Текст книги "Рассвет над Эдемом (СИ)"
Автор книги: Стася Беленькая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
Кай почувствовал удар, шип чиркнул по икре, распорол ткань и кожу, зацепив мышцу. Боль обожгла, но он уже откатился, вжался в стену, чувствуя, как кровь заливает ботинок. Рядом закричала Элли, но не от боли, а от увиденного.
Первый посмотрел вниз и сделал шаг назад. Шип вышел из пола прямо перед ним, потом второй сзади, третий – сбоку. Он дернулся, попытался уйти, но четвертый шип пробил ему бедро насквозь, пригвоздив к месту. Парень заорал, захлебываясь криком, пытаясь выдернуть ногу, и его тело накрыла новая волна шипов. Один пробил живот, второй грудь, третий вошел в плечо, пригвоздив к земле. Кровь брызнула на песок, на соседние шипы. Тело дернулось, и повиснув затихло.
– Ах, как жаль! – вздохнул ведущий, но в голосе не было и капли сожаления. – Такой тихий мальчик был. Незаметный. Но такой скучный.
Шипы начали уходить обратно в пол. Медленно, с тем же садистским спокойствием, с каким поднимались.
– Теперь вас пятеро, – сообщил ведущий радостно, словно речь шла о приятном сюрпризе. – Вы великолепны, правда. Жаль, что это придется скоро заканчивать. Ведь нам нужны всего лишь двое победителей.
Кай прижался спиной к стене, тяжело дыша. Кровь текла по запястью исстекала с пальцев, ботинок также заливало, но он не чувствовал боли, только жар и пульсацию. Он скользил взглядом по бетону, искал брешь, выход, любое место, где эта стена не была сплошной ловушкой.
Песок под ногами снова дрогнул. Кай услышал новый щелчок, где-то под землей сработал механизм. И тут он понял, что стена тоже была частью арены.
Шип вылетел из бетона, пробивая насквозь Восьмую. Острие вышло через живо, пригвоздив ее к бетону. Девушка даже не закричала, просто открыла рот, выпустила пустой, беззвучный хрип, и обмякла, повиснув на стальном стержне.
– Двигаемся! Живо! Смотрите в оба глаза!
Кай сканировал стену, швыряя взгляд от одной секции к другой. Сетка, сетка, везде сетка и вдруг он увидел выемку. Маленькую, почти незаметную, утопленную в бетон на уровне пояса а сбоку тонкая линия двери.
– Туда! – он толкнул Элли в ту сторону, сам рванул за ней, подскочил к выемке, вдавил пальцы, но ничего не произошло. Чуть подумав он сорвал с шеи жетон, тот самый, что дала Амалия. Пропуск, которым она хотела привязать его к себе и приложил к панели.
Раздался тихий механический гул, что-то щелкнуло, загудело, и панель медленно, со скрежетом, ушла в сторону, открывая коридор.
– Все внутрь! – скомандовал Кай, заталкивая Элли.
– Что? – голос ведущего потерял интонацию. Впервые за все дни – растерялся. – Это… откуда у него…
Панель за их спинами с лязгом захлопнулась, отрезая арену, свет, трибуны, шипы, пронзенное тело Первого. В динамиках что-то кричал ведущий, требуя вернуть участников, но звук быстро затих, заглушенный бетонными стенами.
Глава 26
Коридор был узким, техническим, без глазков камер, редкая аномалия в этой всевидящей системе. Лишь в углу торчала дохлая точка наблюдения: оплавленные провода и почерневшая линза. Кай заметил ее сразу. Судя по всему, Амалия намеренно оставила ему этот лаз, слишком уверенная, что он поймет намек. Эта сука играла с огнем, рискуя не только его головой, но и своей. Но именно такие риски иногда открывали двери, которые казались наглухо заварены.
Кай прислонился к стене и медленно сполз по ней.
– Ты как? – Элли опустилась рядом на корточки.
– Жить буду, – выдавил он. – Помоги встать.
Она подхватила его под здоровую руку, и Кай с трудом поднялся. В глазах потемнело, пришлось переждать несколько секунд, опираясь на её плечо.
«Потеря крови. Минут двадцать, и начну отключаться. Нужно найти безопасное укрытие».
– Идем, – сказал Кай, отстраняясь. – Быстро.
