Текст книги "Москва в решете"

Автор книги: Светлана Борминская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

– Я газет не читаю, – как можно мягче сказала Ирина. – Даже тех, в которых работаю, – добавила она, разглядывая лягушат из мрамора на столе Архидьяконова.

– Ира, вы в Москве ещё не примелькались, а хватка у вас есть, – Архидьяконов сделал паузу. – Я готов дать вам работу.

Ирина вздохнула, стараясь не показывать радости.

– Я вам буду платить за материалы, которые позволят мне узнать нечто новое о людях, которые меня интересуют.

– То есть, вы мне будете давать в разработку отдельного человека? – догадалась Ирина.

– Да, вы же хотите заработать? – кивнул Архидьяконов.

– Я не хочу, а должна.

– Тем лучше! – Архидьяконов сделал паузу. – Кстати, с работы не уходите ни в коем случае. С вашим журналистским удостоверением вы вхожи везде, не так ли? Всегда будете над ситуацией, а не под ней!..

– Сколько я буду получать? – Ирина поглядела в очки Архидьяконова, за которыми почти не было видно глаз.

– Я не обижу вас, но прежде всего работа, – Архидьяконов кивнул на вечерние сумерки в окне и улыбнулся. – Останетесь?..

– Нет, – мягко сказала Ирина, она ждала этого вопроса весь вечер. – Только не сегодня, – подчеркнула она. В её планы совсем не входило злить своего работодателя.

– Конечно, – Архидьяконов зевнул, показав бледный язык, и Ирина поспешно вскочила.

Она вышла из дома и с облегчением выдохнула. Всё начинало получаться!..

Они сидели и пили чай на кухне.

– Я же говорила тебе – он позвонит! Будешь теперь ездить на задания, – Виталина достала из морозилки бутылку водки. – Будешь?

– Нет, голова и так болит, – отказалась Ирина. – А на какие, примерно, задания?

– Увидишь. Может быть какое-то светское мероприятие, он достанет тебе пропуск и скажет познакомиться с кем-нибудь.

– Зачем? – перебила Ирина.

– Узнаешь, – Виталина немного помялась. – Не думай, что это обязательно интим, но скорее всего без него не обойдётся.

– Почему? – поёжилась Ирина.

– Ему нужно будет узнать что-то определённое про человека, с которым ты познакомишься. И не всегда информация, – Виталина вздохнула…

– Он что, прикажет мне что-то воровать? – Ирина тяжело вздохнула. – Давай водку.

– Возможно, но не деньги и драгоценности, а то, что ему нужно, – Виталина натянуто улыбнулась, открывая бутылку. – Но ты не думай о плохом, может быть, в твоём случае всё обойдётся.

В субботу Ирина ездила в Пушкино, но постояв у закрытой двери, уехала ни с чем.

– Они в инфекции лежат, а там карантин, – сказал сосед сверху. – Заболели.

– А что случилось?

– Грипп какой-то азиатский, – сосед помялся. – У Пашки и у неё. Подхватили где-то!

Ирина ехала в Москву и думала только об одном, как там сын Яшка и отец. За маму она почти не беспокоилась, мама выдержит.

К ней подсел и с ходу стал кадриться симпатичный парень.

– Выходите за меня, девушка, я хороший! – подмигнул он.

– В другой раз, – Ирина ответила и поглядела на парня внимательнее.

Правда, хороший – глаза добрые, руки симпатичные, дорогие часы.

– Давайте встречаться, – парень подмигнул. – Меня зовут…

Ирина закрыла глаза и прислонилась щекой к окну. Может быть, судьба сидит напротив, а у неё желание счастья похоже атрофировалось. Организм мгновенно перестроился на волну – «выжить и заработать». Больше ничего не хотелось. Хотя всего лишь год назад Ирина жила самой обычной женской жизнью, покупала наряды, вела шоу на томском ТВ и мечтала какую частную школу они выберут для Яшки. «Что мне предстоит сделать, чтобы заработать эти деньги?» – у неё невыносимо тянуло сердце от предчувствий с того самого момента, как Виталина показала ей сидящего в углу ресторана «Конура» Архидьяконова.

«Как мне выстоять?» – снова и снова спрашивала она себя.

НА ЗАКЛАНИЕ

– Ирина, ты едешь на свадьбу!

Когда ночью ей позвонил Архидьяконов, Ирина спала. Ей снилась длинная стена из мрамора на краю какого-то поля и фекалии людей за ней. Она ходила и рассматривала всё это безобразие бесконечно долго, настолько долго, что устала.

