизился Иннокентий. Его металлические пальцы, привыкшие к сортировке мусора и набору номера пиццерии, аккуратно подхватили свободный конец нужного кабеля. Робот, идентифицировав соответствующий разъём на сетевом фильтре, плавно и точно вставил штекер питания обратно до щелчка.
Монитор снова ожил. Ада бросила быстрый взгляд на лицо ангорийки и тяжело вздохнула, решив пока что проигнорировать эту мелкую диверсию. Иннокентий же, склонившись над Сэшей, произнёс монотонным, но дружелюбным голосом:
– Уважаемая Сэша, нарушение устоявшейся инфраструктуры может привести к системным сбоям. Это эквивалентно несанкционированному изъятию ингредиентов из пиццы. Рекомендуется воздерживаться от подобных манипуляций. Ваша безопасность и стабильность работы оборудования зависят от соблюдения правил эксплуатации.
– А у вас есть ещё пицца? – тут же спросила кошкодевочка, полностью проигнорировав наставления. – Ну та, с колбасками!
– Пепперони? – уточнил робот.
Сэша сразу же кивнула и добавила:
– И молочко! А то пицца острая, без молочка нельзя!
Иннокентий ощутил, как в его микросхемах что-то перемкнуло.
– Кити-кити, а что вы делаете? – спросила Сэша через несколько минут, подкрепившись и подкравшись к Паштету. Чтобы её точно заметили, она ткнула пальцем в его необъятную спину.
Паштет, который в этот момент отражал очередную контратаку защитной системы «Мехи», подпрыгнул так, что его кресло жалобно скрипнуло.
– Ой! – он обернулся, его добродушное лицо покрылось испариной. – Сэша! Не подкрадывайся так! Я чуть было не обрушил туннель данных, который мы пробивали последние часы!
– А что там можно обрушить? – не поняла она. – Это как домик из кубиков?
– Почти, – вздохнул Паштет, пытаясь одновременно следить за кодом и объяснять основы хакерства на языке, понятном для существа с логикой улитки. – Понимаешь, мы сейчас… э-э-э… стучимся в очень большую и очень вредную дверь. А она не открывается. И мы стучим по ней очень-очень сильно. Многими-многими маленькими молоточками. Чтобы она испугалась и открылась.
– А-а-а, – протянула Сэша. – А можно я тоже постучу? Я очень сильная, кити-кити!
Она с энтузиазмом посмотрела на его клавиатуру. Паштет побледнел.
– Н-нет, милая, не стоит. Это очень… хрупкие молоточки…
Её взгляд, однако, уже нашёл кое-что поинтереснее. На системном блоке, гудящем у ног Паштета, горела большая, привлекательная кнопка с надписью «Reset». Она была гораздо больше любой кнопки на клавиатуре.
– Ой какая… – с восторгом протянула Сэша.
И нажала на кнопку.
Компьютер Паштета издал предсмертный хрип, экран погас, и он начал перезагружаться. Паштет замер, его лицо приобрело цвет бумаги, на которой печатают некрологи.
– Я… я… я сейчас… – пролепетал он, глядя на медленно ползущую строку загрузки BIOS. – Я только что держал оборону на трёх файрволах… ЯДРЁНА ГАЙКА!
– Это не я! Оно само выключилось! – обезоруживающе заявила Сэша, хлопая глазами.
Паштет быстро отвлёк её, протянув ей пачку чипсов со вкусом сметаны и лука. Сэша тут же забыла про кнопочки и, усевшись на пол, начала с аппетитом хрустеть, осыпая всё вокруг крошками.
Внезапно Ада нахмурилась и бросила через плечо:
– Глюк, у меня курсор фризит! Вижу на экране дамп памяти, но мышкой не могу его выделить! Быстро, подключайся ко второй RDP-сессии и тащи файл, пока я через консоль занимаюсь дешифровкой!
Слово «мышка» подействовало на Сэшу как удар тока. Чипсы были забыты. Её уши встали торчком, зрачки расширились, а всё её тело напряглось в классической охотничьей позе. МЫШКА! Здесь есть мышка!
