Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 12 (СИ)"

Автор книги: Сергей Евтушенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Мы открыли глаза одновременно – и оказались посреди Высокого дома.

Эта часть пока проходила без подвоха. Никакой мозаики, никаких сюрпризов, более того – привычная для меня лично локация. Цитадель Асфара не слишком изменилась со времён его детства, разве что лица стражи, гостей и членов высокого семейства ни о чём мне не говорили. Кулина с удовольствием оглядывалась по сторонам и сыпала вопросами, пока мы методично прочёсывали одно помещение дома за другим в поисках его будущего господина. Позади осталась большая часть коридоров, личные комнаты, зал совета, столовая и даже водоворот душ, представляющий из себя особенно странное зрелище в застывшем виде.

Спустя некоторое время Кулина легонько толкнула меня, схватила за руку и потащила в сторону – к едва заметной приоткрытой двери, мимо которой я бы точно прошёл без задней мысли. Внутри оказался рабочий кабинет, где за столом заполнял бумаги слегка осунувшийся, но статный мужчина лет сорока с весьма знакомыми чертами лица. А перед ним на ковре играли двое – не по годам серьёзный пацан и весёлая девочка, оба не старше лет шести.

Не нужно быть гением, чтобы узнать в троице Асфара, его погибшего отца и никогда не существующую сестру.

– Пойдём, – тяжело вздохнул я. – Поищем его как можно дальше от этого места.

Господин Высокого дома и двенадцати тысяч душ, Асфар Риидский, стоял на краю крыши, облокотившись на перила и рассматривал окрестности с непроницаемым выражением лица. Если наше появление его обрадовало, он умело замаскировал эмоции.

– Пространство здесь на удивление ограничено, – меланхолично сказал он, когда мы подошли поближе. – Хотел наведаться на очищенные отцом территории, но выкинуло назад. Жаль, с детства на них не был, а теперь там десять лет как пустошь.

– Знаю, всё зациклено, проверял сам, – осторожно сказал я, подходя поближе. – Ты как, в порядке? Нас узнаёшь?

– Вик, – сказал он ровно. – Госпожа Кулина. Я ещё не потерял память, и всё, что вокруг – неплохое тому доказательство.

– Прячешься на крыше от болезненных воспоминаний? – рискнул предположить я.

– В каком-то смысле. Но увидеть отца и, тем более, Гарру, было… не так уж и плохо. Я здесь по другой причине. Рано или поздно это случится снова.

Что-то в его голосе мне совсем не понравилось. Нотка страха? Отчаяния? То, что Асфар всегда маскировал гораздо лучше, чем тепло по отношению к друзьям.

– Поделись.

– Смотри туда, – кивнул он в сторону горизонта. – Ждать осталось недолго.

Я посмотрел – мы все посмотрели одновременно. Сперва казалось, что на небо наползает грозовая туча, что само по себе было странно – постороннее движение в мире застывшей памяти. Но затем «туча» приобрела отчётливый оттенок грязно-жёлтого цвета, на ходу оформляясь в чудовищную фигуру, закрывшую горизонт. Закрывшую всё небо. Нависшую над нами.

Фигуру в рваных лохмотьях, которую я надеялся никогда больше не увидеть.

– Держитесь. – коротко сказал Асфар.

Глава третья

Если бы я видел сны хоть немного почаще, туманный Йхтилл наверняка бы стал первоклассным топливом для ночных кошмаров. Да, мы в итоге одолели Князя в Жёлтом, одолели весьма надолго, а его проклятая обитель по большей части рассыпалась в прах. Но это место было словно создано для того, чтобы внушать глубинный, почти первобытный ужас одним своим существованием. Асфар же буквально заточил владыку Йхтилла в собственной душе, собственном сознании, и тот терпеливо ждал, отделённый от разума моего друга прочной ментальной стеной.

