Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 12 (СИ)"

Автор книги: Сергей Евтушенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Я не успел насладиться победой – звук сразу нескольких пар тяжёлых каменных крыльев пронёсся снизу доверху, позволяя нам потратить лишь несколько секунд на подготовку.

ХРЯСЬ!

Если бы вторая – летающая – гаргулья догадалась атаковать Кулину или Лаахизу, мы бы тут же переместились в теоретическую область «полная жопа». Но когтистые лапы нацелились мне в грудь – то ли в качестве отместки за истребление её сородичей, то ли просто из-за того, что я стоял впереди всей процессии. Хочешь жить – умей вертеться, хочешь спускаться – умей отбиваться от наседающих тварей на лестнице шириной с пару ладоней. Желательно без Райнигуна, поскольку тогда на шум прилетят не двое, а четверо, затем шестнадцать и так далее. Хуже падальщиков в Йхтилле, опаснее, ещё менее предсказуемые…

Полэкс прилетел строго в середину уродливой башки, стесав верхнюю половину начисто.

Вторая тварь отправилась вслед за первой, третья только начала подниматься из глубин, как тут же дёрнулась и передумала – с крыльями, слепленными воедино каким-то теневым заклятьем. Лаахиза не дремала, и одновременно продолжала спуск!

Четвёртую гаргулью отвлекла летающая голова Далии – отвлекла настолько, что каменная сволочь с размаху впечаталась в стену, а оправиться так и не смогла.

Пятая и шестая решили воспользоваться моим невысказанным советом и попытались в пикирующем полёте атаковать середину нашей процессии, с наиболее незащищёнными членами. Кулина увернулась, Лаахиза судорожно дёрнула рукой в сторону, и каменная тварь вместо неё врезалась в одного из дуллаханов Далии, увлекая безголовое тело вниз. Хлопанье крыльев на этом, увы, не прекратилось.

Грёбаный гаргульепровод!!

Райнигун наконец загремел, поскольку число нападающих прекрасно увеличивалось с прежним количеством шума. Я резко оттолкнулся от края лестницы, перелетая через пространство перевёрнутой башни одним громадным прыжком и продолжая стрелять сверху вниз. Опустошить обойму. Найти новые цели, пока время остановлено. Открыть огонь заново. Некоторые гаргульи попытались затаиться, прижавшись к стенам, но их я тоже обнаружил и перебил, как в тире. Эта ночь всё не думала кончаться, находя новые и новые способы подбросить мне сюрпризы, либо с помощью Наблюдателя, либо так, просто. Если бы этот урод взял под контроль ещё и всех оставшихся гаргулий Полуночи, количество наших неприятностей увеличилось бы кратно.

Хорошо, что после третьего прыжка я не обнаружил новых целей.

– Чисто? – осведомилась Кулина, непривычно-тихонько, особенно после оглушающей стрельбы из револьвера.

– Думаю, да. Заметишь новых – говори, буду начеку.

– Ага. Только нам вроде как сворачивать уже тут…

Гаргульи нам больше не встречались и догнать не пытались. То ли я перебил всех, то ли оставшиеся затаились на дне, решив не высовываться. Им на смену пришли ловушки, один коридор за другим, проверенная классика и интригующие новинки. Вирмборд прекрасно отразил четыре залпа стрел и болтов, я лично перехватил и сорвал с потолка два качающихся маятника-топора и проделал в поле выскакивающих из пола шипов безопасную дорогу для всех остальных. А вот смыкающиеся стены оказалось удерживать тяжеловато – видимо, проблема была в площади соприкосновения.

Новинкой оказалась чёрная колдовская субстанция, сочетающая в себе лучшие качества горячей смолы и зыбучих песков. Не настоящих, почти безопасных, а тех, что показывали в старых фильмах – засасывающих человека с головой. Я раньше ни разу не встречал в Полуночи ловушки подобного типа – и теперь задавался вопросом, почему? Установить штук пять таких на пути ржавых дуллаханов и можно даже не напрягать гвардию – враги попросту не дойдут до конца ни одного коридора.

Лаахиза попыталась помочь магией, но эта западня явно была не по её профилю. Пришлось выбираться, опираясь на советы Кулины, принимая максимально близкую к идеалу форму. В итоге на твёрдый пол я выполз, представляя собой нечто среднее между крокодилом и крабом, сохранив только человеческую голову. Луна смогла заклинить механизм, открывающий смоляное болото, и остальные прошли за мной без больших проблем.

