Текст книги "Библиотекарь для Кощея (СИ)"

Автор книги: Сева Азим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Видимо, от величайшего изумления мужчина поднёс его не магией, а руками. Ну да, цари обычно стулья не таскают – как-то не подумала о субординации.

– Как у вас там дела? Справились с князьями? – спросила я, удобно усевшись напротив зеркала и кивком поблагодарив хозяина дворца.

– Да, все присмирели. Князья молят о пощаде, воевода держит их в нашей темнице, солдат приспособили к посевным работам, – отчиталась Заря, с интересом поглядывая на стоящего неподалёку, скрестив руки на груди, Кощея. – Воевода и остальные сами бы вам обо всём поведали…

– Тогда передай им, чтобы вечером ожидали меня у переговорного зеркала, – спокойно пожала я плечами, не понимая, в чём проблема. – Тогда и поговорим.

16. Чернокнижные дела

Нормального разговора по душам с Заряной не получилось – всё-таки сложно беседовать, когда хозяин лаборатории следит за каждым словом. Так что, закончив беседу, я встала и поблагодарила Кощея.

– Признаюсь, я очень удивлён, что ты изменила своё решение, – произнёс мужчина, пристально глядя на меня. – Полагал, что никогда не воспользуешься ни одним артефактом в моём присутствии.

– Скажем так, я изменила своё мнение, – величественно произнесла я, неосознанно повторяя его жест и скрестив руки на груди. – К тому же сейчас чрезвычайная ситуация. Всё-таки была война…

– Скажи-ка, Марьюшка, душа моя… – начал мужчина, но, увидев, что я поморщилась, остановился. – Что?

– Ничего, – раздражённо махнула рукой. – Так меня Иван называет.

– И тебе не нравится, что он тебя так называет? Или не нравится, как это звучит в моих устах? – он с интересом склонил голову, наблюдая за моей реакцией.

– Да какая, собственно говоря, разница. Лучше скажи, над чем ты тут работаешь? Какие страшные замыслы воплощаются в жизнь в этой лаборатории? – я попыталась сменить тему.

– В общем, разные, – Кощей указал на графики и диаграммы. – В данный момент я работаю над тем, как перемещаться сквозь межмировые порталы, не используя твои источники.

– Хочешь перемещаться между мирами? – понятливо кивнула я. – Это было бы и вправду интересно. Но разве ты не умеешь этого делать? Ведь предметы в твоём дворце явно не принадлежат этому миру. Значит, ты всё-таки нашёл способ перемещать вещи.

– Ты, как всегда, проницательна, – усмехнулся мужчина. – Время от времени мне удаётся перемещать более крупные предметы, но этого недостаточно. Ничто не заменит личного присутствия. Согласна?

– Да, наверное.

Я согласилась, хотя дома не особенно любила путешествовать. В общем-то, я люблю комфорт и уют. Но, если бы была возможность перемещаться порталами, то есть мгновенно оказываться в новом месте – это было бы здорово. Вот только бы избавиться от побочных эффектов этого перемещения. Первые дни мне всё же было не очень комфортно, а ведь я переместилась лишь сознанием. Что бы меня ждало, переместись я и телом?

– Ты задумалась, Марьюшка. Поделишься?

– Да нет… Просто подумала, что и вправду было бы здорово путешествовать между мирами. Но только если порталы были бы лёгкими в использовании и без каких-либо побочных эффектов.

– А какие, по-твоему, могут быть побочные эффекты? – заинтересованно спросил Кощей.

– Ну вот смотри: если мы живём в этом мире, наши магические каналы привыкли к его энергетической структуре, так? – мужчина задумчиво кивнул. – А энергетическая структура другого мира может быть совершенно иной. Окажись мы в других условиях, перегрузки были бы довольно серьёзные.

Во всяком случае именно к таким выводам я пришла, размышляя о причине ноющей головной боли, преследующей меня в первые дни моего попадания сюда. Её даже целительская магия Заряны не могла снять!

– Поэтому нужно, чтобы порталы могли стабилизировать и синхронизировать наши частоты с частотами нового мира, – мрачно продолжил мою мысль учёный. – Я не учёл разности потоков. А значит, вычисления изначально ошибочны.

