Текст книги "Клиника Вельского (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– Нет, вы не поняли, – вмешался Леон. – Я отлучил дочь от семьи, но я не хочу, чтобы особа наших кровей гнила на здешних каменоломнях. Это наше семейное дело, которое никоим образом вас не касается. Я не имею никаких претензий к этой девушке, поэтому она может быть свободна и идти на все четыре стороны.

Мадьярову пришлось уступить из-за отсутствия состава преступления. Конечно, он мог бы настоять на заключении под стражу, но зачем нарываться на скандал? Мы поспешили покинуть апартаменты князя, чтобы не быть свидетелями семейной сцены, в которой было всё: слёзы, проклятия и оборонённые сгоряча обещания.

– Ненавижу аристократов, – неожиданно признался Мадьяров, когда мы спускались по лестнице к припаркованному автомобилю. – Понимаю, что занимаю столь высокий пост только благодаря их существованию, но всё равно ненавижу. Лучше бы я занимался виноградниками где-нибудь в тихом и солнечном месте, чем копался в их грязном белье и разнюхивал очередные интриги.

– Думаю, вам не стоит расстраиваться, – попытался я поддержать начальника имперских ищеек. – Никто не умер, а значит, международного скандала удалось избежать.

– Ты ведь понимаешь, что мы – всего лишь шестерёнки в механизме, запущенном аристократами?

– Очень важные шестерёнки, без которых вся система не будет вертеться, – заметил я и перевёл разговор в более важное русло. – Кстати, Кирилл Витальевич, а где целитель из каменоломен, который изначально осматривал Потехина?

– Тронулся умом и находится в клинике для душевнобольных, – после минутной паузы ответил начальник имперских ищеек, словно пытался вспомнить о ком идёт речь.

– А можно с ним пообщаться?

– Думаешь, он владел техникой, которую продемонстрировал Себастьян? Обычный провинциальный целитель?

– Потехин совсем не так прост, как кажется. Иначе он бы не смог водить всех за нос и выбраться на свободу. Думаю, он разнюхал этот секрет, подкупил целителя и обучил его этой технике.

– А затем свёл с ума?

– Захочешь жить, ещё не такое провернёшь, – покачал я головой.

– Кстати, я ведь обещал, что к утру ты будешь дома? Я сдержал своё обещание.

– Думаю, придётся немного задержаться. Я хочу заехать в больницу для душевнобольных прямо сейчас.

Глава 8
Семейное торжество

Когда мы отправились в клинику для душевнобольных, оказалось, что целитель умер буквально неделю назад.

– Почему мне не доложили? – закипел Мадьяров, услышав эту новость.

– Родственники получили уведомления, а специальных предписаний касательно этого пациента не было, – развела руками женщина в регистратуре.

– А голова вам зачем? Можно ведь было использовать её по назначению и подготовить официальную бумагу. Если человек проходит фигурантом расследования, значит я должен был получить информацию, как только его сердце перестало биться.

Как бы ни лютовал Мадьяров, уже было ничего не исправить. Осталось лишь убедиться, что целитель оставил нас окончательно и безвозвратно, а с его гибелью улетучились все надежды выудить хоть какую-то информацию.

– Бывает же такое! Потехина вытащил, а сам загнулся, – раздосадовано процедил Мадьяров.

– А я не вижу в этом ничего удивительного, Кирилл Витальевич. Когда Потехину было нужно выбраться, он использовал целителя и охрану для своего фокуса с искусственной смертью. А потом целитель стал бесполезен. Более того, он стал неудобен Потехину, ведь знал правду и при допросе мог раскрыть его секрет, потому дни его были сочтены.

– Мы упустили инициативу в этом деле. Расслабились, – произнёс начальник имперских ищеек, сжав кулаки. – Потехин выиграл не только свободу, но и время. Мы совершенно не знаем где он находится и что затевает. А значит, он может нанести удар куда угодно.

– Не всё так трагично, – ответил я. – Давайте поговорим с охранниками, которые несли дежурство.

– Ты разве забыл, что они мертвы? – удивился Кирилл Витальевич.

