Текст книги "Пират Императрицы (СИ)"
Автор книги: Татьяна Ренсинк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)
Глава 56
Скорее поспешил вернуться на палубу своего корабля Иван. Пробегая мимо капитана, он был остановлен крепкой рукой:
–Куда это ты, Жан? – вопросил капитан.
–Прошу простить, не считаю нужным участвовать боле в каких-либо авантюрах сей команды. Я заплачу всё, отдам всё, только отпустите уйти вместе с гостей этого судна, – натянул уголок губ в улыбку Иван.
–Я обещал, что окажетесь на берегу. Значит, так тому и быть, – отпустил его капитан, и Иван умчался скорее в каюту к возлюбленной.
Он не желал ни видеть, ни участвовать больше ни в чём, кроме как устройством жизни вместе со своей Настенькой. Спускаясь к каюте, он шептал её имя беспрестанно, а успокоился лишь тогда, когда снова прижал к своей груди...
–Капитан обещал скорее повернуть к берегу. Всё будет хорошо.
–Ты не ранен?– волновалась Настя, взглянув с тревогой в глаза милого. – Что там было? Много погибло?
–Нет, пара раненых у нас, но не погиб никто, – усмехнулся Иван и погладил милую ласково по щекам. – И знаешь,... кажется всё такой подставой... Матросы верят, что ученик Калиостро видел будущее, но, к счастью, я не один, кто сомневается в его словах. Зачем только ему понадобилось тебя очернять, сеять смуту, не пойму, но если наши дороги снова пересекутся, я не скажу ему ни слова, просто убью.
От последнего произнесённого слова Настя вздрогнула и в груди что-то с болью сжалось:
–Лучше уйти и забыть всё это... Меня тревожит лишь одно... Как жить дальше, как спасти Кристу.
–Почему ты должна выдавать себя за неё, не разумею, нет, – качал головой Иван. – Но поверь, я выясню всё.
–Боюсь, государыня узнает меня, – улыбнулась Настя с грустью. – Только от угрозы, что подруженька погибнуть может, страшно делается.
–Узнаем всё, – улыбнулся Иван. – Для начала оказаться бы на берегу...
Однако опасения, что из-за найденного на встреченном судне сундука с богатством, возрастёт агрессия против них, не оправдались. В скором времени прибывший к каюте Насти капитан, лично сообщил, что команду удалось утихомирить только тем, что, как только прибудут к берегу, Настя покинет корабль.
Мало того, многие потребовали доказать, что Настя не является ведьмой, иначе подобные слухи быстро дойдут до России, а там и до самой государыни...
–Знают, подлецы, за что ухватиться, – засмеялся Иван, выслушав речь капитана.
Настя смотрела на них обоих и чувствовала, будто беседа эта происходит лишь между ними обоими, без её присутствия. Казалось, её никто уже не замечает, от чего переживание усиливалось и еле удавалось сдерживать слёзы отчаяния...
–Не суди их строго, умоляю, – с неудобством за своих матросов вымолвил капитан. – У нас с тобой свой договор, своё понимание некоторых вещей и вера. У них – свои идеалы.
–Верить шарлатанам? – поразился Иван. – Ну, знаете ли...
Капитан лишь протянул записку и покинул каюту, оставив Ивана с застывшей на месте возлюбленной наедине.
–Какой ещё ужас преподнесёт нам судьба? – был удивлён Иван пуще прежнего, когда прочитал записку.
Настя не смела пошевелиться от испуга и даже затаила дыхание.
–Ох, родная, – обнял возлюбленный скорее, заметив, что холод тревоги охватил её всю. – Кто-то шутит зло над нами.
–Что происходит? – не выдержала больше Настя и заплакала. – Как это я должна буду теперь доказать, что не имею отношения к тёмным силам? Меня казнят раньше.
–Докажем, и очень просто, – улыбнулся Иван, нежно вытирая слёзки с её щёк. – Я знаю, где остановится наш корабль, а капитан, что является нам истинным другом, дал адрес места, откуда и привезём в Россию доказательства.
Дополнив свои слова долгим поцелуем, Ивану удалось немного успокоить возлюбленную. Предстоящие дни они проводили в каюте, не выходя из неё, оставаясь вместе в милых беседах и ласках. Казалось, мир стих, всё осталось в страшном сне, который пусть скоро и закончится, но останется в памяти навсегда...
