Текст книги "Пират Императрицы (СИ)"

Автор книги: Татьяна Ренсинк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 46

-Я присмотрю за нею, – сказал подошедший к Ивану Борис, когда тот с Настей вышел на двор и увидел стоящего в стороне с парой своих товарищей Василия.

Иван оставил Настю в компании Бориса. Тот повёл её куда-то прочь со двора, ничего не говоря, что тревожило Настю всё больше. Она оглядывалась, не желая уходить, но подчинялась...

–Жаждешь продолжить дуэль? Действуешь не по правилам, – резко выдал полный ярости Василий.

Иван надел шляпу, которую до этого держал в руке, и с сарказмом ответил:

–Хитрость и предательство свидетельствуют лишь о недостатке ловкости.

–Ах, поглядите, господин корсар стал начитанным! С кем ещё познакомился, кроме Ларошфуко? – с нарастающим гневом выдал Василий, и товарищи возле оставили его наедине с Иваном.

–Предатель здесь ты, – наставил мушкетон на Ивана Василий.

–Без правил биться будем, – достал и тот свой мушкетон, точно так же наставив его в ответ.

–Биться, – засмеялся Василий, но смех его был горьким: смесь некоего разочарования с болью и злостью.

Он отшвырнул оружие подальше в заросли кустов, выхватил шпагу и разломил её об колено. Две половинки шпаги, блеснув от выглянувшего из-за облаков солнца, пали к ногам Ивана...

–Вот тебе биться, – прорычал сквозь зубы Василий и схватил опешившего Ивана за шиворот. – Верни Кристу, подлец! Я не позволю тебе играть с этим, использовать её, чтобы мстить мне!

–Что?! – с силой ударив по рукам, Иван оттолкнул его в сторону. – Сволочь же ты!... Сам устроил её похищение, а вину валишь на меня?!

–Подлец, – накинулся бить Ивана по лицу Василий.

Иван не замедлил ответить тем же озверением. Они дрались, опустившись на землю, с которой облаками вверх подымалась пыль. Выбежавший с ружьём из дома хозяин постоялого двора выстрелил в небо и проорал на французском:

–Уймитесь, черти! Немедленно!

–Где она? – прижав Ивана к земле за шею, надавливал Василий.

–Не знаю,... говорю же, – прорычал тот.

–Ты же приставил к ним охрану! – не понимал Василий, начиная верить, что к похищению любимой Иван не имеет отношения.

Иван точно так же начинал верить и ему, поднимаясь следом с земли и отряхивая одежду.

–Пропали мои охранники... То были моряки с нашей команды, – сказал он.

–Видать, они и похитили её! – воскликнул Василий нервно. – Куда они делись все ночью?

–Не знаю! – крикнул Иван, не меньше его взбешённый от произошедшего. – Может на тебя работают? Я помню предателей, которые помогали вам, тау кресту, заполучить документы моего капитана, находясь в нашей команде. Они же на вас работали, верно? Может и эти такие же?

–Подлец, – только и успел вымолвить поражённый словами Василий.

–Остановитесь! – подбежали к ним офицеры, и один из них тут же доложился:

–Следов похитителей нет и той девушки тоже! Вторую девушку Борис с Сергеем увезли! Сказали, что наш капитан выполнит поручение доставить девицу Императрице куда лучше тебя, Жан!

–Что?! – с насмешкой поразился Иван. – Капитан прибудет в Россию намного позднее уговоренного срока!

–Подлец, – схватил его снова за шиворот Василий. – Где мне Кристу искать?!

–Отпусти же! Говорю, не знаю! – толкнул его снова от себя Иван.

–Ваши моряки их обоих увезли! Обоих на корабль? – взволнованно вопрошал Василий, глядя то на Ивана, то на офицеров.

Все могли лишь надеяться, что девушки на самом деле обе будут на одном судне, что будут целы, здоровы, что всё происходящее – глупая игра...