– Но ведь не могли одни и те же охранники дежурить круглосуточно? У них были сменщики.

– Допросим, – кивнул Мадьяров, а я искренне удивился тому, что он не сделал этого раньше.

Проблема с Потехиным меня здорово беспокоила, пожалуй, даже больше, чем остальные сложности. Но раз сейчас я ничего не мог поделать, пришлось сконцентрировать внимание на насущных проблемах. Приближалась свадьба, а это значило, что помимо дел в клинике нужно решать массу вопросов с организацией. Вельский нанял помощников, но их всё равно не хватало.

– Ник, я за цветами, – крикнул мне Лёня, когда утром мы встретились в коридоре.

– Разве их не должны были привезти вместе с декорациями?

– У цветочников сломалась машина, – объяснил брат и выскочил на улицу.

– Дорогой, у меня проблема с платьем, – пожаловалась Настя. Застёжка на спине не сходилась из-за выросшего животика, а стягивать её сильнее было слишком опасно для малыша.

– Хорошо, сейчас поедем за новым платьем для тебя, – пообещал я.

Искать платье за несколько часов до торжества? Это ещё та задача. Разумеется, ни о каком пошиве речи идти не могло, приходилось выбирать из того, что есть. Подходящее платье мы нашли только через четыре часа в Яре. Нам пришлось торопиться домой, потому как времени до начала торжественной церемонии оставалось совсем немного. Мы вернулись в город буквально за два часа до начала, а через десять минут у Насти была запись у парикмахера.

– Ник, ты как хочешь, а без причёски я никуда не пойду, – насупилась девушка.

Ох, уж эти женские проблемы!

Я не мог позволить себе потерять целый час на ожидание в салоне красоты, поэтому отвёз Настю, а сам метнулся рысью домой и надел костюм. Боюсь даже представить сколько там набежало у таксиста, который вёз нас с самого Яра. Думаю, ценник уже перешагнул за вторую тысячу рублей.

Главное, что на торжественную церемонию мы успели вовремя, хоть и пришлось потратить минут пятнадцать на поиски места для парковки. Такое впечатление, что Вельский решил собрать всю элиту Дубровска на праздновании. Отчаявшись, мы попросили водителя высадить нас посреди дороги, но поближе ко входу, чтобы Насте поменьше идти пешком.

Мать была в скромном, но красивом торжественном платье, а Владислав Гаврилович выбрал классический костюм. Гости по очереди подходили к ним, чтобы поздравить.

Торжество было необычным, гости разбились на кучки по интересам и общались между собой. Не знаю на какое торжество рассчитывал Вельский, но в семейном кругу было бы атмосфернее. А так это был обычный званый ужин, на котором решались деловые вопросы, заключались сделки и плелись интриги.

– Вы видели в каком платье на церемонию пришла Виолетта Юрьевна? – воскликнул Шмелёв, подойдя к нам с Настей. – Вопиющий инцидент!

Я проследил за взглядом начальника станции скорой помощи и увидел женщину лет пятидесяти в голубом вечернем платье, украшенном крошечными драгоценными камнями, отчего оно сверкало на свету.

– Аристарх Феофанович, а что с ним не так? – полюбопытствовал я. – Оно не белое, как у невесты, и не выглядит вызывающим.

– Вы явно не знаете этой истории. Елизарова – известная на весь Дубровск предсказательница. Она часто бывает на светских мероприятиях и отметилась как скандальная личность. В последний раз её выгнали с торжественной церемонии свадьбы Лебедевых опять же из-за платья.

– Да что с ним не так? Не томите, Аристарх Феофанович, вы нас заинтриговали, – подключился к беседе Шеншин.

– Суть в том, что некоторые люди предсказателей принципиально не слушают. Не потому, что сомневаются в их даре, а потому, что попросту не хотят знать будущее. И тогда Виолетта решила своим внешним видом делиться предсказаниями с окружающими, даже если они не хотят этого. К тому же, таким образом она привлекает внимание к себе и своим предсказаниям. Молодёжь строит догадки, разгадывает её намёки и таким образом устраивает ей дополнительную рекламу.

– И о чём говорит её внешний вид? – заинтересовался я.