Мир воспоминаний поставил всё с ног на голову, глубоко закопался в память и тем самым потревожил то, что не стоило тревожить ни при каких обстоятельствах. Оставалось только стиснуть зубы, когда длань Князя размером с грозовую тучу опустилась на нас, погружая во тьму.

Это ощущалось на удивление легко, как обычный переход между мозаичными участками памяти Кулины. Только здесь обстановка сменилась кардинально – в один миг мы стояли на крыше Высокого дома, а теперь оказались на вершине холма в Йхтилле, откуда открывался великолепный вид на безумный город. Всё, как раньше: мосты, башни и шпили, невозможная на первый взгляд архитектура, да и на второй, если честно, тоже. Всё абсолютно целое и даже целое вдвойне, учитывая отражение в Демхе. Три огромные жёлтые луны, издевательски освещающие окрестности. Как будто и не было наступления Риида, похода сил Полуночи и жертвы Асфара. Лишь нетронутый домен Князя в Жёлтом, извечно правящего под чёрными звёздами.

– Приплыли, – буркнул я. – Наша песня хороша, начинай сначала.

– Это же просто воспоминание, да? – обеспокоенно спросила Кулина. – Не на самом деле?

– Не на самом, – устало подтвердил Асфар. – Но и не просто воспоминание. Частично малоприятный экскурс в историю, частично – попытка поставить меня на место. Установить контроль до срока.

– А что насчёт твоего желания? Соглашения?

– О, оно всё ещё в силе – в реальности, а не здесь. Князь не пытается пробить стену и не мешает черпать силу… даже поощряет, но так было всегда. Будто происходящее его никак не касается, но я-то чувствую, что связь есть.

– Дай угадаю, просто взять и вернуться в память о Рииде не выйдет.

– Угадал.

– И спокойно посидеть тут тоже?

Асфар не успел ответить – за него это сделал сам Йхтилл. Всё, как во время недавнего похода – потемневшее небо, хлопанье сотен, тысяч крыльев и раздирающий уши визг, предвещающие массированную атаку падальщиков. Кажется, им никто не сказал, что в пространстве памяти все обязаны застыть! Если уж на то пошло, по меркам настоящего Йхтилла трое случайных визитёров не должны были вызвать подобную реакцию. Но времени размышлять и рассуждать о несправедливости не оставалось – визжащая орда приближалась со вполне понятной целью.

Кулина, будучи редкой умницей, моментально оценила обстановку, перекинулась в колобка средних размеров и забралась в подставленную дорожную сумку. Я выждал несколько секунд, пока первые твари не окажутся прямо над нами, и открыл шквальный огонь из Райнигуна, не позволяя ни одной пуле пропасть даром. Настоящие проблемы начнутся, когда первые несколько десятков обратятся в пепел, и целиться будет гораздо тяжелее. Драконов мы на этот раз не захватили, так что придётся делать ставку, что кончится раньше – воображаемые падальщики или воображаемые пули, которые при этом расходовали мои вполне настоящие силы. Со мной Кулина оставалась в сравнительной безопасности, а что до Асфара…

О нём беспокоиться явно не стоило.

Те полминуты, что до нас летели, а затем нападали падальщики, мой друг провёл в своеобразной медитации, закрыв глаза и скрестив руки на груди. Затем он выдохнул и взмыл в воздух, легонько оттолкнувшись от земли одной ногой. Без предупреждения – зато как раз до очередной перезарядки, так что я успел сдержать огонь.

Падальщики тут же бросились на него, но невидимая сила останавливала их на расстоянии метра, ломала, скручивала в бараний рог и отшвыривала в сторону бесполезной массой из костей и гнилой плоти. Спустя несколько секунд атаки прекратились, но твари не успели вновь переключиться на меня. Господин Высокого дома и новый владыка Йхтилла открыл глаза и провёл перед собой правой рукой с открытой ладонью, выставленной вперёд.