– Где⁈ Где мышка?!! – прошептала она, дрожащим от предвкушения голосом.
Не дожидаясь ответа, кошка нырнула под стол Ады, заставив ту выругаться. Оттуда она молниеносно переместилась к стеллажу с серверами, попутно задев хвостом стопку пустых коробок из-под пиццы. Грохот стоял такой, будто в лофте обвалилась пара перекрытий.
– Мышка! Сэша хочет мышку, кити-кити! – она яростно обнюхивала провода.
– Киса, стой! – попытался остановить её Паштет, бледнея. – Это другая мышка! Электронная!
Но Сэша уже не слушала. Её захлестнул азарт погони за невидимой добычей, хвост интенсивно дёргался, разбрасывая шерсть. Глюк, наблюдавший за этим, только и смог произнести:
– О-о-на сейчас д-д-домен-контроллер уронит…
Ада, проклиная блондинку на вечные муки, подорвалась с кресла. Схватила Сэшу за ухо и оттащила к дивану.
– СИДИ ЗДЕСЬ!!! – прорычала она. – Иначе я расскажу твоему капитану, как плохо ты себя вела! И он оставить тебя без молочка!
– Без молочка? – ужаснулась Сэша. – Совсем?!!
– И без рыбки, – добила Ада и вернулась в кресло.
Кошка показала ей язык и надулась. Пушистый хвост стал дёргаться с новой силой. Примерно три минуты она действительно тихо сидела на диване и ничего не трогала. Потом поднялась и вернулась к брошенным чипсам… А потом…
В общем, следующей её жертвой стал Аристарх Мунин.
Он сидел чуть поодаль, за отдельным терминалом, и, в отличие от остальных, не участвовал в лобовой атаке. Он, как опытный хирург, искал тонкую, едва заметную трещинку в восстановившейся броне «Лабиринта Минотавра». Его лицо выглядело абсолютно сосредоточенным, он почти не дышал.
Сэша, доев чипсы и вытерев жирные лапки о свои штаны, подкралась к нему.
– Дяденька, – прошептала она ему на ухо. – А вы почему такой грустный?
Мунин вздрогнул и едва не пролил на клавиатуру остывший кофе. Он медленно повернул голову.
– Я не грустный, – тихо ответил он. – Я работаю.
– А почему вы работаете один, кити-кити? – не унималась она. – Вы с ними больше не дружите? Они вас обижают?
– Нет, – вздохнул Мунин, понимая, что просто так от неё не отделаться. – У меня просто… другая задача. Более тонкая.
– А какая? – кошачьи уши с любопытством дёрнулись.
– Я… ищу ключ. От очень сложного замка.
– Ой, а я люблю ключики! – обрадовалась Сэша. – У меня есть ключик от моей шкатулки с украшениями! Он маленький и блестящий! А у вас какой?
Мунин на мгновение задумался.
– Мой ключ… он невидимый. Он сделан из цифр.
– А-а-а, – снова протянула Сэша, делая вид, что поняла. Она помолчала, а потом спросила, ткнув пальцем в экран, где бежали строки кода: – А что это за закорючки? Это какой-то секретный язык?
– Можно и так сказать, – кивнул Мунин, возвращаясь к работе.
– А что они, кити-кити, значат?
– Это… команды. Приказы для компьютера.
– А что вы ему приказываете?
– Я приказываю ему найти ошибку в другой программе.
– А он слушается, кити-кити?
– Не всегда. Он упрямый.
– А вы его поругайте! – с готовностью посоветовала Сэша. – Скажите ему: «Ай-яй-яй, плохой компьютер! Не будешь слушаться – не получишь десерт!». Мне так всегда говорят! – она с обидой покосилась на Аду.
Мунин не выдержал и улыбнулся. Эта непосредственность обезоруживала.
– Боюсь, с ним это не сработает, – вздохнул он.
– А вы попробуйте, кити-кити!
В этот момент в их разговор вмешалась Ада:
– Сэша, не мешай Аристарху. Он сейчас занят очень важным делом. Он пытается найти Ахиллесову пяту в системе защиты Кощея.
