Текст книги "Борьба за независимость (СИ)"

Автор книги: Таня Пепплер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 13

Малику предложение Ксайштара удивило. Она ведь и так была родной для малыша, так что заботиться о нём собиралась в любом случае, наравне с остальными. Никаких обрядов для этого ей не требовалось. Она внимательно посмотрела на улыбающуюся сестру, Императора, оглянулась на своего супруга, который только легонько пожал плечами, предлагая решить самостоятельно. И тут ей в голову пришла интересная мысль.

– А вы знаете, у меня есть идея получше, – усмехнулась она в ответ на удивлённые взгляды, поспешно поднялась из кресла и подошла к двери, чтобы распахнуть её, – только мне кажется, здесь кое-кого не хватает. Таен, я знаю, что вы где-то рядом. Идите сюда вместе с Иридой!

И тут же повернулась, ловя взгляд супруга. Тот кивнул, одобряя её действия, и протянул руку, приглашая подойти ближе к нему, что Малика и сделала – подошла и остановилась рядом.

– Ваши Величества, – Таен появился на зов практически мгновенно и остановился у порога, приветствуя императорскую чету выверенным поклоном. За плечом его молчаливой тенью застыла Ирида, внимательно оглядывая всех присутствующих.

– Тень, ты повторяешься, – Ксайштар покачал головой, ничем больше не выразив своё неодобрение, и протянул с надеждой в голосе, – надеюсь, когда-нибудь настанет момент, и ты прекратишь все эти расшаркивания.

– Может быть, – шатен лукаво улыбнулся в ответ и перевёл взгляд на Малику, – вы хотели меня видеть, Ваше Высочество?

– Я тут подумала, Ваше Императорское Величество, – не отходя от супруга принялась озвучивать пришедшую ей мысль принцесса, – семья одного вашего друга уже связана с вами обрядом. А сейчас, как мне, точнее – нам с супругом, кажется, появилась прекрасная возможность провести такой же обряд и для второго друга.

Таен нахмурился, будто его мозг, опережая происходящее, уже просчитывал последствия подобного предложения. Рядом с ним тихо охнула Ирида, сообразившая, о каком именно обряде идёт речь. А Ксайштар с Лиалин переглянулись, будто безмолвно о чём-то разговаривали. Потом Лиа прикрыла глаза, словно соглашаясь с супругом, а Ксай повернулся к Малике.

– Уверена, что потом не пожалеешь об этом решении? – спросил он, пока остальные, кажется, даже дышать старались через раз, чтобы не мешать моменту, – изменить будет ничего нельзя.

– Я не передумаю, – покачала головой Малика, улыбнулась, чувствуя, как супруг осторожно положил ладони ей на плечи, и добавила, – это хорошая идея, Ксайштар.

– В этом нет никаких сомнений, – Император едва заметно улыбнулся ей в ответ и обратился уже ко второму своему другу, – что скажешь, Таен? Ирида?

Супруги переглянулись, будто безмолвно о чём-то разговаривая. Ирида при этом тревожно хмурилась, а Таен же, наоборот, был совершенно спокоен.

– Мы согласны, – спустя несколько мгновений, отданных на размышления, ответил Таен Ксайштару, – мы благодарны за оказанную нам честь.

– Вот и славно, вот и хорошо, – вмешалась Малика, заметившая, что Император собирается что-то ответить управляющему, – а теперь, раз уж вы достигли соглашения, мы все потихоньку отсюда выйдем и дадим Её Величеству хорошенько отдохнуть. Думаю, она заслужила.

Ксайштар тут же забыл про любые разговоры и, встревоженный, обернулся к супруге. Перед ним открылось совершенно прекрасное зрелище: измученная родами, Лиалин дремала, не обращая внимания на посторонний шум, а рядом, согретый теплом материнского тела, крепко спал их сын.

– Вы идите, – негромко сказал Ксай друзьям, не отрывая взгляда от спящих на постели женщины и младенца, – а я ещё немного посижу здесь.