Не медля ни минуты более, все взобрались на коней и покинули постоялый двор, который опустел в одну минуту, будто ничего и никого здесь не было. Лишь солнце следило за путниками, время от времени выглядывая из-за серых туманных облаков. Те собирались всё плотнее друг с другом, будто предвещали ненастье не только в природе.

Скоро солнце уступило место луне и звёздам, а те, словно архипелаги, показывались меж облаков. Они будто прогнали всю пасмурность, принося тишину и спокойствие.

Так в очередной раз ночь накрывала мир, а путники приблизились к порту Кале, где находился нужный им корабль. Иван спешил вместе с Василием скорее оказаться на борту, скорее убедиться, что пропавшие девушки там...

Глава 47

Только Иван ступил на палубу, вперёд своих спутников, сразу воскликнул, видя собравшихся матросов и капитана перед ними:

–Где Борис?

–Всё уже знаем, – успокаивающе молвил капитан, будто понимал волнение его. – Девицу оставили в моей каюте.

–Одну?! Она одна? – в недоумении воскликнул Василий, поднявшись следом за Иваном на борт.

–Прошу прощения? – взглянул с удивлением капитан на них обоих.

–Василий Скуратов, – представил бывшего товарища Иван, и капитан понял, о ком идёт речь, зная уже давно всё произошедшее в жизни Ивана...

Встав перед Василием, он сложил руки за спину и свысока заявил:

–Вы, сударь, по какому праву здесь?

–Ваши люди похитили мою невесту! – последовал резкий ответ того.

–Это правда, – подтвердил Иван, глядя на взглянувшего с вопросом капитана.

Капитан оглядел каждого прибывшего на корабль и понял, кого нет. Наполнившись тем же предчувствием, что исчезнувшие похитители оказались предателями с их судна, он только кивнул согласием на вопрос Ивана отлучиться и убедиться, что с девушкой всё в порядке.

Иван сразу сорвался с места и помчался к каюте капитана. Он взволнованно постучал в дверь и вошёл. Стоявшая посреди каюты Настя со слезами на глазах смотрела в ответ. Оба на короткое мгновение застыли на месте, лаская друг друга теплом взглядов, через которые виднелись блёстки счастья встречи.

Иван бросился к Насте, заключив её в объятия, и припал крепким поцелуем к губам. Долго целуя, прижимая к себе, он наслаждался её поглаживаниями по плечам. Руки Насти будто сами обвили Ивана. Она нежно обнимала, отвечая на поцелуй, наслаждаясь так, будто никогда уже подобного счастья не случится...

–Хорошая,... ненаглядная,... милая,... светлая, – шептал Иван, покрывая её лицо поцелуями, шейку, и скинув камзол, чтобы не мешал обнимать крепче. – Любимая, – слился он снова с её губами.

Они оба будто перенеслись в иной мир. Волны сказочно-приятной дрожи протекали внутри, бурным потоком сближая друг с другом. Сила любви, которую познали только сейчас, заключала в своё неразрушимое кольцо, куда не будет пропущен никто и ничто... Всё, что теперь принесёт с собою течение времени, казалось, не сможет уже разрушить этих созданных уз...

–Любимая, – снова расцеловав лицо возлюбленной, прошептал Иван.

Он держал его в своих жарких ладонях, любовался теплотою глаз и невольно прослезился, заметив блеск счастливых слёз...

–Как я тосковал,... как испугался,... как счастлив, что ты жива, что здесь, – шептал он.

–Это игра? – покатилась слеза по щеке Насти.

–Прости за всё, но я не играл... Любил и люблю тебя, – молвил Иван, не находя больше слов, но любимая видела остальное в его глазах.

Такой искренности, чистоте она не могла не поверить и почувствовала себя виноватой, что на миг усомнилась. Настя стыдливо опустила взгляд, а возлюбленный с умилением обнял. Ещё некоторое время они стояли молча, наслаждаясь ласкою рук, что гладили друг друга, ласкою губ, что теперь целовали так осторожно, так бережно, будто боялись разрушить созданную идиллию...

