355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Шобха Де » Сестры-соперницы » Текст книги (страница 9)
Сестры-соперницы
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 15:47

Текст книги "Сестры-соперницы"


Автор книги: Шобха Де



сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Сапна покачала головой, а Алиша вдруг поняла, что чуть не выдала себя, и добавила:

– Она… мы… мы с ней немного знакомы. В любом случае, она больше не Хиралаль. Недавно вышла замуж за какого-то Мальхотру. И они живут во-он там, – она указала на особняк через дорогу.

– Правда? Надо же, какое совпадение!

– А как этот Навин попал в мой дом? – спросила Алиша, немного помолчав.

– Как и все остальные. Через знакомых знакомых своих знакомых. Ты же знаешь, как это обычно бывает.

– Занятно, – кивнула Алиша. – Очень занятно.

– А он предложил тебе встретиться? Ну, или там… – подмигнула Сапна.

– Предложил. Но я не знала, что он помолвлен. В смысле, что у него новая девушка, не знаю, как ее там…

– И что, ты согласилась?

– Ну, типа того, – улыбнулась Алиша.

– А теперь? – не отставала Сапна.

– А что «теперь»? Пусть сначала позвонит, тогда и решу. Смотря какое у меня будет настроение. – И она щелкнула пальцами, подзывая слугу. – Еще шампанского. Всем. Пусть все веселятся. – Потом она встала и танцующей походкой двинулась к музыкантам. – Музыку, хочу еще музыку! – крикнула она, размахивая руками.

Уставшие музыканты, которые уже начали было собираться домой, послушно взялись за инструменты и заиграли джазовые вариации на тему «I Could Have Danced All Night».

– Потанцуем? – предложила Алиша Францу.

Сапна, потягивая шампанское, посмотрела на небо, нашла Венеру и удовлетворенно улыбнулась: богиня любви не дремала.

– Пойдем? – обратилась она к своему спутнику и протянула ему руку.

– Почему бы и нет! – Он с улыбкой повел ее к площадке для танцев.

Теперь музыканты исполняли «Black Magic Woman». Алиша оглянулась в поисках помощницы, и ей на мгновение показалось, что белое сари Сапны стало черным. Она вздрогнула. Франц с удивлением на нее уставился.

– Эта песня… она как-то странно на меня действует, – рассмеялась Алиша, уводя своего кавалера с танцплощадки в сторону дома.

Этой ночью Алиша лежала в своей новой спальне на новой кровати, а рядом с ней лежал ее новый мужчина. Музыка баюкала их.

Глава восьмая

Теперь, когда Микки стала женой Бинни, она видела его от силы часа два в день. Если он не был в разъездах, то целыми днями пропадал в офисе, иногда даже по выходным.

Как-то за завтраком она наконец решилась обсудить с ним это.

– Нам нужно поговорить, – начала она.

– Что случилось, принцесса? – спросил он, не поднимая глаз от деловой газеты.

– Я почти не вижу тебя! – всхлипнула Микки. – У меня такое чувство, что за наше краткое свадебное путешествие мы виделись больше, чем за последующие полгода.

– Такова семейная жизнь, – отрезал Бинни, продолжая читать.

– Нет! – Микки была близка к истерике. – Это не та семейная жизнь, о которой я мечтала. Я думала, мы будем вместе работать, вместе отдыхать и вместе развлекаться. А получается, что я вижу тебя, только если ты берешь меня с собой в гости!

Бинни медленно опустил газету и тяжелым взглядом уставился на сидевшую напротив жену.

– Что-что ты сейчас сказала? – с металлом в голосе переспросил он.

Микки посмотрела в его горящие огнем глаза и почувствовала, как от ужаса у нее по спине побежали мурашки.

– Н-ничего, – ответила она и потянулась за ножом.

По утрам она всегда намазывала мужу тост маслом – это уже стало своеобразным ритуалом. Вдруг Бинни схватил ее за руку. Изящный ножик упал на пол Продолжая удерживать одной рукой за запястье, муж второй рукой взял Микки за подбородок и заставил смотреть себе в глаза.

