Текст книги "Моя. Твой. Наши (СИ)"

Автор книги: Тата Кит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Глава 20. Никита

Глава 20. Никита

Проснулся, как от резкого толчка в плечо. Странные ощущения. Я выспался? И проснулся сам, а не от плача пухлощекого будильника?

Похоже на фантастику.

Сев в постели, потёр лицо ладонями, прогоняя оставшийся морок после недавней отключки. Не обнаружил в комнате Леру и мысленно дал себе пинка под зад за то, что вчера вырубился и даже не догадался её проводить до дома. Наверняка, она ушла за полночь.

Первым пунктом на утро поставил себе позвонить ей и узнать, как она. Заодно не мешало бы извиниться и сделать кое-что ещё, что я вынужденно откладывал.

Заглянул в кроватку сына, и сердце упало в пятки. Кроватка пуста. Первая рациональная мысль – его взял Данька. Но она тут же ушла, потому что тихо, не разбудив меня, Данька не смог бы взять Стасика, ибо брат передвигается в пространстве, как слон в посудной лавке. Да даже если бы у него получилось тихо и незаметно взять Стасика, он бы всё равно уже раз двести разбудил бы меня, чтобы задать кучу вопросов о том, что Стасику есть, что пить, как и когда менять подгузник.

Я резко встал на ноги, пробежался глазами по комнате и, на всякий случай, посмотрел под подушками и одеялом, прикинув, что мог взять малого к себе в кровать. Ничего. Пустота.

Быстрыми шагами вышел из комнаты и застопорился в прихожей, услышав тихий женский смех.

– Какого…?! – выронил я тихо и теперь уже медленно подкрадывался к кухне, где слышались тихие голоса, будто сладкая парочка шепталась.

Вышел из-за угла и первое, что я увидел – чуть взлохмаченная Лера, накрывая губы ладонью, смеялась и шутливо шлепнула моего брата по плечу.

Какого хрена он в одних трусах?!

Стасик сидел на своём стуле и самозабвенно размазывал какую-то кашу по лицу, пока эти двое мило ворковали.

– Доброе утро, – произнес я немного хриплым после сна голосом.

«Сладкая парочка» сразу подобралась, но улыбочки никуда не спрятала. Зато, наконец-то, обратили на меня внимание.

– Доброе утро, Никита. Мы тебя разбудили? – заботливо спросила Лера и отпила немного кофе из кружки, которую только с моим появлением взяла в руки.

– Говорил же, Лер, что ты громко ржёшь, – ехидно подметил брат, которого я специально оттеснила подальше от Леры, буквально втиснувшись между ними.

– Оденься, – брякнул я ему первое, что пришло на ум и что меня бесило.

Даже я, блин, в штанах хоть и без футболки!

– Не ревнуй, – хохотнул Даня. – Я только твоя.

И, смеясь, ушёл в свою комнату.

Наливая себе тоже кофе, я глянул на часы на микроволновке и обомлел, увидев, что всего шесть утра.

Если Лера с Даней не спали всю ночь… Я убью обоих.

– Стасик недавно проснулся. В хорошем настроении, кстати, – начала говорить Лера, пока я пытался унять абсолютно нерациональную злость на брата. – Я приготовила ему кашу на воде. Дала все лекарства. Температуры нет. Ты-то хоть смог выспаться?

Я ей по гроб жизни обязан. Если я её сейчас обниму – это перебор?

– Спасибо тебе, Лера, за всё, – выдохнул я благодарно и, наконец, посмотрел на девушку по-доброму, а не как конченный ревнивец. – Я выспался. Первый раз за долгое время. Спасибо тебе за это. И прости меня за это, – хохотнул я, понимая, что простуда моего сына не должна быть её заботой. – Я должен был заниматься Стасиком, но что-то пошло не так.

– Ничего, – отмахнулась Лера с улыбкой. – Честно сказать, я тоже уснула вчера вечером. В когда меня разбудил Стасик, было уже два часа ночи. Ты спал, Даня тоже, я не стала вас будить. А одной идти страшно. Так что осталась у вас. Ничего?

