Текст книги "Король солнечного огня (СИ)"

Автор книги: Сильвия Мерседес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

– Боги, помогите мне, – прошептала я.

И поймала хвост обеими руками.

Единорог завопил.

Звук пронзил мою душу, послал шок по телу. Я отпустила бы, но пальцы сомкнулись против моей воли. Единорог бросился бежать, и я все еще держалась, понеслась за ним, а он кричал и кричал. Звук был так преувеличен, что я гадала, был ли он частью игры малыша.

Но два голоса ответили в долине за мной, и они были не такими игривыми.

Мои ноги шагали широко, я бежала за единорогом по тропе, которую он создавал среди цветов. Я осмелилась оглянуться. Еще ошибка. Сердце чуть не замерло от ужаса. Два пылающих существа неслись ко мне галопом. Существа-скелеты с острыми клыками, словно демоны, поднявшиеся из адов. Их длинные рога были опущены, нацелены на меня.

Я повернулась вперед, сжимала хвост единорога изо всех сил, пока он несся среди цветов-звезд. Страх чуть не заставил меня пропустить холмик, но отчаянный инстинкт помог его увидеть, понять, как он близко. В паре шагов от меня.

Я отпустила шелковистый хвост и прыгнула. Огонь ожил вокруг меня, обжигая ноги, поджигая платье. А потом мои пальцы ног впились в голую землю, я рухнула на четвереньки.

Не было времени думать, тушить огонь на моем платье. Я почти ощущала, как два ужасных рога вонзались в кожу, мышцы, кости.

Давясь своими криками, я поднялась на вершину холмика и повернулась. Солнце было слева… луна справа… о, боги! Где тропа?

Свет солнца и луны встретился во тьме.

Они обнимались.

И тропа открылась перед моими глазами. Узкая, но ясная. Вела из долины, из этого слоя миров.

Я сделала шаг.

Что-то острое задело мою голень, порвало юбку. Но я вырвалась и рухнула вперед. Покинула долину Латлаэриль и попала в Хинтер.

Единороги не последовали.

17

Я лежала пару мгновений, оглушенная, просто дышала. С каждым вдохом я задерживала дыхание, насколько могла, а потом выпускала его. Мои глаза были зажмурены, и все чувства дрожали от страха так, что я не могла ощущать что-то еще.

Сердце медленно успокаивалось. Осознание подступало… и я поняла, что мое платье уже не горело. Странно. Я, кривясь, открыла глаза и посмотрела на свое тело, свою одежду. Платье было изорвано, показывало голые ноги сильнее, чем было прилично. Кожа была красной там, где языки огня были близко.

Но я не горела. Это уже радовало.

Собрав смелость, я повернула голову и посмотрела на мир вокруг себя. Я тут же пожалела об этом. Я была на тропе, одной из странных троп Хинтер, ведущих сквозь слои реальности. Я не сомневалась в этом.

Но эта тропа отличалась от тех, где меня водила Бриэль! Те всегда вели через лес. Хоть по краям зрения порой мелькала не только зелень, я больше видела высокие деревья и зеленые листья вокруг себя.

Тут не было леса.

Я лежала на сияющей полоске того, что напоминало блестящие гранулы звездной пыли, тянущиеся бесконечно передо мной. Я поднялась на четвереньки, охнула. Тропа была такой узкой! Едва ли в три фута, я с трудом умещалась там, пока лежала. Мои пальцы напряглись, нога соскользнула и зависла над бесконечной пропастью.

Я подвинула ногу. Желание сжаться в комок от ужаса охватило меня, и я с трудом боролась с ним. Я заставила себя посмотреть, куда именно попала.

Справа была тьма, непроницаемая тьма, идеальная бездна. Слева – свет. Яркий бесконечный свет. Оба ощущались ужасно далеко, словно придется падать сто лет, а потом погрузиться в них. Но они все равно были там, ждали, пока я оступлюсь.

Я сглотнула и посмотрела на тропу перед собой. Она вела между этими противоположностями по прямой, немного в гору. Луна висела справа, большая серебряная сфера, была ближе, чем я видела ее дома. Солнце, к счастью, было не так близко, но висело слева, и их общее сияние заставляло тропу из звездной пыли сиять, как миллионы бриллиантов.

