Текст книги "Сказки народов мира"

Автор книги: сказки народные

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 27 страниц)

Приехали из города какие-то чиновники, остановились в доме помещика, переночевали там, а наутро стали ходить по полям и обмерять землю. И так удивительно они ее мерили, что добрая половина поля крестьянина Лю отошла к помещичьим землям. Напрасно Лю спорил с чиновниками, – они и слушать ничего не хотели, только обругали его. Потом почтительно попрощались с помещиком и укатили.

Лю бросился в уездный ямынь. Три дня он добивался, чтобы начальник выслушал его, а когда добился, то узнал, что решить такое запутанное дело может только главный начальник главного города провинции Чжэцзян.

Пришлось Лю отправляться в дальний путь. До главного города провинции он добрался, но не так-то легко было добраться до главного начальника. Целую неделю Лю кланялся писарю, пока не догадался сунуть ему в руку серебряную монету. Только после этого писарь пустил его в комнату, где сидел главный начальник.

Лю стал на колени и начал говорить:

– Господин начальник, у меня было небольшое поле. На этом поле трудился мой отец, мой дед, мой прадед, мой прапрадед…

– Довольно, – прервал его начальник, которому вовсе не хотелось слушать бедняка в изорванной одежде, – выкладывай свое дело живее!

– Так я же и говорю, – продолжал Лю, – все поле издавна было мое, но чиновники, приехавшие из города, сказали, что половина поля не моя, а…

Тут чиновник перебил его снова.

– Да ты, кажется, подаешь жалобу. А где же твои свидетели?

– Какие свидетели, господин начальник, когда все знают, что мой прапрадед, и мой прадед, и мой дед, и мой покойный отец… – удивился Лю.

Начальник рассердился.

– Ослиное ухо, да ведь ни твой отец, ни дед, ни прадед не придут сюда из страны предков. Если ты хочешь, чтобы я разбирал твое дело, приведи ко мне твоих соседей.

Лю пустился в обратный путь. Вернулся он в родную деревню и позвал к себе четырех соседей. Один из них жил напротив Лю, фанза второго стояла позади фанзы Лю, фанза третьего – справа, фанза четвертого – слева. Когда соседи собрались, Лю рассказал им обо всем.

Соседи ответили:

– Ты беден, и мы не богаче тебя – Значит, должны помогать друг другу. Мы пойдем с тобой в город.

А самый старший из соседей сказал:

– Твое дело простое, но я уже стар и знаю – начальник может запутать его так, что и сам потом не разберется. Не позвать ли нам на помощь…

– Ма Дань-би! – подхватил младший из соседей.

– Верно вы говорите, – обрадовался Лю. – Пошлю-ка л к нему своего сына. Пока мы дойдем до города, подоспеет туда из своей деревни и Ма Дань-би.

И вот сын Лю отправился в деревню, где жил Ма Дань-би, а сам Лю с четырьмя соседями зашагал по дороге, ведущей в главный город провинции Чжэцзян.

Однако, когда путники доплелись до ворот каменного дома начальника, Ма Дань-би там не оказалось.

– Видно, сын не застал его, – с огорчением сказал Лю. – Ма Дань-би занятой человек. Бедняков на свете много, а Ма Дань-би один…

Они подождали до полудня и пошли к начальнику. Должно быть, писарь еще не успел истратить серебряную монету, полученную от Лю. Поэтому он был милостив и пропустил крестьян к начальнику, всего только обозвав их земляными червями и оборванцами.

Увидев Лю и его земляков, начальник нахмурился.

– Почему так мало свидетелей?

– Господин начальник, – отвечал Лю, – вы велели привести моих соседей, вот они и пришли со мной.

– Для того, чтобы разобрать жалобу, мне нужны твои соседи и соседи твоих соседей. Потому что, если твои соседи подтвердят твои слова, то слова твоих соседей должны подтвердить их соседи.

– Смилуйтесь, господин начальник, – чуть не заплакал Лю. – Как же я смогу привести столько народу!

– Так и быть, – сказал начальник, – я позволяю тебе привести не всех соседей твоих соседей, а только по одному соседу каждого из твоих соседей. А так как мне надоело возиться с твоим делом, позаботься о том, чтобы все эти твои свидетели были здесь ровно через час и ни минутой позже.

– Но, господин начальник, – застонал Лю, – ведь до моей деревни три дня пути…

Начальник затопал ногами.

