Текст книги "Серый Волк (не) для Красной девицы (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Плошка быстро опустела, и я тщательно ее вылизал, но попросить добавки не решился. И то, доится коза, а не корова, и слишком много нас здесь набралось, нахлебничков!

– Бьянка! К тебе можно заглянуть?

Тихо цокая когтями по дощатому полу, из-за угла вышла волчица.

– Малыши спят. Чего тебе?

– Ты собиралась вернуться в логово, готов оказать помощь в переноске волчат!

– Сначала покажи, как ты это собираешься сделать?

По моей просьбе, Жозефина отыскала плетеную корзину с ручкой в виде дужки. К счастью, ручка оказалась небольшой, так что, если нести корзину, держа зубами за эту ручку, она не будет дном касаться земли.

– Все просто! Волчат в корзину, и можно выдвигаться!

Бьянка пристально посмотрела на меня, и в ее глазах я явно увидел удивление и одобрение.

– Ну, загостились мы, пора и домой отправляться! – с этими словами она принесла, держа за шкирку, одного волчонка, и осторожно опустила в корзину. Вскоре все пятеро уже лежали на ее дне уютной серенькой кучкой.

– Волчата готовы, пойдемте! Жозефина, ты закройся на всякий случай изнутри, мало ли кто здесь объявиться может!

Я бросил взгляд на дверь и нахмурился. Ни задвижки, ни простой щеколды на ней отродясь не было. Вот народ непуганый! Подумал, что нужно будет это исправить, и лучше этой же ночью, когда опять верну свое тело. Уже у двери я обернулся.

– Жозефина, а не хотела бы ты прогуляться по лесу? Мне так спокойнее будет. И снимай с себя это барахло, думаю, сегодня уже можно не ждать гостей.

Я с корзиной, Бьянка и четверо волчат вышли на улицу и немного подождали, пока девушка снимет с себя «бабкину личность».

Солнце медленно, но верно опускалось к горизонту. Я закрыл глаза и навострил уши. В мои волчьи «локаторы» ворвались десятки различных звуков, громких и тихих. Какие-то я различал, а какие-то нет.

Я сосредоточился на самом тихом из них, и остальные, словно по команде, отдалились, когда этот искомый звук, наоборот, приблизился, став громче, ярче и объемней. И я словно наяву увидел, как маленький бурый лягушонок с зелеными разводами по шкурке, громко шлепая лапками по грязи, прыгает в свое родное болотце!

Я аж задохнулся от восторга! Ведь я даже не представлял, насколько мир животных ярче в ощущениях, и чего мы, люди, напрочь лишены. Думаю, став снова человеком, я буду скучать, вспоминая об этих невероятных моментах полного единения с природой!

Тихо скрипнула дверь, и по ступеням спустилась стройная девушка с короткими волосами цвета молочного шоколада, непокорными вихрами, которые смешно и мило топорщились в разные стороны. Радостная белозубая улыбка осветила ее милое лицо.

– Как же хорошо без всех этих накладок на тело! Так легко и свободно! А коже лица как приятно, когда свежий ветерок ее обдувает! – Изумрудные глаза девушки сияли радостью, а в руках она держала какой-то сверток.

Я завис, любуясь ею.

– Пасть захлопни, и слюни подбери! – послышалось у моего уха ворчливо.

Мои зубы с лязгом щелкнули. Неловко-то как. Подхватив корзинку за ручку, я стартанул быстрее всех. Дорога до логова оказалась длиннее, чем мне помнилось, или это была виновата тяжелая корзина с волчатами. Но, так или иначе, наконец, мы пришли!

Жозефина постелила в логове полюбившуюся малышам воздушную перину, и Бьянка переложила на нее волчат из корзины.

– Есть очень хочется! – вздохнула девушка. – Это пока мы назад вернемся и приготовим зайца, я уже с голоду помру!

– Ну а что же делать? Спасибо волчатам, что угостили нас! Пойдем домой. Быстрее вернемся, быстрее зайца приготовим.

– Серый! – меня окликнул Ким, его я узнал по надорванному левому уху. – Недалеко от нашего логова есть большая поляна с лесными ягодами. Я знаю, люди их очень любят. В ягодный сезон сюда часто ходят местные человеческие самочки.

