Текст книги "Рейд (СИ)"

Автор книги: Сергей Восточный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 2
Серебряные клинки

Повинуясь мысленной команде, ополченец вышел из укрытия и занял место позади основных сил. Топор «Яростного Ветра» лёг на плечо, синяя аура доспеха тускло мерцала в темноте.

Группа игроков тем временем подошла к нашему залу. Танк снова вошёл первым, и снова Харт запустил шар обзора. Тот неторопливо поплыл вперёд, подсвечивая замерших в ожидании приказа об атаке скелетов.

Не дожидаясь реакции врага, по моей команде миньоны бросились вперёд. Костяной строй – восемь рудокопов, два мясника и ополченец без брони во главе – громко топая костяными ногами, устремился в бой. Скелет в редком сете держался позади, шагах в десяти. Я хотел, чтобы игроки сначала ввязались в схватку, потратили умения, отвлеклись на мелочь, а уж потом на них обрушилась бы моя главная ударная сила. Классическая тактика засады – дать врагу увязнуть и ударить в самый неудобный для него момент.

Но всё пошло не по плану с самого начала.

Едва рудокопы и мясники приблизились к танку на дистанцию удара, тот сделал короткий, почти незаметный жест щитом – удар краем о землю, – и от него во все стороны разошлась едва видимая золотистая волна. Массовый агр. Все мои миньоны в радиусе действия разом, как по команде, забыли о моих приказах и переключились на танка.

– Держу! – рявкнул он, упираясь ногами в камень и принимая на щит град ударов.

Кирки застучали по стали, эхо ударов глухо разнеслось по подземелью. Мясники рубили тесаками, ополченец без брони бил ржавым клинком. Всё без толку. Абсолютное большинство ударов попадало в щит. Танк стоял как скала. Его полоска здоровья едва заметно дёргалась, но тут же возвращалась к ста процентам – два хилера работали синхронно, мгновенно перекрывая любой урон.

Я мысленно выругался. Массовый агр – довольно редкое умение. Его можно изучить на десятом уровне, да, но для этого нужна книга, которая падает с мобов двадцать пятого-тридцатого уровней. Падает редко, на рынке стоит дорого. Новичку такое не по карману, да и не нужно, обычно на таком уровне вытягивают по одному мобу, а не сразу толпу. А вот клану, собирающему группу для фарма социальных мобов, – в самый раз. Очевидно, парням помогли с экипировкой и навыками.

Ладно. Раз мои миньоны теперь бесполезны, настало время действовать самому.

Одержимость.

Мир свернулся в точку, сжался до яркой вспышки и развернулся заново. Я был в теле ополченца. Тяжесть доспехов легла на плечи привычным грузом. Топор «Яростного Ветра» удобно устроился в руках. Я повёл плечами, разминая костяное тело, и шагнул вперёд, готовый обрушиться на врага.

Пока танк разбирается с моими скелетами, я могу зайти с фланга, ударить по хилерам или…

Стоп.

А где мои скелеты?

Перед танком, всего в нескольких шагах от него, на полу лежала груда костей. Даже не груда – целая баррикада из расколотых черепов, обломанных рёбер, отрубленных костяных конечностей. Рудокопы. Мясники. Все до единого. От отряда, который секунду назад сжимал танка в кольцо, не осталось ничего. Только куски костей.

Алебардисты.

Они стояли по бокам от танка, опустив своё оружие. Широкие лезвия алебард были усеяны костяной крошкой. Они провернули всё идеально: едва танк собрал на себя моих миньонов массовым агром, игроки сделали шаг вперёд и активировали свои массовые умения одновременно. Несколько круговых ударов – и от моего войска не осталось ничего.

В живых был только второй ополченец. Он смог пережить шквал ударов благодаря более высокому здоровью и защите. Но в каком состоянии! Одной руки не было – её отрубили по локоть, и из обрубка сочился тусклый зеленоватый свет. Он хромал, волоча повреждённую ногу, и всё ещё пытался обойти танка с фланга. Долго он не протянет – ещё пара секунд, и алебарды добьют его, как добили остальных.

Я щёлкнул челюстью от ярости – костяной звук получился резким, скрежещущим, – и бросился вперёд.

