Текст книги "Невероятные серые будни (СИ)"

Автор книги: Сия Стриж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Я в шоке открыла рот.

И закрыла его, не зная, что на это ответить.

Тут же вспомнилось, как я признавалась в своей симпатии Рену, а он выглядел шокированным и обескураженным. Мне это тогда показалось милым и забавным, только вот если он чувствовал что-то похожее на то, что чувствовала сейчас я, то стоит перед ним извиниться. Так-то не самое приятное чувство.

Ролан Грань мягко рассмеялся, разрушая возникшую неловкость.

– Мисс Найт, не стоит так напрягаться. Я же не предлагаю Вам прямо сейчас стать моей супругой, а всего лишь прошу у Вас позволения узнать друг друга получше.

Я фыркнула, стараясь расслабиться, и допила вино в бокале.

– Мистер Грань, честно говоря, я не знаю, что на это ответить. Не буду врать, что смущена, я больше растеряна. За мной никогда особо не ухаживали, да и обычно это я являюсь инициатором отношений, которые вспыхивают, как сухой хворост в жаркий день, и так же быстро прогорают, – эко я загнула, не иначе, как вино придало мне талантов рассказчика. – Но и говорить, что Ваше внимание мне неприятно, я тоже не буду. Ваш рассказ меня нисколько не оттолкнул, хотя я со многим не согласна и не понимаю, но вполне могу принять, ведь меня там не было. Да и судить Вас не в моей компетенции, ведь я и сама совершала поступки, которые сложно назвать благородными.

– Благодарю Вас, мисс Найт, – широко и довольно улыбнулся Ролан Грань, словно кот, объевшийся сливок.

Отчего-то от этой улыбки я почувствовала себя так, словно только что совершила большую ошибку, и снова вернулось ощущение нервозности.

На всякий случай, еще раз просканировала свой организм на предмет отравления себя любимой, но нет, все в норме, если не считать чувство легкого опьянения и банальной усталости.

– Неужели за Вами действительно никто не ухаживал? – поинтересовался преподаватель, разливая остатки вина по бокалам и убирая пустую бутылку под стол.

– Как я уже сказала, в этом не было нужды, – ответила я. – Если мужчина мне неприятен, я прямо об этом говорю, и это сразу отбивает охоту ухаживать, ведь есть много других симпатичных девушек, не столь строптивых. Если же встречаю того, кто меня заинтересует, то первая делаю шаг навстречу, не дожидаясь, пока бедолага оценит выпавшее на его долю счастье в моем лице.

– Вы невероятны, мисс Найт, – рассмеялся Ролан Грань. – За всю свою жизнь я ни разу не встречал никого, похожего на Вас. А те, кто отступился после первого отказа, просто глупцы, ведь настоящий жемчуг никогда не плавает на поверхности в легкой доступности. Но я рад, что смогу открыть для Вас что-то новое.

– А сколько Вам лет? – поинтересовалась я.

– А это имеет большое значение? – шутливо ответили мне вопросом на вопрос.

– Да, в общем-то, нет, – пожала я плечами, ведь в этом мире количество прожитых лет действительно не являлось показателем приближающейся старости. – Но все же интересно, как долго длилась Ваша жизнь. Ведь не встретить никого похожего за двадцать лет или за две тысячи лет – несколько разные вещи.

– Действительно, веская причина, – продолжая лучиться яркой улыбкой, согласился Ролан Грань. – Мне пятьсот двадцать семь лет.

– Ого, – не удержалась я. – Почти столько же, сколько и мне.

– Серьезно? – искренне удивился мужчина, изогнув одну брось.

– Ага, – с демонстративно серьезным выражением лица кивнула я. – Мне лет ровно столько же, только на пятьсот меньше.

На несколько секунд зависнув, Ролан Грань громко рассмеялся, откинув голову.

Глава 6

На следующее утро у меня болело все.

Каждая отвыкшая от физической нагрузки мышца, каждая пострадавшая вчера связка. Казалось, что даже каждый волосок вопит о желании остаться в кровати и тихонечко помереть. Но я собрала себя в кулак и, кряхтя, как страдающий ревматизмом дед, поплелась в душ.

