Текст книги "Имперский повар 8 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Вадим Фарг
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Я слушал его внимательно. Это сильно напоминало гниль в ящике с яблоками. Одно испорченное яблоко быстро заражает все остальные. Если не выкинуть его сразу, ты неизбежно потеряешь весь урожай. А на профессиональной кухне такое абсолютно недопустимо.

– Вы теряете хватку, Омар-бей, – констатировал я очевидный факт.

– Я теряю власть, – признался старик без тени стыда. – Моих собственных сил больше недостаточно. Мой старый авторитет в криминальном мире совершенно не работает против этой новой угрозы. Я не могу убить половину своих людей просто из-за подозрений. Я загнан в угол, повар.

Он замолчал. В комнате было слышно только лёгкое шуршание Рата в сумке. Фамильяр вёл себя подозрительно тихо, чувствуя повисшее напряжение в воздухе. Я обдумывал слова Омара. У меня хватало своих проблем с «Магическим Альянсом», агрессивными конкурентами и лично с Яровым. Влезать в криминальные разборки столичных контрабандистов совершенно не входило в мои планы.

– Я повар, Омар-бей, – сказал я спокойно. – Я жарю мясо и варю бульоны. Я руковожу кухней. Я не гангстер и не политик. Чем я могу вам помочь в войне за контроль над портом? Наймите кого-нибудь или обратись к другим авторитетам.

Омар посмотрел на меня с хитрым прищуром. Его усталость никуда не делась, но в глазах мелькнула искра старого волка.

– Ты давно перестал быть просто поваром, Игорь Белославов. Ты построил целую империю на простой еде. Ты бросил вызов графу Яровому и до сих пор жив. У тебя нестандартный ум. Ты мыслишь тактически и видишь картину целиком. Именно это мне сейчас нужно. Свежий взгляд умного человека со стороны.

Он указал кривым пальцем в мою сторону.

– И у тебя есть связи. Могущественные связи. Тебя поддерживает влиятельный Максимилиан Дода. Тебя защищают аристократы из «Гильдии Истинного Вкуса». Тот же барон Бестужев, барон Воронков. Даже князь Оболенский не против твоей дружбы. Твоё слово имеет большой вес в высоких кабинетах столицы. Ты можешь узнать то, чего никогда не скажут старому портовому бандиту вроде меня.

– Это всё легальные связи, – возразил я. – Они не полезут в грязные теневые разборки. Им не выгодно марать руки.

– Полезут, если поймут угрозу, – твёрдо сказал Омар. – Если порт перестанет работать, их бизнес тоже встанет. Но есть и кое-что ещё.

Старик подался ещё ближе ко мне. Его голос перешёл на хриплый шёпот.

– Я старый турок, Игорь. У меня есть капля магического дара в крови. Очень слабая, но она позволяет мне чувствовать вещи. Я чую людей. И я нутром чую, что ты не простой человек. Вокруг тебя воздух сгущается иначе. Твоя защита от чужой магии, это не просто случайность. В тебе скрыта огромная сила. И мне нужна эта сила на моей стороне.

Внутри меня всё похолодело. Я сразу вспомнил недавний разговор с Вероникой в подвале. Моя императорская кровь. Тот самый древний генетический маркер, который она нашла. Омар не знал деталей, но его природное чутьё не подвело. Он явно почувствовал мою истинную природу, которую я так тщательно скрывал от всех.

Я сохранил спокойное выражение лица. Ни один мускул не дрогнул. Давно привык держать лицо перед самыми строгими ресторанными критиками.

– Ваше чутьё ошибается, Омар-бей. Моя единственная сила, это хорошая сковорода и острый шеф-нож. Больше ничего нет.

– Пусть будет так, – легко согласился Омар, не желая со мной спорить. – Но я пришёл просить о помощи. Если этот невидимый враг заберёт теневую власть в столице, он не остановится на портовых складах. Он пойдёт дальше.

Омар медленно встал с кресла. Он тяжело опирался на стол руками, чтобы подняться. Бандит сейчас выглядел старым и сломленным, но его слова били точно в цель.