– Ты еще осмеливаешься возражать! Вон отсюда, пока я совсем не раздумал разбирать твое дело!

Лю и его земляки так испугались, что не успели опомниться, как очутились снова у ворот дома начальника. Тут они увидели не кого иного, как самого Ма Дань-би.

– Слишком поздно! – воскликнул Лю. – Теперь даже ты не сможешь мне помочь.

И Лю рассказал ему обо всем.

Ма Дань-би засмеялся.

– Все как нельзя лучше, а ты еще огорчаешься! Пойдем на базар, съедим по горячей лепешке, это займет не больше часа.

Ма Дань-би весело зашагал к базару. Лю и его землякам ничего не оставалось, как идти за ним.

Ровно через час они все уже стояли перед главным начальником.

– Сколько раз тебе нужно повторять одно и то же? – закричал начальник. – Я велел тебе привести соседей каждого из четырех соседей, а ты привел только одного.

Тут выступил вперед Ма Дань-би.

– Осмелюсь сказать, господин начальник, – заговорил он, – я живу дальше самого дальнего соседа Лю, даже не в той деревне. Так что мои показания понадобятся лишь в том случае, если вы захотите опросить всех жителей провинции Чжэцзян. А что касается вашего приказания, то оно исполнено в точности. Все требуемые свидетели стоят сейчас перед вашей милостью.

– Как так? – удивился начальник.

– Очень просто, – ответил Ма Дань-би, – вы велели, чтобы пришли не только четыре соседа Лю с юга, севера, востока и запада, но и по соседу каждого из этих соседей. Так и сделано. Вот спросим хоть Вана: кто твой сосед с севера?

– Чжан, – ответил Ван кланяясь-.

– Ас запада?

– Чэнь.

– Ас востока?

– Сюй.

– Ас юга?

– Лю.

Ма Дань-би повернулся к начальнику и сказал:

– Теперь вы видите, господин начальник, что Ван пришел не один, а привел своего соседа с юга. Вот он перед вами. – И Ма Дань-би показал на Лю.

Начальник не знал, что сказать. С одной стороны, его как будто провели, с другой стороны, все было правильно. Поэтому он промолчал.

Ма Дань-би заговорил снова:

– Спросим теперь Гао: кто твой сосед с севера?

– Чэнь, – ответил кланяясь Гао.

– А с запада?

– У.

– А с юга?

– Цуй.

– Ас востока?

– Лю.

Ма Дань-би поклонился начальнику и сказал:

– Вы можете убедиться, господин начальник, что и второй сосед, Гао, пришел не один, а привел своего соседа с востока. Вот он перед вами. – И Ма Дань-би снова показал на Лю.

Начальник вконец растерялся. А Ма Дань-би продолжал:

– Скажи ты, Цзяо, кто твой сосед с юга?

Но не успел Цзяо раскрыть рта, как начальник, у которого голова пошла кругом, замахал руками и закричал:

– Хватит, хватит! Я уже разобрался в жалобе. Пусть только свидетели подтвердят, что полем просителя Лю действительно издавна владел его род.

Дальше дело пошло без заминки. Слова просителя Лю подтвердили его соседи, а слова каждого из соседей подтвердил их сосед Лю.

Пришлось начальнику продиктовать писарю решение, в котором говорилось, что земля Лю принадлежит Лю.

Вот таков был Ма Дань-би. Недаром про него говорили бедняки, что ума у неге хватило бы на первого министра. Разве не так?

ПОЧЕМУ СОВА КРИЧИТ ТОЛЬКО НОЧЬЮ

Пошел как-то пестрый лесной голубь прогуляться. Шагает он по тропинке и вдруг видит – навстречу ему бредет рогатая сова с большим узлом на спине.

– Куда это ты собралась, сестрица? – спрашивает голубь.

– Да вот, решилась переселиться, – отвечает сова. Хорошее, просторное дупло было у меня на западе, а мышей да лягушек и не переесть! Не знаю, что ждет меня на восточном краю леса. Боюсь, плохо там будет.

– Так зачем же ты переселяешься?

– От обиды, – сказала сова. – Людям, видишь ли, голос мой не понравился. Только запою – они браниться начинают: ну, говорят, опять заухала да заскрипела, до чего же противный голос, просто хоть уши затыкай! А мальчишки камнями швыряют, один раз чуть лапу мне не перебили. Вот и приходится на старости лет покидать насиженное место. Не лишать же себя удовольствия спеть песню, другую.