Душ не особо помог, так что в столовую я поплелась, едва переставляя конечности и предусмотрительно выйдя заранее.

Сейчас я была благодарна Рену за то, что на эту неделю он отменил наши утренние индивидуальные занятия. А ведь я тогда еще обиделась, мол, нечего из меня делать слабую женщину, не способную справиться с банальным ранним подъемом. Ведь я уже достаточно сделала, чтобы избавить себя от такого отношения. Но темный эльф был неумолим. Так что теперь я спокойно ползла в столовую, радуясь этой небольшой поблажке.

Мой героический поход, наконец, увенчался успехом, и я плюхнулась за пустующий стол, на который с трудом водрузила тяжелый для меня сейчас поднос с полезным завтраком.

В столовой в такую рань уныло ковыряли тарелки всего лишь еще несколько адептов, так что я не торопясь поглощала пищу и перечитывала прихваченный с собой свой конспект с выдержками по всем известным случаям проклятий и редкими упоминаниями от их излечивания. Тетрадь была старательно замаскирована под дамский роман, так что быть замеченной за изучением запретной темя я не боялась.

Пока информации было немного, но уже сейчас можно было сделать несколько выводов.

Проклятия могли накладывать и снимать лишь маги-универсалы и артефакты, ими созданные. При этом что накладывание, что снятие проклятия, ровно, как и создание таких артефактов, отнимало очень много энергии, как магической, так и жизненных сил мага. Поэтому даже во времена беспечного существования универсалов к проклятиям прибегали очень редко.

Где же серебристоволосый темный смог отыскать свое? Все мои попытки узнать эту важную информацию пока не увенчались успехом, но я не теряла надежды.

Вывела вполне логичную закономерность, что чем сильнее был маг, создавший проклятие, тем глубже и сложнее оно было. Отсюда напрашивался вывод, что снять проклятие сможет маг, не слабее того, кто его наложил.

Помимо этого, быстро определила, что нет каких-то стандартных или повторяющихся проклятий. Каждое было плодом индивидуального творчества, а, соответственно, универсального рецепта снятия проклятия тоже не было.

Недавно, сравнивая истории таких же пострадавших, как и эльф, я выявила, что проклятия легче накладывать и снимать, когда объект находится в эмоционально ослабленном либо расслабленном состоянии. Обычно это были стресс или отчаяние, но я нашла одно упоминание, где девушка-универсал смогла проклясть своего насильника, когда тот лежал умиротворенный после ночи утех.

Успев вполне неплохо изучить синеглазого красавца, я была уверена, что последний вариант точно не про него, а пострадал он явно в трагичный для него и без проклятия момент.

Пока не густо, но уже хоть что-то.

Зацепилась взглядом за записанную впопыхах цитату из чьего-то дневника:

«Он смог вытянуть из дедушки проклятие, но, увы, переоценил свои силы и сам погиб».

Интересно, что бы это означало? Погиб, потому что обессилил? Или потому что исчерпал собственные жизненные силы и иссушил себя? И что значит «вытянул»? Маги-целители во время лечения не вытягивают болезни, а разрушают то, что эту болезнь вызывает, сращивают раны или заполняют энергией там, где чего-то не хватает.

Эх, информации мало, очень мало. Но, как сказал вчера Ролан Грань, настоящий жемчуг никогда не плавает на поверхности в легкой доступности, так что буду искать дальше.

Заметив, что в столовой адептов постепенно становится все больше, а время до начала пары стремительно утекает, быстренько допила остатки чая и, уже не так быстренько, покинула помещение.

Первой парой, как и вчера, стояло искусство ведения магического боя у Ролана Грань.

Сегодня я доползла до нужной аудитории самой последней, чудом не опоздав, так что повторения неловкой ситуации удалось избежать.

Едва я переступила порог, уже отчетливо представляя, как смогу сесть на стул и блаженно вытянуть ноги, как в моей голове раздался голос:

«Доброе утро, мисс Найт. Рад Вас видеть. Как себя чувствуете?»