– Местные? – сделал я стойку.

– Да, неподалеку есть человеческое поселение.

Мысль окончательно еще не оформилась, но я уже чувствовал, что где-то рядом летает спасительная идея!

Жозефина обрадовалась предложению провести нас на ягодную поляну, и Ким с Бэтти с удовольствием вызвались показать нам дорогу.

Ягод действительно оказалось видимо-невидимо! Кусты были просто усеяны лесной малиной. Я почувствовал, как слюна наполняет мой рот. Вот только опасался, что вкусовые пристрастия волка не позволят мне насладиться витаминной вкуснятиной. Но если я до сих пор не воспринимаю сырое мясо в качестве еды, то почему с ягодами не может быть иначе?

Ура! Привычный кисло-сладкий привкус ягодной бомбой ударил по моим вкусовым рецепторам, и я, с наслаждением прикрыв глаза, втянул прямо с ветки в рот еще несколько спелых малинок. Наедались мы с Настеной долго и впрок.

– А давай с собой малины наберем! – девушка восторженно захлопала в ладошки, а я, как завороженный, смотрел на милые ямочки на ее щеках.

– Ну что молчишь?

– Да, давай наберем. Только куда? В корзине как бы волчата были, негигиенично.

– Что? Как? – удивленно распахнула девушка глаза.

– Ну, грязные волчата. А мы в эту же корзину ягоды ссыпать будем!

– Я поняла! Не беспокойся, мы дно лопухами застелем.

А затем мы долго собирали ягоды. Вернее, собирала Настена, а я стоял рядом с ней с корзинкой в зубах и, прикрыв глаза, с наслаждением вдыхал аромат ее кожи! Она пахла цветочным мылом, молоком и малиной!

Потом мы, уставшие, но довольные, шли домой, попеременно неся корзину, полную ягод. Вот уже и край поляны, и моя будка, и задняя стена сарая. Внезапно я резко остановился, словно наткнулся на глухую стену.

– Чужие запахи! Я чувствую много посторонних запахов! Опять чужаки пожаловали! – сердце принялось громко бухать у меня в ушах, выбрасывая в кровь бешеную порцию адреналина. Шерсть вдоль холки встала дыбом, а в груди родился утробный рык.

– Тихо, Серый! – девушка приложила пальчик к губам, – нам бы спрятаться, покуда они нас не заметили. Может, в сарай?

– Нельзя, я повсюду чувствую чужие запахи. Со стороны сарая тоже!

– Но что, же нам делать? – в голосе Настены я почувствовал панические нотки и встряхнулся, сбрасывая с себя растерянное оцепенение.

– Мы до темноты в будке посидим, а потом я выйду на разведку!

– Да, будка большая, но я же не протиснусь в узкий лаз!

– А туда и не нужно! Мы зайдем с черного хода!

Глава 20

В тесноте да не в обиде

Серый

В который уже раз за последние пару часов я похвалил себя, что выломал в задней стенке будки лаз, достаточный, чтобы в него пролез человек. Внутри мы с Настеной поместились очень неплохо, даже для корзины с малиной уголок нашелся. Не знаю, на какого ньюфаундленда была рассчитана эта будка, но нам это оказалось даже на руку.

Девушка испуганно свернулась в калачик и через лаз наблюдала, как туда-сюда ходили какие-то люди в одинаковой одежде. Форма это у них, что ли, такая?

Да, несмотря на то, что это был не мой дом, всего за несколько дней я с ним как бы сроднился. Поэтому, хотя я и пытался абстрагироваться от всей этой ситуации, в душе тихо зрела ярость на чужаков, что пришли и нагло начали хозяйничать в доме моей подшефной.

Я слышал, как билась посуда, и как скрипели отрываемые с пола доски. В какой-то момент в сарае громко и испуганно заблеяла коза, а затем резко затихла. Настена повернулась ко мне и, блестя широко открытыми глазами, прошептала:

– Они что, козу зарезали?

– Похоже на то, – скрывать правду не имело смысла, все же она не ребенок. А так хотя бы точно будет знать, что высовываться нельзя. А то поначалу несколько раз порывалась выйти и попытаться прогнать чужаков.

