Текст книги "Фаза Быстрого Сна (REM) (ЛП)"

Автор книги: Себастьян Фитцек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

– Прости, но сейчас я тебя не выношу, – сказала Алисé со слезами на глазах и направилась к двери.

– Пожалуйста, Алисé! Дай мне объяснить! – Нико рывком сел, но в следующую секунду пронзительная боль в голове швырнула его обратно на кровать.

– Тут нечего объяснять… – услышал он безжизненный шёпот Алисé.

Он поднял голову и не смог осмыслить увиденное. Он понимал, почему она вдруг замерла в растерянности. Видел, как она снова и снова дёргает дверную ручку.

Но понимал ровно столько же, сколько и она: почему они вдруг оказались заперты.

ГЛАВА 34.

Амир.

– Эй, ну наконец-то! Я тут уже задницу себе отморозила, – сказала Дани, когда Амир вошёл в люкс 113 – комнату, которую они выбрали для съёмки с Алисé и Нико.

Дани как раз устанавливала софит и явно искала розетку.

– Ты где так долго пропадал? Вы что, уже их вырубили? – спросила она, дрожа от холода.

Неудивительно. Ни грамма жира – никакой теплоизоляции.

Амир покачал головой.

– Нет, до этого не дошло. Майк ещё в холле?

– Ну, если он не был с тобой, то этот лентяй наверняка до сих пор торчит в кресле и «сторожит» выход, – ответила Дани, и в её голосе отчётливо звучало раздражение на своего парня.

Скорее всего, она одна перетаскала всё оборудование из фургона наверх.

– Они, похоже, брат и сестра, – сказал Амир и объяснил, что подслушал разговор Нико и Алисé – тот назвал её «сестрёнка».

Настроение Дани мгновенно переменилось.

– Становится всё интереснее! Эти двое – просто находка. Нам повезло.

И она была права. Когда жертв связывали родственные узы, это давало куда более безумные показатели кликов, чем обычный материал.

– Но странно, – заметила Дани, положив паяльник на маленький приставной столик.

– Что ты имеешь в виду?

– Я всегда чувствую любовный вайб. Хоть брат, хоть сестра – между ними что-то есть.

– Как скажешь. В любом случае, они теперь именно там, где нам и нужно, – сказал Амир. – Люкс 100, тот самый – с заколоченными окнами и большим камином на противоположной стене. Я запер их!

– И как ты их туда заманил? – Дани ухмыльнулась.

– Они, считай, сами выбрали эту комнату. Без шуток. У Нико случился какой-то обморок, и Алисé не знала, куда его деть. Идеальный момент, чтобы загнать их внутрь.

– У него вышибло пробки? – удивлённо переспросила Дани.

– Можно и так сказать. – Амир пожал плечами. – Если хочешь, можешь сейчас позвать Майка, и вы пока их усыпите и свяжете.

Он бросил ей ключ, которым недавно отпер, а затем снова запер комнату. Недострой не недострой, но одно нужно отдать этой развалине – доска с ключами на ресепшене была в идеальном порядке.

– А ты не пойдёшь с нами?

– Хочу кое-что испытать, – сказал он и показал ей очки.

– Это ещё что за штуковина?

– Я и сам не до конца уверен.

Амир рассказал Дани о тайном медицинском крыле, которое Нико и Алисé обнаружили в выгоревшем корпусе рядом со спа.

– Клиника? – недоверчиво переспросила Дани. – И после того, как Нико их надел, он потерял сознание?

Амир кивнул.

– Обалдеть, – выдохнула она. – Здесь и правда проводили эти чудовищные эксперименты?

Одна лишь мысль об этом, похоже, её возбуждала.

– Вы мне не верили, когда я рассказывал о слухах вокруг «Де Виля», верно? А они оказались правдой. Отель на самом деле был клиникой. Я своими глазами видел лабораторию сна. Значит, скорее всего, и та жуть с инъекциями в глаз и зверски убитыми пациентами – тоже не выдумка.

– Тогда нам надо снимать там, внизу, – предложила Дани. – Придётся, конечно, всё заново расставлять, но оно того стоит. Наконец-то по-настоящему аутентичная атмосфера ужаса! Террор-порно в тайном клиническом крыле. Прямо как в том фильме… – она на мгновение задумалась, – …«Дом ночных призраков». Там тоже были научные лаборатории в подвале!