Я быстро нашла взглядом преподавателя, который смотрел прямо на меня и тепло улыбался. Тоже невольно улыбнулась в ответ.

Коснувшись рукой переговорного артефакта на ухе, но не прекращая целеустремленного движения к уже такой близкой парте, я передала ответ:

«И Вам доброе утро, мистер Грань. Спасибо чувствую себя прекрасно!»

«Я в восхищении, мисс Найт! Вы сейчас словно одинокая роза поздней осенью. Яркая и прекрасная, несмотря на всю непогоду вокруг, что лишь подчеркивает Ваш стержень с острыми шипами».

Пока ползла к своему месту, по пути успела перездороваться со всеми одногруппниками, смотревшими на меня с понимающим снисхождением. Ну да, тут каждый знает, какого это, после интенсивной тренировки после длительного отдыха.

И вот я, наконец-то, приняла сидячее положение и расслабилась. И честно высказала свое мнение по поводу слащавого комплимента:

«Не слишком ли пафосно, мистер Грань?»

Мужчина ничуть не обиделся на мой нелестный комментарий, лишь улыбнулся еще шире.

«Прекрасна и остра – я лишь говорю то, что думаю».

– Приветствую вас вновь, адепты, – перешел на обычную речь Ролан Грань, начиная пару. – Тема сегодняшней лекции: Тактика сражения в условиях повышенного магического фона.

Я открыла тетрадь и принялась записывать то, что быстро и монотонно стал говорить преподаватель. Мельком отметила, что вновь излагаемым материалом интересуются далеко не все. Интересно, почему он так скучно читает лекции? Ведь вчера он так красочно и интересно рассказывал – одно удовольствие было слушать.

После окончания занятия я мысленно задала этот вопрос преподавателю.

«Умение концентрировать свое внимание, когда ты устал от монотонности происходящего – это не просто», – охотно пояснил мне Ролан Грань. – «Каждый из вас может оказаться в ситуации, когда необходимо длительное время сохранять остроту мысли, несмотря на кажущуюся однообразность и спокойствие. Те, кто не могут справиться с такой задачей даже на простой лекции, не достойны зваться боевыми магами. Только, прошу, не раскрывай эту тайну своим товарищам, пусть для них это будет уроком на будущее. Уж лучше получить неудовлетворительные баллы, чем подвергнуть опасности чужие жизни».

Да, интересная методика обучения, ничего не скажешь. И ведь он прав.

***

Постепенно я втянулась в учебу.

Мышцы и связки перестали невыносимо болеть по утрам. Голова не кружилась от обилия новой информации. Работа с энергетическими потоками на парах и самостоятельных тренировках больше не приводила к полуобморочному состоянию. А организм перестал жаловаться на постоянный недосып и смирился с отдыхом не больше пяти-шести часов.

Я бы сказала, что потекли серые будни, но… будни эти серыми не получилось бы назвать даже с большой натяжкой.

Каждое утро еще до рассвета я направлялась к де Эксилиру, где целый час выполняла упражнения для увеличения своего резерва. Длительные медитации по утрам помогали не только расширить мои возможности, но и додремать то, что не успелось ночью.

Во время наших занятий эльф охотно пояснял мне дополнительно непонятные моменты из основной программы.

Однажды, во время подготовки к очередной паре по защите от разных типов энергии у меня возникла идея попытаться использовать стихии, не задействуя напрямую соответствующую энергию. Например, разжечь огонь с помощью воздуха по аналогии с молниями. Или отравить воздух, используя энергию воды или земли.

В общем, я попыталась применить земные знания физики и химии в мире магии и энергии.

Рен тоже увлекся этой идеей, и после медитаций мы по пол часа занимались нашим общим новым хобби.

Несмотря на то, что де Эксилир был моим преподавателем и тренером, он и сам охотно учился у меня новому. Мир частиц, из которых и состоят потоки энергии, увлек его с той же скоростью и жадностью, как и меня привычная местному населению магия.