– Она пророчествует крах союзу Вельского и вашей матушки. Все три свадьбы, на которых видели Елизарову в этом платье, в конечном счёте привели к размолвке.

– И вы верите в эту чушь?

– Можно верить, можно не верить, но факт остаётся фактом – такое поведение на свадьбе недопустимо, – уверенно заявил мужчина.

– Полностью вас поддерживаю, – согласился я.

Теперь нужно было избавиться от этой гостьи как можно скорее, пока мать не увидела её. Не знаю что ждёт их с Вельским впереди, но она у меня человек мнительный, и непременно начнёт себя накручивать. А вообще, я бы не хотел знать свою судьбу наперёд и никому бы такого не пожелал. Зачем тогда бороться и стремиться к чему-то, если знаешь, что попытка заранее обречена на провал? Конечно, у сильных духом может появиться стимул идти наперекор предсказанию и менять мир на свой лад. К примеру, я не собирался слушать никакие предсказания и твёрдо решил жить своим умом. Может, это и неправильно, но это мой осознанный выбор. Но предсказательница всё равно исчезнет отсюда хочет она того или нет, и я даже знаю как всё устроить.

Когда Елизарова проходила мимо, я случайно столкнулся с ней и выплеснул гранатовый сок на её вечернее платье. Женщина замерла от удивления и уставилась на меня такими глазами, словно я сунул ей в руки бомбу с зажжённым фитилём. Хотя, даже бомба была бы для неё не настолько ужасным случаем.

– Куда вы смотрите? – вспыхнула она.

– Неужели вы не могли этого предсказать? – удивился я. – Вы же провидица. Выходит, слухи о ваших способностях преувеличены?

Женщина закрылась руками и помчалась к выходу, пока её никто не увидел в таком виде. Да, сейчас я нажил себе ещё одного врага. Пусть так, но я никому не позволю паразитировать на своём семействе.

Только я успел разобраться с Елизаровой, как объявился Мадьяров. Интересно, у него нюх на происшествия, или он специально искал меня?

– Кирилл Витальевич! Приятно, что вы нашли время посетить наше семейное торжество, – произнёс я, пожимая руку важному гостю. Уверен, Вельский не звал его, но кто откажет такому человеку?

Начальник имперских ищеек молча покивал головой и даже не посмотрел мне в глаза, рыская взглядом по собравшимся гостям.

– Вы кого-то ищете?

– Что? А, вы об этом… Нет. Точнее, ищу одного своего знакомого.

– Его, случайно, не Дмитрием зовут? – ухмыльнулся я, прекрасно понимая зачем мужчина явился сюда. Ему плевать было на церемонию и праздник. Он рассчитывал, что Потехин не пропустит такое событие и непременно даст о себе знать.

– Вы на зависть проницательный молодой человек, Николай. Иногда даже слишком, – ответил мужчина.

– Вы всерьёз решили, что он лично явится сюда?

– Ты разве не понимаешь? Он игрок! Он не может иначе. Азарт и желание получить очередную долю адреналина, водя соперников за нос, прошмыгнув у них перед самым носом, подстёгивает его и толкает на безумные поступки. Вероятность, что Дмитрий появится здесь невероятно высока.

– Знаете, я не удивлюсь, если он попытается устроить какую-нибудь подлость, но чтобы появиться самому… Нет, слишком нелепо.

– Вы слишком узко мыслите, – покачал головой мужчина.

Конечно! Кто раскрыл с дюжину преступлений и вывел негодяев на чистую воду? Наконец, кто дважды срывал планы величайшего злодея всея губернии? Уж явно не Мадьяров и его сыщики. Я не стал отвлекать Кирилла Витальевича от работы, предоставив ему возможность свободно перемещаться по залу, а сам сконцентрировался на происходящем.

Незамужние девушки собрались, чтобы побороться за букет невесты, но всё решилось неожиданным образом. Мать не стала бросать букет, а просто передала его Веронике.

– Дамы и господа, прошу минуту вашего внимания! – произнёс Лёня, выйдя в центр зала. – Я хочу сделать предложение девушке, которую безумно люблю и не представляю своей жизни без неё…

Я стоял с Настей и почувствовал, как она взяла меня за руку и улыбнулась.