Я же, при всем желании, один не смогу прогнать нескольких мужчин. По моим прикидкам, их человек шесть-семь. Вот были бы здесь подросшие волчата, а так.… Пристрелят меня одного, да и все тут!

Темнело. Я все с большим беспокойством поглядывал на свои лапы. Я не знал, в какой точно момент происходит оборот, и боялся напугать девушку. Все же было необходимо ее предупредить.

– Настена!

– Да? – она бросила на меня рассеянный взгляд, так же, как и я, думая о чем-то, о своем.

– Я могу скоро снова обернуться… в человека.

Взгляд девушки пытливо прошелся по мне, а затем и по оставшемуся свободному месту в будке.

– Ты станешь большой! Как мы здесь поместимся?

Удивила! Практичная девушка! Вместо того чтобы охать и закатывать глазки при мысли, что скоро рядом окажется посторонний голый мужик, она оценивает, как мы вообще здесь поместимся.

– Нормально. И ты не переживай, у меня здесь кое-какая одежда припасена. За печкой нашел. Это, видимо, вещи лесничего.

– Серый! Как ты думаешь, они скоро уйдут? – девушка ловко перевела тему на более насущную и не такую щепетильную.

– Думаю, не раньше утра. Козу-то они зарезали, сейчас мясо жарить будут, заночуют здесь. В ночь-то, куда по лесу идти? А утром, предполагаю, что все же уйдут, но не все, скорее всего, засаду оставят.

– Что?

– Ну, людей, которые будут ждать твоего возвращения, чтобы поймать, – постарался я объяснить как можно понятнее.

– И что же нам делать? – голосок Настены испуганно дрожал.

– Ничего, прорвемся! Ты знаешь, пожалуй, пока я еще в волчьем обличье, сбегаю на разведку! Хорошо, что они собаку с собой не взяли, а то быстро бы нас нашли. А раз собаки нет, то они, по сути, слепы и глухи в сравнении с волком. Так что, Настен, не дрейфь, прорвемся! – я осторожно выглянул из будки и серой тенью в сумерках метнулся к крыльцу дома.

Настена

Странно, что всего за два месяца старый дом в дремучем лесу стал казаться мне родней моих покоев в родительском замке. Да, мне было жалко разгромленного уютного дома с пышущей жаром печью и побитых недругами глиняных горшков, в которых я теперь умело, варила картошку, яйца да кашу. Но больше всего мне было жалко бедную козочку, которой я так и не успела дать имя.

А теперь вот Серый ушел, и собачья будка тут же показалась мне слишком просторной и оттого неуютной. Я осторожно придвинулась ближе к собачьему лазу, пытаясь увидеть, что происходит там, снаружи. Мимо будки быстро прошел мужчина, таща за собой сухие сучья. Я от неожиданности дернулась и повалила ногой корзинку с малиной. Ягоды веером рассыпались по полу. Хотя, к счастью, не все, а лишь небольшая часть. Пока я, ругая себя за неуклюжесть, собирала их, в заднюю стенку будки кто-то тихо постучал. Я замерла.

– Настен! Это Серый! Подай мне узелок с вещами!

Видимо, оборот уже произошел, и я скоро снова увижу Серого в его истинном облике! Сердце часто-часто застучало, а во рту стало сухо от волнения. Пошарив рукой с той стороны, где недавно лежал волк, я нащупала в углу узелок с одеждой. Чуть отодвинув одну из досок, я просунула в него свою находку.

Спустя минуту задняя стенка с тихим скрипом отошла в сторону, и в будку залез полуголый мужчина, заняв собой все свободное пространство. Я сжалась в еще более плотный комочек, буквально впечатываясь в стену.

– Ну что, давай снова знакомиться! – усмехнулся незнакомец и, протянув мне руку, осторожно пожал кончики моих пальцев. Я вздрогнула от неожиданности и смущения. Еще никогда я не находилась так близко к мужчине, тем более незнакомому. Даже в почти полной темноте я видела, как блестят его глаза, и выделяется светлым пятном его оголенная грудь в распахнутом вороте безрукавки.

– Ну, что тебе удалось узнать? – я отвернулась и постаралась сосредоточиться на нашем положении.

– Да что, вон видишь всполохи огня? Как я и думал, костер запалили, ночевать здесь будут и ужин готовить… из козы, – последнее Серый произнес напряженным злым голосом.