Мне хотелось верить, что наши совместные занятия нас сближают: Рен был терпеливым, с чуть резковатым чувством юмора, ироничным и улыбчивым мужчиной.

Но только наедине и только пока я не делала попыток сблизиться еще сильнее или пока не начинала спрашивать о его прошлом. Стоило мне, например, в шутку попросить поцелуй в качестве награды за очередной успех или полюбопытствовать, как же его, такого умного и предусмотрительного, поразило проклятием, как он замыкался в себе и вновь превращался в безэмоционального робота.

И я бы уже давно плюнула на все и сдалась, несмотря на взволнованное «Джози», до сих пор заставляющее мое сердце сладко сжиматься, если бы не одно «но».

Раньше де Эксилир, не зависимо от того, были ли мы наедине или он выходил куда-то из дома, всегда одевался во все черное и неизменно закрытое, а в последнее время ходил еще и в плотных перчатках, скрывающих появившиеся живые шрамы на кистях рук. А сейчас он по утрам представал передо мной в легких домашних брюках и в светлых футболках с коротким рукавом, и перестал дергаться от случайных (а иногда и вовсе не случайных) прикосновений.

Такой прогресс окрылял и заставлял надеяться, что однажды Рен ответит на мои чувства.

Книги, хоть как-то связанные с магами-универсалами, которыми меня снабжали де Эксилир и, изредка, Ивар Авфул, закончились там, откуда они их брали. Так что и так скудный поток информации вовсе превратился в редкие капли, собираемые в разрешенной литературе.

Совсем погрязнуть в учебе, тренировках и исследованиях мне не давал Риан, вытаскивающий меня при каждом удобном случае покататься на рапторах.

До обещанного мной участия в парных гонках на выживание был еще почти год, но серый ушастый и слышать ничего не хотел, каждый день придумывая новые извращенные тактики и приемы и пытаясь их отработать. Ведь что именно будет ждать участников, не знал никто, даже сами организаторы, которые, во избежание утечки информации, лишь в самый последний момент объединяли свои идеи.

Мы довольно неплохо сработались в паре, ловко перехватывая управление за раптором в нужные моменты.

Казалось, что мы предусмотрели все, даже вариант, когда один из нас оказывался лишен зрения и слуха, полагаясь лишь на собственную интуицию и на напарника. Похоже, чувство самосохранения погибло во мне еще в зародыше.

При такой нагрузке я вообще не понимала, как большая часть учащихся в Академии умудряется еще и работать. Оставалось лишь радоваться полученной зимой крупной сумме от демонов за помощь им, да регулярно передаваемым от Эрика процентам от прибыли за придумываемые мной и создаваемые им самим артефакты.

Ролан Грань тоже не давал скучать.

Каждый день после занятий меня ждала записка на кровати. Как он умудрялся там ее оставлять – для меня так и остается загадкой. Я каждый раз перепроверяла защитную сеть вокруг комнаты (шутки парней в прошлом году быстро научили меня это делать), не находила никаких ее нарушений и накладывала поверх очередное плетение. Думаю, что моя комната сейчас защищена лучше, чем королевские покои. Но каждый раз записка лежала на подушке. Просить раскрыть секрет материализации аккуратно сложенного листочка плотной бумаги я не стала, оставив этот интересный феномен маленьким вызовом себе – смогу или нет сама отгадать?

Да и сохранение загадки будоражило, чего уж скрывать.

Содержание записки всегда было кратким: изящный комплимент и приглашение поужинать. Но при этом комплименты никогда не повторялись, а приглашение всегда было завуалированным и никогда ни к чему не принуждало.

Первая записка была найдена мной на следующий же вечер после услышанного рассказа Ролана Грань.

Ваша утренняя улыбка сегодня согревала мне душу весь день.

Даже знаменитый розарий, расположенный в двух кварталах к югу от городского портала не сравнится с Вашей красотой.

Искренне Ваш, Р.Г.

Не знаю, что меня побудило, но уже через пятнадцать минут я бодро шагала к упомянутому розарию. И какого же было мое удивление, когда помимо роз меня там ожидал и сам автор письма.

