Текст книги "Рассвет над Эдемом (СИ)"
Автор книги: Стася Беленькая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)
– Я… я просто…
– Стой, дура! – крикнул Кай не сдержавшись. Он наклонился и поднял с земли камень, метнув его в то место, куда должен был наступить.
Камень, едва коснувшись травы, вызвал резкий щелчок. Из-под земли с шипением вырвались две стальные пластины с острыми шипами и с грохотом захлопнулись.
Лицо Эллианы побелело. Ужас и осознание медленно проступили в ее широко раскрытых глазах. Она смотрела то на капкан, то на Девятого, пытаясь перевести дыхание. Створки схлопнулись бы на уровне ее голени. Мгновение и она бы осталась здесь истекать кровью. Все же она выбрала за кем идти, наугад, и этот выбор только что спас ей ногу, а возможно и жизнь.
Кай не сказав больше ни слова, повернулся и зашагал дальше. Теперь она шла за ним уже совсем по-другому, притихшая, съежившаяся, но неотступно следующая по его следам. Так они подошли к одной из высоток. Он зашев внутрь начал методично обшаривать этажи, выходя на площадки, где росла зелень. Пока ему встречались лишь искусственные пальмы в кадках и хилые сады на балконах. Кай поднял голову на последний этаж, если здесь не будет искомого, придется повторить поиски с другим домом. Черт он так не успеет, еще и эта Третья привязалась, взгляд то и дело поворачивался на хрупкую фигурку, по мимо воли фиксируя, чтобы та не встряла в беду.
На последнем этаже скрытая за широкой беседкой, увитой искусственной лозой, росла невысокая, но пышная яблоня. На ее ветках висели несколько идеальных, наливных плодов с алыми боками, словно сошедших с рекламного голо-ролика.
– Я нашла! – крик Элли был полон неподдельного, детского восторга.
Кай в этот момент обходил площадку у забора, и до него долетел ее счастливый возглас. Он ускорил шаг. Глаза Элли горели, триумфом, она видела в этом яблоке не просто плод, а символ. Тот самый Эдем, который ей обещали.
Камера дрона приблизилась к ее лицу, готовясь запечатлеть момент. Она протянула руку, и дрожащими пальцами от нетерпения сорвала яблоко. Поднесла его к лицу, вдыхая сладкий аромат с кислинкой, и медленно поднесла ко рту, готовая вонзить зубы в мякоть.
В этот момент чья-то рука с силой выбила яблоко из ее пальцев. Оно с глухим стуком покатилось по идеально стриженному газону.
Элли с недоумением, переходящим в ярость, обернулась. Перед ней стоял Девятый. Его лицо было искажено не гневом, а каким-то странным, холодным напряжением.
– Ты… что ты делаешь⁈ – выдохнула она.
– Не прикасайся к ним, – его голос был низким и жестким.
– Почему? Боишься, что я выиграю это «преимущество» вместо тебя?
– Ты дура? Говорю, не прикасайся!
– Да кто ты такой, чтобы мне указывать⁈ – взвизгнула Элли и, наклонившись, схватила яблоко с земли.
Снова молниеносный удар ребром ладони и яблоко снова вылетело у нее из рук. Чаша ее терпения переполнилась. Вся накопившаяся злость, страх и унижение вырвались наружу. С рычанием она набросилась на него, молотя кулаками по его груди.
– Верни! Это мой шанс!
Он не сопротивлялся, принимая ее беспомощные удары. А потом его руки сработали с пугающей скоростью. Резкий захват, молниеносный переворот, и вот она уже прижата спиной к его груди, ее руки зафиксированы одной его рукой, а вторая грубо взяла ее за подбородок, заставив смотреть на яблоко, лежащее в шаге от них.
– А теперь смотри, – его губы почти коснулись ее уха, а рука сжала чуть сильнее подбородок, заставляя смотреть на яблоко, лежащее в траве.
– Но это… обычное яблоко! – всхлипнула она, пытаясь вырваться.
– Нет. Смотри.
И в этот момент яблоко на асфальте дрогнуло. Раздался тихий щелчок, и из его идеальной кожицы с шипением выскочили тонкие, стальные шипы длиной в палец. Они впились в асфальт, и яблоко на мгновение замерло, похожее на адский металлический плод.
