Текст книги "Невероятные серые будни (СИ)"

Автор книги: Сия Стриж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

– Тиериандеирен, – наконец начала я, проговорив с таким трудом заученное полное имя.

– Джозефина, – выдохнул он одновременно со мной.

Эльф улыбнулся уголками губ.

– Позволь мне начать.

Я кивнула, одновременно боясь того, что он скажет, и страшно желая услышать.

– Я хочу извиниться за то, что оставил тебя сегодня. Срочное собрание нового короля я не смог проигнорировать, а будить тебя не хотел, надеясь скоро вернуться. Я понимаю, что после того, что ты сделала…

– Я не… – поморщившись, я хотела сказать, что последнее, чего я жду, это банальных слов благодарности.

– Нет, дай мне закончить, – перебил меня Рен, и я послушно замолчала.

Глубоко вздохнув, эльф продолжил:

– Как бы ты ни отрицала, я не могу принизить того, что ты для меня сделала. Признаться, в первый момент я подумал, что умер, не мог осознать реальность происходящего. Потом я жутко разозлился на тебя, думал, что ты меня использовала, особенно когда узнал, над каким проектом ты работала. Но вспоминая то, как ты на меня смотрела, как реагировала на мои прикосновения… Я не увидел, не почувствовал в них фальши. И во мне стала теплиться надежда, что теперь, когда я не отравлен проклятием, когда могу думать о будущем, ты можешь дать мне еще шанс.

Рен замолчал, переводя дыхание, и прикрыл глаза.

– Правда, когда я вернулся домой, а тебя не было, сомнения вернулись. Но я не хотел повторять ту же ошибку, додумывая за тебя твои мысли. Поэтому, я хочу спросить тебя кое о чем.

Посмотрев мне в глаза, Рен очень медленно произнес:

– Ты выйдешь за меня замуж?

Сказать, что я офигела, это ничего не сказать.

Моргнула.

Открыла рот.

Закрыла рот.

– Я не жду, – начал было Рен, но я его перебила.

– Да, – выдохнула, расплывшись в широченной улыбке.

Теперь настала очередь эльфа потерять дар речи.

– Да? – переспросил он.

Позже, вспоминая этот момент, я думала, что можно было ответить что-нибудь саркастичное, вроде «А ты хочешь другой ответ?» или «Ты уже передумал?», но в тот момент счастье настолько переполняло, что никаких других слов в голове не было.

– Да! – улыбка стала ещё шире, хотя казалось, что шире уже не куда.

– Да! – Рен, наконец, отмер, подорвался с места и притянул меня к себе, крепко обнимая. – Я сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела о своем решении!

Эпилог

Сессию я все-таки сдала.

Не сказать, что легко. Уместнее даже сказать, что с горем по полам смогла наскрести минимальные баллы, но все же сдала.

Наступили долгожданные летние каникулы.

У меня в голове засела идея-фикс посетить родную Землю.

Начитавшись литературы про магов-универсалов, я знала, что им, а значит и мне, под силу строить одноразовые порталы как внутри одного мира, так и между мирами. Но трезво оценив свои возможности, я понимала, что сейчас сил на это мне не хватит. Поэтому возникла здравая, на мой взгляд, мысль – пройти ритуал Принятия силы.

Вот только Рен, услышав такое, не то что не поддержал, а оказался категорически против. Мол, пройти-то я его, может, и пройду, при моем то упрямстве. Но вот контролировать полученную силу точно не смогу – и сама покалечусь, и другим мало не покажется. Даже простая попытка зажечь свечу может привести к неуправляемому пожару, а создание портала – это не просто выброс огромного количества энергии, а четко контролируемое и жестко управляемое действие.

В общем, спорили мы долго, но Рен все же настоял на своем.

– Джози, девочка моя, всему свое время, – шептал он, гладя меня по спине. – Ты и силу наберешь, и миры покоришь.

Но, видя мое желание посетить родных, Рен таки нашел выход.