– Конечно! Можешь, вообще, переехать…. В смысле, приходить в любое время дня и ночи и оставаться, когда и сколько захочешь. Я… мы! Мы тебе только рады.

– Я поняла, – Лера хохотнула и спрятала улыбку за кружкой, пока я мысленно отвешивал себе подзатыльников за то, что с утра пораньше не фильтрую то, что говорю.

Фрейд на мне бы озолотился.

Ай, ладно! Была не была!

Я хотел это предложить ещё в тот раз, когда мы приходили к Лере домой, но из-за появления бывшего она была слишком в себе и за вечер не сказала почти ни слова. Я не стал навязываться и наводить смуту. Но сейчас, когда она в хорошем настроении, я буду полным идиотом, если опять не предложу.

– Сходим на свидание? – выпалил его, из-за чего сердце бухнулось о рёбра и замерло, ожидая вердикта. – Сегодня вечером, – добавил я в качестве уточнения.

– Эм… – Лера явно растерялась. Широко распахнула серые глаза и прямо посмотрела в мои. – Ну… Сходим.

– Вдвоём? Ты и я?

– Я тысячу лет не была на свиданиях, но, говорят, туда лучше ходить вдвоём, – Лера явно сдерживала улыбку, поджав губы.

– Я понял. Я – осёл, – испытывая лютую неловкость, я взлохматил волосы на затылке и понял, что ещё немного и я начну краснеть, как красна девица. – Тогда сегодня в восемь?

Лера отвела взгляд в сторону. Несколько секунд молча смотрела на Стасика, потом снова перевела взгляд на меня, опять на Стасика и снова на меня, а затем решительно кивнула:

– В восемь.

Глава 21. Лера

Глава 21. Лера

Конечно, из-за простуды Стасика свидание пришлось отложить почти на неделю. Понятно, что тогда на кухне у Никиты был порыв и им был пойман удачный момент, но здоровье ребенка, всё же, важнее свиданий, которых у нас может быть сколько угодно, если мы с Никитой оба того захотим.

И сегодня, когда Стасик уже два дня чувствует себя отлично и хорошо спит ночами, не беспокоясь даже по поводу зубов, настал день, когда свидание должно состояться.

И это ужасно.

У меня с утра крутит живот, потеют ладони, а от одной мысли, что свидание состоится в ресторане, где я ни разу в жизни не была, меня бросает в холодный пот и живот начинает крутить ещё сильнее.

– Почему нельзя просто сходить в кино или кафе? – ворчала я у зеркала, примеряя очередное платье, которое, конечно же, не подходило к вечеру.

– Потому что ты выглядишь как девушка, которую хочется пригласить в ресторан, а не в кафеху за пироженкой, – хмыкнула Алёнка, распластавшаяся на моей постели вместе с Алисой, которая перебирала шкатулку с бижутерией с таким лицом, будто ей попался сундук с сокровищами.

– Я бы и от пироженки не отказалась. И, вообще, это неразумно – ужинать в ресторане, где порция размером с мышиный чих стоит как крыло самолёта.

– Ну, если Никитос позвал тебя в рестик, значит, он может себе позволить мышиный чих по цене крыла самолёта. А учитывая, что он тоже, наверняка, захочет что-нибудь поесть, то два чиха он себе точно может позволить.

– Я никуда не иду. Мне нечего надеть, – заключила я. Резко отошла от зеркала и села на край кровати, будто обиделась на своё отражение. Ни одно платье не подходило к сегодняшнему вечеру, ни одно мне не нравилось. Даже самое любимое – приталенное зеленое – бесило и раздражало своим, внезапно открывшимся мне, несовершенством.

– Истеричка, – хохотнула Алёнка и лениво сползла с кровати. Подошла к моему шкафу, покопошилась в вешалках, промурчала под нос какую-то мелодию и вынула откуда-то из самых задов бордовое платье. – То, что нужно.

