Попаданка на минималках (СИ)

Текст добавлен: 25 апреля 2026, 13:00

Текст книги "Попаданка на минималках (СИ)"

Автор книги: Таисия Логовская

Жанры:

Попаданцы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Назад к карточке книги

Глава 11

Утро началось как обычно: с того, что Барсик наступил мне на живот и сообщил голосом начальника отдела:

– Подъём. У тебя десять минут. И да, новость дня: ты теперь подозрительная.

Я приоткрыла один глаз.

– Я всегда подозрительная. Я бухгалтер.

– Нет, – Барсик зевнул. – Теперь официально. Тебя обсуждают. Говорят, ты шпионка.

Я села резко. Живот отозвался болью.

– ЧТО?!

– Шпионка, – повторил кот спокойно. – Вражеского королевства. Или твоей… как там… "Москвы".

– Москва не королевство!

– А звучит как королевство, – Барсик пожал плечами. – Холодное, злое и с плохими дорогами.

– Барсик!

– Ближе к делу, – отрезал он. – У тебя сегодня ночное поручение в западном крыле. А перед этим тебя хотят официально "проверить". Совет служанок. Старшая. Возможно, допрос. Если повезёт – без полового языка.

– Полового?!

– Пола языком, – исправил он с достоинством. – Не придирайся к формулировкам, ты и так всё портишь.

Я встала, поправляя серое платье.

Осталось 25 дней до Мальдив, автоматически подсчитала я. Двадцать пять. И я уже шпионка. Ну класс.

– Кто это придумал? – спросила я, пытаясь звучать спокойно.

Барсик посмотрел на меня как на человека, который притворяется, что не понимает очевидного.

– Угадай с одного раза. Леди Эйлин Совершенство. Её любимое хобби – уничтожать конкурентов через репутацию.

– Я ей не конкурент! – возмутилась я. – Я служанка!

– Конкурент по вниманию, – кот усмехнулся. – Дейрон на тебя смотрит. Ты выигрываешь тапком. Ты срываешь лекции. Ты существуешь. Для Эйлин это уже преступление.

Я вдохнула, выдохнула.

– Что мне делать?

Барсик поднял лапу.

– Первое: не оправдываться. Второе: не паниковать. Третье: не использовать мат.

Я моргнула.

– Почему "мат"?

– Потому что ты вчера в лаборатории почти выдала многоэтажную конструкцию, – кот прищурился. – А в этом мире эмоции – топливо для магии. Мат – особенно. Сильное. Грязное. Рабочее. Как… кхм… очень старый двигатель.

– Я не матерюсь, – возмутилась я.

Барсик посмотрел на меня молча.

Я тоже молча посмотрела на него.

– Ладно, – пробормотала я. – Иногда.

– Вот, – кивнул кот. – А теперь марш умываться. У тебя пять минут. Потом – кабинет Дейрона.

– Опять?

– Ты же сама хотела "расписание", – ядовито сказал Барсик. – У тебя расписание. Утро: Дейрон. День: унижения. Ночь: западное крыло. Всё по плану.

Как в офисе: утро – почта, день – совещания, ночь – отчётность. Только там хотя бы пауков нет.

Кабинет Дейрона я убрала идеально. Почти.

То есть ничего не взорвалось, и это уже считалось качеством уровня "премия".

Дейрон вошёл, бросил на меня взгляд, как на переменную в формуле, которая внезапно стала работать.

– Ты сегодня тихая, – заметил он.

– Я экономлю энергию, – буркнула я, протирая стол.

– На что?

– На выживание, – честно сказала я.

Он чуть нахмурился.

– Что случилось?

Я замерла.

Сказать? Не сказать?

Барсик бы сказал: "не ной". Но Барсик не человек. Барсик кот-тиран.

– Говорят, я шпионка, – выдавила я.

Дейрон поднял бровь.

– Шпионка?

– Из Москвы, – добавила я. – Видимо, из королевства "НДС и боль".

Дейрон смотрел на меня секунду. Потом медленно произнёс:

– Это слухи.

– Спасибо, – сказала я сухо. – Очень полезная информация.

В уголках его губ мелькнуло что-то похожее на улыбку, но он сразу спрятал это под камнем.

– Кто распространяет? – спросил он.

Я пожала плечами.

– Не знаю. Но… – я замялась, – думаю, Эйлин.

Дейрон чуть сжал челюсть.

– Понятно, – сказал он. – Я разберусь.