Сэша удивлённо посмотрела на неё, потом на Мунина.
– Пяту? – переспросила она. – Это пятку, что ли? Ой! Он что, потерял её?
Ада хлопнула себя по лбу.
– Это такое выражение, – терпеливо начала объяснять она. – Уязвимое место. Слабость.
– А-а-а, – в очередной раз протянула Сэша. – А у меня тоже есть уязвимое место! Вот тут! – она почесала за ушком. – Когда меня тут чешут, я сразу начинаю мурлыкать и всё-всё забываю!
Она посмотрела на Мунина с надеждой. Но тот лишь вежливо улыбнулся и снова уткнулся в монитор.
Обиженная отсутствием внимания, Сэша отправилась исследовать лофт дальше. Её внимание привлёк небольшой столик у дивана. На нём лежали аккуратные ряды блестящих микросхем, тонкие провода и металлический инструмент с тонким жалом, который Сэша видела в руках у Глюка несколькими часами ранее. Он тогда что-то «приклеивал» им, заставляя маленькие блестящие штучки держаться вместе.
«Наверное, это волшебная палочка», – подумала Сэша, с любопытством потрогав холодный корпус паяльника.
Она взяла его в руки. Рядом лежал блок питания с сетевым шнуром. Закусив губу, она воткнула этот шнур в розетку. Нажала кнопку включения, индикатор загорелся тусклым красным светом. Вскоре из жала паяльника пошёл лёгкий, едва заметный дымок, и воздух наполнился специфическим запахом канифоли и нагретого металла. «Греется», – заключила она.
Рядом со столом громоздилась стопка газет. Сэше пришла в голову гениальная идея. Если эта «волшебная палочка» может что-то приклеивать, то вдруг она может и рисовать? Кошка взяла и развернула верхнюю газету, положила её на столик и, с сосредоточенным видом, прикоснулась раскалённым жалом к бумаге.
Бумага мгновенно зашипела, пошла дымом, и в месте прикосновения вспыхнуло небольшое пламя.
– Мяу! – взвизгнула Сэша и отскочила.
– ПОЖАР! – заорал Паштет.
Сам не понимая как, он оказался рядом и с молниеносной реакцией, не свойственной его комплекции, залил начинающееся возгорание остатками газировки из бутылки. Посмотрел на кошкодевочку, пропустил мимо ушей очередное «Это не я! Оно само!» и забрал у неё паяльник.
Глюк обернулся и затрясся от ужаса.
– Всё, – сказала Ада, отрываясь от монитора. – Так больше продолжаться не может. Она нам сейчас всю операцию сорвёт.
Девушка подошла к кошке, которая с недоумением смотрела на мокрую газету.
– Сэша, – сказала Ада тоном, которым обычно отдают приказы. – У меня для тебя есть очень важное, секретное задание.
Глаза ангорийки тут же загорелись.
– Секретное? Кити-кити, обожаю секреты!
Ада протянула ей небольшое устройство, похожее на сплюснутое яйцо из розового пластика с маленьким монохромным экраном.
– Это, – она понизила голос до заговорщицкого шёпота, – прототип нового искина. Он ещё совсем маленький, как ребёнок. Его нельзя подключать к сети, это слишком опасно. Твоя задача – заботиться о нём. Кормить его, играть с ним, убирать за ним. От тебя зависит его развитие. Ты должна вырастить из него настоящего кибер-воина. Справишься?
– Конечно! – с восторгом выдохнула Сэша, принимая «яйцо». – Я буду лучшей мамой, кити-кити! А как его зовут?
– У него пока нет имени, – ответила Ада. – Ты должна дать ему имя сама.
Сэша посмотрела на маленький экран. Там появилось крошечное, неуклюжее существо из пикселей, которое тут же издало требовательный писк.
– Ой, он кушать хочет! – просияла Сэша. – Я назову его… Пушистик! Нет, Комочек! Нет… Я назову его Волк-младший!
Она уселась в самый дальний угол лофта, подальше от всех, и полностью погрузилась в процесс воспитания цифрового питомца. Она нажимала на кнопки, кормила его какими-то пиксельными яблоками, убирала за ним пиксельные какашки и что-то ласково ему мурлыкала.
В лофте воцарилась тишина. Благословенная, рабочая тишина, нарушаемая лишь гулом серверов и стуком клавиш.
Ада, Паштет и Мунин обменялись облегчёнными взглядами.
– Где ты это взяла? – шёпотом спросил Паштет у Ады.
– Нашла в ящике со старым хламом, – так же шёпотом ответила та. – Это тамагочи. Думала, он уже и не работает.
Они посмотрели на Сэшу, которая с материнской нежностью баюкала на руках пластиковое яйцо.
– Г-гениально, – выдохнул Глюк.
– Иногда, – усмехнулась Ада, – чтобы победить в кибер-войне, нужно просто найти правильную игрушку.
Они вернулись к работе. Теперь им никто не мешал. Операция «Грибной суп» продолжалась. И, кажется, у них появился шанс на успех. По крайней мере, до тех пор, пока у Волка-младшего не кончатся батарейки.
* * *
Пока группа «Браво» устраивала в вестибюле небоскрёба-гриба феерию из свинца, силовых ударов и вампирского парикмахерского искусства, мы, группа «Альфа», продолжали лезть наверх.
«Окто» полз по отвесной стене здания, как гигантский паук. Его восемь щупалец с шипением и лязгом впивались в гладкую поверхность, удерживая нашу небольшую кабину на головокружительной высоте. Внизу, под нами, Лиходар превратился в ковёр из домов и дорог, а машины на улицах казались крошечными.
– Высота – четыреста метров, – бодро доложила Ди-Ди, вцепившись в рычаги управления с таким азартом, будто играла в самый крутой симулятор в жизни. – Давление в присосках – нормальное. Вероятность того, что мы сейчас сорвёмся и превратимся в лепёшку, всего 4,3%! Блин, я реально гений!
– Я ценю твой оптимизм, рыжик, – сказал я. – Но цифра меня по-прежнему не радует.
– Волк, для человека, который гонялся на «Нимбусе» за «Мухолётом», наплевав на собственное выживание, ты слишком переживаешь!
– Тогда я был один. Угадай, за кого переживаю сейчас? – огрызнулся я.
– А ты не переживай, вот, выпей кофе, – посоветовала Ди-Ди. – У меня тут встроенный подстаканник с подогревом!
С этими словами она достала из бардачка запечатанный стакан кофе из автомата и поставила его подогреваться. Я поворчал немного, но кофе выпил. Вкусный, крепкий, даже немного отпустило.
Именно в этот момент мои уши уловили знакомый звук. Нарастающий вой турбин.
– Гости, – коротко бросил я, опережая реакцию бортовых систем.
Из-за угла соседнего небоскрёба вылетел полицейский флайер. Он не стал приближаться, а завис на безопасном расстоянии. Из его динамиков раздался официальный, но слегка дрожащий голос:
– ВНИМАНИЕ НЕОПОЗНАННОМУ ПОЛЗУЧЕМУ ОБЪЕКТУ! ГОВОРИТ СТАРШИЙ ПАТРУЛЬНЫЙ СЕРЖАНТ ПЕТРЕНКО! ВЫ НАРУШАЕТЕ!
Он сделал паузу, видимо, сверяясь со списком.
– … статью 114 Воздушного кодекса «О несанкционированном использовании фасадов зданий в качестве транспортной магистрали», статью 78 «О создании помех для полётов голубей», статью 212 «О незаконном использовании вакуумных присосок в черте города» и статью 3 «О недопустимости пугания мирных граждан своим внешним видом»! Немедленно прекратите подъём, предъявите документы на ваше транспортное средство и лицензию на проведение высотных работ! В противном случае мы будем вынуждены… эм… применить оружие!
– Он серьёзно? – хмыкнула Ди-Ди. – Может, ещё штраф за парковку в неположенном месте нам выпишет?
– Нет, не может, – покачал я головой. – Мы пока не припарковались.
– Какой-то идиотизм, – сдвинула брови механик. – Он что не знает, кто мы?
Мне это тоже не понравилось. Похоже, его отправили в качестве жертвенного агнца.
Чисто продемонстрировать публично мою жестокость. Вон, поодаль и дроны телеканалов летают. От нашей маскировки после попаданий нескольких бронебойных пуль мало что осталось, так что весь город, а с ним и весь мир наблюдали за нашим восхождением.
Нужно решить этот вопрос без крови. Впервые в жизни мне жаль, что рядом нет Сэши. Для таких дел она отлично подходит. Впрочем…
– Роза, – сказал я, не отрывая взгляда от флайера. – Поговори с ним.
Дриада удивлённо моргнула, но кивнула. Ди-Ди с готовностью включила канал связи.
– Добрый день, офицер, – голос Розы прозвучал мягко и мелодично, как шелест листьев. – Простите, что отвлекаем вас от службы.
Офицер Петренко на том конце, кажется, опешил. Патрульная машина вильнула, на секунду потеряв высоту. Он явно ожидал чего угодно, но не вежливого женского голоса.
– Э-э-э… гражданочка, – промямлил офицер. – Вы понимаете, что вы… э-э-э… лезете по стене? Это незаконно!
– Мы знаем, – так же спокойно ответила Роза. – Но у нас очень важное дело. Скажите, офицер, вы не боитесь высоты?
Наступила пауза.
– Что? – переспросил Петренко.
– Я спрашиваю, вы не боитесь высоты? – повторила Роза.
– Н-нет… – неуверенно ответил полицейский. – Я много лет летаю на флаере…
– А зря не боитесь, – вздохнула Роза. – В сериале «Пентхаус на краю бездны» главная героиня очень боялась высоты. А потом её возлюбленный, граф Диего, сказал ей, что страх – это просто иллюзия, и что настоящая любовь может дать крылья. А потом он столкнул её с балкона, чтобы она научилась летать.
– И как, научилась? – нервно уточнил Петренко.
– Нет, – покачала головой Роза. – Она разбилась. Это было очень трагично. И поучительно.
В динамиках снова повисла тишина. Густая, недоумённая тишина.
– Вы… вы мне угрожаете? – наконец выдавил из себя Петренко.
– Нет, что вы, – улыбнулась Роза. – Я просто намекаю. На то, что высота не прощает ошибок. И что иногда лучше не подходить к краю. Особенно когда у других очень, очень важное свидание на крыше.
Ещё одна пауза. А затем из динамиков донеслось торопливое:
– П-понял… Принял… Отбой…
Флайер дёрнулся, как ошпаренный, развернулся. Его турбины взвыли на пределе, и он на полной скорости устремился прочь, сверкая мигалками, словно пытался убежать от собственного позора.
– Кажется, он всё понял, – констатировала Ди-Ди, с трудом сдерживая смех.
– Он понял, что мы сумасшедшие, – поправил я. – И решил, что с сумасшедшими лучше не связываться. Отличная работа, Роза. Ты прирождённый дипломат.
А для себя мысленно сделал пометку, что в моём арсенале психологического оружия теперь кроме кошкотерапии появилась сериалотерапия. Всё польза.
Мы продолжили подъём. Но меня не покидало тревожное чувство. После инцидента с флайером нас больше никто не беспокоил. Ни дроны. Ни полиция. Ни системы безопасности самого здания. Тишина. Абсолютная, неестественная, звенящая тишина.
– Ди-Ди, – сказал я, вглядываясь в тёмную поверхность здания, проплывающую мимо. – Слишком спокойно. Мне это не нравится.
– Мне тоже, кэп, – она нахмурилась и затарабанила по сенсорной панели. – После того, как Ада с ребятами пробили им защиту, я ожидала тотального локдауна, активации всех систем безопасности. А вместо этого – самая минималка. На группу «Браво» и то бросили больше сил, чем на нас.
Я посмотрел наверх. До покатой «шляпки» гриба оставалось не больше пятидесяти метров. Мы были почти у цели. Слишком легко. Неправдоподобно легко.