– Такое или похожее есть в куче хорроров, – заметил Амир. – «Зеркала», «Эффект Лазаря», «Искатели могил», «Сессия 9», «Дом 1000 трупов»… – перечислял он, подключая тем временем очки к зарядному кабелю.

Он не был уверен, что увидит через мгновение, но любопытство было слишком велико, чтобы противиться. Он должен был их испытать.

– Может, задержишься ещё на минуту? – предложил Амир.

– Ладно, – сказала Дани и сделала шаг ему навстречу.

Она будет чем-то вроде его страховки – на случай, если с ним произойдёт то же, что и с Нико. Тот явно не мог снять очки без посторонней помощи. Его напарница по съёмкам не бросит его валяться без сознания и уж тем более не оставит беспомощным в этом жутком отеле.

– Можно мне их посмотреть? – спросила она, протягивая руку к устройству.

– Конечно, – ответил Амир, – сразу после того, как я их протестирую!

ГЛАВА 35.

Алисé.

– Эй!!! Откройте! – кричала Алисé, но тяжёлая деревянная дверь словно поглощала её крики.

Снова и снова она обрушивала кулаки на дверное полотно. Эта нежданная возможность выплеснуть напряжение пришлась как нельзя кстати. Хотя её кулаки с тем же успехом могли сейчас обрушиться на тело Нико.

Как он мог так со мной поступить?

– Алисé, успокойся. Это бесполезно, – сказал Нико с кровати.

– Только не говори мне успокоиться! Только не ты! Уж кто угодно – но не ты!

Несмотря на опасность, Нико по-прежнему выглядел сонным. В отличие от неё. Её тело было на пределе. Ярость, разочарование и адреналин хлестали по нервам, как электрический ток. Холод сменился обжигающим жаром.

– Это наверняка те уроды. Дани, Майк, Амир. Какого чёрта они о себе думают? – проговорила Алисé скорее себе, чем Нико, и подошла к окну. – Если они считают, что могут вот так просто нас запереть, они крупно ошибаются.

Она рывком отдёрнула тяжёлые портьеры.

– Серьёзно?

Руки бессильно упали вдоль тела. Ловцы снов на окнах её уже не удивляли, но массивные доски, которыми окна были заколочены, – это было другое. Щели между досками оказались настолько узкими, что сквозь них едва угадывался лес.

– Чёрт! – выругалась Алисé и заметалась по комнате. – Я с самого начала им не доверяла! Нам вообще не стоило садиться в этот чёртов фургон ужасов.

– Зачем кому-то из них нас запирать? – бессильно спросил Нико.

– Понятия не имею! Может, ты мне скажешь? Может, ты и в другом мне врёшь?

– Алисé, пожалуйста… – попытался он, но она его проигнорировала и продолжила осматривать комнату.

Может, если швырнуть кресло в дверь?

Она подошла к обитому бархатом сиденью.

Слишком тяжёлое.

– Что ты делаешь?

– Мне нужно что-то, чем я смогу эту дверь…

– Чем – что? – не понял Нико.

Алисé направилась к массивному камину в дальней части люкса. Он казался непропорционально огромным для этой комнаты – такой мог бы обогреть целый дом.

Этим должно получиться.

Она схватила кочергу и вернулась к двери. Решительно вогнала железный крюк в щель между дверным полотном и рамой и навалилась всем телом.

– Может… я… смогу… отжать, – выдавила она сквозь стиснутые зубы.

Дерево рамы затрещало, расщепляясь, но дверь намертво сидела в петлях.

– Подожди, я помогу, – сказал Нико, но едва приподнялся, как тут же рухнул обратно. – Что со мной происходит? – пробормотал он заплетающимся языком.

В тот самый миг, когда Алисé снова вставила кочергу между дверью и косяком и налегла изо всех сил, кто-то с той стороны ударил в дверь с такой яростью, что кочерга вылетела и загремела по полу.

Ошеломлённая мощью удара – кто бы это ни был, он бросился на дверь всем телом, – Алисé отступила на шаг.

Пульс взлетел до небес: неизвестный снова и снова обрушивался на дверь.

– Нико? – испуганно пролепетала Алисé.

Дерево косяка трещало, и если ещё несколько секунд назад она отчаянно мечтала об этом звуке, то теперь молила лишь об одном – чтобы дверь выдержала.