Никто не стал возражать. Сначала Таен с Иридой, а потом и Тайншар, увлекаемый Маликой, стараясь не издавать лишнего шума, покинули комнату, оставляя счастливого отца наедине с семьёй. Как только дверь за их спинами плотно закрылась, шатен подхватил супругу под руку и, кивнув друзьям на прощание, увлёк её в сторону коридора. Он явно не был готов продолжать разговор, и, судя по отсутствию возражений со стороны Ириды, им действительно нужна была передышка.

Впрочем, никто их и не останавливал. Малика, оживившаяся лишь ненадолго во время разговора с Императором, снова сникла, чувствуя себя невероятно растерянной. А Тайншар скорее был озабочен состоянием собственной супруги, а не поспешным уходом друзей. Он озабоченно взглянул на стоящую рядом принцессу, уверенно перехватывая и слегка сжимая свободной рукой лежащую на его предплечье маленькую ладошку.

– Я провожу тебя до покоев, – когда Малика очнулась от ступора и перевела на него взгляд, едва заметно улыбнулся и потянул её в нужную сторону, не дожидаясь согласия.

Желания возражать у девушки и не возникло. Скорее уж, она была благодарна Тайншару за то, что он не оставил её в одиночестве. Она и не предполагала, что присутствие на родах сестры подействует на неё подобным образом. С одной стороны, мало чего по-настоящему боящаяся, Малика чувствовала себя испуганной – зрелище оказалось для неё немного шокирующим. С другой стороны, она была ошарашена чувствами, которые вызывал новорождённый племянник.

Девушка не понимала, как такое возможно, но одновременно испытывала недоумение от весьма неказистого, на её взгляд, вида младенца и умиление от того, насколько крохотным он казался. Не стоило забывать и про растерянность – как обращаться с подобными крохами, Малика не имела ни малейшего представления, потому и на руки брать отказалась.

Что там ещё было намешано в том ворохе эмоций, что клубились внутри, разбираться не хотелось. А хотелось неспешно в уютной тишине идти по коридору рядом с супругом, чувствуя тепло его тела и обретая потихоньку внутреннее равновесие.

Жаль только, что её покои находились не так уж и далеко, и прогулка до них, какой бы неспешной она ни была, закончилась очень быстро. Как раз хватило перевести дыхание да собраться с мыслями к моменту, когда пара остановилась у нужной двери.

– Вот мы и пришли, – констатировал очевидное Тайншар, сжимая холодные пальцы супруги в ладонях, – сейчас отдохнёшь, и всё будет хорошо.

– Может зайдёшь ненадолго? – осторожно высвободив руки, Малика потянулась к двери, но замерла и обернулась к супругу, – не хочу сейчас оставаться одна.

Сказала и тут же испугалась своих слов. Но, когда мужчина, промолчав, кивнул и двинулся следом за ней, протестовать и кричать, что передумала, не стала. Спокойно впустила его в комнату и закрыла дверь.

Вот тут-то на заторможенный происходящим мозг свалилось понимание, что за окном – ночь, что они остались наедине, что на ней поверх тонкой сорочки надет только легкий небрежно завязанный халат. Если бы мужчина сделал хотя бы шаг в её сторону, Малика бы точно запаниковала. Но Тайншар, вполне разумно предполагая, что запоздалая реакция на его присутствие может быть разной, оставался стоять на одном месте, прямо рядом со входом.

– Думаю, тебе лучше прилечь, – кивнул он в сторону спальни, когда понял, что супруга успокоилась, и тут же отвлёк её вопросом, – могу я воспользоваться твоей ванной?

– Конечно, – даже не задумавшись, разрешила девушка и, когда мужчина исчез в указанном направлении, поспешила скинуть халат и забраться в постель, натягивая тёплое одеяло до самого подбородка.

В ванную, на самом деле, Тайншару совсем не было нужно. А вот исчезнуть на несколько мгновений из поля зрения Малики, предоставив ей необходимые уединение и пространство, – очень даже.