План провалился. Войска больше нет. Но есть я. И топор, который ещё не пробовал крови этих самоуверенных ублюдков.

Я летел как ветер предвкушении боя раскручивая в руках топор «Яростного Ветра». Синяя аура лезвия оставляла в воздухе тусклый светящийся след.

– Вон он! Готовность! – скомандовал гном, указав на меня топором. Он, до сих пор так и не вступил в бой, держась за спинами остальных.

Танк чуть развернул щит, прикрывая корпус. Алебардисты, только что добившие последнего ополченца, начали перестраиваться, заходя с флангов. Гном с молотом шагнул вперёд, перехватывая своё оружие обеими руками. Хилеры синхронно отступили на шаг, держа дистанцию. Харт взмахнул руками, накладывая на всю группу заклинание ускоренной регенерации.

Они ждали. И были готовы.

По команде гнома Гром медленно двинул вперёд, встречая меня.

Я поймал его взгляд. Спокойный, уверенный в себе – взгляд человека, который просто делает хорошо знакомую работу.

Тем временем алебардисты, пользуясь длинной своего оружия, атаковали с дистанции.

Первый сделал выпад – широкий, размашистый, целясь мне в корпус. Я ушёл в сторону, пропуская лезвие в сантиметре от наплечника.

Второй игрок атаковал сбоку, пытаясь подрубить ноги. Я подпрыгнул, пропуская удар под собой, и приземлился уже в развороте, вкладывая всю массу костяного тела в горизонтальный удар. Топор рассёк воздух и врезался прямо в щит Грома.

По подземелью раскатился глухой гул.

Я собирался было обойти медленного танка с боку, но тот не дал мне такой возможности.

– Стоять! – заорал он, активируя в меня агр.

Алая вспышка сверкнула мне прямо в глаза. Я почувствовал, как невидимая сила пытается развернуть меня, заставить атаковать танка, забыть о целителе.

«Агр всего лишь второго уровня, действует недолго, секунды три… Откат около пятнадцати… – пронеслось у меня в голове. Массовый ещё тоже не откатился. – А значит, за эти три секунды, что я вынужден атаковать танка, моя задача – пробиться через щит и наложить на него „Истощение“. Тогда пятнадцать секунд отката превратятся в тридцать…»

Но эти три секунды тянулись словно целая вечность!

Я по-прежнему скованный агром был вынужден атаковать в лоб – бил по щиту, не нанося почти никакого урона, но в то же время ни на секунду не прекращая движения. Параллельно с атакой каким-то чудом уклонялся от алебард, которые свистели слева и справа, рассекая воздух в сантиметрах от моего тела. Каждый замах противника я фиксировал боковым зрением, просчитывал траекторию следующего удара и смещался ровно настолько, чтобы лезвие прошло мимо. Краем глаза примечал гнома – тот обходил поле боя по широкой дуге, явно намереваясь зайти в спину и обрушить свой молот на мой затылок.

Наконец агр истёк. Сила, заставлявшая меня тупо молотить танка, исчезла. Я снова владел каждым суставом своего костяного тела. Не раздумывая ни секунды, я сделал то, чего ни мог до этого сделать никогда в жизни – ни в реальной, ни в виртуальной. Финт, который я сотни раз пытался освоить на тренировках по историческому фехтованию, который я десятки раз пробовал в пвп, но который никогда мне не давался ни в жизни, ни в игре. Тренер говорил: «Не хватает чувства тела, Сергей. Ты думаешь, а надо чувствовать». Тогда я не понимал. А сейчас – понял.

Резкий шаг вперёд, прямо на танка. Он выставил щит, ожидая лобового удара. Я перенёс вес на левую ногу, развернул корпус вправо – ложный замах. Танк повёл щитом, прикрываясь. В этот момент я вместо удара опёрся рукой о край его щита, толкнулся и, используя его же защиту как точку опоры, перебросил себя через его плечо. Костяное тело сложилось в неестественном для живого существа пируэте, доспех лязгнул, и я приземлился у него за спиной – прямо среди строя алебардистов.

Получсинлось! Я сам удивился не меньше врагов.

– Бля, чё за нах, скелет-акробат? – ошарашенно выдал один из воинов с алебардой.