Она оглянулась на Нико. Его глаза были открыты, но он явно почти не осознавал происходящего.

Алисé почувствовала, как капли пота выступают на лбу и по коже головы, стекают по лицу.

Дерево раскалывалось.

Ей казалось, что за дверью бушует стадо диких зверей.

Алисé подхватила кочергу. Кто бы ни ворвался – она не собиралась стоять безоружной.

Она находилась в центре комнаты, когда это произошло.

Дверь слетела с петель и рухнула буквально к её ногам. И тогда она увидела перед собой разъярённые лица тех самых быков, которые сегодня утром уже вышибали одну дверь.

Дверь её соседа – Эдди Йегера.

ГЛАВА 36.

Амир.

Амир только-только устроился на обитой алым бархатом кушетке, когда в комнату ворвался Майк.

– Вы это слышали? – Майк едва переводил дух.

– Что именно? – спросила Дани, раскинувшись на широченной кровати с балдахином, на котором покачивался большой ловец снов.

– Грохот наверху! Вы что, оглохли?

Амир пожал плечами. Дани тоже.

– Похоже, кто-то дверь вышибает!

– А, это. – Амир отмахнулся. – Это наши голубки-близнецы. Я запер их в люксе на другой стороне этажа. Но не волнуйся – двери там массивные. Лучше взгляни сюда… – Он кивнул на очки.

– Что это? И что за голубки-близнецы? – Майк переводил взгляд с Амира на Дани и обратно.

– Сядь уже! – прошипела Дани. – Мы пытаемся разобраться, на что эти очки способны.

– Ладно, как скажете. – Майк опустился на кровать рядом с Дани, и та тут же прижалась к нему.

– Они совсем не выглядят такими старыми, какими должны бы быть, правда? – сказал Амир, разглядывая находку внимательнее. Его заинтересовало маленькое колёсико на оправе.

Может быть, для настройки резкости?

Он надел очки, посмотрел на Майка и Дани и повернул колёсико.

– Ни хрена себе! – вырвалось у него. Пальцы закрутили колёсико быстрее.

– Да что там?! – не выдержал Майк.

– Тут можно выбрать дату!

– Какую дату?

– Понятия не имею. Возьму наугад – прошлую неделю.

– Прошлую неделю? – недоверчиво переспросила Дани.

Линзы потемнели, и Амир уже не мог разглядеть сквозь них ни кровати, ни друзей.

– Как это вообще возможно – получить данные за прошлую неделю, если лаборатория внизу пустует десятки лет? Эти очки что, обновились сами по себе за все эти годы? Тут же даже Wi-Fi нет!

И она была абсолютно права.

С помощью колёсика Амир зафиксировал на экране перед глазами нужную дату. То, что последовало, он не мог объяснить при всём желании.

Он увидел себя со стороны, словно в кино. Обезумевший от страха, он бежал по тёмной улице, то и дело оглядываясь – будто кто-то преследовал его. Вокруг – ни души. Он метнулся во двор заброшенного фабричного корпуса, дёргал одну дверь за другой, но все были заперты.

Внезапно он услышал шаги. И зловещий горловой хрип, приближавшийся с каждой секундой. Бесшумно он юркнул за контейнер. Щель между контейнером и стеной здания была нелепо узкой – не шире ладони. И всё же ему удалось втиснуться в этот зазор.

Шаги приближались. Он слышал, как колотится его собственное сердце. Горловой хрип теперь напоминал скорее удушье. И он был совсем близко.

Амир хотел вдохнуть, но в щели было слишком тесно. Грудную клетку сдавливало, и в тот миг, когда удушье стало невыносимым, шаги замерли. Длинная тень легла сначала на контейнер, затем накрыла его самого.

Пять иссохших серых пальцев, похожих на мёртвые ветви, просунулись в щель. Амир хотел закричать, но из горла не вырвалось ни звука. За мгновение до того, как пальцы дотянулись до него, он зажмурился.

Когда открыл глаза – снова стоял на улице.

Он бросился бежать. И всё началось сначала. Двор, контейнер, горловой хрип, иссохшие пальцы.

Как это возможно? Что я только что видел?

Всё это ощущалось как кошмарный сон.

Амир мотнул головой, потянулся к колёсику и выставил другую дату – день своего рождения. Посмотрим, что очки покажут теперь. То, что последовало, сковало его.