– Слушай меня внимательно, принцесса. Здесь не дом твоих родителей, да и сама ты уже не избалованный ребенок. Ты – жена Бинни Мальхотры. И пора бы тебе привыкнуть к этому. В нашей семье женщины всегда и во всем повинуются своим мужьям. Тебе еще повезло, что у тебя нет свекрови, которой надо угождать. Никогда, слышишь, никогда не смей задавать мне вопросы и… жаловаться на жизнь. У тебя нет поводов для недовольства, поняла? Твоя жизнь – сказка. У тебя есть всё… А куда я иду и чем, когда и с кем занимаюсь – это мое личное дело. С тобой я буду проводить столько времени, сколько нужно мне. А у тебя есть обязанности, которые, хочешь не хочешь, придется выполнять. Если я сочту нужным, чтобы ты сопровождала меня в поездке – так оно и будет. Если я решу ходить на приемы один – ты будешь сидеть дома и ждать меня. Твоя работа – хорошо выглядеть. Я говорил тебе об этом, когда ты выходила за меня замуж. Ходи по магазинам, покупай одежду и украшения, посещай салоны красоты, играй в бридж, освой гольф, запишись на кулинарные курсы. Все, точка. И больше никаких вопросов. Ты мне все утро испортила. Теперь из-за тебя у меня весь день будет неудачным. А мне хватает проблем на работе. И дома они мне не нужны. Ясно?

Бинни отпустил ее руку, развернулся и вышел, не притронувшись к тосту. Микки долго разглядывала белые следы от его пальцев, оставшиеся у нее на руке, потом перевела взгляд на огромный букет, украшавший обеденный стол. Она вспоминала, как на протяжении многих лет ее родители завтракали каждое утро, не произнося ни единого слова, будто актеры в немом кино, а она была их единственным зрителем.

Ами не проявила сочувствия, услышав о безобразной сцене за завтраком, и Микки совсем упала духом.

– Неужели ты не понимаешь, как мне плохо! – всхлипнула она.

Ами долго задумчиво крутила на красивых ухоженных руках свои многочисленные кольца и браслеты, прежде чем ответить:

– Даже не знаю, что тебе сказать. Чего ты ожидала? Романтической любви? Не будь наивной, Бинни прав: такова семейная жизнь. К тому же твой муж действительно очень занятой человек. Не понимаю, что тебе нужно для полного счастья. Последуй совету мужа: займись благотворительностью или чем-нибудь еще. Главное – не сиди дома, как глупенькая канарейка в золоченой клетке. Хватит смотреть на мир сквозь розовые очки. Не жди, что муж будет возиться с тобой как с маленьким ребенком. У него есть дела и поважнее.

Микки глядела на Ами, с трудом сдерживая слезы.

– Но ведь я совсем не этого ждала, – с грустью произнесла она.

– Чего же? – смягчившись, спросила Ами.

Микки задумалась, подбирая слова.

– Я хотела выйти замуж за человека, с которым могла бы делить не только постель, но и всю нашу жизнь. Неужели это невозможно?

– Мужчины, – фыркнула Ами, – иначе устроены. Им все время нужно что-то еще, какие-то новые ощущения. Например, в сексе. Не хочу лезть в твою интимную жизнь, милая… но ты уверена… понимаешь, о чем я?

– Было неплохо, – ответила Микки неуверенно, с трудом подбирая слова. – То есть, поначалу было просто великолепно. Редкая ночь у нас с Бинни обходилась без секса. А потом… не понимаю, что случилось. Кажется, я наскучила ему. Сначала все идет хорошо, а потом он ни с того ни с сего встает и уходит в ванную, или включает музыку, или берется за газету… А иногда даже садится в машину и мчится куда-то из дома посреди ночи. – Микки перевела дух. – Я думала, мы будем заниматься любовью каждую ночь… и что он захочет ребенка.

– А он разве не хочет? – спросила Ами участливо.

Не в силах отвечать, Микки отрицательно покачала головой.

– Ну, может, он еще просто не созрел для отцовства. – Ами погладила ее по руке. – Наберись терпения. У тебя будет время обзавестись детьми. Лучше наслаждайся своей молодостью, пока это возможно. А твой муж пусть наслаждается тобой. Зачем вам сразу связывать себя по рукам и ногам детьми? Это большая ответственность. Дай вашему браку окрепнуть. И вообще: может, тебе поехать куда-нибудь…

– Все не так просто, Ами, – разрыдалась Микки, не в силах больше сдерживаться. – Он вообще не хочет, чтобы у меня были дети. Он сам мне это сказал.

Ошеломленная, Ами умолкла. А Микки рассказала о том, что произошло как-то вечером, месяца два назад.

У нее тогда случилась задержка, и она решила пойти к милому пожилому гинекологу, который когда-то пользовал ее мать. «Мои поздравления», – радостно улыбнулся доктор, закончив осмотр. Микки тогда с трудом сдерживала волнение. От врача она первым делом побежала в цветочный магазин и накупила цветов. Потом направилась в лавку деликатесов в отеле «Kemp's Corner» и выбрала свои самые любимые сыры. Следующей точкой ее маршрута был знакомый торговец спиртным, у которого она приобрела несколько бутылок бордо, которое они с Бинни любили больше всего. И, конечно же, хрустящий багет из французской пекарни в отеле «Taj». В «Rustom's» – самом большом продовольственном магазине города, она купила шампиньоны, большую банку фуа-гра и молочную кукурузу. Она предвкушала, как вернется домой и приготовит праздничный ужин. Свечи дома есть, они лежат в верхнем ящике буфета из тикового дерева. Что еще? Ах да, сексуальное белье. Это у нее тоже есть – новый комплект из магазина «Victoria's Secret» – Бинни подарил ей его еще до свадьбы. Сейчас самый подходящий случай, чтобы надеть это.

Микки просто светилась от счастья, хлопоча на еще не вполне знакомой кухне. Повара с любопытством наблюдали за ней, а она суетилась, спрашивая у них, где взять уксус и эстрагон с горчицей. К семи стол был накрыт. Микки побежала наверх и долго принимала душ со своим любимым гелем «Guerlain», потом надела новый шелковый пеньюар и стала с трепетом ждать отца своего будущего ребенка.

Бинни, как обычно, вернулся домой поздно, усталый и раздраженный. Микки приберегала новость на десерт и так волновалась, что едва притронулась к ужину. Но когда она, наконец, рассказала Бинни такую восхитительную для нее новость, он пришел в ярость. Грубо обругал ее на пенджаби и даже чуть не ударил.

Рассказывая об этом Ами, Микки будто заново переживала ужасные события того вечера.

– Сначала я просто онемела, потом… потом заплакала и спросила, за что он так на меня сердится. Разве он не хочет, чтобы у нас был ребенок? Он вопил: «Нет! Нет! Нет!» Я с плачем обхватила его ноги: «А как же я? Я хочу стать матерью…» Он посмотрел на меня с такой ненавистью, что я даже испугалась, а потом сказал: «Тогда тебе надо было выходить замуж за того сопляка, который тебя бросил… хотя сомневаюсь, что он был бы в состоянии тебя обрюхатить». Я продолжала рыдать, а Бинни, как обычно, куда-то уехал. Я ждала его до четырех утра. Он вернулся сильно пьяный. Говорить с ним было бесполезно, и я прикинулась спящей. А утром он потребовал, чтобы я немедленно сделала аборт. Когда я отказалась, он пригрозил мне разводом. Я так испугалась, когда услышала это ужасное слово! И опять осторожно спросила, почему он не хочет ребенка. И тогда… – Микки не могла больше сдерживать слезы и разрыдалась на груди у Ами.

– Ну-ну, не плачь, мы найдем какой-нибудь выход… – Ами ласково погладила Микки по голове.

– Ох, Ами, – рыдала Микки, – он сказал мне… Что у него уже есть двое детей: мальчик и девочка.

– Да-а? – удивилась Ами. – И жена тоже есть?

– Любовница. Он никогда на ней не женится… потому что она недостаточно знатна и богата.

– И ты знаешь, кто она? – спросила Ами.

– Конечно, знаю. В смысле… узнала. Это Урми. Помнишь, она была на нашей свадьбе. Ты тогда узнала ее, но ничего мне не сказала. А я догадалась. У них с Бинни есть дети, Урваши и Нитья. Поэтому он и не хочет ребенка от меня. И еще, как он цинично выразился, потому что желает, чтобы я оставалась стройной и доставляла ему удовольствие.

– Бедная моя девочка, – сказала Ами, обнимая ее. – Надо же, до чего у вас дошло… Но не надо отчаиваться… Мы найдем на Бинни управу.

– Нет… – всхлипнула Микки. – Я этого не хочу… Я люблю его. Да, он вытирает об меня ноги, сделал меня своей рабыней, жертвой. Мне не на что надеяться и неоткуда ждать помощи. Я забыла, что такое гордость… если вообще когда-нибудь это знала. Он может меня растоптать, да что там «может» – он так и поступает.

– В таком случае, милая, – сказала мягко Ами, – поступай, как знаешь. Но все же на твоем месте я подыскала бы себе хорошего адвоката… на всякий случай… Ты меня понимаешь?

– Конечно, понимаю, – печально улыбнулась Микки. – Но у меня нет денег на адвоката. Когда Бинни делал мне предложение, он поставил условие, что я передам ему права на все мое имущество.

– Да-а, – с горечью протянула Ами, – хорошо, что твоя мать не дожила до того дня, когда ее девочка осталась без денег, без мужа и без ребенка. Бедняжка! Я очень тебе сочувствую. Но если ты ничего не хочешь менять, живи, как знаешь. И помни, я желаю тебе добра и на мою помощь ты всегда можешь рассчитывать.

– Спасибо тебе, Ами. – Микки с благодарностью поцеловала ее в щеку. – Это очень много для меня значит.

Женщины умолкли – им больше не о чем было говорить. В клубе почти никого не было: даже самые стойкие любители выпить уже покинули бар и разошлись по домам, а час картежников еще не наступил. Невдалеке от клуба группа подростков затеяла игру в сквош. От бассейна доносился звонкий детский смех.

– Вон где тебе надо быть, – сказала Ами, легонько тронув подругу за плечо, – со сверстниками. А не реветь на груди у старой тетки.

Тут ей подали машину, и она уехала. Микки стала рыться в сумочке в поисках солнечных очков, чтобы спрятать заплаканные глаза.

– Что-то потеряла? – вдруг услышала она знакомый голос.

Неподалеку стоял Навин, крутя на пальце брелок с ключом от машины.

– Привет, – автоматически ответила Микки и растерянно смолкла.

Навин нагнулся и поцеловал ее в щечку. Она отшатнулась.

– О, кстати, – рассмеялся Навин, – позволь тебя поздравить. Понимаю, мои поздравления запоздали почти на полгода, но ты же не пригласила меня на свадьбу.

Микки холодно посмотрела на него.

– Извини, но для животных вход туда был запрещен, – фыркнула она, скользнула в подъехавшую машину и велела водителю отвезти ее домой.

А Навин так и остался стоять на тротуаре, продолжая крутить в пальцах брелок.

***

После своего новоселья Алиша встречалась с Навином еще пару раз. Как-то за ужином в «Zodiac Grill» он сказал ей, что свободен как ветер, а когда она напомнила ему, что в газетах уже поместили объявление о его помолвке с девушкой из семьи Арора, только отмахнулся:

– Ах, это? Пустая формальность!

Алишу, которая еще не решила, будет ли встречаться с Навином, позабавила такая откровенная ложь. Впрочем, с ним было интересно… А самое главное – он когда-то встречался с Микки. И хотя Навин ни разу не упоминал об этом во время встреч с Алишей, ей не терпелось затронуть эту тему. Был и еще один момент: Сапна всячески способствовала ее общению с Навином, и Алиша догадывалась, что за этим что-то кроется.

Как-то раз Навин пригласил Алишу в клуб «RG's», где они танцевали до упаду и изрядно напились, а после страстно обнимались в машине. Потом они на бешеной скорости неслись по пустынной Марина-драйв, и Алиша пыталась справиться с ширинкой Навина. Рассвет застал громко храпящую парочку у нее в спальне. Проснувшись около одиннадцати, они удивленно посмотрели друг на друга.

– Что это было? – спросила Алиша хриплым голосом.

– Где это я? – промычал Навин, с трудом разлепив глаза.

– Мы что?.. – посмотрела на него Алиша.

– He-а, но давай не будем терять времени, – ответил он и, потянувшись к ней, навалился сверху.