Вдруг появившийся на пороге матрос кашлянул, чтобы отвлечь влюблённых. Они тут же вздрогнули. Настя хотела даже отойти в сторону, но Иван удержал её в своих руках, не желая скрывать чувств...

–Пока вы тут милуетесь, этот Василий устраивает скандал и угрожает нападением своей команды на нашу сразу, как только окажемся в пути, – сообщил матрос.

Иван с Настей тут же прислушались к звукам, доносившимся с палубы, и поняли, что Василий в панике. Вспомнив что-то важное, Настя взволнованно достала из кармана своего платья записку:

–Криста, оказывается, не зря заставила меня одеть именно этот её наряд...

–Что это? – с удивлением вопросил Иван, приняв записку и быстро стал читать. – Прошу, милая, согласись стать на время мною. Страх покинуть этот мир терзает меня. Спаси меня, милая моя! Притворись, что ты и есть Симолина, невеста Салтыкова. Надеюсь на твоё понимание. Помнишь, как играли в друг дружку вместе? Помнишь, как нас не различали ни прислуга, ни мой дядюшка? Мы похожи, и не зря. Судьбе угодно, чтобы мы использовали сие сходство и нашу дружбу во спасение, во имя любви. Сие теперь будет лишь на пользу. Тем самым спасёшь, поможешь мне. Я останусь в Париже. Дальнейшие весточки жди во дворце.

Не смея пока ни реагировать, ни что говорить, Иван недолго подумал. После этого он поцеловал любимую в губы и прошептал с нежеланием уходить:

–Останься здесь... Я постараюсь уладить пыл Василия.

С этими словами он вышел с матросом из каюты и закрыл дверь.

–А лихо ты... Закрутить роман с племянницей Симолина, – подивился матрос, пока они поднимались на палубу. – Выгоды какой добиться желаешь?

Эти слова удивили Ивана ещё больше, чем записка Кристы, но он пока не стал ничего отвечать...

Глава 48

-Василий! – выбежал Иван на палубу.

Он видел, что тот собирается покинуть корабль, всё высказав, что хотел, но остановил своим возгласом. Все вокруг стихли, продолжая наблюдать за происходящим молча. Иван подошёл к Василию и протянул записку, которую только что отдала Настя.

Без вопросов Василий прочитал послание и на миг застыл в раздумьях.

–Нет, – усмехнулся он с разочарованием, которое не скрывал, которое было видно в его взволнованных глазах. – Она не могла такое написать.

–Я не знаю, что это за игра, но ведь это написала она? – с искренним сочувствием сказал Иван и встретил взгляд Василия, в котором было множество смешанных чувств.

–Она, – еле слышно сказал Василий. – Может её заставили. Что ж, – усмехнулся он и указал на записку. – Разреши забрать это с собой? Я отправлюсь в Париж. Буду искать её. Она наверняка с кем из ваших. Только зачем им понадобилось похищать да подобное просить?

–Дорогой Скуратов, – улыбнулся нервно капитан. – Боюсь, на те вопросы, что задать ещё можно, ответов пока нет. Нам пора в путь, если всё уже сказано.

Василий выполнил поклон и поспешил спуститься в шлюпку, которая немедленно переправила его на берег. Иван ещё долго смотрел ему вслед и, только когда шлюпка вернулась обратно, повернулся к подошедшему капитану:

–Разрешите отлучиться к нашей гостье?

–Обожди, поясни-ка мне кое-что, – строго сказал тот и обратился к стоящему подле помощнику. – Проследи здесь за всем, я скоро вернусь и отправимся в путь.

С этими словами капитан удалился с Иваном к себе в каюту. Там так и ждала Настя. Попросив её и Ивана сесть к столу, капитан встал напротив:

–Итак, мне доложили на ухо, по секрету, что вряд ли будет секретом в ближайшие часы, будто у вас,... будто вы оба... Вы любовники?