– Чёрт, – только и выдавил он. Больше не смог произнести ни слова. И он понял: то, что показывали ему очки, – это его собственные сны. Потому что то, что развернулось перед ним сейчас, было ему до боли знакомо.

Он не заметил, как участилось дыхание. Как грудь начала вздыматься всё быстрее, не почувствовал пот, выступивший на лбу. Все эти ощущения затмило чудовищное отвращение к самому себе, обрушившееся вместе с потоком образов.

Машина скорой помощи. Множество детей. Выпотрошенные и выброшенные. И всё же – снова живые – они шли к нему, чтобы…

– А-а-а, чёрт! – заорал Амир, когда Дани сорвала очки с его головы.

– Ты в порядке? Что ты видел? – осторожно спросила она. Сидя по-турецки на кровати с очками в руке, она смотрела на него с таким же растерянным выражением, как и Майк рядом с ней.

– Худшие кошмары, – простонал Амир.

Все эти дети, погибшие по моей вине. Снова и снова они вламываются в мою голову. Находят всё новые способы терзать меня.

Словно в трансе, он молча вышел из люкса. И через несколько шагов за закрывшейся дверью рухнул без сознания.

ГЛАВА 37.

Алисé.

От неожиданности она едва не выронила кочергу. Но перехватила её так крепко, что побелели костяшки пальцев. Готовая защищаться.

Мгновение, растянувшееся в вечность, Алисé и двое громил смотрели друг на друга.

Как вы нас нашли?

Если утром эти двое выглядели угрожающе, то теперь казались ещё массивнее – словно нараставшая ярость физически раздула их мышцы.

Нико тоже вытаращил глаза. Он судорожно пытался подняться, но тело по-прежнему не слушалось.

– Я их видел! – крикнул он.

– Что?! – выкрикнула Алисé, не понимая.

Бычьи громилы были ещё злее, чем прежде, – стихия, готовая смести всё на своём пути. Ничто и никто не смог бы теперь их остановить.

– В очках!

Что бы Нико ни пытался ей сказать – момент был совершенно неподходящий. Быки вот-вот бросятся.

Алисé глубоко вдохнула и отсекла всё лишнее. Только кочерга в руке и решимость – больше ничего не существовало. Она собралась с духом и с криком кинулась на того, что со сросшимися бровями. Со всей силы вогнала остриё ему в массивное бедро – так, что кочерга засела в мышце.

Но громила и бровью не повёл. Словно не чувствовал вообще никакой боли.

На крохотный миг их взгляды встретились, и Алисé пробрала дрожь. Его глаза – будто что-то тёмное, злое заползало ей под кожу.

Он схватил её мясистыми лапами, поднял в воздух и швырнул через всю комнату. Алисé рухнула прямо перед камином. В голове загудело. Она упёрлась ладонями в пол, подняла взгляд и увидела, как громилы надвигаются на Нико. Тот пытался переползти на другую сторону кровати.

– Оставьте его! – закричала Алисé и потянулась к каминному набору рядом с собой. Подставка с грохотом опрокинулась. Зато ей удалось ухватить совок. Тело пронзала боль при каждой попытке встать, но остаться лежать – не вариант.

Неважно, как сильно она ненавидит Нико за то, что он сделал, – она должна ему помочь!

Алисé рывком поднялась и увидела, как один из быков выдёргивает Нико из постели.

– Нет! Нико!!! – её голос сорвался на крик. Кочерга всё ещё торчала из бедра громилы. Эти двое казались неуязвимыми.

В тот момент, когда она уже готова была снова броситься на них с совком, она почувствовала нечто, заставившее усомниться в собственном рассудке.

На долю секунды ей захотелось списать это на боль, адреналин, помутнение от многодневной бессонницы – но пальцы, сомкнувшиеся на её лодыжке, были настоящими.

Откуда?!

В панике она попыталась стряхнуть руку со своей ноги, опустила взгляд – и закричала, увидев перепачканное сажей лицо мальчика лет тринадцати, стоявшего перед ней на коленях.

Он выполз из камина у неё за спиной.

– Он уже потерян! – прохрипел ребёнок, и Алисé окончательно почувствовала, что почва уходит из-под ног. Она оторвала взгляд от невозможного зрелища коленопреклонённого мальчика и снова посмотрела на Нико. На двух быков – один держал её лучшего друга в удушающем захвате, второй задирал его за ноги.

