Текст книги "Клетка для сломленной (СИ)"

Автор книги: Тата Сибирская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 26

– Вы обнаглели, – притворно возмущается Дима, – один женился на Нике, второй решил охомутать Иру. А как же я? А подружек у них, между прочим больше нет.

– С чего вдруг решение оставить у нас Ирину? – интересуюсь у брата.

Он задумчиво смотрит на дверь, в которую минут десять назад ушли девушки. На его лице блуждает предвкушающая улыбка.

Да. А девчонка его зацепила и, кажется у нас с Никой места в первых рядах, чтобы посмотреть на то, что же будет происходить между этими двумя.

– Ну, а что? Она Никина подруга, твоей жене, что б скучно не было.

– Дело в моей жене? Правда? – усмехаюсь. Ответа не последовало. Если у меня было такое же выражение лица, как сейчас у брата, не удивительно, как он понял, что я хочу Нику себе.

– Ладно, друзья мои, полагаю на этой позитивной ноте мне пора сваливать, – Дима поднимается с явным намереньем уйти.

– Не дождешься возвращения девочек, что бы попрощаться? – спрашиваю.

– Не не не, – поднимает руки в верх в жесте «сдаюсь», – если Ира поймет, что я уезжаю без нее, она здесь останется только через труп, и что характерно, через мой труп.

Усмехаюсь, вероятнее всего именно так и будет, а вот брат хмурится:

– Я же сказал ей, что она остается здесь. В чем проблема?

– Ха, ха, ха, – друг заржал, – а она так взяла и послушала тебя. Если ты хотел послушания, то не ту выбрал.

– Строптивая… – блеск азарта в глазах невозможно спутать ни с чем.

Друга провожаем до машины. Он прощается и уезжает.

– Ну что пойдем наших женщин искать? – чувствую, скоро будет у меня повод стебаться над братом, как это делал он.

– Идем, идем.

– Расул, Амир, – к нам подходит начальник охраны.

– Шамиль?

– Лейла в комнате. Сейчас спит. Какие будут распоряжения? Что с ней делать?

– С ней ничего делать не надо, – Расул чешет подбородок, – Предупредить всех, чтобы не выпускали с территории, без моего или Амира разрешения. Сейчас всем отдыхать.

Кивает. Разворачиваемся уходить.

– Амир, – снова зовет меня Шамиль, – ребята еще сегодня пострелять хотели, через сколько можно будет их запустить в тир?

Перевожу на него вопросительный взгляд:

– У вас туда свободный доступ. Почему не запускаешь сейчас?

– Там твоя жена и ее подруга. Подумал, что парням там делать нечего сейчас.

– Правильно сделал. Через час можно будет, – иду в направлении тира. – Решил, что будешь делать с Лейлой? – спрашиваю брата.

– Серьезно наказать сейчас не можем, сам понимаешь, – киваю, – Но вот устроить ей воспитательные мероприятия вполне.

Смотрю на него – жду продолжения.

– Далия давно у родных не была, вот и думаю отправить ее к ним на недельку другую, – говорит будто про между прочим.

Не удержался и удивленно присвистнул.

– Ты кому наказание то придумал? Себе или Лейле? Меня то жена накормит, а вот ты как?

Больше ничего не говорим. А я ускоряю шаг – нужно быстрее оказаться в тире.

Еще помню, в каком состоянии в прошлый раз забрал Нику оттуда. Какая она будет сегодня? Уверен, что стреляет она не для удовольствия, скорее выпускает пар, только тогда это закончилось истерикой.

Захожу внутрь. Ира стоит у самого входа, откинувшись на стену, и смотрит на подругу.

Ника. Обхватив двумя руками пистолет, пробивает четко центр мишени. А ведь это боевой хват. В тирах обычно учат стрелять одной рукой, но в «поле» попасть так в цель сложно неподготовленному человеку, да и подготовленному тоже. Зачем Макс этому учил? Если просто для развлечения, то она бы не приходила сюда, когда у нее мысли в клочья.