– Между Солнцем и Луной лежит путь в Друиндар, – прошептала я, вспомнив слова Бриэль. – Между светом свечи и тенью лежит дорога в ад.

Я медленно поднялась на ноги. Тропа была прочной, но я пошатнулась, меня мутило от страха. Я подняла ногу и сделала шаг. Еще один. И еще. Сердце колотилось, все еще не успокоилось после близкой встречи с единорогами. Боги, я была такой глупой? Схватила маленького единорога за хвост? Бриэль была бы в ужасе!

Но это сработало.

Тепло сияло в моем сердце. Я подняла голову, расправила плечи и пошла, шаги становились увереннее. Может, я не подходила для такого задания. Может, Эроласу было бы лучше выбрать кого-то еще своей невестой лунного огня. Но я еще не погибла! И впервые я чувствовала, словно скоро могла добраться до места назначения и увидеть своего мужа.

И когда я сделаю это, смогу ли я его спасти?

– Я это сделаю, – прошептала я и добавила тверже. – Сделаю.

Я шла дальше, шаги были быстрее и легче. Опасный обрыв по краям будто растаял. Я сосредоточилась на тропе и том, куда она вела. Я старалась не думать о бесконечности расстояния, о горизонте, который не достичь даже бегом. Это была часть странности Хинтер, это не было связано с настоящим расстоянием или временем. Я просто должна была идти, ощущая цель, не давая воле ослабеть.

Что-то приближалось.

С другого конца тропы.

Что-то… огромное.

Мой рот открылся. Глаза расширились, сердцу упало камнем в живот. Я пошатнулась, остановилась, упала на колени в звездную пыль.

Создание было из тени, было больше дома, больше самой высокой башни Орикана. С длинными конечностями, неясное, с белыми волосами, похожими на свет луны, закрывающими лицо вуалью. Каждый шаг был в милю шириной, и руки изящно двигались по бокам, словно маятники. Его ступни были огромными, не помещались на тропе, но и не оступались, шагали с грацией танцовщицы на канате, балансирующей над двумя пропастями.

Я тихо вскрикнула. Я вскинула руки и сжалась. Создание быстро приближалось, вот-вот оно увидит меня, растопчет и сбросит мое безжизненное крохотное тело в пустоту с той же легкостью, как я могла раздавить муравья. Я ничего не могла поделать, не могла возразить. Меня то существо и не услышало бы.

Громкое дыхание заполняло странную тишину. Тропа дрожала под тяжелыми шагами.

И существо оказалось надо мной. Огромное. Я ощущала его размер, тьму, тяжесть. Древность.

Я на миг, казалось, ощутила его взгляд – понимающий, жуткий, не человеческий – прикованный ко мне.

Огромная ступня опустилась.

Тропа задрожала.

Звездная пыль разлеталась облаками, мерцая.

Существо перешагнуло меня и пошло дальше. Не замерев. Не проявив интереса.

Оно шло огромными шагами, звук тяжелого дыхания утихал.

Когда я нашла смелость сесть и посмотреть туда, откуда я пришла, я еще видела огромную тень вдали, белые волосы было видно через много миль. Я медленно встала, ладони сжимали обгоревшее и изорванное платье.

– О, боги! – выдохнула я.

Я не знала, как долго стояла там. Я не могла понять, что только что испытала. Этого было слишком много, я это не понимала. Но я повернулась и пошла по звездной тропе. Солнце сияло слева, луна – справа, и я шла и шла.

И вдруг побежала.

Юбки развевались, волосы тянулись за мной как флаг. Я побежала как можно быстрее. С каждым шагом сердце поднималось все выше, и я стала легкой как перышко, как воздух. У меня словно и не было конечностей. Зачем они? Зачем кому-то держаться за физические ограничения тела, когда дух мог лететь свободно? В этом пространстве без времени, кусочке существования между светом и тьмой, между тьмой и ночью, между солнцем и луной, я легко могла лишиться смертной оболочки и стать единой с простором вокруг меня. Миг, и я освобожусь…

«Нет!».

Я резко остановилась, размахивая руками, чтобы вернуть равновесие. Тяжесть физического тела опустилась вокруг меня с такой силой, что кости могли рассыпаться от давления. Я смотрела на свои ноги, голые, обожженные, в синяках. Один ноготь был вырван, другой почернел. Они были такими человеческими, такими… настоящими на этой тропе из света звезд. Я была из своей реальности.