–Это грубо, кап, – натянул улыбку Иван и коснулся руки любимой, испуганно смотревшей на капитана.

–Что за интрига, не разумею, – всплеснул капитан руками. – Ты же в другую был влюблён, а не в племянницу Симолина!

–Интересно узнать, откуда все вдруг ведают, что наша гостья, племянница Симолина? – поразился Иван, тут же вспомнив недавний вопрос матроса.

Капитан достал из кармана сложенный вдвое лист бумаги и отдал Ивану.

–Такой таинственный сегодня день. Записками забросали, – засмеялся тот и прочитал содержимое. – Фрейлину Симолину Кристу доставить сим кораблём к императрице и самодержице всероссийской Екатерине Алексеевне... Это что?

–Эту записку принёс тот, кто вернулся к нам с... Вами, барышня, – кивнул капитан Насте, растерянно ответившей кивком в ответ. – Борис исчез, остальные тоже. Бежали, как предатели. Причины вот только не знаю. Но коль судьба сведёт наши дорожки вновь, найду их... Лучше им быть уже на другом свете.

–Так и будет, кап, – уверенный в данном исходе событий выдал Иван, что встревожило Настю ещё больше.

Она опустила взгляд к полу, стараясь ровно дышать, а к горлу подходил давящий ком.

–Это чей почерк, сударыня? – показал ей на записку, что прочитал Иван, капитан.

Настя внимательно смотрела на строки и узнавала:

–Симолин...

–Значит, теперь он просит отправляться в путь кораблём? Он мне лично иные указания давал, – не понимал Иван.

–Время всё расставит по местам... Итак, – открыл капитан дверь, чтобы выйти. – Я распоряжусь, чтобы Вам, сударыня, приготовили каюту отдельную. Пора отправляться в путь...

Глядя друг на друга несмело, молча, Иван и Настя остались наедине. Они не решались ни сказать что, ни отвести взгляд. Мир будто снова перестал существовать вокруг, пропустив в ворота лишь их вселенной. Той самой вселенной, где любовь обнимала и дарила силы. Она ласкала их души. Она отпускала снова в реальность, но... оставалась подле ангелом хранителем...

–Что же будет теперь? – несмело прошептала Настя. – Я не хочу, чтобы Кристу убили.

–Жизнь будет, – улыбнулся Иван. – В Россию вернёмся кораблём, а не как было запланировано. Здесь, правда, не менее безопасно, но всё же все свои. Погубить может только морская стихия. А дальше... Поиграем в эту игру Симолиных, проверим, кто друг, кто враг, а там... Там, если станет хоть чуточку опасно, убежим ото всех.

–Убежим? – прослезилась Настя от счастья.

–Да, под крыло твоей матушки, – подмигнул Иван.

–Ты знаешь про мою маменьку?! – удивилась Настя.

–Не только знаю, – шутливо сделал он гордый вид. – Я ещё беседовал с нею, отказался пройти отобедать.

–Вот как?! – не верила ушам Настя, и Иван поднялся, тут же заключив смутившуюся любимую в объятия:

–Отыскался во дворце амулет твой, твоего папеньки. Я его вернул домой.

–Отыскался? – прослезилась Настя, но плакать возлюбленный не дал, припав к губам и снова целуя страстно,... нежно...

Глава 49

Сокрылась в облаках луна печальная.

Кромешной тьмой накрыла эта ночь.

Лишь на сердце играет песня старая,

Что не покинет её трон наша любовь.

Владычицей над миром она славится,

И в хаосе скрывается от бед,

От людской злобы, ненависти мается,

А воскрешает души её свет.

Ты посмотри

В тиши на ясные огни

Небесных сил, волнующих светил.

Они, смотри,

Как знают, берегут они

Невидимые нити хранящей их любви.

Под этим хороводом серебристых звёзд

Есть где-то мы с тобой и наша жизнь,

Где иногда преградою встаёт порок,

Но царствует любовь, вершит над ним.