– Эй, полегче, герой-любовник! – остановила его Алиша. – Сначала мне нужно пописать и почистить зубы. Я девушка чистоплотная.

– Ну-у, – протянул Навин с томной улыбкой, – тогда заодно вели, чтобы мне принесли чаю.

Алиша показала ему язык и удалилась в свою роскошную ванную: там было подсвеченное десятком лампочек зеркало во всю стену, ванна с джакузи, биде, душевая кабина – все в нежно-лиловых тонах. За огромным венецианским окном Алиша устроила миниатюрный сад камней в японском стиле, а сквозь овальное окно в потолке ванную заливал мягкий рассеянный свет. Из окна была видна крыша особняка Микки и часть ее сада, и Алишу забавляло, что она может подглядывать за сестрой-соседкой, сидя на унитазе.

Девушка потянулась и оценивающим взглядом окинула себя в зеркале. Там отражалась весьма привлекательная особа. Алиша ущипнула себя за талию, проверяя, не поправилась ли, потом встала на весы. «Нет, – успокоилась она, – те же пятьдесят два кило», – и стала старательно чистить зубы. «Вот только глаза припухли, – подумала она, – так что с виски надо быть поосторожнее». Наконец, расчесав волосы, она вышла из ванной. Навин делал зарядку.

– Смотри, не переутомись, – бросила она и уселась на плетеный стул, невольно отметив, что у него неплохая фигура – плоский живот, широкие плечи.

Потом по внутреннему телефону она позвонила на кухню и распорядилась, чтобы в спальню принесли завтрак на двоих.

– Твои слуги, – заметил Навин, – похоже, привыкли к таким приказаниям.

– Примешь душ? – не отвечая на провокационный вопрос, спросила Алиша, доставая из шкафа и протягивая ему красивый махровый халат.

Она безуспешно пыталась припомнить, когда они вчера вечером приехали и что потом было. По всей спальне была разбросана их скомканная одежда. Алиша подняла с пола дорогущий пиджак Навина и повесила на стул. Убирая в шкаф свое платье, она вдруг поняла, что в последнее время стала одеваться в стиле Микки. Недаром в ресторане или в театре к ней часто подходили незнакомцы, издали принимавшие ее за сестру. Алиша усмехнулась: сейчас в ее ванной плескался бывший любовник этой сестры, напевая слащавую песенку из отечественного кинофильма.

Раздался деликатный стук в дверь – принесли завтрак. Алиша подождала, пока слуга сервирует стол, и приказала не беспокоить ее ни по какому поводу.

Слуга бесшумно вышел, а из ванной появился Навин.

– У тебя там неплохой выбор мужских одеколонов: «Hermes», «Gucci», «Calvin Klein»… Очень мило, – одобрительно заметил он, вытирая свои густые волосы пушистым полотенцем.

– Тебе класть в кофе сахар? – спросила Алиша, берясь за кофейник.

– Конечно, три кусочка.

Навин подошел и поцеловал ее в макушку, а потом окинул взглядом накрытый стол и опять рассмеялся.

– Неужели ты предпочитаешь национальную кухню? Я рассчитывал увидеть оладьи или круассаны.

– Это для меня слишком калорийно, – сказала Алиша, откусывая маленький кусочек от намазанной тонким слоем масла хрустящей лепешки. – Тебе намазать?

– Нет, спасибо, я уж лучше тост съем, – ответил он.

Алиша просмотрела утренние газеты, которые слуга принес вместе с завтраком, и тут же нашла интересующую ее статью: «Курс акций компании "Хиралаль Индастриз", ныне носящей имя "Мальхотра Энтерпрайзез", в этом квартале поднялся до 135 рупий против 52-х год назад. На пресс-конференции господин Ракеш Мальхотра, новый председатель правления и управляющий директор, рассказал о планах расширения компании и объявил о запуске нового проекта совместно с правительством штата Карнатака. Господин Мальхотра также заявил, что совместное предприятие, учрежденное его компанией в Малайзии, начало приносить стабильный доход».

– Эй, ты не боишься испортить себе аппетит? – не выдержал Навин.