– Мы его покупали, когда были не в себе…

– Когда ты слезла с ГВ.

– И в таком спят в каком-нибудь публичном доме, а не в рестораны ходят, – я хмуро посмотрела на минималистичное платье.

– Если у платья открытые плечи, то оно не считается ночнухой. Надевай, – Алёнка буквально кинула в меня платье. – Подкрасишь губки бордовой помадой, и Никитос поплывёт сиропчиком.

Я помяла в руках модный когда-то бархат, посмотрела на часы и обреченно вздохнула, поняв, что времени на то, чтобы найти что-то ещё, у меня нет.

– Ладно, – вздохнула я обреченно. Встала с постели и пошла в сторону ванной комнаты. – Пойдём, застегнешь.

– А расстегивать, надеюсь, будет уже кое-кто другой, – произнесла Алёнка певуче и, пританцовывая пошла за мной.

– Ещё чего?! – фыркнула я. – Это первое свидание, вообще-то. Я, может, и буду выглядеть в этом платье как самая доступная девушка в ресторане, но это не значит, что я на первом же свидании…

– Ой, да замолчи ты уже, истеричка! – перебила меня Алёнка и практически втолкнула в туалет. – Ты, всего лишь, идёшь на свидание, а паникуешь так, будто на пытку средневековую. Соберись, успокойся, и не вздумай что-нибудь сморозить в ресторане. Пацаны через полчаса уже приедут, а у тебя кроме прически ничего нет. Давай! В темпе!

Не сразу, но я взяла себя в руки. Надела платье, закончила макияж, сто тысяч раз поправила каждый волосок в укладке, надела пальто, туфли и застыла столбом, когда в дверь позвонили.

К счастью, хоть Алёнка не потеряла способность двигаться и соображать, поэтому она открыла дверь и запустила парней в квартиру. Первым, конечно же, в прихожую влетел Даня со Стасиком на руках. Наверное, нашему с Никитой свиданию больше всего был рад именно Даня, потому что первым же его условием было, что со Стасиком он останется только при условии, что Алёна и Алиса тоже будут с ним. В итоге, мы с Никитой решили собрать всех в моей квартире.

Все дети вместе – душа на месте. Вроде так…

Даня сразу навёл суету, к нему присоединилась Алиса, а там и Алёнка. Про нас с Никитой все забыли, а мы, похоже, и сами тоже забыли обо всех, разглядывая друг друга.

Никита стоял передо мной в брючном костюме начищенных туфлях и пальто. От него пахло парфюмом, аромат которого раньше я улавливала лишь робкими нотками, но сегодня его концентрация была повышена в разы, и мне нравился этот запах. Настоящий, мужской, чистый.

– Идём? – спросил Никита и подал мне руку, в которую я тут же вложила свою кисть.

– Идём, – улыбнулась я робко и последовала за мужчиной к лифту.

Никита впустил меня в кабину, зашёл следом и нажал кнопку первого этажа.

От смущения и трепета я кусала внутреннюю сторону щёк и сжимала в руках маленькую сумочку, желая отвлечься и, всё же, покраснела до кончиков ушей, когда Никита произнес комплимент, заглянув мне в глаза:

– Ты очень красивая, Лера.

– Спасибо. Ты тоже. Красивый.

«Это ты ещё платье не видел. Потом по-другому запоёшь», – подумала я.

– Спасибо, – ответил Никита с улыбкой в голосе.

– Надеюсь, с детьми ничего не случится, – вздохнула я.

– С ними Алиса. Ей можно доверять, – вполне уверенно произнес Никита. – Даже если они разнесут твою квартиру в щепки, то посуда точно будет помыта. Алиса за этим проследит.

– Точно, – хохотнула я, немного отпустив ситуацию.

Глава 22. Никита

Глава 22. Никита

До ресторана мы доехали практически в полной тишине. Лера явно нервничала, сжимая пальцами маленькую сумочку. А если наши взгляды иногда случайно пересекались, она опускала взгляд и заливалась румянцем.