Те начались самую малость позже.

Мы нашли ритуальную часовню спустя несколько часов утомительной дороги – та стояла на небольшом островке посреди подземного озера. Возможно, когда-то здесь был просто здоровенный зал, несущий какую-то важную функцию, но затопило его очень, очень давно. Если не слишком присматриваться к потолку, не отличить от пещеры или грота.

Часовня, кажется, не пострадала ни от времени, ни от воды – даже колонны остались на месте. Дойти до неё – или доплыть – можно было за пару минут, при условии, что под водой не поджидают какие-нибудь новые твари или ловушки. Но существовала маленькая загвоздка, ставящая под сомнение успех всего нашего похода.

Всё сооружение окружал знакомый полупрозрачный барьер, уходящий как под воду, так и вверх, под самый потолок. Покров укрывал ритуальную часовню, словно это была аномалия на уровне разрушенной башни Вечности.

Глава десятая

– Я не могу его убрать! Правда!

– Но ведь раньше как-то получалось.

– Где получалось? Где? Вокруг башни я только ослабить могла, а убрал этот… этот… даже вспоминать его не хочу!

– А придётся, потому что катастрофа с дуллаханами – на совести Наблюдателя. И устранить её можно только с помощью часовни.

– Говорю тебе, я не контролирую Покров!

– А тот, что возникает днём и уходит ночью?

– Он делает это сам по себе!!

Полночь, очевидно, не врала, хотя у неё, в отличие от других моих собеседников, такая возможность была. Более того, этот разговор у нас происходил не в первый раз, просто я надеялся, что какие-то детали по Покрову всплывут после окончательного выздоровления и восстановления памяти. Надежда умирает последней. Умирает вот примерно сейчас.

– Ты же не управляешь тем, как у тебя кровь разносит кислород, а? Или как желудок переваривает пищу! Или как…

– Я тебя ни в чём не обвиняю, честное слово. Просто мы застряли и не знаем, что делать.

«Застряли» – это мягко сказано. В противном случае не случилось бы и этого разговора, в процессе которого охрана моего тела осталась на спутницах. Часовня была буквально в двух шагах, рукой подать, но одновременно с этим – абсолютно недостижима. И это в тот момент, когда ржавая орда хлынула на штурм очищенной зоны. Пока что защитники держали удар, но с каждой упущенной минутой ситуация могла измениться в худшую сторону.

Полночь, не слезая с подлокотника, протянула руку и сочувственно погладила меня по голове.

– Не переживай, скоро рассветёт. Двери закроются, вся эта мелочь ржавая сама возьмёт и застрянет!

– А к ночи отстрянет, – устало сказал я. – И к ним прибавятся те, что сейчас ворочаются в саркофагах. Уже не такие ржавые, но всё ещё с промытыми мозгами.

Теперь заметно приуныли мы оба. К фактору угрозы гостям, гвардейцам и не привязанным к замку слугам, добавился ещё один – огромная утечка энергии при массовом пробуждении дуллаханов. Сейчас они только нервно дремали в своих каменных гробах, но время было отнюдь не на нашей стороне.

– Я правда не могу убрать барьер, – тихо сказала она. – Даже ослабить не могу, уже пыталась. Может, драконьим огнём его?

Я отрицательно качнул головой.

Мне уже приходил в голову такой вариант – ослабить Покров вокруг часовни и телепортироваться туда, как в башню Вечности. Но даже если притащить Аву или Яна в эту дыру, самому отправиться к главному порталу и совместить процессы, результатом будет лишь моё присутствие в часовне. Только моё, без кого-либо ещё, а подробности ритуала знала одна Далия. Допустим, получу инструкцию, но ошибусь в деталях – и не усыплю безголовых, а накачаю их халявной энергией. И всё это потребует времени, слишком много времени, что иронично для замка, который время замедляет.

К слову, как бы мне ни было приятно сидеть на воображаемом троне, пока меня гладила по голове манифестация собственного замка, нужно было возвращаться. Я лишь хотел задать напоследок один вопрос.

– Зачем ты вообще накрыла часовню Покровом?

Барьер вокруг Полуночи, равно как и других вечных замков, сотворил, настроил и запустил Мастер. Барьер вокруг башни Вечности был необходим, чтобы изолировать непредсказуемую временную аномалию – как выяснилось, скорее он защищал её от внешнего мира, чем наоборот. Но небольшой кусок залов избранных для проведения ритуалов как будто не нуждался в столь радикальных мерах. Мало того, что Полночь отделила его и запихнула в самую глубокую… дыру, так ещё и Покров?

Дело давнее, конечно. Шансы на то, что она помнит этот конкретный момент, близки к нулю.

– Ты никому не расскажешь?

Я удивлённо повернул голову, посмотрев Полуночи прямо в глаза – всё такие же изумительно-чёрные, с отблесками далёких звёзд. Она смотрела ясно и строго, ожидая ответа.

– Не расскажу. Обещаю.

– В общем… место это нехорошее. Оно не только для ритуалов с дуллаханами, понимаешь?

– Не совсем, – осторожно сказал я. – А для чего ещё?

– Да для чего угодно! Если знаешь, как колдовать, можно столько всего во мне поменять оттуда – жуть! Сильнее только из сердца, но к сердцу пройти надо, а сюда…

Я непонимающе моргнул. С одной стороны, можно понять, почему Полночь не торопилась делиться подобной информацией, с другой – всё ещё неясно, как одно вязалось с другим.

– Ну чего непонятного? – вздохнула она. – Там приносили жертвы, много жертв! И добровольных, и не очень, напитывая место силой. Оно силу проводит, конечно, но по чуть-чуть и себе оставляет. Глазом моргнуть не успеешь, за какие-то три-четыре тысячи лет накопила столько, что так просто уже не избавиться! Перенести могу, стереть – нет!

Картина начала вырисовываться. Ритуальная часовня изначально возникла отдельно от залов избранных, а вовсе не как неотъемлемая часть, просто именно в них потом использовалась чаще всего. Основная масса хозяев и не подозревала о том, какие возможности открывает это умеренно непримечательное место, но кто-то да взялся бы экспериментировать. И выяснил бы чрезвычайно интересные вещи.

Сердце позволяло влиять на вечный замок напрямую, в том числе уничтожить его – при очень специфическом сочетании факторов. Тронный зал служил для ритуалов и иных магических сеансов в гармонии с Полуночью, с её одобрения и поддержки. А вот часовня стала местом, позволяющим пропихивать обходные решения, навязать хозяйскую волю в обход сознания замка. Эдакий бэкдор в операционной системе, который можно было перекрыть только очень прямолинейным и грубыми методами – это и произошло.

Интересней всего, что сегодня Полночь в самом деле не могла отменить своё решение, принятое несколько тысячелетий назад. Тогда она принимала его сознательно, а вот поддерживала уже подсознательно – так, что с годами то трансформировалось в автоматический процесс. Может, если бы я дал ей хотя бы пару недель на концентрацию, Покров удалось бы нейтрализовать, но опять же – всё упиралось во время.

– Хорошо хоть Бертрам был не в курсе, – пробормотал я. – Он бы тут дел натворил…

– Он подозревал, но найти не смог. Не говори никому, ладно? И уж точно не записывай!

Я ещё раз пообещал, что не расскажу. Затем закрыл глаза в иллюзорном мире и открыл в мире реальном.

Только для того, чтобы увидеть ржавого дуллахана, занёсшего у меня над головой обломок алебарды.

– Пошёл вон!! – донёсся гневный рык со стороны, и безголового снесла в сторону масса из мускулов и рыже-серой шерсти.

Почти весь сухой участок зала был заполнен врагами – в основном, валяющимися на земле, но около четверти ещё держалось на ногах. Как ждали, сволочи, пока я уйду на сеанс связи, чтобы начать напирать! Мой небольшой отряд стоял намертво, на заранее определённых позициях. Кроме единичного алебардщика, прорваться не смог никто, хотя не сказать, что не пытались. Шестеро бойцов Далии, она сама и Луна бились врукопашную, Кулина в форме мега-слайма прикрывала Лаахизу, а та в свою очередь поднимала павшие тела в ржавых латах и возвращала их в бой на нашей стороне. Судя по отсутствующим конечностям у некоторых экземпляров, что пытались добраться до нас ползком, им тоже пришлось преодолеть коридоры с ловушками. Жаль, конечно, что некоторым это удалось.

Я выпрямился и открыл огонь – по самым бодрым и наглым, пытающимся атаковать с каким-то подобием тактики. Спустя несколько минут всё было кончено – а нам пришлось отмываться от слоя ржавчины в прохладной воде подземного озерца. Часовня равнодушно ожидала нас за Покровом, всё такая же близкая и абсолютно недостижимая.

– Баррикадируемся, – скомандовал я. – Есть шанс, что мы здесь надолго.