– Не надо! – я резко обернулась. – Тогда она решит, что я пожаловалась.

Дейрон посмотрел на меня внимательно.

– Ты боишься её.

– Я не боюсь, – автоматически ответила я. – Я просто… у меня дедлайн. 25 дней до Мальдив. Мне не нужны дополнительные задачи.

Он моргнул.

– Мальдивы.

– Да, – я вздохнула. – Курорт. Море. Песок. Люди улыбаются не потому, что хотят тебя испарить.

Дейрон молчал пару секунд.

– Ты хочешь уйти, – сказал он наконец. Не вопрос.

Горло сжалось.

– Да.

Слова прозвучали слишком чётко. Слишком громко. Как признание, которое потом вылезет боком.

Он отвернулся к окну.

– Понятно, – повторил он тихо. И я не поняла – он злится или просто… фиксирует факт.

Я закончила уборку и поспешила к двери.

– Марина, – позвал он.

Я обернулась.

– Да?

Он смотрел на меня серьёзно.

– Сегодня ночью… не ходи одна. В западное крыло.

Я застыла.

– Откуда вы…

– Я знаю, – отрезал он. – Там опасно.

– Меня заставили, – сказала я. – Старшая. И Барсик.

Дейрон молчал секунду.

– Я не могу вмешаться, – сказал он наконец. – Но… будь осторожна.

Я кивнула. И выскочила в коридор.

Он заботится? Или это просто "не хочу лишней смерти в отчётах по Академии"?

С Барсиком никогда не разберёшь, а с Дейроном – тем более.

В обед меня реально "проверяли".

Сначала просто косые взгляды. Потом шёпот. Потом кто-то "случайно" толкнул меня с подносом так, что каша пролилась на платье.

– Ой, – сказала девушка-служанка с ангельским лицом. – Извини. Я не видела.

Как в офисе: "ой, я случайно отправила письмо всем". Только тут каша.

– Ничего, – я вытерла подол. – Бывает.

– А правда, что ты из вражеского королевства? – спросила другая, уже без улыбки. – У тебя странный акцент.

– Это московский, – сказала я. – Он не странный. Он усталый.

Они переглянулись.

– Москва… – прошептала первая. – Там говорят, что люди не улыбаются.

– Улыбаются, – буркнула я. – Когда зарплата приходит.

– Зар… плата? – они нахмурились, словно я произнесла древнее заклинание.

Я выдохнула.

Сейчас начнутся вопросы. Сейчас я сорвусь.

Барсик как назло появился рядом и уселся на лавку, как член комиссии.

– Отчитайся, – сказал он громко, чтобы все слышали. – Почему ты не в столовой на своём месте? Ты срываешь регламент питания.

– Меня проверяют, – прошипела я.

– Проверяют, – повторил Барсик с удовольствием. – Отлично. Люблю аудит. Девочки, задавайте вопросы. Только по существу. Без воды.

Служанки уставились на меня плотнее.

– Ты правда общалась с сэром Дейроном? – спросила одна.

– Я убираю его кабинет, – ответила я. – Это моя работа.

– А правда, что он звал тебя на башню? – пискнула другая.

Я почувствовала, как у меня начинает гореть лицо.

– По делу. По тапкам, – буркнула я.

– По тапкам, – Барсик кивнул. – Да-да. Очень убедительно.

Я повернулась к нему:

– Ты можешь хоть раз не подливать масла?!

Барсик сладко улыбнулся.

– Марина, я кот. Я не подливаю масла. Я подливаю керосин. Для эффективности процесса.

Одна из служанок шагнула ближе.

– Эйлин сказала, что ты шпионка, – произнесла она. – Что ты пришла украсть магические секреты.

– Какие секреты?! – не выдержала я. – У вас заклинания в рифму! Это не секрет, это… это детский утренник!

Тишина.

Служанки ахнули.

Барсик широко раскрыл глаза.

– О-о-о, – протянул он. – Марина решила умереть красиво.

– Я не хотела! – выпалила я. – Просто вы меня достали!

– Значит, признаёшь агрессию, – с наслаждением сказал Барсик. – Запишем в протокол.

Служанки зашептались. Кто-то побежал за старшей.

А у меня внутри поднялось то самое чувство, которое в офисе обычно заканчивается заявлением "по собственному".

Мне нельзя материться, мелькнуло в голове. Барсик сказал: нельзя.

И именно поэтому мозг, как назло, выдал внутри идеальную многоэтажную конструкцию. Красивую. Сочную. На древнерусском.

