Текст книги "Не моя классная (СИ)"

Автор книги: Тата Кит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– Это как-то относиться к волейболу или ты мне просто так наваляешь?

– Одно другому не мешает. Вали из моего кабинета. Я переоденусь.

Глава 13. Макс

По долгу службы я должен ровно относиться к любому происшествию. В большинстве случаев так оно и есть – я вырубаю эмоции и занимаюсь делом. Но иногда случается дерьмо, на которое психика не может не реагировать.

Раньше, когда я набирался опыта и жил в другом городе, я мог запереться в квартире и пить всю ночь напролёт, только бы вымыть из башки любое случившееся дерьмо.

Это только в многочисленных сериалах про ментов всё просто: есть тело – к нему шьётся дело. И делается это всё налегке, как если бы убит был манекен.

В жизни…

В жизни всё куда сложнее, дерьмово, многослойно, а в конце лютый отходняк.

Этот момент лучше пережить и выпустить, пока не потекла крыша.

В другом городе я переживал всё в себе, в одиночке. Сейчас, когда я вернулся в родной город, есть возможность прийти к брату, вывалить всю дичь и знать, что он поймёт, разделит и поддержит. Даже если при всём этом мы будем просто молча бухать.

Подъехал к дому Матвея, припарковал машину. С пассажирского сиденья взял сумку с выпивкой и неким подобием закуски.

Поднялся к его квартире. Хотел открыть дверь ключом, что он мне передал, но вспомнил, что теперь он живёт не один. В тридцать три года его угораздило вляпаться по самые яйца и, возможно, сердце, в девятнадцатилетнюю девчонку.

Пришлось звонить в звонок.

Раз, другой.

Когда решил, что дома никого нет, сделал шаг в сторону лестницы. Но дверь квартиры открылась. За порог стоял Матвей. Голый по пояс. А то, что ниже пояса, было обернуто в плед, которой он придерживал одной рукой, на запястье которой болтались наручники.

– У-у-у, – протянул я со смешком. – Смотрю, кого-то арестовали за километры недотраха.

– Это Макс, – крикнул братец вглубь квартиры. – Чё у тебя? – спросил он чуть раздраженно.

Оно и понятно: человека средь темного вечера секса лишают.

– Ничего, – пожал я плечами. – Просто пожрать заехал. Самому лень готовить.

– А в сумке что? – кивнул на спортивную сумку на моем плече.

– Ничё. Шмотки хотел у тебя простирнуть. В новой квартире машинку ещё не установил. Времени нихрена нет.

– Проходи, – Матрасик отошёл в сторону и открыл для меня дверь по шире.

– Ну, что я, не человек, что ли?! – запыхтел я нарочито возмущенно. – Посреди ебли да в грязных ботинках проходить!

– Заебал, – вздохнул Матвей. – Заходишь, нет?

– Да, ладно, – махнул рукой, сделав вид, что всё пустяк. – В следующий раз заеду. Только ты мне эсэмэсни, когда тебя гражданин начальник по УДО выпустит.

В этот момент из-за спины показалась Плюша – девушка моего брата. В шелковом мини-халатике, с растрепанными волосами и очевидно зацелованными до малинового цвета губами.

Выглядит… вау!

Даже завидно брату. Немного.

– Держи, – она протянула мне пластиковый контейнер с чем-то съестным. – Матвею УДО не светит. Только пожизненное.

– Жесть! – выдохнул я. Приоткрыл контейнер и вдохнул обалденный аромат, походу, плова. – Это лучшие передачки с зоны. Ладно, прощены. Кончайте. Не отвлекаю.

Плюша развернулась и ушла в комнаты, многозначительно напоследок погладив Матвея по груди. У него аж сосочки встали.

Да что уж там! Даже я немного напрягся.

Открыл сумку, чтобы вложить в ней контейнер, и вдруг брякнули принесенные мной бутылки.

Матрасик не дурак. Сразу смекнул.