– Мы уже попрощались. Я сказала, что вызвоню Диму, но решила еще немного постоять, не хотелось оставлять ее одну, – перебиваемая выстрелами пуль говорит Ира. – Если ты здесь, я тогда пошла.

Расул стоит рядом и тоже смотрит на Нику:

– Не плохо стреляет.

– Она говорит, что так лучше думается, – вздыхает девушка. – А где Дима? – замечает отсутствие друга.

– Домой уехал, поздно уже, – легко отвечает брат.

– В смысле? Без меня? – спрашивает ошарашенно Ира.

– Ну да, – Расул вяло пожал плечами, – я же сказал, что ты остаешься здесь.

– А мне плевать, что ты там сказал. Не уехала с Димой, уеду на такси. – Девушка демонстративно повернулась и, попрощавшись со мной, брата же не удостоила даже взглядом, развернулась и направилась на выход. Расул вышел за ней.

«Удачи брат» – мысленно усмехаюсь, не сводя взгляда с Ники.

Встаю рядом с ней и заряжаю пистолет для себя. Она знает, что я рядом, вижу, как напряглась, стоило только мне приблизиться, но стрелять продолжает.

– Нам надо поговорить, – продолжает решетить мишень.

Будет говорить и стрелять. Боится, что прочитаю по лицу, все, что она не хочет мне показывать сама. Зря надеется, спрятать таким образом эмоции. Она не опытный боец и не сможет контролировать выстрелы.

– Говори, – верчу в руках пистолет, смотрю на мишень.

– Ты говорил, чтобы я подумала об отношениях с тобой. Я подумала. Их не будет.

Выстрелы ровно в «десятку» – все для себя решила, а скорее всего раз двадцать, как мантру повторила и убедила себя сама.

– Почему? – Откладываю пистолет и поворачиваюсь к ней всем корпусом. Вот теперь посмотрим. Если думала, что она сказал, а я развернулся и ушел, то она ошиблась.

– У меня за спиной такой багаж. Узнаешь, тащить не захочешь.

Глубокий вдох перед тем, как снова начать стрелять – тяжело даются эти слова.

– А ты так всю жизнь и собираешься его тащить? – промах. – С тобой рядом дочь, хочешь или не хочешь на нее ты тоже взвалишь эту ношу. Хочешь этого? – Еще промах. – А на будущее, я сам решаю, чего хочу. Я решил и мнение свое не поменяю. – Кладет пистолет на стол и уперлась в него руками, опустив голову.

Черт. Сколько же в ней неуверенности в себе? Почему не видит, что планету эту готов ради нее перевернуть, снести континенты, высушить моря и отстроить этот мир заново – лишь бы встала за мои плечом.

– Если твое прошлое, единственная причина, по которой ты хочешь все разорвать, то ты плохо подумала. Подумай еще, а лучше, выкинь все из головы и просто доверься мне.

Сжимаю кулаки, разворачиваюсь и ухожу.

Глава 27

Ника.

– Ника, давай поговорим? – стоя рядом, убеждает меня Иришка, – Пистолет не даст тебе ответы на вопросы, а разговор может дать.

После того, как мы вышли из гостиной, где оставили парней, поднялись и проверили Ксюшу – она уже спала, а потом сразу направились в тир. Без споров, ненужных вопрос и обид. Таких как Иришка, нужно клонировать, просто потому, что таких людей должно быть больше.

– О чем говорить? Сегодня такой пласт всплыл. Меня будто кислотой облили, когда вспомнила, как это все было.

– А зачем ты вспоминаешь это? Было и было, – перевожу на нее взгляд, подруга тяжело вздыхает, – Хорошо, извини. Я понимаю, что все не так просто, но есть ли смысл постоянно оглядываться назад. Как бы сейчас это банально не звучало, может просто попробовать быть счастливой?

Как я этого хочу, кто бы только знал.

– Хочу, Ир, очень хочу быть счастливой. Вот только с Амиром этого не получится.

– А ты хочешь с ним? – улыбается лукаво. Плутовка, – Я вообще-то в общих чертах говорила.