Я сжала кулаки, чтобы удержаться.

И тут одна из служанок сказала с презрением:

– Твой акцент смешной. Ты говоришь как… как торговка.

Я моргнула.

Торговка?

Я бухгалтер! Я таблица! Я баланс! Я…

– Да пошли вы… – вырвалось у меня. Не прямым текстом, но с таким смыслом, что даже Вселенная поняла.

И в тот же миг воздух вспыхнул.

Над моей головой возникла… радуга.

Огромная. Яркая. И совершенно неуместная, как корпоративный тимбилдинг в день сдачи отчётности.

Радуга пошла волной по столовой, задела стены, потолок – и посыпала всех искрами.

Красивыми. Сверкающими.

Как если бы я случайно открыла файл "новогодний корпоратив.ppt" и он взорвался конфетти.

Все замерли.

Потом кто-то тихо сказал:

– Это… что?

Я смотрела вверх и не верила.

– Я… – прошептала я. – Я что, сделала заклинание?

Барсик сидел с видом человека, который только что увидел, как стажёр случайно поднял продажи на 300%.

– Так вот в чём твоя сила, – произнёс он благоговейно. – В мате.

– Я не материлась! – пискнула я.

– Ты почти материлась, – кот кивнул. – И этого хватило. Поздравляю. Ты активировала эмоциональную магию высшего уровня. Без рифмы. Почти. Это… это ужасно.

– Почему ужасно?!

Барсик прищурился.

– Потому что теперь все знают: тебя нельзя доводить. Ты взрываешься радугой.

Радуга продолжала сиять.

Искры падали на кашу, на волосы, на столы.

Кто-то чихнул – и из его носа вылетела блёстка.

Служанки смотрели на меня как на ядерную бомбу в сером платье.

Двери столовой распахнулись.

На пороге появилась старшая.

Лицо – камень.

– Марина, – произнесла она. – Ко мне. Сейчас.

В горле пересохло.

Барсик прыгнул мне на плечо и прошептал на ухо:

– Поздравляю. Ты снова устроила инцидент. И снова без отчёта.

– Барсик, это не я…

– Это ты, – отрезал кот. – Но ничего. Я с тобой. Как твой токсичный начальник и единственный шанс не умереть.

Мы пошли к выходу под взглядами всей столовой.

И где-то в толпе я увидела Эйлин.

Она стояла, идеально спокойная, и смотрела на мою радугу с лёгкой улыбкой.

Она этого добивалась, поняла я. Она хотела, чтобы я сорвалась.

Барсик тоже это понял.

– О, – тихо сказал он. – Леди Совершенство играет грязно. Хорошо. Тогда и мы будем играть по-взрослому.

Я повернулась к нему:

– В каком смысле "по-взрослому"?

Барсик посмотрел на меня и произнёс ласково, как начальник перед сокращением:

– Марина. Сегодня ночью западное крыло. И ты идёшь не просто так. Ты идёшь за артефактом.

У меня внутри всё оборвалось.

– За каким артефактом?!

– За тем, – сказал Барсик, – который поможет тебе вернуться домой.

Если, конечно, ты не испаришься раньше.

Дверь кабинета старшей открылась.

Она стояла на пороге.

– Заходи, – сказала она ледяным тоном. – И объясни мне, почему моя столовая теперь в радуге.

Я сделала шаг внутрь.

Осталось 25 дней до Мальдив, мелькнуло в голове. А у меня уже магия на мате.

Мама, забери меня обратно.

Глава 12

– Объясни мне, – сказала старшая ледяным голосом, – почему моя столовая теперь в радуге.

Я стояла перед её столом, а по платью всё ещё цеплялись блёстки – как офисные сплетни: прилипли и не оттираются.

Барсик сидел на подоконнике, вылизывал лапу и делал вид, что он вообще мимо проходил.

Как всегда, когда начинается разбор полётов: "я просто консультант".

– Я… – начала я.

– Давай без театра, – перебила старшая. – Факты. Коротко. По делу.

Окей. Как на планёрке. Только вместо KPI – шанс остаться с языком.

– Меня довели, – сказала я. – Я почти выругалась. И… получилось.

Старшая прищурилась.

– Ты применяла магию без рифмы?

– Я не хотела, – вырвалось у меня. – Это было… эмоционально.

Барсик фыркнул.

– "Эмоционально" – это когда ты плачешь на балансе, – бросил он. – А это было "взорвала общественное пространство визуальными эффектами". Разница существенная.