– А голос у тебя, сестрица, и вправду противный? – спросил голубь.

– Что ты! Голос у меня хороший, громкий, – ответила сова. – Да вот посуди сам.

Сова пошире разинула клюв и оглушительно закричала:

– У-гу-у, ух-у-ух!

Голубь даже подскочил.

– Да, – подтвердил он, – голос у тебя действительно громкий. Но вот, что я тебе скажу, сестрица: напрасно ты переселяешься. На востоке твое пение понравится не больше, чем на западе. Постарайся лучше научиться петь по-другому.

Подумала сова, подумала и говорит:

– Твоя правда! Попробую изменить голос.

И она повернула назад, к старому дуплу.

Но изменить голос оказалось совсем нелегко. Сова пробовала и так и этак. Пела она громко и тихо, протяжно и коротко, тоном повыше, тоном пониже… Однако, как ни старалась, сова, все получалось на один лад. Ей самой ее песни нравились, а другим – нет.

Вот сова и решила петь только по ночам, когда все крепко спят. Ничего другого ей не оставалось.

Так-то!

ЯО – МЯГКОЕ УХО

В деревне Яоцзячжуан жил крестьянин Яо Эр-бао, по прозванью Мягкое ухо. И так это прозвище к нему пристало, что даже собственная жена и та, кажется, позабыла его настоящее имя. А все потому, что Яо Эр-бао верил каждому услышанному слову. Кто бы что ни сказал, как бы над ним ни пошутил, Яо – Мягкое ухо все принимал за чистую монету. А охотников пошутить в деревне находилось немало.

Как-то Яо – Мягкое ухо рубил перед своей фанзой хворост. В это время мимо проходил сосед Чжан. Остановился он и стал смотреть. А Яо положил хворостину поудобнее, размахнулся пошире и ударил топором изо всех сил рядом с хворостиной по камню. Топор сломался.

Взял Яо в руки сломанный топор, посмотрел на него к говорит:

– Что же теперь с ним делать?

Чжан сейчас же ответил:

– Я б на твоем месте его съел.

– Да разве топоры едят? – удивился Яо – Мягкое ухо..

– Если поджарить на кунжутном масле – ничего вкусней нет на свете! Был бы я богатый, каждый день ел бы жареное железо.

И что б вы подумали? Поверил Яо – Мягкое ухо и принялся поджаривать топор. Целый час жарил на сковородке. Потом попробовал и сломал зуб.

В другой раз послала его жена в лавку за маслом для лампы. Взял Яо – Мягкое ухо кувшин и пошел. Не прошел и десяти шагов, как повстречался ему сосед, по имени Ли.

– Куда идешь, Яо – Мягкое ухо? – спрашивает Ли.

– Масло все вышло, нечем лампы заправлять. Вот жена и дала денег, чтобы я купила масла.

У соседа Ли глаза заблестели.

– Давай лучше на эти деньги вина выпьем, – сказал он.

Яо очень хотелось выпить стакан вина, однако он с сомнением покачал головой.

– А на что я масло куплю?

– Да зачем его покупать? – сказал Ли. – Заправь лампы кипятком, еще ярче будут гореть. Я всегда так делаю.

Услышав это, Яо – Мягкое ухо перестал сомневаться. До сумерек просидел он с соседом Ли в винной лавке и очень приятно провел время. Перед тем как уйти домой, Яо заботливо наполнил кувшин кипятком, который выпросил у хозяина винной лавки.

Ох и досталось же Яо от жены, когда им обоим пришлось ужинать в темноте!

Так вот и смеялись над Яо шутники, до тех пор смеялись, пока сами не попались на ту же удочку.

А произошло это так.

Однажды отправился Яо – Мягкое ухо в город на базар. Часа через два прибегает назад. Лицо желтое, как воск, руки и ноги трясутся.

– Что с тобой? – спрашивает жена.

– Н-н-небо валится! – заикаясь, проговорил Яо – Мягкое ухо.

Не поверила жена, говорит:

– Как так валится? Не может этого быть.

– Тысячу раз правда, десять тысяч раз верно! Все в городе только о том и говорят. Да разве ты сама не слышишь? Вон грохочет: «хунлун, хунлун…» Это оно и есть.

