444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Стефан Вул » Возвращение к нулю (ЛП) » Текст книги (страница 5)
Возвращение к нулю (ЛП)
  • Текст добавлен: 13 ноября 2026, 11:00

Текст книги "Возвращение к нулю (ЛП)"


Автор книги: Стефан Вул



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

ГЛАВА XVI

Через час работы пять кабин исчезли. На экране, в человеческом изображении, левое паховое сгибание и живот расцвечивали пять светящихся точек. Профессор Кам склонился над больным. Зелёная зона вновь поднялась по бедру Жа.

– Все кабины, вы меня слышите? Отвечайте по номерам.

Пять передатчиков откликнулись один за другим.

– Хорошо, – сказал Кам. – Выходите из аппаратов и двигайтесь вверх по току лимфы. Кабины оставьте на месте. Не отходите от командиров групп, держитесь десятками. Командир кабины I, говорите один! Остальные молчать, если нет срочной необходимости.

Каждая светящаяся точка разделилась ещё на одиннадцать, ставших гораздо меньше. Пять остались неподвижны, остальные медленно поплыли вверх по лимфатическим сосудам.

– Здесь командир кабины I. Движение замедляют клапаны, которые встречаются нам через каждые десять метров… То есть примерно через каждые двадцать микрон.

– Выражайтесь в метрах, так короче и понятнее.

– Приходится как бы открывать клапаны и придерживать створку, пока не пройдёт следующий товарищ.

– Ничего не повредите, особенно клапаны.

– Не беспокойтесь, профессор. Мы снова в лимфатическом узле.

Из передатчика донёсся неясный шум, похожий на отдалённый рокот потока, размеренно перемежавшийся глухими ударами.

– Что это за шум? – спросил Кам.

– Вы должны слышать пульсацию артерий и шорох эритроцитов. Они с огромной скоростью проносятся за полупрозрачной оболочкой капилляров; сталкиваются друг с другом, отскакивают, как большие резиновые тарелки. Вокруг нас множество лейкоцитов – похожи на огромных плоских медуз. Мы по очереди огибаем соединительнотканные мембраны. Вот приносящий лимфатический сосуд…

– Дальше?

– Профессор, они уже здесь. Я вижу троих: они проходят через клапан.

– Трихоцисты?

– Да. Дёргаются, выглядят вполне здоровыми. Товарищи меня догнали, мы атакуем.

Заговорил передатчик номер три:

– Трихоцисты впереди, профессор! Мы атакуем.

Кам включил свой передатчик:

– Внимание всем! Группы I и III уже вступили в бой, скоро то же самое произойдёт у всех. Делайте всё возможное, чтобы инфекция не добралась до лимфатических узлов позади вас. Командир группы I, докладывайте.

– Да… я… Простите, профессор. Вот ещё один! Мы устроили настоящее побоище. Мой товарищ справа, если позволительно так выразиться, катается по земле, сцепившись с монстром. Рубит его мечом. Остальных я почти не различаю. На меня напали… Вы слышите, как кольца трутся о мой скафандр… Бью…

– Держитесь, старина, продолжайте. Группа III, слушаю вас. Командир группы III?

– Здесь командир группы III! Нам приходится отступать под их натиском. Их здесь бесчисленное множество; обломки их трупов проплывают мимо, подхваченные током лимфы. Я… Профессор! Хорошая новость: лейкоциты больше не убегают. Они собираются вокруг обломков, поглощают их… Да, именно! Мы видим в их вакуолях наполовину переваренные фрагменты. Но… да, точно! Лейкоциты атакуют! По десять, по двадцать сразу облепляют трихоцисты и парализуют их движения. Они нападают даже на неповреждённых трихоцистов, профессор! В окружающей плазме, должно быть, образовалось антитело. Трихоцисты теперь отступают. Лейкоциты работают великолепно. Их прибывает всё больше, отовсюду. Мы видим, как они проходят между клетками перегородки; ползут со всех сторон. Один трихоцист движется прямо на меня, мечется, пытаясь стряхнуть прицепившегося к нему лейкоцита. Я ударил… он… Ай! Я ранил лейкоцита…

– Всё хорошо, малыш. Теперь пусть они сами разбираются. Кажется, мы переломили ход боя. Возвращайте товарищей к кабине. Группа I, как у вас дела?