Он швырнул бумагу с вычислениями, сел за стол и обхватил голову руками.

– Ты куда-то спешишь? Нужно попасть в другой мир к какому-то конкретному сроку?

– Нет, – он поднял голову и взглянул на меня с недоумением.

– Тогда в чём проблема? Пересмотри вычисления с учётом разности потоков. Настоящий учёный никогда не останавливается и должен уметь наслаждаться самим процессом, а не просто стремиться к результату, как ремесленник.

– Это не так просто. А как ты справляешься с неудачей? У тебя ведь неудачи тоже были? – внезапно спросил Кощей, подходя почти вплотную.

– Лучший отдых – смена деятельности, – ответила я, неосознанно отодвигаясь, чтобы не задирать так голову: всё-таки мужчина был довольно высок. – Займись тем, чем раньше не занимался, отвлекись. Иногда нужное решение приходит совершенно неожиданно.

– Даже не знаю, чем заняться, – он с сожалением оглядел заваленный бумагами стол. – Есть идеи?

– Сейчас раннее утро… Ты что, всю ночь работал? – вдруг осенило меня. – Ты завтракал?

– Нет. А ты, надеюсь, позавтракала? – спохватился мужчина, позабавив меня шокированно-виноватым видом. (Даже приятно стало!)

– Немного перекусила, но не отказалась бы от более плотного завтрака, – призналась я, улыбаясь его смущению. – У тебя ведь здесь есть красивый сад. Может, там и позавтракаем?

– Да, конечно. Пойдём! – Кощей взял меня за руку и повёл, точнее потащил в сад.

Да уж! Обращаться с дамами он не очень умеет! Вырвав руку из захвата, я гневно взглянула на мужчину, согнула его локоть и, взяв его под руку, милостиво позволила вести себя дальше.

Кощей на миг замер, внимательно наблюдая за моими действиями, затем расслабился, слегка улыбнулся, словно извиняясь, и, подстраиваясь под мой шаг, повел меня вперёд. Так то!

17. Тоже мне артефакты!

С южной стороны замка раскинулся настоящий оазис. Если с северной он словно врастал в суровый горный склон, то здесь открывался простор: плоскогорье мягкими террасами спускалось вниз, утопая в зелени и уходя к самому краю густого смешанного леса.

Я с удовольствием вдохнула воздух, пропитанный ароматами хвои и озона, подставляя лицо солнцу. Никогда не комплексовала из-за веснушек, с наслаждением загорала и с весны до осени оставалась той самой «девушкой в крапинку».

Сад Кощея был великолепен! Между клумбами и аллеями тянулись узкие каналы, соединявшие миниатюрные пруды и фонтаны. Струи воды падали вниз с тонким мелодичным звоном, разливаясь хрустальной прохладой. По тенистым дорожкам стелился ковёр из мягкой травы и лепестков, а над головами шелестели ветви экзотических деревьев с серебристыми и пурпурными листьями.

Кощей привёл меня к беседке, спрятавшейся в гуще листвы неведомого дерева. Мы сели в мягкие кресла. Я оглянулась, ища слуг, но Кощей по-мальчишески улыбнулся и стукнул костяшками пальцев по столу:

– Скатерть-самобранка, яви нам пироги, да самовар с ароматным чаем, сладости – лучшие, что есть в нашем мире!

В тот же миг на столе появился чайный сервиз и всевозможные угощения.

– Как здорово! – восхищённо воскликнула я, откусив пирог с ягодной начинкой и прикрыв глаза от удовольствия. – Это потрясающе! А что это за ягоды?

– Не знаю, – беззаботно пожал плечами Кощей. – Я не очень люблю сладкое.

– Как такое можно не любить?! Не понимаю, что это за ягоды, впервые такие ем, кажется.

– Покажи, – попросил он, наклоняясь, чтобы взглянуть на начинку. Но, передумав, откусил пирог и задумчиво его прожевал.

– Ну как, распознал? – спросила я, отправляя в рот остаток пирога. Траекторию его движения Кощей почему-то наблюдал с непонятным интересом.

– Не разбираюсь в ягодах, – прокашлявшись, признался он. – Спросим у работников кухни, они готовили, так что точно знают!