Поэтому он не торопился обратно в комнату. Плеснул в лицо ледяной водой, взглянул на себя в зеркало, замечая расширенные зрачки, пульсирующие тьмой, и, подождав для верности еще пару минут, вернулся в комнату. Там его ждало забавное зрелище: забившаяся под одеяло принцесса смотрела на него широко распахнутыми глазами. Хорошо хоть не вздрагивала от страха, а то ситуация стала бы и вовсе нелепой.

– Я посижу немного в кресле, если не возражаешь, – усмехнулся, отвернувшись от постели, и действительно присел на не самое удобное с его ростом сиденье, с тихим облегченным стоном вытягивая уставшие ноги. Откинулся на высокую спинку и прикрыл глаза, демонстрируя следящей за ним супруге полную расслабленность и безобидность.

Помогло. Некоторое время спустя Малика завозилась, устраиваясь поудобнее, а потом тихонько засопела то ли от недовольства, то ли от нерешительности.

– Тяжёлый день? – всё же спросила ещё через несколько мгновений и снова замерла в ожидании ответа.

– Устал, – выдохнул Тайншар и, не открывая глаз, повернул голову в сторону кровати, – спи. Я уйду, когда ты заснёшь.

Принцесса снова завозилась под одеялом, потом тяжело вздохнула, продолжая на него смотреть: её взгляд он ощущал всей кожей, не иначе, но продолжал сидеть, не двигая даже пальцем. Действительно устал, да и нервировать супругу не хотел.

– На кровати достаточно места, – выдохнула она в следующее мгновение и, когда он всё же взглянул на неё, удивлённый предложением, прямо встретила его взгляд, – места и в самом деле хватит, а отдыхать лёжа гораздо удобнее.

– Уверена? – переспросил Тайншар, отказываясь верить собственным ушам, – я вполне могу и в кресле посидеть. Тут удобно.

– Уверена, – увидев, как скривилось лицо супруга на последних словах, Малика окончательно расслабилась, – ложись. Я не передумаю и не убегу с криками, обещаю.

Мужчина усмехнулся. Кажется, принцесса поняла все его опасения и сочла их забавными. А раз так – волноваться ему было не о чем. На всякий случай продолжая наблюдать за реакцией супруги, готовый в любое время отступить, он поднялся, медленно расстегнул сюртук и бросил его на спинку кресла. Потом скинул обувь, шагнул к кровати и, не снимая рубашки и брюк, устроился поверх одеяла.

Захотелось с облегчением выдохнуть: уставшие мышцы изменение положения в пространстве приветствовали снижением напряжения. Малика уютно свернулась калачиком на своей половине кровати, только тихонько и ровно дышала, совершенно успокоившись.

Через некоторое время дыхание её стало более ровным и глубоким – девушка крепко заснула. Тайншар полежал ещё немного не двигаясь, а потом повернулся лицом к спящей. Во сне она выглядела совершенно умиротворенной, разгладилась эта её вечная морщинка между бровей. Малика подложила ладошку под щёку, непослушная прядка волос упала на лоб и, скорее всего, щекотала ей кончик носа. Мужчина хотел смахнуть волосы, но побоялся неловким движением разбудить девушку. Так, любуясь спящей рядом с ним красавицей, он не заметил, как сам провалился в крепкий спокойный сон.

Утро встретило Тайншара непривычными ощущениями. К нему прижималось чьё-то тёплое тело, а куда-то в плечо уткнулся холодный нос. Открыв глаза, Советник даже не сразу сообразил, где находится – обстановка комнаты ясно давала понять, что он ночевал не у себя.

К счастью, память к нему возвратилась до того, как Малика зашевелилась, просыпаясь. Он даже успел немного отодвинуться, создавая между ними небольшое пространство, когда супруга открыла глаза.

– С добрым утром, – улыбнулся ей мужчина, когда она выпуталась, наконец, из одеяла и осознала, что в комнате находится не в одиночестве.

– А ты… как тут? – дар речи от растерянности Малика почти утратила, запинаясь чуть не на каждом слове, но понять смысл заданного вопроса Тайншару это не помешало.

– Не поверишь – заснул, – пожал он плечами, усаживаясь на кровати так, чтобы видеть супругу, – как рядом лёг, ещё помню, а потом – только как глаза открываю утром.