Ваши глаза напоминают мне чистейшее расплавленное серебро.

Даже самые лучшие кузницы Конкордии не смогут похвастаться таким чистым металлом.

Искренне Ваш, Р.Г.

Мое любопытство не дало мне возможности посидеть в спокойствии в комнате общежития. Возле ближайшей к Академии кузницы меня вновь ожидал улыбающийся Ролан Грань. Впервые в жизни меня пригласили на свидание в такое неромантическое место. Но интересная экскурсия, на мой взгляд, была намного круче любого мелодраматического произведения искусства, куда так любят приглашать девушек парни на Земле.

Ваша естественная красота ослепительнее самых дорогих алмазов.

Очень надеюсь, что ни один дракон не захочет украсть такое сокровище себе.

Искренне Ваш, Р.Г.

Над этим письмом я долго ломала голову. В конечном итоге решила заглянуть на известный Драконий хребет. Воспользовавшись услугами портала возле Академии, отправилась на самую высокую точку горной гряды. И не прогадала. С другой стороны портала меня ожидал мой кавалер.

Вечер под закатным солнцем, сопровождаемый фантастическими историями и легендами, прошел великолепно.

– Джозефина, – тихо позвал меня Ролан Грань, сидя на небольшом скальном выступе на той горе, бесстрашно свесив ноги над обрывом.

Весь провиант, притащенный предусмотрительным мужчиной, мы уже прикончили, так что теперь просто сидели и наслаждались природной тишиной, нарушаемой лишь шелестом листвы и редким щебетанием птиц.

– Мм? – вяло отозвалась я.

Я удобно устроилась чуть выше Ролана Грань, найдя большой плоский камень, нагретый теплым осенним солнцем, и созерцала такое близкое сейчас звездное небо. Казалось, что стоит только протянуть руку, и можно дотянуться до звезд.

И только спустя несколько мгновений сообразила, как именно он меня назвал.

Резко приподнявшись на локтях, я уставилась прямо в улыбающиеся светлые глаза.

– Джозефина, – повторил Ролан Грань. – Подарите мне возможность хотя бы наедине без страха упрека или недовольства произносить Ваше имя и слышать в ответ свое.

– Обращение по имени не очень вяжется с официальным выканием, – с игривыми нотками отозвалась я.

– Так это легко поправимо, – ничуть не смутился он. – Если ты не против, конечно.

Мне приятно льстило такое внимание взрослого мужчины. Хотя сам Ролан Грань, как, собственно, мужчина меня и не привлекал. Но с ним было интересно и не скучно.

Наше общение напоминало мне игру. Непривычную для меня игру, где охотником и нападающим была не я. А от того – игру очень увлекательную. Потому я каждый день игнорировала интуицию, что не переставала нашептывать держаться от него подальше.

Вот так унылые серые будни для меня были невероятными и удивительными, насыщенными днями.

Глава 7

М-м-м… Хорошо то как.

Солнце уже не жарило, но дарило ласковое тепло. Прохладный ветерок приятно обдувал лицо. Где-то вдалеке пели птицы, спешащие в теплые края. Откуда-то из-за спины доносились звуки небольшого города – гомон жителей, ржание лошадей, детские веселые крики. Если прислушаться, то можно было даже уловить шелест стоящего неподалеку леса.

Открывать глаза не хотелось совсем.

Но надо.

– Ну как? – раздалось радом со мной сразу, как только я все же открыла глаза.

Рядом сидел на траве Ивар Авфул и внимательно наблюдал за мной. А за его спиной стоял де Эксилир, как и всегда отказавшийся умоститься на бренную землю, а потому возвышающийся над нами невозмутимой и готовой ко всему статуей.

– Давайте карту, – вздохнула я.

Ко мне быстро пододвинули развернутую карту всей Конкордии.

Этот мир представлял собой один большой материк и множество мелких островов, по большей части необитаемых. Лишь редкие кусочки суши неподалеку от большой земли населяли людские поселения.