Виталина прижала трубку к её уху и быстро ушла.

– Завтра? – моментально проснувшись, спросила Ирина. – Во сколько?

– Уже сегодня, одевайся и быстро ко мне, – сухо велел Архидьяконов.

– Но как же я доеду? – на часах было без четверти три утра.

– Выходи на улицу! – отрывисто бросил Архидьяконов.

Через десять минут Ирина вышла из подъезда. Из мусорного бачка высунулась кошка и удивлённо посмотрела на неё. Над улицей низко висела полная луна.

Через минуту у дома притормозил грузовичок «Вольво».

– Садитесь, едем! – дверца машины хлопнула, в темноте Ирина едва разглядела голову водителя.

– Я здесь, – тихо произнесла Ирина в маленький динамик на калитке. Архидьяконов вышел и пустил её в дом.

– Садись, Ира, – кивнул он на диван. – Ты работала на телевидении, значит, не хочешь быть статистом, ты хочешь быть героем?..

Чёрная лаковая ширма в углу выгодно оттеняла невесомость пространства огромной комнаты, в которой кроме дивана и стола ничего не было.

– Все женщины актрисы, не так ли?.. Тебе придётся сыграть роль, забудь, что ты журналистка, хорошо? – улыбнулся одними губами Архидьяконов.

Ирина кивнула, спать она уже не хотела.

– Он хозяин шиферного завода по фамилии Вышлов из Тверской области. Банкир Пахило, слышала о таком? Ну, банк «Пальмира»? Пахило из «Пальмиры»? Угадай, что он будет делать в деревне Трехднёво? Какое радостное событие отмечать? Что может связывать Пахило и Вышлова на твой взгляд?..

– Свадьба, – Ирина сказала, не задумываясь.

– Молодец! Дочка Вышлова крестница Пахилы выходит замуж, иначе он никогда не собрался бы в уездный город Зубцов в ресторан «Шахиня».

– И что я должна узнать? Степень его родства с крестницей? – поморщилась Ирина.

Архидьяконов хмыкнул:

– Нет. Твоё задание – услышать звонок телефона. Пахило позвонят и нужно, чтобы ты обязательно услышала его ответ. В это время будет проводиться эпохальная сделка и ему обязательно будет звонить его доверенное лицо. Ты дословно должна передать мне слова Пахилы этому самому лицу.

– Но ему может поступить и сотня звонков? – Ирина пожала плечами. – Он же банкир, как вы говорите!

– Пожалуйста, не преувеличивай, от силы двадцать звонков, и из них лишь один тот самый! – хлопнул в ладоши Архидьяконов.

– Погодите, но я же не смогу постоянно быть рядом с ним. Ну, если только не залезу под стол и не положу голову ему на колени! – заволновалась Ирина.

– На этой свадьбе будешь не только ты, – Архидьяконов зевнул и потянулся. Ирина явственно услышала хруст его костей.

– А кто ещё?

– Ты, правда, хочешь знать? – Ирина поразилась, каким же неприятным может быть лицо человека, и отвернулась от греха подальше.

– Мне, по крайней мере, было бы не так скучно, – хмыкнула Ирина.

– Ты и так не соскучишься, – Архидьяконов оценивающе взглянул на её. – Итак, ему позвонит человек по имени Мераб или некая Галина Владимировна. Ты должна запомнить дословно, что Пахило скажет ей или ему. Ясно?

– А если они ему позвонят не один раз?

– Ты должна запомнить каждый разговор Пахило с этими двумя. Вас будет на этой свадьбе больше двух, и тот из вас, кто передаст мне нужную информацию получит десять тысяч долларов.

«Безусловно, я никогда не узнаю, кто из нас передал нужную информацию, ведь сначала её надо услышать. Но если мне ничего не заплатят за участие в свадьбе, значит, это буду не я…» – уныло размышляла Ирина.

– Кем я буду там и как туда попаду? Официанткой?

– Ты будешь с музыкантами. Можешь поспать часа два, но не больше, раздеваться не надо. В восемь тебя повезут прямо в аэропорт. У тебя есть с собой загранпаспорт?

Ирина потянулась за сумкой.

– Оставь его мне, – Архидьяконов, не глядя, взял протянутый паспорт. – Следующее задание ты будешь выполнять не здесь.

– А где?

Архидьяконов пожал плечами и вышел, сказав:

– У тебя есть пара часов. Поспи.