– Запомни мои слова, повар. Когда они закончат жрать тени, они выйдут на свет. Они придут за легальным бизнесом. Твоя гастрономическая империя, твои заведения, твои верные фермеры, всё это неминуемо станет их следующей мишенью. Если порт падёт, ты будешь следующим в меню. Я прошу тебя объединить усилия. Помоги мне найти и уничтожить эту гниль. Иначе мы оба потеряем всё.

Он тяжело вздохнул и медленно пошёл к двери. Омар не ждал быстрого ответа. Он оставил мне пищу для размышлений, как хороший официант оставляет меню перед клиентом. Дверь тихо закрылась за его спиной.

Я остался сидеть на диване. Чай в кружке окончательно остыл, покрывшись тонкой плёнкой. Я смотрел на пустую поверхность стола и понимал, что моя спокойная жизнь снова откладывается. В городе завёлся новый хищник. И этот хищник предпочитал действовать из темноты, используя чужие руки и грязные методы.

Нужно было срочно собирать информацию. Завтра же я позвоню Саше, пусть её хитрые хакерские программы пороются в портовых счетах и переводах. Потом нужно поговорить со Светой. Если в городе появился новый крупный игрок с большими деньгами, в светских кругах обязательно должны поползти слухи. Деньги всегда оставляют след.

Я допил холодный чай одним глотком. Вкус лунной мяты уже не успокаивал. Я подошёл к окну, откинул штору и посмотрел на утренний город. Стрежнев уже проснулся, и в его подворотнях уже зарождалась новая болезнь.

«Если в кладовке завелась скрытая гниль, бессмысленно протирать одну полку. Придётся вычищать всё помещение до голых кирпичей».

Глава 21

Я подошёл к сумке и резко дёрнул молнию.

– Рат, подъём. Хватит спать, у нас проблемы.

Из полумрака сумки показалась недовольная усатая морда. Крыс широко зевнул, блеснув жёлтыми зубами, и лениво потянулся.

– Шеф, ну имей совесть. Я только переварил тот кусок сыра. Какая война намечается? Дай поспать нормальным грызунам.

– Самая настоящая война, Рат. Ты всё и сам слышал, не притворяйся, будто весь разговор с Омаром ты просто дрых. Нам нужно действовать на опережение. Слушай меня внимательно и запоминай. Поднимай по тревоге всю свою хвостатую сеть в Стрежневе. Всех городских крыс до единой.

Фамильяр мгновенно перестал зевать, навострил уши и подобрался. Он почуял серьёзную работу.

– Мне нужны уши в каждом тёмном углу столицы, – продолжил я ровным тоном. – Отправляй своих парней в подвалы банков, на портовые склады, в кабинеты нотариусов и ростовщиков. Ищите любые следы чужих денег. Слушайте, кто скупает долги, кто переоформляет документы на склады, кто раздаёт взятки чиновникам. Мне нужно найти этого кукловода, пока он не нашёл нас.

Рат задумчиво почесал лапой за ухом и хитро прищурился.

– Задача сложная, шеф. Город огромный, мои знакомые быстро сотрут лапы в кровь. За одну идею тут никто по подворотням бегать не станет. Синдикат или этот твой новый богач могут нас на приманки пустить.

– Если найдёшь мне имя или хоть какую-то зацепку, я выдам тебе целую головку пармезана.

Глаза крыса хищно блеснули в полутьме номера. Он довольно облизнулся, коротко кивнул и мгновенно растворился в тенях, отправившись выполнять приказ. Я остался один. Спать совершенно не хотелось, поэтому я направился в душ, чтобы хоть как-то привести себя в порядок.

* * *

«Империя Вкуса» уже вовсю гудела. Утренняя смена активно рубила заготовки, гремела посудой, а официанты натирали столы до блеска.

Я зашёл на кухню и погрузился в привычную кулинарную диктатуру. У нас полным ходом шли занятия «Академии Вкуса» с новичками.

– Стоп, – рявкнул я, подойдя к одному из парней у разделочной доски. – Ты как нож держишь? Мы же это недавно обсуждали.

Парень испуганно вздрогнул и выронил нарезанную зелень прямо на стол.

– Указательный палец на обух не класть, – я забрал у него шеф-нож и показал правильный хват. – Ты так сухожилия себе растянешь к вечеру, а нам ещё банкет отдавать. Нож нужно держать крепко, обхватывая рукоять всей кистью. Пальцы левой руки всегда подгибай, если не хочешь добавить в салат немного своей крови. Переделывай.