– Подожди… то есть скатерть выдаёт то, что приготовлено на твоей кухне? – я была слегка разочарована.

– А как, по-твоему, работает этот артефакт? – добродушно усмехнулся мужчина. – Ах да, ты ведь никогда особо не интересовалась бытовой магией. Смотри: на самом деле, скатерть-самобранка – это стазисный артефакт, куда заранее закладывают всё необходимое, а потом достают по мере надобности.

– А что у тебя там есть? – спросила я, трогая на ощупь обычную бежевую льняную ткань с красными полосками и короткой бахромой.

– Не знаю. В этом один из недостатков: скатерть за один раз может выдать только то, что на ней помещается, и не может показывать, что хранит внутри.

– А что будет, если я закажу то, чего там нет? – с интересом поинтересовалась я, разглядывая изнаночную сторону артефакта.

– Такого раньше не случалось. Давай проверим: назови что-нибудь необычное!

– Скатерть-самобранка, дай-ка мне мясной пирог с грецкими орехами! – приказала я, ставя руки на скатерть.

Тут же появилась плоская тарелка с круглым румяным пирогом.

– Надо что-то посложнее, – нахмурилась я и велела: – Скатерть-самобранка, дай-ка нам кулебяку с фейхоа и кизилом! – с вызовом произнесла, глядя на появившуюся тарелку с кулебякой.

На небольшом подносе лежал уже разрезанный пирог с яркой красной начинкой.

– Ха! Это похоже на тёртый кизил, но фейхоа здесь точно нет! – воскликнула я, чувствуя себя победителем.

На столе появилась ещё одна тарелка, но и там фейхоа не оказалось.

– То есть, не имея нужного, скатерть будет предлагать то, что хоть немного напоминает запрошенное, – сделала я вывод. Похоже, артефакт с голосовым управлением недалеко ушел от искусственного интеллекта. Помнится, никак не могла получить картинку для презентации, потому что он никак не мог правильно понять запрос.

– А что такое фейхоа? – спросил Кощей, с интересом заглядывая во внутренности очередного пирога.

– Это такой фрукт: зелёный, кисло-сладкий, с очень оригинальным, освежающим вкусом, – легкомысленно ответила и только потом задумалась: интересно, а есть ли он вообще в этом мире?

– Попробуй этот пирог, он мне больше понравился, – произнёс мужчина, протягивая мне половину слоёного пирога с мясной начинкой.

– Ммм, – промычала я, поднимая большой палец. – Очень сочный. Заря тоже такие готовит, вкусно!

– Тоскуешь по ним? – неожиданно спросил Кощей, нахмурившись.

Вопрос показался таким неуместным, что я на миг смешалась, пытаясь понять, что именно чувствую. Вообще-то я здесь меньше суток, соскучиться пока не успела, недавно говорила с Зарей, так что спокойна: у них всё в порядке.

– Даже не знаю, что сказать, – призналась, прислушавшись к себе. – Пока ты ведёшь себя как вполне радушный хозяин, так что особо пленницей себя не чувствую.

– Как странно, – задумчиво промолвил мужчина, расслабленно откидываясь на спинку кресла. – Ты не лжёшь и ведёшь себя так, словно я тебе даже не противен.

– Напомни, почему ты должен быть мне противен? Дело в том, что умыкнул меня против моей воли, или есть ещё что-то? – решилась задать не самый умный вопрос.

– Ты сейчас смеёшься надо мной? – тихо произнёс мужчина, хмуря густые тёмные брови.

– Нет, но, возможно, какие-то моменты нашего прошлого я и правда не помню. Так что, если в прошлом ты делал что-то мерзкое, из-за чего был мне противен, напомни, – потребовала я.

– Я не делал ничего мерзкого! – возмутился Кощей, не сводя с меня пристального взгляда.

– Ладно, допустим. Тогда почему ты должен быть мне противен?

18. Не приемлю снисходительности!

Мой невинный вопрос мгновенно разрушил непринуждённую обстановку, и в беседке повисла напряжённая тишина. Кощей продолжал сверлить меня недовольным взглядом, а я всё яснее осознавала, что упускаю какие-то важные детали. Ситуацию спасла Мила, неожиданно появившаяся у беседки.