И Ирина, едва уложив голову на диванную подушку, сразу же заснула.

– Ира! – потряс её за плечо Архидьяконов через какое-то время. – Машина уже приехала, и помни, что любая не вовремя выраженная эмоция может стоить тебе жизни, – напоследок улыбнулся ей Архидьяконов.

«А если он не пошутил?» – думала Ирина, усаживаясь на заднее сиденье такси.

– Сколько времени? – спросила она у водителя.

Тот кивнул на циферблат часов на приборной панели. Было пятнадцать минут девятого. Дальше был аэродром и личный самолёт банкира, на котором летел популярный ансамбль русской песни, приглашённый в качестве главного подарка молодожёнам. И она в числе тридцати человек.

– Будешь костюмершей, – предупредил Ирину водитель, когда она выходила из машины.

Ирину усадили рядом с кофрами, в которых переливались сочными блестками костюмы для выступления. Администратор мельком взглянул на неё, и через минуту Ирине вручили клетку с белым голубем и голубкой.

– Пусть рядом с вами побудут, – администратор присел рядом и улыбнулся. – Поможете одеваться артисткам, хорошо?.. А мужчины у нас сами одеваются, у них костюмы проще.

– Я одна буду их одевать? – тихо спросила Ирина.

– Вас двое, – администратор кивнул на пожилую даму, которая сидела и клевала носом у окна. – Белла Игнатьевна наша постоянная костюмерша, а вы на подхвате.

Город Зубцов Тверской области встретил их ясным морозным днём, и они сразу же поехали в ресторан на двух «Икарусах».

– Молодые должны приехать через два с половиной часа, – фирменной казачьей походкой прошла мимо них руководительница ансамбля, когда они были уже в ресторане. – Одевайтесь и выходите в холл.

Ирина отвернулась, а та, словно и не заметила её.

Полтора часа вместе с пожилой костюмершей, которую артисты звали Белкой, Ирина помогала артисткам одеваться и накладывать грим. С неё сошло семь потов, пока все они не были, наконец, наряжены в костюмы и жемчужные кокошники.

«Как же я его увижу? – застёгивая корсет на последней очень фигуристой артистке, думала Ирина. – Если только мельком?»

– Молодые едут! – в динамике костюмерной раздались оглушительный голос и смех руководительницы ансамбля. – На выход! Бегом!

Все бросились на улицу, Ирина со своего места наблюдала, как в ресторан входят молодые и их забрасывают рисом и деньгами и как встречает их с караваем и величальной песней руководительница «Казачки». Тут, наконец, она увидела его – банкир Пахило с тремя охранниками в числе гостей вошёл через главный вход.

Музыка, поздравления, битьё бокалов на долгое счастье, потом продолжительная церемония вручения подарков.

– Садитесь, садитесь, гости дорогие! – наконец свадьба перешла в главный зал ресторана. – Рассаживайтесь!

Началось долгое застолье, в которое Ирина почти не вникала. Банкир был от неё на расстоянии тридцати метров, и лишь раз прошёл в туалет, оказавшись совсем рядом. Ирина при желании могла бы дотронуться до его пиджака.

Вместе с остальными незначимыми гостями, Ирина довольствовалась фуршетом в зальчике у входа, и только через три часа, когда накал чувств и страстей достиг зенита, Ирина под благовидным предлогом оказалась в главном зале – её пригласили на танец. Мужчина долго кружил прежде, чем подойти, что было немного забавно, но в конце концов он решился и подошёл. И уже через минуту Ирина танцевала с ним в главном зале неподалёку от танцующих жениха с невестой и их родителей.

– Вы откуда, красавица? – спросил её новоявленный ухажёр.

Ирина рассмеялась, в джинсах и белом свитере она выглядела органично, но бессонная ночь и тревога, не прибавляли ей шарма. Она даже умылась холодной водой, чтобы красные пятна на щеках не бросались в глаза так явно.

– Костюмерша? – переспросил он. – Неплохо, а я бывший космонавт.

Ирина взглянула на партнёра внимательнее. Он был выше её на голову и выглядел, как менеджер.

– Я пошутил, – хмыкнул тот. – Пойдёмте, посидим?

Ирина кивнула, «космонавт» начинал ей нравиться. И всего через пару секунд она уже сидела неподалёку от банкира, который оживлённо болтал с матерью невесты на тему количества ожидаемых внучат.

– Москвичка? – спросил её новый знакомый.