Не знаю, откуда и каким образом, но через пару недель он с гордостью преподнес мне шкатулку, в которой лежали, заботливо укутанные в защитную пленку, три артефакта для меж мировых переходов. Рен наотрез отказался раскрывать этот секрет, сказав, что это предсвадебный подарок.

На Землю мы с моим эльфом отправились вместе.

Знакомая родная многоэтажка. Вечерние сумерки, в которых тепло светились некоторые окна.

Я глубоко вздохнула и сжала похолодевшей ладошкой горячие пальцы Рена. Сейчас, дабы не пугать случайных прохожих, он выглядел как человек, пусть и несколько необычной внешности. Я решила, что стоит лишь подкорректировать цвет кожи, сделав ее просто очень смуглой, и сгладить острые кончики ушей, оставив все остальное таким, какое есть.

– Волнуешься? – тихо спросил Рен, сжимая мою руку в ответ.

– Есть такое, – не стала отрицать очевидного.

Наш приход в родительский дом оказался большим сюрпризом. Впечатленная столь неожиданным визитом мама умудрилась быстро собрать все наше многочисленное семейство за столом, выдернув кого с работы, кого просто из собственных жилищ.

Как оказалось, в родном мире прошло всего чуть меньше месяца, так что меня даже не потеряли.

Зная свое неординарное семейство, я честно рассказала все, без утаек и недомолвок. Конечно, поначалу у меня поинтересовались, что я такое интересное употреблять начала и не хочу ли я завязать с этим нездоровым делом. Но демонстрация истинного облика Рена и еще пары «простых магических фокусов» убедили родню, что невозможное все же возможно.

Засиделись мы до самого утра. Сестры откровенно восхищались моим (на что я постоянно указывала, веселя этим всех) Реном. Братья в шутку сочувствовали бедному эльфу, ведь со мной никакого покоя в жизни точно не будет. Ну а родители были просто счастливы за меня.

Под конец мама с папой все же уговорились посетить Конкордию и побывать на нашей свадьбе. Тут уже моей радости не было предела. Жаль, конечно, что остальные родственники отказались, но просто так слинять с работы на неопределенный срок никто не мог себе позволить.

Утром, попрощавшись со всеми и оставив родителей упаковывать сумки, мы с Реном отправились на встречу с еще одним человеком, с которым я очень хотела увидеться. Все же без него, кто знает, смогла ли я вообще попасть в такое приключение, как путешествие в другой мир.

Встреча с Вовой прошла быстрее, чем с семьей, но не менее ярко. Море взаимных расспросов, рассказанные взахлеб собственные истории. К моему огромному удивлению, Вова за этот небольшой срок умудрился найти девушку, которая уже успела от него забеременеть, и теперь они готовились к свадьбе. Поэтому, хоть и с явным сожалением, но он отказался повидать другой мир.

Так что на следующий день в эльфийский дом перенеслись лишь четверо: я с Реном, и мои родители.

А в доме у эльфа уже обиталось огромное количество народу, кто тоже желал присутствовать на свадьбе старшего сына правителя эльфов и загадочной девушки мага-универсала, что пришла из другого мира.

Родители, собственно, эльфа, с которыми я познакомилась не так давно. На первый взгляд холодные и пугающие, но познакомившись поближе, поняла, что это такие же живые существа, любящие родители, нежные супруги, веселые собутыльники и все в таком духе. А с ними прибыла и минимально обязательная делегация, аж полтиник воинов, с десяток фрейлин, несколько приближенных советников и даже первый учитель Рена соизволил появиться на столь, по его словам, невероятном событии.

Риан, младший братец эльфа и один из двоих моих друзей в этом мире, прибыл отдельно от эльфийской компании. И прибыл не один, а с девушкой. Я чуть дар речи не потеряла, когда увидела рядом с ярким, громким, непоседливым и любвеобильным другом эту тихую, милую, скромную девушку, оказавшуюся магом-менталистом. При этом этот божий одуванчик так трогательно жался к Риану, а тот так нежно ее обнимал и что-то тихо шептал на ушко, что было понятно – это девушка не на один вечер. И что их друг в друге зацепило? Но да если они счастливы вместе, то я только порадуюсь за них.