Выглянула жена из фанзы. Небо ясное и чистое. А на юго-востоке и вправду грохочет: «хунлун, хунлун».

Заплакала жена. А муж ее утешает:

– Если начало валиться, ничем его не подопрешь. Небо – не камышовая крыша. Сегодня не задавит, так завтра уж не сдобровать! Слезами тут не поможешь. Небо упадет – все погибнет. Так давай съедим и выпьем все, что у нас есть. Ты начинай стряпать, а я побегу к брату Яо Сань-бао.

Яо Сань-бао сначала только посмеялся над Яо – Мягкое ухо. Потом прислушался: «хунлун, хунлун» – так и грохочет на юго-востоке! Схватился Яо Сан-бао за голову и помчался к своему тестю. Тесть рассказал племяннику, племянник – двоюродному брату. Родственники передавали новость родственникам, соседи – соседям. Не прошло и получаса, как страшная весть облетела уже всю деревню. Плач женщин и крики детей неслись из каждой фанзы.

Но вскоре все занялись делом. Та же счастливая мысль, что пришла на ум Яо – Мягкое ухо, осенила и других жителей деревни. Раз уж все равно небо валится, к чему беречь добро? Надо хоть последний день поесть досыта да повеселиться вволю.

Неподалеку от деревни Яоцзячжуан, на большом холме стояла маленькая школа. В эту школу дети ходили учиться писать и читать иероглифы.

На следующее утро, как и в каждое другое утро, учитель проснулся на рассвете и стал поджидать своих учеников. Ждет, ждет – не идут ученики. Вот и полдень, а детей все нет. Учитель очень удивился и решил отправиться к старосте, узнать – не случилось ли чего-нибудь в деревне.

Пришел он к старосте и видит – у плетня лежат свежие, только что содранные коровьи шкуры, в большом котле варится мясо. Тут же женщины пекут на пару лепешки. Разодеты все так, будто свадьбу справляют, а лица, как на похоронах. Глаза распухли от слез и красны, словно спелые персики.

Сам староста, тоже в новой одежде, стоял посреди двора и, задрав голову, глядел вверх.

– Что ты там увидел? – спросил учитель.

– Вот смотрю, успеем ли хоть поесть и выпить подогретого вина напоследок! – воскликнул староста. – Такая беда! Такое несчастье!

– Да что случилось?

– Как, господин учитель, вы еще ничего не слышали?! Небо валится! Не сегодня, так завтра всех нас задавит.

Учитель засмеялся.

– Небо – это воздух. Как же оно может свалиться? Кто это тебе сказал?

– Воздух или нет, – вам лучше знать, господин учитель. Только я собственными ушами слышал это от Ли Бао! – И староста опять заголосил. – Последние наши часы пришли! Такая беда! Такое несчастье!

– Да замолчи же! – прикрикнул учитель. – Пойдем к Ли Бао, узнаем, кто сказал ему такую глупость.

И они пошли к Ли Бао.

– Я слышал это собственными ушами от Лю Гао-цюаня, – ответил им Ли Бао.

Они пошли к Лю Гао-цюаню.

Лю Гао-цюань послал их к Ши Дань-по, Ши Дань-по – к Фын Шао.

Так они обошли почти всю деревню, пока, наконец, не добрались до дома Яо Эр-бао, по прозванью Мягкое ухо.

– Тысячу раз правда, десять тысяч раз верно! – принялся уверять их Яо – Мягкое ухо. – На юго-востоке уже начало валиться! Вчера я был на базаре, и мальчишка, который торгует круглыми лепешками, рассказал мне об этом.

Тогда учитель вместе с Яо – Мягкое ухо отправился в город искать мальчишку.

Долго разыскивать им не пришлось. Он сам подбежал к ним, расхваливая во все горло свой товар.

Но учитель, вместо того, чтобы купить горячую круглую лепешку, принялся расспрашивать маленького продавца.

– Я слышал это собственными ушами от одного почтенного ученого человека вчера на базаре, – ответил мальчишка. – Почтенный ученый человек прогуливался со своим другом, а я шел сзади. Тут я услышал, как этот ученый человек сказал, что небо валится.

– Кто же был этот ученый человек? – спросил учитель.

– Тысячу раз прошу прощения, – сказал, низко кланяясь, маленький разносчик лепешек. – Это были вы, господин учитель.