Алекс хромал, оставляя, как и Кай, на бетоне кровавые следы. Кэтрин молча взяла его под руку, поддерживая. Элли шла рядом с Каем, схватив его за рукав.
– Куда мы идем? – ее шепот едва различался в скрипе их шагов, словно боясь что система услышит.
– Не знаю.
– У тебя кровь.
– Угу, – снова коротко ответил Кай.
– Много.
– Меньше, чем кажется.
Коридор вывел их в небольшой отстойник – техническое помещение, пустое, с парой ящиков у стены и решеткой вентиляции. Дверь за ними закрылась с тихим щелчком.
Кай прислонился к стене, прикрыв глаза. Правая рука почти не слушалась, когти кибер-пса вошли глубоко, разорвав мышцы. Предплечье пульсировало, пальцы на руке плохо сгибались. Нога горела огнем, штанина была липкой от крови и ботинок хлюпал при малейшем движении.
Алекс опустился на ящик, стиснув зубы, чтобы не застонать. Кэтрин, не говоря ни слова, достала из-за пазухи последний клочок перевязочного материала и тюбик медицинского клея, драгоценность, сохраненная на самый крайний случай. Она протянула это Каю.
– Ему, – сказал он, кивая на Алекса, возвращая все Пятой.
– Нет, – твердо ответила Кэтрин. – У тебя рука висит. Или хочешь свалиться от потери крови, прежде чем мы найдем выход?
Он устало кивнул, расстегнул робу и осторожно отодвинул ткань, обнажая рваную рану на плече. Кэтрин работала быстро, без лишних движений: промыла остатками воды из фляги, нанесла клей, стянула края раны.
Закончив она возратилась к Десятому и начала обрабатывать его рану на ноге и полученный новый порез от шипа на другой ноге.
Внезапно стена позади них беззвучно сдвинулась. И в проеме возникли двое Псов Режима, класса «Альфа». Кай узнал их сразу: по матовой броне, по тому, как они держали оружие, по их выверенной стойке. За ними стоял третий, в штатском, с медицинской сумкой на плече. Его лицо было бесстрастным не врач, а техник, давно привыкший чинить тех счастливчиков, кого должны бросить в следующий раунд.
Алекс вскочил, забыв о боли. Кэтрин метнулась к ножу за поясом. Элли не думая шагнула вперед, заслоняя Кая собой.
– Стоп, – тихо сказал Кай, поднимая здоровую руку.
– Они… – начала Элли.
– Спокойно. Похоже за мной.
Один из Псов сделал шаг вперед. Голос, пропущенный через синтезатор шлема, зазвучал механически и безжизненно:
– Номер Девять. Приказ. Следовать с нами.
Элли дернулась, хотела что-то сказать, но Кай уже встал, отодвигая ее в сторону. Посмотрел на нее – быстро, жестко, не позволяя спорить.
– Ждите, уверен, вернусь, – сказал он.
Псы встали по бокам, не касаясь, но обозначая путь. Кай пошел между ними, чувствуя, как кровь все еще сочится из-под повязки, пропитывая свежий бинт. Каждый шаг отдавался болью в ноге, но он не хромал. Перед ними он не собирался показывать слабость.
Дверь закрылась с глухим стуком, сделав стену снова гладкой и безликой. Элли смотрела на нее еще несколько секунд, потом медленно сползла по стене на пол, обхватив колени руками. Пальцы дрожали, но она сцепила их в замок, заставляя себя успокоиться.
Элли закрыла глаза и повторила про себя, в который уже раз, будто заклинание:
Он вернется. Он не исчезнет, как остальные. Не сейчас. Не после всего…
Глава 27
Каждый шаг давался через силу, мышцы гудели, плечо горело, голова чуть кружилась. Потеря крови давала о себе знать. Но то, что он сейчас чувствует себя так паршиво, не признался бы даже под пыткой.
Псы шли молча, их зеркальные шлемы не отражали ничего, кроме его собственной грязной и окровавленной фигуры. Медик сзади переступал через лужи технической жидкости, что-то бормоча себе под нос. Обычно медиков не брали на допросы, значит его вели не на допрос?
И тут Кай начал этот путь узнавать. Знакомые повороты, лифт, который шел только вверх, коридоры с панорамными окнами, за которыми расстилался фальшивый Эдем. Его снова вели к Амалии.