Визг крылатой орды, едва терпимый прежде, стал абсолютно непереносимым. Чудовища погибали десятками, сотнями, сминаемые прямо в воздухе. За считанные секунды от первоначальной стаи осталось не больше трети – и та рванула в направлении города. Асфар дождался, пока гады отлетят подальше и закончил представление обычным щелчком пальцев. Падальщики, которые умудрились выжить до этого, попросту лопнули, разлетевшись на мелкие ошмётки на полдороги назад.

– Не буду спрашивать, нельзя ли это было сделать с самого начала, – хмыкнул я, выпуская Кулину из сумки. – Ты как, в порядке?

– Потратил силы, – лаконично ответил он, приземляясь. – Полагаю, как и ты сам. Что до ответа на незаданный вопрос – в первый раз я уничтожил их сходу, но тогда их было четверо. Во второй раз – около двадцати. В третий – больше сотни.

– Мы в четвёртом? – пискнула Кулина.

Асфар коротко кивнул в ответ.

– И, если не добить хотя бы одного – спустя пять минут они вернутся в прежнем количестве. Князь мог бы лишь мечтать о такой скорости восполнения армии.

– Ну, Мастер, ну удружил, – процедил я сквозь зубы. – В безопасности, значит, насколько это возможно. Память, значит, не столь спокойна.

– Если тебя это утешит, это стало сносной тренировкой для моих новых способностей. До определённых пределов. Но, учитывая текущую прогрессию, бесконечно так продолжаться не может.

– Какая цель? – спросил я, уже начиная догадываться.

– Как и в прошлый раз, друг мой. Сесть на трон.

В каком-то смысле всё происходящее отдалённо напоминало мой первый месяц в Полуночи – тогда, когда замок ещё не знал, с кем имеет дело и насколько новый хозяин достоин наводить свои порядки. Каждое новое очищение давалось мне путём огромных усилий, а потом ещё требовалось добраться до трона и сесть на него, утверждая решение. Йхтилл по некоторым параметрам напоминал вечные замки – уж не знаю, подсматривал сюда Мастер на этапе сотворения или просто так совпало. В том числе Йхтилл из мира памяти, ставящий под сомнение уже авторитет Асфара и заставляющий раз за разом повторять один и тот же маршрут.

Хотя испытания на этом маршруте ещё ни разу не повторялись.

Мы быстро преодолели расстояние до берега Демхе – гораздо быстрее, чем должны были, словно один шаг здесь считался за пять-десять. Дальше пришлось взлетать – Асфар использовал свою новую левитацию, а я отрастил уже хорошо проверенные крылья, прихватив с собой Кулину в сумке. Проще всего было бы попросту добраться до центральной башни по воздуху, но Йхтилл никогда не работал по правилам нормального пространства. Когда мы пересекли невидимый барьер, мир тут же встал на дыбы и вывернулся наизнанку, закинув нас в громадный зал без видимого выхода, битком набитый марионетками. Для разнообразия, те как раз застыли, но от этих тварей можно было ожидать любых фокусов.

Пока мы с Асфаром пытались сообразить, нужно ли начать массовую зачистку или получится прорваться так, выход нашла Кулина – совершенно незаметный люк в полу. Армия деревянных истуканов дёрнулась, когда мы свалили, но за нами не последовала – и мы продолжили путь, оставляя за спиной сеть комнат и коридоров. Йхтилл из воспоминаний поддавался ещё меньшей логике, чем реальный, но здесь действовало единственное правило – ты становишься ближе к цели, пока движешься вперёд.

– Первой здесь была незнакомая леди в алом, – сказал Асфар, пока мы балансировали на краю пропасти, только что выбравшись из глубокого подвала. – Вторым – Гримёр, принял облик Гарры и не только её.

– Сочувствую.

– Он недостаточно сильно старался, чтобы меня задеть. В третий раз поджидали двое – в нарядах паяцев, сворачивали реальность сильнее обычного. С ними пришлось повозиться.