– Ах ты лгун!.. – начал было разгневанный учитель, но вдруг запнулся, помолчал и расхохотался.

Вчера он и в самом деле прогуливался по базару с господином судьей Тянем. «Хунлун, хунлун!» – донеслось до них с юго-востока. Там прокладывали новую дорогу и взрывали скалы. Ему пришло в голову весьма удачное сравнение, и он поделился с другом: «Грохот стоит такой, будто небо валится!» Вот и все.

Пришлось учителю вернуться в деревню и объяснять всем и каждому, как плохо, когда у человека слишком мягкое ухо..

ИСКУСНЫЙ ШАХМАТИСТ

Жил когда-то в Китае шахматист. Он так хорошо играл в шахматы, что никто не мог его обыграть. Приезжали в его деревню игроки из других деревень, городов и даже из самого Пекина. И все проигрывали.

Ходы шахматиста были так хитры и так искусны, что никому не удавалось приблизиться к его королю. Шахматист загордился.

«Когда разбитая армия отступает, – размышлял он, – предводитель бежит с нею вместе. А когда войска побеждают, полководец спокойно стоит на холме, озирая поле боя. Так и мой король всегда стоит на своем месте. Зачем же мне, начиная партию, ставить на доску короля, а выиграв, опять снимать? Не прибить ли его раз навсегда гвоздем?»

Так он и сделал. Тут уж слава о нем пошла по всем странам. Сильнейшие игроки проводили за его доской целые часы, обдумывая, как бы пробиться к королю.

А шахматист только посмеивался. Он так привык к победам, что давно перестал обращать внимание на своих неудачливых соперников. Он видел перед собой только черные и белые квадраты доски да резные фигуры из слоновой кости и черного дерева.

Где уж ему было заметить маленького мальчика из соседнего дома, который постоянно вертелся около шахматного стола и, затаив дыхание, следил за ходами шахматиста и его противников!

Год шел за годом. Мальчику исполнилось семь, потом восемь, потом девять лет, а шахматиста все еще никто не мог победить.

И вот однажды шахматист сидел перед своим домом. Он только что выиграл партию у игрока, приехавшего из дальней провинции, и теперь отдыхал. Вдруг он услышал тоненький голосок.

– Не соблаговолишь ли ты сыграть и со мною, господин великий шахматист?

В первый раз за много лет шахматист опустил глаза вниз и увидел мальчика. Он снизошел до того, что даже ответил ему.

– Иди побегай, малыш, – сказал шахматист, – ты еще слишком мал, чтобы постичь законы этой игры.

Мальчик скромно ответил:

– Но тебе открыта вся ее премудрость. Удели же мне хоть маленькую ее частицу.

– Ну, садись, – разрешил польщенный шахматист.

Не глядя на доску, он двинул пешку. Мальчик немного помедлил и тоже пошел пешкой.

– Ах ты, новорожденный теленок, – добродушно пошучивал шахматист, – как же ты не боишься тигра!.. – и не раздумывая, делал ход за ходом.

Вдруг мальчик сказал:

– Шах, почтенный учитель! Убери своего короля или ты проиграешь.

Шахматист взглянул на доску и вскрикнул. Король его и вправду был под угрозой. Мальчик сделал то, чего не удавалось никому из приезжих игроков.

Шахматист схватился за своего короля и хотел передвинуть его, но король остался неподвижным – ведь он был прибит к доске гвоздем.

Партия кончилась. Шахматист проиграл. Мальчик радостно засмеялся и убежал домой.

А шахматист, оставшись один, прикрыл рукавом халата доску и вытащил гвоздь, которым был прибит король.

БЕРЕЖЛИВАЯ ЖЕНА

У торговца кунжутным маслом, Цзяна, была очень бережливая жена. Каждый раз, когда ее муж уходил на базар, она потихоньку отливала немного масла из бочонка в глиняный кувшин, а кувшин прятала в погреб.

К середине зимы Цзян продал все масло, а к весне прожил все деньги, что выручил от продажи. И торговать нечем, и масла купить не на что. Поделился он горем с женой, а та отвечает:

– Не печалься. В погребе стоит кувшин, полный масла, – это я сберегла! Будет чем прожить до нового урожая.

Обрадовался Цзян и стал всем рассказывать о бережливости своей жены.