Я повернулась к нему:

– Барсик, можешь хоть раз не комментировать?!

– Нет, – спокойно сказал он. – Я тут для контроля качества. А качество у тебя… нестабильное.

Старшая стукнула пальцем по столу.

– Тишина. Марина, ты понимаешь, что это могло привлечь Совет преподавателей?

Горло сжалось.

– Совет… это кто?

– Люди, которые решают, кого испарить, – ласково уточнил Барсик. – Не мешай, Марина, сейчас будет полезная информация.

Старшая продолжила:

– Да. Совет уже знает. Более того, тебя вызывают.

– Куда? – пискнула я.

– На собрание преподавателей. Сейчас, – старшая встала. – Иди. И молись, чтобы у них было хорошее настроение.

Хорошее настроение у преподавателей магии. Это как хорошее настроение у аудитора. Теоретически возможно, практически – миф.

– А наказание? – тихо спросила я.

Старшая посмотрела на меня.

– Наказание будет зависеть от их решения. Но… – она прищурилась, – у тебя сегодня ночью поручение в западном крыле. Оно остаётся.

Я вздрогнула.

– Но я же…

– Поручение остаётся, – повторила она. – И если ты его сорвёшь – вот тогда точно будешь мыть полы языком. Поняла?

Я кивнула.

Барсик спрыгнул с подоконника и подошёл ко мне.

– Марина, отчитайся, – прошептал он. – Ты поняла, что сейчас нельзя истерить?

– Я поняла, – прошептала я. – Мне нельзя жить.

– Почти, – кот кивнул. – Пошли. Я проведу. И да, без аванса не работаю, так что хлеб за "паука" ты мне ещё должна.

– Ты получил хлеб!

– Это была компенсация, – возмутился Барсик. – А сейчас у нас стратегическое сопровождение к Совету. Другая статья расходов.

Вот бы мне так в офисе: "это была компенсация, а это – стратегическое сопровождение". Я бы уже на Мальдивах жила.

Мы шли по коридору, и на меня оглядывались все.

Радуга – дело громкое. Плюс слухи. Плюс "шпионка". Плюс "тапок по попе".

– Сколько дней? – спросил Барсик внезапно.

Я автоматически посчитала.

– 25 дней до Мальдив.

– Запомни, – сказал кот. – Это твой дедлайн. И ты уже в красной зоне. По всем показателям.

– Спасибо, – буркнула я. – Очень поддерживает.

– Я не для поддержки, – отрезал он. – Я для эффективности.

Мы дошли до высокой двери с резьбой. На ней был герб Академии и надпись: "Совет".

Барсик остановился.

– Дальше сама, – сказал он.

– Что?! – я уставилась на него. – Ты меня бросаешь?

– Я кот, – он прищурился. – Мне в Совет нельзя. Там только люди, которые думают, что они главные. А главный тут я. Так что… – он махнул хвостом, – иди. И не позорь меня.

– Не позорь его, – повторила я. – Конечно.

Барсик наклонился ближе и прошептал:

– И запомни: если начнёшь материться – радуга будет везде. А за "везде" у них отдельная статья наказаний.

В горле пересохло.

Дверь открылась.

Внутри было… как в кабинете директора, только больше пафоса и меньше кислорода.

Длинный стол. Вокруг – преподаватели. В мантиях. С серьёзными лицами.

И в конце – Дейрон.

Он сидел ровно, как всегда. Только глаза были внимательные.

И почему-то мне стало легче. Чуть-чуть.

Хотя он меня может испарить. Но всё равно легче. Отличная логика, Марина.

– Подойди, – сказала женщина с серебряными волосами (видимо, главная).

Я подошла. Старалась не смотреть никому в глаза. Получалось плохо, потому что они сидели выше, а я не умею ходить, глядя в пол, как робот-пылесос.

– Марина Соколова, – произнесла главная. – Служанка. Попаданка. Вызвала магический феномен в столовой.

– Я случайно, – вырвалось у меня.

– Случайно, – повторил кто-то справа. – Как и взрыв в лаборатории?

– Там был огурец, – сказала я и тут же пожалела.

По залу прошёл лёгкий шёпот.

– Это она. Огурец-нейтрализатор.

– Тапки-бумеранги.

– Радуга от эмоций.

Спасибо. Я хожу как мем.

Главная подняла руку, и шум стих.

– Объясни, – сказала она. – Почему ты применяешь магию без рифмы?

Я открыла рот.