– У тебя всё нормально? – спросил он, хмуро на меня глядя.

– Нормально, – ответил я с лёгкой улыбкой. Старательно и долго удерживал её на губах, пока братец сканировал меня тяжелым взглядом.

– Пиздишь?

– Нормально всё.

– Заходи, – настоял он.

– Нахер надо?! У тебя там зона повышенной сексуальной опасности. Мне нельзя.

– Макс, – включились нотки старшего брата. Почти отеческие.

– Нормально всё. Отъебись. Просто пивка хотел с тобой дёрнуть за ужином. К Сане поеду.

– А если я тебе сейчас руку заломлю?

– Не боишься, что попку без пледика простудишь?

– Плюша прикроет.

– Это будет очень странное мероприятие на лестничной площадке, – протянула Плюша из комнаты.

– Короче, я поехал. Тем более, ещё и закуска теперь есть.

Я повернулся и начал спускать с лестницы.

– Звони, – крикнул мне Матрасик вдогонку.

– Ага, – поднял я руку, не оборачиваясь.

Сумку с бухлом и теперь ещё и с пловом вернул на пассажирское.

Сел за руль и поехал в сторону дома.

Разумеется, к Саньке я не поеду. У него в хате матушка и двое детей.

К своей матушке я тоже не могу поехать и выложить ей всю грязь. Хотя она никогда не бывает против того, чтобы узнать всю свежую криминальную сводку.

Как в старые добрые – еду бухать в квартире один.

Проезжая по одной из центральных улиц города, увидел смутно знакомую фигуру.

Она шла по тротуару мне навстречу.

Подъехав ближе пригляделся и понял, что не показалось – это действительно Ева.

В просто кожаной куртке, джинсах, кроссовках, волосы собраны в пучок.

Мельком глянул на часы – уже поздний вечер. Почти одиннадцать.

Судя по её походке, шла она без цели. Просто шла. А по лицу…

Плакала, что ли?

Я проехал мимо.

Вернуться?

Нахрена?

Не до неё сейчас. И нет настроения отыгрывать вечно хотящего её идиота.

Один хрен на её муженька, Егорку, в их квартире ничего не нашлось.

Гондон умеет хорошо заметать следы. Всегда был паскудой…

Досадно только, что в жёны ему досталась именно та, на которую я запал, увидев лишь со спины.

А она, походу, вообще не в курсе, каким дерьмом её муж занимается. Или умеет хорошо притворяться, что ничего не знает.

Один хрен смысла бегать за ней больше нет. Теперь мы только иногда встречаемся вечерами во время волейбола, где я чисто по инерции заигрываю с ней.

Хотя, стоит признать, не заигрывать с ней невозможно. Есть в ней что-то манящее. Стержень, немного стервозинки, красота в безграничном количестве, длинные ноги, приятный смех, милая улыбка…

– В пизду! – рыкнул себе под нос и развернулся посреди дороги, чтобы вернуться обратно.

Глава 14. Ева

Услышала, как входная дверь квартиры открылась. Опустила взгляд на время в углу ноутбука. Десятый час. Даже не полночь? Что-то новенькое.

Игнорируя приход Егора, продолжали работать. До конца учебного года осталось буквально пару недель, а связи с чем бумажной работы стало в разы больше. Теперь я, как Егор, тоже часто работала до позднего вечера.

Хотя, Егор всё равно возвращался с работы позднее.

– Малышка? – позвал он меня, зайдя на кухню, где я сидела за обеденным столом с ноутбуком, открытыми папками и хаотично разложенными бумагами. Но это только со стороны казалось, что лежат они совершенно хаотично. На самом деле, в них был понятный только мне порядок.

– Я здесь, – бросил едва слышно, не отрываясь от ноута.

Услышала приближающиеся шаги Егора за спиной.

В следующую секунду на моем горле оказалась его ладонь, вынудившая запрокинуть голову.