Услышал об этом Цай, который торговал календарями, услышала и жена Цая.

«Что ж, и я не глупее жены Цзяна», – подумала та и тоже решила помочь мужу.

Настал Новый год. Надо было снова купить календарей, да за старые еще долг не отдан. Совсем обеднел Цай.

– Денег у нас нет, – говорит он жене, – торговать нечем: как будем жить, – не знаю!

– Зато я знаю! – весело сказала жена и притащила целую корзинку припрятанных календарей.

– Вот, продай, это я сберегла.

Ничего не сказал Цай, только руками развел. Кто же купит прошлогодние календари?

ЧУДЕСНЫЙ ЗОНТИК

Петухи кричат не ко времени, дым стелется низко, ласточки летают у самой земли, солнце садится в сизые тучки, – значит, жди дождя. Утром трава покрыта росой, словно инеем, небо на закате желтое, как цветок тыквы, ночью звезды не мерцают, светят ровно голубоватым светом, – будет завтра ясный, солнечный день.

Все эти приметы и много других примет знал старый крестьянин Яо Пятый. Вы, может, удивитесь, почему его называли Пятым. Да очень просто, – в деревне было много Яо, и все они были родственниками. Вот их и называли по-разному, чтобы отличить друг от друга. Одного звали Яо Длинноносый, а почему так – и объяснять нечего. Другого звали Яо Ворчливый – это тоже понятно. Был там и Яо – Мягкое ухо; почему он так прозывался, мы уже рассказали в другой сказке. Если вы прочли ее, вы это знаете. Если не прочли, прочтите – узнаете. Ну, а всех остальных Яо различали так: Первый, Второй, Третий, Четвертый, Пятый.

Но все это к делу не относится. Одно важно: что Яо Пятый хорошо знал приметы. Так же хорошо он знал, что не позже завтрашнего дня к нему явится помещик требовать арендную плату. Ведь у Яо Пятого, как и у многих крестьян этой деревни, своей земли не было. Приходилось арендовать ее у помещика. Помещику все равно: хорошо ли уродила земля или плохо – подавай ему плату, да и только. А Яо Пятому это было совсем не все равно. В этом году он собрал с поля мало зерна, отдать половину урожая помещику – самому есть будет нечего; не отдать – сгонит помещик с поля. А что делать крестьянину без земли?

Вот и стал Яо Пятый думать, как бы уплатить помещику и все-таки не платить, как бы не платить и все-таки уплатить. И что бы вы думали? Помогло Яо Пятому знание примет!

Вышел он вечером на улицу, взглянул на небо, посмотрел на запад, посмотрел на восток и понял, что завтра будет солнце, а послезавтра, пожалуй, дождя нужно ждать.

Яо Пятый вернулся в фанзу и принялся рисовать картину. Рисовал он не очень хорошо, но сразу можно было догадаться, что он нарисовал. Это был старик с длинной бородой; под мышкой старик держал большой закрытый зонтик. Кончил Яо свой рисунок, полюбовался и повесил на стену, прямо против входа. Потом лег спать.

Наутро явился помещик.

– Приготовил арендную плату? – спросил он у Яо Пятого.

– К сегодняшнему дню не успел, – низко кланяясь, ответил Яо, – но завтра я заплачу все сполна. Это так же верно, как то, что сегодня ясный день и почтенные люди, отправляясь в путь, держат зонтики под мышкой.

Говоря это, он незаметно толкнул ногой дверь фанзы. Она широко открылась, и солнечный луч упал прямо на картину.

– А это что за длиннобородая обезьяна? – спросил помещик.

– Ничего лучшего бедняк не может повесить на стену, чтобы украсить свою фанзу, – ответил Яо Пятый.

– Чем терять время на украшение фанзы, – сказал помещик, – ты бы лучше позаботился о том, чтобы в срок внести арендную плату. Если завтра в этот же час я не получу своих денег, тебе придется плохо.

Продолжая сердито ворчать, помещик отправился к другим беднякам – выколачивать из них последние гроши.

Приметы не обманули Яо. На рассвете подул ветер и зарядил долгий дождь. Но жадность не позволила помещику пересидеть дома непогоду. Он потащился к своему должнику. Пока добирался, совсем промок и очень обозлился. Поэтому, как только помещик открыл дверь фанзы Яо Пятого, он сразу начал браниться.