– Не узнать нового? – спросила Лаахиза, пока остальные разошлись закрывать двери в зал – тех было штуки четыре.

– Ничего, что помогло бы нам продвинуться, – проворчал я. – Что с твоей стороны?

– Не моя область. И ничья на сей день. Забытая магия оставаться забытой вечность. Лита изучать, но прогресс мал.

Даже если притащить сюда паучишку вместе с драконами, а заодно захватить всех доступных магов Полуночи, результат будет тем же. Из всех моих знакомых формулу Покрова наверняка знал лишь Мастер. Возможно, знал Мерлин, но и то не факт. Первый продолжал чилить во вневременном пространстве, докуда я едва достучался через далёкое прошлое, второй застрял в Авалоне. Без шансов, что кто-либо из них мог помочь, даже если представить, что башня Вечности вдруг каким-то образом уцелела или была отстроена. Слишком много телодвижений, чтобы достучаться. Слишком велика неопределённость в ответах.

Ослабить барьер и попытаться телепортироваться хотя бы мне одному? Риск – дело благородное, даже если иногда с ним костей не соберёшь. Я так и не нашёл времени довести до конца хотя бы полный набор азов колдовского искусства, и винил в этом только себя. Ну да, обязанности, прыжки во времени, битва со вселенским злом. Но магию-то знать надо.

« Вокруг башни я только ослабить могла, а убрал этот… этот…»

Иногда озарения оказывались ложными, так что я очень не хотел сглазить. Придётся зайти немного издалека, чтобы единственный маг в шаговой доступности не начала шипеть, что сперва надо навести справки, а потом уже нести полную чушь. Начнём как раз с подходящей справки.

Трое ржавых дуллаханов под контролем Лаахизы возились с последней дверью, пока я привлёк внимание её самой.

– Напомни кое-что. Какие у нас есть Легендарные Забытые заклятья?

Леди-лич подарила мне взгляд, исполненный подозрений.

– Покров, что ты и сам знать. – прохрипела она, неторопливо загибая пальцы. – Призыв гончие пустоты. Литания безмолвия. Всего три, как и положено хороший число.

– Литания безмолвия?

– Заставлять замолчать, – равнодушно пояснила она. – Чары ломаться, формулы плыть. Рассеивать клятва, договор из тех, что послабей. Любой слова лишаться силы.

Полезная, должно быть, штука – особенно для таких идиотов как я, что предпочитали стрелять из револьвера. Райнигун тоже считался магическим, но это заклятье должно была максимум нивелировать грохот выстрелов, не тронув суть знакового оружия. Но, так или иначе, Литанию безмолвия мне было изучать решительно неоткуда

В отличие от других вариантов.

– Я бы поставил на то, что Покров изобрёл Мастер, – сказал я. – Вполне в его стиле – и не только для того, чтобы по-настоящему защитить вечные замки. Сперва отгородил их, а затем и сам отгородился от мира.

– Быть может. К чему гадать?

– Да так, пытаюсь подобраться к одной мысли. Ты видела, как рухнула башня Вечности?

– Не видеть, быть в лаборатории. Лита рассказать.

– И что думаешь?

– Вторжение такой уровень отследить нельзя, – резко сказала она. – Даже если закрыть узел. Удача, что тиран разрушить лишь один аномальный элемент. Большая удача.

– В том-то и дело, что не разрушил, – поправил её я. – Его заклятье даже не дотянулось до самой башни – оно почти рассеялось от усилий магов и драконов, но успело коснуться Покрова. И тогда – пуф!

– Не сходится. Ни один антимагия на такое не способна.

– Общего характера – может быть. Но что, если маг знает, как создавать Покров и как его снимать? Наблюдатель раньше был одним из учеников Мастера, помнишь? Его звали Северин фон Умбракрон.

– А ты-то откуда всё это знаешь, фон Харген?

Я не заметил, как Далия подошла поближе и внимательно слушала наш разговор. Что же, сейчас мы все находились в этой лодке, и это обсуждение не относилось к секретным. Пока что.

– Видел своими глазами в голове Наблюдателя. Долго рассказывать.

Подумаешь, сожрал пару десятков гончих пустоты, пропитанных колдовством бывшего хозяина Затмения и подключился к его башке через «Печать Пожирателя». С кем, как говорится, не бывает. Остановить гада не смог, к несчастью, так хотя бы мигрень вызвал, да назло остался в живых. И, возможно, кое-что запомнил.

– В голова? – язвительно прохрипела Лаахиза. – Вот это да. Почему бы тогда тебе не вернуться туда прямо сейчас? Отменить всю эту суету с безголовый, а заодно и древний проклятье? А?

– Примерно такая идея и была.

Лаахиза впервые на моей памяти потеряла дар речи, Далия сухо хохотнула. Кулина затараторила, объясняя, что я и вправду влез в голову Наблюдателю, но одно дело – увидеть, другое – повлиять. Хагга объяснила бы ещё лучше, но слаймы были отдалёнными родственниками мимиков, так что годился и такой оратор. Что главное – именно Кулина прекрасно могла понять, что я собирался делать дальше.

Цепкая память имелась у меня с детства, а вовсе не от поцелуя девушки-слайма с воспоминаниями, уходящими в глубь веков. Впрочем, благодарность за неё, видимо, нужно было возносить Вальтеру фон Харгену, а перед ним расшаркиваться совершенно не хотелось. Так или иначе, стоило лишь хорошенько сфокусироваться, и перед моим мысленным взором снова встала та картина – нить антрацитового смерча, неумолимо опускающаяся на Полночь. Я не мог помешать ей тогда, и уж тем более не мог сейчас, но этого и не требовалось. Под совместными атаками магов Полуночи и аж двумя красными драконами, проклятый смерч почти рассеялся, успев сделать своё чёрное дело.

В прошлый раз я оказался в шоке от увиденного. Не мог заострить внимание на магическом аспекте, наблюдая за крушением «машины времени» с перспективой навсегда остаться в прошлом. Сегодня я «перематывал» воспоминания кадр за кадром, одновременно прислушиваясь к отголоскам сознания Наблюдателя вокруг. Моя память уловила их столь же чётко, как и всё остальное.

Вот оно.

Момент, когда кончик смерча едва мазнул Покров над Полуночью. Торжество, невыразимое словами, но кристально ясное по своей сути. Бывший ученик Мастера в самом деле знал, как снять Покров, хотя, кажется, свой бы сотворить не взялся. Максимальная концентрация с изъявлением силы воли, чёткая команда – это мы уже проходили. Здесь существовала тысяча собственных нюансов, но выяснить подробности можно и после первой проверки. Какие-то блины неизбежно выйдут комами, так лучше поскорее от них избавиться.

Под взглядами моих спутниц, я молча выпрямился и направился в сторону Покрова по своеобразному броду, ведущему от ближайшего «берега» прямиком к островку за барьером. Лиха беда начало, верно?

Сфокусироваться – в который раз за эту бесконечную ночь. Настроиться на суть Покрова, на его непробиваемый щит, надёжно укутывающий часовню со всех доступных сторон. Изъявить свою волю – приказать ему вернуться, отступить в место силы!

Последний шаг – и вот я уже вытягиваю руку, чтобы легонько коснуться мерцающей поверхности.

Поверхность мигнула напоследок и пропала.

Я не успел удивиться, тем более – обрадоваться, поскольку в следующий миг сквозь моё тело будто пропустили заряд в пару миллионов вольт. Что хуже – этот заряд как следует зацепил и мою душу, возвращая мне отдачу с процентами. Меня отбросило, отшвырнуло на несколько метров, ударило о поверхность тёмной воды, в которой я немедленно начал тонуть. Просчитался – но где?

Последнее, что я увидел, была Далия, беспрепятственно шагающая за порог ритуальной часовни. Но что ещё хуже – Покров тут же начал возвращаться назад, рассеявшись лишь на несколько секунд.

Твою же ма…

Я не погиб – хотя было бы забавно откинуться дважды за какую-то неделю, до этого не умирая больше года. Вместо этого моё сознание повисло во тьме над Полуночью, как если бы я просто погрузился в дальний зов. С единственным различием – в тело оно возвращаться наотрез отказывалось. На самом, что называется, интересном месте – поскольку теперь подозрения переросли в уверенность. Далия каким-то образом смогла мне солгать, а на самом деле продалась Наблюдателю с потрохами. Только и ждала, чтобы добраться до этой часовни, а я, идиот, предоставил ей такой шанс на блюдечке. Чем раньше мне удастся вернуться…

Бледно-голубой столб пламени в таком масштабе смотрелся не столь впечатляюще, как вблизи, но его было сложно с чем-то перепутать. Испепеление одной из душ загрязнённых слуг – и, судя по локации, эта душа принадлежала как раз Далии. Что, нахрен, произошло? Покров начал барахлить и сжался вокруг часовни? Драконята самостоятельно решили оставить свои задачи и спустились вслед за нами? Луна смогла подобрать Райнигун и открыла огонь на поражение?