– Может, в четвёртый раз пронесёт⁈ – с надеждой спросила Кулина.

Мы все знали, что нифига не пронесёт.

Были и плюсы – Герольд из мира памяти не стал долго разглагольствовать, пытаясь выпендриться или заговорить нам зубы. Он просто ударил всем, что имелось у него в арсенале, сходу раздробив пространство на тысячи осколков, каждый из которых пронзили изломанные бледные линии.

Я выдернул Кулину из-под удара и вылетел сам, пока Асфар, стиснув зубы, отражал бешеный натиск. Из минусов – у моего друга даже не оставалось времени, чтобы щёлкнуть пальцами, а носящий бледную маску словно пребывал во всех сторонах одновременно, заполняя мир своим чудовищным присутствием. Всё вокруг обратилось в бесконечный зеркальный лабиринт, где в каждом из отражений повисла насмешливая маска Герольда. Бесполезно было стрелять, драться – бессмысленно. Как победить врага, ставшего легионом во плоти?

Я хладнокровно дождался, пока одна из бледных «конечностей» вновь рванёт в мою сторону, увернулся и защёлкнул на ней Оковы Судьбы.

– Хорошая идея.

Если Асфар и потерял присутствие духа в какой-то момент, то теперь не подавал виду. Бледная маска осталась позади, раздробленная его ногой.

– Будешь смеяться, но этот трюк пару раз сработал на самом Князе. Вот и решил, почему бы не повторить?

– Уже посмеялся, когда увидел эти воспоминания, – сказал Асфар без тени улыбки. – Кошмар тогда высосал из него столько сил, что чуть было не отправил в спячку. А ведь Князь действительно считал, что предлагал тебе достойную сделку.

– Ты знаешь, я драконами не торгую, а друзьями – тем более.

– Знаю. А вот он до конца не мог себе этого представить.

Мы продолжали путь, на этот раз не встречая серьёзного сопротивления. Три луны на небе исчезли, но и чёрные звёзды пока не торопились всходить – если они вообще участвовали в параде воспоминаний. С одной стороны, неотъемлемая часть антуража Йхтилла, с другой – Гвендид упоминала, что они светят из иной реальности, тяжеловатой для отображения в нашей.

Нет ли связи между ними и Шар’Готом? Об этом мог знать только Мастер, но я не был уверен, что у нас появится новая возможность спросить.

Сегодня трон Йхтилла не пустовал – фигура в рваном балахоне уже восседала на нём, терпеливо поджидая гостей.

Но лишь один, кто ищет суть вещей

Узрит себя средь блеска миражей

Он примет боль и осознает сон

В душе Йхтилла.

– Уже осознал, – меланхолично сказал Асфар. – Уже принял, в который раз. Я это помню, как насчёт тебя?

– Мы тебя не боимся! – отважно пискнула Кулина, не планируя больше забираться в сумку. – Тебя здесь вообще нет!

Увы, от стихов Князя нас не мог спасти даже иллюзорный мир памяти. Надеюсь, он их декларировал в последний раз в моей жизни. Опять же, пред его светлые очи мы явились без драконов, так что драка могла затянуться и стать весьма проблемной…

К немалому моему удивлению, наш враг на троне попросту медленно кивнул, то ли отвечая на слова Асфара, то ли Кулины. Кивнул – и встал, уступая место.

Насколько за этот поход расширилось окно в разуме Асфара, из которого он черпал силы Князя? Печальная правда состояла в том, что оно в любом случае превратится в дверь – когда мы всерьёз возьмёмся за Пожирателя, или, скорее, тот возьмётся за нас. В любом случае, Князь, реальный или воображаемый, знал, что время остаётся на его стороне. Начиная со слегка ненастоящего времени в пространстве воспоминаний, продолжая отмотанным временем башни Вечности и заканчивая самым обычным, рядовым и скучным, но всё ещё неумолимым временем нашего мироздания. Будь оно трижды неладно.

Асфар сел на трон и щёлкнул пальцами, вызвав тем самым острейшее чувство дежавю.

– Сколько у нас времени, пока он не решит повторить?

– Сложно сказать… Сколько-то. Раньше я успевал отдохнуть.

– Здесь лучше не спать! Опасно!

– Вы правы, госпожа Кулина. Но и бодрствование почти невыносимо.

Если в настоящем Рииде у всех были проблемы со сном, насколько же хреново это переносилось в воспоминания о нём? В любом случае, теперь, когда больше не требовалось галопом нестись вперёд, я мог сосредоточиться на новой задаче. Возвращении в собственную, более мирную память, прихватив с собой ещё двух пассажиров.

Только вот вставала ещё одна проблема – предыдущие два раза я фокусировался на своих друзьях, притягиваясь к ним как магнитом. Сейчас цель отсутствовала – я не мог нырнуть в собственную голову или вынырнуть вне её, изображая Мюнхгаузена, вытягивающего себя за волосы из воображаемого болота. В теории, мир памяти Кулины тоже мог считаться сравнительно безопасным, но как вернуться туда, когда она – здесь?

Оставался лишь мозговой штурм за отведённое нам местное время, либо… ещё один вариант. Поскольку в этом пространстве и этом времени мы существовали не втроём, а вчетвером.

Что может быть милее совместных объятий троих друзей? Асфар, избегающий телесных контактов любого рода, нашёл бы, что возразить – но сейчас его никто не спрашивал.

Воздух не пах ничем, а обстановка совершенно не напоминала город времён моего детства или Землю в целом. Скорее уж мы оказались на поверхности Луны – безжизненный камень и холодный полумрак, от горизонта до горизонта. Я попытался что-то сказать, но слова не покинули губ, словно отсутствовала сама среда для их переноса. По лицам моих спутников было понятно, что им тоже не удаётся заговорить. Да что там – даже чтобы слегка пошевелиться, мне приходилось прилагать усилия, соразмерные с переносом чудовищных тяжестей.

Мы стояли так достаточно долго, чтобы в душе начало зарождаться отчаяние. Но ему всё же не суждено было появиться на свет.

СВЕТ!

Мелодия донеслась откуда-то издалека, как будто и не планировала заглядывать к нам, как будто просто проходила мимо. Звук флейты, чистый и сильный, рисующий до боли знакомый мотив. Только теперь его сопровождало истинное могущество, полноценная музыка высших сфер! Под её натиском полумрак дрогнул и отступил, сменяясь утренней зарёй, и пустынный мир зачарованно смотрел на первый в своей жизни рассвет.

ЖИЗНЬ!

Солнце стало в зените, обозначая полдень, а мелодия лишь набирала силу. Она бушевала, рвалась ввысь и рушилась вниз, сметая с поверхности всё серое и безжизненное, заменяя на буйство красок! Вокруг нас вздымались горы, бурлили реки, шумели леса и шелестели равнины, а сквозь них проносились насекомые, звери, птицы, большинство из которых я не узнал бы, даже если бы смог пристально рассмотреть. Но всё вокруг двигалось слишком быстро.

ДВИЖЕНИЕ!

Повинуясь музыке, мир начал набирать обороты, вращаясь не только вокруг новообретённого солнца, но и своей оси. Вокруг мира в свою очередь закрутилась луна – неотличимая от земной. И всё же, что-то в этом вполне понятном космологическом порядке нарушало привычную логику. Я вгляделся в закатное небо на очередном повороте – и увидел в нём отражения других миров, вращающихся в иных местах, но сотворённых в то же время и той же силой. Их было шесть, считая с нашим – семь. Семь миров, связанных единым небом.

СВЯЗЬ!