Я не могла отпускать эту реальность.

Я не могла вылететь из тела, сбежать от страданий физического мира.

Я должна была держаться.

– Эролас.

Закрыв глаза, я прижала ладонь к груди. Это была не боль. Нет. Но красивая и ужасная тоска тянула за мое сердце, словно нить была натянута, и на ней играли.

Где-то далеко – за солнцем, луной и звездными тропами – другое сердце дрогнуло в ответ.

Я снова видела его лицо. Темная кожа на острых скулах. Золотые глаза и черные зрачки. Полные губы, открытые в удивлении, ужасе. Мой муж. Таким он был в свете свечи.

Любимый и пострадавший от предательства.

– Я иду, Эролас, – прошептала я. – Дождись меня.

Я сделала еще шаг, и хоть тропа тянулась в бесконечность передо мной, один шаг привел меня к концу. Я с криком пошатнулась, потеряла равновесие, покатилась…

И рухнула на четвереньки на красную пыль поверх сухой брусчатки в трещинах.

18

– Осторожно!

Скрежет тормозов, оглушительный хруст в воздухе потрясли меня. Я вскочила на колени, перед глазами мелькали тени, неясные фигуры. Я заметила большие когти на сильных лапах, лица с оскалами, полными зубов и извивающихся языков. По ушам ударил вой, который перешел в рык.

Крича, я взмахнула руками над головой, направила тело в сторону, отчаянно стараясь спастись. Я рухнула на землю и сжалась в комок, ожидая, что меня растопчут, разорвут и проглотят.

– Что за шум? – сквозь грохот сердца я различила женский голос. – Сирйор, мы потеряли колесо? Или один из твоих гадких монстров решил съесть другого? Мерзость!

– Нет, госпожа! – проскулил второй голос. – Бледная мелочь бросилась на дорогу! Мои бедные мантики напугались.

В ответ два жутких голоса взвыли, и звуки послали дрожь во мне. Хоть я не хотела, я заставила себя разогнуться и посмотреть между пальцев.

Карета из красного отполированного дерева возвышалась передо мной, в ней были окна и дверь, на которой была вырезана изогнутая рыба. Два больших монстра стояли перед каретой, откинув ужасные головы, один зевал, другой жевал уздечку между зубами. Сначала я не смогла их опознать, не понимала, что видела. Огромные тела, как у львов, с густыми темными гривами вокруг лиц, которые были странно человеческими и выразительными. Из их задних лап, ушей и плеч торчали шипы, а кожистые крылья были изорваны, вряд ли могли держать их в воздухе.

– Мантикоры! – выдохнула я.

Я слышала об этих монстрах раньше, но не помнила, где. Может, Бриэль рассказывала мне о них, пока я сидела ночью и штопала ее чулки. Я не думала, что такие жуткие создания существовали.

Скрип и стук отвлекли меня от монстров. Дверца кареты открылась, и ступеньки опустились на землю. С шорохом ткани появилась туфля в лентах и с пряжкой.

Женщина, решительно шурша, выбралась из кареты и опустила объемные юбки, украшенные камнями, вокруг себя. Подняв край подола, она ступила на пыльную землю. Кристаллы мерцали на ее поясе, и контраст чудесного наряда и пустого пейзажа был почти невыносимым. Я подавила желание закрыть лицо руками.

– Ладно, – женщина остановилась в паре шагов от места, где я лежала. – Глаза меня обманывают? Или ты на самом деле человек?

Сглотнув, я подняла голову. Сначала я не смогла разобрать силуэт, темный в резком свете солнца. А потом охнула, и мое сердце дрогнуло с болью. Это лицо! Я его знала. Я видела ее во сне, эту красивую женщину с длинными черными волосами.

Только в моем сне у нее было полночное платье со звездами.

– О, да, – женщина склонила голову. Идеальный локон заманчиво скользнул по ее плечу. – Ты точно человек. Поразительно! Возьми меня за руку. Я помогу тебе встать. Не нужно унижаться.