– Простите великодушно, государь, государыня, – нерешительно произнесла девушка. – Там вас к зеркалу вызывают.

– Я занят, – жёстко отрезал мужчина, смутив служанку.

– Простите, государь… это не вас, – тихо продолжила она, потупившись. – Вызывают государыню.

– Меня? – я удивилась не меньше Кощея.

Через пару минут мы оба стояли перед зеркалом, которое вибрировало и переливалось светом, отражая силуэт мужчины, переминающегося с ноги на ногу.

– Похоже, твой Иван заявился? – язвительно заметил Кощей. – Что же ты медлишь? Ответь ему.

– Может, отойдёшь в сторону? – раздражённо бросила я, легонько отталкивая его от себя.

Мужчина, поражённый моим самоуправством, посмотрел на мои руки у себя на груди, но, подняв ладони в примиряющем жесте, отступил. Лишь тогда я дотронулась до зеркала, активировав вызов.

– Марьюшка, душа моя! Как ты? Чай мучает тебя этот нелюдь? – воскликнул Иван, прильнув к стеклу.

Его нежные руки, прижатые к поверхности, побелели. У Кощея руки были куда более грубые… интересно, какой физической работой может заниматься царь?

– Я в порядке, – спокойно произнесла я, подавив раздражение.

– Благодарю тебя, душа моя, за заботу твою. Знаю, что огорчать меня не хочешь, боль свою скрываешь! – едва не прослезился блондин по ту сторону зеркала. – Но знаю я, тяжко тебе там, в этой мрачной темнице! Я приду к тебе и вызволю из оков этого гнусного злодея! Скажи только как!

– Иван, со мной и правда всё в порядке. Дворец Кощея высоко в горах, подняться сюда непросто, – начала было я, но тут вспомнила: он ведь уже однажды спас меня… значит, дорогу знает!

– Знаю, душа моя! Я приду и вызволю тебя! Не стану сидеть сложа руки, пока ты в плену у этого супостата! – решительно заявил блондин, картинно снял шапку и бросил её оземь. Не знаю, что значил этот жест, но по его зверскому выражению лица было ясно: он готов идти войной на всех.

– Хорошо, Иванушка, – примирительно произнесла я, в глубине души радуясь, что во время моего отсутствия его, возможно, не будет в царстве. – Иди к Бабе Яге, у неё есть кони чудесные. Купи у неё одного – на нём доберёшься до царства Кощеева.

В одной из версий сказок он вроде так и сделал, и всё с ним было в порядке. Пусть лучше будет занят делом, чем придумает что-то, от чего моим домочадцам мало не покажется.

– А теперь пора мне идти, – я дотронулась до зеркала, отключая его.

Сеанс связи завершился. Я обернулась к Кощею, стоявшему неподалёку с руками, скрещёнными на груди.

– Как мило! – процедил он. – Выходит, вы готовите заговор против меня, используя моё зеркало, в моём дворце и прямо в моём присутствии?

– Можно подумать, Иван сможет победить тебя в бою, – раздражённо махнула я рукой. – Уж лучше пусть до моего возвращения будет занят делом, чем своей неуёмной энергией разрушит мне дворец.

– Ты так уверена, что сможешь вернуться?

– А ты собираешься держать меня здесь вечно? – я удивлённо взглянула на мрачнеющего мужчину. – Слушай, а поясни-ка, зачем я тебе вообще сдалась? И расскажи поподробнее про тот участок царства, на который ты давно положил глаз. Зачем он тебе?

Кощей молча подвёл меня к карте, лежащей на столе. Как интересно… Если эта карта верна, то на всей планете существует лишь один огромный материк, простирающийся в северном полушарии по всей окружности земли и захватывающий часть экватора. Вспомнив уроки географии ещё в Морском царстве, я рассматривала южную часть планеты, полностью покрытую океаном. Выходит, где-то там под водой скрыт огромный пласт суши, где живёт и здравствует целая цивилизация магов.

– Вот здесь находится твоё царство, – произнёс Кощей, указывая на обведённый красным карандашом полуостров, уходящий в южный океан и обширные территории севернее. – А вот здесь моё царство, – он обвёл свою территорию, раз в пять большую моей, между прочим. – На востоке моего царства находятся безмагические земли, до которых крайне сложно добраться.