– Нам всё труднее двигаться: лейкоцитов стало слишком много, они атакуют…

– Знаю, знаю. Возвращайтесь в кабину. Группа II?

– То же самое, профессор.

– Возвращайтесь. Группы IV и V?

– То же самое, профессор.

– Назад!

Кам бросил взгляд на экран.

– Группа V, куда вы забрались? Вы идёте не в ту сторону.

– Кажется, мы заблудились, профессор. Сеть капилляров – настоящий лабиринт.

– Я вас выведу. Возвращайтесь по своим следам… Теперь направо…

На экране светящаяся пунктирная линия, каждый элемент которой обозначал одного человека, медленно возвращалась к подвздошным лимфатическим узлам. Остальные группы уже собрались в своих кабинах.

– Нет, группа V, не туда. Возвращайтесь! Стоп! Слева у вас наверняка есть ответвления, вы забрались слишком высоко.

– Действительно, профессор. Исправляем направление.

– Теперь вперёд! Следуйте за током. Вот так. Нашли приносящий проток?

– Вот он, профессор, всё в порядке! О, я вижу трихоциста. Я… Чёрт побери, профессор, он меня сбил с ног! Я вылетел из капилляра! Он преследует меня. Я запутался в эластическом волокне… Он снова бросился на меня, прижал к кровеносному сосуду. Мне негде размахнуться. Он толкает меня, я…

Светящаяся точка вдруг пошла гораздо быстрее.

– Чёрт побери, что вы делаете?

– Он столкнул меня в кровеносный сосуд.

– Держитесь, чёрт возьми!

– Я… не могу, кровь тащит меня за собой. Я выхожу в крупную вену.

– Вы в наружной подвздошной вене, несчастный. Не теряйте самообладания. Теперь плывите по течению – это лучшее, что вы можете сделать. Вы уже в воротной вене.

ГЛАВА XVII

Командира группы V закрутило в токе плазмы. По пути его десятки раз ударили эритроциты. Он догадался прижать меч к телу, чтобы ничего не повредить.

– Профессор, – сказал он, – я в лабиринте вен. Сквозь прозрачные стенки различаю какие-то зеленоватые трубки.

– Это желчные канальцы, старина, – донёсся в наушниках голос профессора. – Вы в печени. Продолжайте плыть по течению. Сейчас выйдете.

– Я двигаюсь очень быстро, у меня кружится голова.

– Верю. Вы поднимаетесь в полую вену. Будьте осторожны: сейчас попадёте в сердце.

Человек почувствовал, как его затягивает в бездну. Ему показалось, что он падает в огромную пещеру. Он раскинул руки и отчаянно ухватился за подобие гибкой колонны. Вцепившись в неё, попытался сопротивляться обратному удару, который жёстко встряхивал его каждую секунду. Голос профессора, словно пришедший из другого мира, пронзил барабанные перепонки:

– Что вы там делаете?

Запыхавшись, тот ответил:

– Я больше не могу, профессор. Держусь за эту штуку.

– Отпустите её, чёрт вас побери! Это, должно быть, волокно трёхстворчатого клапана. Вы мешаете сердечным сокращениям.

Он послушался – и его с силой выбросило из органа в величественный туннель. На огромной скорости он пронёсся по ответвлению вправо. Течение постепенно замедлялось; он снова оказался в капилляре и изо всех сил старался в нём удержаться. Ему удалось сопротивляться потоку плазмы, и он протиснулся между двумя клетками перегородки, раздвинув их, словно две резиновые пластины. Но клетки сомкнулись на нём, сжав его за талию. Оглушённый, он застыл в таком положении.

Когда сознание немного прояснилось, он удивился, что больше не слышит успокаивающего голоса, который вёл его вперёд. Он постучал по шлему – безрезультатно: радио не работало. Он огляделся. Пока ток крови хлестал по его ногам в капилляре, верхняя часть скафандра высовывалась в огромный шар, который ритмично надувался и опадал, сопровождаемый шумом бури. Со всех сторон расходились сосуды. Он заметил, что эритроциты стали гораздо светлее, и понял: он находится в лёгочной альвеоле.