– И петуха что-то не слышно, – не знаю, к чему это я сказала.

– Его, наверное, тоже в расход пустили. Но ты не волнуйся, им это с рук не сойдет! Я обязательно что-нибудь придумаю!

– Ой, Серый, не надо! Ты же знаешь, нам нужно только переждать. Уж быстрее бы эта ведьма возвратилась! – Я не сказала, что боюсь, как бы чего с ним не случилось, но думаю, он это понял. И я аж вздрогнула, представив, что останусь одна, тем более, когда на меня устроили настоящую охоту!

На какое-то время мы замолчали, думая каждый о своем. Я смотрела через собачий лаз на то, как перед домом чужие люди, тихо переговариваясь и посмеиваясь, свежевали тушку бедной козочки.

– Смешно им! – зло прошептала я.

– А чего им не веселиться? Задание им дали легкое: все обыскать и доставить старушку или слабую девушку! Лучше, конечно, если обеих! Так что им волноваться? Неужели семеро молодчиков не справятся со слабыми женщинами?

– Это ты сам слышал?

– Да, именно это им и поручили. Вот только я так и не понял, кто именно. Настен, попробуй уснуть! Я понимаю, что очень неудобно здесь, но ты постарайся! Так и ночь быстрее пройдет. Хочешь, я тебе безрукавку свою дам? Можешь или накрыться, или свернуть и под голову подложить?

– Нет-нет, спасибо, но не нужно! – поспешила я отказаться, чувствуя, как вспыхнули мои щеки. И представила, как прикладываю к щеке вещь, пахнущую чужим мужчиной, и, между прочим, красивым, как я успела заметить в прошлый раз. Вжавшись максимально сильно в стену, я свернулась в плотный клубочек и закрыла глаза, стараясь не думать о непростительной близости ко мне его поджарого, мускулистого тела.

Я представила себе лица мамы и папы, узнай они, что я провела ночь в лесу, в собачьей будке, бок о бок с полуголым мужчиной! На секунду стало даже смешно. Мама наверняка изящно упадёт в обморок, а папа пошлёт за нюхательной солью да за лекарем.

Я лежала и слушала звуки ночного леса, потрескивание веток в костре и невольно принюхивалась к божественному аромату готовящегося на огне мяса. Да простит мои крамольные мысли бедная коза, но уж очень мне хотелось есть.

От мыслей о еде меня отвлекло ощущение волнующего жара с правого бока. И только теперь я поняла, это от того, что бедро мужчины оказалось плотно прижато к моему. Щеки залило предательским румянцем, к счастью, незаметным в темноте. Я попробовала незаметно отодвинуться, но ничего не вышло, теперь, когда Серый превратился в человека, мы оказались буквально прижаты друг к другу.

Моих душевных терзаний хватило ровно до того момента, как из лаза повеяло свежим воздухом, и вдруг хлынул ливень! Тугие струи дождя с такой силой обрушились на маленькую крышу собачьей будки, словно хотели разбить ее вдребезги.

Я с опаской посмотрела вверх. Мне не верилось, что кто-то стал бы особо стараться для дворовой собаки, делая крышу ее домика непроницаемой для дождя. Но нет, видимо, лесничий не зря пользовался особым положением у короля, свою работу он знал и зверей любил.

Убедившись, что крыша не протечет, я по достоинству оценила живую «печку», что волей случая оказалась, прижата к моему правому боку, согревая и даря ощущение защищенности. И вспомнила тихие перешептывания моих фрейлин, которые называли мужчин «грелками в постели», и как пыталась распознать в этой фразе некий скрытый смысл. А оно вон как оказалось, что грелка она и в собачьей будке грелка! Я улыбнулась своим наивным воспоминаниям и постаралась уснуть, понимая, что меня ждет, возможно, не самый легкий день, и мне просто необходимо отдохнуть. Слушая успокаивающую дробь дождевых капель по крыше, и ощущая бедром и боком живительное тепло тела мужчины, я задремала.

Разбудил меня взволнованный голос Серого. Я, сонно хлопая глазами, приподнялась, насколько позволял потолок будки. Уже рассвет был не за горами, и внутри оказалось относительно светло, и я увидела сидевшего передо мною красавца-мужчину с черными, слегка волнистыми волосами. По его выглядывающему из распахнутой безрукавки торсу стекали капельки воды. А в его внимательно на меня смотрящих глазах плескалось волнение.