Можно ли быть милее, чем Лера в моменты смущения? Едва ли.

– Я открою, – бросил я тихо, останавливая Леру, которая потянулась к ручке двери, когда мы припарковались у ресторана.

Выйдя из машины, я обошёл её и открыл дверцу со стороны девушки, выпуская ту в прохладный октябрь из теплого салона авто.

Лера поежилась от порыва холодного ветра, отчего я, скорее, неосознанно, прикрыл её собой. Кончики пальцев кололо от желания коснуться её талии и слегка приобнять, но мы ещё не настолько близки, чтобы я давал волю своим желаниям. В конце концов, Леру может спугнуть мой натиск.

В больших серых глазах Леры читалось волнение. На её робкую улыбку я отвечал своей, стараясь дать понять, что всё хорошо, она не налажает. Тут, скорее, я рискую накосячить из-за излишней самоуверенности или…

В горле резко пересохло, а пульс сбился с ритма, когда Лера неуверенно стянула пальто и открыла россыпь солнечных веснушек по светлой коже обнаженных плеч.

– Кхм-кхм, – пришлось откашляться, иначе я рисковал произнести последующий комплимент голосом монстра из любого фильма ужасов. – Прекрасное платье, – произнес я, помогая Лере снять пальто, но не смог себя заставить перестать пялиться на её плечи.

– Спасибо, – скромно ответила Лера и поспешила спрятать плечи под завесой рыжих волос.

Нет! Пожалуйста, нет! Я не насмотрелся!

Ладно. Бунтовать сейчас неуместно.

Я проводил Леру до нашего столика, выдвинул для неё стул, помог сесть и сел напротив, снова как маньяк, засмотревшись на её плечи.

К нам подоспел официант, вручил каждому меню, открыв которое, Лера нахмурилась.

Ещё при бронировании столика я попросил принести даме меню без цен. Мне не хотелось, чтобы Лера заморачивалась ценниками и выбирала то, что будет дешевле из скромности и воспитания. Мы пришли сюда, чтобы побыть наедине, расслабиться и узнать друг друга поближе, а не для того, чтобы кто-то из нас высчитывал, во сколько обойдётся этот ужин.

Пока Лера вчитывалась в меня, я заказал вино. Кивнув, официант ушёл, а Лера, заметив, что мы остались одни, прижала меню к груди и практически спрятав плечи, подалась вперед, вынуждая и меня податься к ней.

– Здесь нет цен, Никита, – шепнула она. В серых глазах горела паника. – У тебя тоже?

– Просто закажи всё, что хочешь, Лера.

– Но я даже цен не знаю!

На меня укоризненно смотрели яркие серые глаза. Похоже, моя дама начинала злиться.

Подавляя улыбку, я перекрыл часть лица так, чтобы мы с Лерой будто оказались за ширмой.

– Предлагаю не платить. Поедим и убежим, – шепнул я. – Заказывай.

Серые глаза стали ещё больше. Похоже, шутка не была воспринята как шутка.

Лера откинулась на спинку стула и снова вчиталась в меню, а затем вдруг тихо заговорщицки произнесла:

– Тогда нужно заказать что-то лёгкое, чтобы не догнали. Салатик?

– Отличный план, – хохотнул я.

Глава 23. Лера

Глава 23. Лера

– Ты похожа на напуганного тушканчика. Что-то не так?

Никита с лёгкой улыбкой наблюдал за моими метаниями взглядом по столу и залу.

– Боюсь не той вилкой хлебнуть вино, – я хоть и шутила, но, честно говоря, перед свиданием хорошенько прогуглила что и какой вилкой нужно есть. Ошибиться не должна, но ощущение того, что я не в своей тарелке не покидало меня с первой секунды, как я вошла в ресторан. – Здесь все такие красивые, культурные, возвышенные, а я… – я воровато осмотрелась и шепотом добавила. – А я хочу горячую сосиску в тесте и в парк на лавку.