Малика тоже села, подтянув колени к груди. Она внимательно разглядывала мужчину и видела, несмотря на то, что одежда, в которой он спал, оказалась измятой, в целом он выглядел гораздо свежее, чем накануне.

– Выспался хотя бы? – улыбнулась и она, наконец чувствуя себя на удивление умиротворённой.

– Давно так хорошо не спал, даже снилось что-то хорошее, – признался мужчина, потягиваясь, как довольный сытый кот, – ну, не буду мешать. Пойду к себе.

Он поднялся с постели, обулся и, подхватив сброшенный ночью сюртук, вышел. Малика проводила его задумчивым взглядом, обдумывая интересную мысль: раз уж, когда они спят рядом, им снятся хорошие сны, стоит подобный опыт повторить.

Но повторить совместный сон оказалось не так-то просто. Сначала самой Малике как-то неловко оказалось заговаривать о подобном. Потом их увлекла подготовка к обряду магического родительства для Таена и Ириды, так что они с Тайншаром бегали с утра до вечера по дворцу. А если и добирались до постели, падали туда без сил и не помнили, как засыпали и что им снилось.

Сам обряд проводился через неделю после рождения племянника. К этому моменту и ребёнок и его мама уже достаточно окрепли, чтобы с относительным комфортом выстоять всю церемонию.

В просторном зале – Малика не могла вспомнить, не здесь ли, случайно, проходила её свадьба, – собрались все заинтересованные, коих было не так уж и много. Императрица с Императором и наследником, Малика с Тайншаром, непривычно серьёзный Таен в сопровождении торжественно-одухотворённой Ириды и, конечно же, жрец, которому и предстояло проводить обряд.

Принцесса с Тайншаром, как и на свадебной церемонии Лии и Ксая, были свидетелями. Поэтому просто наблюдали, как две пары встают перед жрецом друг против друга. Император держал на руках наследника, пока тот, не обращая ни на что внимания, крепко спал.

Дождавшись от правителя лёгкого кивка, жрец, облачённый в длинный тёмный балахон, приступил к выполнению своих обязанностей:

– К четырём Богам взываю, – начал он негромко, но звук его голоса всё равно разносился по всему залу, – да будут они свидетелями ваших клятв. Перед лицом Бога Смерти, что сопровождает каждый наш выбор, и Богини Жизни, что осеняет каждый наш день теплом и светом, передаёте ли Вы, Ксайштар и Лиалин, право заботиться об этом младенце, кровь от крови вашей, Таену и Ириде?

– Если будет на то воля Высших, – хором откликнулись Лиалин и Ксайштар и снова замерли, ожидая продолжения обряда.

– Готовы ли вы, Таен и Ирида, принять на себя заботу об этом младенце, кровь от крови Ксайштара и Лиалин? – задал жрец положенный вопрос второй паре.

– Если будет на то воля Высших, – так же дружно отозвались и эти двое, а потом покорно подставили свои ладони, которые жрец уколол извлечённым откуда-то из складок одежды кинжалом. Проворно смешав их кровь, он пальцем начертил на лбу младенца какой-то символ. Что удивительно, тот от чужого прикосновения так и не проснулся, даже не забеспокоился, продолжая тихонечко сопеть во сне.

– Пусть Бог Мудрости направляет ваши поступки, во благо этого чада, а Богиня Любви покажет путь вашему сердцу. Да будет так, – закончил свою часть обряда служитель богов и кивнул свидетелям, призывая их присоединиться к действу.

– Свидетельствуем, – шагнули ближе Тайншар и Малика, – перед Богами и миром являемся свидетелями ваших клятв.

В этот момент Малике показалось, что запястье обожгло мгновенной вспышкой боли, которая тут же прошла бесследно. Но обряд на этом был завершён, все поспешно разошлись, и спросить об этом странном ощущении она не успела, а после – забыла.

Чуть позже состоялась первая встреча Ариадны с младшим братом, и вышла она достаточно забавной. Когда девочку впустили в комнату, где отдыхала Лиалин с сыном, она осторожно подкралась, а по-другому назвать её походку в этот момент было нельзя, к кровати.