Ирина кивнула.

– Я тоже. Вас как зовут?

– Ира.

– А меня Григорий. Когда уезжаете?

– Я вместе с артистами, – Ирина улыбнулась, краем глаза увидев, как банкир оживлённо говорит по телефону.

«Замолчи!» – хотелось ей закричать без умолку болтавшему «бывшему космонавту».

– Я заметил, вы почему-то совсем не пьёте за молодых, – наливая Ирине шампанское, рассмеялся Григорий. – Это как-то не по-русски! А вы русская, Ирина?

«Заткнись, я ничего не слышу!» – чуть не закричала Ирина, глядя ему в глаза и улыбаясь. Банкир в это время закончил разговор и передал трубку охраннику.

– За счастье молодых! – Григорий широко улыбнулся. – Пей до дна! – Григорий смотрел, как Ирина выпила и поставила фужер. – Танцуем? – поднявшись, он протянул ей руку, и Ирина, не раздумывая ни секунды, пошла за ним. «Господи, да провались всё пропадом, я всё равно ничего не услышу – музыка, все орут!.. Я первый раз танцую в этом году после всего, что случилось, и танцую с удовольствием!»

– Я бы женился на вас, Ира, – шепнул ей в ухо партнёр.

– Если бы не был женат?

– Если бы вы мне так не нравились, – закончил Григорий.

– Не поняла, – засмеялась Ирина.

– Перевести?

– Да!

– Вы слишком серьёзная, – Григорий приподнял её и прижал к себе. Ирина немного отстранилась, упершись партнёру руками в грудь. – Вас не посадишь дома.

– Меня? – удивилась она. – Ещё как посадишь!.. Если б он был, этот дом.

– Вы курите? – усадив Ирину, спросил Григорий.

– Нет, – хотя ей очень хотелось курить, сказала она.

Глядя в спину нового знакомого, который, закуривая на ходу, шёл к дверям, Ирина краем глаза видела, как банкир Пахило ест рыбу. Один из его охранников обводил глазами всех, кто сидел рядом.

Ирина посмотрела на гостя напротив и едва не потеряла сознание. «Он меня вычислил!» – жар бросился ей в лицо. Слава богу, человек был просто очень пьян и глядел скорее в себя, чем на Ирину.

– Да, дорогая? – негромко спросил Пахило, отвлёкшись от рыбы, когда охранник протянул ему телефон. – Нет, дорогая! Обязательно, любовь моя, но только не сегодня…

Вот и весь телефонный разговор, ясно, что звонил не Мераб. Ирина тяжело вздохнула.

– Что вы такая невесёлая? Смотрите в пол, думаете о чём-то? – Ирина даже не поняла сперва, что Пахило обращается к ней. – Я могу вас пригласить?

– Да…

– У вас так бьётся сердце, – закончив танец, Пахило отвёл Ирину к столу, усадил и добавил: – Я первый раз слышу сердце женщины, которое бьётся так громко. Спасибо.

– Не за что, – пролепетала Ирина.

– Я готов обидеться! Я забыл сказать, что я ревнив, как самец орангутанга? – Григорий вернулся и сел рядом, грозно косясь на банкира. – Вы устали?

– Устала, – согласилась Ирина. – Я скоро вернусь, подождите меня, хорошо? И никого не приглашайте, а то я тоже страшно ревнива! – И, стараясь ступать прямо, вышла из большого зала на лестницу.

«У меня ничего не получается! И пусть, всё равно…» – вот то, что думала Ирина, возвращаясь через несколько минут в зал, где веселье шло по нарастающей.

Ирина не раз и не два видела, как Пахило что-то говорит в трубку телефона, которую ему подаёт охранник. Говорил банкир подчёркнуто тихо, к тому же отворачивался к окну у которого сидел.

«Наверное, я всё-таки одна здесь, Архидьяконов просто обманул меня. Невозможно ничего услышать! – вдруг поняла Ирина. – Да и как я подойду ближе, если за ним вплотную ходят два его охранника?»

– Галя, кусай его! Кусай его, Галя! – тем временем быстро проговорил в трубку банкир Пахило.

«И это передавать?» – подумала Ирина, но, выждав пару минут, прошла в туалет и послала сообщение на номер Архидьяконова. Больше ни о чём подобном – в трубку банкир не говорил. Ему ещё несколько раз звонила жена, какой-то Арнольд, и неизвестный, которому Пахило кратко пообещал:

– Пощады не жди!