Пальцы с кольцами и длинными ухоженными ногтями появились перед моими глазами. Я смотрела, не желая их касаться, не желая помощи. Не от нее. Не от этой женщины. Я видела, как она садилась на колени Эроласа, хватала его лицо и страстно целовала при веселящейся толпе.

– Ну же, девочка, – голос женщины был резким, властным. – Я не могу ждать весь день. Путь по Друиндару долгий, и я хочу добраться до места назначения до того, как выберутся саламандры.

Уши жгло, словно по ним ударило. Я подняла взгляд на милое строгое лицо. Я не ослышалась? Она сказала Друиндар?

Желчь подступила к горлу. Я сглотнула ее с трудом и опустила пальцы на ладонь женщины. Сильная хватка подняла меня на ноги, и я пошатнулась, пока искала равновесие. Я опустила взгляд, испугалась виду своих голых ног и изорванной юбки. Я была потрепана и в волдырях после приключений в Латлаэриле.

Краснея, я быстро отвела взгляд, посмотрела на пейзаж, куда попала. Я отметила с разочарованием, что это была не долина из Звездного стекла. Но вид был печальным. Можно было почти представить призраки зеленых полей, густых садов и цветущих лугов, которые когда-то давно были в этом пыльном месте.

Красная карета стояла на старой, но еще неплохой дороге, которая тянулась между холмов к острым горам. Они тянулись высоко, темные, как гнилые зубы огромного монстра, давно уснувшего под землей.

Ворчание привлекло мой взгляд к мантикорам. Они смотрели на меня поверх упряжи, их глаза сияли от интереса. Один из них показал зубы, другой подмигнул и хитро оскалился. Я поспешила отвернуться от них, посмотрела на кучера. Он был странным, напоминал жабу, сидел с коленями выше ушей, сжимая поводья. Когда он поймал мой взгляд, он вежливо приподнял шляпу.

– Это Сирйор, – женщина поняла, куда я смотрела. – Верный друг. Он служит мне с тех пор, как я попала в Эледрию. Уроды – его команда, Ужасный и Мерзкий. Их имена заслужены, поверь, – она улыбнулась, прижала ладонь к груди и вежливо склонила голову. – А я – маг Ларена, мифата из Сэрита.

Хоть я старалась скрыть удивление, мои глаза расширились. Мифата? Я еще не встречала магов, но знала об ордене Мифатес, известных магов, которые работали с высшей магией, которую не понимали ведьмы, как матушка Улла. Или так рассказывали. Матушка Улла возразила бы.

– Я думала… – я замерла, моргнув, и попробовала снова. – Я думала, людям запрещено ходить в мир фейри. После Клятвы.

Губы женщины изогнулись в улыбке.

– Но ты тут!

Жар прилил к моим щекам. Я опустила голову, сжимая лохмотья юбки, но женщина бодро рассмеялась.

– Не переживай! Я о тебе не доложу. Мифато предпочитают трактовать Клятву свободно. Куда ты направлялась? Я редко встречаю людей на дороге в ад. По крайней мере, на этой дороге. Я встречала многих в их пути, и я, пожалуй, ближе многих к своей огненной вечности!

Она рассмеялась, словно это было шуткой, и ее глаза искрились. А потом, качая головой, она посмотрела на меня.

– Но что же привело тебя сюда? Ты повернула не туда в Хинтер?

Мне было не по себе. Я не хотела раскрывать этой женщине ни капли от своей миссии, но я не могла просто стоять, глупая и моргающая.

– Я… ищу двор Бледной королевы, – быстро сказала я, решив держаться ближе к правде.

– Тогда тебе повезло, – ответила маг. – Я сама на пути в замок Горзана. Я прокачу тебя, если… – она утихла, посмотрела на меня внимательно. – В Эледрии – мире фейри – глупо что-то давать и ничего не брать взамен. Что ты мне дашь за безопасный путь в Друиндар?

Я прикусила сухие губы, соображая.

– Я… могу предложить хорошее слово.

Маг Ларуна фыркнула и покачала головой.

– Хорошая попытка! Попробуешь еще?

Пальцы дрожали, я коснулась ожерелья, отчасти скрытого под воротником платья. Я не хотела отдавать еще одну красивую ткань из подаренных Эроласом, но… Я быстро посмотрела на красивую колдунью, отметила ее хорошее платье, его качество, дорогую ткань и украшения. Она умела ценить красивые наряды.

– Как насчет этого? – я нашла медальон с полумесяцем. Он открылся, и серебряный луч устремился вперед с шелковистым шорохом. Я поймала ее аккуратно, подняла сияющую ткань, сжимая, чтобы она не сбежала. Лунный свет изящно ниспадал с моей руки, концы собирались на земле у моих ног.

– Семь богов! – воскликнула маг Ларуна, ее лицо озаряло серебро. Она с интересом коснулась ткань, погладила ее пальцами. – Семь богов, это лунный свет? Настоящий?

Я кивнула.

– Я так и думала! – женщина покачала головой, ее глаза сияли. – Я думала, что ты маг, которая сама зашла так далеко. Это доказательство. Откуда у тебя такая магия? Ты – мифата? Из какой школы?

– О, нет! – возразила я. – Я не маг.

Она посмотрела на меня, разглядывала мою потрепанную фигуру.

– Ведьма?

Я покачала головой.

Маг Ларуна прищурилась и хмыкнула с подозрением.

– Не пытайся обмануть меня, девочка. Я знаю магию, когда ее вижу. У тебя ее много в венах, – она посмотрела на лунный свет, гладила его, разглядывая нежное плетение. Она улыбнулась и прижала ткань к груди. – Это идеально. Договорились, безымянная колдунья. Проходи в карету, и я доставлю тебя в Горзану с собой.

Она повернулась, завопила:

– Шэра! О, Шэра, старушка! Посмотри на это!

Морщинистое лицо появилось в проеме кареты, хмуро глядя на мир из-за вуали. Она оскалилась, но когда она посмотрела на свет луны в руках мага Ларуны, оскал сменился восторгом.

– Где ты это взяла?

– От новой подружки, – маг Ларуна указала мне забираться в карету. Я замешкалась, неуверенная. Но когда я уловила, как один из мантикор шевелил бровями, я быстро забралась на раскладные ступеньки и внутрь.

Хмурая Шэра подвинулась на скамье, сжимая черную юбку, словно боялась, что я ее запачкаю. Я устроилась на скамье и сделала себя как можно меньше, прижалась плечом к окну.

Маг Ларуна села на скамью напротив, ее юбка цвета павлина легла вокруг нее, и ткань из света луны была на ее коленях. Ее слуга-жаба закрыл дверцу кареты, а потом прыгнул на свое место. По приказу госпожи он ударил хлыстом по мантикорам. Карета дернулась, застонала и поехала, подпрыгивая, поднимаясь по склону.

Мифата гладила ткань на коленях, как котенка, тихо воркуя. Свет луны наполнял карету внутри мягким сиянием, которое играло на милых чертах Ларуны.

– Разве это не идеально, Шэра? – сказала она, обращаясь к женщине, которая, видимо, была ее служанкой. – Я покажу его Бледной королеве. Я думала, нового красного платья хватит, но это! О, она будет умолять обменяться, как только увидит это.

– Я не понимаю, зачем тебе снова с ней меняться, – буркнула Шэра, хоть и гладила ткань, восхищаясь. – У тебя уже была ночь с королем солнечного огня. Зачем возвращаться за большим?

Шип пронзил мой разум. Солнечный король? Где я уже слышала этот титул? Он был знакомым, звенел в моей голове… вспомнился величавый голос, звучащий во время разрушения Орикана…

«Король солнечного огня, твоя невеста ждет…».

Маг Ларуна не знала о реакции в моей душе и рассмеялась.

– Если бы у тебя была ночь с королем солнечного огня, Шэра, ты бы знала, почему, – сказала она и сделала вид, что обмахивала свое лицо.

Я напряглась, меня мутило. Но они не могли обсуждать Эроласа. Да? Он не был королем. По крайней мере… я так думала. Я посмотрела на мифату, но не смогла терпеть ее милое лицо дольше мига, опустила голову и смотрела на свои сцепленные ладони.

Маг Ларуна продолжила бодрым голосом:

– Говорят, на третью ночь свадьбы он станет даже интереснее.

– Интересно может означать многое, – недовольно сказала ее служанка.

– А мне интересно узнать!

Шэра фыркнула.