Нет, ничего из этого произойти не могло, либо привело бы к иным последствиям. Но пока я находился здесь, у меня имелись некоторые привилегии хозяина – пусть и в форме бесплотного духа. Столб огня души сжался до толщины нити, и эта нить оторвалась от основания, уносясь в иную плоскость Полуночи – туда, где находились осколки памяти запечатанных душ. Обычно доступ к ним открывался лишь на время ритуала выбора слуги, но сейчас мне удалось сесть «на хвост» к ускользающей душе. Ещё немного. Ещё капельку, она должна быть где-то здесь! Ещё…

– Шустрый ты, фон Харген. Подорванный.

Иллюзорное пространство Далии разительно отличалось от того, что для себя вообразила, скажем, Маат-Ка-Тот. Казарменная обстановка, которую командир дуллаханов воссоздала то ли намеренно, то ли просто по привычке. Зато сама она теперь выглядела как при жизни – крепкая и очень высокая женщина в латном доспехе, с коротким ёжиком светлых волос и тяжёлым взглядом.

– Вот уж не думала, что умудришься добраться до меня здесь.

– Вот уж не думал, – проворчал я ей в тон. – Что ты продашься Наблюдателю.

Она моргнула, затем ещё раз. Вроде как хотела рассмеяться, но лишь коротко хмыкнула.

– Понимаю, отчего бы не понять. Он и в самом деле предлагал мне больше, чем парням. Даже обещал Полночь в награду, представляешь? Я – и хозяйка.

Я ничего не ответил. Она пожала плечами.

– Да только всё это пустое, столь же пустое, как и души вечных замков. Я этот поход задумала задолго до того, как этот скот решил парням в голову залезть. Опередил он меня.

– Собиралась дойти до часовни сама?

– Схватываешь на лету.

– Допустим, добралась. Чтобы что, ошибиться в ритуале и красиво самоиспепелиться?

На этот раз она не удержалась от хохота, хотя веселилась не слишком долго – скривилась, словно от сильной зубной боли.

– О, я не ошиблась, фон Харген. Ты же знаешь, куда открыл дорогу – это проклятое место требует жертв. Вот я и дала ему то, что оно хотело – дала единственное, что могла.

– Зачем? – коротко спросил я. – Раз уж усыпление дуллаханов не стояло на повестке ночи.

– Мои парни и без того проспали слишком долго. Так что я сделала ровно обратное – разбудила тех, кто ещё мог хоть как-то соображать. Вернула им рассудок, волю, чувства. За счёт всех остальных… и себя заодно.

До меня наконец дошло. Тот же самый процесс, который удерживал тело Далии от распада, даровал ей пугающее бессмертие на протяжение последних тысячелетий. Позволил ей сохранить рассудок, когда почти все остальные загрязнённые слуги сходили с ума за какие-то сотни, если не десятки лет. Только теперь она принесла себя в жертву, чтобы распространить это на половину дуллаханов, избавившись от второй половины.

Только теперь я почувствовал, как Полночь едва заметно дрожит от знакомого напряжения – её душа заметно истощалась, пока тысячи спящих мертвецов распахивали глаза в своих саркофагах. Залы избранных всё-таки пробудились… пусть теперь с их обитателями можно было нормально пообщаться. Не с единицами, как раньше, а всеми сразу.

– Их мозги чисты – на какой-то срок, гарантий не дам. Дальше уж тебе решать, говорить с ними или драться, фон Харген. Бери ответственность, раз уж взялся править. И оставь меня, наконец, в покое.

Многие из моих предков – возможно, даже Роланд – посчитали бы лучшей в мире шуткой немедленно вернуть Далию в качестве ключевой слуги. Заставить разгребать всю кашу, что она заварила. Но даже если формально это могло сработать, что-то подсказывало, что жертва на ритуальной часовне не просто освободила её душу от тела, но и заметно покромсала. Оставила тлеющие угли там, где раньше бушевал пожар.

Скорее всего даже этот разговор ощущался для неё как мучение, а новый виток служения окажется бессмысленной пыткой. К тому же, если хотя бы сейчас она говорила правду, план Наблюдателя так или иначе оказался разрушен. Осталось только разобраться с последствиями, и эта ответственность в самом деле лежала на мне.

– Прощай, Далия.