Танк стоял с отвисшей челюстью, всё ещё глядя туда, где я был мгновение назад. Его щит прикрывал пустоту. Я не дал ему опомниться – резко развернул корпус и всадил топор прямо в его бок, туда, где наплечник не прикрывал сочленение доспеха.

«Истощение» прокнуло. Слава богу. Эффект лёг чёрной пеленой на его полоску здоровья, блокируя регенерацию и исцеление. А самое главное – увеличивая откат умений.

Лицо танка почти не изменилось. Мой финт его удивил – это я видел по расширившимся зрачкам, – но проклятие истощения не вызвало никакой реакции. Он ждал его. Они смотрели ролик и знали, что я ношу проклятое оружие. Ещё одно подтверждение того что они знали куда идут.

Пока агр откатывался, я рванул к целителям. Оба хила, мгновенно оценив угрозу, сорвались с места и побежали прочь из зала, в тёмный проход. Я бросился следом.

Сосредоточился на цели – и пропустил удар алебардой в бок.

Лезвие вонзилось в сочленение доспеха, разрубая рёбра. Боль пронзила меня насквозь от пяток до макушки – острая, обжигающая, очень похожая на реальную. Сто процентов чувствительности имели свои минусы. Я охнул сквозь сжатые зубы. Полоска здоровья просела сразу процентов на десять. Пока я справлялся с болью, шаг замедлился, путь к хилерам перегородил второй алебардист.

Он стоял в проходе, расставив ноги и перехватив алебарду обеими руками. Глаза горели азартом. Похоже, схватку за моё выживание он воспринимал просто как развлечение. Хотя что удивительного – он думает, что я просто багнутый NPC.

Я не стал ждать. Бросился вперёд, сокращая дистанцию, превращая длинное древко его оружия из преимущества в недостаток. Первый удар топором он отбил – алебарда зазвенела, но выдержала.

Второй удар, обманный, я направил ему в ноги. Он опустил оружие, защищаясь, и я тут же сменил траекторию – топор ушёл вверх и врезался ему в плечо, прямо в стык наплечника и нагрудника. Игрок вскрикнул, полоска здоровья дрогнула.

Он попытался контратаковать – ткнул алебардой мне в грудь, целясь в центр нагрудника. Я сместился вправо, пропуская лезвие вдоль рёбер, и ударил снова. На этот раз по рукам.

Сзади уже гремели шаги – танк и первый алебардист спешили на помощь, атакуя в спину. Я чувствовал их приближение каждой костью, но не оборачивался. Если я сейчас отвлекусь – упущу раненого, и хилы вернут его в строй за секунду.

Ещё удар. Игрок попытался заблокировать древком, но топор рассёк дерево и достал до тела. Теперь ещё и отдаст бешеные деньги за ремонт в кузнице. Не повезло парню. Ещё и крит! Здоровье алебардиста сразу упало в красную зону. Моё – тоже, слетело уже до тридцати процентов. Пока я сосредоточился на схватке, танк и второй алебардист безнаказанно били в спину.

Ещё мгновение – и к ним присоединится гном с молотом. Вот тогда точно – конец.

Исход схватки уже был ясен. До хилов не добраться. Всю группу не одолеть, тем более. Откат агра ещё не закончился, но вот-вот уже навык будет готов. Или агр, или, стоит целителям понять, что я перестал их преследовать, они вернутся и восстановят раненого алебардиста, или же гном наконец доберётся до меня и закончит бой росчерком своего молота… в любом случае на этом схватка для меня кончится. Единственное, что я мог сделать, – забрать хоть одного врага с собой до того, как что-то из вышеперечисленного случится.

Задача-минимум. Слить одного.

Я наплевал на защиту. Перестал даже пытаться уклоняться от ударов врагов. Каждый взмах оружия танка и алебардщика вонзался в мой доспех, сбивая здоровье, но я больше не обращал внимания. Всё, что имело значение, – это враг передо мной.

С удвоенной яростью я бросился вперёд.

– Э-э! У него что, жажда крови прокнула, что ли? Чё он так лезе… Хильте меня, хиль!.. – голос алебардиста сорвался на панический визг.