Кок лично приносил им еды, одаривая добротою улыбки, что вселяло надежду на лучшее. С такой надеждой они оба были приглашены капитаном выйти на палубу, чтобы попрощаться, когда корабль стоял уже не далеко от порта Голландии...
–Роттердам! – провозгласил капитан, и Иван с Настей, держась за руку, встали перед ним.
Они смотрели в глаза лишь ему, а не окружившим матросам. Те же, глядя то несмело, то с опасением или гневом, молча наблюдали за каждым движением Насти. Она чувствовала на себе все взгляды, ноги подкашивались при каждом шаге и была рада пройти за любимым к штормтрапу*, когда капитан обнял Ивана и сказал:
–Что ж, спускайтесь в шлюпку... Увидимся в России, хотя Вы и будете там намного раньше нас. Если что в пути случится, ты знаешь, где мы будем останавливаться. Следующая остановка нашего «Красного чёрта» будет в Гамбурге.
С этими словами капитан обнял Ивана ещё раз и вручил какую-то книгу.
–Благодарю, кап, – было всё, что Иван сказал, положив подарок в сумку, что свисала через плечо, а в глазах его капитан прочитал намного большее.
Только сказать ничего более не смел из-за нависшего над ними напряжения всей команды. Когда Иван с Настей сели в шлюпку, та пара матросов, что согласилась переправить их на берег, скорее стала грести вёслами. Они спешили увезти их, будто произойдёт что ужасное вновь и не успеют вернуться обратно.
Настя смотрела на тонкие тропы волн, что удалялись от вёсел и растворялись, словно те дни, которые остаются позади. Иван держал за руку, не переставал поглаживать, а впереди настораживал огромный порт, множество кораблей вокруг и не менее огромный город...
* – штормтрап – разновидность верёвочной лестницы с деревянными ступеньками.
Глава 57
Валы, плотины, шлюзы и каналы, что перекопаны через сушу для скапливания воды, которую при излишестве выбрасывают обратно в море многочисленные мельницы, – всё это встречает гостей, прибывших к берегам Голландии...
Сойдя на берег, Иван с Настей не оглянулись на отплывающую обратно шлюпку. Берег заворожил необычною красотою и заставил на какое-то время позабыть все переживания. Здесь окружали леса мачт кораблей, смешиваясь тенями на берегу с могущественными тополями. И вся эта волшебная картина отражалась в зеркалах за окнами домов, дабы жители могли и дома лицезреть то, что происходит снаружи...
Взявшись за руку, Иван с Настей медленно отправились к высоким постройкам города. То были небольшие дома, как казалось снаружи, построенные из камня, отполированные. Виделось смешение старой и новой архитектуры, красивые разнообразные лестницы, а на углах домов – дикий камень.
Улицы были довольно широкими, хорошо вымощены камнем и обсажены густыми зарослями деревьев. Улицы петляли, пересекали город во всех направлениях, от чего Настя прикусила губу в надежде, что ей с Иваном не суждено заблудиться в сем лабиринте. Как только улицы встречались друг с другом, образовывалась площадь, радующая взор величественной аккуратностью и зеленью деревьев или цветов.
Переправившись через один из каналов, Иван и Настя вышли к воротам, откуда отправлялись экипажи в Париж. Спросив о стоимости и времени, узнали, когда и где можно будет отправиться в путь по направлению к России...
–Что ж, до Парижа медленной ездой уйдёт около тридцати шести часов, – поразмыслил Иван и достал из-за пазухи карту.
Разложив её на одной из скамеек под кронами деревьев, он ещё некоторое время изучал и улыбнулся севшей возле возлюбленной:
–С таким успехом мы за день можем оказаться в Пруссии, а там, чуть больше недели, и дома.
–Так скоро? – с воодушевлением смотрела она в ответ, и вдруг, вспомнив о неприятном, погрустнела вновь. – Безопасно ли там будет?
–Смотри, – убрав карту обратно, Иван достал записку, что ему перед их отъездом отдал капитан. – Здесь адрес одного места... Там выдать могут бумагу, что ты никакая не ведьма. Подозреваемых женщин взвешивают там, поскольку у ведьм должен быть иной вес.
–Да?! – с неверием смотрела Настя. – Это такому документу поверят?
–Поверят. Сие место и выдаёт подобные свидетельства, – был уверен Иван. – Рискнём, получим, предъявим, а там и дальше будем действовать.
–Что нас ждёт вот так вот? – растерялась Настя, а в глазах виделось нежелание проходить по дороге испытаний, но те были неизбежны.