И поняла, что сейчас скажу "потому что я из Москвы", и это будет звучать как "потому что у нас так принято".

– Я… – я вдохнула. – Я не применяю специально. У меня эмоции выходят наружу. Как… – я поискала аналогию, – как в отчётности, когда всё копится, а потом "не сходится" и ты… взрываешься.

Некоторые преподаватели моргнули, словно им это было знакомо.

Один даже кивнул с сочувствием, и я чуть не разрыдалась.

Видите? Бухгалтерия объединяет миры.

– У нас есть подозрения, – сказала главная, – что ты можешь быть шпионкой.

– Что?! – я вспыхнула. – Я не шпионка!

– У тебя странный акцент, – заметил мужчина слева.

– Это московский! – вырвалось у меня.

– Московский, – повторила главная. – Это королевство?

– Это город, – я выдохнула. – Там много людей, много пробок и мало счастья. Я не шпионка. Я просто хочу домой.

Тишина.

Дейрон вдруг сказал:

– Она не шпионка.

Все повернулись к нему.

Главная прищурилась.

– Сэр Дейрон, на чём основано ваше мнение?

Дейрон посмотрел на меня – быстро, почти незаметно.

– На наблюдении, – сказал он спокойно. – Шпионы не взрывают лаборатории огурцами и не активируют боевые свитки, падая на стол.

– Это спорно, – пробормотал кто-то.

– И шпионы умеют молчать, – добавил Дейрон. – А она – нет.

Я хотела обидеться.

Но потом поняла: это защита. В его стиле. Каменная.

– Я умею молчать! – не выдержала я.

Дейрон поднял бровь.

– Да?

Я закрыла рот.

Марина. Всё. Молчание. Пожалуйста.

Главная сложила пальцы домиком.

– Хорошо. Допустим, она не шпионка, – сказала она. – Но она опасна. Нестабильная магия. Эмоциональные всплески. Артефакты неизвестного происхождения.

Я сжала пальцы.

Инвентарь. Тапки. Носок. Огурец. Помада.

Артефакты неизвестного происхождения – это я, которая пошла на корпоратив.

– Что вы предлагаете? – спросил кто-то.

Главная посмотрела на меня.

– Испытание, – сказала она. – Если Марина хочет остаться на месяц – она должна доказать, что может контролировать себя.

– Я не хочу остаться, – быстро сказала я. – Я хочу уйти.

– Тогда тем более, – главная кивнула. – Контракт не отпускает нестабильных. Контракт любит порядок.

Контракт любит порядок. О да. Как мой бывший начальник. И как Барсик. Одни и те же люди, только в разных формах.

– Сегодня ночью, – продолжила главная, – у тебя поручение в западном крыле. Ты выполнишь его под наблюдением. И не применишь магию без контроля.

Я почувствовала, как холод пошёл по спине.

– Под наблюдением? Чьим?

Главная повернулась к Дейрону.

– Сэр Дейрон, – сказала она. – Вы будете сопровождать её.

Дейрон замер.

Я замерла.

Внутри у меня одновременно включились "ура!" и "мне конец".

– Принято, – сказал он через секунду.

Я открыла рот, чтобы выдохнуть, и в этот момент… наступила на край ковра.

Да. Ковёр.

Обычный.

Складка.

Подлый.

Нога поехала.

Я качнулась вперёд, прямо к столу.

Время замедлилось, как бухгалтерская программа при попытке выгрузить акт сверки.

Сейчас я упаду перед Советом. Это будет моя официальная смерть.

Я махнула руками, пытаясь удержаться.

Дейрон резко встал – и схватил меня за локоть.

Жёстко.

Пальцы сжали руку так крепко, что я замерла на месте, словно прибитая гвоздём к полу.

Я успела выровняться, не рухнув на стол.

Но его рука всё ещё держала меня.

Несколько секунд мы стояли так – я слегка наклонилась вперёд, он чуть ближе, чем нужно, пальцы на моём локте горячие даже через ткань.

– Ты… – выдохнул он. – Невероятно неуклюжа.

– А вы… – вырвалось у меня, – быстрый.

Я тут же замерла.

Марина. Всё. Ты умерла. Сама себя.

Дейрон на секунду застыл.

Потом отпустил мою руку и отступил. Лицо каменное. Но уши… кажется, чуть покраснели.

Я кое-как встала ровно, поправляя платье.

Главная кашлянула.

– Марина, – сказала она. – В следующий раз держите равновесие.

– Я стараюсь, – выдавила я.