Я приоткрыла рот, чтобы возмутиться и потребовать не отвлекать меня от работы, но Егор лишь воспользовался предоставившейся ему возможностью и запустил свой язык в мой рот.

Целовал горячо, страстно, почти даже грубо. Одной рукой удерживал за нижнюю челюсть, а вторую запустил под тонкую бельевую маяку и массировал грудь, периодически сжимая и подкручивая сосок.

Раньше я сходила от этого с ума. Его властность и открытое пошлое желание возбуждали и будоражили.

Но последнее время его замашки начали раздражать.

– Егор, – протестующе выдохнула я, с трудом освободив своё лицо от его захвата. Отёрла губы тыльной стороны ладони, чтобы стереть его слюни с привкусом спиртного, табачного дыма, мятной жвачки и кофе.

– Понял, малышка. Сначала в душ, – бросил он.

– Егор, – крикнула ему вдогонку, но он, раздеваясь на ходу и оставляя вещи на полу, уже меня не слышал. Закрылся в ванной, где почти сразу зашумела вода.

Чувствуя, возрастающее раздражение, я вновь принялась за работу. Мысленно ушла в своё дело и не заметила, когда Егор вышел из душа.

Вздрогнула всем телом и неосознанно вскрикнула, когда он появился передо мной голым и просто смахнул со стола ноутбук, мои бумаги, документы и всё-всё, над чем я работала уже несколько дней.

– Егор! – крикнула возмущенно.

Но он будто и не слышал. Подхватил меня на руки, усадил на освобожденным им стол и втиснулся между моими ногами. Голый, мокрый после душа, уже со стояком.

– Не кричи, малышка. Я соскучился, – он попытался меня поцеловать, но я отклонилась и резко толкнула его в мокрые плечи.

– Ты охренел?! – крикнула, не сдержавшись. Спрыгнула со стола и указала рукой на бардак на полу. – Это моя работа! Я работаю! А ты просто пришёл и одним махом уничтожил всю мою работу, потому что секса захотел?

Я подняла с пола ноутбука по треснувшему черному экрану, поняла, что он умер и больше не вернется.

В сердцах тоже швырнула его на пол.

– Новый тебе куплю. Утром доставят, – Егор старался звучать мягче. Подошёл ко мне со спины и приобнял, вероятно, желая успокоить. И предпринять новую попытку присунуть.

– Хватит! – ударила его по рукам, которыми он попытался стянуть с моей задницы пижамные шорты. Отошла от него на несколько шагов и повернулась, чтобы видеть лицо, на котором появились нотки непонимания и злости. – Что с тобой, Егор?! Ты почему ведёшь себя как животное?

– Потому что хочу тебя. Что здесь непонятного? Я соскучился, хочу свою жену. В чём я не прав?

– Во всём, Егор! Во всём ты не прав! – кричала я. – Это моя работа! Понимаешь?! Моя работа! А ты взял и всё заруинил ради того, чтобы меня трахнуть! Давай я приеду к тебе в офис или на какую-нибудь пилораму и разнесу там всё к чертовой бабушке!

– Ев, – выдохнул Егор раздраженно. – Какая, нахрен, это работа? – он небрежно махнул на результаты моих трудов, разбросанных по полу. – Ты, блин, училка ИЗО – самого бесполезного и нахрен никому ненужного предмета.

– Вот как?! – это было больно и обидно.

– Согласен, грубо. Но по сути же? – он говорил это таки тоном, будто мы обсуждаем погоду, а не дело, которым я хочу заниматься ещё много лет.

– А не пошёл бы ты? – выплюнула я и развернулась, чтобы уйти в комнату.

Егор последовал за мной, подхватил меня на руки и, закинув на плечо, понёс в комнату сам.

– Отпусти меня! – кричала и намеренно хлестала его по заднице посильнее. Чтобы она аж красная стала. – Отпусти, сказала!

Он уложил меня на постель и, смеясь, лёг сверху. Начал целовать шею и грудь, пока я отталкивала его и протестовала.