Сейчас эта карта практически вся была раскрашена серыми и зелеными цветами. Серым цветом выделены Пустынные Земли, а зеленым – те области, которые я просканировала и твердо могла сказать, что даже намека на образование новой Пустынной Земли там не обнаружено.

Нераскрашенных участков осталось не так много.

Я внимательно вгляделась в карту и, взяв зеленый карандаш, уверенно обвела пространство, где мы сейчас находились, и еще примерно километров пять вокруг. Надо мной склонились две головы, с облегчением глядя на новый участок безопасного места в Конкордии.

– Здесь все чисто, – заверила я. – Но вот тут, – я взяла серый карандаш и закрасила небольшую область с края. – Тут энергетическая структура истощена. И хоть Пустынной Земли там пока нет, она вполне может появиться в недалеком будущем.

– Думаю, мы можем сегодня туда съездить, – подал голос Рен. – Если ты, Джозефина, конечно, не устала.

Я отрицательно помотала головой:

– Вовсе нет, я тоже хотела это предложить.

Такие поездки мы осуществляли один-два раза в неделю.

Моя мысль, что Пустынные Земли возникают в местах насильственной смерти магов-универсалов, оказалась верна. Причем, чем сильнее и старше был маг, тем быстрее появлялась Пустынная Земля, и тем больше она была к сегодняшнему дню. Удивительно, почему до меня никто не смог связать два этих факта.

Поднятые Реном архивы не только быстро подтвердили догадку, но и позволили обнаружить еще две Пустынные Земли – одну в глубоком лесу, а вторую в горах.

А в процессе поездок по не самым радужным местам я смогла убедиться в правильности еще одной моей мысли – даже если Пустынной Земли не было, было легко обнаружить истончение энергетической структуры мира, предвещающее ее появление. Во всяком случае мне было легко, ибо ни старый маг, ни эльф не чувствовали никакой разницы.

Приятным сюрпризом оказалось то, что укрепить такие истончающиеся места было намного легче, чем перекрывать уже образовавшуюся дыру, что я, собственно, и делала. Не скажу, что было легко, вовсе нет. Но сознания я не теряла и у целителей после этого не отлеживалась, а это определенно показатель. К тому же это было неплохими дополнительными тренировками.

Вот тогда-то и возникла идея карты.

Отметив уже проверенные области, мы принялись методично обследовать материк, разумно решив, что если в океане где-то и затерялись острова, где нашли свой дом какие-нибудь одинокие маги-универсалы, то туда длинные руки королевской власти навряд ли смогли добраться. А потому и Пустынным Землям там взяться неоткуда.

– Думаю, если мы сегодня сможем проверить тот край, – я свернула аккуратно карту и передала ее обратно Ивару Авфулу, – то работы останется поездки на две.

Уже минут через десять верхом мы прибыли к месту назначения.

Небольшая деревня, ничего особенного. Но даже невооруженным взглядом было видно, что нам тут не рады.

Дети при виде нас быстро бросали свои игры и прятались, опасливо выглядывая из-за заборов. Женщины постарше прекращали развешивать белье и пропалывать грядки, провожая нас недружелюбным взглядом, а девушек и вовсе видно не было. Мужчины же, казалось, с большим трудом сдерживались, чтобы палками не выгнать нас туда, откуда пришли.

Привычно прислушиваясь к собственным ощущениям, стараясь не обращать внимания на напряженную атмосферу вокруг, я сразу поняла, где много лет назад произошла трагедия.

– Нам туда, – бросила я и, не оглядываясь на своих молчаливых спутников, направилась к деревянному дому, стоящему у края дороги.

Перед калиткой стояла женщина преклонных лет, одетая в добротное платье буро-серого цвета и с убранными в тугой пучок седыми волосами. Женщина, сжимая в руке вилы (надеюсь, она траву убирала, а не специально для встречи нашей скромной компании их достала), молча проследила, как я спрыгнула на землю. Краем глаза я уловила, как Рен с Иваром Авфулом тоже спешились.

– Добрый день, – вежливо начала я.