– Это что ли мой братик? – спросила она громким шёпотом внимательно разглядывая снова дремлющего младенца.

– Да, милая, – улыбнулась ей Лиа и протянула руку, приглашая дочку забраться к ним на постель, что та успешно и проделала, смешно при этом пыхтя и отфыркиваясь.

– А почему он такой маленький? – всё так же шёпотом задала она новый вопрос, – как я с ним играть буду?

– Извини, дорогая, но поиграть не получится, – покачала головой Императрица на такую непосредственность дочери, – малыш только недавно родился, он пока ещё даже сидеть не умеет.

– У-у-у, – протянула недовольно девочка, – ладно, я подожду, когда он вырастет. А со мной пока крёстный поиграет. Пойду его поищу!

И, потеряв всякий интерес к брату, маленькая принцесса деловито слезла с кровати и пошла прочь из комнаты, провожаемая изумленным взглядом матери. В дверях она столкнулась с Лайлисом, который тоже спешил познакомиться с новым членом семьи.

– Можно? – заходить он сразу не стал, только заглянул осторожно, убедившись, что сестра не спит и готова принимать визитёров.

– Заходи, Лисёнок, – радостно улыбнулась ему Лиалин, – иди ближе, знакомиться будем.

Мальчик подошёл ближе и присел на край кровати так, чтобы хорошо было видно и сестру и ребёнка, которого она держала. Некоторое время Лис молча разглядывал племянника, а потом вдруг просиял:

– У маленькой Ариадны был такой же смешной нос, я помню!

– Я тоже заметила, – кивнула Лиалин, соглашаясь с братом, – хочешь подержать?

– Хочу, – протянул Лайлис руки и сестра аккуратно передала ему ребёнка, помогая правильно придержать головку. Лис, прижав к себе малыша, снова довольно улыбнулся и зашептал, – здравствуй, малыш, я твой дядя. Расти большим и сильным, а я буду тебя защищать. Тебя и твою сестрёнку.

Лиа наблюдала за действиями брата едва ли не со слезами на глазах, настолько трогательными они ей показались. Лайлис бережно придерживал ребёнка, которому на руках у мальчика было вполне комфортно, поскольку он даже не проснулся.

– Я только не понял, как вы его назвали? – спросил в какой-то момент Лисёнок, передавая племянника на руки сестре.

– С этим у нас возникли небольшие сложности, – Лиалин подавила лёгкий смешок, – до церемонии имя давать было нельзя, поэтому мы с Ксайштаром всё ещё не определились. К тому же, сейчас его очередь придумывать имя, но мне ни один предложенный вариант не понравился.

– Странные вы люди, взрослые, – покачал головой мальчик, – человек неделю без имени живёт, а вы договориться не можете.

– Думаю, мы решим этот вопрос в ближайшее время, – императрица вздохнула, признавая правоту младшенького. Предстоял очередной этап обсуждений с супругом, и она действительно надеялась, что на этот раз они и в самом деле определятся с именем.

– Хорошо, – ответом сестры Лайлис удовлетворился и поднялся с кровати, – я пойду, у меня скоро начнётся урок.

Не дожидаясь ответа, мальчик вышел, оставляя Лиалин в одиночестве, чему она вовсе не расстроилась. Спать хотелось в последнее время постоянно, так что любую возможность отдохнуть она встречала с радостью.

А имя они с супругом чуть позже и в самом деле выбрали. Ксайштар, кажется, готов был зачитать ей целый список имён, но Лиа на этот раз сдалась примерно на десятом. Просто решила, что её устраивает краткая форма, а как будут называть её ребёнка на официальных мероприятиях – не столь важно. Так в их семье появился Райсштар, которого Её Величество планировала называть исключительно Райсом. К счастью, у супруга никаких возражений по этому поводу не возникло.

А пока императорская чета наслаждалась очередным долгожданным родительством, Малика наконец-то оказалась предоставлена самой себе. Все срочные дела как-то сразу закончились, никто не требовал её присутствия, и впервые такая ситуация больше радовала, чем огорчала.