– Не трогай меня! Не хочу!

– Малышка, – выдохнул Егор, когда я выкарабкалась из-под него и встала у постели. Лёг головой на подушки, выставив мне на обозрение всё ещё очень твёрдый стояк. – Что опять тебе не так?

– Ты выходил куда-то или что?! – мои брови взметнулись. – Ты понимаешь, что мне сейчас придётся за ночь всё делать сначала?

– Ну, хочешь, приезжай завтра ко мне в офис. Разнеси там всё. У нас, кстати, давно не было в моём кабинете, – он лукаво улыбнулся, свернув ровным рядом белых зубов.

– Ты можешь думать о чем-нибудь ещё, кроме секса?

– Когда ты такая горячая – не могу. Иди ко мне, моя райская девочка, – он похлопал ладонью по постели рядом с собой.

Я смотрела на всё это и пыталась понять, какого хрена я во всём этом существую добровольно?

– К чему идёт наш брак? – спросила я серьёзно, скрестив руки на груди, чтобы он перестал пялиться на мои сиськи и обратил внимание на лицо. – В чём его смысл?

– Ев, – выдохнул Егор раздраженно. Поморщился и прикрыл глаза. Его стояк начал вянуть. – К чему эти тупые разговоры на ночь глядя? В чем их, блядь, смысл?

– К тому, что я не понимаю, что между нами происходит последние пару лет. А последние полгода я вообще не понимаю, что у нас за отношения? Про годовщину свадьбы ты забыл, день рождения я отмечала без тебя, ты уходишь на работу рано утром, возвращаешься поздно вечером, моешься, мы трахаемся, и ты засыпаешь…

– Ну так порадуйся тому, что трахать я хочу только тебя. И напряжение целого дня хочу сбрасывать именно с тобой, а не с какой-нибудь шлюхой.

– А разговоры? Прогулки? Совместный отдых? Да даже просто совместный ужин хоть пару раз в неделю?! Это нашим отношениям не нужно? Мы теперь только физически друг другу интересны?

– Мне на работе хватает разговоров. Дома я хочу совсем другого. А ты только начала говорить, и уже сделала мне мозги жестче, чем их делают ментовские проверки, прокуратура и рабочие. Поэтому иногда, Ев, нужно просто уметь потрахаться. Молча. Давай, короче, закончим эту хрень. Иди ко мне, – шепнул он с улыбкой, вновь поманив меня к себе.

– Я детей хочу, Егор. От тебя хочу. Двоих маленьких… бизнесменчиков.

Хотела сказать что-нибудь такое же забавное и милое как «копчики», но не смогла придумать в моменте.

– Тебе настолько заняться нечем, Ев? – цинично фыркнул Егор. – Какие, нахрен, дети? У тебя в каждом классе их по тридцать. Играйся, сколько хочешь. А дома я хочу отдыхать и трахать свою жену, когда захочу.

– И долго ты планируешь жить в таком «увлекательном» ритме?

– Всю жизнь. Чем плох такой ритм? Не вижу ни одного минуса. Мы трахаемся, путешествуем, пробуем новое, разное, и при этом можем не думать о коликах, зубиках, чьих-то соплях… – он встал с постели и подошёл ко мне. – Давай вернемся к этому разговору лет через десять. Может, тогда получится с детьми. А пока – иди ко мне.

– Егор! – вскрикнула я, ударив его по рукам, которыми он хотел обнять меня за талию. – По мне не видно, что сейчас я не хочу?

– Не хочешь? – он чуть повёл бровью и улыбнулся. Но улыбка его нисколько не выглядела доброй. Казалось, это оскал волка перед нападением. Он навис надо мной горой мышц, обхватил моё лицо пальцами, сжав щёки и у самого лица тихим опасным шепотом произнес. – Я ведь и силой взять могу. Ты жена моя.

– Попробуй, – произнесла я нисколько не испугавшись.