Я пошёл дальше вдоль горячих плит, внимательно проверяя работу каждой станции. И тут двери кухни распахнулись, внутрь чинно зашёл Вениамин Крот, естественно, накинув рабочий халат и шапочку. Подошёл к плите, где густо потел другой стажёр. На слабом огне стоял сотейник с сырным соусом. Крот взял чистую ложку, зачерпнул немного жёлтой массы и отправил в рот. Медленно пожевал, а затем с громким стуком швырнул ложку в раковину.

– Это не соус, молодой человек, – произнёс Крот своим бархатным, но убийственным голосом. – Это подошва старого сапога, которую долго варили в дешёвом молоке. Где кислотность? Где баланс вкуса? Это абсолютно плоское, совершенно невыразительное варево. Вы пытаетесь отравить наших гостей скукой?

Стажёр мгновенно побледнел, покрылся испариной и начал заикаться.

– Я всё делал строго по рецепту, господин Крот. Сыр, сливки, немного перца.

Я подошёл ближе, взял чистую ложку и попробовал соус. Крот оказался прав, масса была слишком тяжёлой и скучной.

– Рецепт это просто буквы на бумаге, – сказал я стажёру, откладывая ложку в сторону. – Тебе Вениамин чётко сказал про кислотность. Сыр жирный, сливки тоже. Жир плотно обволакивает язык, наглухо забивая рецепторы. Чтобы вкус раскрылся, жир нужно пробить. Тебе не хватает буквально чайной ложки белого сухого вина или лимонного сока. Это базовая кулинарная химия. Добавь кислоты, провари ровно минуту и дай попробовать снова. И думай головой, а не бумажкой.

Крот одобрительно кивнул мне, поправил галстук и пошёл дальше инспектировать супы. Я вытер руки и направился в свой кабинет.

Не успел я сесть за стол, как дверь открылась, и внутрь уверенным шагом вошла Света. Мой пиар-менеджер выглядела как всегда безупречно. Строгий костюм подчёркивал фигуру, идеальная укладка ничуть не растрепалась. В её глазах плясали хитрые искры, она явно принесла новости.

– Доброе утро, Игорь, – Света по-хозяйски опустилась в кресло напротив моего стола. – Увалов рвёт и мечет, срочно требует нас к себе на ковёр.

– Что ему опять нужно? – я устало потёр переносицу. – Рейтинги прошлого выпуска упали? Мы готовили запечённую рыбу без магических приправ, людям всё понравилось. Зачем ломать то, что работает?

– В том-то и дело, – Света изящно закинула ногу на ногу. – У нас уже прошло открытие нескольких новых точек франшизы, но без должной рекламы. Дода вложил огромные деньги в аренду и ремонт. Увалов хочет превратить это в грандиозное медийное событие. Он планирует собрать толпу журналистов, устроить шумную пресс-конференцию и сделать большое шоу.

Мне эта затея категорически не понравилась. Всего несколько часов назад Омар предупредил меня о новом опасном враге. Светиться во всех газетах и лезть под софиты в такой момент было стратегически невыгодно. Я становился слишком удобной мишенью для тех, кто предпочитал бить исподтишка из темноты.

– Мне не нужна лишняя шумиха прямо сейчас, Света. Давай просто тихо работать, как и раньше. Стабильное качество еды и хороший сервис сделают нам лучшую рекламу без всяких шоу.

– Не глупи, Игорь, – Света посмотрела на меня серьёзно, отбросив шутливый тон. – Ты бизнесмен, а не просто повар. Новым заведениям нужен мощный пиар на старте. Если мы не заявим о себе громко, «Магический Альянс» мгновенно задавит новые точки скидками и заказными статьями. Нам жизненно необходима пресса.

«Альянс»… он уже поутих, и никакие скидки в их заведениях уже не помогут. Я же не о том беспокоюсь, Света…

Я понимал её логику. Без громкой рекламы в этом городе просто не выжить, нам необходимо напоминать о себе. Поэтому тяжело вздохнул, признавая поражение, и нехотя согласился.

– Хорошо. Поехали к Увалову. Послушаем его очередные идеи.

* * *

Через час мы уже шагали по длинным коридорам телестудии. Вокруг суетливо бегали операторы с проводами, громко ругались ассистенты.