– А твой брат умеет быть романтичным, – произнесла она. – А с виду и не скажешь. Он всегда такой задорный, иногда даже грубоватый. Выходит, любовь меняет людей.

И не только любовь. Я-то знаю как долго Лёня репетировал эту речь, и сколько раз он тренировался на мне. Верно говорят, что лучший экспромт – это хорошо отрепетированная сцена.

Гости праздника поддержали аплодисментами речь Лёни и поздравили их с грядущей свадьбой, но на этом сюрпризы не закончились.

– Друзья, я знаю, что ещё одна девушка давно ждёт предложения, и сегодня для неё также особенный день.

Вероника подошла к Рине и вручила букет ей.

– Это не только мой праздник, но и твой, – произнесла девушка, а теперь слово взял Пётр.

Вот это стало неожиданностью даже для меня. Знаю, насколько долго Рина ждала это предложение. В какой-то момент мне даже показалось, что она ответит отказом, но девушка собралась с силами и ответила: «Да!»

– Ник, мне туфли невыносимо давят, – пожаловалась Настя.

– Натёрла? Ты ведь разнашивала их неделю назад, всё было в порядке.

– Нет, ноги отекли. Я уже не могу дождаться момента, когда смогу разуться.

Я хотел помочь и снять отёчность, а заодно утолить боль в пояснице, но жена сделала это раньше. Всё-таки она у меня догадливая.

Праздничную часть вечера мы практически пропустили. Пока Настя сидела за столом, отсчитывая минуты до окончания праздника, я пробежался по залу и перекинулся парой слов с теми, кто мог быть интересен нашей клинике.

– Ну, Павловы! Решили всех переженить! – рассмеялся Бердников, пожимая мне руку.

– Мы долго тянули, – ответил я, вспоминая отношения Лёни с Вероникой и Петра с Риной.

– Слушай, ваши зелья – настоящее чудо. Я узнавал об аналогах. Так, чисто ради любопытства, и оказалось, что нигде в открытом доступе их не найти. Признавайся, как ты заполучил рецепт и наладил производство?

– Коммерческая тайна, – развёл я руками.

– Понимаю. И даже для старого друга не можешь её нарушить?

Вот так друг сыскался! Когда требовалась помощь, этот «друг» умыл руки и отказался помочь, а как появился интерес, сразу подмазывается.

– Знаешь, я уже жалею, что отказался от твоего предложения. Ещё есть шанс вложиться в ваше дело?

– Боюсь, все доли уже поделены, – ответил я, без всякой жалости наблюдая за тем, как улыбка сползает с лица Бердникова. – А вот, кстати, и наш деловой партнёр.

Я улыбнулся и помахал рукой Галецкой, которая только пропустила торжественную часть и приехала на сам праздник. Нужно было видеть лицо Бердникова, потому как он вмиг осознал собственную ущербность. Куда ему тягаться с Анной? Это совсем другой уровень. Думаю, состояние Ярской бизнес-леди на порядок больше, чем у любого из наших местных аристократов. Такие выводы можно сделать хотя бы потому, что никто из них не смог найти нужной суммы, чтобы помочь клинике.

– Анна! – произнёс я, вежливо кивнув женщине. – Приятно, что вы нашли время посетить наш семейный праздник.

– Ник, ваши масляные экстракты – это нечто потрясающее! – призналась женщина, едва заметив меня. Она даже пропустила моё приветствие мимо ушей и сразу перешла к делу. – Я раздала все двадцать флаконов и уже через пару дней получила заказы на долгосрочные поставки от шестнадцати человек. Ты понимаешь, что нам нужно организовать бесперебойную работу лаборатории? Мы совершим открытие в мире целительства, которое позволит людям сохранять жизненные силы и проживать каждый миг на полную!

Глаза Галецкой сияли, и мне казалось, что она была готова на невероятные поступки. Ещё никогда эта рассудительная и спокойная женщина, умеющая контролировать себя, не представала передо мной в таком виде. На самом деле, мы не сделали открытие. Увы, нас опередили ещё пару сотен лет назад. Мы просто пришли к тому же, до чего додумались и величайшие умы прошлого.

– Ник, я не ошиблась, когда попросила Мадьярова привезти тебя в Яр, – произнесла женщина. – Жаль, конечно, что ты женат. С твоим талантом, моими деньгами и умениями управленца мы могли бы достичь многого.

– А разве для этого непременно быть мужем и женой?

– На что ты намекаешь? – заулыбалась женщина.

– Мы можем быть коллегами.

– Слово «партнёры» мне больше нравится, – хитро сощурилась женщина.

– А меня это не устраивает.

Галецкая нахмурилась, а в её глазах промелькнуло недовольство.

– Ты уже второй раз отвергаешь меня, Павлов, – заметила она.

– Я прекрасно знаю, что это плохая идея.

– С чего ты так решил? – нахмурилась женщина, но не получив ответа, сменила тему. – Хорошо, вернёмся к нашему делу. Я хочу, чтобы через неделю у меня были шестнадцать порций этого вашего зелья. И ещё, я хочу, чтобы ты открыл клинику в Яре.

А неслабо эта женщина замахнулась. Сегодня Яр, а завтра и Москва? Чувствую, аппетиты у неё растут несоизмеримо с нашими возможностями. Как бы не надорваться. Мы ведь ещё не столкнулись с сопротивлением, а оно будет. Как со стороны конкурентов, так и со стороны тех, кто захочет попросту отжать наш бизнес.

– Исключено. У меня есть договор с Вельским, и я останусь директором в его клинике.

– Что же поможет тебя уговорить? Может, мне продать свою долю? Например, Федину… Было бы забавно посмотреть на ваши лица, когда вам придётся вместе решать свои проблемы. Но зато тебя ничто не будет держать в Дубровске.

– Не верю, что ты откажешься от такого лакомого куска. Клиника сейчас стоит меньше сотни миллионов, но уже через полгода удвоит свою стоимость, и ты это прекрасно понимаешь.

– Ты ведь понимаешь, что деньги для меня ничего не значат? – рассмеялась Анна. – Их у меня столько, что потерю пары десятков миллионов я могу пережить.

– Но ты ни за что не откажешься от удовольствия получить вес в обществе, потому как зелья может производить только наша клиника, а значит, ты будешь на хорошем счету у аристократов. Да что там, с этими зельями можно смело идти в Москву к самому императору. И такой шанс прославить свой род ты точно не упустишь.

– Ты умный, Павлов, – покачала головой Галецкая. – Возможно, даже слишком, чтобы связываться с тобой. Единственная глупость, которая не даёт тебе возвыситься – маниакальная одержимость честью и принципами. Договоры связывают тебя по рукам и ногам, не позволяя взлететь.

– Если моё слово ничего не будет значить, тогда какой смысл от всего остального, за что я берусь?

– Так что насчёт клиники? Если не захочешь перебираться в город побольше вашего Дубровска, я сама найду персонал.

– Нет, в этом деле я тебе не помощник. Предпочту заняться теми делами, которые удаются мне лучше всего – лечить людей и управлять клиникой.

– Смотри, Ник. Если не поможешь мне открыть клинику, я сделаю это без твоего участия и переманю всех клиентов в Яр. Поверь мне, сделать это куда проще, чем тащить аристо из Яра в Дубровск.

– Уверен, у вас ничего хорошего не получится. По крайней мере, в долгосрочной перспективе вам не удастся составить конкуренцию нашей клинике. У истоков должен стоять грамотный целитель, который знает потребности каждого сотрудника, начиная от уборщиц, и заканчивая главным целителем больницы. Без этих знаний проект обречён на провал. Казалось бы, это мелочи. Достаточно найти целителей, помещение, оборудование, поставить во главу эффективного менеджера и… Можно подсчитывать убытки, потому как далёкий от целительства человек не может предусмотреть всех мелочей, а они значат очень многое.