– Бледная королева не даст тебе вторую ночь. Она чтит традиции, но ревнует. Она не пустит его провести две ночи с одной женщиной.

– Позволит, когда увидит это, – мифата потерла ткань из лунного света об щеку. – Она не вынесет, если не будет самой красивой женщиной на тысячу миль! Она даст мне все, о чем я попрошу.

Шэра заворчала, но ее госпожа отклонилась на сидении с удовлетворенной улыбкой на губах, пока она гладила красивую ткань. Я смотрела на нее, хоть и старалась не пялиться, забившись в угол кареты. Меня мутило. Я ощущала себя маленькой.

«Если бы у тебя была ночь с королем солнечного огня…».

Закрыв глаза, я попыталась отогнать воспоминание, тот сон. Но я не могла развидеть его – то, как эта темноглазая красавица, опьяненная напитком фейри, прошла вдоль стола под смех и вопли собравшихся. Она была воодушевленной, целовала и ласкала Эроласа, сидящего во главе стола.

И он не отказывал ей.

Но что я ожидала? Я думала, мой муж будет верен своей невесте лунного огня? Его невесте, которая отказалась целовать его, боялась его ласк? Которая играла с его чувствами, а потом сломала его доверие…

– Что привело тебя в Друиндар во время свадьбы Бледной королевы, маленькая ведьма?

Голос колдуньи проник в мои мысли, я вздрогнула. Я посмотрела в глаза Ларуны.

– Надеешься выразить уважение? – спросила она. – Взять себе немного солнечного огня?

– Я, кхм, – я сглотнула. Я не придумала историю. Если нужно было врать, нужно было сделать ложь как можно более честной. – Я создаю платья. Я… слышала о браке Бледной королевы и подумала… подумала, может…

– Больше ни слова! – мифата рассмеялась и подняла ткань. – Ты хочешь соблазнить ее своими волшебными товарами. Понимаю! Поверь, она хорошо заплатит за твою магию. Она всегда ищет самые роскошные платья для своих свадеб. Последняя была сто лет назад, но многие рассказывали истории о королеве Друиндара и ее свадебных пирах, прекрасных платьях и красивых обреченных женихах.

– Обреченных? – слово сорвалось с моих губ. – О чем ты? – я поздно поняла, что стоило молчать. Но вопрос вылетел раньше, чем я могла сдержаться.

Ларуна с интересом посмотрела на меня, и Шэра прищурилась с подозрением за вуалью.

– Не знаешь? – сказала мифата. – Это же не первая свадьба Бледной королевы. Она берет нового мужа каждые сто лет. Всегда из одной семьи – всегда из дома Димарис. Сто лет назад, думаю, она забрала брата нынешнего короля солнечного огня в мужья. И до него его отца. И многих других! Три дня и три ночи она устраивает жениху пир. В конце каждой ночи она целует мужа и отправляет дальше веселиться, получать все, что он хочет. Это дикое чудесное время, и народ из всех Эледрии и не только собирается в замке Горзаны в Друиндаре, чтобы испытать это самому.

Холод пульсировал в моей крови.

– Но что… что случается с ее мужьями?

– О, они умирают, конечно, – маг Ларуна пожала плечами и отклонилась. – Это давняя история о короле-жертве. Чтобы умилостивить Урима, бога огня и лорда долины Друиндар, Бледная королева должна отдавать кровь своего мужа каждые сто лет. Всегда одна кровь, потому она всегда берет из одного дома. На рассвете четвертого дня свадьбы она несет его к месту жертвоприношения, и там она просит и дарует четвертый поцелуй. Не знаю точно, что происходит потом. Некоторые говорят, что они должны завершить брак, а потом проливать кровь. Другие говорят, что четвертый поцелуй закрепляет брак в глаза Урима, – Ларуна улыбнулась. Улыбка была бы милой, если бы не была такой ужасной. – И после четвертого рассвета короля солнечного света не видно. Гости разбредаются по домам, в свои миры, и все возвращается на круги своя… пока не проходит век, и это начинается заново.

Мне было холодно. Я была будто из камня. Дрожь пробежала по спине, но спина будто принадлежала кому-то еще, другому человеку, которому было не так холодно.

Все тайны, о которых я думала с первой ночи пробуждения в сиянии лунного огня, были тут. От этого проклятия страдал Эролас – он и вся его семья до него. Потому его брат, отец, дяди, дедушка и все мужчины в роду были мертвы.

– Но… – я запнулась, ощутила понимающий взгляд Шэры на своей щеке. Но ответы на мои вопросы вызвали больше вопросов, а я так долго ждала ради ответов! – А если… ее жених уже женат? Это сделает их свадьбу невозможной?

– О, конечно! – бодро ответила Ларуна. – Но Бледная королева всегда убеждается в том, что мужья доступны. Они должны быть без жен. Мне сказали, что она может быть довольно жестокой, когда дело касается удержания ее власти в Друиндаре. Вот так! – она рассмеялась. – Говорят, нынешний король напугал ее. Он не только взял себе невесту, но и спрятал ее глубоко в Шепчущем лесу, где никто не мог ее найти. Бледная королева была возмущена, и кто-то верил, что ее правление оборвется. Но нет! Многие лорды Димарис пытались скрыть жену в прошлом, но никто не преуспел. И невеста лунного огня не была его настоящей невестой. Не в полном смысле, если понимаешь, о чем я. Ну и зря! Она не знает, чего ей стоила ее робость.

Она приподняла бровь, ухмыляясь. Я быстро отвела взгляд в окно. Холод в животе сменился жаром, огнем, гневом. Гневом на себя за мое неведение и глупость. Гневом на эту красивую женщину, которая знала моего мужа так, как не знала я. Гневом на Бледную королеву, которая могла быть такой жестокой. Гнев, гнев… гнев…

Но мой голос, когда я заговорила, был слабым. Голос кого-то почти беспомощного.

– Почему никто не остановит ее? Не спасет ее мужей?

Мифата неодобрительно посмотрела на меня, словно я сказала что-то глупое.

– Если прибыла в Эледрию, принимай, что видишь! Ходить и критиковать чужие традиции – бесполезно. Тролли живут не так, как все в других мирах.

– Тролли? – выпалила я. – Бледная королева – тролль?

– Да, конечно. Ты не знала?

– Но я думала… думала…

Ларуна рассмеялась, качая головой, и ее идеальные кудри прыгали у ее скул.

– О, ты думаешь о троллях как о больших монстрах из камня? Они большие, да. Но их королевы всегда рождаются красивыми. Говорят, такими они все были во Вторую эпоху, пока не разозлили богов. Бледная королева считается многими самой красивой женщиной во всей Эледрии.

Мифата продолжила разглядывать ткань из лунного света, спрашивала у своей служанки, как лучше было бы разрезать и сшить эту нежную ткань. Шэра выдвигала идеи, и их голоса смешались на фоне вместе с пульсом крови в моей голове.

Я смотрела в окно. Карета проехала дальше по горной дороге. Если подвинуться. Я видела далеко внизу пустую землю. Мантикоры напрягались, хлопали крыльями для равновесия, пока шли по дороге с их грузом. Как скоро они пересекут вершину, и мы доберемся до Друиндара? Я не знала.

Я осмелюсь ехать с мифатой до Горзаны? Может, это было бы хорошее прикрытие. Я могла бы тихо пройти как служанка, и никто не взглянул бы на меня. Повезло, что людей звали на свадьбы, еще один человек в замке не привлечет лишнее внимание. И Бледная королева не видела моего лица. Эролас постарался в этом.

Я закрыла глаза, прислонилась лбом к окну. Слова Ларуны крутились в голове, бушевали. И в этой буре я снова увидела то, что почти забыла. Окно с витражом у моей спальни в Орикане. Серия витражей в коридоре. Они были уничтожены в ночь, когда я предала мужа, когда тьма опустилась на Орикан.

Но я видела их снова за своими веками – разноцветное стекло, обрамленное свинцом. Картинки жестокости, страха. В дальнем конце коридора была бледная женщина в алом платье, и на горле у нее был красный камень на черной ленте. За ней пылающее солнце поднималось над холмами, сияло золотыми и оранжевыми лучами на темный камень перед ней.

На камне лежал мужчина. Голый. Скованный. Его голова была откинута, черные волосы ниспадали за ним.

Бледная женщина вонзала кинжал в его горло.