Кай разжал хватку. Эллиана бессильно опустилась на колени, не в силах отвести взгляд от жуткого зрелища. Ее разум отказывался верить. Если бы она попыталась вкусить… эти шипы вонзились бы ей в небо, в язык, в гортань… Медленная, мучительная смерть… на потеху зрителям.
Элли сидела на холодном гравии, глядя, как шипы медленно убираются обратно в плод, превращая его снова в идеальное, румяное яблоко. Дрон с камерой плавно опустился перед ней, его объектив бездушно фиксировал каждую слезу, каждую порцию отчаяния на ее лице.
Голос из динамика дрона прозвучал на удивление мягко и почти ласково:
– Какая жалость, Третья. Ты была так близка к своей мечте. Но не расстраивайся, впереди тебя ждет еще столько… интересного.
Глава 8
Взгляд Элли, затуманенный слезами, упал на спину Девятого. Он стоял в нескольких шагах, отвернувшись, будто давая ей время прийти в себя. Собрав последние силы, Элли с трудом поднялась на ноги, которые подкашивались, но она сделала шаг, затем другой. Затем молча встала позади Девятого, как тень.
Кай почувствовал ее присутствие за спиной. Он обернулся и его взгляд скользнул по ее заплаканному, испачканному лицу.
– Отошла?
Элли лишь кивнула, сглотнув ком в горле.
– Если уж прицепилась, пошли. Нужно проверить другие места, – и Кай развернувшись, зашагал прочь, не оглядываясь, но и не отгоняя ее.
– Держи! – и он протянул Элли половинку питательного батончика.
– Ты где взял?
– Ешь, а не вопросы задавай.
Элли осторожно взяла еду, благодарно кивнув. Шла, машинально пережевывая паек, который не имел вкуса, но давал силы. Вторая высотка оказалась такой же стерильной и пустынной. Они методично обыскивали этаж за этажом этой огромной оранжереи, но яблони не было. Солнце за окнами клонилось к закату, окрашивая безупречный квартал в багровые тона. Напряжение росло с каждой минутой.
И вдруг по всему кварталу, из невидимых динамиков, раздался тот самый бархатный, язвительный голос.
– Внимание, участники! Время вышло. Задание «Райский плод» провалено всеми. Один был близок, но он не поддался соблазну. Но, к сожалению одно слабое звено… отсеялось. Номер Четырнадцать. Увы, она не смогла справиться. Теперь вас одинадцать.
«Не справилась»… Элли с ужасом представляла, что это могло означать. Если бы не Девятый, она бы тоже не справилась.
– Но не грустите! – голос внезапно воспрял. – Ведь с этого момента начинаются самые интересное! Все это было лишь… разминкой. А теперь – приготовьтесь.
Голос приказал всем собраться на центральной площади квартала, место укажет световой столб. Когда они пришли, то увидели посреди площади стол, на котором лежало оружие. Самое разное: от мощных дробовиков и автоматов до простых ножей и дубинок.
– Выбирайте, – раздалась команда.
Началась давка. Люди с рыком вырывали друг у друга стволы. Кай, не участвуя в давке, подождал и быстрым движением подобрал с земли то, что отшвырнули другие – короткий тактический нож с зазубренной гардой. Сталь холодно блеснула в закатном свете. Элли, оттесненная, в отчаянии схватила единственное, до чего дотянулась – жалкий складной ножик, похожий на игрушечный. В ее глазах вспыхнули слезы унижения, но она сглотнула их, и сунула нож в карман. Насмешка. Последнее напоминание о ее месте здесь.
Голос снова заполнил эфир, на этот раз напевая странную считалку, похожую на детскую:
Мы видим, система знает
Кто из вас выживает, а кто умирает.
Десант охотников уже в пути.
Начинается Игра.
Просто попробуй пройти.
Раз, два – не спать.
Три, четыре – прятаться и убивать.
Пять, шесть – тварь ползет, выхода нет.
Семь, восемь – друг тебя бросит.
Девять, десять – не стоит ждать…
Охота началась! Тебе нужно бежать… бежать…
На последнем слове по всему кварталу раздался щелкающий, механический звук, и из углов домов, из-под земли, выползли роботы-пауки, размером с лошадь. Корпуса черные, матовые, а восемь стальных конечностей двигались с пугающей, шелестящей плавностью. В центре туловища светился один холодный синий «глаз»-сенсор. Они не издавали ни звука, кроме щелчков.