Мы не дождались окончания вечера, потому как Настя жутко устала, а боль в спине превысила все мыслимые пределы. Решив не мучить её, я увёз жену домой. И только сидя в машине осознал какие всё-таки ничтожные бывают люди. Ради влияния и веса в обществе они готовы предавать, обманывать и создавать проблемы. Разве ради этого я пришёл в этот мир? Нет, я лучше останусь в Дубровске и буду помогать всем, до кого дотянусь, чем переступлю через свои принципы и переберусь в Яр. На жизнь мне хватает, а Павловы скоро станут одной из самых уважаемых семей в городе. Не за свои деньги. Нас будут уважать за поступки.

Глава 9
Расплата

Мы не остались до конца вечера, потому как Настя жутко устала, и я решил отвезти её домой. Разумеется, возвращаться одному было нелепо, поэтому я остался с беременной женой. Первые ласточки, вернувшиеся с праздника, появились часа через два.

– Ты слышал? – выпалил Лёня, ворвавшись в дом и заметив меня сидящим в кресле.

– Тише, Настя спит наверху, – одёрнул я брата.

– Они уехали!

Казалось, брат пропустил мои слова мимо ушей, но говорил уже немного тише.

– Кто уехал?

– Мать и Вельский. Вы уехали раньше и не слышали самого главного. В самом конце он заявил, что уходит от дел и передаёт бразды управления клиникой полностью в твои руки. Он искал тебя глазами в толпе, но тебя нигде не было. Конечно, это был сильный удар по репутации.

– Ему следовало сперва найти меня, прежде чем выступать с речью, – пожал я плечами. Снова Вельский действовал импульсивно и самоуверенно, и в очередной раз это его подвело. И надолго они уехали?

– Не знаю, возможно, навсегда. Сначала поедут в Германию проведать сына Вельского, затем в Милан, Париж, Лондон… Остальные города я даже не запомнил.

Понятно, на старости лет молодожёны решили наверстать упущенное и увидеть мир.

– В любом случае, я уверен, что поездка не затянется дольше полутора месяцев.

– С чего ты так решил? – удивился Лёня.

– Мать ни за что не упустит возможности увидеть внука, а Насте меньше, чем через два месяца рожать.

– Хм, ты прав, – Лёня заметно успокоился, но я видел, что он потрясён случившимся. Брат не привык к тонким ходам и неожиданным поворотам. Он прямой и решительный человек. Такой тоже нужен Павловым, но использовать его в хитрых комбинациях не выйдет.

– И потом, я уверен, что она часто будет проводить время у нас, чтобы понянчиться с внуками. У вас с Вероникой ведь тоже скоро родится ребёнок. Сколько не старайся взять на себя часть обязанностей, любая помощь пригодится.

Настя с Вероникой здорово сблизились за последнее время. У них появились общие интересы, и теперь они часто гуляли, пока мы с Лёней работали. Я был только рад такому повороту событий. Во-первых, семья будет крепче, а во-вторых, у Насти наконец-то появилась подруга, с которой она могла бы поболтать обо всём на свете.

В клинике уход Вельского от дел восприняли тяжело. Владислав Гаврилович был единоличным основателем и владельцем клиники, и теперь, спустя столько лет, решил оставить своё детище. Только мы оправились от финансовой проблемы, как получили другую, которая может быть куда страшнее. Упадок духа и неуверенность разрушили не один даже самый сплочённый коллектив. И теперь мне нужно сплотить всех вокруг себя.

С новичками особых проблем не возникало, они были уверены во мне, а вот со старожилами было всё куда сложнее. Многие из них были не только старше меня, но и могли похвастаться солидным практическим опытом, которого у меня не было. Из старой гвардии один только Фаворский был восхищён моей работой благодаря тому, что я уделял много внимания лаборатории и смог сделать ей поистине полезной и востребованной. Но на одной лаборатории, увы, не выедешь, поэтому нужно завоёвывать поддержку целителей.

С самого утра я собрал совещание, на котором и объявил о решении Вельского. Как я и предполагал, Владислав Гаврилович в клинику не явился, поэтому разгребать последствия его решений придётся мне.

– Михаил Игнатович, как идёт работа над второй партией зелий?

– поинтересовался я, давая слово заведующему лабораторией.