– Не надо портить гневом здоровье, господин помещик, – сказал Яо. – Плату я уже приготовил, сейчас только пересчитаю деньги.

Яо зажег светильник, будто ему было темно. В фанзе стало сразу светлее, и помещик увидел ту же картину, изображавшую старика с зонтиком. Но что это!? Помещик протер глаза и вгляделся пристальнее. Так оно и есть – зонтик у старика раскрыт! Вчера светило солнце – и зонтик был закрыт, а сегодня на улице дождь – и зонтик раскрыт.

Да это волшебная картина! Она предсказывает погоду! И помещик решил, что не уйдет из фанзы Яо без картины.

А Яо между тем бормотал себе под нос, будто отсчитывал монеты.

– Восемь, девять, десять…

– Уважаемый Яо Пятый, – ласковым голосом заговорил помещик, – спрячь свои деньги – может, мы договоримся как-нибудь по-другому. – Яо повернулся к помещику, и тот продолжал: – Я знаю, что урожай у тебя в этом году невелик. Я готов пожалеть тебя и подождать с уплатой, если ты отдашь мне эту картину.

– Нет, – уклончиво ответил Яо, – с вашего позволения, я лучше оставлю картину у себя, а вам уплачу деньги.

Теперь помещику еще больше захотелось стать хозяином старика с волшебным зонтиком. Он сказал:

– Пожалуй, я и совсем простил бы тебе долг.

– И зачем только вам понадобилась эта длиннобородая обезьяна, как вы сами вчера назвали почтенного старца на моей картине? – стоял на своем Яо.

Помещик раззадоривался все сильнее.

– Я буду считать, что ты уплатил аренду за два года вперед.

– Боюсь, – упирался Яо, – что мне будет скучно по вечерам без этого старика.

Помещик потерял терпение, – отцепил от пояса коробочку с тушью и кисточкой, вынул листок бумаги и стал что-то быстро писать. Потом он показал листок Яо и проговорил:

– Мне не пристало торговаться с тобой. Вот расписка, где сказано, что ты уплатил аренду вперед за три года.

С этими словами он сунул расписку в руки Яо, сорвал со стены картину и быстро вышел из фанзы.

Яо проводил его до порога, вздыхая и охая, словно его разлучали с родным братом.

Помещик прибежал домой и повесил картину на самом видном месте.

На другой день ветер разогнал тучи, засияло солнце. Едва проснувшись, помещик бросился к картине. Поглядел и затопал ногами от злости, – проклятый старик по-прежнему прикрывался зонтиком, хотя солнце светило вовсю.

В чем же дело? Да просто в том, что Яо Пятый хорошо знал приметы и нарисовал вторую картану. Вольно же было глупому помещику поверить, что картина волшебная!

После этого случая; если какой-нибудь чужой человек спрашивал про Яо Пятого, ему отвечали:

– Такого у нас в деревне нет. Вот все наши Яо: Яо Длинноносый, Яо Ворчливый, Яо – Мягкое ухо, Яо Первый, Второй, Третий, Четвертый. Да еще есть у нас Яо Хитрый.

САМЫЕ. КОРОТКИЕ СКАЗКИ О САМЫХ УМНЫХ ЛЮДЯХ

Как крестьянин ловил зайцев

Жил в нашей деревне крестьянин. Однажды он работал в поле, вдруг смотрит – бежит заяц. Верно, за этим зайцем гналась лисица, потому что он со страху ничего не видел перед собой. Налетел заяц с разбега на дерево и разбился насмерть.

Крестьянин подобрал его и принес жене. Мясо зайца они съели, а шкурку продали. Крестьянин сказал:

– Оказывается, ловить зайцев куда выгоднее и легче, чем пахать землю. Чтобы собрать урожай, надо трудиться с утра до ночи, а зайцы сами в руки лезут! Займусь-ка лучше добычей зайцев.

Решив это, крестьянин забросил поле и целые дни стал просиживать под деревом, поджидая зайцев. Но прошло четыре, пять дней, месяц, год, поле заросло сорняком, а второй заяц и не прибежал.

Что же вы думаете, взялся крестьянин опять за соху? Ничуть не бывало. Он и сейчас сидит под деревом и ждет зайца. Не верите – приезжайте к нам в деревню, сами увидите.