Эрик, глядя на все это безобразие, лишь смеялся и говорил, что ему слишком дорога свобода, чтобы связывать себя с кем-то постоянными узами. Я лишь улыбалась, зная, что, встретив ту самую, он моментально забудет об этой мнимой свободе. Ведь кто, как не любимый человек рядом, может подарить поистине безграничный простор для тебя самого и для всего светлого в твоей жизни.

К самому храму должны были подойти еще Ивар Авфул, новый молодой король со своей свитой из телохранителей и кого он там еще обязан по этикету за собой таскать, дракон Дикард, как оказалось, близкий друг моего эльфа, и сослуживцы Рена, кого он сам лично пригласил.

И вот сейчас я стояла в местном аналоге храма, а на против меня улыбался самый шикарный мужчина.

Мой мужчина.

По моей просьбе Рен оделся в черные прямые брюки и классическую белую рубашку, которая потрясающе подчеркивала сильное подтянутое тело. Убранные в замысловатую косу волосы открывали острые кончики обсидиановых ушей. Ярко синие глаза чуть светились, а шрам, пересекавший левую часть лица, ничуть не портил аристократичную красоту. Рен не захотел его убирать, оставив на память об уроках прошлого.

Я была практически отражением Рена. Светлая кожа цвета топленого молока, серые, чуть светящиеся белым, глаза. Более свободная и не менее замысловатая коса. Платье, белоснежный верх которого плотно облегал, легкой паутинкой смешивался с черным низом, от талии свободно струясь до самого пола.

На Конкордии не было Богов, зато все расы верили в силу и энергию самого мира. Прожив здесь несколько лет, я точно знала, что вера эта не безосновательна.

Вот и сейчас, служитель в абсолютной тишине просторного зала, в котором, вызвав у меня легкий шок, собралось несколько сотен гостей, хорошо поставленным голосом вещал что-то о том, как здорово, что все мы, дети не только Конкордии, сегодня собрались именно здесь. Ведь соединение двух любящих сердец всегда дарит силу тому миру, где родилась и живет эта любовь.

Да, новый молодой король за неполные два месяца своего правления уже успел и гонения на магов-универсалов отменить, и начать политику вновь объединения народов мира, и даже раскрыть и выразить свое положительное отношение к существованию других миров и к возможному взаимодействию с ними, так что моя неместная персона воспринималась здесь вполне дружелюбно.

Честно говоря, я не очень вслушивалась, ибо волнение шумело в голове сильнее всякого опьянения.

Следуя словам служителя, мы с Реном подошли к монументальному столу, на котором уже стояли два бокала и графин с вином.

По традиции мужчина первый должен был налить себе вина, выразить свое согласие соединить свою жизнь с невестой, и отпить половину. После тоже самое предстояло сделать девушке. Если их слова были искренними, то на запястьях появлялись первые татуировки, отражающие чувства каждого. Тогда будущие супруги обменивались бокалами и допивали вино, после чего парные рисунки дополнялись, и брачующиеся становились мужем и женой.

Рен наполнил свой бокал и сделал глубокий вдох. Вид того, как этот сильный, смелый и бесстрашный мужчина нервничает, хоть и тщательно скрывает это, отозвался в груди щемящей нежностью.

– Джозефина Найт, – обратился ко мне Рен, как того требовал ритуал. – Я так долго был один, в холодной темноте собственноручно вынесенного себе приговора, что уже давно отказался от мысли о собственном счастье и борьбы за него. Привыкнув к такой жизни, я отчаянно сопротивлялся тем новым чувствам, что вызвало твое появление в моей жизни. Радость и злость, желание оберегать и в тоже время запереть тебя где-нибудь подальше, восторг и страх, страсть и ревность. Все это выбивало из знакомой колеи, и я отчаянно пытался вернуться в нее обратно. Но твоя сила, несгибаемая воля, жажда именно жить, а не просто существовать, сама ты вновь окрасила для меня мир яркими красками. Я безумно счастлив, что ты появилась в моей жизни и согласилась не просто стать ее частью, а соединить наши судьбы вместе. Я всегда буду рядом, твоей опорой и поддержкой, защитой и той стеной, за которой ты сможешь отдохнуть перед новыми свершениями и победами, без которых ты точно не сможешь жить.