Псы остановились у двери, пропуская его вперед. Дверь открылась без звука, и Кай шагнул в апартаменты.
Амалия стояла у окна. На ней были узкие черные брюки, темная блуза с открытыми плечами, светлые волосы распущены. Никакого откровенного платья и драгоценностей, никакой театральности и пошлости.
– Садись, – сказала Амалия, не оборачиваясь.
– Спасибо, постою.
Она повернулась. Взгляд скользнул по его перевязанной руке, остановился на плече, на лице.
– Ты идиот, – сказала она без злобы. – Зачем полез на последнего пса? Там была дистанция для выстрела.
– Патроны кончились.
– Ты мог уйти от него.
– Она бы не успела.
– Та девка все равно сдохла…
Амалия смотрела на него секунду. Потом отдала приказ врачу:
– Работай.
Медик указал Каю на кресло у стены. Раскрыл сумку, достал и включил локальный сканер. Кай сев в кресло, снял верх робы и уставился в окно за котором простирался Эдем.
Вот пробежал ребенок, весь чистенький в белом. Недаленко работал фонтан. Кусты, подстриженные с математической точностью. Он когда-то мечтал о таком. Думал, что за куполом другой мир. А это был просто другой уровень той же тюрьмы. Кай вспомнил старую игру, которую гоняли на ободранном терминале в казармах «Псов», гоняли те кто не поехал в бордель снять стресс после особо тяжких заданий. Там тоже был город-утопия, залитый неоном, с корпорациями вместо правительства и имплантами вместо личности. Разработчики, наверное, думали, что придумывают. Оказалось – предсказали.
Медик работал быстро. Снял кровавые бинты, промыл раны антисептиком, залил медицинским клеем глубокие порезы, наложил регенерирующие пластыри. Но когда он дошел до плеча с самым глубоким порезом, который наспех склеила Пятая, он замер.
– Сухожилие повреждено на четверть. Я наложу фиксирующую повязку, но полное восстановление займет недели две. Если будет напрягать руку, порвет окончательно.
Амалия усмехнулась:
– Он не будет её напрягать. Правда, дорогой?
Кай не ответив опустил голову:
«У меня нет двух недель. Через час я буду ею снова махать, и плевать, что будет потом».
Амалия подошла ближе и встала рядом, чуть сбоку, сложила руки, наблюдая за тем как врач работал, а также бросая взгляд на его оголенный торс.
– Кобс хотел тебя после арены забрать, – сказала она спокойно, без эмоций. – У него уже был приготовлен отряд в тоннеле. – Она сделала паузу, давая словам осесть. – Я его остановила.
– Ценю.
– Ценишь, ха… – она чуть наклонила голову, вглядываясь в его лицо. – Ты меня не разочаровал, Кай Ито. Отлично справился с кибер-псами. Тот бросок на последнего зверя был впечатляющим, хотя и глупым. Но самое интересное было потом.
Кай не ответил. Медик закончив с плечом, наложил регенерирующий пластырь, взялся за ногу.
– Амулет, который я тебе дала, – продолжила Амалия, – Ты довольно быстро догадался, как им воспользоваться.
– Да, догадался, – сказал он коротко.
Кай скосил взгляд на кольцо, которое блестело на ее пальце. Крупный перстень из матового металла, без камней, с едва заметным сенсором впереди. Он заметил его еще в прошлый раз, когда она привязывала его к кровати. Тогда подумал что это обычное украшение. Теперь был уверен – ключ о котором говорил Эво Батиста.
– Сообразительный какой, – Амалия прошла к столику у окна. Там стояло вино, рядом графин с водой. Взяв бокал, отпила, глядя задумчиво на Эдем за стеклом. – Кобс он очень тебя хочет к себе пригласить. У него есть длинный список вопросов, на которые нет ответов. Знаешь с чего он любит начинать? С кончиков пальцев.
– Я знаю, что такое допрос, – сказал Кай ровно.
– Не хочу, чтобы Кобс до тебя добрался. Ты слишком ценен, чтобы превращать тебя в мясо.
Кай промолчал. Медик аккуратно наложил последний шов, обработал регенерирующим составом, вколол еще что-то и затем собрав окровавленные инструменты, забросил их в контейнер, после проверил показатели на планшете. Посмотрел на Амалию. Та кивнула и он вышел бесшумно, прикрыв за собой дверь, оставив их одних.