– В процессе. Основная часть работы сделана, в скором времени они будут готовы к реализации.

– Отлично. Дамы и господа целители, справляетесь с нагрузкой?

– Легко, – отозвался Зиновьев.

– Саша, в вас я и не сомневался. Постарайтесь только снизить количество жалоб у пациентов. Если в государственной больнице жалуются в основном, чтобы выплеснуть негатив, а персонал зачастую вообще не виноват, то в частной клинике ситуация несколько иная. Когда пациент платит деньги за приём, он хочет получать качественную помощь. Не только лечение, но и обслуживание. А это начинается со входа в клинику.

– А мы что? Мы всегда вежливы с пациентами, – встрепенулась Маргарита, чувствуя, что я задел её зону ответственности. – В зале ожидания пациенты получают бесплатный чай, могут почитать свежие газеты и зарядить телефоны. Время приёма не нарушаем, поэтому никто не ждёт подолгу, только если не придёт заранее.

– Молодцы! За работу!

Сегодня я и сам планировал поработать на приёме, о чём предупредил администратора, но в мои планы совершенно неожиданно вмешался случай в лице человека, которого я никак не ожидал сегодня увидеть в клинике.

– Работаешь? – задал совершенно нелепый вопрос Мадьяров, ворвавшись в мой кабинет без стука.

– А разве не заметно?

– Я думал, после вчерашнего веселья ты из кровати раньше полудня не выберешься.

– Стараюсь соблюдать режим. Как целитель, рекомендую, – ответил я, заметив чёрные круги под глазами начальника имперских ищеек. Судя по всему, за эту ночь он практически не спал, и с самого утра взялся за работу. Может, он даже не возвращался в Яр.

– Уснёшь тут, – проворчал мужчина. – Мне тут Елизарова такой дряни предсказала, что сразу и не соберёшь мысли в кучу.

– Когда только успела?

– Ещё до того, как ты вылил на неё содержимое своей чашки, – заметил Мадьяров.

– Кирилл Витальевич, как целитель, я рекомендую вам поспать. Если нужно, у меня есть кабинет со свободной кушеткой.

– А ты гостиницу открыл на базе клиники? – рассмеялся сыщик. – Нет, я сегодня намерен поставить точку в одном затянувшемся деле, которое никак не могут расследовать мои оболтусы. Появились кое-какие материалы по делу с умершим пациентом.

Кирилл Витальевич, уставился на меня, словно я должен был сам ему рассказать новости.

– И? – поинтересовался я, не выдержав игры в молчанку.

– Я хочу пообщаться с Сомовым, а заодно и с главным целителем их больницы.

– В таком случае, вы ошиблись адресом. Их клиника через дорогу.

– Павлов, я никогда не ошибаюсь, – сурово произнёс начальник имперских ищеек. – Идём со мной, мне нужен человек, который сможет вывести этих типов на чистую воду. Ты ведь можешь узнать когда они врут.

– Боюсь, вы не можете использовать меня для этой цели, потому как я заинтересованное лицо.

– Похвально, что ты это понимаешь, – заулыбался мужчина. – Именно поэтому я и хочу взять тебя. Не потому, что доверяю тебе. Нет. Человек на моей должности не имеет права доверять никому. Если ты заметишь, что они лгут, я использую свой дар. И тогда, если ты ввёл меня в заблуждение, я заставлю тебя раскаяться, потому как духовник всегда узнает правду.

Оказалось, Мадьяров приехал сюда не один. На улице нас ждали две машины имперских ищеек, а возле клиники Федина крутились бойцы службы безопасности. Судя по всему, они узнали нечто такое, что заставило их сорваться с места. Что удивительно, Короткова среди них не было.

– Злобнин, Кайданов, со мной! – скомандовал начальник службы безопасности и перевёл взгляд на меня. – Павлов, ты тоже идёшь!

Появление нашей четвёрки в клинике вызвало настоящий переполох. Ворвавшись в главный зал, Мадьяров объявил, что на сегодня клиника закрыта и приказал всем посетителям покинуть помещение. Первым делом мы направились к Сомову, чей кабинет находился сразу рядом со стойкой администратора.