Семён Увалов сидел в своём кабинете за своим широким столом. Рядом с ним нервно переминался с ноги на ногу Валентин, привычно перекатывая во рту зубочистку.

– Игорь! Света! – Увалов радостно раскинул руки, словно увидел своих лучших друзей. – Проходите, присаживайтесь. У нас тут родился совершенно потрясающий концепт для вашей франшизы. Это будет настоящая бомба!

Я молча опустился на стул, сложил руки на груди и приготовился к худшему.

– Выкладывайте, Семён Аркадьевич. Только давайте коротко, у меня полная посадка через час, кухня не может долго работать без шефа.

Валентин тут же перехватил инициативу. Он вытащил зубочистку изо рта и начал активно жестикулировать, рисуя в воздухе невидимые картины.

– Это будет не просто унылое дежурное интервью с журналистами, Игорь. Мы сделаем многочасовой кулинарный марафон в прямом эфире! Вы с Лейлой будете готовить сложное блюдо прямо на глазах у всей империи. Камеры возьмут крупные планы, покажут каждый взмах твоего ножа, шипение масла на сковороде. А параллельно вы будете отвечать на вопросы.

– Какие ещё вопросы? – уточнил я, хотя уже и так знал ответ.

– От зрителей из Сети, – радостно подхватил Увалов, потирая пухлые руки. – Мы выведем все комментарии на большой экран прямо в студии. Журналисты будут сидеть в зале и задавать свои вопросы. Вы будете готовить, общаться с публикой, на ходу парировать нападки хейтеров. Это сумасшедшая динамика, это нерв, это живые эмоции! Рейтинги взлетят до самых небес!

Я мысленно прикинул логистику этого телевизионного ада. Готовить банкетное блюдо под светом софитов, постоянно следить за температурой, контролировать химические процессы и одновременно отвечать на дурацкие вопросы из зрительного зала. Это была верная дорога к провалу для любого слабого повара. Малейшая потеря концентрации, и мясо просто сгорит в прямом эфире на потеху конкурентам.

– Для такого шоу нужна идеальная подготовка, – сказал я спокойно, стараясь не поддаваться на их творческую истерику. – Мне нужно детально продумать технологические карты, чтобы не стоять истуканом перед камерой, пока мясо томится в духовке. Нужна правильная настройка студийного света, чтобы свежие продукты не сохли за пять минут. Нужен выверенный до секунды тайминг и многократно проверенные ингредиенты.

Я в упор посмотрел на Увалова, давая понять серьёзность своих слов.

– Мне нужна минимум неделя на подготовку этого марафона.

Лицо Увалова мгновенно расплылось в широкой хищной улыбке. Он развёл руками, словно извиняясь за удачную шутку.

– Какая неделя, Игорь? Мы уже пустили громкие анонсы. Эфир завтра вечером!

В тот момент у меня хватило сил только на одно действие – закатить глаза.

Твою ж…

* * *

Я сидел за столом в гостиничном номере и разминал затёкшую шею. Настенные часы мерно тикали и показывали глубокую ночь. Передо мной лежал раскрытый блокнот с кучей заметок. Я методично расписывал поминутный тайминг для завтрашнего эфира. Увалов подкинул мне ту ещё свинью и заставил выкручиваться. Мне предстояло провести три часа перед камерами в прямом эфире, где никто не даст возможности переснять дубль или заменить подгоревшее мясо. Каждая минута была на счету, каждая щепотка соли могла решить исход битвы за зрителя.

Я вычёркивал один вариант за другим и тихо чертыхался про себя. Еда не должна остыть или превратиться в кашу под светом софитов. Глаза слезились от усталости, а в голове роились мысли о новых проблемах, которые то и дело появлялись у меня на пути.

В дверь тихо постучали.

Я отложил ручку, потёр виски и медленно подошёл к выходу.

– Кто там? – спросил я ровным голосом.

– Служба спасения от нервных срывов, – ответил до боли знакомый голос Светы.

Я повернул замок и открыл дверь. Света стояла на пороге и выглядела непривычно. Её деловой костюм остался где-то в шкафу. Сейчас на ней было бордовое платье, которое сидело свободно и уютно. Волосы рассыпались по плечам, а в руках она держала бутылку красного вина и штопор.