– Поддерживаю насчёт сосиски в тесте и парка. И от себя спешу добавить, что ты не менее красивая, культурная и возвышенная. Сам себе завидую.

– Перестань, Никит, – я смущенно опустила взгляд, силясь спрятать хлынувший к щекам румянец. У меня, наверное, даже веснушки покраснели. Ощущение того, что Никита разглядывает весь вечер мои плечи щекотало приятным предчувствием. Наверное, ещё никто и никогда не пялился на меня так культурно, как это делал Никита.

– Бежим? – спросил вдруг он тихо, допив вино в своём бокале.

– Сейчас?! – мои глаза стали ещё больше. Мы поели, поболтали о детях, работе и всяких мелочах. Может, действительно, пора сбежать туда, где будет более удобнее общаться, нежели здесь – вполголоса?

– Угу, – кивнул Никита и, как в фильмах о шпионах, приложил палец к уху, сделав вид, что ведет переговоры по скрытым жучкам. При этом он не смотрел на меня, предпочитая сканировать серьёзным взглядом снующих туда-сюда официантов. – Ты идёшь первая, берешь наши пальто, я следом.

– Поняла. Встретимся на парковке, – ответила я ему в тон, тоже не забыв прижать палец к уху.

– Убедись, что за тобой нет слежки.

– Ты тоже будь осторожен, – бросила я напоследок и видом, будто иду в уборную, свернула к гардеробу.

Конечно, Никита остался, чтобы оплатить счёт, но адреналин, всё равно, подскочил. Даже сердце в груди забилось быстрее, когда я, накинув своё пальто, прихватила пальто Никиты и вышла с ним из ресторана на парковку.

А если он действительно не заплатит? Сердцебиение ускорилось так, что меня аж подташнивать начало. Может, стоит вернуться и оплатить? Надеюсь, у меня хватит денег.

– Без паники, – успокаивала я сама себя, а затем подпрыгнула на месте от страха, когда Никита почти переходя на бег, вышел из ресторана и метнулся ко мне.

– В машину. Быстро! – бежал он.

Хоть мы и убегали «с места преступления», Никита не забыл о манерах и открыл для меня дверь машины. Дождался, когда я сяду, а затем занял место за рулём. Завёл двигатель, понажимал кнопочки, и в салоне авто стало теплее.

– Только не говори, что мы правда сейчас убегаем, не заплатив. Я же просто пошутила.

– Пришлось бежать, – торопливо бросил Никита и вырулил с парковки, вливаясь в городской поток. А я смотрела в зеркало заднего вида, с замиранием сердца ожидая, что за нами может быть погоня. – Иначе ты бы замерзла на улице, – уже с улыбкой ответил Никита и расслабленно отвалился в своём кресле.

– Честно говоря, я даже не заметила, что на улице холодно. А ты точно заплатил?

– Смотри, уже кто-то гирлянды на окна повесил, – Никита показал на пятиэтажку, в одном из окон которой уже во всю горела новогодняя иллюминация. А ведь только начало октября. – Надо свою тоже как-то распутать…

– Никита! – воскликнула я возмущенно и, немного не сдержавшись, ткнула его в плечо.

Никита в ответ лишь рассмеялся и поймал мою ладонь, когда я повторно хотела ему двинуть. Мягко сжав мои пальцы, он их не выпустил и мельком глянул на меня.

– А говорила, что не заметила холода. Пальцы ледяные.

Я опустила взгляд и не знала, что сказать и что сделать, пока Никита подушечкой большого пальцы гладил тыльную сторону моей ладони. При этом сам он смотрел исключительно на дорогу, продолжая управлять машиной.

Выдёргивать руку не хотелось совсем. Мне было тепло и уютно. Я бы и вторую руку ему подставила, учитывая, как тепло той, которую он сейчас гладит. Поэтому я позволила себе просто расслабиться и насладиться моментом нежности. В конце концов, у нас свидание, а за весь вечер мы только первый раз друг к другу прикоснулись.

– Могу и вторую руку согреть, – предложил Никита.

– Нет. Пусть привыкает мёрзнуть. Нас ведь скоро посадят, а, говорят, в тюрьме холодно.

– Горячая сосиска в тесте точно согреет обе твои руки.

– Две сосиски. Мне нужно чем-то занять обе руки, чтобы я снова тебя не поколотила. Ну, скажи, что ты заплатил, Никит!

– Скажу, – кивнул он с хитрой улыбочкой.

– Заплатил?

– Вот отличное кафе. Всегда свежая выпечка…

– Никита, блин!

Глава 24. Лера

Глава 24. Лера

– То есть ты директор по развитию розничной сети магазинов? А что за магазины, ты мне так и не сказал?

– В одном из них мы с тобой познакомились, – Никита скромно улыбнулся уголками губ.

– Вау! Наверное, у тебя бешеная скидка там?

– Наравне со всеми. Я рядовой покупатель.

– Эх, а я-то уж было понадеялась, что обзавелась полезными связями, и смогу теперь покупать Алиске йогурт с большой скидкой.

– Могу поделиться скидочной картой, – усмехнулся Никита.

– У меня целый отдельный кошелек со скидочными картами любых магазинов и даже заправки, хотя у меня даже машины нет. Это я могу с тобой поделиться.

Наконец, я чувствовала себя в своей тарелке в уютном кафе.

Сладкий чай приятно согревал, в воздухе витал запах свежей выпечки, а люди за соседними столиками не стеснялись разговаривать и смеяться между собой. Не жеманничали, не скупились на эмоции. Хотя бы здесь можно было смеяться и не ловить на себе осуждающие взгляды ресторанных эстетов.

Никита тоже чувствовал себя, как в своей тарелке. Снял пальто, пиджак, закатал рукава рубашки и от души наслаждался сосиской в тесте, которую сдабривал соусами по моей рекомендации.

– Гендир называет меня декректор, – сказал Никита усмехнувшись. – Типа, он директор, который в офисе, а я директор, который в декрете. Декректор. Айтишник, короче.

– Забавно, – хохотнула я. – Для меня, как специалиста в ГорОНО никаких прозвищ не придумаешь. Разве что не самых лестных, которые, кстати, душки-учителя придумывают.

– Кстати, да. Когда в школе учился, думал, что учителя душки. А в прошлом году ходил на встречу выпускников – десять лет с выпуска – и оказалось, что я был не готов к тому, что учительница первая моя будет говорить со мной за жизнь за бутылкой коньяка, как с ровесником.

– Твоя жизнь теперь не будет прежней, – рассмеялась я.

– Больше никогда, – с нарочитым страхом в глазах произнес Никита и смачно откусил сосиску.

– Подожди. У тебя здесь… – я взяла салфетку и отерла уголок его губ. – Соус размазался.

– Подожди, у тебя тут тоже… – Никита без салфетки коснулся уголка моих губ и мягко потёр подушечкой большого пальца.

– Что там? – кажется, я начала краснеть. По крайней мере, мне точно стало жарко.

– Сосиска повисла. Заправить?

– Дурак! – рассмеялась я и, шутливо ударив Никиту салфеткой по руке, спрятала раскрасневшееся лицо за этой же салфеткой.

Лыблюсь, как дурочка, и никак не могу это остановить. Даже покусывание губ не спасает. А Никита смотрит на меня и тоже улыбается, пока его глаза блестят искрами веселья.

Мой телефон на столе ожил и привлёк к себе моё внимание.

– Дети спят. Алёнка написала, – произнесла я, прочитав сообщение.

– Оба моих спят?

– Сейчас спрошу, – будто шкодница, я набрала вопрос Алёнке и сразу получила ответ, сквозящий тяжелыми вздохами и закатанными глазами.

«Этот придурок, который Даня, сказал, что без сиси не уснёт».