Он попытался отступить, но отступать было некуда – за спиной стена. Я обрушил на него град ударов. Топор вспыхнул багровым – «Мощный удар» откатился как раз вовремя. Последний взмах, и лезвие вошло точно в стык шлема и нагрудника.

Критический удар. Полоска здоровья игрока дёрнулась и потускнела. Парень рухнул на колени, выронив обломок древка, и замер.

Мгновение спустя молот гнома обрушился на мой череп.

Меня вышвырнуло из костяного тела, как пробку из бутылки. Мир свернулся и развернулся – и вот я уже парю под потолком, бесплотный, бессильный, глядя, как моё тело рассыпается на куски. Доспех звякнул о камень. Топор откатился в сторону и исчез во вспышке – вернулся в инвентарь.

Боль. Просто невыносимая.

Ноющая, словно зубная, только во всём теле сразу и в десять раз сильнее. Ко всему этому ещё тошнота с головокружением.

«Хоть бы ничего не выпало. Хоть бы ничего не выпало. Хоть бы ничего не выпало», – сжав призрачные зубы от невыносимой боли, повторял я как мантру, глядя, как игроки склоняются над останками.

– Ничего не выпало. Бля, не повезло… – пробормотал гном, пнув мои костяшки носком сапога. Осколки черепа разлетелись по каменному полу. – Ладно, забираем сундук и валим. Через четыре часа попробуем ещё раз. Глефера ресьте кто-нить.

Он кивнул в сторону павшего алебардиста. Второй хилер, вернувшийся в зал, уже склонился над телом, готовя воскрешающий свиток.

Я выдохнул. Ничего не выпало. Топор, доспехи, бижутерия – всё осталось при мне.

А эти скоро вернутся. И в следующий раз я должен быть готов. Ведь бесконечно мне везти не может… А терять любую вещь из моей экипировки для меня сейчас смерти подобно.

Минута прошла – самочувствие стало значительно лучше. Призрачное тело перестало вибрировать от остаточной боли, мысли прояснились. Я снова мог рассуждать трезво.

Подземелье возвращалось к жизни. Рудокопы, воскрешённые после налёта, вновь застучали кирками. Мясник потянулся к очередному телу.

Я провёл ревизию. В этот раз игроки забрали очень много. За последнее время я хорошо накопил руды: копил на новый уровень подземелья, до которого оставалось меньше тысячи опыта. Рассчитывал, что там откроется что-то интересное – новое строение, новый тип миньонов, может, ещё что-то. Но теперь, глядя на полупустой сундук, я понимал: в моей ситуации копить нельзя. Лучше тратить всё, что есть. Иначе игроки заберут.

Что строить? Ещё один зал с рудокопами? Бессмысленно. Да, добыча важна, но не тогда, когда тебя убивают. Сейчас нужно вкладываться в защиту. Вариантов, прямо скажем, негусто.

Я уже почти кликнул на создание кладбища воинов, готовясь вложить в него остатки ресурсов, как вдруг в голове мелькнула интересная мысль. Надо проверить.

Ловушки.

Что можно сказать о ловушках? Они делятся на два типа по способу активации. Первый – как яма с кольями или, например, капкан: срабатывает, только если наступить непосредственно на неё.

Второй – как падающая плита или скрытый в стене арбалет: активируются от магической печати-триггера, завязанной на ловушку. И вот что важно: печать может находиться вообще в стороне от самой плиты. Даже не под ней. Даже в другой части комнаты.

Я уже экспериментировал с настройками триггера раньше. Делал так, чтобы срабатывал не на первого проходящего, а, скажем, на третьего. Или только на определённый класс игрока – мага, лучника, хиллера. Настройки оказались на удивление гибкими. Неудобными, правда, – сразу чувствовалось, что делали их не для игрока, а для ИскИна – но гибкими.

И эта гибкость могла сейчас сыграть решающую роль.

Вы спросите: как? Ведь триггер легко обнаруживается заклинанием обзора. Игроки увидят его, обойдут – и ловушка не сработает.

Ха. Есть один способ.

Первым делом я попытался перенести триггер из комнаты с ловушкой в соседний зал. Мысленно потянулся к настройкам, зацепил светящуюся метку и поволок её через стену. Получится или нет? От этого зависело очень многое.