– Если пойдёшь со мной – хотя бы себя спасёшь! – Мальчик тянул её за руку, глядя умоляюще.

Это не реально. Это НЕ МОЖЕТ быть реальным!

Всего лишь защитный механизм сознания. Галлюцинации от бессонницы.

Алисé развернулась, твёрдо решив не сдаваться без боя. Громилы уже тащили Нико из комнаты, как свёрнутый ковёр. Похоже, он снова потерял сознание.

Наконец ей удалось вырваться из хватки мальчика.

Она не бросит Нико. Никогда. Что бы он ей ни сделал.

С совком в руке она рванулась вперёд, готовая, если понадобится, проломить обоим безумцам головы, – и в этот миг ощутила сокрушительный удар по затылку.

А потом стало темно. Черно. И чудовищно тихо.

ГЛАВА 38.

Нико.

Он хотел закричать, но его сжимали так крепко, что в стиснутых лёгких не оставалось воздуха даже для стона. Он ослеп от боли.

Время от времени ему удавалось на мгновение разлепить веки – и тогда он видел, как его волокут по коридорам, переходам и лестницам. Куда-то, где темно и где его крика уже никто никогда не услышит. В этом он был уверен.

Как такое возможно?

Если его не подводило сознание, его и вправду нашли Гарольд и Биг Джино. Но разве они не должны были сидеть в полиции? И почему они не избили его просто так, как в прошлый раз? Или уже избили?

Нико, видимо, снова терял сознание – в тот момент, когда его ударили головой о дверь. Он не мог вспомнить. Как не мог вспомнить и то, что случилось с Алисé.

Хоть бы она успела спастись…

Что-то загрохотало. Он снова открыл глаза и увидел нечто похожее на котельную, только здесь было слишком холодно для котельной. Он уставился на трубы, змеившиеся по потолку и стенам, – мимо чего-то, что в первый миг показалось ему гигантским стальным драконом. Лишь присмотревшись, он распознал в чёрном чудовище разрушенную нефтяную цистерну.

Перед глазами снова потемнело, и он почти перестал чувствовать собственное тело. Рефлекторно сомкнул рот, потому что всё вокруг разом обрело странную студенистую мягкость – словно он погрузился в желе.

Когда он разомкнул губы, понадобилось невероятное усилие, чтобы выкашлять из лёгких слизь – откуда она взялась, он понятия не имел. Он жадно хватанул воздух, и это оказалось ошибкой: воздух нестерпимо вонял. Почти как в будке Барни. Мочой и калом. Старой отмершей кожей. Сгнившими объедками.

Сколько эти двое уже волочили его за руки и ноги? Казалось – целую вечность.

И вот он потерял последнюю опору. Он парил, ощущая приятную невесомость. По крайней мере, на мгновение.

Ощущение оборвалось – резко, безжалостно – и обернулось своей противоположностью. Жгучая боль разлилась по всему телу, когда что-то вонзилось ему в спину и впилось глубоко под лопатки!

Аааааа! Прекратите!

Чистая, абсолютная, совершенная боль пронзила каждую клетку его существа.

Студенистое ощущение исчезло – что-то обмоталось вокруг него так плотно, что тело стало казаться странно неподвижным.

Слишком туго!

Он пытался дышать, но грудная клетка была сдавлена так сильно, что это почти не удавалось. Частыми, поверхностными вдохами он всё же пытался – пока что-то скользкое не протиснулось в рот и не проложило себе путь через трахею вглубь его тела.

ГЛАВА 39.

Амир.

Именно этого он и хотел избежать. Того, что он, как Нико, потеряет сознание после использования очков – и рядом не окажется никого, кто помог бы ему. Именно поэтому он хотел, чтобы Дэни осталась с ним.

Амир сел и потёр голову. Память возвращалась медленно, по крупицам. Он надел очки и увидел кошмары. Собственные кошмары. В кристальной чёткости.

А потом?

Вероятно, он потерял сознание прямо здесь, перед дверью сьюта. И, судя по всему, провёл тут всю ночь. На пыльном полу коридора.

Амир злился, что те двое просто бросили его здесь.

Наверное, им не терпелось самим примерить очки, – подумал он, поднимаясь на ноги.