Барсик, конечно же, появился в двери ровно в этот момент – как токсичный руководитель, который приходит на совещание только в момент твоего позора.

Он осмотрел нас, зал, преподавателей и тяжело вздохнул.

– Ну конечно, – произнёс он громко. – Я дал тебе ДВА часа. А ты устроила почти-падение на преподавателя. Отчитайся: что сделала? Кроме хаоса?

Я закрыла глаза.

Барсик. Я тебя убью. Тапком. Тихо. Без рифмы.

Главная поднялась.

– На сегодня достаточно, – сказала она. – Марина, ночью в западное крыло пойдёте с сэром Дейроном. И если вы устроите ещё один инцидент – контракт будет пересмотрен.

Мы вышли из зала.

Дейрон молчал. Я молчала.

Барсик шёл рядом и выглядел довольным, как человек, который увидел, как стажёр сам себя уволил.

– Ну что, Марина? – спросил он наконец. – Как ощущения от "быстрого" преподавателя?

– Барсик, – прошипела я. – Закрой рот.

– О, – кот кивнул. – Прогресс. Ты огрызаешься. Значит, жива.

Дейрон остановился у лестницы.

– Сегодня ночью, – сказал он ровно. – Ты идёшь со мной. Запретное крыло. Не отставай. Не трогай ничего без команды.

Я кивнула.

Он посмотрел на меня секунду – и вдруг сказал тише:

– И… постарайся не падать.

Я фыркнула. Невольно.

– Постараюсь, сэр Дейрон.

Он ушёл.

Барсик посмотрел ему вслед и тихо сказал:

– Ну всё. Теперь у нас романтика уровня "хватание за локоть". Следующий этап – совместный поход в запретное. Очень бодро идёте, ребята.

Я повернулась к коту:

– Барсик, если ты ещё раз…

– Давай без угроз, – прервал он. – Лучше готовься. Западное крыло – не столовая. Там радугой не отделаешься.

В горле снова пересохло.

25 дней до Мальдив.

Ночь.

Запретное крыло.

И я иду туда с Дейроном.

Замечательно.

Просто замечательно.

Глава 13

Ночь в западном крыле началась с того, что Дейрон сказал:

– Не отставай. Не трогай. Не говори.

Я кивнула так энергично, словно подписывала акт сверки с собственной смертью.

Барсик, конечно, тоже пришёл. Потому что куда же без токсичного менеджера в командировке.

– Отлично, – прошипел он, труся рядом. – Выглядите как команда мечты: один молчит, другая падает, третий – я – спасаю проект от провала.

– Я не падаю, – шепнула я.

– Это временно, – фыркнул кот. – Дай срок, ты и на ровном месте найдёшь ступеньку.

Западное крыло было тёмным, холодным и подозрительно тихим. Как офис в воскресенье: вроде никого, а чувство, что камера наблюдения всё равно пишет твою трагедию в HD.

Мы прошли мимо двери с табличкой "Вход запрещён" – и у меня автоматически включилась бухгалтерская память: если написано "запрещён", значит, штраф будет большой.

Дейрон остановился у стены, где висел потемневший герб и какие-то вырезанные символы.

– Здесь, – сказал он.

– Что "здесь"? – прошептала я.

– Метка контракта, – буркнул Барсик. – У тебя, Марина, квест активировался. Поздравляю. До Мальдив осталось 25 дней, а ты уже в "запретке".

Горло сжалось.

– И что за квест?

Барсик поднял лапу и важным тоном прочитал символы, точно отчёт по итогам квартала:

– "Для стабилизации перехода требуется перо огня".

– Перо огня? – переспросила я.

– Хвост феникса, – уточнил Дейрон. И сказал это так спокойно, словно фениксы у него в списке покупок между "соль" и "бумага для свитков".

– Феникса? – у меня голос сорвался на писк. – Вы предлагаете мне… охотиться на феникса?

Барсик вздохнул, как человек, которому опять объяснять стажёру базовые процессы.

– Не "охотиться". "Добыть". Маркетинг, Марина. Не пугай себя словами.

– Это одно и то же!

– Нет, – вмешался Дейрон. – Феникс бессмертен. Ему можно… договориться.

Барсик прыснул.

– Дейрон, ты только что сказал "договориться", будто феникс – поставщик по договору поставки. Умилительно.

Дейрон посмотрел на кота так, что у меня волосы на затылке вспомнили, что умеют стоять дыбом.

– Барсик, – сказал он ровно. – Молчи.

Барсик мгновенно сделал вид, что он вообще просто меховой фон.

Я посмотрела на вырезанные символы.

Перья. Договориться. Квест. 25 дней до Мальдив.

И я снова в ситуации, где успех зависит от того, насколько я смогу не сойти с ума.

– Когда? – спросила я.

Барсик повернулся ко мне с выражением "вопросы у нас тут платные".

– Сейчас. Завтра поздно. Контракт не любит прокрастинацию. Он как дедлайн: если игнорировать, будет больно.

Дейрон кивнул.

– На рассвете. Фениксы активны утром.

– То есть… я не сплю? – уточнила я.

Барсик сладко улыбнулся.

– Ты спала в прошлой жизни. Здесь у нас стартап.

На рассвете, когда мне казалось, что мозг превратился в кашу из столовой, Барсик привёл нас к воротам за Академией.

Там начиналась тропа в лес. Нормальный лес – без описаний. Два дерева, три кустика, всё, достаточно.

Дейрон шёл впереди, молча. Как охрана в торговом центре: всегда рядом, всегда недовольный.

Барсик – рядом со мной, под лапу, как контролёр качества на выезде.

– Отчитайся, – сказал он. – Ты взяла тапки?

– Да.

– Огурец?

– Да.

– Носок?

– Зачем мне носок на феникса?

– Затем, что это артефакт, – отрезал кот. – И артефакты должны быть при тебе. Ты думаешь, контракт заботится о твоём комфорте? Он заботится о шоу.

– Помаду тоже? – мрачно уточнила я.

– Помаду особенно, – Барсик кивнул. – Вдруг фениксу нужна красота и уверенность. Хотя тебе уже ничего не поможет.

Дейрон бросил на меня быстрый взгляд через плечо.

– Он всегда так с тобой? – спросил он.

– Хуже, – честно ответила я.

Барсик фыркнул:

– Спасибо. Это называется "стандарты качества". Без меня она бы уже жила в подземельях и училась мыть полы языком. Я её спасаю.

– Сомнительная методика, – сухо сказал Дейрон.

– Эффективная, – парировал Барсик. – Марина, не отставай. У нас график.

Я шла и думала, что это ощущается как корпоративный выездной тимбилдинг: тебя вывезли в лес, обещали "укрепление команды", а по факту – стресс, грязь и странные задания.

Только на тимбилдинге никто не говорит "принеси хвост феникса".

25 дней до Мальдив.

Найти три артефакта.

Не влюбиться в преподавателя.

И не умереть в процессе.

Я бы предпочла просто сдать годовой отчёт. Честно.

Мы вышли на поляну. В центре – камень, как сцена. Над камнем – дымок, и воздух пах чем-то… горячим. Печкой. Корица. Лёгкий запах пожара, который "в рамках нормы".

– Здесь, – сказал Дейрон.

Барсик запрыгнул на камень и принял позу руководителя проекта.

– Так. План. Марина, ты идёшь первой.

– Почему я? – возмутилась я.

– Потому что ты мягкая, – объяснил Барсик. – А фениксы любят эмоциональных. Они как клиенты: им нужна история.

– А вы что будете делать?

– Я – контролировать, – сказал кот. – Дейрон – защищать. Ты – позориться.

– Прекрасная команда, – буркнула я.

Мы замолчали, когда в воздухе что-то щёлкнуло.

Словно кто-то включил обогреватель на максимум.

На камне вспыхнул огонь. Не костёр – фигура. Птица. Огромная, яркая, с хвостом, который был как длинная огненная лента.

Феникс.

Он посмотрел на нас… и зевнул.

– Опять вы, – сказал феникс голосом человека, который устал от людей ещё в прошлом тысячелетии. – Чего надо?

Я моргнула.

– Он… хамит, – прошептала я.

– Фениксы всегда хамят, – тихо сказал Барсик. – Это их бренд.

Дейрон сделал шаг вперёд.

– Нам нужно перо хвоста, – сказал он ровно.

Феникс поднял голову.

– Хвост? – протянул он. – За что? Принесите мне пиццу.

Тишина.

Я посмотрела на Дейрона.

Дейрон посмотрел на феникса.

Барсик посмотрел на меня так, будто я должна была заранее знать, что фениксу нужна пицца.

– Пиццу? – переспросила я.

– Пиццу, – подтвердил феникс. – Нормальную. С сыром. И чтобы горячая.

– Где я вам тут пиццу возьму?! – вырвалось у меня.

Феникс пожал крыльями.

– Тогда нет хвоста.

Барсик вздохнул.

– Марина, – сказал он спокойно. – Вот твой момент. Твоя профессия – выкручиваться из невозможного. Сейчас ты выкручиваешься.

– Я бухгалтер, а не шеф-повар!

– Ошибка в должностной инструкции, – отрезал кот. – Исправляй.

Дейрон посмотрел на меня, и в этом взгляде было что-то вроде: я тоже не понимаю, что делать, но ты почему-то всегда находишь странные решения.

– Здесь рядом кухня для полевых выходов, – сказал он. – Там есть печь. И… продукты.

– Продукты – это хорошо, – пробормотала я. – А сыр?

Феникс презрительно фыркнул.

– Без сыра не пицца. Пицца без сыра – это лепёшка отчаяния.

Лепёшка отчаяния – это, по сути, мой рацион последние два дня.

– У нас есть сыр? – спросила я Дейрона.

– Есть… молочный камень, – сказал он. – Он плавится при нагреве.

Я моргнула.

– Молочный камень. Конечно. Ладно. Будет "моцарелла по-академически".

Барсик вскочил на плечо и прошептал:

– Марина, ты сейчас не просто готовишь. Ты закрываешь задачу по артефакту. Не облажайся. И помни: без аванса я не работаю. За твою пиццу я хочу мясо.

– Ты вообще когда-нибудь думаешь не о еде?

– Я кот, – отрезал он. – Мы философствуем только сытые.

"Полевая кухня" оказалась маленьким домиком с печью, столом и набором продуктов, которые выглядели так, будто их закупали по принципу "что было, то и взяли".

– Так, – сказала я себе. – Логистика.

Тесто: мука, вода, соль.

Соус: что-нибудь красное.

Сыр: молочный камень.

Начинка: что найдём. Главное – убедительно.

Я закатала рукава.

Дейрон стоял рядом и смотрел, как я копаюсь в мешках, с выражением лица "это научный эксперимент или издевательство?".

– Ты умеешь готовить? – спросил он.

– Умею выживать, – сказала я. – В Москве это одно и то же.

Барсик запрыгнул на стол и тяжело вздохнул.

– Отчитайся: что ты делаешь? Кроме хаоса?

– Тесто, – процедила я. – Ближе к делу, Барсик. Я на дедлайне.

– О, – кот удовлетворённо кивнул. – Наконец-то ты говоришь на корпоративном.

Я замесила тесто. Получилось липко, криво и похоже на мои попытки держать эмоции под контролем.

– Нормально, – сказала я. – В печи выпрямится.

– Тесто не выпрямляется, – сухо заметил Дейрон.

– А ты попробуй жить с бухгалтером, – буркнула я. – У нас всё выпрямляется. Иногда даже люди.

В печи что-то треснуло.

Я вздрогнула.

– Это нормально? – спросила я.

– Да, – сказал Дейрон. – Печь реагирует на магию. Просто… не рифмуй рядом.

– Я вообще сегодня молчу, – буркнула я.

Барсик прыснул.

– Она "молчит". Как 1С "работает".

Я нашла банку с красным соусом. Подписано было: "Томатное. Для храбрости".

– Это томатное? – уточнила я.

– Для храбрости, – подтвердил Дейрон.

– Замечательно, – пробормотала я. – Если выживу – возьму с собой на Мальдивы.

– На Мальдивы осталось 25 дней, – напомнил Барсик с удовольствием. – Если ты доживёшь.

Я щедро намазала соус на тесто. Сверху насыпала нарезанное "что-то" – грибы? местные колбаски? я решила не уточнять, потому что иногда незнание спасает психику.

Самое страшное – молочный камень. Он был белый и холодный, как совесть аудитора.

– Как его… – я подняла камень. – Резать?

– Нагрей, – сказал Дейрон.

Он щёлкнул пальцами и пробормотал рифму. Я не услышала, но камень стал мягким и потёк, как сыр.

– О, – выдохнула я. – Это реально работает.

– Магия, – коротко сказал он.

Я поймала себя на мысли, что мне нравится, как он говорит "магия". Без пафоса. Как "документ".

Мы поставили "пиццу" в печь.

Ждали.

Барсик сидел рядом и смотрел так, будто оценивает стажёра на испытательном сроке.

– Если она сгорит, – сказал кот, – я напишу на тебя жалобу в контракт. И меня поддержат.

– Тебя всегда поддержат, – буркнула я.