– Что? Что с тобой? Где болит? Где ты так поранилась? – в голосе мужчины слышалось сильное волнение, и он совершенно неприлично трогал мои плечи, руки и живот. Я опустила взгляд вниз, и остатки сна, словно ветром сдуло, едва увидела, что моя грудь и живот в крови! Дикий ужас буквально пронзил меня насквозь, и я чуть не закричала. Но тут Серый наклонился ко мне и резко втянул носом воздух.

– Нет! Нет! Тихо! Всё в порядке! Не кричи! Это не кровь, это малина! Твоя одежда перемазана малиновым соком! – быстро зашептал он, успокаивая меня.

От этого известия я обмякла, привалившись к стене будки. Сердце быстро-быстро стучало, постепенно успокаиваясь, а в голове образовалась звенящая пустота. Я отрешенно смотрела, как мужчина вытянулся и, подобравшись ближе к выходу из будки, к чему-то принюхивается.

– Что? Что там? – успокоившись, я снова почувствовала интерес к происходящему снаружи. Очень захотелось наконец-то выйти отсюда, спину уже давно безбожно ломило, да и ноги затекли.

– Как ты смотришь на то, чтобы поесть? – неожиданный вопрос ошарашил меня, и я растерялась, не зная, что ответить.

– Положительно смотрю! Ну, угощай! Сколько у нас сегодня перемен блюд? – бояться я уже устала, и в крови неожиданно забурлило несвоевременное веселье. – Вот только сейчас я сменю наряд к ужину! Или что у нас там намечается, ранний завтрак?

– А вот этого как раз и не стоит делать!

– Чего?

– Наряд менять. У меня есть очень интересная задумка! Как ты смотришь на то, чтобы умереть?

Глава 21

Блеф – универсальное оружие

Настена

Я уже некоторое время лежала на мокрой траве неподалеку от того места, где перед началом дождя неизвестные жгли костер. Холодная после дождливой ночи земля сильно холодила мне спину, и я изо всех сил старалась не дрожать, прислушиваясь, что же происходит в доме.

Серый сказал, что слышал, чужаки собираются выйти наружу. Они были голодны и поэтому злы. А еще они так и не дождались возвращения старухи и девицы, тоже не добавляло им настроения.

Дождь закончился, и мужчины собирались дожарить мясо козы. В доме, слева от двери, лежит небольшой запас дров для печи, поэтому шум, который я сейчас слышала, видимо, от того, что они сейчас добрались до поленницы и уже скоро выйдут.

Я сильно вздрогнула. Сейчас мне уже было больше страшно, чем холодно. Несмотря на то, что Серый обещал, что мне ничего не угрожает, это не очень успокаивало. Приоткрыв глаза, увидела над собой сизое от дождевых туч утреннее небо, еще не решившее, разразиться ли новой порцией дождя или уступить место проснувшемуся солнцу.

Дверь хлопнула, по ступеням застучали подошвы тяжелых кованых сапог. Судя по звуку, это был один человек. Стук шагов по дереву сменился чавканьем по пропитанной дождем земле, и шаги быстро приближались.

Я замерла, стараясь почти не дышать, чтобы не выдать себя. Громкий вскрик дал понять, что меня заметили.

– Ааааа! Скорее сюда! Она здесь! На помощь! – басовитый голос мужчины сорвался на визг.

По ступеням затопали быстрые шаги, затем послышалось тяжелое дыхание.

– Черт! Черт! Матушка Прасковья нам этого не простит! Девка была совсем рядом!

– И как мы не услышали ее криков?

– А вдруг волки еще не ушли?

Мне очень хотелось хоть чуть приоткрыть глаза и посмотреть на паникующих мужчин, но я боялась, что они заметят, что я жива, и план Серого сорвется.

Господи, сколько кровищи натекло! Как хотите, но я не стану здесь ждать старуху, я умываю руки!

– Да подожди, уже рассвело! Волки днем не охотятся.

Послышался тихий хрип, а затем сиплое:

– Ты это ему скажи! И… им!