Внезапно его заставил вздрогнуть громкий удар. Потом ещё один. И ещё. Он прислушался. В этом шуме было что-то знакомое, но что именно?

«Слушайте внимательно! Слушайте внимательно!»

Почему эта фраза не выходила у него из головы? Удары продолжались. И вдруг он понял: профессор передаёт ему сообщение азбукой Морзе, вероятно постукивая инструментом по операционному столу и превращая эти удары в настоящую канонаду. Он напряг слух, разобрал отдельные слова…

«Плывите по кровотоку… плывите по кровотоку».

Отдохнув, он попятился, снова протиснулся между двумя клетками – и течение подхватило его. Мучение началось заново. Его крутило в плазме, толкали эритроциты, рядом с ним беспорядочно проносились лейкоциты. Он мчался с огромной скоростью, затем снова попал в крупную артерию, которая сворачивала влево. Невозможно было понять, куда его несёт. Через несколько минут его перебросило из одного ответвления в другое, и он оказался в новом капилляре.

Голос профессора Кама оглушительно рявкнул ему в уши:

– Стоп!

Инженеры, должно быть, починили радио.

– Постарайтесь оставаться на месте, старина. Мы вас заберём. Я замедлю кровоток на этом участке сосудосуживающим средством. Вам станет легче.

Молодой врач изо всех сил вцепился в мембрану эпителиальной клетки. Повторяя способ фиксации, который уже помог ему в лёгочной альвеоле, он просунул руки между двумя клетками.

– В какой области я оказался, профессор? – спросил он.

– Вы примерно между лучевым сгибателем запястья и длинной ладонной мышцей, в средней части правого предплечья. Не двигайтесь.

– А мои люди?

– Какие ещё люди?.. Ах да! Успокойтесь, они все в кабине V. Не хватает только вас.

* * *

Профессор с головы до ног обливался потом под своим обтягивающим биокомбинезоном. Он устало посмотрел на Тероля.

– Тревога была нешуточная!

– Зато какой захватывающий опыт! Позволю себе обратить ваше внимание на ногу больного: зелёная зона за полчаса уменьшилась на три сантиметра.

– Вот чёрт!.. Я почти забыл. А ведь правда. Ах, Тероль, старина, кажется, мы выиграли. Но не будем заставлять этих парней томиться в глубинах человеческого тела. Пора возвращать их в нормальный мир.

Заговорил один из передатчиков:

– Здесь кабина I. Мы вовсе не томимся, профессор. От такого зрелища невозможно устать!

– Всё равно пора возвращаться, малыш. Учитывая огромные перспективы, которые изобретение гражданина Тероля открывает перед наукой, вам ещё не раз придётся совершать подобные путешествия. Раз вам это нравится, именно вашу кабину я и отправлю на выручку товарищу… Начнём. Кабина I, готовы к подъёму?

– Да, профессор.

– Медленно спускайтесь к лимфатическому узлу.

– Мы на месте!

– Войдите в приносящий лимфатический сосуд.

На экране светящаяся точка пришла в движение.

ГЛАВА XVIII

Кам поднёс стеклянный пистолет для забора крови к бедру Жа Беналя, остановив его в двух сантиметрах от кожи. Он нажал на спуск: прозрачный ствол медленно наполнился кровью, и профессор перелил её в пробирку. Затем он взял кровь из разных участков тела больного: из печени, почек, сердца, подмышек. Когда пробирка наполнилась, Кам поместил её в аппарат и нажал на педаль. Тонкая трубка опустилась на дно пробирки и медленно начала выкачивать жидкость.

На одной из стенок аппарата был установлен экран размером три на три метра. Профессор исследовал на нём разбавленную кровь Беналя: клетки проплывали в замедленном темпе, значительно увеличенные. Когда экран погас, Кам повернулся к молодому человеку.

– Ну что ж, молодой землянин, вы совершенно здоровы. Возвращаетесь буквально с того света.