От дивной красоты её в сплетеньи рук

Из сумерек судьбы выйдем на свет,

Где каждый шаг измерен, песня ласкает слух

От сердца, от любви из века в век.

Ты посмотри

В тиши на ясные огни

Небесных сил, волнующих светил.

Они, смотри,

Как знают, берегут они

Невидимые нити хранящей их любви.

Выйдя с опаской на палубу, Настя попала сразу в серость густого тумана. Свежий ветер. Опасение чего-то сразу тревожило душу. Казалось, стояла абсолютная тишина и одиночество. Настя взглянула на показавшийся штурвал корабля. Там будто не было никого, как и вокруг. Словно она находится на судне совершенно одна,... покинутая...

Вздрогнув от пробежавшего по телу холода, Настя почувствовала качку и вдруг раздались вокруг голоса моряков, началась суета. На миг показалось, что она вдруг вернулась в жизнь откуда-то из пустого, иного пространства...

–Настя! Назад! В каюту! – кричал знакомый голос.

Настя взглянула наверх, откуда на неё смотрел любимый. Он помахал ей рукой уйти с палубы, а сам продолжил взбираться наверх, на салинг, вместе с другими такими же умелыми моряками.

Он подтягивался на руках, удалялся по вантам всё выше, оказавшись вскоре там, где не было уже выбленок*, где стало ещё опаснее. Насте было страшно смотреть и не бояться, что любимый может в секунду сорваться, пасть, разбиться, оставить её одну в этом грубом мире...

Скрип и грохот судна, крики, божба – всё заставило Настю зажмуриться и закрыть уши. Ветер усиливался, усиливал и тревогу помогающего спускать паруса Ивана. Казалось, всегда все были наготове, но эта буря налетела будто из преисподней.

Кто-то с болью схватил Настю за предплечье и втолкнул за дверь. Она будто очнулась от леденящего сна и помчалась скорее в каюту. Еле ухватившись за дверь, пала на пол и закрыла лицо руками. Всё, что ощущала – как корабль, словно конь, встаёт на дыбы, дёргаясь и не желая подчиняться разыгравшейся стихии. Стихии, что сделает всё, лишь бы подчинить всё и всех себе.

Когда шторм утих и кто-то снова коснулся руки, Настя вздрогнула. Приподняв лицо от пола, она увидела взволнованный взгляд любимого и прошептала:

–Ванечка... Ты жив...

–Конечно жив, – улыбнулся он. – Любит море меня.

Оказавшись в объятиях милого, Настя успокоилась сразу. Он перенёс её на постель, целовал губы, лицо вновь и вновь. Их ласка и тяга друг к другу опять уносила сознание далеко-далеко... Тела прижимались друг другу, вскоре обнажившись, и... оба, любя, неистово и жадно,... с промелькнувшей болью окунулись в танцующие волны блаженства и рая лишь для них...

* – выбленки – нидерл. weveling – отрезки тонкого троса, ввязанные поперек вант и выполняющие роль ступеней при подъёме по вантам на мачты и стеньги.

Глава 50

Приподнявшись на локте, Иван любовался тем ранним утром ещё сладко спящей возлюбленной. Она тихо спала рядышком, в этой тесной постели маленькой каюты, что была ей отдана, как для гостьи корабля. Казалось, все шторма позади, но последний шторм Иван благодарил...

Он осторожно поглаживал обнажённые плечи и грудь любимой, вспоминая недавнее блаженство, что соединило их судьбы навечно: их первую, незабываемую близость тел... Почувствовав его прикосновения, Настя вздрогнула и резко открыла глаза. Она тут же отвела стыдливый взгляд, и Иван прижал к себе:

–Ненаглядная,... моя... Истинно, не наглядеться на тебя мне никогда...

Он поцеловал её плечи, спускаясь поцелуями к груди, но Настя прикрылась одеялом поплотнее, прикусив при этом губы от стеснения.