Между тем снаружи рассвело. Солнечные лучи протискивались сквозь каждую щель, и обстановка уже не выглядела заброшенной – она казалась почти величественной.

Он провёл ладонями по лицу, зачесал волосы назад. Затем вошёл в сьют 113.

– Ах ты чёрт, – вырвалось у него, когда он увидел Майка и Дэни.

Оба лежали на полу у изножья кровати, тела вывернуты под нелепыми углами, словно кто-то небрежно швырнул их туда.

В разительном контрасте с этой мрачной картиной пылинки плясали в застоявшемся воздухе, будто кружась под весёлую мелодию. Словно радовались, что впервые за долгие годы им снова дозволено парить в солнечном свете.

Амир осторожно толкнул ногой тело Майка, потом – Дэни. Они не шевельнулись. Оба оставались безвольно распластанными на полу.

Если они мертвы – это, конечно, трагично. Но не настолько трагично, чтобы Амир увидел повод задерживаться здесь дольше необходимого.

Он быстро обшарил карманы джинсов Дэни и забрал ключи от фургона. Затем оглядел комнату, пока не увидел то, что искал.

То, ради чего он вернулся в сьют.

ГЛАВА 40.

Алисé.

В её голове безумный скрипач терзал скрипку, чьи струны, казалось, были сплетены из колючей проволоки. Каждая нота вышибала из глаз слёзы – глаз, которые она не решалась открыть.

Что же произошло?

Алисé моргнула – и ощутила лучи потолочного светильника как иглы, пронзающие сетчатку насквозь, до самого мозга.

Она приподняла голову, и скрипач принялся истязать свой адский инструмент с удвоенной яростью.

Где я, чёрт возьми?

Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем она осознала: эта комната ей знакома. Не потому, что она запрограммировала её в своей игре, – а потому, что она действительно уже побывала здесь. Несколько часов назад. Или, может быть, дней?

Кабинет Казимира?

Она лежала на его койке. Укрытая серым одеялом. Головой на…

– О нет!

Она вскинулась, гонимая чудовищной мыслью – что лежала на подушке, пропитанной кровью. При этом макушкой она задела ловец снов, которого раньше (когда бы она тут ни была) здесь точно не было, – а теперь он над ней покачивался.

Слава богу, – прошептала она и, несмотря на раскалывающуюся голову, удержалась от соблазна рухнуть обратно на кровать. Подушку, по крайней мере, кто-то сменил. Кто бы это ни был.

Как я сюда попала?

Она ощупала пульсирующую шишку на затылке.

На мгновение ей почудилось, что воспоминание близко. Но оно было таким зыбким, таким хрупким, что ускользнуло прежде, чем она успела за него ухватиться. Как тонкий волос на языке, который невозможно подцепить пальцами, но который ощущается во рту верёвкой. Или как сон.

– Тебе надо было пойти добровольно, – прошептал кто-то за её спиной.

Она обернулась. Смахнула слёзы боли из уголков глаз. И узнала его.

Мальчишка. Его перепачканное сажей лицо.

Алисé машинально коснулась собственной щеки и посмотрела на свои ладони – на них тоже остались следы сажи.

Неужели мы выбрались из сьюта через камин?

Как Аира на предпоследнем уровне? Незадолго до того, как ей пришлось встретиться с Красной Рукой?

И тут она вспомнила всё. Рука на её лодыжке. Двое громил, которые сначала ворвались к Эдди, а теперь – сюда, в «Отель де Виль», чтобы схватить Нико…

– Чёрт, где Нико?! – выкрикнула она в панике.

– Тшш, – шикнул мальчишка. – Не так громко, а то мы его разбудим!

– Кого?! – крикнула она. – О ком ты говоришь? Что тут происходит?!

Подросток не ответил. В этом и не было нужды.

Потому что человек, о котором он, судя по всему, говорил, как раз в эту секунду распахнул дверь комнаты – отхаркивая кровь.

ГЛАВА 41.

Старик, дни которого были явно сочтены, вошёл в комнату, опираясь на металлический костыль. Седая нечёсаная борода обрамляла изрезанное морщинами лицо, а почти белые кудри наверняка не знали парикмахера уже много лет.

Приближаясь, он прижимал к губам свободной левой рукой носовой платок, насквозь пропитанный алым.

– Что?.. – только и смогла выдавить Алисé при виде этого жуткого, болезненного зрелища.