– Кто вы такие и что вам нужно? – грубо перебили меня.

– Добрый день, – не дрогнув улыбкой, снова повторила я. – Меня зовут Джозефина Найт.

Честно говоря, я не знала, что тут вообще можно сказать. Все предыдущие места, куда нас заводило наше исследование, были либо в глуши, либо возле заброшенных одиноких домов или пустых поселений. А вот в живую деревню, да еще и столь недружелюбно настроенную, нас занесло впервые.

– Здравствуйте, – видя, что я растерялась, ко мне подошел Рен. – Я Тиериандеирен де Эксилир. Мы с…

– И что же забыл сам темный принц, в нашей глуши? – вновь невежливо перебила эта дама.

Темный принц? Рен? Что?

А вокруг нас, тем временем, постепенно появлялось все больше мужчин. Кто с вилами, кто с большими палками, а кто и с ярко светящимися глазами, недвусмысленно показывающими, что в случае любой угрозы они готовы дать отпор.

Да что тут вообще происходит?

Не обращая внимания на все сгущающееся напряжение, Рен все так же спокойно и, на первый взгляд, расслабленно и невозмутимо продолжил:

– Мы с юной мисс Найт и ее дядей путешествуем. Проезжая мимо, мы захотели просто отдохнуть и подкрепиться. И никак не ожидали, что нас встретят столь… впечатляюще.

Мельком взглянув куда-то в сторону, дама, поджав еще больше губы, зло выплюнула:

– Ложь.

Рен на это заявление лишь изогнул бровь. А я принялась оглядываться вокруг в поисках мага, что смог прочитать нас сквозь все щиты и артефакты.

Увы, ни одних сиреневых глаз мне так углядеть и не удалось.

– Если Вы и так можете прочитать наши мысли, то зачем спрашиваете? – поинтересовалась я, даже не скрывая удивления.

– Зачем мне отвечать той, кто сама не может сказать правду? – огрызнулась в ответ женщина.

– И вы, – Рен иронично обвел взглядом собравшихся, – думаете, что сможете принудить нас к чему-то силой?

– Разумеется нет, – ничуть не обескураженно фыркнула женщина. – Но уж точно сможем заставить вас пожалеть о любой попытке принудить нас, – она выделила последнее слово. – Или причинить вред любому в этой деревне.

– Хорошо, – холодно кивнул эльф. – Тогда давайте договоримся: мы честно отвечаем те ваши вопросы, на которые можем дать ответ, а вы позволите нам отдохнуть с полчаса в вашем саду. После этого мы сразу покинем деревню, не причинив никому вреда, если вы сами не будете проявлять агрессию.

А я только сейчас обратила внимание на то, что Ивар Авфул все это время стоял тихо-тихо и вообще старался не отсвечивать. Я даже исподтишка бросила взгляд на старого мага, а то вдруг сбежал, пока мы тут мирные переговоры пытались наладить.

Нет, маг был на месте. Только вот я никак не ожидала увидеть на лице старика горящие глаза, прямым текстом говорящие, что он самым беспардонным образом прямо сейчас пользуется магией. Пытается нам помочь? Если так, то у него не очень хорошо получается. Я бы даже сказала – ужасно.

Женщина замолчала, видимо, обдумывая предложение де Эксилира.

Из толпы к ней приблизился юноша и тихо что-то зашептал на ухо. Мне со своим человеческим слухом было загадкой, что же такого важного парень решил ей сообщить. А вот судя по едва заметно дернувшемуся уху Рена, тот такой проблемой не страдал.

– Хорошо, – в итоге кивнула женщина. – Мы согласны.

Повинуясь ее жесту, мужчины тихо стали расходиться. Лишь тот паренек остался рядом, да еще два взрослых дяди грозного вида подошли поближе и встали по бокам.

– Пройдемте в сад.

Перед нами приглашающе распахнули калитку и пропустили нашу троицу вперед.

Удобно расположившись в тени дерева, на чьих ветках уже пожелтели листья, мы выжидательно уставились друг на друга.