– Решила зайти и помочь снять стресс перед завтрашней публичной казнью, – сказала она с улыбкой. – Пустишь внутрь?

– Проходи, – я отступил в сторону. – Мне сейчас действительно нужна пауза, иначе от этих телевизионных идей у меня просто взорвётся голова.

Света прошла в номер, цокая каблуками, и уверенно поставила бутылку на столик. Я же достал из шкафчика два бокала. Штопор с тихим скрипом вошёл в пробку, раздался глухой хлопок, и я налил рубиновую жидкость. Мы устроились на продавленном диване, и атмосфера в комнате сразу стала какой-то домашней и тёплой.

Здесь я мог позволить себе расслабиться и снять маску железного шефа. Мы негромко чокнулись. Вино оказалось терпким, с явными нотками вишни.

– Увалов просто сошёл с ума со своими рейтингами, – сказала Света и сделала небольшой глоток. – А наш режиссёр чуть не проглотил зубочистку, когда ты потребовал целую неделю на подготовку студии. Они оба аж побледнели от злости.

– Они не понимают сути работы на кухне, – ответил я и откинулся на спинку дивана. – Для них еда – это просто картинка в телевизоре, а для меня это сложный химический процесс. Если я испорчу кусок мяса перед всей страной, то конкуренты из «Альянса» сожрут наш бизнес с потрохами на следующий же день. У нас нет права на ошибку.

Света понимающе кивнула и подтянула под себя ноги. Вино постепенно развязывало языки, и мышечное напряжение уходило из моего тела. Мы перешли на более простые темы.

– Как там дела у твоих? – спросила она. – Как поживает Зареченск?

– Настя отлично справляется, – я тепло улыбнулся при мысли о сестре. – Она полностью взяла на себя управление кафе и очень быстро взрослеет. А Вовчик окончательно покорил сердце Даши. Помнишь то нападение местных бандитов? Вовчик тогда встал перед Дашей и закрыл её собой, словно каменная стена. Принял все удары на себя. Теперь они официально встречаются, и я за них абсолютно спокоен.

– Это замечательно, – сказала Света. – А Лейла? Как наша бывшая шпионка переносит честную жизнь?

– Она меня искренне удивляет, – признался я и сделал ещё один глоток вина. – Лейла нашла своё место на кухне и стала самым жёстким администратором. Она полностью сбросила груз прошлого, вырвалась из-под влияния Ярового и теперь сама строит свою судьбу. Я рад, что смог помочь ей в этом.

Света внимательно слушала меня и смотрела поверх стакана. Я видел в её глазах уважение. Она прекрасно понимала, как сильно я ценю свою команду, которая давно стала для меня семьёй.

– Знаешь, Игорь, – тихо произнесла Света. – Ты бросаешь вызов правилам целой Империи, открыто воюешь с аристократами, но остаёшься человечным. Ты бережёшь своих людей. Это редкое качество в нашем мире.

Я немного смутился от её слов. Я просто делал то, что считал правильным и нужным.

– Давай лучше вернёмся к работе, – я перевёл тему. – Хочешь узнать, чем я буду удивлять Империю завтра целых три часа?

Света оживилась, поставила стакан на стол и приготовилась слушать.

– Конечно хочу, выкладывай свой секретный план.

Я улыбнулся и начал загибать пальцы.

– У нас будет три блюда. Начнём с основного рецепта. Это будет наваристая перловка с мясом. Она будет очень долго томиться в глиняном горшочке, что идеально для долгого эфира. Чем дольше крупа стоит на огне, тем лучше раскрывается её вкус. Зрители воочию увидят, что из дешёвых продуктов можно приготовить первоклассную еду. Мясо будет буквально таять во рту и распадаться на волокна от одного прикосновения вилки. За три часа крупа впитает в себя все мясные соки и превратится в отличный ужин без всякой магии.

– Допустим, перловка звучит логично, – кивнула Света. – А что будет дальше?

– Закуска. Битые огурцы по-азиатски. А на десерт я подам фрукты в стекле.

Света замерла и посмотрела на меня с непониманием. В её мире всё решали волшебные порошки из аптек, и мои названия прозвучали для неё как бред сумасшедшего.