У себя на родине она часто была предоставлена самой себе и много времени проводила в одиночестве. В первый приезд в Империю к общению с кем-то тоже не стремилась: сестра была занята своей жизнью, Тайншар её игнорировал, а из всех знакомых во дворце, кроме них, у Малики оставались только Таен и Ирида. Во время обучения в военной академии близких друзей принцесса тоже не завела, и вечера чаще всего проводила в своей комнате, в тишине и покое. Поэтому сейчас, когда рядом постоянно кто-то находился или стремился поговорить, ей очень часто хотелось побыть наедине с собой. И, когда выдалась такая возможность, искренне ей наслаждалась.

Никто не беспокоил Малику до вечера. Обед она попросила принести в комнату. Потом долго лежала в ванне с какими-то приятно пахнущими ароматическими маслами, испытывая удовольствие от того, что не нужно никуда спешить. Да даже с Киртом гулять не вышла, попросив об этом мальчишек, Лайлиса с Микашем, у которых в этом деле уже был определённый опыт.

И, вроде бы, настолько удачно проведённый день закончиться должен был так же удачно. Но, одетая в свежую сорочку, Малика долго ворочалась под одеялом: мешали заснуть то сбившаяся простынь, то недостаточно твёрдая подушка, то одеяло, которое сегодня казалось особенно тяжёлым. Кода сон всё-таки пришёл, оказался он каким-то липким, муторным. А потом и вовсе заставил вскинуться в панике, с заполошно бьющимся сердцем.

Отдышавшись и справившись с испугом, ложиться обратно принцесса не рискнула, опасаясь, что кошмар может вернуться. Немного посидев на краю постели, она накинула халат, вышла в коридор и решительно постучала в соседнюю дверь.

– Малика? – кажется, увидеть её на собственном пороге ночью Тайншар не ожидал. Во всяком случае, выражение лица у него при виде супруги стало весьма удивлённым.

– Мне кошмар приснился, – пожала плечами Малика, жалобно, насколько это вообще для неё было возможно, посмотрев на мужчину, – пустишь?

Тайншар молча посторонился, пропуская девушку в свои комнаты. Малика уже была здесь однажды, но всё равно с интересом огляделась, рассматривая довольно скромную для дворцовых покоев обстановку.

– Воды? – предложил Советник, который отчего-то не знал, что сказать. Пользуясь тем, что девушка отвлеклась, он накинул рубашку, не желая нервировать супругу своим внешним видом.

– Если можно, – попросила Малика, чувствуя странную неловкость, как будто разговаривала сейчас с супругом в первый раз.

– Хорошо, – кивнул мужчина и поспешил выполнить просьбу, оставляя принцессу ненадолго в одиночестве.

Только в момент, когда Тайншар вышел, Малика расслабилась окончательно и решила всё-таки пройтись по комнате. Погладила обшивку стоящего у камина кресла, поправила лежащую на столе салфетку, которая показалась ей немного сдвинутой от центра. А потом подошла к комоду с висящим над ним зеркалом в резной оправе. Долго разглядывала покрытые патиной завитки, а потом опустила взгляд ниже и замерла, удивлённая увиденным.

– Твоя вода, – вернулся мужчина и, увидев, что именно разглядывает супруга, подошёл ближе, останавливаясь прямо за её спиной и передавая стакан, и поспешил объясниться, хотя Малика ничего не спрашивала, – не смог позволить, чтобы их выбросили. Сохранил на память о том, какая ты тогда была красивая.

– Пойдём спать, – сделав глоток воды, принцесса поставила стакан на комод и протянула супругу руку, которую он тут же бережно сжал тёплыми пальцами. А потом, больше совсем не нервничая, пошла следом за ним в спальню, оставляя за спиной лежащую прямо под зеркалом, перевязанную шёлковой лентой косу. Ту самую, которую у неё отрезали после поражения в Игре.

Кажется, именно в этот момент Малика поняла, что всё обязательно будет хорошо.