Он взял в руки чёрный карандаш, закрасил небольшую территорию, внешне напоминавшую кляксу, и продолжил:

– Видишь? Эта территория окружена неприступными горами на севере и пустынями на юге. Единственная возможность добраться туда – через твоё царство. Ни ты, ни твои купцы, ни князья... никто за всю историю твоего царства туда никогда не стремился. Вам этот перешеек попросту не нужен, а мне он необходим!

– Что такого особенного в этой территории?

– Полагаю, земли вокруг лишены магии именно потому, что здесь сосредоточен главный пласт магии этого мира! – убеждённо заявил Кощей, стуча по чёрной кляксе на карте. – Именно тут можно с лёгкостью открыть портал. Я знаю, что перемещения по мирам тебя особо не интересуют, но для меня они крайне важны!

– Вообще-то перемещения по мирам интересуют и меня тоже! – возразила я, также скрестив руки на груди.

– Раз так – присоединяйся ко мне, – воскликнул Кощей. – Создадим портал, будем перемещаться по мирам. Либо найдём мир поинтереснее этого, либо попутешествуем и вернёмся обратно.

– Ну да, а пока мы будем путешествовать, князья раздерут наше царство на части, – скептически усмехнулась я.

– Я предлагал тебе пожениться и объединить наши царства, – царь вновь начал гнуть свою линию. – Не думаю, что в этом мире найдётся кто-то настолько глупый, чтобы осмелиться напасть на моё царство.

– Ты недооцениваешь глупость, – фыркнула я. – Мне нужно подумать над твоим предложением. Над всеми твоими предложениями.

– Я бы дал тебе столько времени, сколько нужно, если бы был уверен, что за моей спиной ты не споёшься со своим Иваном, – ухмыльнулся мужчина, но, спохватившись, добавил: – Не то чтобы ваш тандем меня сильно беспокоил.

– Ну, во-первых, я говорю с Иваном вовсе не за твоей спиной – у тебя всегда есть возможность быть в курсе наших разговоров. А во-вторых, неужели царь Кощей настолько слаб и беспомощен, что нуждается в постоянной охране своей пленницы?

Его слова о том, что он не видит во мне достойного противника, почему-то задели. Если раньше я хотела просто отдохнуть, сменить обстановку, пообщаться с интересным собеседником, то теперь он словно провёл между нами чёткую черту, напомнив, что я здесь пленница.

Да и предложение пожениться – всего лишь деловой договор, не больше. Этот факт тоже почему-то задевал. Но больше всего задевал его снисходительный тон. Разговаривать сразу расхотелось. Я развернулась и вышла из его лаборатории.

19. Летопись

Я одиноко шла по роскошному саду, время от времени останавливалась у цветущих клумб, чтобы полюбоваться яркими букетами, присаживалась на бортики фонтанов, опускала руку в прохладную воду, распугивая стайки мелких оранжевых рыбёшек.

Вот именно это – причина, по которой я всю жизнь избегала сильных мужчин. Слабых ты не воспринимаешь как достойных противников, понимаешь, что в отношениях всё зависит от тебя. А сильные, оказавшись на равных или, не дай бог, выше, одной фразой могут выбить из колеи.

Чрезмерно увлекаясь борьбой, они в какой-то момент забывают, что ты сражаешься рядом с ними, а не против них. Мимолётное чувство защищённости, которое они дарят, обходится слишком дорого во всё остальное время. Нет, не хочу!

– Марья, – тихо позвал Кощей. – Вот, возьми.

Он положил на бортик фонтана, где я сидела, небольшое зеркальце в красивой резной рамке и, помолчав с минуту, отвернулся и ушёл, оставив меня в смешанных чувствах. Переговорное зеркало? И что должен значить этот жест? Я дотронулась до стекла и вызвала Заряну.

– Марья! – в зеркале отразилась запыхавшаяся от бега подруга. – Как ты там?

– Всё нормально, – отозвалась я. – Как у вас дела? Князья не буянят?

– Да куда уж им! – махнула рукой Заря. – Сидят смирно, ждут, когда Загорский и те князья с боярами оживут. Они ведь так и стоят в темнице каменными истуканами. А Иван твой обещался к сестрицам сходить: дескать, мужья их знают, где вода живая да мёртвая есть.

– Он мне звонил. Я велела ему к Яге идти за волшебным конём.

– Зачем? – удивлённо спросила Заря. – Конь-то денег немалых стоит, а у Ивана их нет.

– Ничего, отработает.

– Иван? Отработает? – с сомнением переспросила Заря, но махнула рукой. – Ну, велела так велела. Пусть по миру побродит – глядишь, ума наберётся. Так как тебе живётся в Кощеевом царстве?

– Нормально. Красиво здесь, – равнодушно пожала плечами. – Сады, горы, библиотека богатая…

– Обидел, что ли, тебя? – проницательная Заря прищурилась и понизила голос. – Что случилось?

– Да ничего особенного, – снова пожала плечами. – Дал понять, что я не ровня ему и живу здесь лишь из милости.

– Дурак дураком, хоть и царь, – сделала правильный вывод подруга.

– Ладно, пойду я, – говорить расхотелось. – Он оставил мне зеркало. Если что понадобится – звони.

Закончив разговор, я аккуратно укутала драгоценное зеркальце в платок и убрала в карман. Держать в руках средство связи – сразу как-то спокойнее. Гулять больше не хотелось, поэтому я вернулась обратно и зашла в Кощееву библиотеку.

Огромное пространство, заполненное стеллажами вдоль стен, встретило меня гробовым молчанием и таким привычным, ни с чем не сравнимым запахом книг. Я подошла к стеллажам, проводя руками по корешкам, словно здороваясь со старыми друзьями, выбирала наугад одну за другой, открывала, рассматривала и снова ставила на место.

Больше всего порадовало, что на каком бы языке ни была написана книга, я с лёгкостью понимала её смысл. В какой-то момент поймала себя на мысли, что устала бродить, и, дотронувшись до стеллажа, пробормотала:

– Что бы такого интересненького почитать?..

На самом деле у меня было два пути: либо попытаться разобраться в том, что происходит здесь и сейчас, но для чего у меня явно недостаточно информации, либо прибегнуть к старому, проверенному методу – зарыться с головой в какую-нибудь книгу и забыть обо всём.

Внезапно прямо под моей рукой завибрировали две книги. «Летопись» – прочитала я заголовок первой, небольшой книги в чёрном кожаном переплёте. «Легенды и сказания» – было выгравировано на голубой коже золотой вязью на второй.

Интересно, это был ответ на мои мысли или так работает поисковая система этой библиотеки? Как бы там ни было, выбор сделан: я взяла обе книги и направилась к себе в комнату.

– Государыня, не изволите ли чего-либо? – вскочив, спросила Саша, сидевшая на стуле в моей гостиной.

– Ты всё это время здесь сидела?

– Да, конечно, государыня. Вдруг вам что понадобится, – отозвалась девушка.

– А нет ли у тебя колокольчика или чего-то подобного, чтобы я могла тебя вызывать? Негоже тебе весь день вот так сидеть и ждать меня.

Я задумалась: должна ли она постоянно присутствовать при мне в роли дуэньи или, того хуже, стражи? Вероятно, что-то прочитав на моём лице, девушка кивнула и выбежала из комнаты. Надеюсь, не жаловаться Кощею. Впрочем, через минуту она вернулась и протянула мне колокольчик.

– Ну вот, другое дело, – довольно кивнула я, ставя старый колокольчик на стол. – Ты можешь быть свободна, я вызову тебя, если что-то понадобится. Пока организуй мне чаю, пожалуйста.

Устроившись в удобном кресле у окна, из которого открывался чудесный вид на заснеженные вершины гор, я поставила чашку с чаем на широкий подоконник и открыла книгу с легендами и сказаниями.

– Мифы мира Твердь.

Сказание о камне, разверзшем основу мира. Легенда о хранителях мира. – Ну, в целом понятно: легенды и мифы.

Я открыла чёрную книгу – Летопись. Я ожидала скучных описаний боёв и родословных древ, но вместо этого оказалась погружена в переживания юноши, жившего много лет назад:

* * *

Магистр Светозар сегодня обучал нас магии превращений! – было выведено аккуратным почерком. – Не люблю превращения, лучше бы мы грозу вызывали, чем превращаться во всяких букашек. Летать – хорошо: орлом гордым, парить в поднебесье, расправив крылья! Магистр же заставляет нас превращаться то в жуков, то в мух. Только и знай, как уворачиваться от людских хлопушек да птиц всяких. * * * Батюшка сказал, что с меня не будет толку! При всех это сказал, даже слуги, отворачиваясь, смеялись. Знаю, что ненавидит он меня за то, что матушку своим рождением убил. Уходить мне надо, пока хуже не стало. * * * Светозар говорит, что сила во мне таится великая да чёрная, потому опасно мне жить среди обычных людей, не ровня я им. * * * Мирада, молодая жена моего батюшки, очень мила со мной, словно её не пугает моя чёрная проклятая сила. Красивая она очень, но пуще красоты доброта её впечатляет. Хорошо тем, у кого матушка есть. Хорошей матерью Мирада станет. * * * Магистр Светозар говорит, что бежать мне надо, что Мирада батюшку моего супротив меня настраивает, а тот и верит. Как будто моего батюшку против меня настраивать надобно! Он и без того меня лютой ненавистью ненавидит. * * * Надо убежать да внешность сменить, чтобы отец и мачеха меня не отыскали. Клятву магическую дал, что на трон отцовский не претендую, да, видать, не убедил я их. Светозар по секрету сказал, что убить меня мачеха желает. * * *

Я читала дневник и словно видела воочию, как растёт и мужает одинокий мальчик, как изучает магию, ищет и не находит своё место в жизни, как оказывается в центре придворных интриг и, в конце концов, бежит из отчего дома, сменив внешность. * * * Всё кончено. Я более никогда не стану прежним. – гласила последняя запись. * * * – Государыня, – тихо позвал меня голос, будто из другой реальности. – Поздно уже, не желаете ли отойти ко сну? Подняв голову, я взглянула на темноту за окном. Ночь. И правда, спать хочется. Поднявшись, едва не упала: от резкого движения закружилась голова. Сколько часов я просидела в одной позе? Судя по опустевшим тарелкам и крошкам на подоконнике, ужинала я пирогами, не отрываясь от чтения.

20. Чужой

Богатые царские палаты, украшены золотом и самоцветами. За окном бушует вьюга – зима в этом году выдалась лютая.

– Баримирушка, боязно мне, родимый, – ослепительно красивая голубоглазая блондинка сидит у ног повелителя и покрывает его руку, лежащую на троне, поцелуями. Слёзы скатываются с её прекрасных глаз, прокладывая мокрые дорожки по румяным щекам. Из полуоткрытых пухлых губ, ярких, как маковый цвет, вырывается короткий всхлип. – А как не удержит молодой царевич силу свою тёмную, дитятке навредит.

– Я его со свету сживу, – громогласно рычит мужчина в царской мантии и с короной на голове.

– Нельзя, душа моя. То сын твой первородный, нельзя супротив природы идти. Не виноват царевич, что избрала его сила лютая, – горестно качает головой девушка, поглаживая царя по колену.

– Пуще красоты твоей, Мирада, ценю я сердце твоё доброе, – царь мгновенно успокаивается. – Ищу я место, куда отправить его, чтоб и сам не погиб, и детям нашим угрозой не был.

– А слышала я, что есть врата древние, – шепчет царица, так и оставаясь у ног повелителя. – Там проход в иные миры, где тем, кто носит в себе силу тёмную, – самое раздолье! Да только путь туда тяжёл и тернист, и не каждый пройти его сможет.

– Где ж ты такое слышала? – царь заинтересованно пригибается к супруге.

– Так купцы иноземные сказывали, – пожимает плечами красавица. – Да только опасно царевичу в дорогу-то идти. Кто его признает – погубить пожелает, чтоб тебе, свет мой ясный, насолить. Великое у тебя царство, и сам ты велик! Завистников много! Вот коли б ему внешность магией изменить да так, чтоб никто не признал, тогда б он в безопасности дорогу осилил.

– Так и сделаем, – величественно кивает царь, больше наблюдая за белой ручкой царицы, задумчиво выводящей вензеля на его бедре, чем слушая её слова.

Дальше разговор происходит за плотно запертыми дверями опочивальни, откуда спустя полчаса выходит довольный царь и смущённо оглядывающаяся царица.

* *

Весна стучится в окна звонкой капелью и дышит молодой листвой, пробивающейся сквозь пухлые почки.

– Нашла! – радостно бежит к царю царица, прекрасная как никогда. – Жизнь моя, я нашла решение!

– О чём ты, Мирада? – лениво спрашивает царь, вертя в руках лук, что промаху не знает.

– Я нашла заклятье изменения внешности! – шепчет ему в ухо красавица, слегка касаясь мочки его уха пухлыми губами и тут же отстраняясь.

Разочарованный царь обхватывает свою царицу за талию и сажает к себе на колени.

– Рассказывай, – милостиво шепчет мужчина, проводя пальцем по её скуле и спускаясь ниже по лицу к шее. Царица смущённо оглядывается, но, не в силах сдержаться, дарит мужу поцелуй. Разговор продолжается в опочивальне, где царь между делом узнаёт о существовании отвратного заклятья.

– Он не сменит внешность, – страстно шепчет царица. – Но никто в этом мире не пожелает с ним говорить. Человек не сможет прожить один. Царевич и сам со временем захочет найти себе друзей по духу, а найти их он сможет только в ином мире.

* *

– Ты не гневайся, царь-батюшка, – высокий, широкоплечий мужчина с седой бородой в богатой одежде говорил с царём, прямо глядя тому в глаза. – Негоже царевича от себя отстранять. Да и сила в нём не столь люта, как ты думаешь. Вон давеча он щенка умирающего исцелил – даже заклятие не призывал. Прикоснулся к щенку – да тот и встал, словно и не лежал нынче мёртвый.

– Светлым людям, Светозар, сил магических не надобно. Разве что самую малость – артефакты напитать да по зеркалам переговорным потрындеть. А великая сила в себе великую опасность несёт. Обидит кто царевича ненароком – так он возьмёт да и убьёт и обидчика, и весь род его, и всех дружков его. Что тогда делать станем? Сам ведь твердил, что силы в нём больно много. Вспомни, что на твоих уроках магии происходило: велишь ты дождик грибной пролить – а он такой ливень вызовет, что весь урожай погибнет. Велишь ему снежинку создать – а он все поля градом покроет.

– Так-то да, – нехотя соглашается учитель магии. – Ну так силе, чтобы её обуздать, тренировка нужна, а не с глаз долой отрока гнать.

* * *

На одинокой скале, задумчиво глядя на морские волны, со скрещёнными на груди руками и лицом, подставленным восходящему солнцу, стоит юноша. Ветер развевает его тёмные волосы и играет с полами плаща.

– Яродар! Стой! – в ужасе закричал высокий, крепкий мужчина в военной форме, торопливо взбирающийся на крутую скалу.

– Да я и так стою, Светозар. Что-то случилось? – юноша с любопытством обернулся к запыхавшемуся от бега учителю.

– Да нет, – мгновенно успокоился тот, шумно выдохнув. – Просто шёл за тобой и думаю: куда это тебя ни свет ни заря понесло?

– Я часто сюда прихожу, – юноша снова повернулся к морю. – Восход здесь невероятный, а ветер ни на миг не утихает, будто саму жизнь в себе несёт. Здесь хорошо думается.

– Есть о чём подумать, – понизив голос, мужчина воровато оглянулся и подошёл ближе. – Ты, Яродар, знаешь… я, как и все, царю на верность присягал и присяге до последнего вздоха верен буду. Но то, что во дворце последние годы творится, мне не по нраву.

– О чём ты, наставник? – юноша, тоже оглянувшись, уловил одобрительный взгляд учителя.

– Молодец, осторожность не повредит, – грустно усмехнулся старец. – Сам знаешь и видишь: нынче при дворе дела нехорошие. Бежать тебе надо, покуда не поздно.

– Куда? – коротко спросил ничуть не удивлённый парень.

– К деду своему по матери иди. Он тебя в обиду не даст.

– До Города Ветров не близко… – юноша с тоской посмотрел на упругие волны, разбивающиеся о скалу.