Серый

Мы все же успели! Отправив Настену изображать растерзанную волками жертву, я что есть сил рванул к логову, периодически издавая премерзкий вой. Само собой, мы заранее договорились с волчатами, что, если мне понадобится помощь, будь я хоть в человечьем обличье, буду выть, как смогу. И именно по такому «неправильному» вою они поймут, что это я, и придут ко мне.

Так и случилось. Даже толком не отбежав от дома, я встретил сыновей Бьянки, спешащих мне навстречу. Быстро сказав им, что нужно напугать людей, мы тут же бросились обратно. Обернулся я уже на бегу, спешно снимая с себя безрукавку и штаны. Несколько минут бешеной гонки по лесу, и вот уже я слышу переговоры мужиков, в их голосах явно угадываются панические нотки, а это значит, цель почти достигнута.

Очень вовремя мы явились! Они не додумались подойти к девушке и пощупать ее пульс. Хотя вообще не ясно, практикуют ли они такой способ, чтобы отличить живого человека от мертвого. Видимо, все же сыграло роль то обстоятельство, что платье девушки было полностью в крови, что они даже не усомнились в том, что ей уже не помочь.

– Да подожди, уже рассвело! Волки днем не охотятся, – осипший дрожащий голос вывел меня из задумчивости, и я сделал шаг вперед, скалясь так усиленно, что даже скулы свело.

– Мам…очки! – фальцетом пискнул один из них и икнул.

– А ну, пошел вон отсюда! – рыкнул бородатый мужик. От него меньше всего я чувствовал запах страха, и он действительно мог быть опасен. Ну, конечно, при случае, имей он при себе хоть какое оружие. Но, нам на счастье, мужики выбежали на зов приятеля с пустыми руками.

Я еще сильнее оскалился, и в моей груди родился грозный рык. Я повторил его, так и этак покатав у себя в горле. А что, брутальненько так! Чем-то напоминает голос Джигурды.

– Не бойтесь! Он один! Все вместе мы его быстро одолеем! – звонко выкрикнул кто-то с галерки, что я его даже не видел за спинами товарищей.

Я коротко взвыл, и тут же, медленно, скалясь и рыча, из кустов вышли трое молодых волков, как и в прошлый раз, беря врагов в полукольцо. И теперь я лично узнал, как, оказывается, пахнет страх! Кислятиной он пахнет. Очень неприятной для обоняния, но сладкой для ощущения близкой победы!

Все так же скалясь и утробно рыча, мы сделали шаг вперед. Мужчины попятились. Двое из них оглянулись в сторону крыльца. Это я предвидел и не собирался дать им возможности запереться в доме. Еды там практически не было, да и воды осталось мало, но несколько дней я не хотел терять, да и подмога к ним может подоспеть, поэтому нужно было действовать наверняка!

Еще один мой рык, и из кустов в сторону крыльца метнулась еще одна тень. И на несколько ступеней взлетел Бурый. Мужчины заметались. Я их прекрасно понимал, будь я на их месте, тоже мог бы штаны намочить, не имея в руках даже палки для защиты.

– Слышь, Михей! Давай позовем Гришку и Семена, у них оружие в доме есть.

Этот совет мне очень даже не понравился, тем более, я только что сам предположил такую возможность.

Но их услышал не только я, но и Бурый. Волк взлетел вверх по ступеням и скрылся в доме. Спустя несколько мгновений оттуда раздались крики, и на крыльцо выскочили два заспанных мужика в подштанниках. Дико вращая глазами и тряся со сна головой, они примкнули к сотоварищам и, затравленно озираясь, зачастили:

– Что это? Откуда тут волки?

– Что им нужно?

– Голодные, наверное! – хмыкнул самый бородатый и заговорил с нами.

– Эй! Братки, чего вы хотите? Волк волку товарищ! Неужели не договоримся? – он обвел нас взглядом и остановил его на мне, безошибочно определив старшего.

– Хотим, чтобы вы ушли отсюда! И немедленно! – рявкнул я и добавил: – это наша территория!

– Уйдем! Конечно уйдем! – он поднял руки в примирительном жесте. – Нам бы только старушку дождаться! Девушку, я вижу, вы уже до нас повстречали, – усмехнулся он недобро.

– Старушка нам самим нужна! Убирайтесь!

Бородатый медленно огляделся по сторонам, словно что-то обдумывая, и мне это очень не понравилось. Он явно взял себя в руки и теперь старается зубы мне заговорить, а сам подыскивает, что бы можно было применить в качестве оружия. А что самое плохое, их больше, чем нас. Вот если бы…

Над поляной раздался волчий вой. Не знаю, то ли провидение решило нам помочь, то ли Серому так с женой повезло… Настоящая боевая подруга! Надо же, тоже, видно, услышала мой вой и, бросив волчат, примчалась узнать, что случилось. Наверняка всё разведала и начала действовать.

Мы стояли, с упоением слушая, как попеременно с разных сторон взлетает к серому промозглому небу ее вой. А еще, наблюдая, как бледнеют, а затем сереют лица мужчин. Даже бородач пригорюнился, молча зыркает черными глазюками по сторонам, да, видимо, теперь ищет пути отступления. Такой расклад меня бы куда больше устроил.

– И чего вы ждете? – это он опять ко мне обратился.

– Ждем, когда вся стая соберется. Будем решать, что с вами делать. Сразу убить или по очереди. Пока местный лесничий был жив, он следил, чтобы охотники много дичи не били. А теперь нам и еды здесь почти не осталось! Разумных есть мы не очень приучены, да вот, видимо, придется с чего-то начинать. В данном случае, с кого-то.

Бородатый гулко сглотнул.

– Забирайте лошадей! Только отпустите!

Словно ожидая сигнала, испуганно загалдели остальные мужики, прося их отпустить.

Немного помолчав для солидности, я согласился их отпустить, «вынужденно» согласившись отдать им пять лошадей из семи. А что, лошадь нам нужна! Всё не пешком Настене в деревню за продуктами мотаться! Да и вторая не лишней будет, на ней провизию и повезём.

Благоразумно отказав мужикам вернуться в дом за одеждой, отправил туда Бурого. Тот вскоре вернулся, скинув с крыльца вещи захватчиков. Те, наверное, никогда в жизни так быстро не одевались.

Ким и Бэтти отвели в сторону самых смирных, на их взгляд, нервно всхрапывающих от близости хищников коней, и несколько мгновений спустя наши недавние пленники, поднимая копытами пяти коней комья грязи, скрылись в лесу.

– Ох, ну если я заболею, Серый, сам меня лечить будешь! Я так замёрзла, лежа в грязи, что у меня зуб на зуб не попадает!

Настена, трясясь и клацая зубами, поднялась с земли и, пошатываясь, направилась к дому.

Из леса вышла Бьянка.

– Ты бы правда подлечил человечку! Они слабые, и то верно, гляди, заболеет! Была бы здесь сама Жозефина, живо бы больного на ноги поставила.

– Да я не понимаю ничего в травах! И это, спасибо тебе! Очень вовремя появилась! Если бы мужики не поверили, что их действительно целая стая окружает, то еще не известно, чем бы это закончилось.

– Пожалуйста! Семья всегда должна на выручку приходить. А мы же семья, верно? – и так Бьянка на меня посмотрела… Я нервно сглотнул, убеждая себя, что мне все это только показалось.

– Ну, я пошла, а то дети скоро проснутся, есть запросят.

– Подожди! Там это. В общем, они козу нашу прирезали, так вот в доме ее туша лежит. Думаю, будет справедливо ее между всеми поделить.

Мы вошли в дом, оставив на посту Кима.

Настена уже успела переодеться в сухое, укутавшись во все бабкины кофты и шали, и теперь со спины стала очень похожа на Жозефину. Девушка растопила печь и теперь задумчиво стояла над лежавшей на столе тушей козы.

– Что, жалко?

– Да нет, вот думаю, как бы ее разрезать, чтобы приготовить? Целиком-то она в печь не поместится!

– Давай помогу! Практичная ты моя!

– Какая? – девушка нахмурила красивые бровки, видимо сочтя это слово ругательным.

– Ну, по-вашему, это значит хозяйственная. И знаешь, было бы честно поделить тушу на всех. Если бы не волчата и не Бьянка…

– Ну и за кого ты меня принимаешь? – обиженно нахмурилась Настена. – Я так и хотела сделать! Вот только тушу сама разрезать не смогу! А ждать ночи, пока ты снова обернешься… Я с голоду уже умру, а коза протухнет!

– Не умрешь и не протухнет. Бери нож! Я буду показывать, где делать надрез. И это, рано ты переоделась.

Глава 22

Что делать?

Наконец-то с разделкой козлиной туши было покончено. Свою долю получили и волчата, и Бьянка. Я по-прежнему не соглашался есть сырое мясо, поэтому нам с Настёной досталась задняя правая нога козы, которую мы собрались приготовить на двоих.

Я сбегал в сарай за топориком, и Настёна разрубила эту ногу на несколько частей. Во время всей этой процедуры я очень за неё волновался, мне всё время казалось, что девушка промахнётся и ударит себе топором по ноге, но, слава богу, всё обошлось.

Пока в печи тушилась козлиная нога, а Настена занималась уборкой, мы с Бьянкой исследовали угол, где под потолком были развешены лекарственные травы хозяйки дома. Мы обсуждали, как будем лечить девушку, если она заболеет. Услышав нас, она сказала, что чувствует себя хорошо и просто немного замёрзла. Однако я действительно опасался, что в этом незнакомом времени и месте она может заболеть, ведь, судя по всему, о лекарствах, а тем более об антибиотиках здесь и не слышали.

Я внимательно осмотрел пучки сушеных трав, но волшебного вау-эффекта узнавания, не произошло – я не был силён в определении растений в их естественном виде, поэтому не смог узнать ни одну из них. Я очень сомневался, что смогу быть полезен в этом деле.

– Не говори ерунды, – фыркнула Бьянка, – любой волк сможет отличить лекарственную траву от ядовитой.

– Ну, волк, может быть, и сможет, но я-то не волк!

– Уверяю тебя, сможешь, – усмехнулась Бьянка. – Я тебе сейчас объясню, как это делается! Ты должен думать о болезни, которую хочешь вылечить, и при этом нюхать все попадающиеся на твоём пути травы и цветы. От какой травки к тебе потянется тепло, так и есть та самая, которую ты ищешь! Таким образом можно найти несколько трав и перемешать их, так будут усилены свойства каждой из них.

– Неужели всё так просто? – я почесал задней лапой за ухом, разглядывая висящие сушёные, потерявшие узнаваемый облик пучки растений.

– А вдруг я перепутаю, ошибусь? Вдруг мне покажется, что от цветка идёт тепло, а на самом деле мне в морду просто тёплый ветерок подует? А это окажется ядовитая трава? Ну, или просто не полезная?

– Ерунду говоришь! От ядовитой травы в твою сторону будет холодком тянуть, так что ты никогда их не перепутаешь. Вот давай сейчас попробуй! Подумай о том, что тебе нужны травы от простуды. Закрой глаза и приближай свою морду к каждому висящему здесь сухому пучку.

Я удивлённо покачал головой, но всё же сделал, как сказала волчица. Закрыв глаза, медленно вытянул морду к первому пучку. Возможно, причиной стал сквозняк, который возник из щели в полу. Как бы там ни было, я почувствовал прохладный ветерок, будто дующий мне в морду. Мне стало интересно!

Я снова закрыл глаза и сделал шаг вперёд, потянувшись мордой к пучку с желтоватыми маленькими цветочками, мой нос словно окутало тёплое дыхание, я в удивлении распахнул глаза и посмотрел на Бьянку. Она довольно скалилась и кивала мне.

– Ну вот, вижу, теперь понял, как это работает, а теперь давай иди дальше, одну травку мы уже нашли.

Таким образом я обследовал все запасы хозяйки этого дома. В итоге мы выбрали пять различных растений. Я показал их Настёне и объяснил, для чего они предназначены. Затем я сел на скамейку и с любопытством наблюдал, как девушка заваривает себе целебный чай. Я исподволь поглядывал на девушку, стараясь, чтобы она не заметила моего пристального внимания. Мне так хотелось позаботиться о ней: укутать в тёплый плед и самому подать ей чай. Но, увы, будучи волком, я не мог этого сделать.

Через некоторое время по дому поплыл чарующий запах запечённого мяса. Настёна открыла заслонку печи и потыкала вилкой в наш поздний завтрак, почти обед.