Алиша отложила газеты, повернулась к нему и распахнула его халат. Навин притянул ее к себе. Они повалились на мягкий ковер, и Навин грубо схватил Алишу за волосы, запрокидывая ее голову назад. Алиша невольно подумала: «А как это у них было с Микки?» Ей хотелось стереть из памяти Навина всякое воспоминание о близости с этой ненавистной ей женщиной.

Он был не слишком опытным любовником, но Алиша старательно изображала удовольствие, которого на самом деле не испытывала. Наконец Навин оторвался от нее, положил голову ей на живот и затих.

– Ух, ты! Детка! У меня чуть крышу не снесло.

– Снесло, милый, еще и как, – ответила Алиша с улыбкой и отправилась в ванную.

***

Бинни ясно дал понять Микки, что ей придется смириться с тем, что у него есть вторая семья. Теперь, когда это перестало быть тайной, он, не стесняясь присутствия жены, звонил любовнице по телефону и отвечал на ее звонки. На официальные мероприятия брал с собой Микки, о чем извещал ее лично или через секретаршу, но при этом открыто появлялся в компании Урми на людях. Микки молчала.

Как-то раз Ами пригласила ее к себе на обед и завела об этом разговор. Она просто ушам своим не могла поверить, слушая рассказы подруги.

– Да, я забыла о гордости, – с горечью говорила Микки, – мне достаточно того, что мы просто живем под одной крышей. Я люблю его и счастлива, что он мой… по крайней мере официально.

Ами потрясенно качала головой, отказываясь верить услышанному.

– Милая, да что это с тобой? Я тебя просто не узнаю. Куда подевалось твое самоуважение? Такое впечатление, что тебя загипнотизировали! Может, он подсыпает тебе в еду транквилизаторы?

– Нет, – грустно улыбнулась Микки. – Просто я всю жизнь хотела перед кем-нибудь преклоняться. С отцом такого не получилось. И теперь я преклоняюсь перед Бинни. Не требуй объяснений. Он для меня как бог. Мне все равно, с кем он спит. Главное – что я его жена и он возвращается домой, ко мне.

– Ну да, конечно, – сказала Ами, помолчав, – и твое тело всегда к его услугам. Ясное дело, такое положение вещей его вполне устраивает. Но неужели ты не понимаешь, что это узаконенная проституция?

– Я знаю, – произнесла Микки задумчиво, – меня трудно понять. Со стороны мое поведение кажется необъяснимым. Но нас обоих это устраивает, и мне наплевать, как я при этом выгляжу. К тому же все жены в той или иной мере проститутки. Разве ты сама никогда не пользовалась своим телом, чтобы добиться желаемого? Так в чем тогда разница?

***

Лилабен была отнюдь не в восторге от богатства, свалившегося на голову ее дочери. Из-за этого она стала еще более одинокой и все больше и больше впадала в тоску.

Когда они жили в тесной квартирке на окраине, им с Алишей волей-неволей приходилось общаться. Теперь же они иногда по нескольку дней вообще не виделись.

Алиша пригласила вести хозяйство в своем доме миссис Панникер – образованную даму, вдову из Ко-чина, которой негде было жить. Кроме того, она наняла для Лилабен горничную, а сама старалась сократить и без того редкие встречи с матерью. Но невозможно было не заметить, что Лилабен опять начала принимать таблетки и пить. Алиша строго-настрого запретила прислуге давать матери выпивку и транквилизаторы и даже уволила кое-кого за нарушение этого запрета, но Лилабен подкупала слуг, и устоять перед деньгами, которые предлагала, было трудно. А деньги она воровала у дочери из сумочки. Алиша пыталась поговорить с матерью, убедить ее заняться чем-нибудь, сходить в гости, развеяться, но Лилабен претила даже мысль о том, чтобы одеться и выйти из дому. Она целыми днями слонялась по комнатам в ночной рубашке, иногда даже не притрагиваясь к пище, а потом ни с того ни с сего закатывала истерики, требуя деликатесов. Уже три повара уволились из-за ее выходок, но им быстро находили замену – терпеливая и спокойная миссис Панникер безупречно вела хозяйство в маленьком дворце Алиши.

Беда случилась, когда девушка ушла на очередное свидание с Навином. Они теперь часто встречались, хотя, как призналась Сапне Алиша в минуту откровенности, «он не так уж и хорош в постели». Но они были очень красивой парой и повсюду появлялись вместе.