Ирина на всякий случай передала и это. Неизвестный ей Мераб за весь вечер так и не позвонил. Последнее, что запомнила Ирина – тихий разговор, который вели банкир Пахило и отец невесты Вышлов.

– Какова моя мечта о счастье? – Пахило курил и блаженно улыбался. – Личный пруд, на берегу сидит собака, а позади неё сижу я в кресле-качалке.

– А позади тебя? – спросил Вышлов, косясь на охранников друга.

– Дом в швейцарских Альпах и семья, которую я создал сам, – банкир прищурился, и во взгляде его была скорее жестокость, чем умиротворение.

– Всего лишь? – кивнул Вышлов. – У тебя же есть и дом и пруд!

– Удобного кресла-качалки нет и собаки, – Пахило тяжело вздохнул.

– Кресло купишь, а собаку бери любую мою, – подумав, серьёзно предложил Вышлов. – У меня пять сук.

– Приплода вам хорошего! – кричали гости молодым. – Дом – полную чашку!

В шубе из чёрной белки родительница невесты то и дело выходила встречать и провожать гостей. И драки на этой свадьбе, почему-то не было.

Ирина вместе с ансамблем «Казачка» покинула город Зубцов ночью. «Я так ничего и не узнала!» – сетовала она, когда самолёт уже подлетал к Москве. Клетка с голубями стояла у её ног, голуби спали.

– Тебе посылка, – Виталина кивнула на дверь комнаты, в которой Ирина жила у неё. На кровати лежал свёрток, Ирина развернула его – сумма, которую оговаривал Архидьяконов, была завёрнута в «Московскую сплетницу».

– Ух, ты! Заработала? – Виталина подмигнула. – Поздравляю! С тебя бутылка рому!

ПУШКИНО

«Совсем скоро растает снег и появится мягкая шёрстка прошлогодней травы… Трава будет торчать усами и греться на солнышке. По ней можно сколь угодно ходить, а ей не будет больно, ведь она прошлогодняя! Жаль, что нет прошлогодних чувств, у меня нет, может у кого-то они и есть… Раньше дни были густые, как свежая патока в большой бочке жизни, а сейчас дни похожи на взмахи шлагбаума или проносящийся поезд», – думала Ирина, поворачивая от метро к редакции «Московской сплетницы».

Мягкий белый хлеб на лотках у дверей редакции и зеркальная витрина магазина напротив – с большим количеством пыльных бутылок коллекционного вина. Ирина купила булку с обсыпкой и, откусив от неё половину, открыла дверь.

– Не ждали вас! Гуляете где-то?.. – на пороге своего кабинета стоял шеф-редактор Пятницкий. – Вчера вам звонил некто участковый Изотов. Знаете такого? Так вот, вашу дублёнку задержали!

– Он точно задержал её?.. – Ирина чуть не подавилась булкой. – Извините.

– Ну, в Москве же дублёнки сами ходят на двух ногах! – саркастически заметил шеф-редактор. – Задержал-задержал… Где вы были вчера? На работу забыли придти, терпение наше испытываете?

– Я болела, – Ирина сунула недоеденную булку в сумку. – Могу я поболеть? Или не могу?..

– Нет, не можете, – Пятницкий снял очки и строго поглядел на неё. – Предупреждать надо! Сегодня вы едете в Пушкино, там зять убил тёщу. Адрес тёщи у секретаря, машина внизу. Вы ведь в Пушкино живёте?

– Жила, – кивнула Ирина. – Ну, я пойду?

Пятницкий улыбнулся.

– Идите-идите, работайте.

На выезде с МКАД лежала маленькая сбитая собачка, водитель чёрной редакционной «Волги» аккуратно объехал её, а Ирина вдруг ощутила тревогу.

– Где адрес? – спросила она у водителя, и тот протянул полоску с адресом. – Слава богу! – выдохнула она – улица и дом никоим образом не соотносились с Земфирой Ивановной Козловой, тёщей весьма непростого зятя.

Через два часа, с готовым репортажем они отбыли в Москву. Бывший зять убил свою бывшую родственницу в зале игровых автоматов, где она трудилась кассиром. Банальное ограбление, к которому, как смола прилипла, оставшаяся между родственниками неприязнь.

– Про такое много не напишешь, – глубокомысленно заметил водитель.

– Останови на полчасика? – попросила Ирина, когда они проезжали мимо дома Земфиры Ивановны.