– Не бойся, он безобидный, – сказал мальчик и шагнул навстречу дряхлому незнакомцу. – Наоборот, он меня спас.

– Спас? – переспросила Алисé, одновременно обшаривая взглядом комнату в поисках чего-нибудь, чем можно было бы в случае чего обороняться. Хотя, пожалуй, она и без оружия могла бы запросто отобрать у старика костыль во время очередного приступа кашля.

– Да, без него я бы погиб. Оно хотело меня убить!

– Кто?

– Какое-то жуткое существо, монстр, как из фильма про пришельцев. Но он… – мальчик указал на старика, – …появился откуда ни возьмись и спас меня от этой твари.

Существо? Монстр? Пришелец?

Алисé непроизвольно дополнила этот ряд другими словами: волк, демон, кровавый туман. Что здесь, чёрт возьми, происходит?

Неужели между небом и землёй действительно существовало нечто большее, чем она готова была признать? Всю свою жизнь Алисé была слишком рациональна, чтобы верить в демонов или призраков. Но в этом отеле творились вещи, которые выходили далеко за пределы просто странных.

– Существо? – повторила Алисé. – Ты уверен?

– Я что, дурак? Я его видел. И чувствовал. – Мальчик на мгновение замер, словно заново переживая случившееся.

– Кстати, я Марвин, – сказал он затем и криво улыбнулся.

– Скажи, это ты звал на помощь из-за стальной двери?

– Да. Я услышал голоса и надеялся, что вы мне поможете. Но никто не пришёл.

– У нас не было ключа. А зачем ты звал на помощь? Я думала, старик тебя уже спас, – сказала Алисé.

– Так и есть. Но у него случился приступ, и я запаниковал – вдруг он умрёт, если никто не поможет.

Словно в подтверждение его слов, старик снова зашёлся кашлем и выплюнул сгусток крови.

– Что с ним? – спросила Алисé.

– Думаю, этот монстр ранил его, когда он оттащил меня от той штуки и затянул в бассейн. Не знаю, как это объяснить, но, по-моему, часть этой вонючей кровавой жижи проникла в него, и с тех пор он только кашляет и хрипит. – Мальчик перешёл на шёпот. – И говорит всё более бессвязно. Местами Казимир несёт полную дичь, если ты понимаешь, о чём я.

– Казимир? – недоверчиво переспросила Алисé.

В этот момент она совершенно упустила из виду, что мальчик описал монстра, едва не убившего его, точно так же, как она сама запрограммировала Красную Руку в «Аире»: туманная масса, способная принимать форму руки, да и любую другую форму. И которая до боли напоминала ей кровавый туман.

– Казимир Шталь?

Лучший друг и коллега её отца?

Она повернулась к старику:

– Я думала, вы мертвы?

ГЛАВА 42.

У старика вырвался сухой смешок. Он лихорадочно затряс головой, продолжая приближаться неестественно мелкими шажками, опираясь на костыль. Склонив голову набок, он окинул её пронзительным взглядом.

– Я жив. В отличие от твоего друга.

– Нико?

– Это всё ваша вина! – прошипел он. – Ты не должна была никого приводить!

Алисé почувствовала, как пульс снова подскочил. В ушах зазвенело.

– Нико не мёртв! Ни в коем случае! – вырвалось у неё.

Что вообще здесь творится? Монстры, пришельцы, дети, зовущие на помощь… И с какой стати Нико должен быть мёртв? Эти головорезы, может, и притащат его к Густаву, да. Но не убьют же! Демоны. Призраки. Это всё чистое безумие!

И всё же… Интуиция подсказывала Алисé иное. Расшатывала всё, во что она верила до сих пор.

Казимир впился в неё взглядом, и глаза его вдруг наполнились глубокой печалью.

– Почему ты не пришла одна?

В его голосе звучал не только очевидный упрёк, но и боль. Настоящая, глубоко засевшая боль.

– Теперь всё было напрасно, – произнёс он. А потом взорвался: – Всё!!! Я делал всё, чтобы предотвратить катастрофу! Каждый проклятый день! И что ты натворила?

Он яростно замахал костылём в сторону мальчика.

– Ты только посмотри на него! Этот щенок забрался в отель воровать, как и многие до него – глупцы! – бушевал Казимир. – Как будто жить здесь десятилетиями – одно удовольствие. Но больше некому. Я единственный страж. Я не могу бросить это место на произвол судьбы.