Получилось. Метка послушно переползла в дальний зал рудокопов и замерла у одной из жил.

Я выдохнул и залез в настройки активации. Интерфейс встретил меня всё тем же нагромождением строк, цифр и логических операторов – ни намёка на дружелюбность к пользователю. Список параметров тянулся бесконечно: «Радиус обнаружения», «Задержка активации», «Приоритет цели», «Условия исключения». Каждый пункт имел вложенные подпункты, и все они были обозначены сокращениями, от которых рябило в глазах.

Я пролистывал их один за другим, пока не наткнулся на искомое. В самом низу, в разделе «Фильтры цели», притаилась строчка:

TargetFaction: [Hostile]

Рядом с ней – маленький значок переключения, выполненный в виде стилизованной шестерёнки.

Я мысленно нажал на него, и выпало короткое меню из двух пунктов:

Hostile (Враждебный) – текущее значение, активное.Friendly (Дружественный) – неактивно, подсвечено серым.

Я переключил на «Friendly». Значок шестерёнки сменил цвет с красного на зелёный, и рядом с ним загорелась маленькая иконка – схематичный человечек с поднятой рукой, символ союзного юнита. Система поняла меня правильно. Триггер отныне будет реагировать только на моих миньонов.

Зачем? Очень просто.

Теперь, когда игроки войдут в комнату с ловушкой, они не увидят триггер – он в соседнем зале. Просканируют пространство, убедятся, что путь чист, и пойдут смело, без опаски. А в нужный момент мой скелет – или я сам в его теле – наступит на метку, активируя плиту над их головами.

Ловушка, которую нельзя обнаружить в той комнате, где она находится. Ловушка с ручным управлением.

Ловушка, которой нет ни в одном гайде.

Всё указывало на то, что это возможно. Интерфейс подтверждал: настройки приняты, метка активна, связь с плитой стабильна. Никаких ошибок. Никаких предупреждений.

Я смотрел на тускло мерцающую метку триггера в углу зала рудокопов и прокручивал в голове один и тот же вопрос: насколько это вообще сработает?

С одной стороны, идея выглядела безупречно. Триггер в другом зале. Ловушка с ручным управлением. Игроки сканируют комнату – пусто. Проходят смело. В нужный момент скелет наступает на метку. Плита падает. В теории – идеально.

Но теория и практика в Этернуме часто расходились.

Во-первых, тайминг. Чтобы ловушка сработала эффективно, нужно активировать её ровно в тот момент, когда вся группа окажется под плитой. На секунду раньше – ударит по пустому месту. На секунду позже – танк уже выйдет из зоны поражения. Я, конечно, мог управлять скелетом через одержимость, но… Тогда я не смогу наблюдать за игроками. К тому же, тратить драгоценную одержимость для того, чтобы побегать рудокопам по меткам? Нет уж.

Во-вторых, магическая печать. Да, она в другом зале. Но что, если хилер с заклинанием обзора сможет заметить не только триггер активации, но и саму плиту? И они просто туда не полезут, обойдя комнату по краю?

Или засечёт аномальную магическую связь между ней и соседним залом? Я не знал всех возможностей их билдов. Как работает сканирование, тоже знал постольку поскольку – на хилах никогда не играл. Одна случайность, одно упущение – и моя хитрость будет раскрыта. А может, и вовсе ничего не сработает – система выдаст ошибку, триггер не активируется, и я останусь с голыми скелетами против подготовленной группы.

Поэтому, возможно, стоило не тратить сейчас все деньги на спам ловушек, а проверить её в деле. Одну. Понять, работает ли. И только потом вкладываться по полной.

Но с другой стороны – даже если ловушка сработает идеально, вполне вероятно, что это будет одноразовый трюк. Попав под плиту единожды, игроки за время между визитами спокойно разберутся, что произошло. Пересмотрят логи, видео, найдут закономерность, выработают контр-стратегию. На форум выложат. И во второй раз этот номер может не пройти. Значит, если уж бить – то бить сразу, массированно, пока враг не ожидает.

Решительно выдохнув, я произнёс про себя:

– Ладно. Решено. Ставлю на ловушки.