– Игорь, послушай меня, – она возмутилась и всплеснула руками. – За что ты собрался бить огурцы? И как люди будут жевать стекло? Они же порежут рты в прямом эфире! Это верный путь в тюрьму, а не к рейтингам.

Я не выдержал и рассмеялся, наслаждаясь её шоком.

– Никакой крови на шоу не будет, Света. Это чистая физика. Огурцы совершенно не нужно резать дольками. Их нужно отбить плоской стороной ножа.

– Но зачем это делать? – не поняла она.

– Удар разрушает внутреннюю структуру овоща, мякоть ломается, появляются микротрещины. Благодаря этому маринад проникает внутрь буквально за пару минут. Блюдо готовится очень быстро. Это вкусно и выглядит эффектно для картинки. Мы смешаем свежий чеснок, эликсир чёрного боба, немного кунжутного масла и острый перец. Огурцы впитают всё это мгновенно и будут хрустеть так, что у зрителей слюнки потекут по ту сторону экранов. Аромат кунжута и чеснока заполнит всю студию и заставит операторов глотать слюну.

Света удивлённо моргнула, переваривая полученную информацию.

– Ладно, огурцы я прощаю. А как быть со стеклом?

– Стекло это просто звучное название. На самом деле это сахарный сироп. Я сварю сахар с водой до высокой температуры, а затем опущу туда ягоды на деревянных шпажках.

Я сделал паузу, чтобы она смогла живо представить эту картину.

– Если всё сделать правильно, горячий сироп моментально застынет вокруг фруктов. Образуется прозрачная и звонкая карамельная корка. Она хрустит на зубах в точности как тонкое стекло. Завтра я покажу людям магию без капли колдовства, используя только химию сахаров и контроль температуры. Представь, как свежая клубника или спелый виноград будут блестеть под лампами студии. Это будет визуальный праздник цвета и вкуса. А главное, никаких алхимических добавок и порошков.

Света слушала мои слова с открытым ртом. Её возмущение полностью испарилось, уступив место профессиональному восторгу.

– Ты просто гений кухни, – выдохнула она с восхищением. – Завтра ты разорвёшь их шаблоны, и алхимики Ярового будут кусать локти от зависти.

– Именно на такой результат я и рассчитываю, – я улыбнулся и снова взял свой бокал.

Света посмотрела на меня долгим взглядом. Воздух между нами вдруг неуловимо изменился. Наши шутки ушли на задний план. Она видела перед собой уверенного в себе мужчину, который точно знал свои цели. Пространство в полумраке номера наполнилось напряжением. Оно искрило словно масло на раскалённой сковороде.

Света медленно поставила бокал обратно на столик и плавно придвинулась ко мне. Её лицо оказалось близко, и я почувствовал аромат её духов. В них угадывались нотки ванили и чего-то цветочного, что приятно щекотало обоняние. Я невольно задержал дыхание и наблюдал за тем, как её глаза заблестели в тусклом свете настольной лампы.

– Завтра ты покоришь всю эту страну, Игорь, – прошептала она, глядя мне прямо в глаза. – Завтра ты станешь главной звездой Империи. Но сегодня вечером ты принадлежишь только мне.

Она не стала ждать моего ответа и взяла инициативу в свои руки. Света подалась вперёд и страстно поцеловала меня. Её губы были мягкими и сохранили приятный привкус вина. Я не стал сопротивляться её порыву. Обнял её за талию, притянул ближе и ответил на поцелуй. В этот момент весь внешний мир просто перестал существовать. Вся накопившаяся усталость от интриг «Альянса» бесследно исчезла. Страх перед грядущим сложным марафоном мгновенно растворился. В этот конкретный момент я позволил себе просто расслабиться и отдаться чувствам, собирая силы перед грядущей бурей. Её руки обвили мою шею, а пальцы зарылись в мои волосы. Я почувствовал, как тепло её тела прогоняет тревогу, которая мучила меня весь вечер. Мы погружались в это наваждение и забывали о времени.

Я понимал, что завтра будет тяжёлый день, полный стресса, огня и критики, но сейчас мне было всё равно. Мои планы и заботы могли подождать до утра.

«Иногда лучший десерт подают не на фарфоровой тарелке, а в полумраке тихого гостиничного номера, и этот десерт не требует никаких специй».