Около двух часов ночи миссис Панникер разыскала свою хозяйку на роскошной вечеринке по поводу открытия очередного загородного ночного клуба. Алиша с Навином танцевали под «Vogue» Мадонны, когда к ним неслышно подошел официант и легонько дотронулся до оголенного плеча девушки:

– Вас срочно вызывают.

Музыка в зале грохотала так громко – клуб был оборудован по последнему слову техники, – что Алиша не расслышала его слов, но догадалась: что-то случилось с матерью. Она смертельно побледнела и высвободилась из объятий Навина.

– Мне срочно надо к маме, – коротко бросила она ему. – Едем.

Они выбежали из клуба и запрыгнули в новую машину Навина – ярко-красный «Amtrax».

Когда они мчались по скоростной трассе, Алиша поймала себя на том, что пытается молиться. И только спустя несколько секунд она поняла, что молится не о матери, а о себе. Они как раз проезжали мимо больницы «Брич Кенди», куда скорее всего предстояло отвезти Лилабен, и Алиша размышляла, что будет, если та умрет. Девушка уже догадалась, что мать, видимо, запила успокоительное виски, но надеялась, что ее еще можно успеть спасти. Ведь если она сейчас потеряет мать, то, как и Микки, останется круглой сиротой. А Алише хотелось хоть в чем-то превосходить сводную сестру.

Когда машина Навина, взвизгнув тормозами, остановилась у ворот, девушка увидела совершенно спокойную миссис Панникер и вздохнула с облегчением – судя по всему, ее мать была жива.

– Ну, как она? – Алиша выскочила из машины и подбежала к экономке.

– Госпожа, – бесстрастно ответила миссис Панникер, – с вашего позволения, я уже обратилась к знакомому врачу. Мы с ним из одной деревни, а сейчас он живет и работает в Бомбее. Он тут же приехал и отвез старшую госпожу в больницу неподалеку отсюда. Мы не могли рисковать, дожидаясь вас, у меня с собой была только небольшая сумма денег, а старшая госпожа не могла сама заплатить. Только, пожалуйста, не волнуйтесь. С ней все в порядке. Доктор Куриен сопровождает ее, а я осталась здесь, чтобы показать вам дорогу.

Алиша подумала, что в следующем месяце надо бы выдать экономке хорошую премию, и перевела взгляд на Навина. Тот разглядывал звезды, насвистывая что-то себе под нос.

– Сейчас, одну минуту, – сказала она и побежала в дом сменить бархатное платье с открытыми плечами на что-нибудь более скромное. Бросив на себя взгляд в зеркало, она заметила, что у нее все волосы в блестках. В полночь всех гостей клуба обсыпали этой дрянью. Алиша наскоро вычесала блестки из волос и побежала к машине.

Навин высадил женщин у небольшой, опрятной на вид клиники, которая располагалась чуть дальше по улице.

– Вас ждать? – безучастно спросил он. – А то у меня завтра тяжелый день.

– Вали отсюда, – сквозь зубы бросила ему Алиша, резко развернулась на каблуках и, взяв миссис Панникер под руку, направилась в отделение интенсивной терапии.

В дверях их встретил доктор Куриен. Алише он сразу понравился. На вид ему было около тридцати пяти, хотя в густых волосах уже пробивалась седина. Доктор сообщил, что ее мать могла бы умереть, если бы миссис Панникер, которая зашла к ней в спальню узнать, не нужно ли чего, не нашла женщину лежащей без сознания на кровати. Говорил он с непривычным слуху, очень приятным, каким-то даже музыкальным акцентом. Алиша делала вид, что внимательно слушает доктора, и исподтишка разглядывала его: смуглая кожа, темные глаза, ухоженные и такие изящные руки с тонкими нервными пальцами. Он был очень высок, так что ей приходилось задирать голову, чтобы поддерживать разговор. И только когда миссис Панникер легонько подтолкнула ее, сказав: «Мадам, доктору нужна кое-какая информация, чтобы заполнить историю болезни старшей госпожи», – Алиша поняла, что не услышала ни единого слова из того, что он ей говорил.