Амалия подошла ближе. Встала напротив, так, чтобы он смотрел на нее.
– Я сделаю тебе еще одно предложение, – сказала она.
– Какое?
– Ты – инструмент, дорогой. Самый острый из всех, что у меня были. И если ты сможешь сделать то, на что у меня не хватает смелости… я буду тебе благодарна. А благодарность Амалии Трейн дорогого стоит.
Кай посмотрел на Архитектора двенадцати сезонов Игр. Человека, который придумал самые извращенные задания и смотрел, как люди умирают, называя это искусством. У него возник вопрос: почему Батиста посылая его сюда был так точно уверен, что Амалия клюнет на него и доверится. Или сейчас она просто продолжает играть в свои игры и здесь была какая-то ловушка?
Он посмотрел на ее изящные, с идеальным маникюром руки, державшие бокал. Они никогда не пачкались кровью напрямую. Они только подписывали приказы, указывали и проектировали смерть. Но теперь одна из этих рук протягивала ему шанс. Рискнуть?
– Согласен.
– Вот как, – сказала она медленно, и в голосе прорезалось что-то опасное, – И даже не спросишь то нужно сделать? Ответь только честно.
Кай медленно встал, давая затекшему телу время привыкнуть к движению. Подошел к ней.
– Честно? – спросил он.
– Попробуй.
– Я просто хочу жить не смотря ни на что. Этого достаточно?
– Возможно, – проговорила Амалия усмехнувшись и подняв руку на которой красовалось кольцо, провела пальцем по щеке Кая. Коснулась скулы, спустилась к губе затрагивая ссадину, остановилась на подбородке. Он не отстранился, даже чуть наклонил голову, подставляясь под прикосновение.
– Интересное у вас кольцо, госпожа, – сказал он, глядя на перстень.
Глава 28
Амалия подняла бровь.
– Правда? – Она повертела кольцо на пальце, и свет заиграл на матовой поверхности. – Оно очень ценное. И, – она чуть улыбнулась, – иногда помогает мне отличать своих от чужих.
Кай только кивнул, задумчиво:
– Удобная вещь.
– Очень, – согласилась она.
Кай не стал просить, не тянулся к кольцу, а ждал. И Амалия сама сделала следующий шаг. Она демонстративно сняла кольцо с пальца, потом протянула держа на открытой ладони. Жест доверия или проверки.
Кай взял кольцо. Повертел, разглядывая еще один сенсор на внутренней стороне, микроскопические насечки, которые делали этот кусок металла уникальным. Всего лишь маленький кусок металла, но он открывал все двери.
Почему-то вдруг вспомнилось как в детстве в трущобах играли в «Кальмара». Игра древняя, и пошла от истории или события, где богачи устраивали ее для должников: выиграешь отдадут за тебя долги, проиграешь умрешь. Кай тогда не верил в такие истории, да и игра сама не нравилась.
– Похоже на ключ… – проговорил Кай небрежно, отгоняя воспоминания, где они с Лейей отыгривали именно должников, но зато на задании Сахарные соты, где «богачи» приносили сладкие печенья можно было хоть поесть. Именно сейчас, образно, ему нужно аккуратно отделить фигуру не поломав ее.
– Он и есть, – кивнула не скрывая Амалия.
– И какой же уровень доступа?
– Все – Она наблюдала, как он изучает кольцо, и в ее взгляде было что-то большее, чем просто наблюдение.
– Ясно.
Кай положил кольцо на столик рядом небрежно, как вещь, которая не вызывает интереса. Амалия протянула руку, чтобы взять кольцо обратно, но он перехватил мягко ее запястье, без усилия, так, чтобы она не успела забрать его.
– Я соскучился, госпожа, – голос звучал низко, почти шепотом.
Амалия замерла и посмотрела на его пальцы на своем запястье. Затем на него. В ее глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся тем самым хищным и голодным взглядом, что он уже видел в прошлый раз.
– Не верю…
Кай на это высказывание, лишь протянул ее к себе и поцеловал. Он умел читать людей, это было его оружием задолго до ножа и пистолета. Амалии нужно было ощущение, что она контролирует и сама выбирает. Что этот зверь, которого она приручила, ее.