Я тут же привалилась спиной к дереву, вытянув вперед ноги. С одной стороны от меня изящно опустился на землю де Эксилир, а с другой тихо уселся непохожий на себя молчаливый Ивар Авфул.

Старый маг все также демонстрировал яркие сиреневые глаза, но решиться посмотреть, что же такого пытается сделать маг, я не смогла. Все же я пока была не уверена в своем владении ментальной магией, так что просто банально боялась помешать каким бы то ни было его действиям. Вот покинем этих милых людей с самодельно-огородным оружием в руках, тогда и расспрошу его хорошенько.

Напротив меня в позе лотоса устроилась хмурая женщина, прикрыв ноги длинной юбкой. Мальчишка сел совсем рядом с ней, опершись на руки и, как и я, вытянув ноги. Двое серьезных мужчин пристроились чуть позади, всем своим видом демонстрируя готовность защищать всех от нас.

При этом, что оказалось совсем неожиданным, учитывая, как нас встретили и все остальное, к нам из дома выскочила симпатичная курносая девочка со смешными косичками и в желтом длинном платье в белый горошек. Дувчушка ловко держала широкий поднос в руках, на котором располагался внушительных размеров кувшин с чем-то, похожим на фруктовый зеленоватый сок, и семь перевернутых к верху дном граненых стаканов. Поставив перед каждым присутствующим стакан в нормальном положении, она быстро разлила напиток, опустошив полностью кувшин, и, подхватив поднос с опустевшим сосудом, убежала обратно.

– Меня зовут Изабелла Волдруг, – первая начала женщина, дождавшись, пока малышка скроется в стенах жилища. – Я глава этой деревни.

Де Эксилир кивнул.

– И так, зачем вы здесь на самом деле? – сделав большой глоток из своего стакана, продолжила женщина, задавая свой первый вопрос.

Ивар Авфул все так же прикидывался частью окружающего пейзажа. Только стакан крепко сжимал в руках, будто грея об него руки в морозный вечер, хотя напиток был столь же горяч, как и арктическая пустыня.

Я тоже молчала, заняв рот принесенным соком и не желая ненароком выдать какую-нибудь тайну. Напиток, к слову, оказался кисло-сладким и вполне приятным на вкус.

Не дав затянуться неудобному молчанию, Рен все же решил ответить на вопрос:

– Как я уже сказал, мы путешествуем по Конкордии, не ставя себе целью достичь какого-то конкретного места.

Пока де Эксилир рассказывал вроде и по делу, много, но по сути ни о чем, отвечая на периодически вставляемые главой деревни вопросы, не разу при этом не соврав, я окончательно расслабилась и, прикрыв глаза, погрузилась в созерцание местной энергетической структуры.

Да, я нас правильно привела. Как раз вокруг нас потоки энергии сильно потускнели, истончились, а кое-где и вовсе начали рваться. Еще бы недельку-другую, и вместо этой не совсем доброжелательной к незнакомцам деревне появилась бы Пустынная Земля. И как бы ни были грубы со мной эти люди, ничего плохого они мне не сделали, поэтому такой страшной трагедии я им не желала.

Так что я решила не откладывать на потом то, что могу сделать сейчас.

Укрепление энергетической структуры отняло у меня несколько больше сил и времени, чем я рассчитывала, но ничего критичного.

В последнее время, после уничтожения летом, после сессии, Пустынной Земли и моего последующего длительного отдыха в целительском крыле, работа с энергиями стала даваться мне намного проще. Так что я, выполняя такую долгую и не самую легкую задачу, уже не выпадала из реальности, как до того события, и прекрасно слышала все, о чем вещал Рен.

Закончив, я никак не выдала этого, продолжая сидеть с прикрытыми глазами, привалившись спиной к толстому стволу дерева. И, судя по отсутствующей реакции представителей деревни, мое поведение не вызывало у них ни вопросов, ни подозрений. Да и зная, как ведет себя большая часть местного женского общества, утомленность после длительной дороги у бедной хрупкой (ха-ха!) меня была нормальным явлением.