– Господа, чем обязан? – произнёс Сомов, увидев на пороге нас с Мадьяровым. – Позвольте, я угадаю: Павлов сочинил о нас очередную байку, и натравил вас?

– А разве я похож на цепного пса, которым нужно пугать жертв? – удивился Мадьяров.

– Прошу прощения, я не это имел в виду, и не хотел вас обидеть, – залепетал мужчина, вмиг растеряв уверенный настрой.

– Господин Сомов, сообщите администратору, что на сегодня вы заканчиваете приём. Вы арестованы.

– Позвольте, это какая-то ошибка… – произнёс мужчина, поднявшись из-за стола. – Ко мне записаны пациенты, и потом, я не сделал ничего дурного…

– Вы обвиняетесь в убийстве человека по неосторожности.

Сомов дёрнулся, но уже в следующее мгновение рухнул на пол и задёргался в конвульсиях.

– Что вы делаете? – закричал я и бросился к целителю, верно догадавшись, что происходящее – дело рук Мадьярова.

– Он пытался достать что-то из-под столешницы, а я не намерен рисковать. Общаясь с сотрудниками имперской безопасности нельзя делать резких движений.

Оказалось, что мужчина пытался нажать тревожную кнопку. Но какой в этом смысл? Охрана всё равно не стала бы вступать в конфликт с бойцами имперской службы безопасности – себе дороже.

– Он хотел предупредить остальных, – догадался сыщик. – Где Федин?

– Наверху… – прохрипел целитель, который всё ещё не пришёл в себя.

– Злобнин, займись им! Остальные за мной, – скомандовал Мадьяров и помчался по ступенькам наверх. Поразительно легко, как для человека, практически не сомкнувшего глаз этой ночью.

– Где Федин? – рявкнул начальник имперских ищеек, ворвавшись в кабинет секретаря.

– Уехал, – выпалила девушка, с ужасом глядя на пистолет в руках Мадьярова.

– Несколько минут назад был ещё здесь, а теперь уехал?

Кирилл Витальевич направился в кабинет директора, но внутри никого не оказалось.

– Где потайной выход? Говори, быстро! – приказал духовник, а я почувствовал, как мимо меня пронеслась волна ментальной энергии, ударив в секретаршу. Мадьяров не гнушался пользоваться даром для получения нужной ему информации. Это был тот самый случай, когда имперские ищейки действовали чётко и слаженно.

– Подвижный шкаф в центре стены… – с трудом выдавила из себя девушка. – Активация через кнопку под столешницей.

– Ушёл, – прорычал Мадьяров, кинувшись к столу Федина. – Павлов, делай то, ради чего я сюда тебя позвал!

– Для чего же? – поинтересовался я, потому как моё присутствие при этом безобразии пока мне было непонятно. Пока начальник имперских ищеек метался по кабинету, я направил успокоительную волну на нервную систему девушки и залил в неё немного целительной энергии. Она здорово перенервничала, а последствия после использования дара духовника ещё предстоит оценить. Настолько грубое и бесцеремонное подавление воли не проходит бесследно.

– Используй видение жизни! – скомандовал начальник имперских ищеек.

Вот оно что! Мадьяров у не нужны мои способности к исцелению, он надеется, что я смогу обнаружить затаившегося беглеца. Или хотя бы указать ему направление, где нужно искать.

– Крыша, – ответил я, когда обнаружил сильную энергию. Силуэт медленно удалялся от нас, поэтому нам следовало поспешить.

– Ходу!

Мадьяров не стал рисковать и устремляться в потайную дверь следом за Фединым. Тот мог оставить неприятный сюрприз, чтобы прикрыть отступление. Раз беглец находится на крыше, куда проще подняться туда по лестнице и попытаться его схватить.

Подъём занял у нас всего пару минут. Кирилл Витальевич не церемонился и попросту расстрелял навесной замок, висевший на крышке люка.

Мы оказались на чердаке и осмотрелись. К тому времени я уже потерял силуэт Федина. Видимо, он удалился достаточно далеко, чтобы исчезнуть из моего поля зрения. И так чудо, что я смог его обнаружить.