Посмотрев в мои глаза с усмешкой и, очевидно, прочитав в них, что я всерьёз намерена драться, он лишь тихо хохотнул и выпустил меня.

– Сходи в душ. Остынь, – бросил небрежно и вернулся в постель.

– Пошёл ты, – выплюнула я. Подошла к шкафу и вынули из него джинсы, толстовку и носки.

Быстро оделась, вышла из комнаты.

Взяла на кухне свой телефон. В прихожей надела кроссовки, куртку.

– Завтра вернусь пораньше, – крикнул он лениво из комнаты. – Не страдай хернёй. Иди спать, Ев. Просто спать.

Я не ответила. Закинула телефон в карман куртки, застегнула её и вышла из квартиры, хлопнув дверью.

Шла по вечерним улицам. Слёзы душили, иногда давала им вою, но всё же держала себя в руках.

Хотелось напиться, своровать какую-нибудь скамейку, клумбу или ещё чего-нибудь.

Короче, хотелось со всей злостью сотворить какую-нибудь дичь.

Остановилась у пешеходного перехода, дождалась зеленого сигнала светофора, вышла на первую белую полоску, и прямо передо мной остановился седан.

Боковое стекло поползло вниз, пока я думала, в какую сторону бежать.

– Напиться хочешь? – спросил Рамзин без тени улыбки.

С секунду подумав, я открыла дверь его машины и молча села на пассажирское. В ту же секунду он положил мне на колени спортивную сумку, в которой прозвенели бутылки.

Стекло поползло вверх, а мы поехали по ночному городу в неизвестном для меня направлении.

Глава 15. Ева

Мне бы голову включить, инстинкт самосохранения какой-нибудь или хотя бы спросить, куда меня везёт Рамзин.

Но я продолжаю молча сидеть в его машине и как родную обнимать сумку, наполненную алкоголем.

Максим припарковался на окраине города рядом с многоэтажными новостройками.

По ещё целой детской площадке и яркому фасаду домов было понятно, что дома эти в эксплуатацию сдали совсем недавно.

– Второй подъезд, – произнес Максим, выходя из машины.

Я тоже вышла, повесила на плечо ремешок сумки и немного вздрогнула, когда, подойдя ко мне со спины, Макс забрал у меня сумку и перевесил к себе на плечо.

Спрятав руки в карманы куртки, я молча последовала за Рамзиным.

Так же молча вошла в открытый им подъезд, в лифт, а затем и в его квартиру.

Сняла куртку, кроссовки и пошла несмело изучать квартиру.

Здесь было практически пусто.

Из имеющегося – не застеленная постель, которую было видно в незакрытой спальне. В ней же стояла табуретка, которую было почти не видно из-за горы вещей на ней.

На кухне, совмещенной с гостиной, вдоль одной стены был установлен гарнитур светлого молочного оттенка. Вдоль стены напротив стоял диван, рядом с ним обеденный стол, на котором была пустая кружка, парфюм, сантиметровая лента, электрическая бритва в открытом футляре.

Пока я разглядывала обстановку, Макс на кухне выставил на столешницу гарнитура все бутылки с пивом, контейнеры с чем-то похожим на плов и несколько упаковок снеков к пиву.

– Что у тебя случилось? Рассказывай, – бросил Макс, снимая куртку.

– А у тебя? – вопросом на вопрос.

– Понял. Выясним к последней бутылке, – вздохнул он. Ушёл в прихожую, где оставил куртку. Вернулся в футболке и джинсах. Помыл руки под кухонным краном. Было крайне непривычно видеть его таким серьёзным, без улыбки, загруженным мыслями. Видимо, заметив, что я всё это время стояла и не двигалась, он чуть улыбнулся уголком губ, заглянув мне в глаза. – Не волнуйся, Ев. Я всё ещё адски тебя хочу. Просто не сегодня.

– Тогда ладно, – выдохнула я с облегчением. Максим тихо усмехнулся, улыбнувшись чуть шире, а я вошла в кухонную зону, закатала рукава толстовки и осмотрелась. – Чем помочь? Что сделать?

– Не знаю, – пожал Макс плечами. – У меня нихрена толком и нет. В холодосе, может, колбаса с сыром найдутся.

– Не надо. И этого хватит, – я взяла пару бутылок пива и снеки. Унесла их и оставила на обеденном столе.

Максим тоже принес ещё пару бутылок пива.

– Сейчас открывашку какую-нибудь найду, – сказал он.

Пока он рылся по шкафчикам гарнитура, я открыла пиво проверенным улицей методом.

– Вы меня удивляете, Ева Александровна, – хмыкнул Максим. Принес нам контейнер с едой и две вилки. Всё положил на стол.

– Два брата. Старший и младший, – пояснила я, протягивая ему одну из бутылок. – Я бы и глазом открыла, но наращённые ресницы жалко.

– Поражен, – выдохнул он, искренно восхищаясь. Протянул мне горлышко бутылки, чтобы чокнуться и коротко, но ёмко произнёс. – За всю хуйню. Чтобы её больше не было.

– Согласна, – мы ударились горлышками и немного отпили пива.

Горько, непривычно.

Давно я не пила пиво. Вино как-то ближе.

– На что смотришь? – спросил Максим.

– Странный набор, – я кивнула на стол, где находились кружка, парфюм, сантиметровая лента и электрическая бритва.

– Что такого? Типичная мужская бьюти-рутина с утра. Побрился, надушился, письку померил и на работу.

– А кружка?

– Не было времени мыться целиком. И стакана не нашлось.

– Господи! – выдохнула я тихо, прикрыв глаза.

– Присядем? – Максим кивнул на диван.

– Давай, – пока я обходила стол и садилась на диван, Максим сходил в спальню и принёс табуретку, на которую сел так, чтобы оказаться напротив меня.

Оно и к лучшему. Так между нами хотя бы есть стол.

Хоть что-то совершенно безрассудное внутри меня и считает, что Рамзину можно доверять и не опасаться его, некая часть меня, обладающая мышлением, всё равно настаивает на том, что нужно оставаться начеку.

Мы потягивали пиво.

Я разглядывала обстановку вокруг, а Рамзин – меня. Делала вид, что не замечаю его прямого взгляда, пока он не уставился на браслет на моём запястье. Тот самый, который мне на день рождения подарил Егор.

Отчего-то стало неловко, и я убрала руку со сверкающей полоской камней под стол.

– И часто ты так один напиваешься? – молчание всё же начало угнетать.

– А ты часто почти ночью ходишь в слезах по городу?

– Поедим? – стрельнула взглядом на закрытый контейнер.

– С удовольствием, – Максим открыл контейнер, из которого сразу разлетелись умопомрачительные запахи приправ и специй. – Ммм! – с наслаждением протянул Рамзин, зажмурившись как довольный котик. – Плюша богиня!

– Плюша? – я нахмурилась.

Что это за баба готовит ему еду, когда он, вроде как, настойчиво хочет меня?

– Не ревнуй, солнышко, – похоже, он считал мои эмоции. – Плюша – девушка моего брата. И возможно, именно в этот момент она его жёстко страпонит. Аж завидно… – вздохнул он громко и мечтательно.

– Странные у тебя наклонности, – поморщилась я и взяла вилку.

Первым плов попробовал Макс, щедро закинув в рот внушительную порцию.

– Вкусно, как целоваться. Будешь?

– Конечно.

– Наконец-то, – он выпятил губы и шутливо потянулся ко мне через стол.

– Дурак, – мягко пихнула его в лицо. Мы посмеялись и начали есть плов из стоящего между нами контейнера. – Реально очень вкусно!

– Угу. Вечно я опаздываю – всех классных девчонок разбирают какие-то мудаки.

– Мудаки? Ты про своего брата так?

– И про него тоже. Чисто из-за Плюши. Почему он, а не я? – возмущенно махнул рукой. По легкой улыбке было понятно, что это всё шутки и, на самом деле, он рад за брата, хоть и завидует по-доброму.

– Давно сюда переехал? – я обвела взглядом кухню-гостиную. – Судя по вещам, совсем недавно.

– После Нового года. После ранения решил вернуться в родной город.

– После ранения? Тебя ранили? Где? Покажешь?

– А ты думаешь, нахрена мне столько татуировок? Частично прячу шрамы. Но вот свежие. Специально для тебя покажу, – он стянул через голову футболку, отбросил её на спинку дивана позади меня и раскрыл широкие плечи, будто красуясь.

– Ты просто себя решил показать? Шрамы будут?

– А, ой, – хохотнул он. – Просто захотел сделать приятное нам двоим.

– Спасибо, что не своими руками, – рассмеялась я.

– Мы ещё столько не выпили, – Макс поддержал моё веселье. Показал правый бицепс, на котором виднелся относительно свежий шрам, срезавший часть татуировки. И левый бок, на котором имелось схожее ранение.

– В тебя стреляли? – спросила я. Подушечки пальцев щипало от желания коснуться его ран, но вместо этого я крепко держала в руках стеклянную бутылку с пивом.

– Было дело, – буднично ответил он и продолжил есть.

Я разглядывала его татуировки. Смысла или общего сюжета в них не было. Просто отдельно взятые картинки, животные, предметы, завитки, цветы…

– Какая из них первая?

– Бабочка на пояснице, – тут же ответил Макс, пока я отпивала пиво, которое тут же вылетело из меня со смехом. – Чё ты ржёшь? Я серьёзно.

– Да врёшь, – тыльной стороной ладони, смеясь, обтёрла подбородок.

– Матушкой клянусь. Смотри, – он встал с табуретки, повернулся ко мне спиной и слегка приспустил джинсы, показав мне почти у самой «копилки» милую бледно-розовую бабочку как у девчонок из нулевых.

Я просто начала смеяться в голос. Завалилась на диван и буквально не могла успокоиться.

– Ты же это на спор сделал?

– Если бы, – усмехнулся Макс, возвращаясь за стол. – В шестнадцать лет хотел доказать матушке, что серьёзно настроен стать сантехником.

– А бабочка здесь при чем? – с трудом села, утирая выступившие от смеха слёзы.

– Ну как при чем? – Макс кокетливо пожал плечам, улыбнувшись уголком губ. – Чтобы «копилка» симпотно выглядела, пока я с чьим-нибудь краном ковыряюсь. Эстетично и глазу заказчика приятно.

– По-моему, тебе просто хотелось позлить маму.

– Не без этого. А ты? – Макс взял своё пиво и кивнул в сторону моей левой груди, где застыла моя колибри, которую сейчас не было видно под толстовкой. – Когда сделала свою первую татуировку?

– Колибри у меня не первая, – ответила я, тоже взяв своё пиво. – И даже не единственная.

В глазах Макса в ту же секунду вспыхнуло любопытство и азарт.

– Что ж ты со мной делаешь, чертовка?! – прорычал он с широкой улыбкой. – Я же теперь просто обязан буду увидеть каждую.

– Так выпьем же за то, чтобы этого никогда не случилось, – ехидно ухмыльнулась я, наклонив в его сторону горлышко бутылки.

– Ты же понимаешь, что это неизбежно? – хмыкнул он, чокнувшись со мной.

– Тебе кажется. Всего этого можно с лёгкостью избежать.

– Сомневаюсь, что теперь это возможно, – его слова прозвучали неожиданно уверенно и даже интимно. Он смотрел мне в глаза, чуть прищурившись и вдруг отвел взгляд в сторону. – Может, тебе сыр нарезать? С ним пиво мягче идёт.

– Нет, спасибо. Лучше, расскажи мне что-нибудь о себе. Обо мне ты наверняка уже накопал информации. Но а я о тебе почти ничего не знаю.

– Начнём с того, что я охуительный…