– Это было там, – произнесла я беззвучно. – Все было там. Перед моими глазами.

Условия проклятия мешали Эроласу рассказать мне, почему он нуждался во мне, почему он украл меня и взял в невесты. Но он пытался общаться. Он передал яркими витражами историю Бледной королевы и ее мужей.

Жертва. Эролас был жертвой.

– О, боги! – желудок свело с такой сильной болью, что я с трудом подавила вой. Этой ночью была третья ночь! Завтра на рассвете его кровь прольется, чтобы успокоить темного духа ради темной цели, которую я даже не представляла.

– Наша маленькая подружка-ведьма затерялась в мыслях.

Я вздрогнула и открыла глаза, посмотрела на мифату. Я пыталась улыбнуться, скрыть мучения внутри. Но результат вряд ли был убедительным.

Ларуна приподняла потрясенно бровь.

– Ты все еще думаешь о судьбе бедного жениха? Глупое дитя. Традиции Эледрии жестокие, да. Но они не хуже других правил, с которыми я сталкивалась, даже в якобы цивилизованных дворах людей. Миры жестоки. Наш мир, их миры. Жестокость везде есть. Потому мы должны веселиться, пока есть время. Не переживай! – она снова рассмеялась, и от звука мою кожу покалывало. – Я сделаю так, что последняя ночь короля солнечного огня будет достойной смерти.

Я закрыла глаза, сжала кулаки. Я не предам себя. Я буду мудрой. Буду осторожной.

Но я не могла провести ни мгновения с этой женщиной.

Мой рот открылся.

Я не успела ничего сказать, жуткое рычание разбило воздух. Мантикоры! Карета застыла, чуть не сбросив Ларуну с ее скамьи мне на колени.

Мифата фыркнула и выпрямилась, пригладила платье.

– Семь богов над нами! Еще юные ведьмы бросились под колеса? – она подвинулась и открыла окно, высунула голову. – Что теперь, Сирйор?

Лицо мужчины-жабы появилось вверх-ногами с другой стороны окна.

– Черепары, госпожа, – сказал он. – У ворот. Стражи с черепарами, они вынюхивают.

– Да? – мифата открыла дверцу кареты и вышла, поправила юбки. Шэра выглянула из-за нее, и я с любопытством открыла свое окно и высунула голову.

Впереди в четверти мили стояли врата из черного камня, преграждали путь. Две большие фигуры в броне стояли с дубинками, прислоненными к плечам. Огромные мужчины из камня. Наверное, тролли. По крайней мере, так я всегда представляла троллей. А не как красивую Бледную королеву.

Они были грозными, но существа, которых они держали на кожаных поводках, были хуже. Как псы или подобие псов, но кожа на их мордах была убрана с черепа, который ярко и жутко сиял под красным солнцем. На месте их глаз были только черные дыры, и губы не скрывали огромные зубы в пастях. Они выглядели как мертвые. Может, они и были мертвыми.

Но они стояли, расхаживали и тянули за поводки. Хотели, чтобы их отпустили охотиться, схватить и убить.

– Какой кошмар! – воскликнула маг Ларуна с другой стороны кареты. – Мы с приглашениями. Мы должны страдать от такой неприятности? Что Бледная королева думает найти?

Мне стало не по себе. Я знала, что Бледная королева искала с этими жуткими гончими. О, я была такой глупой, раз поверила, что легко проберусь туда!

Я сжала ручку дверцы со своей стороны кареты. Она открылась, и я спрыгнула на землю. Я посмотрела на дорогу, ощущая пристальные взгляды зияющих глазниц. Сердце билось в горле, я попятилась.

– Куда ты? – мифата появилась из-за кареты, хмурясь, взгляд был пристальным.

– У меня… нет приглашения, – пролепетала я. – Я не должна быть тут.

– Это мне нравится! – голос Шэры гудел в карете. – Что ты собиралась сделать? Испортить шансы моей леди, злоупотребить ее щедростью? Никто не пройдет в Горзану на свадьбу Бледной королевы без приглашения! Все это знают!

Ее слова били меня по ушам, но я не смотрела на нее. Я не могла оторвать взгляд от мифаты, которая пристально и хитро смотрела на меня. Я пятилась, но боялась бежать, отворачиваться от этой женщины.