– Кому вы это говорите, профессор! Горы, монстры, вулканы, а теперь ещё эти трихо… штуки.

– Трихоцисты! Поверьте, они были опаснее всего.

– Я вам бесконечно благодарен.

Профессор слегка пожал плечами и отвёл глаза.

– Сейчас вы выйдете отсюда и попробуете приспособиться к жизни, не похожей ни на что из того, что вы знали прежде.

– Что касается сюрпризов, теперь я привит. Меня уже ничто не сможет удивить.

Профессор протянул ему бумагу.

– Что это? – спросил Жа.

– Покажете на выходе из клиники. Это ваш пропуск.

Старик протянул руку. Жа крепко пожал её и направился к двери. Но в последний момент обернулся к учёному.

– Скажите, профессор, – неловко спросил он, – судя по вашему возрасту, вы наверняка не коренной лунар. Почему вас сослали?

Профессор вздрогнул и густо покраснел. Несколько секунд он молчал, затем успокоился и улыбнулся.

– Боже мой, я уже от многого устал и, в конце концов, не вижу причин скрывать это от вас. Но на Луне так не принято. Причина моей ссылки записана в личной карточке, в архивах Совета, и больше никто о ней не знает. Никогда не задавайте подобных вопросов в присутствии других – это одно из правил лунного этикета. Причину собственной ссылки вы укажете в анкете, которую вам вскоре выдадут в запечатанном конверте. Но больше вас об этом никто никогда не спросит.

Жа Беналь опустил глаза.

– Простите, профессор, я не знал.

Кам махнул рукой, показывая, что ничего страшного не произошло. Жа коротко поклонился и вышел.

Он перешёл в соседнее помещение. Молодая женщина жестом пригласила его подойти. Жа подчинился, заставив себя смотреть ей в глаза. Его смущало, что одета она точно так же, как мужчины: на ней был лишь крошечный цветной плавок, а остальное тело казалось обнажённым под обтягивающим полупрозрачным биокомбинезоном, похожим на чулок. Впрочем, волосы она не сбривала – они свободно падали на плечи.

Жа подумал, не пришлось ли ей продевать волосы по одному сквозь ячейки ткани. Он наивно спросил её об этом. Женщина расхохоталась.

– Конечно нет, – сказала она. – Сразу видно, что вы здесь новенький. Волосы сами проросли сквозь ткань.

– Вы хотите сказать, что всё это время не меняли биокомбинезон? – спросил Жа, глядя на длину её волос.

– Но я никогда его не снимала, господин.

– Вот как…

– Что такое, гражданин?

– Я хотел спросить: как же вы моетесь?

– Вы снимаете кожу, когда моетесь? Нет? Вот и здесь то же самое. Этот биокомбинезон – усовершенствованная кожа. Его надевают при рождении, он растёт вместе с человеком, защищает от холода, жары и микробов, а моется так же легко, как ваша собственная кожа. Более того, он впитывает её загрязнения и снабжает тело кислородом.

– Вы хотите сказать, что можно выйти в открытый космос при температуре выше ста восьмидесяти градусов или ниже ста?

– Да, но ненадолго. Если хотите оставаться снаружи больше пяти часов, лучше поверх него надеть скафандр. Иначе вы замёрзнете, зажаритесь или задохнётесь. Подождите минутку.

Она вышла и через несколько минут вернулась, бросив Беналю биокомбинезон.

– Наденьте это.

Жа потрогал шелковистую эластичную ткань.

– Из чего она сделана?

– Это плотная сеть капиллярных трубок из недерма.

– Недерм?

– Да. По трубкам постоянно циркулирует жидкость, которая называется суперплазмой. Больше ничего не спрашивайте, я не учёная.

– Недерм, суперплазма… Кажется, я начинаю кое-что понимать.

Молодая женщина покачала головой.

– Вы на Земле не слишком далеко продвинулись.

– Почему вы так думаете?

– Вы не носите биокомбинезонов.

Теперь рассмеялся Жа.

– Там они не нужны.

– Ах, неужели? – недоверчиво протянула она.

– На Земле есть атмосфера, – объяснил Жа.

– Я не знаю, что такое атмосфера. Я женщина.

– Разве женщины…

– Только мужчины имеют право на образование. Одна подруга говорила мне, что среди служащих при Совете есть женщины, умеющие читать, но я ей не поверила. Это запрещено.

– Вы не умеете читать? – потрясённо спросил Жа.

– Конечно нет. А теперь, гражданин, вам лучше надеть биокомбинезон. И не забывайте: снимать его запрещено.

Жа просунул одну ногу в одежду. Женщина снова рассмеялась.

– Нет, не так, – сказала она. – Я так и думала. Сначала нужно снять плавки, а надеть их потом, поверх.

– А, вот как!

Жа пристально посмотрел на женщину.

– Ну? – спросила она.

– Вы останетесь здесь?

– Да. Почему нет?

– Пока я одеваюсь?

Она широко раскрыла глаза и пожала плечами.

– Ах да, верно! Если вам так будет приятнее, я перейду в соседнюю комнату. Вы, земляне, такие стыдливые! Никогда этого не пойму, – сказала она, выходя.

Жа улыбнулся, глядя, как дверь снова становится непрозрачной. Он натянул биокомбинезон: тот мгновенно и идеально облегал тело. Сверху Жа надел плавки. Но с головой он не знал, что делать: ткань оставалась разомкнутой на затылке.

– Эй! – крикнул он.

Молодая женщина вернулась. Жа указал на шею.

– Как это закрывается?

– Никак. Через десять минут всё само соединится.

Жа поднялся с сиденья, на котором одевался. От резкого движения его подбросило вверх; он с силой ударился головой о потолок и рухнул на пол. Падение показалось ему необычайно медленным.

Молодая женщина едва не задыхалась от смеха.

– Вам смешно! – вспылил Жа.

– Этого я тоже ждала, – выговорила она сквозь хохот. – Все новоприбывшие так делают, это ужасно забавно. Вы забыли надеть утяжелённые котурны.

«Она совершенная идиотка», – подумал Жа.

Он надел тяжёлые котурны, сразу прибавившие ему десять сантиметров роста.

– Теперь позвольте мне, – сказала женщина, занимавшаяся его одеждой.

Она провела по черепу и лицу Жа маленькой губкой, смоченной тёплой жидкостью.

– Что вы делаете?

– У вас начали отрастать волосы и борода. Раз в месяц вам придётся пользоваться «Депилом».

Она отступила на несколько шагов и оглядела Беналя.

– Теперь вы в полном порядке, – сказала она. – Даже очень хороши! А я как вам?

Жа слегка покраснел, стараясь не смотреть на тело молодой женщины.

– Вы очень красивы, – добродушно сказал он.

Она и в самом деле была хороша. Женщина с явным удовольствием приняла его слова и улыбнулась.

– Мне хочется спросить, не возьмёте ли вы меня в жёны. Я была бы очень рада. Меня зовут Сор, номер A.G.4172. Вы запомните?

– Конечно, – ошеломлённо ответил Жа.

– Здорово! – воскликнула она, по-детски вскинув руки к потолку. – Теперь можете выходить. До скорого!

Жа поспешно выскочил в коридор.

– Ну и ну, старина, – пробормотал он. – Здесь с признаниями не тянут.

Позади послышались быстрые шаги. Жа обернулся. Странный маленький номер A.G. четыре тысячи с чем-то бежал за ним.

– Вы забыли пропуск! – кричала женщина, размахивая бумажкой.

Жа прошёл половину пути ей навстречу. Она смущённо покраснела.

– О нет, гражданин, не утруждайте себя, пожалуйста! Я же женщина.

Она отдала ему пропуск.

– Спасибо, – сказал Жа.

Он поколебался и неловко добавил:

– Ну… до свидания.

Она протянула руку и погладила его по руке.

– До свидания, г-господин! Позволите мне уже так вас называть?

– Господин? – переспросил Жа. – Да, конечно!

– Здорово! – взорвалась она, захлопав в ладоши.

Она убежала вприпрыжку.

«Если они все такие, – подумал Жа, – это обещает быть интересным».

ГЛАВА XIX

Жа последовал стрелкам, указывавшим выход, и вошёл в круглое помещение. К нему подошли двое мужчин. На поясе у каждого висел блестящий металлический стержень, заканчивавшийся маленьким шариком и в целом напоминавший рапиру. Позже Жа узнал, что достаточно направить это оружие на человека, чтобы обездвижить его.

– Ваш пропуск, гражданин!

Жа протянул им бумагу.

– Можете выходить. Этот гражданин вас проводит.

Жа обернулся и увидел ещё одного мужчину, которого прежде не заметил. Тот подошёл к нему.

– Вы ведь Жа Беналь?

Жа кивнул. Мужчина протянул руку.

– Лас Тем! Мне поручено помочь вам освоиться с нашей цивилизацией. Не хотите ли пройти со мной?

Они вышли на аллею, обсаженную деревьями.

– Клянусь, это липы! – сказал Жа.

– В городе у нас много деревьев, – с улыбкой ответил Тем.

Жа взглянул в небо. Огромные звёзды сияли в чёрном небе вокруг гигантской Земли, отбрасывая на землю чёткие тени лип.

– Но мы же в открытом космосе! – воскликнул он.

– Нет. Город построен в огромном естественном цирке, сверху закрытом прозрачным гермокуполом радиусом три километра. В центре купол поддерживает большая колонна – вон та, вдали. Здесь мы могли бы жить без биокомбинезонов: мы находимся в атмосфере.

– Мне ещё всему предстоит научиться.

– Ещё бы… Знаете, я долго хлопотал, чтобы меня назначили вашим проводником. Мне всегда хотелось познакомиться с землянином моего возраста. Старики не любят говорить о своём прошлом. Расскажите мне о Земле.

– Вы родились здесь?

– Да.

– Не знаю, что вам рассказать о Земле, старина. Я сам ещё оглушён своими приключениями и всем, что вижу вокруг.

– Конечно, не сегодня! Я просто хотел спросить, не будете ли вы время от времени встречаться со мной и рассказывать о Земле, когда немного придёте в себя.

– Когда захотите.

– Спасибо. А теперь задавайте любые вопросы о Луне.

– У меня их столько, что я не знаю, с чего начать. Прежде всего: куда мы идём?

– К вам домой. Назначенное вам жилище находится рядом с моим.

– Ещё далеко?

– Мы почти вышли из административного квартала. Скоро будем на месте.

Они свернули на оживлённую улицу. Мужчины и женщины торопливо двигались между двумя отвесными стенами домов, изрезанных тысячами иллюминаторов. На разной высоте ярусами располагались прозрачные купола и террасы. Ни одного транспортного средства видно не было. Посреди улицы росли каштаны – поразительно огромные. Время от времени над домами проплывали странные стеклянные коробки. Тем заметил удивление Жа.

– У вас тоже будет такая, – сказал он.

– Такая – что?

Тем указал пальцем в небо, на один из аппаратов.

– Антиграв.

– Вы летаете на них повсюду, даже в открытом космосе?

– В принципе да. Но за пределами города ими запрещено пользоваться: они слишком хрупкие и не выдерживают столкновения с метеоритами. Для дальних вылетов у нас есть более прочные аппараты – вроде тех, что отправлялись за вами к хребту Плутона.

Внезапно зазвонил колокол. Тем остановил спутника.

– Час проклятий! Делайте, как я.

Он посмотрел вверх. Все на улице замерли и подняли глаза к Земле. Из толпы поднялся страстный шёпот:

 
Земля, которой мы лишены!
Мы жаждем тебя, как плода, висящего на ветви.
 

«Они все сошли с ума», – подумал Жа.

 
Земля, близок день, когда мы вернём тебя себе.
Мы припадём к твоим наслаждениям
с тем большей жадностью,
чем дольше нам пришлось ждать.
 

Жа искоса посмотрел на Тема. Тот безразлично произносил текст:

 
Земляне, изгнавшие нас!
Потому что вас было много,
потому что вы были глупы
и называли это правосудием,
 
 
Земляне, скоро мы вернёмся,
чтобы властвовать над вами, презирать вас и порабощать,
и наша месть будет тем сильнее,
чем дольше нам пришлось её ждать!
 

«Месть – блюдо, которое едят холодным», – заключил про себя Жа. «Ну и настроены же они против нас!»

Толпа снова задвигалась. Тем повлёк Беналя дальше.

– Ну как вам? – спросил он.

– Возвышающая поэма, – ответил Жа.

Тем подозрительно посмотрел на него и улыбнулся.

– Вы неискренни.

– Почему же? – возразил Беналь.

– Признайтесь: вы ведь не испытываете особой ненависти к землянам, которых только что покинули, несмотря на всё, что они с вами сделали.

– Как? Но…

Тем дружески взял его под руку.

– Послушайте. Мне кажется, вам можно доверять. Вы только что видели, как все они хором декламировали: «Земля, которой мы лишены…» и так далее. Что ж, я скажу вам, что думаю на самом деле. Половина из них, включая меня, совершенно плевать хотела на весь этот спектакль. Они родились на Луне и прекрасно здесь живут. Четверть искренни – просто потому, что более истеричны, чем остальные, и сильнее поддаются официальной пропаганде. Невротики, одним словом! Последняя четверть – настоящие ссыльные, вроде вас. Надо признать, что большинство из них – кандидаты на виселицу. Отбросы, от которых Земля справедливо избавилась. Люди, на которых нельзя положиться.

Жа улыбнулся. Тем подмигнул и продолжил:

– Ваше поведение доказывает, что я правильно вас оценил. Большинство набросилось бы на меня за такие слова. Но вы не такой. Вы слишком хорошо понимаете своё превосходство, чтобы обижаться…

– Продолжайте, – сказал Жа.

– Я хочу сказать, что вас отправили сюда случайно – по року, по случайности или из-за судебной ошибки. Вы нормальный человек! Вы никогда не поддадитесь этой коллективной истерии, этой лихорадке мести. А я, хотя и внук ссыльного, совершенно не злюсь на Землю. Мне любопытно, что там, я хочу побывать на ней, но как турист, а не как завоеватель.

– Судя по всему, что я видел после прибытия, – сказал Беналь, – вы живёте здесь при полицейском режиме. И, по-моему, вы слишком много говорите, старина. А если я провокатор?

Тем посмотрел ему прямо в глаза.

– Нет, – сказал он. – Но отчасти вы правы. На сегодня достаточно. Мы ещё вернёмся к этому разговору. Такие вещи не обсуждают посреди улицы.

Тем свернул влево, и они поднялись по рампе, ведущей внутрь здания. Войдя, они оказались в круглом холле, выложенном базальтовыми плитами. Потолок терялся где-то в вышине. Подняв голову, Жа ощутил себя на дне колодца.

Проводник увлёк его к середине зала, на металлическую плиту, и произнёс:

– Двадцать четыре!

Жа удивлённо почувствовал, как вместе с Темом поднимается вверх по шахте. Предположив, что их поднимает металлическая плита, он посмотрел вниз – и увидел, что его ноги ни на что не опираются. Он буквально взлетал.

– Полимагнит, – коротко объяснил Тем.

– Остроумное применение, – оценил Беналь.

Они остановились перед проёмом и вошли в коридор, в конце которого друг против друга стояли две двери.

– Вы живёте слева. Я – напротив, – сказал Тем. – Зайдём к вам.

Они остановились перед дверью и услышали с другой стороны мелодичный звон. Мягкий голос произнёс:

– Войдите!

Они двинулись вперёд, и перегородка дематериализовалась перед ними. Им робко улыбнулась необыкновенно красивая светловолосая девушка.

– Это Нира Слид, A.E.712, – сказал Тем Беналю. – Нравится?

– Я… Да, она очень красивая.

– Вот твой господин, – сказал Тем женщине. – Он новоприбывший, позаботься о нём.

Затем он повернулся к Жа:

– Если вам что-нибудь понадобится, не стесняйтесь обращаться. Я живу рядом. Оставляю вас.

Уже собираясь выйти, Тем обернулся:

– Если вдруг она вас не устроит, скажите мне. Я найду вам другую.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю