Текст книги "Клетка для сломленной (СИ)"
Автор книги: Тата Сибирская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)
Глава 29
Ника.
Как же жарко! Поворачиваюсь на спину и пытаюсь скинуть с себя одеяло, но я и так не накрыта. Почему тогда жарко и еще что-то тяжелое лежит на мне? В голове мелькают воспоминания о вчерашнем вечере.
Господи! Это же был сон?
Приоткрываю глаза – не сон. Прижав меня к своей груди, спит Амир. Его тяжелая рука лежит на моем бедре, но даже во сне он сжимает его. Он такой горячий и совсем рядом.
Странное ощущение мужского тела рядом, но чувствую себя так уютно. Будто сейчас все правильно, словно так и должно быть.
Смотрю на мужчина взглядом воришки – он сейчас спит и я могу беспрепятственно его рассмотреть. Касаюсь пальцами широкого лба, бровей, щеки. Он сейчас такой безмятежный, такой близкий. В груди разливается тепло. От нижней части скулы бежит полоска шрама. Веду по его контуру от скулы по шее и к вырезу футболки. Как далеко идет этот шрам?
Продолжаю любоваться им пока не цепляюсь за едва пролетевшую мысль – сколько сейчас время? Почему не сработал будильник? Поворачиваю голову – часы показываю пять пятьдесят утра. Будильник сработает через десять минут. Отдергиваю руку – он может проснуться. А что вообще делать, когда он проснется? То, что было вчера – мое тело плавилось в его руках, его губы дарили такое удовольствие, что даже сейчас от воспоминаний, низ живота стягивает узлом.
Как себя вести теперь с Амиром? Что делать и что говорить? Чувствую, как щеки начинают пылать от стыда. Ведь ничего особенного не произошло, он же мой муж и это нормально.
Нет. Не смогу посмотреть ему в глаза. Надо уйти сейчас. Аккуратно приподнимаю его руку и боком пытаюсь сползти с кровати. Еще чуть-чуть…
– Далеко собралась? – Слышу хриплый ото сна голос. Амир перехватывает меня за талию, притягивает к себе, и я утыкаюсь носом в его футболку. Он зарывается в мои волосы, чувствую его обжигающее дыхание.
– Аааа… в ванну. И мне на пробежку пора и готовить завтрак, и Ксюшу будить. – Немного отодвигаюсь, говорю бессвязно, рассматривая складку на футболке.
Чувствую его пальцы на своем подбородке. Он приподнимает мою голову, поглаживая большим пальцем щеку – мурашки бегут по спине от этой простой, но такой нежной ласки.
– Посмотри на меня, – даже не заметила, как прикрыла глаза.
Открываю и словно попадаю в водоворот. Он улыбается и смотрит на меня с такой теплотой во взгляде, что сердце вдвое ускоряет свой ритм.
– Хотела сбежать, да, – скорее утверждает, чем спрашивает. Закусываю губу и мотаю головой из стороны в сторону, но предательский румянец выдает меня.
Запускает руку в мои волосы и касается моих губ – аккуратно, легко, так нежно, что в груди становится тепло.
– Доброе утро маленькая, – на губах играет счастливая улыбка, он продолжает поглаживать мои щеки, а я не знаю, как себя вести. Мне уютно и хорошо рядом, но… как себя вести? Что делать?
– Доброе, – едва узнаю в этом сипении свой голос.
– Я не дам бегать тебе от меня. – Говорит неожиданно серьезно, – Тебе нечего смущаться, мы с тобой муж и жена.
– Ну, мы же не нас… – сама не соображаю, что несу.
– Не смей, – он сжимает мое лицо в ладонях и смотрит прямо в глаза – злится, – не смей никогда больше этого говорить и даже думать. Мы настоящие муж и жена, Ксюша наша дочь и ничего этого не изменит. Поняла меня? – Если и существуют слова, от которых кружится голова, то это именно они.
Но длилось это не долго, в следующую секунду твердые мужские губы накрыли мои. Меня снесло шквалом эмоций, а дыхание перехватило. Мысли улетучились из головы.
Амир укладывает меня на спину, нависая надо мной. Мужские руки плавно скользили по телу. В тех местах, где они касались, кожа покалывала. Эти движения сводили с ума, заставляя плавиться под умелыми ласками мужчины.
Почувствовала руку, скользящую по бедру пробирающуюся под сорочку к трусикам и замерла.
– Мне нужно в душ и к дочери, – хватала ртом воздух, оторвавшись от голодных губ. Вот только это говорил мозг, а тело молило не останавливать его и получить все, что он может дать.
– Еще рано. Ксюша спит. Ты сейчас нужна мне, – не понимаю, как сердце до сих пор не остановилось. Он шептал, осыпая лицо поцелуями. И я сдалась во власть его рукам и губам.
Его ласки распаляли меня, низ живота скручивал узел желания и требовал развязки, а все на что я сейчас была способна, это стонать и прижиматься еще ближе к Амиру.
Лямки сорочки слетели с плеч, открывая жадному взгляду грудь. Он опустил к ней голову и захватил губами сосок, от чего тело захлестнуло волной желания.
Но удовольствие рассеивается от одного сигнала будильника. Мы оба замираем, пытаюсь собрать мысли в кучу и сообразить, что происходит. Амир глубоко вздыхает, упирается лбом мне в грудь и рычит, от чего я вздрагиваю.
Он тянется к прикроватной тумбочке и выключает надоедливый звук. Пытаюсь прикрыться руками – сейчас, когда пелена желания спала, снова накатывает смущение. Я лежу перед ним практически голая.
Амир хватает меня за запястья и разводит руки в стороны, «приковывая» их к простыням.
– Не закрывайся от меня.
– Но… но… я почти голая, – под его пристальным изучающим взглядом, мысли разбегаются, не давая сложить слова в предложения. По телу прокатывается волна истомы.
– Тебя это смущает? – он резко отпускает мои руки и садится. Под кожу пробирается неприятный холодок, я тянусь к лямкам пытаясь вернуть их на место, но замираю, стоит увидеть, что делает Амир.
Он закидывает руку за спину и стягивает футболку. Разводит руки в стороны:
– Смотри. – Я завороженно прохожусь взглядом по рельефам смуглого тела, не в силах отвести взгляда. Рука сама собой тянется к нему. Провожу пальцами по той части шрама, которая до этого была скрыта футболкой. Очерчиваю твердые мышцы груди, спускаюсь к прессу и замираю возле убегающей под штаны тонкой полоски волос. Опускаю глаза ниже и вижу, насколько мужчина возбужден.
Тело обдает жаром, а кровь приливает к щекам. Задержав дыхание, прохожу путь от пупка к резинке штанов и останавливаюсь. Тело мужчины напрягается. Хочу отдернуть руку, но Амир перехватывает ее и опускает на свой пах. Дергаюсь, но мужская рука держит крепко.
Стыд, любопытство, желание, все смешивается в невероятный коктейль. Перед глазами всю будто плывет. Жар с новой силой приливает к щекам и кипятком проносится по всему телу, в ушах шумит. Не понимаю, что делать, что чувствую, чего хочу. Голова гудит, дыхание сбилось – дышу через рот, наполняя грудную клетку до предела, но воздуха, будто не хватает. Не понимая, что творю, дергаю резинку штанов вниз, выпускаю эрегированный член наружу.
Слышу, как глубоко вдыхает Амир, его слегка покачивает. Как и меня, его штормит от перевозбуждения. Вот только меня держит страх, застрявший на подкорке. А что держит его?
Во рту пересохло, перед глазами разбегаются цветные круги. Я даже не уверена возбуждение это или страх. В таком состоянии обычно находятся люди с температурой под сорок, а я сейчас, просто сидя перед мужчиной. Будто застряла в прострации, тело не слушается, выполняя команды известные только ему.
– Просто коснись его, – слышу сиплый голос, – не бойся.
Закусив губу, едва касаюсь, а после чуть уверенней провожу подрагивающими пальцами по твердому гладкому стволу. Член дергается под моей ладонью и я обхватываю его. Сейчас в моих руках то, что может подарить нереальное блаженство и то, что вызывает во мне животный страх.
Амир опускает свою руку на мою и сильнее сдавливает. Не могу совладать со своими эмоциями, все скачет и мельтешит, удивлена, что я все еще в сознании. Руки в связке скользят по члену. Алая головка то прячется в кулаке, то снова показывается снаружи.
Два, три, пять. Словно под гипнозом, наблюдаю за движениями наших рук. Я словно приручаю дикого зверя – он отвечает на мои ласки и слушается. Еще несколько движений и член выстреливает спермой, оставляя на моих ногах белые следы.
Амир притягивает меня к себе и глубоко и жадно целует губы, пожирая их.
– Мое солнце. Моя сладкая, нереально смелая девочка, – встает, поправляет на себе штаны и, подхватив меня на руки, уносит в душ.
Ставит меня на ноги уже в душевой кабине. Сорочка, болтающаяся до этого на уровне талии, падает мне под ноги.
Настраивает воду и, не обращая внимания на намокающую одежду, мягко обмывает мое тело. Массирует плечи, грудь, задевая вершинку сосков, запуская разряды по всему телу. Спускается к бедрам и заглядывает мне в глаза:
– Ты доверяешь мне? – но у меня язык слов налит свинцом, все, что сейчас могу это кивнуть. Меня не отпустили ощущения после спальни, а тут новая порция удовольствия, которое переполнило меня до предела, а теперь ищет выхода, но не может найти.
Амир сдвигает меня к стене, и я облокачиваюсь на гладкую поверхность плитки. Она холодная, но тело горит таким жаром, что не уверена, есть ли способ его потушить.
Одним четким движением мужчина стягивает мои трусики и опускается на колени, высвободив ноги, одну отставляет на бортик и раздвинув складочки, впивается губами в сосредоточение моего естества. Все происходит настолько быстро, что не успеваю что-либо сказать или возразить. Его язык выписывает узоры, вырывая из моей груди стоны удовольствия. Ноги подкашиваются, отказываясь меня держать, но мужская рука фиксирует тело на месте. Откидываю голову назад и, больше не сдерживая себя, отдаюсь чувству сумасшедшего удовольствия.
Амир закидывает отставленную ногу к себе на плечо, сильнее впиваясь в промежности. Его руки жестче сжимают ягодицы. Еще несколько выверенных ударов языка о клитор, и мой мир рассыпается на тысячи осколков. Ноги окончательно подгибаются, но меня подхватываю сильные руки мужчины.
– Вот так моя сладкая девочка. Все хорошо родная.
Глава 30
Амир опустил меня на простыни, и я провалилась в царство Морфея.
Проснулась, когда стрелки на часах показывали девять. Резко подскочила на ноги – я проспала все на свете. Амира рядом не было. Схватив халат, побежала к дочери в комнату. Там было пусто, волнение нахлынуло, и я побежала искать ее. Внизу услышала шум и пошла на звуки, оказавшись на кухне.
Ксюша была рядом с Амиром и уплетала печение. Расул давился смехом, а подруга возле плиты, от который валил дым, размахивала тряпкой.
Тысяча вопросов, даже не знаю с какого начать спрашивать. Нужно спасти дом от пожара для начала. Я догадалась, что она пыталась приготовить.
– Ириш, что ты делаешь? – на звук моего голоса все оборачиваются.
– Это у нас еще один великий кулинар, пытается удивить своими шедеврами. – Подкалывает Расул.
– Она и может удивить, – забираю кастрюльку из рук подруги, и она мне благодарно улыбается, – единственное исключение молочные каши. А вот в домашних пельменях и варениках ей нет равных.
– Хм… – Расул пристально рассматривает Иру. А я убираю кастрюлю в раковину и включаю вытяжку. Эти… мужчины, нашли, чем развлечь себя с утра. – Зачем ты тогда взялась ее готовить?
– А кто сказал, что в этом доме завтракают только кашей? – возмутилась подруга. Я попыталась сдержать смех.
– Ириш, – я мягко коснулась ее плеча – сейчас будет взрыв, – они едят абсолютно все. Кашу я варю только для Ксюши и то редко, ты же знаешь, она не очень любит ее.
– Ксюше? – подруга начинала медленно закипать. Я киваю. – И редко? – я снова киваю и отступаю к Амиру с дочерью. Все притихли, видимо поняли, что, что-то будет.
Ира медленно берет полотенце и одним быстрым движением оказывается рядом с Расулом, лупит его по всему, до чего может дотянуться.
– Ну, привет, – не заметила, как совсем вплотную подошла к Амиру. Он сгреб меня, усадив к себе на колени и я перестала, что происходит вокруг, – хорошо спала?
– Угу. Почему ты меня не разбудил? – улыбнулась ему.
– Хотел, чтобы ты выспалась. К тому же мы сами прекрасно справлялись, – кивнул в сторону Ксюшу, которая все так же весело жевала печенье, – ну почти, – покосился в сторону плиты.
Я рассмеялась. Амир заглянул мне в глаза и нежно провел пальцами по щеке, запуская табун мурашек по всему телу.
– Мы еще тут, – раздался голос Расула, и я, опомнившись, попыталась встать с колен, но Амир удержал меня, сцепив руки на моей талии.
– Я могу это быстро исправить, – муж выразительно посмотрел на брата.
Расул поднял руки вверх, сдаваясь. Иришка стояла рядом, загадочно улыбаясь, в ее взгляде так и сверкала бегущая строка, что допроса с пристрастием мне не избежать.
– Кстати об этом. Ириш ты вроде вчера домой собиралась? Что-то случилось? – спросила у подруги.
– Случилось. – Она повернулась и красноречиво взглянула на Расула и проговорила, глядя ему прямо в глаза. – Случился один наглый, самоуверенный тип, который не слышит слова «нет».
– Эм… – я не знала, что сказать. Между этими двумя что-то происходило. Похоже, допрос у нас с Ирой будет взаимным. – Завтракать будем?
Все трое активно закивали. Амир поцеловал меня в плечо и все-таки спустил с колен. Я встала ближе к дочери и приступила к готовке, Иришка помогала. Меньше чем через час завтрак был готов, все это время мужчины смотрели за нами и упорно не понимали намеков уйти. Как и мне, Иришки было не по себе заниматься готовкой под таким пристальным взглядом. Удивительно, что она выдержала и не послала их куда подальше, от нее это было бы ожидаемо – из нас двоих она самая эмоциональная и активная, я более тихая.
За завтраком мне вспомнилась фраза произнесенная Расулом:
– А что значит еще один великий кулинар? И где Алия с Яримом? – Лейлу здесь ждать глупо, да и не особо то хотелось, а вот эти двое никогда не пропускали мои завтраки, да и на ужинах они частые гости.
– Аааа… – Амир сидевший рядом рассмеялся, – это Расул придумал наказание для Лейлы, но по факту, для всех, а страдают сейчас дети.
Мне хоть и не хотелось слышать про Лейлу, но… наказание то из-за меня, не смогу пройти мимо.
– И что за наказание? – осторожно спрашиваю.
– Далия на некоторое время уехала в отпуск на родину. Теперь домашними делами занимается Лейла, уборка, стирка и готовка. – Поясняет Расул.
– Да, да, про готовку придумал ты, а пробуют ее кулинарные «шедевры» сейчас дети. – Не упустил возможность подколоть брата Амир.
Как я поняла за это время, Лейла домашними делами не занимается, а судя по рассказу мужчин, с готовкой явные проблемы. Надо потом покормить ребятишек, если все совсем плохо. По справедливости надо было отправить туда Расула.
После завтрака мы с Ирой и Ксюшей ушли в гостиную, где играя в кубики, как и планировалось, устроили друг другу допрос.
– А что происходит у вас с Расулом? – пошла в атаку, как только смогла отбиться от всех вопросов подруги.
– Ничего. Он самоуверенный и наглый мужлан. Вдруг решил, что я должна остаться здесь и моего мнения, конечно же забыл спросить.
– Блин, я не додумалась вчера позвонить и узнать, я думала ты уехала с Димой. Почему ты не пришла ко мне.
– Ну… – подруга хитро улыбалась, – не хотела вам мешать, и как видно не зря.
Я отмахнулась, но губы против моей воли расплылись в улыбке. Мне кажется со стороны я была похожа на идиотку – сижу, улыбаюсь и не могу остановиться, а самое главное, не хочу. Я счастлива.
Рядом дочь, любимый мужчина и друзья.
Любимый? Да, я все-таки влюбилась в Амира. Он нежный и заботливый, заботится обо мне и дочери.
Возможно ли влюбиться за пару месяцев знакомства? Как оказалось, да. Возможно ли узнать хорошо человека за те же пару месяц? Наверное, да, но мне этого не удалось, как я пойму намного позже. А пока я играю с дочерью в игрушки, болтаю с подругой и украдкой любуюсь на своего мужа.
Ночи с Амиром проводим вместе. Он дает мне свободно изучать его тело, а сам руками и губами уносит меня на такие грани наслаждения, о которых я и не подозревала. Я понимаю, что ему этого мало, точнее от меня он так ничего и не получил, а я все не могу решиться. Вроде знаем все до последней родинки на теле друг у друга, но дальше зайти не могу, да и Амир, кажется, не торопится.
Выходные проходят в счастливом блаженстве. Амир всегда рядом. Мы общаемся, играем с Ксюшей. Ира все-таки осталась в доме – у них с Расулом что-то вроде холодной войны, поэтому она по возможности пропадает на нашей половине. Я предложила ей перебраться к нам, но, как она выразилась, не хочет нам мешать и не бежит от проблем (имела в виду Расула и его замашки). Наблюдать за ними было… странно и весело.
Почему не может быть так всегда?
Глава 31
Утро понедельника началось с нежных объятий и жарких поцелуев мужа.
– Мне нужно вставать, иначе я опоздаю на работу, – я, конечно, говорю это, но сама уже напоминаю подтаивающее мороженное, еще чуть-чуть и растекусь лужицей. Почему он на меня так действует?
– Давай будем считать, что я тебя на сегодня украл, – шепчет словно змей – искуситель. Знала бы я, что принесет с собой этот день, согласилась бы, но я не знаю, поэтому…
– Нет, нет, нет, – улыбаюсь и отползаю от него, пытаясь скинуть с себя его руки, но кто ж меня отпустить. Бороться с ним то же самое, что сдвинуть скалу.
Но из постели все же, выбираемся только через полчаса. Кормлю Ксюшу и Амира завтраком, и муж увозит меня на работу.
Семен Евгеньевич загружает делами так, что вспоминается окончание стишка о бессмертном пони. Под конец дня вымотана, будто разгружала вагоны, а не перебирала бумажки, а еще встречи, с заискиваниями и неискренним восхищением моей персоной. Даже через десять лет не смогу к этому привыкнуть. Говорят, что научиться можно чему угодно, но для меня, очевидно, я не смогу научиться управлять этой махиной, это просто не мое.
Учить иностранным языкам – это да. Возможно, в будущем открою языковую школу и к нему интернет портал, для занятий онлайн. Но транспортная компания – если к тому времени компания будет еще на плаву, дочь, если захочет, сможет управлять ею, а пока пусть этим займется совет. Все, что я смогу это разрушить дело, на которое столько сил положил и дед и Макс.
От размышлений меня отрывает голос секретаря.
– Вероника Алексеевна, к вам посетитель.
Меня решили сегодня добить. А ведь назначено больше никому не было, точно знаю. На всех таких встречах обычно присутствует Семен Евгеньевич, потому что как насаглашаюсь на что-нибудь и компания развалится раньше, чем ее попытаются отобрать.
– Приглашай. – Отрываюсь от бумаг и жду «гостя».
Дверь открывается и заходит мужчина. Высокий, с мощной фигурой. На лице оскал, вместо улыбки. Ежусь под его взглядом. Проходит, присаживается в одно из гостевых кресел возле стола, его поведения, будто здесь он хозяин положения.
– Добрый день Вероника Алексеевна.
– Добрый день… – даю понять, что хотелось бы услышать его имя.
– Марат, называйте меня просто Марат. – «Добродушно» предлагает. От его манеры разговора липкие щупальца страха ползут по коже. Он явно пришел не по тому делу, по которому приходят все остальные. Не знаю, как я поняла – интуиция, шестое чувство или третий глаз, но это тот, кто хочет забрать компанию.
– Чем могу помочь? – натягиваю улыбку. Мы это предполагали. Все так, как и предупреждали Расул с Амиром. Одному Богу известно, сколько наставления я выслушала от них. И самое главное из них – «Не бойся, мы всегда рядом».
Он меня не убьет. Просто не посмеет. Отсюда ему тогда не выбраться. Ему не это нужно. Моя смерть ему ничего не даст. – Повторяю, как мантру.
– Сочувствую вашей потере. – Ни грамма искренности. Плохой из него актер.
– Благодарю, – отвечаю холодно, – Так чем могу помочь? – хочется сбежать и спрятаться в объятьях Амира. Мне страшно и мне нужен он. Уверена, он уже в пути сюда, в кабинете установлены камеры и он знает, что происходит в режиме реально времени.
– Это я Вам могу помочь юная леди.
– Чем же? – включаю «дурочку». Страшно, нереально страшно. Вроде понимаю, мне ничего не сделают. Охрана уже за дверью и в любой момент ворвется сюда, но страх то чувство, которое не слушает доводов рассудка.
– Ну, ты же не глупая девушка Вероника, – переходит на «ты». – Я пришел за компанией. Хочу избавить тебя от такой тяжкой ноши. И ты отдашь ее девочка. – Вот и пропала даже наигранная доброжелательность.
– А если нет? – Амир был против, но Расул предложил попробовать вытянуть побольше информации. Из меня допросчик никакой, но позадавать вопросы можно попробовать.
– Не боишься? – ухмыляется, а я нервно сглатываю, наверняка выдав себя этим.
– Ну, так вы и не пугаете особо, – мужчина неожиданно громко смеется, я вздрагиваю.
– Глупая, глупая девочка, – цокает языком, – ты ввязалась в то, в чем совсем не понимаешь и доверилась не тем людям.
– Я верю своему мужу. Ему не нужна компания и он это доказал. Вы ничего о нас с ним не знаете, – Говорю в запале – это так прорывается мой страх. Еще тогда поверила в бескорыстие Амира, когда узнала, что он, даже не обсуждая это со мной, подписал бумаги. Он друг брата и помогает его дочери – с самого начала. А сейчас, хоть и не говорит мне этого, но я уверена, что, по меньшей мере, нравлюсь ему и он помогает искренне.
– Да. Он очень мудро поступил, – издевательские нотки в голосе не скрывает. Он будто знает то, чего не знаю я, и от этого становится не по себе. – Так все обыграл. Святой воплоти. А на счет того, что ничего не знаю – неужели не понравилось тебе представление новой родственницы с медицинской картой?
Молчу. Ничего не понимаю. Что за странные намеки? И Лейла связана с ними? Если смогли найти мою старую карту, вполне возможно знают они обо мне не мало.
– Максим был соперником, да таким, что пришлось его убрать, а ты сама все отдашь, даже просить станешь, чтобы все забрали. У тебя же больше никого не осталось. – Продолжает.
Пропускаю мимо ушей слова о брате и намеки на предательство Амира. Сейчас нужно сосредоточиться на другом и не показывать страха, хотя какой тут не показывать, уверена, у меня все на лице написано.
– Чего бы мне это делать?
– Ты вышла замуж. Муж усыновил твою дочь. Ты в безопасности. Вот только ты сама не поняла, в какую ловушку угодила. Я хотя бы говорю честно, что мне нужно, а вот твой новый муж… – качает головой.
– О какой ловушке речь? – почему вечно надо говорить загадками? Неужели нельзя все четко и ясно. И порядком надоедает постоянно слушать о предательстве близкого мне человека. Амир действительно стал для меня таковым. Не собираюсь допускать даже малейшего сомнения в нем.
– Скоро узнаешь. И вот тогда, – он встает, – обращайся. Уверен, дочь ты любишь больше этой компании.
– Вы угрожаете моей дочери? – страх почти полностью поглотил меня.
– Не я. Я предлагаю вам защиту в обмен на компанию. – Говорит серьезно. Тон такой, что хочется верить.
Что за бред Ника? Они хотят отобрать компанию и будут пытаться обмануть.
– Мне не нужна ваша защита, – говорю четко.
– Понадобится, выбора, девочка, у тебя не будет. Либо я, либо твой муж, – изображает руками весы, будто уверен, что я выберу его. Но это же бред. Откуда у него такая уверенность? – А я помогу, когда понадобится. Скоро, очень скоро. До свидания, Вера.
Хлестким ударом звучит это «Вера». Сомнений не остается, он знает обо мне не просто много, он знает все.
Что это вообще было? Я ожидала запугиваний, угроз… но то, что было. Мне померещилось или действительно слышала, как предложили помощь? И от кого? От Амира и его семьи. Что вообще за бред? Намеки сыпались, как из рога изобилия, вот только я ничего так и не поняла. Какая для меня может быть угроза от Амира с Расулом. Мы с ними не так давно знакомы, а брат дружил много лет. Бред. Полнейший.
– Ника. Ника, милая, посмотри на меня. – Знакомый голос настойчиво пытался пробиться в мое сознание, а сильные руки потряхивали за плечи.
Сосредоточила взгляд и увидела перед собой Амира. Он сидел на корточках и обеспокоенно смотрел на меня. Я настолько погрузилась в свои мысли, после ухода этого Марата, что даже не заметила, как приехал муж и пытался дозваться.
– Ника, девочка моя, ты как? – понимаю, что так и не произнесла ни звука. Несколько раз моргаю и кидаюсь в его объятья. Крепкие руки смыкаются на моей спине.
– Бл@дь, не надо было этого всего допускать. Все маленькая, этого больше не повторится, – шепчет и поглаживает меня по волосам, целует в висок.
Все, что могу, это кивать. Не понимаю своего состояния. Меня не запугивали, но ощущение такое, будто под бетонной плитой побывала.
Амир поднимает меня, придерживая за плечи. Рядом с ним спокойно, что я расслабляюсь.
– Все, идем домой.
– Но я еще не закончила, – пытаюсь сопротивляться, но он меня не слушает.
– На сегодня ты закончила, – хватает мою сумку, вещи и ведет на выход. В приемной сталкиваемся с Семеном Евгеньевичем.
– Амир. Что-то случилось? – обеспокоенно спрашивает.
– Да. Они были здесь, я забираю ее. – Без лишних вопросов Семен Евгеньевич понимает, о чем идет речь.
– Тогда жду ее в следующий понедельник.
– Почему в следующий? – Удивляюсь, сегодня понедельник, а меня ждут через неделю.
– Потому что до этого времени ты на выходных, – говорит Амир, пожав Руку председателю совета и подталкивая меня к выходу.
Едем домой, всю дорогу в машине Амир не спускает меня с колен и поглаживает по волосам. Прижавшись к нему, откидываю все мысли на второй план. Подумаю обо всем завтра, а еще лучше, если это завтра не наступит, потому что какой-то странный червячок в груди шевелится и что-то упорно шепчет.