– Ну, как вы тут? Я сегодня без подарков, звиняйте!

– Ира, – Земфира Ивановна сидела за столом и держала миску, а Пашка быстро ел кашу, держа ложку двумя руками. – Ирочка наша…

– Пашка, здравствуй! – Ирина поцеловала Пашку в лоб, тот недовольно заворчал.

– А мы болели, сейчас выздоровели, вот так, Ира, – вздохнула Земфира Ивановна, поправив косынку на голове.

Ирина разглядывала их и не узнавала: за месяц Пашка подрос, а Земфира Ивановна похудела и была абсолютно трезвой, как стёклышко.

– Всё хорошо? – Ирина спросила и вытащила деньги. – Я оставлю для Пашки?..

– Спасибо, – не глядя на деньги, кивнула Земфира Ивановна.

– Сева не приходил больше? – Ирина покосилась на шкаф. – Ничего больше не искал?

– Пусть только попробует! – тётя Фира, обняла её и поцеловала. – Я ему приду…

– Тётка твоя? – спросил водитель, когда Ирина села в машину.

– Почему тётка? – удивилась Ирина.

– А кто? – удивился в свою очередь водитель. – Вы же похожи!

– Значит тётка, – кивнула Ирина, глядя в окно. – Явно дело, похожи!

СТОПРОЦЕНТНОЕ АЛИБИ

– Ирина, хорошо, что вы позвонили, – обрадовался Изотов и, помолчав со значением, добавил: – Приезжайте.

– Прямо сейчас?

– А чего тянуть? – удивился участковый, и после работы Ирина поехала в Медведково, хотя было уже довольно поздно.

– Здравствуйте! – дождавшись, когда из кабинета участкового выйдет посетитель, Ирина постучала в дверь.

Афанасий Изотов разговаривал по телефону, и что-то записывал в блокнот.

– Ирина, сначала я увидел дублёнку, а потом уж разглядел девицу в ней. – Изотов положил трубку и взглянул на неё. – Кстати, рядом шла ещё одна, похожая, как две капли воды на Катю Лель, – участковый хмыкнул. – Сразу вспомнил, что за Лель, надо сказать… Садитесь, что вы стоите, Ирина!

– Вы задержали их?

– Я задержал лишь одну, к сожалению. Ту, что была в вашей дублёнке.

– Ту самую невесту Понченко?

– Да, между прочим, царапалась не на шутку. Видите?.. – Изотов потряс исцарапанной рукой. – Вот, почитайте, что она написала в своё оправдание.

Ирина кивнула и начала читать исписанный детским почерком лист бумаги.

«Дублёнку я подобрала в квартире своего гражданского мужа Понченко Артёма Брониславовича, когда зашла туда по его просьбе забрать тёплые вещи для отправки в колонию. Дублёнка лежала на полу, я очень удивилась её клёвости и рискнула померить. Она оказалась мне почти впору, только намного длиннее, чем я обычно ношу. На улице было холодно, и я решила её не снимать, ведь всё равно она была ничья».

– И вы отпустили её?! – прочитав написанное, возмутилась Ирина.

– Скажите, она могла найти там вашу дублёнку? – участковый устало взглянул на Ирину.

– Ну, да, – согласилась Ирина. – Но я не оставляла её там, понимаете?..

Её с меня сняли четвёртого января в этой самой квартире!

– Понимаете, Ирина, тут ещё какое дело, у неё стопроцентное алиби именно на четвёртое января, – Изотов чихнул.

– Господи, какая глупость! Вот вы помните, что делали четвёртого января?

– Работал, – Изотов достал из стола пузырёк с зелёнкой и помазал царапину на руке.

– А где моя дублёнка? – Ирина возмущённо огляделась.

Участковый покосился на вешалку и Ирина увидела свою дублёнку с крупными цветами по расклешённому подолу.

– А про свою спутницу, что она сказала?.. Ведь именно эта Настя, похожая, как две капли воды на Катю Лель, сдавала мне квартиру! К тому же пропали мои деньги, и я сама пропала на месяц!..

– Она не согласилась, что шла вместе со спутницей. Утверждает, что шла одна, – Изотов убрал пузырёк с зелёнкой в стол. – Ирина Кузьминична, не переживайте так, всё уже потихоньку становится ясным! Я тут поразмышлял на досуге, почему вас могли похитить… В общем, почитайте, а я пока покурю, – участковый подвинул к ней лист, исписанный меньше, чем наполовину.

«Трафик наркотиков, опыты, рабство, проституция, зомби, органы, выкуп, суррогатная мать, заложница», – Ирина, пробежала глазами список и растерянно спросила: – У меня что-то в голове не укладывается. Вы серьёзно?

– Ирина Кузьминична, что на ваш взгляд полная ерунда? – Изотов сделал последнюю затяжку, закрыл форточку и вернулся за стол.

– Выкуп, – твёрдо сказала Ирина.

– А ещё?

– Суррогатная мать, хотя… – Ирина пожала плечами, вспомнив, как её безбожно тошнило всю неделю.

Изотов внимательно смотрел на неё.

– Ирина Кузьминична, я бы попросил вас сдать самые простые анализы и показаться врачу. И давайте, я вас провожу до метро?..

– Давайте, – ватным языком произнесла Ирина. – А то, чувствую, я не дойду.

Когда она пришла домой, Виталина лежала, повернувшись к стене.

– Что он предположил? – переспросила она. – Зомби и органы? Кошмар какой… Чёрт знает что, Ир!

– Что толку гадать? – Ирина присела рядом. – К врачу сказал надо сходить, а мне что-то не хочется.

– Сходи-сходи, а то, правда, родишь клоника, – Виталина чихнула и повернулась.

– Что с тобой происходит? Скажи, а? – Ирина вгляделась в помятое лицо подруги. Виталина уже неделю напивалась, приходила домой и едва раздевшись распечатывала бутылку, потом вторую.

– Я… не… хочу… говорить!.. Слышишь? Не спрашивай! Ни о чём, – пьяным голосом крикнула Виталина, снова повернувшись к ней спиной. – Не говори со мной, Ир!.. Я тоскую! Тоскую… Тоскую!!!

– Ну и тоскуй, – тихо сказала Ирина и вышла из комнаты.

ТОТ, КТО РАЗБИЛ ЕЁ СЕРДЦЕ

Прошла ещё неделя, Ирина приехала в редакцию вечером из командировки.

– Стрельцова, а тебе весь день звонят из Пушкино, – остановила её секретарь главного редактора. – Перезвони им, слышишь?

– Но я ездила туда неделю назад и репортаж вышел на следующий день.

– При чём здесь твой репортаж? Тебе звонит какой-то мужик, – перебила её секретарь. – И спрашивает, когда ты за Пашкой приедешь?..

– За кем? – у Ирины опустились руки.

– Спроси у Пятницкого, он в курсе, – секретарь кивнула на раскрытую дверь кабинета шеф-редактора.

– Слушай, этот раздолбай меня уже реально достал, Ир! Звонит и звонит с самого утра, – Пятницкий покосился на телефон. – Я ему дал твой мобильный.

– Объясните же, в чём дело? Мне никто не звонил сегодня, кроме фотографа.

– На, звони, – Пятницкий порылся на столе и протянул ей обрывок бумаги с номером телефона.

– Это Ирина Стрельцова, вы сегодня звонили в газету?.. Что вы хотели от меня? – услышав в трубке «алло», спросила Ирина.

– Ты Ира?.. – завопил в трубку незнакомый ей мужской фальцет.

– Да, – ответила она. – А вы кто такой? И почему вы кричите?..

– Он её достал, приходил за Пашкой! Слышишь?.. – закричал ей в ухо мужчина. – Ира, приезжай, я не хочу по телефону трындеть, понимаешь?.. Я живу над Земфирой Ивановной в квартире номер пять, ты меня видела пару раз на лестнице.

– Но я же работаю и уже поздно, – Ирина взглянула на Пятницкого, который демонстративно смотрел в монитор. – Давайте, послезавтра? Я на ногах не держусь, устала, понимаете? Я обязательно приеду к тёте Фире, я ей обещала, вы передайте…

– Значит, послезавтра ждать тебя на похороны? – помолчав, спросил сосед.

– Что-о-о? – переспросила Ирина.

Сосед шумно дышал в трубку, потом закашлялся.

– А кто умер? – тихо спросила Ирина.

– Приезжай, узнаешь, – ответил сосед, и раздались короткие гудки.

Пятницкий некоторое время задумчиво смотрел на Ирину.

– Ну, что там, Ир? – наконец спросил он.

– Не знаю. Умер кто-то, – Ирина растерянно замолчала.

Было уже больше восьми вечера и совсем немного машин.

– Хорошо, хоть светофоров нет… Нет, ну чёрт знает что! Он что, так ничего и не сказал тебе? – Виталина, громко чертыхаясь, везла её в Пушкино. – Зачем мы едем, на ночь глядя, Ир?.. Может, он спьяну что-то перепутал, а там все живы-здоровы, а?

У Ирины заболели глаза от красных фонарей на Ярославском шоссе.

– Я боюсь даже думать, что случилось с ними… Ты пила сегодня?

Виталина вздохнула и ничего не ответила, но весь её вид говорил: «Пила, а что тут такого? Будешь меня учить? Ну-ну…»

Город встретил их иллюминацией: «75 лет фабрике игрушек». Машина свернула мимо заснеженного городского сада и уже через минуту остановилась у дома… То, что у Земфиры Ивановны не горит свет Ирина определила сразу, но всё-таки позвонила в её квартиру и с минуту ждала, но за дверью было очень тихо, и Ирина решила подняться на второй этаж. Половицы старой лестницы противно скрипели, пока она шла по ним. Дверь квартиры № 5 была не заперта, Ирина толкнула её и вошла в узкую прихожую, пропахшую старой обувью.

– Здравствуйте, – громко сказала Ирина.

– Приехала, слава богу, – выглянула из комнаты женщина в застиранном байковом халате. – Федя, она приехала!

– А я тебя ждал, – выскочил из комнаты в прихожую рыжий костлявый мужичок и вытер о майку нос синюшного цвета. – Отморозил на рыбалке, – пожаловался он и чихнул.

– Кто умер? – Ирина растерянно переводила взгляд с мужа на жену. – Скажите, что вы пошутили, – наконец жалобно взмолилась она.

– Шакал снова влезал в её комнату, искал чего-то!.. Ты знаешь шакала? – перебивая друг друга, прокричали супруги.

– Шакала?.. – Ирина вздохнула и огляделась в поисках стула. – Если вы Севу имеете в виду, то знаю.

– Сева прокрался ночью к Фирке в комнату, и на него гардероб упал. Ты сядь, – подвинул к ней табуретку сосед.

– Гардероб? На Севу?..

– Ну да, – кивнул сосед. – Это Фирка, скорей всего, ножки у гардероба подпилила, – сосед переглянулся с женой. – Фирка вчера умерла, на третий день после его похорон. Всё дочку вспоминала – душу рвала…

– Смертный грех отца своего внука на тот свет спровадить, – проворчала соседка, оглянувшись на икону в бумажных кладбищенских цветах.

– Жалко, говорила она, – кивнул сосед. – Всё равно жалко, говорила, хоть и был он способный на всё…

– А кто сейчас не способный на всё? – перебила его жена. – Сейчас все на всё способные. Много опасных людей, что же всех теперь убивать?

– А где Пашка? – Ирина прислушалась, в квартире было очень тихо.

Сосед кивнул на закрытую дверь комнаты, Ирина сняла сапоги и заглянула туда. Среди плюшевых зайцев и медведей сидел Пашка, внук Земфиры Ивановны и что-то лопотал. Мягкие игрушки, которыми был завален диван, представляли собой крошечный рай для любителя поиграть.

– Такой тихоня, – хмыкнул сосед. – Да, Галь?.. Знай себе играет и не хнычет совсем!

– А кто занимается похоронами тёти Фиры? – Ирина погладила Пашку, который был занят откручиванием ушей у медведя.

– ЖЭК и мы, – соседка не спускала с неё глаз. – Приедешь на похороны, значит? Завтра к двенадцати сюда.

– Конечно, – Ирина присела рядом с Пашкой, тот, наконец, взглянул на неё. – Пашка, Пашка…

– Кажется, узнал, – с облегчением выговорила соседка. – Твой телефон нам Земфира дала. В тот день, когда к ней милиция приехала, чтобы Севу из-под гардероба вытаскивать. Пашку велела тебе отдать, если что с ней случится. Ты же им родня? Ты ведь жила у неё?..

– Мы тебя видели, – поддакнул сосед.

– Да, я у них жила, – Ирина оглянулась на Виталину, стоящую в дверях.

– Конечно, ну зачем парню в детдом?.. Ещё одна загубленная душа будет, – вздохнула соседка. – А он большой парень уже!

– Скоро два года, – улыбнулась Ирина.

– Жених практически, – убеждённо сказал сосед. – Ещё несколько лет и в ЗАГС! Сейчас рано женятся, да, Галь?..

– Не мели, – отмахнулась супруга. – Под стол этот жених ещё ходит.