Кай дал ей все это. Движения, взгляды, паузы. Он знал, когда нужно быть жестче, когда мягче, когда отстраниться, чтобы она потянулась сама. В это время он не думал о ней. Он думал о кольце, которое лежало на столике в двух метрах, о задании Батисты, о том, сколько времени у него есть, и как быстро добраться до генераторного сектора. И главное о том, что там, внизу его ждали…
Амалия заснула быстро. Ее волосы разметались по подушке, одна рука свесилась с края кровати. Лицо во сне было мягче, без этой постоянной хищной собранности. Человек, который давно потерял человечность, но все еще умел выглядеть им, когда не контролировал себя.
Кай смотрел на нее секунд двадцать. Потом тихо встал. Каждое движение было отточено и бесшумным, в тренировочных лагерях, за лишний звук били по почкам и он это хорошо усвоил. Натянув одежду, застегнул ремень, и подошел к столику.
Взяв кольцо Кай посмотрел на Амалию. Он мог бы убить ее сейчас. Одно движение и все кончится. Но тогда он может не добраться до остальных.
Приложив к сенсору сбоку кольцо, дверь открылась без звука, Псы у входа повернули головы и глянули на него, но ничего не сказав, пропустили.
Коридор. Лифт вниз. Снова коридоры – длинные, стерильные, с редкими красными огоньками камер. Кай шел быстро, но без спешки. Считал шаги. Вспоминал маршрут, накладывая на карту, которую дал Батиста. Уходил от охранников. Ему нужен был генераторный отсек в секторе С-07. Именно там находились пункты, следившие за силовым полем купола. И туда он должен попасть ни смотря ни на что.
Где-то здесь была тонкая, почти невидимая нить, которую стоило потянуть и все рассыплется.
Коридор раздваивался. Кай остановился, прислушиваясь к гулу вентиляции. Слева чувствовался запах озона, справа жар от работающих генераторов, вот туда ему и нужно. Он приложил кольцо к сенсору на массивной герметичной двери. Секунда ожидания и красный свет сменился зеленым.
Дверь ушла в стену с тихим шипением и Кай шагнул внутрь.
В лицо ударило жаром. Генераторный зал гудел, сотрясаясь от работы машин. Где-то в глубине, за рядами охлаждающих установок, находился главный пульт управления силовым полем.
Глава 29
Дверь в отстойник открылась с тихим шипением, выпуская Кая из полумрака технических коридоров обратно в убогую тесноту убежища.
Десятый поднял голову и резко с арматурой двинулся на него, но увидев что это Девятый медленно разжал пальцы, выпуская импровизированное оружие. Выдохнул с облегчением. Кэтрин даже не шелохнувшись, сидела на ящике у стены, сжав нож в руке.
Кай быстро огляделся по углам и понял, что не было Третьей. В груди что-то оборвалось.
– Где Третья? – спросил он.
Алекс отвел взгляд в сторону.
– Увели, – глухо сказал он.
– Когда.
– Минут сорок назад, может, час. – Шахтер помолчал, сцепив пальцы перед собой. – Внезапно пришли двое, сказали, что если мы хотим дойти до финала, чтоб не рыпались. Схватили и увели. Мы пытались… – Он не договорил.
Кай стоял неподвижно, только пальцы правой руки медленно сжались в кулак.
Я должен был остаться, – пронеслось в голове. – Не идти к Амалии, ведь мог же вырубить сопровождающих его псов или хотя бы попытаться.
Но он этого не сделал и пошел. Потому что нужно было выполнить задание и он не мог подвести Батисту. Потому что он хотел закончить, то что начала Лейя. И погибла она из-за того что он не успел выполнить обещание.
Кай почувствовал, как внутри что-то смещается, то, что держало его все эти месяцы – холодная ярость, расчет, стальная дисциплина, и все это вдруг дало трещину, потому что если Элли не станет… если он не успеет снова…
«Тогда зачем все это?» – спросил он себя.
Он закрыл глаза на секунду. Вспомнил ее когда превратившись в зверя от стимулятора брал ее на белых простынях, ее лицо в катакомбах, когда держал у стены, прижав к бетону, и не убив, ее глаза, когда она вытирала кровь с его лица, а потом поцеловала в висок.
«Если ее не станет, – понял он вдруг, – я умру. Не телом, а тем, что внутри. Тем, что еще осталось человеком».
– Куда повели видели? – спросил Кай. Голос не дрожал, но в нем появилось то, что бывшие сослуживцы назвали бы «тоном, за которым следует смерть».
– Нет. Да и как… – Алекс поднял голову, встретил его взгляд. – Я хотел за ней, но они… – Он снова замолчал, и в этой паузе было все: бессилие, злость, стыд.
– Я понимаю, – сказал Кай.
Он перевел взгляд на Кэтрин. Она умела думать, и в отличие от Алекса, который рвался в бой, Кэтрин ждала, слушала запоминала.
– Я слышала имя, – сказала она. – Один из них говорил в комлинк, пока ее выводили. – Сайкс.
Пальцы в кулаке сжались сильнее. Кай почувствовал, как ногти врезаются в ладонь. Боль отрезвила и вернула ясность.
«Сайкс. Джуда Сайкс. Этот ублюдок…».
– Эй, Девятый, только не говори, что собрался спасать девчонку. – Алекс встал, опираясь на ящик, лицо перекосилось от боли, но он удержался. – Там охрана, эти чертовы Псы. Ты один, ранен, да они раздавят… Слушай забудь, может ее уже нет в живых…
– Заткнись. Я справлюсь, – перебил Кай.
Он подошел к стене, провел пальцами по бетону, нащупывая знакомую выемку. В голове прокручивалась карта та, что он нарисовал мысленно в памяти, собирая по крохам от Батисты и от кольца Амалии. Коридоры. Лифты. Сектора. Все сложилось в единую схему, четкую, как прицельная сетка.
– Если через два часа меня не будет, идите в Сектор С-01. Коридор направо, три пролета вниз по технической лестнице. Там запасной генераторный отсек. Дверь без электронного замка, только механическая задвижка. Внутри вентиляционная шахта, выходящая в коридор обслуживания апартаментов. Псы там не ходят, система считает этот маршрут неактуальным. – Он поднял глаза на Алекса. – Туда пойдете. Отсидитесь и дождетесь сигнала. Это будут наши. – сказал Кай, не оборачиваясь проверяя быстро состояние своего тела.
– Наши? – Алекс нахмурился, переваривая слово. – Какие наши? Девятый, что за…
– Сопротивление, – сказал Кай коротко. – Без них нам отсюда не выбраться.
В его глазах Алекса мелькнуло удивление, потом что-то похожее на понимание, и наконец кривая, горькая усмешка в которой не было злости. Только усталое, мужское «ну, конечно».
– Я знал, – прошептал Десятый. – Знал, что ты не так прост. Когда ты пришел на отбор… в лабиринте, когда пауков и псов валил… я думал, ты или шпион, или… – Он не договорил. Кивнул. – В общем понял.
– Кай, – окликнула Кэтрин. – Если она еще жива… – начала она.
– Жива, – перебил Кай. Голос его был твердым, но в глубине, там, куда он никому не позволял заглядывать, шевельнулось сомнение и страх. Но он задавил их, как задавливал всегда. – Она жива. Я приведу ее.
Кай шел по коридору, и каждый шаг отдавался в зашитом плече глухой пульсацией, скорее всего эффект обезболивающего проходил. Но мысли были заняты лишь четкой выверенной картой маршрута. Лифт. Десятый уровень. Апартаменты Джуды Сайкса.
Кай подошел к лифту. Кольцо на пальце тускло блеснуло в свете аварийных ламп. Он приложил его к сенсору. Зеленый свет и двери открылись. Он шагнул внутрь. Нажал кнопку и лифт пошел вверх, плавно, бесшумно, как все в этом фальшивом раю.
Кай смотрел на свое отражение в зеркальной стене. Разбитая губа, заплывший глаз, кровь, засохшая на щеке. Он выглядел как мусор, который система перерабатывает в удобрения. Но глаза горели тем холодным, хищным огнем, который не погас, даже когда его пытались потушить.
«Я верну ее, – сказал он себе. – Даже если придется сжечь это место дотла».
Он вспомнил Лейю. Ее тело среди руин. Чип, зажатый в мертвой руке. Свою клятву, которую не сдержал.
«Не сдержал тогда. Сдержу сейчас. Я иду, – сказал он ей мысленно. – Держись. Я иду».