–И что только судьба нам не приготовила, мы принадлежим друг другу, – прошептал Иван и поцеловал Настю в щёчку.

Он стал скорее одеваться, поглядывая то на окошко, то на дверь.

–Пора приступать к службе. Боюсь, я проспал многое да придётся объясняться с капитаном, – улыбался Иван, а когда был готов, снова склонился над лицом любимой. – Больше в шторм не выходи. Для тебя это может быть опасно.

Он погладил её по носику, одарил губы горячим поцелуем и оставил одну.

–Мой... Твоя, – с наслаждением вымолвила Настя, погладив губы так осторожно, будто боялась потерять то чувство, что было.

Она уже позабыла про вчерашний шторм и страх, забрав в этот день лишь негу счастья...

Когда Иван пришёл за нею, чтобы отправиться вместе на палубу отобедать, они вышли оба к рассевшимся морякам и присоединились к трапезе. Окинув каждого вокруг опасливым взглядом, Настя поняла, что та сокровенная тайна, которая теперь соединяет её с любимым, остаётся тайной...

Погода казалась спокойной. Туман снова гладил морскую тишь, будто скрывал что за своим серым плащом. Странное предчувствие вызывала природа в душе Насти, но нежные взгляды любимого к ней и мимолётные прикасания то к руке, то к плечу успокаивали.

Той же самой внезапностью, как вчера налетела буря, раздался вдруг среди всего этого спокойствия голос смотрового с мачты. Он указал в сторону воды и крикнул:

–Шлюпка!

Все взглянули в ту сторону и капитан посмотрел в подзорную трубу.

–Раненые... Видать, выжившие после шторма. Поднять на борт! – воскликнул он и кивнул Ивану. – Увести барышню!

Иван сразу отправился с Настей покинуть палубу, пока прибывшую пару мужчин среднего возраста в разодранных одеждах подняли на борт. Слабые, те тут же были приняты в круг обеда. Им подали по миске овсянки и кружке воды.

Ужасный вид, странные, какие-то тяжёлые взгляды их оказались Насте не по душе. Она с волнением запомнила тот мимолётный момент, когда их увидела и как один из них подмигнул в ответ с ухмылкой...

–Страшные люди, – прошептала Настя милому, когда уединились в каюте.

–Не волнуйся, родная, – ласково шепнул тот в ответ, ласково гладя по щекам и целуя губы. – Я буду присматривать за ними. И потом,... мы не привыкли доверять чужакам...

Иван оставил переживающую Настю, снова одарив поцелуем, и вернулся на палубу. Он встал чуть в стороне... Наблюдал за гостями со стороны, делая вид, что допивает свою оставленную у бочки кружку воды...

–Вам лучше? – спросил у гостей на английском капитан, и дальнейшая беседа продолжалась на том языке, поскольку те, как оказалось, владели им вполне хорошо, хоть и было ясно, что это не родной язык.

Гостям тут же предъявили правила корабля и указали прочитать и подписаться под ними. Когда это условие было выполнено, капитан встал напротив них и гордо вопросил:

–Кто и откуда вы?

–С голландского судна... Китов ловили, потерпели крушение вчера ночью в шторм. Все погибли, а мы спаслись чудом, – говорил один из них и прищурился, положив руку на грудь. – Знаю, смерть моя будет не здесь.

–Откуда это знаешь? – засмеялись некоторые из матросов вокруг, но гостя это ничуть не смутило и даже не удивило.

Он указал на свой перстень и заявил:

–Я ученик самого графа Калиостро! Слышали про такого?

Все тут же уставились на портрет Калиостро, что был изображён на том кольце, и закивали, между собой перешёптываясь.

–Сей граф бывал в наших краях, я к нему и обратился за помощью, поскольку настоящее да будущее тоже могу видеть, – договорил гость, а его сосед в поддержку кивнул и улыбнулся.

–А ну-ка, расскажи нам про настоящее и будущее, – засмеялись опять матросы...