Впервые за весь этот сумасшедший акт творения появился и сам творец – во всей своей красе. Сейчас Мастера сложно было перепутать с человеком или даже альвом – скорее уж «библейски аккуратным» ангелом, не предназначенным для грешных глаз. Четыре величественных крыла удерживали его посреди сумрачной вышины, и он сиял, облачённый в одеяния из лунного света. В ответ на его музыку что-то пробуждалось в глубинах нового мира – могущество, существующее здесь задолго до мелодии высших сфер. Одна из точек, где мироздание решило раздать силу просто так, для всех, кто захочет ей воспользоваться. А если, скажем, накрепко связать её с подходящим сосудом? Достаточно крепким и способным на постоянный рост.

КРЕПОСТЬ!

Я и не заметил, как настала полночь… и настала Полночь. В отличие от прочих вещей, сотворённых по мановению руки, Мастер закладывал её фундамент с невероятным тщанием и заботой. Камень за камнем, блок за блоком, всё пропитывалось силой снаружи и силой изнутри. По сравнению со своей версией в настоящем мой замок казался совсем крохотным, едва заметным на фоне громадного мира. И всё-таки, это была Полночь – единственная, не сравнимая ни с чем во всей вселенной, даже со своими братьями и сёстрами.

И она звала меня – едва лишь вышедшая из-под руки создателя.

Музыка высших сфер, мелодия творения постепенно угасала. Сияющая фигура Мастера растворилась в воздухе. Луна на небе закрыла солнце – и под сенью затмения вновь воцарился полумрак.

– Что это было⁈ – спросила Кулина, наконец вернувшая дар речи. – Воспоминания Мастера?

– Сперва я тоже так подумал, – сдержанно сказал Асфар. – Но затем ощутил, как моя сила опять начала утекать.

– Я тоже это чувствую. – пробормотал я.

Единственное, что могло «подключиться» к нам без спросу – лаборатория башни Вечности, держащаяся лишь за счёт заёмной силы. И то, держащаяся кое-как.

– Время вернулось в свои права, а значит, это не память Мастера. Это картина прошлого – предела, который могла показать башня.

Как только он это произнёс, мир в очередной раз изменился. Мы стояли даже не в лаборатории, а на вершине старой библиотечной башни, окружённые видениями прошлого. Сотворение Полуночи, родовое проклятие, последний бой дуллаханов, гибель Рассвета и многие, многие другие. Каменные плиты под нашими ногами дрожали – пока что едва ощутимо, но не собирались останавливаться.

– Самое время решить, как вернуться назад, – меланхолично сказал Асфар. – Или же прощаться навсегда.

– Какое ещё 'прощаться⁈ – возмущённо пискнула Кулина. – И не из таких передряг выбирались, ну! Шевелите мозгами!

Я, признаться, начал шевелить ещё в собственной памяти, и не останавливался ни на секунду – но ответ всё ещё не приходил. Нам не хватало личного могущества, чтобы удержать башню от разрушения, а на силу Мастера можно было не рассчитывать. Пространство памяти скорее высосало из нас энергию, чем позволило отдышаться. А ещё меня постоянно отвлекало тянущее чувство, лишь нарастающее за последние несколько минут.

Полночь звала меня. Звала с момента сотворения, звала сквозь толщу времён. Она хотела, жаждала, чтобы я вернулся – но не могла зацепиться, а я не мог зацепиться за неё. Сколько нас разделяло, десять тысяч лет? Двадцать, тридцать? Не так уж и долго в масштабах вселенной, на Земле уже существовали вполне себе разумные люди, пусть ещё и не сообразившие, как возводить замки. И всё же – невообразимый срок. Не считая Мастера, застрявшего вне времени, этот срок был непреодолим ни для одного живого существа…

Вот оно что.

– Асфар? – негромко позвал я.

– К твоим услугам.

– Ты должен меня убить.

Кажется, мне впервые удалось удивить моего друга – настолько, что он застыл с приоткрытым ртом.