–Запомни лишь одно, – прижал к себе Иван любимую так нежно, так бережно, что она заплакала от тоски по счастливой жизни. – Я не оставлю тебя никогда... Ты всё для меня. Знаешь, вспомнились почему-то слова нашего великого государя Петра... Земля, нами обитаемая, есть закрытая книга; путешествие развёртывает в оной листы... Мы с тобой обязательно создадим свою книгу жизни на сей Земле...
В скором времени они уже сидели в почтовой карете, которая увозила их из этого города. Она проезжала по широкой дороге среди полей и находящихся за ними деревень. Они смотрели то за окна, то друг на друга. Душа трепетала, заставляя грустить или чувствовать радость. Мир казался иным. Всё чужое вокруг пугало, но счастье, что находятся вместе, а тепло рук согревает, – поддерживало веру в то, что будет впереди всё хорошо.
Кроме них в карете не было больше никого. Радуясь уже первой удаче, Иван снова шептал возлюбленной о любви, а после долгого чувственного поцелуя прижал покрепче к себе...
–Не печалься, Настенька, а то и мне уже слов не найти, душа ноет, – шепнул он и обратил её внимание на небо, где за облаками солнце еле находило просветы, чтобы выглянуть, порадовать ласкою лучей. – Смотри... Так влияешь ты на солнышко, будто сама им являешься.
–Ванечка... Печально, что нет понимания у людей, нет тепла и любви столько, чтоб все края земли ими наполнить, – прослезилась Настя и уткнулась носиком в плечи возлюбленного. – Страшно мне жить... Всегда боюсь...
–Вижу, – улыбнулся Иван. – Ничего, скоро пройдёмся мы по зелени полей наших, погладим синь озёрную... А понимание... Думаю, из-за круговорота жизни непонимание не исчезнет никогда. Идеалы у всех свои, как маяки,... пленяющие, ослепляющие, зовущие к себе, а не заметить что иное... Люди, увы, – рабы сего круговорота.
Только продолжать говорить Иван не хотел. Он снова одарил губы любимой поцелуем, а улыбкой заставил улыбнуться,... греть в себе веру в лучшее...
Глава 58
Вспомнив о подаренной капитаном книге, Иван достал её из сумки и улыбнулся наблюдающей возлюбленной:
–Странно, что капитан всунул мне эти рассуждения... Чужого любомудрия вокруг хватает, да кто слушается его?
–А что там? – взглянула Настя на книгу.
–Руссо. Философия... Я лучше спою тебе, – обнял Иван любимую вновь, даря красоту своей любви, и запел не менее красивым голосом:
Много роз красивых в лете,
Много беленьких лилей,
Много есть красавиц в свете,
Только нет мне, нет милей,
Только нет милей в примете
Милой, дорогой моей.
Если б сам Амур был с нею,
Он ее бы полюбил;
Позабыл бы он Психею
И себя бы позабыл, -
Счастлив участью своею,
Век остался бы без крыл.
В ней приятны разговоры,
В ней любезна поступь, вид;
Хоть привлечь не тщится взоры,
Взоры всех она пленит;
Хоть нейдет с другими в споры,
Но везде любовь живит.*
Так и обнимая возлюбленную, Иван допел песню, а Настя восхищённо вопросила:
–И сам сочиняешь?
–Нет, увы, – засмеялся тот. – Но обещаю сочинить однажды для тебя...
Здесь они оба заметили, что почтовая карета, в которой продолжали путь, остановилась на площади.
–Вот и Гауда, – озвучил Иван, помня, что говорил извозчик о том, где остановится в следующий раз.
Он спрятал книгу Руссо вновь в сумку и вышел к нему из кареты. Иван спросил извозчика про следующий путь и понял, что дальше придётся нанимать лошадей. Почтовая карета должна будет отправится в совершенно ином направлении...
–Жалко, – вздохнула Настя. – Я не умею ездить на лошадях.
–Значит, найдём иной способ. Справимся. Уж не так далеко осталось, – успокаивающе молвил Иван и обнял её.
Они взглянули на здания вокруг площади. Рядом с постоялым двором под названием «De Zalm» (Лосось) возвышалось самое высокое. Оно было будто центром площади и было выше постоялого двора футов на шесть. Прочитав надпись над дверью двора, на которой была изображена рыба, Иван улыбнулся:
–Не слишком высокий, не слишком низкий. Нельзя, видать, выше важного быть.