Замолчав, Рен взял со стола маленький ножичек и быстрым движением провел по указательному пальцу. В наступившей тишине было слышно, как несколько капель крови упали в бокал.

– Я люблю тебя, моя девочка, и хочу, чтобы ты знала это и никогда не сомневалась в моих чувствах, – с этими словами Рен отпил из бокала.

В книгах по истории я читала, что раньше вместо вина молодожены обменивались кровью, но такой ритуал был нерасторжим и обязывал супругов хранить вечную верность, хоть и даря при этом возможность чувствовать эмоции своей второй половинки и лучше понимать друг друга. Но на это были согласны далеко не все. Договорные браки, выгодные союзы без любви, пусть построенные и на взаимоуважении, да много вариантов еще. Поэтому придумали ставить вино. Однако для тех, кто желал более крепкого союза, на столе по центру всегда лежал небольших размеров нож, достаточный для легкого пореза, чтобы добавить в вино пару капель крови.

Я в тихом шоке смотрела на Рена, на запястье которого медленно проявилась извилистая серебристая линия, отражающая искренность всего сказанного. Такой шаг с его стороны значил для меня больше простых слов любви, ведь он не мог быть уверенным, что я отвечу взаимной клятвой.

В шоке была не только я. Казалось, все в зале, даже сам служитель, смотрели на эльфа с восхищением и недоумением.

Отмерев, я чуть дрожащей рукой налила вина в свой бокал. Все мысли предательски покинули голову.

– Тиериандеирен де Эксилир, – на одном дыхании произнесла я уже не кажущееся таким замудренным и непроизносимым имя. – В этом мире ты подарил мне самые яркие эмоции: азартное желание добиться неприступного мужчину, отчаянное стремление доказать свою ценность, восторженное восхищение сильным воином и умным учителем, раздражение и жажду понять упрямого эльфа, тепло и нежность от ласковых взглядов того, кто украл мое сердце. Рядом с тобой я не боюсь показаться слишком слабой или сильной, через чур глупой или заумно-занудной, мне не страшно показаться неуклюжей или неухоженной. Я могу быть просто собой. Ты даришь мне неповторимые и бесценные чувства счастья и свободы, не требуя ничего взамен.

Не испытывая ни капли сомнений, я повторила движение Рена, и несколько капель крови медленно упали в бокал с вином.

– Я люблю тебя, мой эльф, и хочу, чтобы ты тоже никогда не сомневался в моих чувствах – закончила я и отпила из бокала.

Сладкое вино теплом растеклось внутри.

В ответ на сказанное мое запястье обвила серебристая ленточка, показывая, что и в моих словах не было ни капли лжи.

В глазах Рена было столько всего, что слова бессильны в описании всех эмоций, что в них отражались.

Затихший было зал взорвался восторженными криками. Кто-то хлопал и желал нам долгой и счастливой жизни. Слышно было даже несколько пронзительных свистов.

Следуя словам отошедшего от шока служителя, мы с Реном обменялись бокалами.

Как только в обоих бокалах вино было допито, на наших с Реном запястьях одновременно дополнились рисунки парными лентами. Одна тоненькая, извивающаяся, скручивающаяся в замысловатые узоры, а вторая более широкая и плавная, мягко проникающая через первую.

Две зеркально отражающие друг друга татуировки, навсегда объединившие наши жизни.

Рен тут же притянул счастливую меня к себе в объятия и поцеловал.

Как интересно, порой, складывается жизнь. Ищешь счастье, ищешь, даже в другой мир попадаешь. А счастье то вот оно, всегда рядом, и не зависит от места. Счастье в тебе самой и в людях, которые тебя окружают.