Открыл меню строительства и заметил то, что раньше как-то прошло мимо меня. На одном из недавно взятых уровней подземелья открылись две новые ловушки. Я пролистнул список и вчитался в описания.

Первая – «Ядовитое облако». При активации триггера комната заполнялась густым зеленоватым туманом, который наносил периодический урон всем живым целям и накладывал эффект «Отравление» с силой, зависящей от уровня ловушки. Урон ну ОЧЕНЬ неплохой. При некоторой удаче можно снести больше половины здоровья всей группе сразу, а каких-нибудь слабых персонажей даже убить… Но вот проблема – для постройки, помимо руды, требовался концентрированный яд. Яда у меня не было, где его брать – я понятия не имел. Возможно, со временем появится помещение, которое сможет его добывать… Но не сейчас. Очевидно, этот вариант я отмёл сразу.

Вторая – «Кровавая пентаграмма». При срабатывании триггера на полу зала вспыхивала огромная руна, начертанная кровью. Все игроки, стоявшие в её пределах, получали от одного до трёх случайных дебаффов. Сила эффекта – пятнадцать на первом уровне. На втором – уже от двух до трёх дебаффов с силой двадцать. Я прокрутил в голове список возможных эффектов: замедление, снижение брони, немота для магов, ослабление атаки, кровотечение. Случайный набор – в этом и сила, и слабость. Никогда не знаешь, что именно выпадет. Но сила эффекта двадцать – это серьёзно. Даже прокачанные хилеры попотеют, прежде чем смогут их снять. Для постройки необходима была эссенция крови, которую добывал мясник и которая без дела пылилась на складе. Теперь же ей нашлось применение.

– Весьма неплохо, – пробормотал я. – Поможет размять врагов перед схваткой.

Потратив остатки ресурсов подчистую, я построил ещё две комнаты-ловушки с плитами и поднял все три до максимально доступного уровня. Одну отдал под Кровавую пентаграмму, апнул до второго – выше пока нельзя. Руда кончилась совсем, как и значительная часть остальных ресурсов, но какая мне разница, если их всё равно заберут в случае поражения? Пусть лучше послужат правому делу.

Затем я принялся перекраивать всё подземелье. Расположение комнат – фактор немаловажный, и я хотел, чтобы враги вошли в совершенно незнакомое место, даже если они уже бывали здесь раньше.

В итоге получилось так. Первые несколько комнат – рудные залы. Но я сделал хитрее: они расходились на три ветки, и с порога было непонятно, какая ведёт к цели. Первая и вторая ветки заканчивались тупиками с разделочными цехами. Запах гниющей плоти, ряды крючьев, сосуды с мерзкими жидкостями. Уже не раз сбивали игроков с боевого настроя, вызывая рвотный рефлекс. Третья ветка, настоящая, вела через все ловушки к залу с сундуком.

Первой врага встречала Кровавая пентаграмма – чтобы ослабить группу до начала схватки. Затем три плиты подряд. На выходе из этой полосы препятствий их ждал сводный отряд скелетов.

Я сделал выводы с прошлого боя. Никаких схваток толпой – в прошлый раз именно это позволило алебардистам выкосить мою армию одним круговым ударом. Теперь скелеты стояли на значительных промежутках друг от друга. Их задачей было не держать строй, а разбежаться при появлении врага и броситься на каждого из игроков индивидуально, связав боем поодиночке. Как там сложится с ловушками – непонятно. Если что, тактику поменяю на ходу, но пока так.

В комнате с плитами, вдобавок ко всему, я разместил четыре триггера активации. Возле каждого замерло по рудокопу – живые кнопки, готовые наступить на метку по моей команде.

Я ещё раз облетел все залы, проверяя каждую комнату, каждого рудокопа, каждый триггер. Метки горели ровным зелёным. Скелеты стояли на позициях. Всё было на своих местах.

До визита игроков оставалось меньше десяти минут. Почему-то я не сомневался, что они придут ровно по таймингу. Эти ребята пунктуальные.

Я завис под потолком первого зала и уставился в темноту прохода. Теперь оставалось только ждать. И проверить в деле то, что я настроил.