Алисé потёрла виски. Ни одной связной мысли в голове.

– Вы срываете – я вешаю обратно. Вы срываете – я вешаю обратно. Снова и снова, – он захихикал. – Скажи ей! – приказал он мальчику. – Я увидел её на мониторе и отправил тебя через камин, чтобы ты её спас, верно?

Алисé посмотрела на Марвина. Тот плотно сжал губы и кивнул.

– Прости, что пришлось тебя вырубить, но иначе ты тоже оказалась бы в их власти. И, скорее всего, была бы мертва.

– В чьей? – хотела спросить Алисé, но Казимир не дал ей вставить слово.

– Я держал всё под контролем… А теперь? Вы выпустили их! После всех этих лет, когда я стоял на страже, когда я не давал злу вырваться наружу, – вы взяли и призвали его! Словно это игра.

Он задохнулся хриплым вздохом.

– А теперь посмотри на меня: всё впустую. Я умру. Мы все умрём! Мы должны были покончить с этим тогда…

Старик замолчал. Потом улыбнулся и впервые по-настоящему посмотрел на неё.

– Ты выросла красивой, Алисé, – прошептал он. – Ты похожа на неё.

ГЛАВА 43.

Ей показалось, будто он пронзил ей грудную клетку костлявым пальцем и вонзил длинный, нестриженый ноготь прямо в сердце.

Улыбка исчезла с его лица.

– И ты, без всякого сомнения, дочь своего отца, – произнёс он печально.

Алисé тяжело сглотнула.

– Что вы знаете обо мне и моей семье?

– Твой отец… он… и я тоже… – Казимир запнулся, мысленно уплывая куда-то далеко.

– Он действительно убил мою мать?

Она искала ответ в его лице, оглянулась на Марвина, который стоял позади, но, судя по всему, не собирался вмешиваться.

– Что здесь исследовали? Что вы охраняли все эти годы? И о каких существах говорит этот мальчик?

– Мне тяжело говорить, а времени почти не осталось.

– Пожалуйста, скажите хотя бы, где мне найти Нико?

Я не могу потерять и его тоже.

Казимир постучал себя по лбу.

– Твой друг наверняка мёртв! Ты должна с этим смириться!

Ни за что!

– Я не собираюсь ни с чем мириться, пока вы не объясните, что здесь происходит. С какой стати эти люди стали бы убивать Нико?

Казимир нахмурился.

– Хорошо. Если твой друг, в чём я сильно сомневаюсь, ещё жив, тебе сначала нужно понять, с чем мы имеем дело, чтобы суметь его спасти. Это я признаю.

Он закашлялся и вытер рот тыльной стороной ладони.

– По сути, я все эти годы ждал, что ты придёшь. Поэтому и не решился это уничтожить.

– О чём вы говорите?

Он отмахнулся.

– Теперь уже всё равно. Идём. Я покажу тебе, как всё связано.

ГЛАВА 44.

Амир.

Какая невероятная удача. Алисé и Нико заперты, Дани и Майк без сознания.

Амир торопливо сорвал уродливый ловец снов со стеклянной вращающейся двери и протиснулся наружу. Прохладный утренний воздух усилил его эйфорию.

Наконец-то. Вот он – шанс, которого я ждал всю жизнь.

С очками в рюкзаке, которые он прихватил из люкса, ему больше никогда не придётся заниматься этой грязной работой. Напротив – ему вообще больше никогда не придётся работать, и при этом он будет грести деньги лопатой.

Важно лишь одно: убраться с территории до того, как Дани и Майк очнутся. Точнее – до того, как очнётся Дани. В отличие от Майка, она мгновенно осознает финансовый потенциал этих очков для сновидений – так же быстро, как осознал он сам.

Эта штука стоит миллионы. А может, и того больше.

Он перешёл на лёгкую рысь, следуя по гравийной дорожке вниз по подъездной аллее. Хотя он помнил, что ещё минуту назад солнце заливало фойе, небо снаружи вдруг оказалось затянуто тёмными тучами. Но ему было всё равно – даже если снова начнётся дождь. Очки надёжно упакованы, а ему оставалось лишь продраться сквозь заросли и пролезть через дыру в заборе – к фургону.