Мерка

Разорвались у одного человека туфли. Так разорвались, что и надеть больше нельзя. Решил он купить себе новые туфли.

Прежде чем отправиться в лавку, он измерил веревочкой длину своей ступни.

В лавке он выбрал пару красивых туфель.

«Теперь нужно узнать, впору ли они мне. Ну, да ведь я не какой-нибудь дурак, чтобы покупать туфли без мерки», – по-, думал он и стал искать веревочку.

Но оказалось, что веревочку-то он забыл дома. Тогда он поскорей побежал домой, схватил мерку и пустился обратно. Жил он очень далеко и, пока бегал взад – вперед, лавка закрылась.

Так и не удалось человеку купить туфли.

Если вам когда-нибудь тоже понадобится купить туфли, не забывайте мерку дома. А еще лучше обойтись совсем без нее. Проще ведь примерить туфли прямо на ногу.

Колокольчик

Захотелось хитрому вору украсть медный колокольчик, что висел на воротах соседнего дома. Он тихонько подобрался к воротам, протянул руку и дернул колокольчик. Колокольчик зазвенел, вор испугался и пустился наутек. Опомнившись, он подумал: «Я испугался звона; заткну ка себе уши, тогда мне не будет страшно».

Так он и сделал. Заткнул пенькой уши и снова пошел к воротам. Теперь он ничего не слышал и поднял такой трезвон, что из дому выбежал хозяин и отколотил его.

Долго потом удивлялся вор, – как же это хозяин узнал, что у него крадут колокольчик?

Утонувший меч

Один храбрый воин переправлялся через реку на лодке с двумя гребцами. Вдруг на самой середине реки меч, что висел, у воина на поясе, незаметно отвязался и скользнул в воду.

Воин сейчас же сказал гребцам:

– Запомните, что меч упал в воду с левого борта.

Они поплыли дальше. Когда лодка была уже недалеко от берега, воин спросил:

– Так с какого же борта упал мой меч?

– С левого, господин, – дружно ответили гребцы.

– Остановите лодку, – приказал воин, спрыгнул с левого-борта в реку и принялся нырять.

Скоро он устал и начал захлебываться. Гребцы еле втащили его назад в лодку.

Отдышавшись, воин стал бранить гребцов.

– Бездельники, вы, верно, все перепутали. Если бы меч-и вправду упал с левого борта, я давно бы нашел его.

– Но, господин, твой меч упал в воду не у берега, а посередине реки, – сказал один из гребцов.

– Ослиное ухо, – закричал воин, – неужели ты не понимаешь, что посередине реки слишком глубоко?

Нетерпеливый помещик

Разбогател один торговец и решил стать помещиком. Он купил землю, нанял работников и велел им засадить большое поле риса.

Через три дня пришел он на поле, смотрит – ничего не выросло.

Пришел через неделю – зеленые ростки только-только выглянули из земли.

Помещик подождал немного и опять отправился на поле. Ростки будто чуть повыше, но все-таки еще совсем маленькие.

Рассердился помещик – этак и урожая не дождешься! И решил он помочь росткам расти. Принялся ходить по рядам и каждый росток подтягивать вверх. До самого вечера трудился.

Вечером пришел домой и говорит жене:

– Дай-ка мне чего-нибудь посытней на ужин. Наработался я сегодня! Целый день помогал рису расти!

Поел он и лег спать. А наутро вскочил чуть свет и говорит:

– Глупые крестьяне – дожидаются, пока рис сам вырастет. Ну, а я умнее, пойду опять на поле, помогу ему расти. Посмотрим, кто раньше урожай соберет.

Пришел на поле, а помогать-то нечему! Все ростки повяли.

Корейские сказки

Обработка В. Кучерявенко и Н. Хонза.

СОЛНЦЕ ВЗОШЛО С СЕВЕРА

На склоне горы Пектусан жили два брата по имени Син Тхэ Сун и Син Хон Сун. На своем маленьком клочке земли сеяли они немного гаоляна, риса, и росло у них одно-единст-венное дерево – вишня.

Пришло время сеять гаолян и рис, а семян у братьев – всего лишь одна маленькая чашечка.

Что делать? Пошел Син Тхэ Сун, старший брат, на юг – на заработки.

Идет, идет. До Алмазных гор дошел Син Тхэ Сун. Там в пути настиг его ливень. Стало темно. Он укрылся в пещере и под шум ливня заснул.