Группа вошла ровно по таймингу, едва только истекла последняя секунда счётчика, они уже были тут. Те же шестеро: танк, два хилера, гном с молотом и алебардисты. Один из них, Глефер, тот самый, которого мне удалось зарубить в прошлый раз, выглядел мрачнее остальных и то и дело трогал рукой бок. В руках его вместо алебарды был простой одноручный меч.

Какого… А точно! Я же умудрился сломать ему оружие в прошлом бою! Наверное, так и не восстановил.

– Что за хрень? – первым нарушил тишину Ковальски, оглядывая изменившийся холл. Раньше здесь был прямой проход. Теперь – три арки, ведущие в разные стороны.

– Перестроилось, – констатировал Гром. – В прошлый раз одна дорога была.

– Значит, кто-то сделал выводы. Правда – багнутое подземелье. Впервые с таким сталкиваюсь. Бывает, что комнаты добавляются, я сам такое видел. Но настолько кардинальная перестройка… – задумчиво хмыкнул гном и, чуть подумав, кивнул в левый проход. – Давайте по порядку. Сначала этот.

Они двинулись знакомым порядком: танк впереди со щитом, за ним хилер Харт – тот, что работал с HoT-заклинаниями. Он запускал шар обзора перед входом в каждую комнату, сканировал стены и пол. Но ловушек не было. Рудные жилы, пустые тележки, отдельные куски руды… Врагов или ловушек не было.

– Пусто, – докладывал Харт раз за разом.

Так они добрались до конца коридора и упёрлись в разделочный цех.

Я наблюдал за ними, паря под потолком. Они вошли, ожидая засады, и замерли. В комнате, на крючьях, висели полуразделанные трупы – некоторые уже без кожи, некоторые без внутренностей, один и вовсе представлял собой грудную клетку с торчащими рёбрами.

– О! Глефер, гляди, а это не ты ли висишь? – обрадованно указал Гром на одно из свежих тел.

И правда Глефер. Удивительно, что он смог в расчленённом трупе узнать своего товарища. Да, его в прошлый раз воскресили, но механика подземелья работает так, что тело всё равно осталось, и мои мясники его оперативно оприходовали.

– Фу, б. я, – выдохнул Глефер, отворачиваясь. – Что за мерзость.

– Как будто кто-то мясную лавку открыл, – добавил Харт, прикрывая нос рукавом. – Только подгнило ещё чуть-чуть.

Игра передавала запахи довольно достоверно, даже на низкой чувствительности.

– Ладно. Тут тупик, – резюмировал Гром. – Возвращаемся.

Они двинули обратно, обсуждая увиденное.

– Ты видел того, что на крюке? С него же кожу сняли. На фига скелетам кожа?

– Может, на барабаны, – мрачно пошутил гном. – Ладно, меньше болтовни. Второй проход.

Второй проход привёл по схожему маршруту – ещё один разделочный цех, ещё одна порция мерзости. Глефер на этот раз даже заходить не стал, только заглянул и сплюнул на пол.

– Издевается он над нами, что ли? – проворчал он.

– Кто, он? – переспросила Лира.

– Кто-кто. Моб этот багнутый, – огрызнулся Глефер.

– Ты серьёзно думаешь, что обычный моб шестого уровня, пусть и в каком-то редком сете, сам переставляет комнаты? Он просто NPC, сразу несколькими тысячами таких, как он, управляет один-единственный ИскИн. Бывают, конечно, NPC и посерьёзней, такие, что встречаются в эпических и легендарных квестах, на десять таких приходится один интеллект, – отозвалась девушка-целитель.

– Я слышал, что на каждого из богов завязан свой личный ИскИн, – добавил Гром.

Их болтовня, если честно, уже начинала меня раздражать. Казалось бы, ничего серьёзного они не обсуждали, вещи, которые известны каждому мало-мальски опытному игроку… Но когда эти сравнения касались меня лично… Почему-то меня это задевало.

Наконец – вот он. Третий проход. И первая комната – ловушка. Кровавая пентаграмма.

Харт привычным движением запустил шар обзора. Сфера света медленно поплыла вдоль стен, заглядывая в каждый угол, подсвечивая каждую трещину. Я затаил призрачное дыхание. Триггер был в другом зале, но сама-то пентаграмма на месте. Увидят?