Глава 30
Кай шел быстро, но без спешки. Дроны, что попадались ему по пути, он сбивал без раздумий. Нож летел точно в сенсор, в двигатель, в сочленение корпуса. Машины падали, искря, и он подбирая нож, шел дальше не сбавляя шага.
Один раз чуть не пропустил выпущенный дротик. Тонкая игла просвистела в сантиметре от виска, ушел рефлекторно, пригнувшись. Псы пока не попадались. Видать, Совет был уверен, что в этот сектор никто не доберется. Слишком высокий уровень доступа и много ступеней защиты. Доверились системе. Ошибка, которую Кай собирался использовать.
Но камеры были утыканы повсюду. Он чувствовал их взгляд, десятки крошечных глаз, вмонтированных в стены и потолок. Где-то наверху, в зале Совета или в личных апартаментах, его уже видели и знали, где он. Вопрос, кто успеет первым.
Выйдя в лифтовой холл Кай приложил кольцо к сенсорной панели. Секунда. Другая и загорелся зеленый свет. Двери открылись без звука, но только он хотел войти как за спиной щелкнул затвор.
Звук, который он узнал бы из тысячи. Армейская винтовка, серии «Коготь». Снята с предохранителя, патрон дослан в ствол, который уткнулся ему между лопаток. Туда, где даже импланты не спасут.
– Стоять, – сказал голос. – Руки. И не дергайся.
Кай замер и очень медленно поднял руки. Он узнал этот голос.
– Стивен Кобс, – сказал Кай ровно.
– Какой догадливый, – ответил голос. – Думаешь твои движения не засекли? Думаешь, мне не доложили, что ты активировал лифт на третий уровень? Знал, что Амалия дура, которая думает не тем местом, растерять последнии мозги из-за горы мышц и дать ключ ублюдку из Сопротивления…
Кай стоял не двигаясь, думая и просчитывая варианты как разобраться с этим придурком.
– Молодец что пришел сюда, – сказал Кобс. – Я люблю, когда все решается без протоколов. Просто – ты, я и моя маленькая потайная комната, где мы можем поговорить по душам.
Кобс шагнул ближе и Кай почувствовал его дыхание с запахом табака и перегара. Рядом зашуршала форма, значит были еще двое. Он не видел, но знал: Псы.
– А теперь… медленно. Руки за голову. И пошли.
Кай не двинулся.
– Я сказал…
– Слышал, – перебил Кай. – Интересно, Стив Кобс. Ты всегда так самоуверен? Или только когда за спиной два пса и оружие в руках?
– Что ты сказал? – голос Кобса стал жестче.
– Вроде не глухой… или может тупой? – Кай говорил медленно, растягивая слова.
– Ах ты, выродок…
Кай почувствовал, как приклад винтовки врезался в затылок. В следующую секунду его схватили за плечи, рванули вниз, выкручивая руки за спину. Боль в зашитом плече взорвалась огнем.
– На колени! – рявкнул Кобс.
Его толкнули. Колени ударились о металлический пол, но Кай удержался, не упал лицом вниз. Псы класса «Бета» держали руки, выкрученные за спину, и каждое движение отдавалось в плече иглами боли. Но он терпел, еще не время, нужно чтобы они расслабились, притворится слабым.
Кобс обошел его спереди. Опустился на корточки, заглядывая в лицо.
– Ну что, солдатик, – прошептал он. – Ты кого тут назвал тупым?
И нанес удар. Сначала в лицо кулаком, со всей силы в переносицу. Потом еще раз в скулу, отворачивая голову. Но Кай сплюнув кровь, тихо рассмеялся.
– Тебе смешно? – Кобс замер, в его голосе прорезалось непонимание.
– Смешно, – прохрипел Кай. – Такое впечатление что ты боишься меня. Поэтому… спешишь. Уже зная, кто я, догадываешься, что твоя охрана всего лишь класса «Бета» не помогут. – Он поднял голову, глядя Кобсу прямо в глаза. – Знаешь: если я встану… ты сдохнешь.
Кобс побелев от ярости размахнулся снова, удар пришелся в бровь. Кай почувствовал, как лопается сосуд, как глаз заливает теплым, как мир сдвигается, становясь красным.
– Ты! – Кобс схватил его за волосы, дернул назад, заставляя смотреть в потолок. – Ты – никто! Всего лишь крыса и мясо для Игр! Я сделаю так, что ты будешь умолять убить тебя!
– Это все, что ты умеешь? – выдохнул Кай.
Кобс замахнулся снова, но в этот раз Кай был готов.
Адреналин, который он сдерживал последние минуты, выплеснулся в кровь горячей, обжигающей волной. Импланты в позвоночнике, дремавшие с момента отключения армейских протоколов, проснулись. Мир замедлился и Кай видел каждое движение Кобса: как кулак летит к лицу, как Псы слева и справа чуть ослабляют хватку, предвкушая зрелище.
Он не вставая, нырнул вперед и вниз, уходя от удара. Псы не ожидали и их руки соскользнули с его запястий, и в следующий миг Кай уже был на ногах. Кулак влетел под шлем левому Псу, импланты удвоили силу. Пес рухнул, не успев даже вскрикнуть. Второй успел выхватить нож, но не успел его даже применить. Кай шагнул и перехватив руку с оружием, вывернул и лезвие оказалось в горле. Короткое, резкое движение, и тело оседает на пол, захлебываясь кровью.
Кай повернулся к Кобсу и врезался в него раненым плечом, боль взорвалась ослепительной вспышкой, но адреналин быстро погасил ее. Кобс отлетел к стене, винтовка выпала, застучав по полу.
– Стоять! – заорал Кобс, выхватывая из-за пояса пистолет. – Я убью тебя!
Кай не остановился. Он схватил руку с пистолетом, зажал, выкручивая, и выстрел ушел в потолок. Затем ударил в корпус, под дых, вышибая дыхание, потом локтем в лицо, ломая нос, дальше коленом в пах, от чего Кобс согнулся, выпуская оружие. Кай поймав его за горло прижал к стене.
Кобс хрипел, царапал его руки, но Кай не отпускал. В глазах ублюдка теперь вместо уверенности плескался животный, первобытный ужас.
– Ты… – прохрипел Кобс, – ты не посмеешь… я член Совета… я…
Кай усмехнулся.
– Для меня ты – никто, – сказал он. – Просто мясо.
Достал нож что висел на поясе, и тот вошел под ребра Кобса, он дернулся, открыл рот, выпуская пузырь крови, и обмяк, повиснув на руке Кая.
Кай смотря на Кобса отпустил его и сплюнув кровь, сказал:
– Слишком легкая смерть вышла для такой сволочи как ты.
Вытер нож о куртку Кобса, поднял пистолет, проверил магазин. Повернувшись, пошел дальше, шагая в открытый лифт. Пальцы сжимали пистолет.
Он слишком задержался. А ведь Элли была в руках человека, который не знал слова «нет».
«Держись», – прошептал он тихо.
Глава 31
– Ну, птичка, – голос Джуды Сайкса был масляным, вкрадчивым. – Ты знаешь, зачем ты здесь. Я ждал этого момента очень долго. Ты даже не представляешь, как… возбуждающе… ты выглядишь даже не смотря на то, что тебя поимел этот дикарь.
Элли стояла у круглой огромной кровати опустив голову, не решаясь подойти ближе. Она тянула время как могла, долго откисала в горячей воде и это было единственным приятным мгновением, потом долго соображала как одеть конструкцию что ей принесли, потом белое платье с разрезом, завершали образ туфли на высокой шпильке, на которых она совершенно не могла сделать даже шаг, не то чтобы ходить.
Джуда Сайкс расхаживал перед ней, похотливо облизывая губы.
– Раздевайся. Медленно, – протянул Джуда, садясь в кресло. – Не торопись. Я хочу насладиться моментом.
Элли, сняв туфли, медленно, как и просил этот извращенец, начала снимать с себя платье открывая алое белье, которое было неудобным и впивалось в кожу там, где не должно было впиваться.
– Ну вот, – мурлыкал Сайкс, потирая пухлые руки. – Совсем другое дело. А ты еще ломалась, птичка.
Элли молчала, стиснув зубы так, что сводило челюсти. В голове билась одна мысль:
«Тяни время. Тяни время. Он сказал, что придет. Он обещал».
Джуда Сайкс положил пистолет, что держал в руках, на столик у кресла. Небрежно, почти демонстративно. Маленький, черный, с позолоченными вставками. Игрушка для самоуверенного толстяка, который привык, что перед ним пресмыкаются.
– Дальше, – приказал Джуда, останавливаясь напротив. – Я люблю смотреть.