Закатываю глаза и отворачиваюсь. Что сказать – подловила. Точнее даже не пыталась, сама себя выдала.

– Он тебе все-таки нравится, да? – спрашивает тихо.

– Да, – уже не вижу смысла скрывать. – Не знаю, как такое возможно. Мы знакомы меньше двух месяцев. В этом доме я еще и месяца не прожила. Порой неловко себя чувствую в нем. А он приходит и все как будто встает на свои места.

– Тогда почему не с ним? Если ты уже сейчас счастлива.

– Он начинает узнавать мое прошлое? – подруга фыркает и я знаю почему. Да, не надо оглядываться на прошлое, но оно всегда влияет на настоящее. – Просто дослушай. Сможет ли он жить со мной, зная обо мне все?

– Он адекватно воспринял новости о наркотиках. – Замечает она.

– А все остальное? Он не в курсе всего остального. Где гарантии, что он не вспомнит однажды мое прошлое и не передумает?

– Во-первых, он тебе не неуравновешенный подросток, чтобы на эмоциях поливать грязью, а во-вторых, – она кладет руку мне на плечо, и заглядывает в глаза, – «долго и счастливо» тебе ни один человек на земле не может обещать. А кто обещает – лжет, потому что никогда не знаешь, как повернется жизнь. Но не строить из-за этого отношений глупо.

– Ириш, ты права. – Говорю искренне, потому что действительно права, – но я тебе говорила днем, о привете из прошлого. Даже если начну лечиться, сколько это продлится – полгода, год, два и будет ли он меня столько ждать? И имею ли я право вообще о таком просить?

Ира поджимает губы.

– На это у меня нет ответа, – явно расстроена, – сколько бы лет нам с тобой не было, как были глупыми малолетками, такими и остались.

Смотрим друг на друга и начинаем смеяться. Для того, чтобы понимать мужчин, наверное, нужен опыт? А какой он у нас? Иришке попадаются альфонсы и заядлые гуляки, а я сама от парней, как от чумы бегу.

– Ладно, – бодро хлопает в ладоши подруга, – пойду я, пора домой, уже поздно.

– Идем, провожу, – киваю на выход.

– Не надо. Сейчас наберу Диму и подожду его здесь, потом уйду. А тебе надо подумать, – показывает на пистолет. Все-таки для меня, сложно придумать подругу лучше нее.

Прощаемся с ней, и она отходит к двери, а я снимаю пистолет с предохранителя. Хотя сегодня не получается отбросить мысли на второй план и ничего не чувствовать. Вопреки наставлениям брата, сегодня я расстреливаю свои чувства, а не отбрасываю их.

Это помогает, но ненадолго. Боковым зрением замечаю движение рядом и точно знаю, кто это.

– Нам надо поговорить, – настроилась. К чему тянуть время?

К нему не поворачиваюсь, так легче, когда его глаза не затягивают тебя. Повернусь и точно рассыпится весь мой настрой, как карточный домик.

– Говори, – в руках держит пистолет. Тоже стрелять собрался? Пусть стреляет, лишь бы не смотрел на меня.

– Ты говорил, чтобы я подумала об отношениях с тобой. Я подумала. Их не будет.

Стреляю ровно. Убеждаю себя, что так надо, что всем так будет лучше.

– Почему? – Он откладываю пистолет и поворачивается ко мне. Чувствую на себе его взгляд. Черт.

– У меня за спиной такой багаж. Узнаешь, тащить не захочешь.

Как ему объяснить и донести свою мысль? На самом деле вообще никак не хочется. Хочется на все плюнуть и просто быть рядом.

– А ты так всю жизнь и собираешься его тащить? – Хлоп. Даже не понимаю, что продолжаю стрелять, тумблер уже переключился и эмоции хлынули в полном объеме. – С тобой рядом дочь, хочешь или не хочешь на нее ты тоже взвалишь эту ношу. Хочешь этого? – А вот это удар. Я ведь никогда не думала и не понимала, что это сказывается и на Ксюше, а ведь стоило. Я надеялась, что спрятала это все в себе и не выпускаю.

– А на будущее, я сам решаю, чего хочу. Я решил и мнение свое не поменяю. – Опускаю руки на стол – мне сейчас нужна хоть какая-то опора. Неужели я настолько цепляюсь за прошлое, что порчу настоящее и не только себе?

– Если твое прошлое. Единственная причина, по которой ты хочешь все разорвать, то ты плохо подумала. Подумай еще, а лучше, выкинь все из головы и просто доверься мне.

Разворачивается и уходит, оставив после себя обломки. Это сейчас разбилась та я, которая всегда знала, как будет лучше и, видимо, всегда ошибалась.

На ватных ногах выхожу из тира. Не знаю, сколько простояла там после его ухода, но сейчас точно пора возвращаться. Методы брата больше не действуют. Нужно просто лечь спать. На сегодня лимит эмоций исчерпан.

Поднимаюсь и заглядываю в комнату к дочери. Мой ангелочек, как всегда, мирно спит. Нужно послать к черту прошлое, вот за такой спокойный сон дочери. Самое важное, что должно быть. Прошлое в прошлом. Я в другом городе, с вычищенным, а точнее уничтоженным, прошлом – надо просто жить и наслаждаться. Здесь и сейчас.

Амир. Сейчас даже не знаю, что делать. Он ушел. Разозлился скорее всего – постоянно его отталкиваю. Подумаю об этом завтра, нужно будет, как то объяснить мою невозможность спать с ним и тогда он поймет меня и, конечно, пойти лечится. К чему откладывать в долгий ящик.

В комнате принимаю душ и переодеваюсь в сорочку, но не успеваю дойти до постели, как дверь открывается.

Глава 28

Амир.

Сжимаю кулаки, разворачиваюсь и ухожу. Сейчас ее нужно оставить, чтобы подумала. Если останусь, не выдержу и прижму к себе, но не время, сейчас не время.

Захожу в дом. Проверяю все ли в порядке у Ксюши – девочка спит, иду в свою комнату и как маньяк прислушиваюсь к шорохам за дверью, стараясь не пропустить возвращение Ники.

Через некоторое время слышу легкие шаги, звук открываемой двери, закрываемой и основа открываемой. Видимо ходила к дочери, сейчас пошла к себе.

Переодеваюсь в пижамные штаны и футболку. Откуда они у меня без понятия, да и не пользовался ими ни разу, а теперь придется – напугается, если заявлюсь к ней в одних боксерах.

Подхожу к ее двери, поворачиваю ручку и захожу внутрь. В комнате полумрак – она собралась ложиться спать. Прикроватная лампа освещает ее стройную фигурки.

Ника смотрит на меня удивленно.

– Что ты здесь делаешь?

– Пришел спать, – да, хоть все изначально пошло не так, от плана своего я не отказался.

– В смысле спать? Со мной? – она совсем растерялась.

– Ну, а с кем еще? Ты же моя жена, – усмехаюсь. Но смотрю на ее лицо и понимаю, что она не в состоянии, воспринимать шутки, пусть это и не шутка, – Ника, мы уже неделю спим вместе.

– Что? – она вскрикнула и отступила на шаг назад.

Опять не так все поняла. Бл@дь.

– Ника, успокойся, – не двигаюсь с места, захочу подойти по любому будет истерика, – в прошлые выходные я проходил мимо твоей комнаты и услышал, как ты кричала – у тебя был кошмар, я прижал тебя к себе и ты уснула, – хорошо, что она не помнит о том, что было до этого, – я тоже уснул рядом. У тебя каждую ночь кошмары, поэтому я здесь. Я просто хочу, чтобы ты высыпалась. Будет проще, если я сразу буду здесь.

Неделя. Почти неделю я сплю с ней. Причем реально нах сплю. Кто б мне месяц назад сказал, что в постели рядом с понравившейся мне девушкой, я буду смотреть сны, счел бы его больным на голову – с понравившимися девушками нужно сексом заниматься, а тут… сплю.

Вижу, как она заметно расслабилась. И тоже мысленно выдохнул. Не знаю, чего сейчас хочу больше – рассмеяться, потому что оправдываюсь за то, что помогал справиться с кошмарами, или свернуть шею тому ублюдку, из-за которого она в каждом мужчине видит насильника.

– Мы просто ляжем спать и все.

– Тебе не обязательно это делать. В своей комнате ты не услышишь криков, здесь вроде хорошая звукоизоляция. – Делает слабые попытки отказаться.

– Ник, я могу сейчас уйти. Но когда ты уснешь, я все равно приду, потому что не смогу спать спокойно, пока ты тут кричишь от страха. – И вижу, как последний аргумент пробивает броню ее протестов.

– Ладно, – шепчет тихо. Сегодня она слишком устала, чтобы спорить со мной. Это и был мой план, чтобы расслабилась с друзьями и перестала спорить, правда, в этот план Лейла не входила.

Укладывались несколько минут, хотя надо то, подойти лечь под одеяло и все. Я лег с другой стороны от Ники, она же сначала долго стояла не решаясь, а теперь, когда легла, изображает из себя статую – не шевелится, не дышит, не удивлюсь, если и не моргает.

Рискую, но хрен с ним. Подвигаюсь ближе и обнимаю ее со спины. Она моментально напрягается и дергается.

– Тише, не бойся, мы спим так каждую ночь. – Да уж, аргумент так себе. Так она меня точно за маньяком считать будет – пробираюсь ночью в комнату к спящей девушке. Сплю с ней рядом и сваливаю рано утром. П@здец. – Я не сделаю ничего против твоей воли.

– По моей воле тоже ничего не получится, – говорит еле слышно.

Прижимаю ее к себе крепче.

– Поэтому нам лучше все прекратить. Ты взрослый здоровый мужчина, а я никогда не смогу дать тебе то, чего ты хочешь. – Судорожно сглатывает и замирает в ожидании ответа.

Поворачиваю ее к себе лицом. Ника опускает глаза и смотрит мне в футболку. Есть ли смысл что-то ей говорить? Поверит ли?

Чувствую себя сапером. Боюсь лишний раз движения в ее сторону сделать, что бы она снова не закрылась в своей раковине. И вот сейчас лежим вместе в одной постели, но одно неверное движение и будет взрыв. Никакие слова не помогут.

Аккуратно беру ее руки и опускаю себе на грудь. Она едва отдергивает свои пальчики, но я их прижимаю, она должна привыкнуть ко мне – не только к тому, что я касаюсь ее, но и делать это сама.

– Ты еще не попробовала, а уже сдаешься.

Поглаживаю ее по щеке. Очерчиваю скулы, подбородок, губы – она слегка их приоткрывает, ее дыхание сбивается.

Тело прошибает разрядами возбуждения. Как под гипнозом, не сводя с нее глаз, касаюсь ее лица и не могу остановиться. Провожу по светлой коже шеи к плечам, по рукам и к пальчикам, целую каждый по очереди и прикусываю мизинец, чувствую, как Ника слегка вздрагивает. Слегка дрожащей рукой прикасается к моим губам, а я стискиваю зубы, чтобы не наброситься на нее.

Она просто коснулась меня, а крыша уже отъехала. Член в штанах изнывает и просится вырваться. Кажется, когда очередь дойдет до него, над ним засверкает салют и прогремят дифирамбы, а пока причиняет физическую боль.

– Поцелуй меня, пожалуйста, – просит тихо, прикусывая губки.

«К черту все. Хочу эту девочку».

Запускаю руку в ее волосы, наматывая их на кулак, и впиваюсь в сладкие губы. Хочу забрать ее всю себе, выпить всю ее сладость до дна, исследовать каждый сантиметр ее тела, чтобы принадлежала мне полностью.

Придерживая за плечи, опускаю ее на спину, отрываюсь от губ и заглядываю в глаза.