– Вроде ничего нет… – неуверенно произнёс Харт. Шар мигнул и погас, закончив цикл. Пентаграмма, начертанная на полу, была невидима невооружённому глазу – только слабое багровое свечение, видимое под определённым углом, если присмотреться. Но заклинание обзора её не засекло.

– Хотя комната странная. Пустая слишком. И пахнет… не знаю, железом, что ли. Это точно не рудный зал…

– Идти можно? – хмуро спросил гном.

Харт замешкался с ответом. Потом мотнул головой:

– Давай ещё разок. На всякий случай.

Он выждал минуту – время отката навыка – и запустил второй шар. Тот повторил маршрут предшественника, методично обшаривая стены, потолок, пол. Никаких аномалий. Никаких скрытых меток.

– Ничего нет, – произнёс Харт, на этот раз уверенней.

Гном задумался. Я видел, как он хмурит брови, как его пальцы барабанят по древку молота.

– Так, – сказал он наконец. – Всё равно тут что-то не чисто. Идём тройками.

Он повернулся к группе и ткнул пальцем:

– Первыми идут Гром, Ландскнехт и Лира. Доберётесь до конца зала, осмотритесь. Мы, если что, прикроем. Потом пойдём мы. Понятно?

Ландскнехт – второй алебардист, – молча кивнул и встал за спиной танка.

– Понятно, – с облегчением буркнул Глефер, перехватывая клинок. Видно было, что после прошлого боя лезть первым ему явно не хотелось. К тому же без привычного оружия под рукой.

Игроки хмуро переглянулись и двинулись вперёд.

Б. я… Тройками. Этот грёбаный гном всё продумал. Если я активирую пентаграмму сейчас, под неё попадёт только половина группы – Гром, Ландскнехт и Лира. Вторая половина останется снаружи, вне зоны поражения. Либо наоборот, накрою только вторую тройку.

Но с другой стороны – лучше ослабить троих, чем никого. Тем более что среди этой тройки был танк и один из хилов. Если их накроет дебаффами, второй хилер останется снаружи и не сможет помочь, пока не войдёт в зал.

Я мысленно потянулся к рудокопу, стоявшему на триггере.

Тут в голову пришла очередная мысль. Глупая, но может сработать.

– Эй ты! – крикнул я одному из мясников, притаившихся в тенях среди сталагмитов. – Бегом! В первый зал!

Секундная задержка. Я буквально слышал, как щёлкают высохшие мозги в голове у скелета. Боже, как же меня бесит их тупость!

Наконец мясник принял приказ. Он резко дёрнулся вперёд и, щёлкая костяными ногами по каменным плитам, набирая скорость, бросился к игрокам. Первая тройка – Гром, Ландскнехт и Лира – ещё не успела пересечь половину зала, когда из-за поворота на них буквально вылетел скелет. Тесак в его руке сверкнул в свете факелов, и он, не обращая внимания ни на кого, проскользнул мимо опешивших игроков и ломанулся к выходу из зала.

– Эй!

– Чё за нах!

– Держи его! Убейте, он не просто так бежит!

Сработало. Игроки, купившись на примитивный трюк, бросились на мясника. Гром рефлекторно развернул щит, перекрывая проход. Ландскнехт взмахнул клинком – не попал. Лира начала кастовать какое-то заклинание. А вторая тройка – Глефер и Харт, забыв о наставлениях гнома, шагнули вперёд, чтобы перехватить беглеца. Да что Глефер и Харт! Сам Ковальски не удержался и сделал шаг вперёд, перекрывая мяснику выход. На короткое мгновение обе группы оказались в радиусе действия пентаграммы одновременно.

– Давай! – заорал я рудокопу.

Тот дёрнулся и… наступил на метку!

Пол под ногами игроков вспыхнул ослепительным багровым светом. Линии пентаграммы, до этого скрытые от глаз, проступили разом – толстые, пульсирующие, залитые алым, будто сама земля пошла кровавыми трещинами. От центра руны вверх ударил столб багрового дыма, и воздух наполнился низким, вибрирующим гулом. Игроки замерли, кто-то вскрикнул, кто-то попытался отпрыгнуть, но было поздно.