– Задание простое, – объявил голос. – Продержаться до рассвета.
Началась паника. Кто-то побежал, отстреливаясь на ходу. Кто-то попытался спрятаться в первом попавшемся доме.
Кай рванув с места, скрылся в переулке, прижимаясь к стенам. Элли, не раздумывая, помчалась за ним. Он быстро перемещался от укрытия к укрытию, его глаза постоянно сканировали крыши, окна, землю под ногами. Но спрятаться было не возможно, дроны быстро передавали информацию паукам и те быстро настигали их. Несколько раз они сталкивались с ними, но Кай не ввязывался в бой, предпочитая уходить, отвлекая их брошенными предметами… Но в узком тупике, заваленном мусорными контейнерами, их все же настигли двое.
– Не двигайся, – коротко бросил он Элли, заталкивая ее за контейнер.
Первый паук выстрелил. Не светом, а чем-то густым и липким, что с шипением прожгло стену над головой Элли. Кай даже не увернулся, а наоборот рванул навстречу, пригнувшись и пролетев под брюхом робота, его нож с хрустом вошел в сочленение между пластинами брюшка. Треснуло, брызнули искры, осыпав его лицо горячей окалиной, но он даже не моргнул.
Второй паук развернулся, пытаясь поймать его в прицел. Кай, используя первого, еще дергающегося робота как щит, сделал с ним резкий выпад. Сталь скользнула по бронированному корпусу, не причинив вреда. Ствол эмиттера навелся ему прямо в грудь.
Элли, не помня себя от ужаса, метнула свой жалкое оружие, которое со звоном отскочило от брони, но отвлекло робота на долю секунды. Этого хватило и Кай воспользовавшись моментом всадил нож в оптический сенсор. Стекло треснуло, паук затрепетал, издавая противный, высокочастотный писк, и отполз, беспомощно натыкаясь о стены, а затем затих.
Кай, тяжело дыша, стоял над поверженным роботом. На щеке зияла небольшая рваная рана, кровь стекала струйкой на воротник. Одежда на плече была разорвана, обнажая почерневшую от ожога кожу.
– Ты… – начала Элли.
– Молчи, – отрезал он, охрипшим голосом от напряжения. – Пошли.
Они нашли открытый гараж, заваленный каким-то хламом. Кай втащил ее внутрь и прислушался. На улице слышались редкие выстрелы, крики и металлический скрежет. Кай прислонившись к стене и скрипя зубами от боли, осматривал повреждения тела.
– Спасибо, – тихо прошептала Элли.
Он не ответил, лишь кивнул, прислушиваясь к звукам снаружи. Казалось, ад позади. Но это была иллюзия.
Из темноты, послышался шорох, а затем наглый смех, быстрые шаги и в проеме гаража возникла фигура – Номер Пятнадцать, тот кто раньше держался с Четвертым. Его глаза блестели лихорадочным блеском, в руках он сжимал винтовку, ствол которой смотрел теперь на них.
– А вот и любовнички, устроили себе свиданку? – Его взгляд, скользнув по израненному Каю, с откровенным, животным голодом уперся в Элли. – Слышал, ты нетронутая, цыпочка, – его голос стал гнусавым и масляным. – В Эдеме таких ценят. Но сначала нужно пройти… обучение. Я сейчас тебе устрою небольшой вводный курс. Девятый, а ты отползи, а то мешаешь.
Он сделал шаг вперед, явно считая Кая несерьезной помехой. Элли отшатнулась, наткнувшись на стену, ее пальцы судорожно сжали ручку ножа.
– Не боись, цыпа… мы быстро…
Кай медленно выдохнул. Он посмотрел на Элли, увидел в ее глазах ужас, и что-то в нем щелкнуло.
– Отошел! – тихо сказал Кай.
– Сказал же не мешай, узкоглазый. Иди своих пауков колоти, видел ты неплохо с ними справляешься.
Он снова потянулся к Элли, уже игнорируя Кая. Это была его роковая ошибка.
Кай двинулся с пугающей скоростью. Не удар, а быстрый, точный бросок. Он не стал бить кулаком, его нож с коротким хрустом вошел под ребро Пятнадцатому. Тот замер, его глаза округлились от непонимания и шока. Он попытался что-то сказать, но изо рта вырвался лишь кровавый пузырь. Кай, не вынимая ножа, движением плеча повалил его на пол. Тот рухнул с глухим стуком, судорожно дергаясь.
Кай выдернув клинок, посмотрел на тело без единой эмоции на лице, только легкое напряжение в скулах его выдавало. Элли смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.
«Балласт, – подумал раздраженно Кай. – Тормоз. Приманка для неприятностей».
А потом он вспомнил Лейю. Он не успел тогда, не смог.
– Ладно, – бросил он, не оборачиваясь. – Идём. Но если начнёшь истерить – брошу.
Он вышел из гаража, и она, вся трясясь, поплелась за ним, не в силах оторвать взгляд от его окровавленной спины. В Дальнем секторе она не раз видела смерть. Но никогда ей не приходилось видеть как человек убивает другого. Вот так в упор, без злости. Было страшно осозновать, что этот мир не оставлял им выбора. Или убей сам, или умри…
Глава 9
Утро застало Кая и Элли на чердаке одного из идеальных домиков, где пыльные балки и паутина заменяли вчерашний гараж. Сирена взвыла на рассвете, пронзительная и безжалостная и Эллиана вздрогнув, открыла глаза.
Девятый стоял у окна, напряженный, как пружина и наблюдал, что творилось на ухоженных улочках. Когда раздалась сирена, стальные твари замерли, их конечности сложились, и они поползли обратно в скрытые ниши под асфальтом, словно их никогда и не было. Только следы кислоты на стенах напоминали о ночи.
– Что опять? – прошептала Элли, поднимаясь. Ее тело ныло от усталости, а в голове крутились обрывки кошмара: кровь на руках Девятого, хрип Пятнадцатого. Но нож, что лежал на столе был чист, и крови кроме как пятнами на одежде, больше нигде не было.
Девятый не ответил, только кивнул в сторону лестницы. Они спустились молча, выходя на улицу. Площадь квартала была пуста, но через минуту дроны с жужжанием согнали уцелевших. Их осталось десять. Все измотанные, с повязками на ранах (значит где-то в домах были спрятаны аптечки), глаза ввалились от бессонницы.
И тут все увидели тело Пятнадцатого, что лежало у фонтана, видимо, притащили дроны для всеобщего обозрения. Синевато-бледное лицо, разорванная роба и дыра у сердца. Кровь, запеклась черной коркой на идеально чистом камне, а значит его притащили сразу же после того как они оттуда ушли. Кто-то из участников отвернулся, другой сплюнул, а у одной из девушек случилась истерика.
Над площадью повисла тягостная пауза, тяжелая, как смог в трущобах. И тогда прозвучал тот самый веселый, бархатный голос.
– Ох-ох-ох, мои дорогие участники! Поздравляем с окончанием первой ночи! Вы смогли увидеть рассвет сегодня, – Голос хихикнул, будто рассказывал анекдот. – Выбыл всего один. Кто-то поддался греху… ну, вы знаете, «не убить». Ах, какая драма! Но, как мы знаем, в Играх бывают исключения для особо талантливых участников. Теперь вас десять. Но это отличный результат! Надеемся, остальные этапы будут не менее… зрелищными, чем сегодня ночью. Аплодисменты, дамы и господа под Куполом! Вы – наши звезды!
Все молча смотрели на тело. Взгляды участников скользили друг по другу и в них уже не было наивности или товарищества. Теперь в них читался холодный расчет и страх. А ведь те Игры, что они смотрели по трансляциям, были совсем другие – с улыбками, призами, без этой грязи. Элли сглотнула ком в горле. «Фейк. Все фейк для нас, чтобы мы верили и шли на Игры».
Голос продолжил, теперь с язвительной насмешкой, словно смаковал каждое слово:
– Вы, наверное, проголодались? Ой, бедняжки, всю ночь бегали от наших милых паучков, а жрать-то ничего и не дали! Так вот, в нескольких домах этого чудного квартала спрятана еда. Рекомендую насытиться. Ибо когда еще придется вкусно поесть? Ха, может, никогда! Ищите, копайтесь, вдруг повезет. А мы посмотрим, как вы будете рыскать… как голодные крысы. Удачи, мои алчущие!
Участники разошлись медленно, с опаской. Кай неохотно двинулся вперед, его взгляд скользил по фасадам домов. Элли шла за ним, как тень, не отставая. Но после того, что случилось ночью, она не выдержала и схватила его за рукав, впиваясь пальцами с неожиданной силой.
– Я с тобой, – выпалила она, глядя ему в глаза с вызовом. В ее голосе была смесь упрямства и ярости, как у той, кто устал быть жертвой.
Кай остановился, резко повернувшись.
– Уверена? – отрезал он, сжимая челюсти. – В конце, возможно, нам придется выйти один на один. Учти рука у меня не дрогнет.
Элли не отступила, ее губы искривились в саркастической усмешке той, что маскировала страх в трущобах.
– Да, уже видела… – фыркнула она, имитируя его тон. – Но судя по играм, до этого еще дожить надо, Девятый. Но ты тоже учти, в Дальнем секторе, от таких как ты, героев, я умела защищаться. Думаешь, я дура?
Кай помолчал, глядя на нее оценивающе. Она была наивной, да, но точно не глупой, из тех, кто в нищете учится видеть ловушки раньше, чем они захлопнутся (правда не всегда, не всегда).
Почему-то ему вдруг вспомнились слова Батисты: «Там будут те, кого система еще не сломала. Не дай ей сломать их через тебя. Не потеряй себя, солдат». Что с тобой поделать, подумал он, и с раздражением кивнул:
– Если подведешь… Думаю, догадаешься, что случится…
– А то как же, – натянуто улыбнулась Элли.
Они зашли в ближайший домик: белые стены, мебель как с картинки. Кай проверил кухню, но ничего не нашел. Элли, ведомая голодом, полезла в кладовку под лестницей. Ее пальцы наткнулись на потайной ящик.
– Смотри! – воскликнула она, вытаскивая бутылку воды и три батончика в яркой упаковке: шоколадные, с орехами, этикетки сулили «энергию и вкус Эдема».
Элли помнила рассказы о шоколаде, который таял во рту, и о мёде, который был как жидкое солнце. Этих сладостей не существовало уже целую вечность. А теперь это… маленький, неправдоподобный кусочек прошлого, даже если он был просто синтетической копией…
Она разорвала обертку и жадно впилась в батончик – сладкий, тающий во рту. Она даже застонала от удовольствия. Съев два батончика, запила водой, глотая большими глотками. Потянулась за третьей шоколадкой, но вспомнила про Девятого.
– Прости, увлеклась.
Кай замер, глядя на нее.
– Зря съела, – сказал он резко. – Неизвестный состав.
– Уже поздно… я умирала с голода, а голос намекнул, что неизвестно, когда такая щедрость будет еще, – пробормотала Элли. – Скажу, в трущобах и похуже жрали, а тут можно сказать пища богов. Так что, рекомендую, поешь, Девятый, или боишься, что отравят?
Кай покачал головой, но батончик все же взял, развернул и отошел к окну. Он не доверял ничему здесь, но ему нужны были силы. Не будут же они и в самом деле травить, когда игры только начались?
Прошло двадцать минут. Они сидели в гостиной на широком светлом диване. Девятый откинув голову на спинку, прикрыл глаза.
Явно дремлет, всю ночь не спал же, подумала Элли, нагло и с интересом осматривая его.
Но чем дальше Элли смотрела на него, тем больше чувствовала как по телу разливается странная волна. Щеки начали гореть, ей стало слишком жарко, даже комбинезон пришлось расстегнуть у ворота, дыхание участилось и она сжала бедра, пытаясь унять дрожь.
«Что… что это?».
Элли поднялась, и тут же села рядом с Девятым, ладонь легла на его бедро, заставив его вздрогнуть и открыть глаза. Он повернулся к ней, его глаза сузились.
– Мне… жарко, – прошептала она, наклоняясь ближе.
Он отсел дальше, но тут в воздухе завис дрон – маленький, с блестящей иглой-инъектором. Из динамика раздался насмешливый женский голос:
– О, Девятый, ты прав, состав был немного с кое-чем. Но так как ты съел слишком мало да и импланты наверняка уже нейтрализовали то что было, а нам нужны эмоции, так что… придется ввести катализатор напрямую.
Кай нащупал бутылку с недопитой водой и метнул в дрон, но тот резко ушел в бок и выпустил дротик в шею, вкалывая жидкость.
– Наслаждайся, дорогой, а мы посмотрим… – хихикнула Амалия, – Сможешь ли ты удержать контроль.
Глава 10
Кай хватаясь ладонью за шею, выдернул иглу. Он резко встал с дивана, но мир перед ним поплыл и закружился, заставив его рухнуть обратно. Спустя несколько минут острое, всепоглощающее желание ударило волной, до боли сжав низ живота. Он стиснул зубы, пытаясь отогнать его, как на тренировках «Псов»: контроль, протокол, порядок. Но вещество, синтезированное в лабораториях Эдема, было сильнее любой дрессировки. Оно выжигало разум, превращая тело в предателя. В висках стучало, в крови пела отрава, заставляя представлять, как он сжимает в объятиях хрупкое тело Третьей, как вгрызается в ее губы, как врывается в нее, грубо и без спроса.
Нет. Он не зверь и не их игрушка.
– Уйди… – прохрипел Кай, отталкивая ее с такой силой, что она рухнула на пол. – Это… их игра. Я не… поддамся.
Но Третья не ушла. Она поднялась и снова приблизилась к нему, не говоря ни слова, навалилась сверху на него. Ее руки, дрожащие, но настойчивые, скользнули по его груди, ощупывая каждый рельеф мышц, опускаясь все ниже и ниже, пока ладонь не накрыла твердый, болезненно напряженный бугор на его брюках. Прикосновение было как удар током.
– Не. Тронь. Меня, – каждое слово давалось через спазм в висках, – или… или пожалеешь…
Он сопротивлялся, мышцы напряглись до предела, кулаки сжаты, ногти впились в ладони до крови. Минуты тянулись, как пытка: ее тело манило, как ловушка: груди вздымались под робой, бедра покачивались, запах ее возбуждения заполнил комнату. Вещество действовало все больше, размывая границы и заставляя терять пресловутый контроль.
«Не могу… не могу больше…» – последняя связная мысль пронеслась в его мозгу, прежде чем он схватил ее. Мир сузился до белого пятна кровати в соседней комнате. Кай подхватив ее, направился туда и швырнул на идеально заправленные простыни – чистое, стерильное поле для их падения.
– Нет… – попыталась протестовать Элли, словно очнувшись, но руки наоборот потянули его за ткань комбеза ближе, дрожащими пальцами пытаясь расстегнуть молнию.
Его пальцы рванули ткань робы, сначала на плече, потом на груди. Треск материи смешался с ее прерывистым дыханием. Руки сжали ее бедра с силой, раздвинув резко ноги, пальцы вошли без предупреждения, она была мокрой, горячей, но такой тесной.
Элли вскрикнула, когда он вошел в нее полностью, одним резким, разрывающим толчком, но его губы заглушили ее крик. Боль пронзила остро, как от ножа, напоминая ей, что это ее первый раз. Отрава, циркулирующая в крови, превратила боль в огонь, который смешался с шокирующей волной удовольствия. Элли выгнулась, впиваясь ногтями в его спину, царапая до крови, зубы задели его нижнюю губу и она почувствовала вкус крови.
Девятый двигался резко, без нежности, его толчки были глубокими, а ритм яростным, как в рукопашном бою. Тела скользили, простыни скомкались, пропитываясь потом и кровью. Кай терял контроль впервые за долгое время, ярость бывшего «Пса» смешалась с похотью, он рычал, впиваясь зубами в ее плечо, кусая до синяка, одна рука сжала ее маленькую, упругую грудь, другая легла на горло, не сдавливая, но ощутимо контролируя.
– Красиво, правда? – прохрипел он, не останавливаясь, ускоряя темп, вбиваясь в нее с новой силой. Казалось, он хочет раздавить ее, стереть в порошок, уничтожить вместе с этим позором внутри себя. – Система работает безупречно… Ты и я… просто… инструменты… их чертовы марионетки…
– Ты… не человек! Черт…
Кай замер на миг, его бешеный ритм прервался. Он смотрел на нее сверху, его расширенные зрачки пытались поймать фокус.
– Не больше, чем ты сейчас, – горько, почти шепотом, сказал он.
И прежде чем Элли ответила, он грубо прижал свои губы к ее. Это был не поцелуй, а акт агрессии, захвата. Он кусал ее, язык силой вторгся в рот. Элли пыталась оттолкнуть его, но проклятый яд заставил ответить на поцелуй с той же дикой яростью. Через мгновение его движение изменилось, все так же властно, но с неожиданной нежностью, он исследовал ее рот, словно ища в этой близости спасения.
Элли заметила красные глазки камер на потолке. Дернулась, снова пытаясь оттолкнуть, но тело в который раз ее предало, и она лишь ближе притянула Девятого к себе, зарывшись лицом в его мокрое от пота плечо, пытаясь спрятаться.
– Они смотрят… это отвратительно! Мы… как…
Но Кай вместо ответа лишь ускорил темп. Ее крик поверг Кая в еще больший безумный ритм и толчки становились все более жестокими. Казалось, он сломает ее и разорвет на части, но внезапно, в один из моментов, когда её тело дрогнуло от боли, он увидел как по ее щеке скатилась слеза. Его дикие, затуманенные яростью и стимулятором глаза уставились на эту каплю, как на что-то нереальное, чужеродное в этом аду.
Что-то дрогнуло внутри, какая-то давно забытая, забетонированная часть души. Его бешеный, разрушительный ритм замедлился. Он все еще был внутри, все еще тяжело дышал, но ярость стала уступать место другому, незнакомому чувству. Звериный огонь в его глазах погас, сменившись растерянностью.
Пальцы, еще недавно сжимавшие ее горло, теперь дрожа, коснулись ее лица. Он был груб, и не умел быть другим, но его движение было медленным, почти неловким. Большим пальцем, он собрал слезу. А затем, наклонившись, коснулся губами уголка ее глаза, того места, откуда скатилась слеза.
– Ты не должна была здесь оказаться, – тихо сказал он, и в этих словах была вся его усталость и непонимание того, что только что произошло.
Элли смотрела в его глаза, пытаясь найти в них хотя бы крупицу прежнего зверя, но находила только пустоту, усталость и странную, новую глубину.
– Не важно… – ее голос был тихим и разбитым. Она закрыла глаза, чувствуя, как по щекам текут новые слезы. – Теперь я точно в аду.
– Он идеальный образец. Правда? – обратилась Амалия к Кобсу, скользя по планшету изящными пальцами. – Посмотри на его нейропрофиль.
Она указала на экран, где Кай боролся с действием стимулятора, сжимая кулаки до крови.
– Видишь? Он контролирует себя даже под двойной дозой. Его импланты не просто армейские, они модифицированы кем-то очень умным. – Она сделала паузу. – Не думай, этот тест нужен не для развлечения публики. Мне нужны данные как его нервная система реагирует на сбой, как быстро импланты компенсируют воздействие? Это знание стоит дороже любого шоу.
Кобс нахмурился:
– Ты хочешь сказать, что вся эта сцена…
– Часть эксперимента, – перебила Амалия, возвращая взгляд к монитору. – А то, что спонсоры получат красивые кадры, – приятный бонус. Не более.
Глава 11
Кай лежал, впиваясь взглядом в мерцающий глазок камеры на потолке, как будто мог испепелить его одной ненавистью. Каждая мышца горела огнем, но внутри все было выжжено дотла. Навязанный эффект страсти ушел, доза была явно выверена на один всего лишь акт. Но он, бывший «Пёс», чьё тело и воля были выкованы в горниле муштры, поддался и сломался как последний отброс с Пустошей под кайфом от дерьмового стимулятора.
И сломал ли он ее? Он резко, почти против воли, скосил взгляд: она лежала свернувшись клубком, ее дыхание было прерывистым, на бедрах синяки от его грубой хватки, плечи вздрагивали, возможно от сдерживаемых рыданий.
– Я… тебя просил… чтобы ты убиралась… просил… я был… как… животное… – прошептал он хрипло, не глядя на нее. Голос вышел надтреснутым, как будто слова царапали горло.
Эллиана повернулась, ее светлые волосы разметались по подушке, а глаза были влажными от слез, которые она пыталась скрыть. Она дрожала, но все равно нашла силы для колкости, той что помогала выживать ей в Дальнем секторе.
– Ну, хоть не в канаве с каким-то уродом из трущоб, или в борделе… – фыркнула она, стараясь, чтобы голос звучал насмешливо, а не надломленно. – Ты хоть… симпатичный… зверь…
Потом её прорвало. Она сдавленно всхлипнула, сжимая простыню.
– Черт, это было… слишком.
– Прости, – сказал Кай. Слово далось ему с трудом, как будто он выдавливал его из себя.
– Не надо… – Элли подтянула колени к груди. – Ты прав был когда предупреждал, чтобы я не подходила, а я не послушала. Я… – Она запнулась. – Я сама не знаю, почему не ушла.
Кай повернул голову, посмотрел на нее.
– Потому что они рассчитали дозу так чтобы мы потеряли контроль. Мы были просто их марионетками.
– А сейчас? – Она подняла на него глаза. – Мы сейчас тоже марионетки?
Он не ответил. Просто протянул руку и коснулся ее щеки, убирая прядь волос. Жест был неожиданно осторожным и нежным для человека, который минуту назад был зверем.
– Не знаю, – сказал он честно. – Но постараюсь, чтобы это не повторилось.
Кай резко сел и потянулся за одеждой, но в этот момент в комнату с противным жужжанием вплыл дрон. Его объектив сфокусировался на них с циничной медлительностью.
– Ох, это было горячо, – раздался ядовитый голос Амалии из динамика. – Ставки на вас, мои дорогие, взлетели до небес. Девятый, а ты оказывается с сюрпризом! Мы думали, какой холодный солдатик, а в тебе столько… первобытной мощи. Почти разорвал нашу птичку на части. А ты, Третья, какая стойкая девочка. Плачешь, но не сдаешься. Восхитительно!
Элли сжалась, пытаясь прикрыться простыней, ее лицо пылало от стыда и унижения. Кай метнулся к дрону с молниеносной скоростью, чтобы разбить эту наблюдающую сволочь. Но дрон юрко рванул вверх, насмешливо зависнув под потолком.
– Ой, мы умеем проявлять эмоции? – продолжала Амалия. – Не злись, дорогой. Мы же о вас позаботились. Смотрите, свежая одежда. Ваши старые тряпки не пережили такой страсти. Оденьтесь, а то мои дамы из высшего света смущаются, глядя на твою Девятый… выдающуюся атлетическую форму.
Кай встал, не глядя на Эллиану, и подошел к диванчику. Там действительно лежали два комплекта серой формы – свежей, без единой морщинки, с номерами 9 и 3 на груди. Он бросил один Третьей, другой начал натягивать молча, избегая ее взгляда, выстроив между ними незримую, но прочную стену. Элли, всё ещё дрожа, натянула серую ткань на тело, испещрённое следами его пальцев и зубов. Ни слова. Только гнетущая тишина, гуще ядовитого смога ее родного сектора.
Они вышли на улицу, солнце клонилось к закату, окрашивая все в алый цвет – цвет их Игр. Кай замер, его взгляд, острый и сканирующий, прошелся по пустынным улицам. Он обернулся к Третьей, которая стояла, вцепившись в рукава своей новой робы, но подбородок был упрямо поднят.
Вдруг взвыла сирена, язвительный голос ведущего заполнил эфир:
– Один выбыл, не смог угодить своей даме. Слабак! Ахах. А теперь, мои крысята, время для «Гордыни»! Соберите свою стаю. Но помните – вожак может быть только один. Покажите, кто здесь альфа, а кто отброс, годный лишь на корм псам! Начинаем!
– Кай, – отрывисто бросил он, будто выплевывая признание. – Мое имя. Кай. Не Девятый.
Она удивленно моргнула, затем кивнув, тихо ответила.
– Эллиана. Просто – Элли.
– Держись рядом, – он сказал это резко, почти приказом. – Но не ищи скрытых смыслов.
Уголок ее рта дрогнул в подобии улыбки.
– Поняла… Кай.
Они двинулись вперед, обходя подозрительные участки асфальта. Вскоре из-за угла вышли двое: коренастый, испещрённый шрамами парень – Номер Десять, и девушка с короткими темными волосами и цепким взглядом – Номер Пять. Оба выглядели измотанными до предела.
Возможно они сблизились также, подумала Элли, на фоне того, что произошло недавно между ними… после того как они съели найденный паек.