– Ты доверяешь мне? – Голос хрипит, а голова отказывается работать, но мне важно знать. Ее глаза заволокла дымка возбуждения. Она хватает ртом воздух, грудь быстро вздымается под тонкой тканью сорочки. Постепенно туман рассеивается из ее взгляда, но мне не это нужно. Снова долго целую ее губы, пока не вырывается тихий стон. – Ты доверяешь мне? – повторяю. Она смотрит мне в глаза и кивает – дайте мне сил сдержать себя, – Просто останови меня, если испугаешься.

Губы, подбородок, шея. Ее кожа словно бархат, мягкая и нежная. Хочется всю зацеловать, оставить свои следы от макушки до пят, что бы видели – эта девочка моя.

Целую ключицу и спускаюсь вниз к груди, сдвигаю лямку сорочки и освобождаю грудь. Ника пытается закрыться руками, но я их развожу в стороны.

– Не закрывайся от меня, маленькая, – касаюсь груди, приближаясь к искушающе торчащему соску.

Обвожу его языком, и втягиваю в рот сладкую горошину, слегка прикусывая и тут же зализывая. Ника выгибает спину и с ее губ слетает стон удовольствия.

Спускаю лямку с другого плеча и захватываю губами второй сосок, руку опускаю на грудь и слегка сжимаю. Перевожу взгляд на ее лицо – не испугалась, ей хорошо, щеки раскраснелись, а зубки до красноты искусали губы.

Крышу рвет. Тело отказывается слушаться. Член в штанах просто каменный, еще чуть-чуть и кончу, как малолетний пацан. Но собираю остатки самообладания и продолжаю исследовать тело своей девочки. Не важно, что была в прошлом, она моя. Чувствую это и точно знаю, не отпущу. Полюбит меня, научится доверять.

Опускаю руку на бедро и скольжу вверх к краю трусиков, касаюсь и чувствую, как Ника напрягается. Замираю и смотрю ей в лицо. На дне глаз плескается страх. Снова. Бл@дь. Поторопился.

– Остановиться? – перестаю узнавать свой голос, и удивлен, что еще способен адекватно соображать.

Хочется зацеловывать до онемения в губах, затрахать, до громких криков. Чтобы знала, что только моя, только мне принадлежит, чтобы забыла обо всем, что было и больше в жизни мысли не допустила о других мужчинах.

Но все вылетает из головы от ее охрененного сексуально хриплого голоса:

– Нет, пожалуйста, не останавливайся.

– Не бойся родная, – Накрываю ее губы своими и сдвигаю трусики в сторону.

Тело Ники все еще напряжено. Зацеловываю ее губы, пока снова не чувствую, как ее тело расслабляется. Раздвигаю складочки и чувствую дрожь в ее теле. Аккуратно растираю круговыми движениями припухший и истекающий соками клитор.

– Ах… – громкие стоны и судорожные вздохи смешиваются, сводя меня с ума и лишая рассудка.

Ввожу в нее указательный палец, не прекращая поглаживать клитор. Стоны становятся не сдержаннее, отклик тела все ярче. У меня перед глазами от возбуждения расплываются радужные круги. Второй палец входит с трудом. Делаю поступательные движения, сильнее надавливаю на клитор, и тело Ники содрогается от оргазма, плотно обхватывая пальцы.

Не выдерживаю напряжения, сажусь на колени, стягиваю штаны вместе с боксерами, передергиваю и сперма выстреливает в кулак.

Ника резко дергается от меня. Бл@дь.

– Тихо солнце, – свободной рукой натягиваю обратно штаны, – я тебя не трону. Не бойся.

Ника едва слышно выдыхает. Иду в ванну и споласкиваю руку. Напряжение спустил, а вот удовольствие – не получил. Но самое главное, моя девочка. Она кончила, чувствовал ее оргазм, она получила удовольствие и это только начало. Покажу ей все, на что способно ее тело.

Возвращаюсь в комнату. Ника натянула одеяла до подбородка и лежит не шевелится. Засмущалась, смешная. Ложусь и перетягиваю ее к себе на грудь. Она утыкается носом в мою футболку, а я перебираю ее волосы.

– Спи малыш, – целую ее в макушку. Скоро ее дыхание выравнивается и она засыпает.