–Забавные люди, – смотрела Настя на толпу мужчин, суетившихся у высокого здания, у его широкой арки высотой с весь первый этаж.
Они выставляли с тележек огромные и видно тяжеленные круги сыров, перекладывая те на носилки. Далее уносили сыры за арку, где, как Настя и Иван от любопытства заглянули, перекладывали сыры на большую плату подвесных весов...
–Меня тоже так будут взвешивать? – удивилась Настя.
–Увидим завтра, – хихикнул Иван, но возлюбленной было не до смеха:
–А что, если мой вес неправильный?
–Надо кушать хорошо, и будет правильным, – подмигнул тот и взял её за руку, ведя к постоялому двору. – Идём, подкрепимся как следует, отдохнём, а завтра бумагу получим.
–Ты всё шутишь, – возмутилась Настя, а от весёлого взгляда любимого стало и самой весело...
Когда они устроились за одним из столиков трактира на постоялом дворе и заказали поесть, довольный Иван потёр ладони:
–Ох и рад я, что осталась ещё хорошая сумма нам с тобой на дорогу. Капитан не отобрал всё.
–Значит, пока не заплатил бы команде, не отпустили бы? – поинтересовалась Настя, чувствуя, что становится более свободной и хочется узнать так много о милом сердцу человеке, его жизни, его мыслях.
–Таковы правила, откупиться следует, иначе наказания последуют, – махнул рукой Иван. – У каждого на корабле или суше хранится своя доля... Но всё это в прошлом, и даже деньги остались нам на дорогу.
Пока говорил, он заметил перемену в лице любимой. Она смотрела то на него, то на людей в стороне, и Иван оглянулся. Мельком заметив знакомые и ему лица, он встретился с испуганным взглядом любимой:
–Нет, вот бояться не стоит. Я откупился. Мало ли что они здесь делают... Хотя,... почему они здесь, смотрят на нас?... Проклятый ученик Калиостро, – усмехнулся Иван, пока никак не находя ответы на появившиеся вопросы.
Ученик Калиостро со своим товарищем и ещё парой мужчин сидели за столиком в углу и не скрывали своего интереса к ним. Они что-то обсуждали между собой, будто строили какой план, что вызывало в душе Насти большую тревогу:
–Они преследуют нас?
Иван ничего не ответил, только улыбнулся. В тот момент для них принесли еды, но аппетит у Насти пропал.
–Родная, давай покушаем и укроемся в нашей комнате. Они, поди, и сами удивлены нас повстречать. Зачем им мы? Думаю, это лишь совпадение, что мы так вот встретились, – попытался Иван успокоить...
* – Богданович И. Ф., 1786 г.
Глава 59
Хорошо поужинав, Иван с Настей сразу укрылись в отведённой для них комнате постоялого двора. Весь ужин они замечали внимание ученика Калиостро и его спутников. Чувствовалось явно, что без какой стычки с ними уйти не удастся, но Иван сохранял спокойствие ради спокойствия возлюбленной.
Настя же переживала всё сильнее. Никакие объятия, поцелуи и слова не переубеждали её в том, что беда крадётся по пятам и вот-вот настигнет. Сев подле неё, Иван глубоко вздохнул и снова почувствовал спрятанную на себе книгу...
Она не была большой, не была толстой, но довольно весомой. Достав её, Иван только сделал взмах рукой, чтобы отшвырнуть её в сторону, как задумался:
–Обожди-ка...
Настя с вопросом взглянула... Открыв книгу, Иван вместе с нею удивился несказанно. В книге, через десяток страниц, в самой середине толщи листов был вырезан кусок. В эту образовавшуюся яму было вложено сверкающее богатством камней ожерелье, в центре которого свисал кулон с изображением святого и его именем:
–Святой Николай, – озвучил Иван и достал ожерелье.
–Может, не стоит? – боялась Настя.
–Оно было в том сундуке, я точно помню, – рассматривал ожерелье Иван. – Среди всех тех украшений...
–Значит, именно за этим охотятся те люди, – уставилась Настя с опаской на ожерелье, словно оно приносит беду в их судьбу.
–Ты, наверняка,... права, – согласился Иван. – Капитан дал его мне с надеждой помочь, но, похоже, что не всё так просто. Что ж, – будто что придумал, он спрятал ожерелье в карман, а книгу отложил на ночной столик.
–Выброси его или отдай тем людям, – волновалась Настя.
–Нет уж! – улыбнулся Иван. – Они может и не за ним охотятся. И потом, когда мы нападали на тот корабль, их среди нас уже не было.
–Откуда такая уверенность? – удивилась Настя, не веря в подобное. – Они исчезли, но никто же не видел, как и куда. Может хорошо спрятались, пока вам удастся завладеть богатством с того судна.
–А что случилось потом, мы не знаем... Мы уехали, – добавил Иван, так же задумавшись, как и возлюбленная.
Услышав подозрительный шорох за дверью, оба замолчали. Настя от страха прильнула к милому, крепко её обнявшему, и в панике еле сдерживала себя, пытаясь говорить как можно тише:
–Они убьют нас... Отдай им всё, только пусть уйдут...
–Тише, родная, – гладил её Иван, уставившись на дверь, а там казалось всё спокойно. – Подождём, пока стемнеет.
–Стемнеет? – насторожилась Настя. – Что ты придумал?
Иван отошёл к двери, проверив ещё раз, что та хорошо заперта, и вернулся к возлюбленной.
–Ненаглядная моя, – стал он целовать шейку и губы. – Убежим отсюда, избавимся от ожерелья и скорее в путь.
–Ты с ума сошёл, – извивалась Настя в руках, словно купалась в волнах блаженства.
–Да, – шептал Иван с нарастающей страстью. – Сошёл с ума... по тебе...
Он скорее скинул камзол, отстегнул шпагу, ни на секунду не переставая поцелуями сводить с ума любимую. Подчинившись овладевший ими страсти, они вскоре лежали на покрывале постели. Они снова ласкали друг друга, сливались воедино, жадно, неистово, будто давно не были вместе... Мир на это время перестал существовать для них, унеся всё происходящее куда-то далеко, в забвение...
Отдыхая в темнеющей комнате, они молчали и лишь улыбались друг другу...
–Когда убежим? – вопросила Настя, лёжа на груди возлюбленного, и опустила стыдливый взгляд, когда тот улыбнулся:
–Уже мечтаешь выползти из моих объятий? – хихикнул он, сильнее прижав, всё ещё нагую и жаркую милую, к себе.
–Я мечтаю о другом, – смутилась Настя, и Иван шутливо прищурился:
–Это о ком?
–Ай тебя, – толкнула его в грудь Настя и засмеялась. – Мечтаю остаться вот так рядом, но не здесь.
–Давай одеваться, – поцеловал любимый в губы и протянул с пола лежащее там платье. – Вот-вот будет совсем темно.
–Отвернись, – прошептала Настя, и Иван полностью укрылся одеялом, надвинув то на лицо.
Не сводя с него глаз, Настя скорее облачилась в платье и вздрогнула, как только руки Ивана пошевелились под одеялом.
–Я готова, – произнесла Настя, и он сел на кровати одеваться и бросать ей игривые взгляды:
–В следующий раз я подглядывать хочу.
–Не позволю, – смутилась Настя вновь, застёгиваясь спереди и расправляя складки платья.
Как только оба были готовы отправиться в путь, Настя сделала шаг к двери, но Иван схватил крепко за руку:
–Мы отправимся не туда.
–А куда? – удивилась она, а когда он указал рукой на окно, поразилась ещё больше. – Нет...
Достав из сумки, что снова висела через плечо, толстую верёвку, Иван привязал её конец к деревянной балке у окна. Он ещё раз проверил, что ожерелье лежит в кармане, закрыл его на пуговицы и взглянул на оставшуюся лежать на ночном столике книгу...
Глава 60
Осторожно и тихо спустившись из окна комнаты на мягкий покров травы на дворе, Иван подхватил со страхом спускающуюся любимую на руки. Не оглядываясь, держась за руку, они быстро убежали за угол здания весов...
–Так, – ощупал сумку Иван. – Всё на месте.
–Мне страшно, – выглянула на постоялый двор Настя и тут же спряталась обратно. – Там никого пока.
–Видишь, у нас получилось, – улыбнулся Иван.
–Не иначе как при помощи небесного Промысла, – подивилась Настя.
Любимый снова взял её за руку, и они побежали дальше. Куда – Настя не имела ни малейшего представления. Она полностью доверилась возлюбленному. В скором времени они пробежали через распахнутые ворота какого-то поместья.
Огромный двор, словно мини-дворец, стоял вдалеке роскошного сада. Красота его была видна даже в эту тёмную ночь, которую освещали лишь стоящие по краям дороги фонари. Словно спустившиеся с небес звёзды, те освещали путь и вели скорее скрыться в доме.
Дёрнув за ручку одной из небольших дверей Иван обнаружил, что та открыта, и улыбнулся вновь удивившейся любимой:
–Точно небесный Промысел.
–Не шути с этим, – прошептала Настя с укором, следуя за ним в дом.
Тишина. Темнота. Влажный воздух. Странное ощущение неприятно давило на душу то её, то Ивану. Оба крались, словно шли по узкому мосту через широкую реку. Они шли на тот мягкий свет, что еле-еле лился из-под двери в конце этого длинного коридора...
–Wie is daar?* – послышался оттуда вопрос на голландском языке, когда пол под ногами Ивана издал скрип.
Достав мушкетон, Иван пнул дверь ногой и наставил оружие на сидевшего за столом скромно одетого старого мужчину. В бедно обставленной спальне он сидел за столом и спокойно чистил сапоги. Опасность, которой подвергся от прибывших незнакомцев, его ничуть не взволновала. Будто всё происходящее является обыкновенностью...
–Kom, – с хрипотой в голосе усмехнулся старик. – Ik zie, ik zie, jullie zijn geen boefen... Wat is er?**
Владея лишь английским и французским языками, Иван решил использовать второй, сразу потребовав:
–Одежду нам, женскую и мужскую да коня.
Он не опускал мушкетона и смотрел исподлобья на отложившего своё дело старика. Тот поднялся с ухмылкой и опёрся об стол руками:
–У вас столько денег нет, чтобы выкупить всё это, а бесплатно вы не получите здесь ничего, даже если и укоротите мой век. Мне же всё равно, я уж давно жду встречи с Богом.
Иван украсил лицо той же ухмылкой, что была у старика. Он порылся свободной рукой в сумке и бросил на стол блеснувшее богатством ожерелье. Старик так и замер, уставившись на украшение. Он взял его дрожащими руками, рассматривал некоторое время, после чего вздохнул:
–Идём.
Спрятав ожерелье в карман, старик привёл Ивана с Настей в другую комнату, что находилась недалеко от его спальни. Здесь стопками лежала разная чистая одежда, от богатой до бедной. Выбрав подходящую, Иван и Настя незамедлительно переоделись за находящимися там ширмами и вышли к спокойно ожидающему их старику.
Тот всё время сидел у двери на стуле и крутил в руках ожерелье. Восхищению в его глазах, той радости, что сияла сквозь навернувшиеся слёзы, Иван невольно подивился, хотя и терзало чувство обиды, что без платы никто никому не поможет. И не потеря данного богатства волновала. Спасение жизни возлюбленной было важнее...
Старик молча махнул Ивану с Настей следовать за ним, а ожерелье всю дорогу прижимал к груди, как самое дорогое на свете, что наконец-то, пусть и на закате жизни, получил. Пройдя через двор, старик привёл их на конюшню и открыл дверцу последнего из коней...
–Счастливого пути, – отдал он уздцы Ивану, так до конца и не доверяющего ему.
Когда же Иван и Настя уже сидели верхом и были готовы умчаться прочь, старик неожиданно похлопал по сумке Ивана, что свисала у его бедра. Иван оглянулся на старика и пришпорил коня. Всё, что заметил он и Настя, – улыбку старика и как он махал им вслед рукою, словно провожал дорогих людей в добрый путь...
Когда же утро подступило, а город, что покинули, уже давно не был виден, Иван замедлил ход коня.
–Странный старик, но он помог нам. Хорошо, что французским владеет он, так хоть вы смогли поговорить, – вздохнула Настя, так и видя того человека в своих воспоминаниях.
–Душа моя, – ласково одарил Иван её поцелуем в щёчку. – Кого купить можно, тот ничего не стоит сам... Не верю в такую доброту, что он проявил к нам. Нас быстрее поймают, чем мы добрых людей отыщем.
–Мне кажется, он нам в сумку что-то положил, – задумчиво говорила Настя. – Мне так показалось.
Иван остановил коня и открыл сумку. Настя тут же улыбнулась тому блеску, что сразу стал радовать их глаза. Она достала из сумки ожерелье, и они поняли – старик отдал им это украшение, действительно, помогая от души.
–Видать, понял, что в беде мы, – Настя казалась сейчас такой счастливой, что тёплая волна тех же чувств прокатилась и в Иване...