Поморщившись, я сказал:
– Если бы я хотел поймать в ловушку очень наглого механического осьминога, я бы не стал расставлять капканы по всему пути. Я бы дождался, пока он заберётся повыше. Туда, откуда падать больнее всего. И ударил бы там, где он меньше всего этого ждёт.
– В сериале «Западня для миллиардера», – начала Роза, но я перебил её.
– Не сейчас, цветочек.
И в этот момент я услышал новый звук.
Тихий, скрежещущий, едва уловимый. Звук, который издаёт металл, скользящий по металлу. Он доносился сверху, от нависающей грибной шляпки.
АНАЛИЗ АКУСТИЧЕСКИХ ВИБРАЦИЙ: ЗАФИКСИРОВАН ЗВУК РАБОТАЮЩИХ СЕРВОПРИВОДОВ! ИСТОЧНИК: ВЕРХНЯЯ ЧАСТЬ ЗДАНИЯ! МНОЖЕСТВЕННЫЕ СИГНАЛЫ! УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: ЗАШКАЛИВАЕТ! ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 0,0001%. РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕМЕДЛЕННО ИЗМЕНИТЬ СВОЁ МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ! ЖЕЛАТЕЛЬНО НА ДРУГУЮ ПЛАНЕТУ!
Над нами распахнулись десятки скрытых портов. Из темноты, как жала гигантских механических насекомых, выдвинулись стволы автоматических турелей. Тяжёлые, скорострельные, бронебойные.
Они нацелились прямо на нас.
Секунду орудия молчали, давая нам насладиться осознанием полного и безоговорочного фиаско. Я видел, как на стволах вспыхивают огоньки целеуказателей. Видел, как Ди-Ди с ужасом смотрит на них, выцветая до белизны. Видел, как лианы Розы инстинктивно зашевелились, собираясь сражаться и защищать.
А затем вражеские турели открыли огонь.
Сплошной, непрерывный поток бронебойных пуль, который обрушился на нашего бедного «Окто».
Кабину тряхнуло с такой силой, что я ударился головой о бронестекло. Раздался оглушительный скрежет рвущегося металла. Одна из ног-щупалец, перебитая прямым попаданием, с искрами отвалилась и полетела вниз. Затем вторая. Третья.
И сквозь весь этот ад я услышал крик Ди-Ди:
– ВОЛК! А-а-а-а-а!!! Мы срываемся!
Глава 5
Грибной суп
АНАЛИЗ СИТУАЦИИ: КАСКАДНЫЙ ОТКАЗ ВСЕХ СИСТЕМ. ОТРЫВ ОТ ОПОРНОЙ ПОВЕРХНОСТИ ЧЕРЕЗ 5… 4… 3… ВЕРОЯТНОСТЬ ПРЕВРАЩЕНИЯ В МОКРОЕ МЕСТО: 99,9%. ОСТАВШИЙСЯ 0,1% – ЭТО ШАНС, ЧТО ВЫ ПРЕВРАТИТЕСЬ В СУХОЕ ПЯТНО. РЕКОМЕНДАЦИЯ: НАСЛАЖДАЙТЕСЬ ПОЛЁТОМ. ОН БУДЕТ НЕЗАБЫВАЕМЫМ.
«Спасибо за аналитику, друг», – мысленно огрызнулся я.
Адреналин ударил в кровь. Моё тело взвыло от перегрузки, мышцы напряглись до каменной твёрдости, а сердце забилось с частотой пулемёта.
Крик Ди-Ди вонзился мне в уши, но тут же утонул в оглушительной симфонии разрушения. Металл визжал, рвался, стонал. Наш бедный «Окто» превращался в решето под шквальным огнём. Кабину трясло так, будто мы попали в гигантский блендер, который включили на максимальную мощность.
– ДЕРЖИТЕСЬ! – заорал я.
Я не стал ждать, пока «Окто» окончательно сорвётся. Схватив обеих девушек в охапку, прижал их к себе. Ди-Ди пискнула. Роза молча обвила нас всех лианами, как страховочными тросами. Багровая вампирская аура полностью окутала меня.
И я прыгнул. Вверх.
Вся сила суперсолдата и высшего альпа, вся ярость, скопившаяся за этот бесконечный день, вся энергия моего взбесившегося организма сконцентрировалась в одном-единственном, чудовищном толчке.
Раздался оглушительный треск, похожий на выстрел из гаубицы. Это моя спина встретилась с бронестеклом колпака. Тот, не выдержав чудовищного удара, вылетел из пазов, как пробка из бутылки шампанского. Повреждённый купол превратился в наш импровизированный щит.
Сила рывка оказалась настолько безумной, что нас подбросило вверх метров на двадцать. Мы неслись к нависающей шляпке гриба. Под нами, кувыркаясь и теряя последние щупальца, полетел вниз «Окто». Прощай, храбрый механический осьминог. Ты служил недолго, но достойно. Твой подстаканник с подогревом будут помнить в веках.
Пули, до этого молотившие по кабине, теперь переключились на нас.
– Ядрёна гайка-а-а-а-а! – наконец-то обрела голос Ди-Ди, вцепившись в меня мёртвой хваткой.
Колпак держался. Пока. Пули били в него, заставляя покрываться трещинами. Но несколько всё же пробили его насквозь.
Я почувствовал три резких, обжигающих удара в спину. Боль была такой, будто в меня вонзили раскалённые кочерги. С учётом калибра, так и было. Но они не смогли пробить моё тело навылет из-за чудовищного напряжения мышц. Я стиснул зубы. Регенерация уже заработала, затягивая раны, выталкивая инородный металл. Главное – не выпустить девчонок.
Наш безумный полёт закончился так же резко, как и начался. Щит-колпак с оглушительным треском врезался в бронированную обшивку шляпки гриба и разлетелся на тысячу осколков, осыпав нас дождём из звенящего крошева.
Инстинкты сработали раньше, чем мозг успел отдать приказ. Протез левой руки дёрнулся. Из него с хищным щелчком выскочил «секач». Клинок тут же окутался едва заметным мерцающим пси-полем.
С противным скрежетом, высекая сноп искр, «секач» вонзился в толстую броню под углом. Я повис, удерживаясь на одной руке, на высоте четырёхсот метров. Второй рукой я сжимал Ди-Ди и Розу. Остатки колпака со звоном полетели вниз, в бездну.
– Ядрёна гайка… – повторила Ди-Ди, глядя вниз.
Именно в этот момент ближайшая турель, закончив любоваться последствиями нашего акробатического этюда, с тихим жужжанием повернула ствол прямо на нас. Её оптический сенсор вспыхнул угрожающим красным огоньком.
– РОЗА! – заорал я.
Больше ничего говорить не пришлось. Она поняла. Моя дриада, даже болтаясь над пропастью, оставалась готова к бою. Она отпустила Ди-Ди и, оттолкнувшись от моего тела, совершила невероятный прыжок. Её лианы, как живые змеи, метнулись вперёд, обвивая массивный ствол турели.
Турель попыталась выстрелить, но поздно. Лианы сжались. Раздался глухой стон металла. Ствол орудия согнулся под неестественным углом, превратившись в бесполезную железяку. Турель дёрнулась, попыталась выстрелить, но лишь жалобно кашлянула, изрыгнув сноп искр.
– ЛОВИ ДИ-ДИ! – крикнул я, и, не дожидаясь ответа, швырнул механика прямо в объятия Розы.
– А-А-А-А! МАМОЧКА! – завопила Ди-Ди, пролетев десяток метров по воздуху.
Роза поймала её. Ловко, как ловят мяч. Лианы надёжно обхватили перепуганную девушку и затащили внутрь орудийного гнезда. Я подтянулся на одной руке, качнулся и мощным прыжком присоединился к ним, приземлившись на платформу рядом.
Мы оказались в безопасности. Относительной.
Наша троица стояла в гнезде автоматической турели. Это было небольшое, сугубо утилитарное помещение, полукруглой формы. По стенам шли кабели, трубы системы охлаждения и ленты подачи боеприпасов, уходящие куда-то вглубь стены. Сама турель, теперь уже бесполезная, крепилась на массивной платформе, которая могла вращаться и менять угол наклона.