– Дебил, – качнул Никита головой, прочитав вместе со мной сообщение.

– Кафе закрывается через пятнадцать минут! – крикнул кто-то из-за кассы.

– Ого! Мы здесь уже почти два часа!

Я искренно удивилась и огорчилась тому, что время так быстро пролетело. Я бы ещё столько же просидела в этом кафе, наслаждаясь компанией и едой. Наверное, впервые я ела в кафе не набегу или просто взяв с собой, а вот так размеренно, за разговорами, тщательно пережёвывая.

– Поедем? – Никита вышел из-за стола первым, накинул пальто, пиджак просто взял в руку и помог мне надеть моё пальто.

– Возьмём что-нибудь нашим нянечкам?

– Чисто чтобы самый мелкий из них не болтал хотя бы первые минут пятнадцать после нашего возвращения.

– Да и той, что постарше, похоже, тоже не помешает сдобный кляп.

Мы набрали выпечку и соусов с собой. Никита взял ещё упаковку пирожных для Алисы, вспомнив, что когда-то ей пообещал сладкое.

А дома нас ждали умасленный и бесконечно довольный Даня, который ухмылялся как кот, которому досталась целая банка сметаны. И дёрганная Алёнка, которая явно устала от ухаживаний и комплиментов «кота».

– Она меня поцеловала, – восторженно и очень громко шепнул Даня, указывая на Алёнку.

– Я за подгузником тянулась, придурок, а тут ты со своим ртом.

– Но ты ответила.

– Это рефлекс. Я думала о другом парне, – Алёнка явно лукавила, но давать послабление Дане точно пока не была готова. – Ну, и? Как прошёл вечер? Вы-то поцеловались?

– Это первое свидание, Алён, – я сегодня перестану краснеть или нет? Ну нельзя же такие вопросы задавать, пока я нахожусь рядом с тем, с кем мог бы состояться поцелуй.

– Учись, лошара. Мы и без свидания… – Даня приобнял Алёнку за плечи и получил за это под дых локтем.

– И кто из нас лошара? – хмыкнул Никита и аккуратно занёс на кухню пакеты. Оставил их там на стуле и прокрался в комнату Алисы, где они со Стасиком спали на одной кровати.

Дочка спала у края и обнимала Стасика, заботливо укрыв того своим любимым пледом. Оба они спали крепко и даже никак на нас с Никитой не отреагировали.

Как сказали няньки, сама Алиса настояла на том, чтобы Стасик спал с ней, чтобы ночью ему не было страшно.

– Надо как-то Стасика забрать и одеть. Наверное, не получится, чтобы он не проснулся? – Никита хмурился, явно мысленно прикидывая, как сможет одеть Стасика и довезти до дома, не разбудив.

– Вы ведь купали детей? – спросила я Алёнку.

– Конечно. Всё по ЦУ.

– Может, тогда лучше пусть Стасик поспит у меня? Он ведь только на днях переболел. А сейчас его после купания и на улицу… Холодный воздух… Да и, наверняка, разбудим. Оставайтесь, – поверить не могу, что я это предлагаю.

Но, а с другой стороны, что в этом такого? Мы же уже ночевали все вместе в одном доме у озера. Всё ведь прошло хорошо. Даже отлично.

– У нас нет с собой сменной одежды, да и неудобно как-то. Ты не выспишься, – произнес Никита.

– Я, короче, сгоняю сейчас за нашими шмотками. И подухи с собой могу прихватить. И матрас надувной. Или спальники…

Для Дани всё складывалось лучшим образом.

– А ты, кстати, можешь и дома переночевать, – ехидно ответил ему Никита, явно играя на нервах брата, как на струнах.

– Я не брошу брата и племянника в этом женском логове.

– Да-да, конечно, – усмехнулся Никита и бросил брату ключи от машины. – Езжай домой. Я позвоню тебе из женского логова и скажу, что нужно взять.

– Класс! – обрадовался Даня, пока Алёнка, пряча улыбку, закатывала глаза.