Она очнулась от своих мечтаний и, решив, что это выпитое белое вино и свежий ночной воздух сыграли с ней злую шутку, ответила на все вопросы доктора. Он сообщил, что, следуя указаниям миссис Панникер, нанял для Лилабен круглосуточную сиделку, и посоветовал Алише пойти домой и как следует отдохнуть. И поскольку миссис Панникер решила остаться в больнице, «на случай, если старшая госпожа проснется», Алиша рассудила, что сейчас, когда мать крепко спит, наглотавшись успокоительного, ей самой здесь делать нечего. Она протянула доктору руку, чтобы поблагодарить его за заботу, и уже полезла в сумочку за деньгами, но тот остановил ее:

– С этим можно подождать. Я буду постоянно следить за состоянием вашей матушки до самой выписки. И пожалуйста, давайте не будем сейчас говорить о деньгах. Вас кто-то подвезет до дому?

– Ну, – смутилась Алиша, вспомнив, что отправила Навина восвояси, – если честно, то нет.

– Подождите минутку, я схожу за ключами от машины, – сказал он не допускающим возражений тоном и быстрыми шагами пошел по узкому полутемному коридору.

Алиша посмотрела ему вслед и вдруг почувствовала, как по спине у нее прокатилась волна возбуждения.

***

Лилабен выздоравливала медленно. Она очень сильно похудела. Алише трудно было поверить, что тощая старуха, которая лежит перед ней на чистых белых простынях, бездумно уставившись в потолок, действительно ее мать. Покончив с ночными развлечениями, девушка вечером после работы мчалась в больницу. И в какой-то момент поймала себя на том, что по утрам очень тщательно выбирает одежду, отказываясь от вызывающих европейских нарядов в пользу традиционных шальвар-камизов и даже сари.

Сапна тоже заметила это:

– В последнее время ты вся сияешь. Я уверена, ты рада, что матери стало лучше, но мне кажется, причина твоего хорошего настроения не только в этом. Ну… рассказывай, что там такое. Или лучше спросить: кто там такой?

– Не выдумывай, – покраснела Алиша. – Ты же знаешь, что я превратилась в сиделку. Ни с кем не встречаюсь, никуда не хожу… – Она схватила свою сумочку и бросила, уходя: – Лучше подумай о прибыли. И о новых проектах.

Отказавшись от ночной жизни, коктейлей и сигарет, Алиша чувствовала себя в отличной форме. Она и выглядела лучше – это все отмечали – и работала куда эффективнее (неудивительно, ведь теперь она приходила в офис, проспав восемь часов, а не три, как раньше).

Девушка знала, кого за это благодарить. Она с нетерпением ждала каждой новой встречи с доктором Куриеном и наивно пыталась произвести на него впечатление: хвасталась своими достижениями и с гордостью показывала журналы со статьями, в которых упоминалось ее имя. Но доктор держался с ней вежливо и отстраненно. Опасность для здоровья Лилабен уже миновала, и он дважды в день навещал ее, чтобы следить за ходом выздоровления. Алиша, которая очень ждала этих встреч, подробно расспрашивала его о состоянии матери, надеясь затянуть разговор. Ей хотелось как можно больше узнать о нем: где он учился, чем занимался, как сложилась его жизнь, женат ли он. А поскольку она еще не дошла до того, чтобы расспрашивать о нем миссис Панникер, ей приходилось прибегать ко всевозможным маленьким хитростям, чтобы вытянуть из него побольше информации.

– Скажите, доктор, – спросила она однажды с самым невинным видом, – а как вас найти в экстренном случае, ну, то есть, когда маму выпишут? Кто знает, вдруг с ней еще раз произойдет нечто подобное… а вы проявили такое терпение и заботу, что я не хотела бы обращаться ни к кому другому. Мама так вам доверяет…

Доктор Куриен рассмеялся и протянул ей свою визитку. Алиша внимательно прочитала все, что там было написано, и растерянно подняла глаза:

– Но… тут нет никакой информации…

– Почему? На визитке указаны мой телефон и квалификация – этого вполне достаточно.

– Ну-у… – пробормотала Алиша, вертя визитку в руках. – Вы же знаете, как в Бомбее телефоны работают. А что, если я не смогу до вас дозвониться и придется отправить к вам водителя?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю