Текст книги "Указанная пророчеством"

Автор книги: Сандра Ренье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Кровь ударила мне в лицо. Стряпня Матильды в миг потеряла всякий вкус. Замутило. Я рванулась вон из кафетерия в туалет, чтобы меня не стошнило прямо за столом, но на полпути меня поймал Ли, пахнув запахом мхов и ветра и снова ударив меня электричеством.

– Дыши глубоко и не беги, – велел он, – держись прямо, пусть они видят, что ты для них неуязвима.

Я хотела было ответить, что меня сейчас вырвет прямо посреди столовой, но желудок вдруг успокоился, рвотный спазм прошел. Мне стало лучше. Оттого, что Ли крепко обнял меня за талию и низко наклонился ко мне? Или бог его знает отчего. Мы вышли во двор, я совсем успокоилась и осторожно освободилась от его объятий.

– Спасибо, ты меня снова спас, – обратилась я к Фитцмору.

– На здоровье, – серьезно, без улыбки отвечал он, прислонившись к одной из колонн входа и разглядывая меня.

И вдруг он мне снова показался ужасно близким, почти родным. Откуда я его знаю? Где и когда встречала прежде?

– Почему ты позволяешь им так себя оскорблять? – спросил Леандер.

– А что я могу сделать? – Я пожала плечами.

– Сопротивляться. Дай сдачи!

– Ага, как же, – угрюмо отозвалась я, – одно неверное движение – и я вылечу из колледжа. Эти снобы заявят, что я первая начала, и угадай, кому поверят учителя? Пафосным высокопоставленным куклам или невзрачной задрипанной «алкоголичке», у которой мать тянет лямку в постылом баре и никогда не является на родительские собрания?

– Ты не алкоголичка, – перебил он, – ты же не пьешь.

– Об этом знают мои друзья и ты. А учителя чуют только, что от меня разит спиртным и табаком. Заведение моей мамаши пропитано куревом, хотя там давно уже запрещено дымить!

Я понемногу выходила из себя, потому что Ли заставил меня признаться в том, что я так тщательно старалась скрыть. Потому что он напомнил мне, как скорбно и убого мое происхождение и существование. Потому что… Да потому, что это не его дело! И никого вообще не касается, кроме меня одной! Кто он такой, чтобы вмешиваться в мою жизнь? Смазливый герой неопределенного рода занятий! Чужак! Посторонний с жутковатыми способностями заговаривать зубную боль и тошноту.

Он быстро сверкнул глазами. В тот же момент у нас за спиной раздались голоса.

– Корова безмозглая! – верещала Синтия. – По твоей милости я должна теперь принимать у себя эту кучку лузеров! – Тут Синтия заметила меня. – Мать будет в обмороке! Они же черт знает какого происхождения! – выкрикнула она истерически, глядя мне прямо в глаза.

Я нервно сглотнула, но ничего не успела ей ответить, потому что Ли решительно шагнул к Синтии, напоминая хищного зверя, готового к прыжку. Я рефлекторно схватила его за руку. Он дрожал всем телом от нервного напряжения и гнева. Если он рванет, я его уже не удержу. Его вообще уже будет не остановить.

Синтия, Фелисити, Джек и Ава, остолбенев от изумления и страха, выпучили глаза на Фитцмора. Я их понимаю, мне самой было страшно. Я сильнее стиснула его руку. Она казалась раскаленной. Еще немного, и она начнет плавиться и сольется с моей. Но я не отпускала.

– Пойдем, – тихо попросила я, – нам надо подготовиться к биологии.

Он еще секунд десять не отвечал, не реагировал. Потом я потащила его за собой. «Звездный клуб» остался позади и все так же таращился на нас с ужасом.

– Извини, – произнес он, кода мы вошли в здание школы и спрятались в кладовке с ящиками, – я не хотел, чтобы ты видела меня таким.

– Господи, да я тебя боюсь! – призналась я. – Чему вас только учили в этой вашей американской школе!

Сердце колотилось от страха. Он едва не растерзал Синтию. От стресса у меня затряслись и подкосились ноги, я сползла по стенке и тяжело опустилась на какую-то коробку.

– Фей, – восседавший на ящике Ли явно пришел в себя, – пожалуйста, не бойся меня. Я просто страшно разозлился.

– Это я заметила!

– Вообще-то я миролюбив и избегаю конфликтов, – признался он, – но не выношу подобного свинского поведения. Выхожу из себя. А тут тем более как раз… – Он осекся и пристально поглядел на меня.

Что как раз? Что он хотел сказать? Как раз я тут? Лучше пусть молчит, не надо ничего говорить и тем более не стоит за меня заступаться. Толку-то!

Элегантным движением он встал и шагнул ко мне. Я вздрогнула, отступила назад и прижалась к двери.

– Фелисити… – заговорил Фитцмор, проникновенно глядя на меня.

Я заставила себя собраться. Он, как видно, тоже уже пришел в норму.

– Пошли, – я нащупала ручку и распахнула дверь, – мисс Гринакр будет нас ждать.

– Я тебе докажу, что тебе не следует меня бояться. Никогда, – шепнул Ли.

Я промолчала. У нас впереди еще полтора года в колледже. А потом пути наши разойдутся. Так я думала в тот момент.

ПРЫЖКИ

С того дня Ли всегда обедал за нашим столом и вообще влился в компанию. На уроках мы сидели вместе. Порой мы часами не произносили ни единого слова, и тогда мне казалось, будто я сижу одна. Я сосредотачивалась на уроках и старалась не обращать внимания на соседа. Я боялась его.

Фелисити, как и прежде, бегала за ним. Но Синтия, Джек и Ава обходили Ли стороной, а меня оставили в покое. Это было что-то новенькое.

Дня три спустя после случая с Синтией Джейден пригласил нас всех к себе в гости. Я с радостью приняла приглашение. Я любила бывать у него, играть на игровой приставке и особенно петь караоке в паре с Филлис.

– Как бы не так, приставка! – объявил Джейден. – Есть кое-что новенькое! Устроим Олимпийские игры! Ли, ты, разумеется, тоже приходи. Посмотрим, какой ты спортсмен – настоящий или только с виду.

– Спасибо, – улыбнулся Ли, – приду Только предупреждаю, я хорошо прыгаю!

Вся моя радость улетучилась. Меня и так ожидал неизбежный позор, а тут еще у него на глазах! Из меня-то спортсмен ни к черту, это всем известно. Я ростом – метр с кепкой, вешу 140 фунтов, и размер ноги у меня 5,6! Да, я не эльф, права была Фелисити.

– Кори! – вдруг раздался пронзительный крик, и сводная младшая сестра Кори Шерил кинулась к брату, заливаясь слезами, и повисла у него на шее. Кори оторопел, то ли от сестриных слез, то ли от того, что у него на груди рыдало существо женского пола.

– Что такое, Шерил? – Он неуверенно погладил сестру по спине. – Что ты тут вообще делаешь?

– Он меня броси-и-и-и-и-ил! – рыдала Шерил.

А, ну все ясно! А мы-то испугались, вдруг правда что-то случилось. Бросил! Смешно, ей-богу! Ей всего тринадцать! Чего она хотела-то?

Кори потерянно вращал глазами, по-прежнему крепко обнимая сестру.

– Кто бросил-то? – спросил он наконец.

– Кевин! – взвыла покинутая. – Говорит, меня приходится слишком долго уламывать! Ему нужна попроще, чтобы была опытная и со всем соглашалась!

Мы с Филлис переглянулись.

– А сколько лет этому Кевину? – поинтересовалась Николь.

– Пятнадцать! – простонала Шерил, с красными опухшими глазами отклеиваясь наконец от брата.

– Ну и черт с ним! – презрительно фыркнула Николь. – Пусть катится к этой своей опытной. Нужен он тебе очень!

– Ты думаешь? – Шерил громко хлюпнула носом. – Он кажется таким взрослым!

В тринадцать лет тебе любой пятнадцатилетка покажется взрослым, деточка!

– Да какой он взрослый, – размышлял Джейден, – поверь мне, пятнадцатилетние на самом деле еще малышня.

Шерил снова всхлипнула:

– Но он уже слушает Muse и U2. – Она с надеждой поглядела на Джейдена.

– Это ничего не значит, – Ли протянул ей носовой платок, – эта музыка вне времени и возраста.

Шерил взяла платок (это был настоящий старомодный платок из ткани!) и подняла глаза на его хозяина. Тут ее глаза округлились, а губы сложились в изумленное «О!» Такое же выражение лица было у Филлис и Николь, когда они впервые увидели Фитцмора. Впрочем, так выглядел всякий, кто впервые видел Ли.

– А ты кто такой? – довольно грубо поинтересовалась Шерил, громогласно высморкавшись в его платок.

– Шерил, это Ли, – Кори был рад сменить тему, – Ли, это моя младшая сестра.

– Сводная, – быстро прибавила Шерил, – были бы мы родные, мы бы постоянно дрались.

Шерил и Кори и правда отлично ладили, хотя были совсем не родными. Мать Кори и отец Шерил поженились месяца два назад, прожив два года в гражданском браке. Филлис была убеждена, что отец Шерил на самом деле отец и Кори, то есть отец у Шерил и Кори один и тот же, просто мать Кори когда-то крутила с этим мужчиной роман, отчего на свет появился Кори. К счастью, Филлис поделилась этим смелым предположением только со мной и с Николь. Лично я в этом сомневаюсь: Кори был похож на преподобного Маккенну, своего отца.

Ли дружески кивнул Шерил:

– Платок оставь себе, у меня есть еще.

– Как ты сюда добралась? – дивился Кори.

– На автобусе, – бросила Шерил брату и обратилась к Ли: – Слушай, можно я тебя на мобильный сфотографирую?

– Это еще зачем? – возмутился Кори.

– Ну, чтоб Кевин заревновал. Скажу, что Ли от меня без ума, пусть Кевин бесится!

– Шерил, это дохлый номер, – сухо заявил Джейден.

– А че нет-то? – не поверила Шерил.

– Господи! – возопил Кори. – Тебе всего тринадцать лет! Ты еще девчонка!

Шерил выглядела старше, значительно старше своих тринадцати лет. Она рано созрела, оформилась, гордо носила перед собой свой уже немаленький бюст, укладывала волосы и по полной программе пользовалась косметикой. Она была рыжеволосая, кудрявая – почти как Кори – и очень хорошенькая. Ее возраст выдавали только еще детские глаза. В школьной форме она напоминала Лолиту.

Явление Леандера словно по волшебству развеяло ее любовную тоску. Но Ли больше не обращал на нее внимания, он разговорился с Джейденом о компьютерных играх.

– Шерил, возвращайся к себе в школу, – приказал Кори, – нам надо на урок, звонок прозвенел. Иди, у тебя будут неприятности в школе, сама знаешь.

Шерил пялилась на экран своего мобильного, разглядывая фотографии Ли, которых она нащелкала не меньше дюжины, и бормотала:

– Черт, дрянь аппарат, фокус ни к черту! И он ни разу не посмотрел в камеру.

– Покажи! – Николь взяла у Шерил телефон.

Я тоже с любопытством уставилась на новенький крутой аппарат и его огромный экран и не сразу поняла, кто изображен на фотографии.

– Прикольно! – хмыкнула Николь и почему-то взглянула на меня. – Он на всех снимках смотрит в одну сторону.

Она навела объектив на Леандера, нажала кнопку, и мы обе с изумлением увидели на экране, что Ли, который в это время разговаривал с Джейденом, на фото смотрит куда-то совсем в другую сторону.

– Эй! Да он глядит только на тебя, – тихо отметила Николь.

Скорее всего… в мою сторону, как ни крути. Мне снова стало не по себе.

Я бы с радостью прогуляла эту олимпийскую вечеринку у Джейдена, как он ее назвал, но Филлис произнесла только одно слово – «паб», и я согласилась. Выбор у меня был невелик: либо к Джейдену, либо – дай бог здоровья маменьке – не отвертеться от ночи в пабе, как это часто бывает по четвергам. Ладно, чего я трушу, что может случиться? Хуже уже не будет. До половины шестого я мучилась и колебалась, а потом, скрепя сердце и собравшись с духом, поплелась к Джейдену.

И снова стоял великолепный осенний день. Солнце уже клонилось к закату, все вокруг стало золотистым. В скверах и парках красные и желтые листья устилали дорожки. Голуби парочками ворковали на ветках деревьев. Люблю голубей. Их гуль-гуль меня всегда успокаивало, напоминало Корнуолл, моего деда, а он разводил голубей, и, когда отдыхал перед голубятней на лавочке, на каждом плече у него сидел голубь, и на коленях, и на руке… И он гладил их, кормил, говорил с ними.

В одном из скверов со мной приключилось следующее. Вдруг шум города усилился, загремел с удвоенной силой, завоняло выхлопными газами, отбросами, канализацией. Я оказалась посреди зловонной лужи, полной грязи, ила, мои ноги тонули в нем, а перед собой я увидела какую-то ветхую лачугу. В ней кто-то жил, из трубы тянулся дым, на пороге стояла женщина в лохмотьях. Она в изумлении уставилась на меня, как на диво дивное.

Но тут же все исчезло, растворилось, и снова я оказалась в сквере. Правда, действительно посреди грязной лужи. Шум города навалился на меня еще сильнее и громче, но я была ему даже рада. Что же опять такое? Куда это меня заносит?

– Фей, привет! – произнес позади меня знакомый голос.

Только один человек на свете мог назвать меня Фей. Но именно его мне сейчас совсем не хотелось видеть. Только снова позориться.

Он же, как всегда, выглядел богоподобно в суперкрутой кожаной куртке поверх узкой футболки, которая рельефно обтягивала его атлетический торс, в узких джинсах и новых ботинках.

– Привет, – печально ответила я. Ноги у меня насквозь промокли.

– Хорошо, что я тебя встретил. Джейден мне написал, как пройти, но я запутался.

– Да, Джейден иногда мудрит. Никогда не спрашивай его, как устроен компьютер.

И дальше мы пошли вместе. Мои ботинки чавкали от сырости.

– Мне, наверное, надо домой, – заговорила я, видя, что Ли обратил внимание на мои чавкающие ноги, – опять вляпалась…

– И часто это с тобой бывает? – нахмурился Ли.

– Постоянно. Если есть во всем Лондоне хоть одна банановая кожура, я обязательно на нее наступлю, поскользнусь и вляпаюсь в собачье дерьмо. Даже не сомневайтесь! – И мрачно прибавила: – Вот с Фелисити никогда такого не случается.

– Как тоскливо постоянно быть идеальным, – криво усмехнулся Леандер.

Пришлось криво улыбнуться в ответ. Ноги мои между тем заледенели, и от ботинок потянуло чем-то весьма гадким, уж точно не одним только илом.

– Мне точно надо домой. Переодеться, – я остановилась, – а ты иди. Повернешь налево, третий дом справа. Не заблудишься.

– Я пойду с тобой, – заявил Фитцмор.

– Что?! – испугалась я. – Ни в коем случае! И не думай! Нет смысла. Я догоню. Начинайте без меня, я подойду.

– Да ладно, – настаивал он, – я живу здесь недалеко, возьмем мою машину.

– Я ни за что не сяду к тебе в машину с такими ботинками. Мне нужно минут двадцать, и я к вам присоединюсь.

– Я иду с тобой, – ответил Ли, и прозвучало это как дело решенное. Он повернулся на каблуках и зашагал рядом со мной.

Мама в это время всегда была в пабе. К счастью, и на этот раз тоже. Если бы она встретила Леандера в нашей квартире, никогда бы не поверила, что мы просто школьные друзья. Она не верила даже, что Кори и Джейден мне просто друзья.

Я видела любопытство на лице Ли, когда мы входили к нам в дом. По счастью, я успела сегодня после школы навести порядок. Ли ждал в моей комнате, пока я сходила в душ и переоделась. Когда я предстала перед ним в чистых брюках, носках и ботинках, он уютно устроился на моей кровати и разглядывал фотографию моих деда и бабки.

– Я готова.

Он был где-то далеко в своих мыслях.

– Твои дед и бабка? – произнес он, не отрываясь от снимка.

– Да, мы переехали в Лондон всего восемь лет назад. До того мы жили у них в Корнуолле.

– В Корнуолле? – изумился Ли.

– Да, в Тритви. Дед и бабушка держали там маленький паб и продуктовый магазинчик. Ну, пойдем, я готова.

Ли поставил фотографию на ночной столик и еще раз поглядел на нее.

– Ты в Лондоне по-прежнему несчастна, да? – спросил он, пока мы спускались по лестнице.

Прежде чем я успела ответить, соседка миссис Коллинз высунула голову за дверь.

– Привет, Фелисити! – проворковала она, с крайним любопытством разглядывая моего спутника. – Ух ты, да у тебя новый друг? А мама уже в пабе? Ты ей сегодня не помогаешь?

– Нет, помогаю завтра, – терпеливо ответила я.

– Ее мать трудится в поте лица и делает все для дочки, – сообщила миссис Коллинз Фитцмору, – а Фелисити ей часто помогает.

Сейчас начнется! У нее язык как помело! Пора делать ноги.

– Нам пора, миссис Коллинз, мы торопимся, нас друзья ждут, – бросила я.

Она удивленно подняла брови.

– А, ну тогда хорошего вечера, – отвечала соседка, не сводя глаз с Леандера.

Ему же не было до нее никакого дела. Он невозмутимо и вежливо кивнул ей и последовал за мной вниз по лестнице.

– Ты не любишь эту тетку, – сказал он, когда мы оказались на улице.

Я пожала плечами. Не хочу это обсуждать. Миссис Коллинз часто помогала моей матери. Я, Анна и Филип провели много вечеров под ее присмотром, пока мать вкалывала в пабе. Матери она нравилась, она считала ее своей подругой. Остальное не важно.

Когда мы добрались до Джейдена, веселье было уже в самом разгаре. Все хохотали от души, уже вволю напрыгавшись. Сестра Кори Шерил тоже была здесь и тут же захватила Леандера. Кевин был, очевидно, уже забыт.

– Где застряли? – поинтересовалась Филлис.

Я вкратце поведала о моем несчастье.

– Типичная Сити! – прокомментировал Кори. – Тебе действительно следует пройти курс какого-нибудь вида борьбы, там учат владеть своим телом.

– Тогда я буду падать в собачьи кучки с грацией и изяществом! – сострила я.

– Иди сюда, попробуй удержать равновесие в серфинге! – Джейден сунул мне в руки имитатор паруса и втолкнул на игровую доску на полу.

Мой фиктивный двойник на экране тут же плюхнулся в воду. Все засмеялись, я тоже. Руби передала Леандеру второй псевдопарус. Его двойник на экране безо всяких усилий, элегантно балансируя на доске, тут же понесся по волнам на всех парусах.

Вечер удался. Счастью не было предела. Николь комментировала наши виртуальные соревнования тоном олимпийского комментатора и у каждого отдельно брала интервью. Ли не обманул: прыгал он отменно. Его виртуальный двойник почти летал. Хорошо, что Джейден жил в старом доме с высокими потолками, а то в этих новых постройках, где потолки всего два пятьдесят, Фитцмор пробил бы потолок головой.

– Слушай! – вопил Кори. – Где учат так прыгать?

Ли как будто опомнился и смутился.

– Ты же знаешь, – отвечал он, – в Калифорнии, в краю фитнеса, спорта и здорового питания.

– Пластической хирургии и силиконовых бюстов, – сухо добавила я.

И снова все засмеялись. И Ли засмеялся. Но после он был уже какой-то не такой. Он перестал стараться, прыгал не лучше Кори и больше не стремился к рекордам.

Вечер пролетел незаметно, пора было расходиться. Мать Джейдена принесла пиццу с колой. Мы перекусили. Шерил продолжала клеиться к Фитцмору, как мармелад к тосту. Он старался ее игнорировать, как только мог, но Шерил была уперта и настойчива. Николь, глядя на нее, мрачнела и кусала губы.

Дома, засыпая, я вспоминала этот чудесный вечер и, уже почти во сне, вспомнила загадочное происшествие, что случилось со мной в парке.

АНТИХЕЛЛОУИН СО «ЗВЕЗДНЫМ КЛУБОМ»

В следующие дни в школе не произошло ничего веселого. Перед рождественскими каникулами началась гонка, контрольные, зачеты, тесты один за другим. Мы стонали, уткнув носы в учебники и не имея возможности от них оторваться. Одной только Фелисити Страттон это не мешало флиртовать. А что ей? Хорошо жить на свете, когда у тебя папа член палаты общин! Когда твое будущее обеспечено. Когда для тебя уже готово место в элитном колледже Кембриджа. Когда заранее известно, что ты станешь женой высокопоставленного чиновника, политика, банкира, магната, родишь ему пару детей и будешь давать званые обеды и светские вечеринки для его коллег и партнеров по бизнесу. Леандер Фитцмор, сын богача-дипломата, вполне подходящая партия…

Прежде я и Филлис любили повеселиться, издали наблюдая, как Страттон охмуряет очередного смазливого кавалера. На этот раз она лезла из кожи и вешалась на свою жертву прямо у меня под носом, потому как Фитцмор по-прежнему не отходил от меня и сидел со мной рядом на всех уроках. Он – рядом со мной, Фелисити – перед ним на нашей парте. Отлично! Браво! Что я делаю рядом с этими эталонами красоты? Какое я имею к ним отношение? При чем тут вообще я?!

– Сегодня вечером? – Фелисити, как опахалами, взмахнула длинными густыми ресницами.

Даже на Ли этот взмах производил впечатление, что говорить о других.

– Да, конечно, в восемь, – улыбнулся он ей в ответ.

– Здорово. До скорого. – Фелисити бросила на меня полный презрения взгляд и удалилась на свое место.

– Околдовала все-таки, – колко заметила я и сама на себя рассердилась.

– Ты тоже идешь.

– Фелисити не обрадуется, если ты приведешь на свидание кого-то, кроме нее, – запротестовала я, не понимая, о чем он говорит и куда это я тоже иду.

– Это не свидание, – напомнил он, – сегодня Синтия устраивает антихеллоуинскую вечеринку. И вы все просто обязаны там появиться.

– Неужели ты туда пойдешь? – Я скорчила рожу. – На это сборище для избранных? Даже после того, как Синтия так по-свински себя вела?

– Мы же не доставим ей удовольствия своим отказом. – Ли улыбнулся мне гораздо теплее и дружелюбнее, чем до этого Страттон. – Мы же не допустим, чтобы Синтия сказала: «Я знала, что эти лузеры не придут!»

А почему нет? Мне вообще безразлично, что думают Синтия, Джек или Ава.

– Покажи им, наконец, кто ты на самом деле! – продолжал Ли.

– Секундочку! А ты-то откуда знаешь, кто я на самом деле? – с издевкой бросила я. – Мы знакомы-то без году неделя! Два месяца всего!

– Правда? – удивился сосед. – А мне кажется, что гораздо дольше. Я вообще хорошо разбираюсь в людях. Давай! Соберись! Пойдем на вечеринку! Повеселимся! Оторвемся все вместе!

Я посмотрела на Фелисити и Синтию. Те шушукались, хихикали и бросали на меня все те же презрительные взгляды. И я решилась!

– Ладно! Пошли! Только не говори потом, что я тебя не предупреждала. Я в жизни не оденусь так роскошно, как эти двое, и не причешусь так. – Я кивнула на двух гламурных мегер в углу.

– И не надо, – согласился Ли, – оставайся как есть. Так лучше всего.

Либо он ослеп, либо нетрезв. А мне повезет, если сегодня вечером он не пошлет наконец меня ко всем чертям.

Спасибо Филлис: к вечеру я все-таки выглядела лучше, чем обычно по утрам в школе. Я не надевала ничего нового со свадьбы моей сестры Анны, когда на меня по вкусу сестры напялили длинное платье из розовой тафты. Однако пробежки дали первые результаты: шмотки больше не сидели на мне в обжим.

Филлис, угадав мое несчастье, вызвалась помочь. Конечно, не из своего гардероба: до ее 34-го мне было еще далеко! Ее сестра согласилась одолжить мне что-нибудь из своего. Вера была беременна и с ее безупречным, волшебным цветом лица выглядела как иконописная мадонна. Если бы не выдающийся живот, ее бы на подиум.

– Вера, до чего ж ты хороша! – воскликнула я, когда сестра Филлис открыла нам дверь. – Если я когда-нибудь буду беременна, я буду похожа на бегемота.

– Платья для беременных ужасно удобная штука, – засмеялась Вера, – закрывает отекшие ноги, и тебе все вокруг уступают место.

Почему моя сестра была так не похожа на эту грациозную, красивую будущую мать? Она всю беременность сама промучилась и нас измучила. Я, бросив все, трижды в неделю мчалась к ней, чтобы помогать ей по хозяйству.

Филлис и Вера быстро и весело подобрали мне туалет, так что осталось еще достаточно времени на прическу. Меня облачили в узкие черные джинсы, белую просторную блузку навыпуск и черный стильный пиджак. Обе потрудились и над моим макияжем. Глаза вдруг стали больше и оказались вовсе не мутно-серыми, как обычно, а голубыми. Мне решительно нравилось мое отражение в зеркале.

Но Филлис меня, конечно, затмила. Она была волшебна в блестящем топе, узких темных джинсах и высоких сапогах. Эх, быть бы Филлис в «звездном клубе», кабы пару лет назад пресса не окрестила ее мать любовницей министра финансов.

– Филлис, я испорчу тебе весь вид!

Филлис встала перед зеркалом рядом со мной. Я, конечно, выглядела совсем неплохо, но рядом с подругой – все равно как Келли Осборн рядом с Наоми Кемпбелл.

– Оставь свои комплексы, – рассмеялась Филлис, – мы тебя любим такой, какая ты есть.

Меня это не слишком успокоило.

– Черт возьми! – вскричал Кори в своей вымученно-очаровательной манере, увидев нас с Филлис на углу у ее дома, где мы договорились встретиться все вместе. – Да узрят же нас такими красивыми!

– Филлис, ты прекрасна, – констатировала Руби. Николь согласно кивнула, хотя не смогла скрыть своей зависти. С ней это бывает. Она сама себя за это презирает, но ничего не может с собой поделать.

– Что ты сделала с волосами, Сити? – Джейден изучал мои начесанные кудри. – Так красиво блестят. Прическа – просто отпад.

– Это Вера и Филлис постарались, – призналась я.

И тут из-за угла появился ОН! И мы остолбенели, открыв рты, как в первый день его появления в школе.

– Вау! – выдохнула Руби.

Ли уложил волосы гелем, они теперь идеально обрамляли его лицо, не до конца выбритое, намеренно, разумеется, отчего Фитцмор выглядел как будто немного старше своих лет и страшно сексапильно. Он улыбнулся нам всем и остановил взгляд на мне. Поднял брови и, в свою очередь, замер с открытым ртом.

Повисла пауза.

– Здорово выглядишь, Ли, – произнесла наконец Филлис, – как будто ты на фотосессию собрался, а не на вечеринку.

– Мы все сегодня блистательны, – отвечал он, – вот ты сошла бы за младшую сестру Халли Берри.

Филлис смущенно покраснела.

– Ну, пошли? – обратился он ко всей компании, не сводя, однако, глаз с меня.

Моя бы воля, никуда бы я не пошла. Лучше всю ночь трудиться у матери в пабе. Что я буду делать среди этих высокомерных светских снобов? Но я подчинилась воле большинства и поплелась за ними.

Да, сегодня мы все расфуфыренные, даже Кори напялил чистую футболку, хотя и заправил ее все в те же обтрепанные джинсы, которые носил, не снимая, называя их своим отличительным знаком. На майке у него красовалась надпись: «Лучше быть богатым, чем сексуальным, но это не мой случай». Он тоже отрастил короткую щетину, как будто подражая Леандеру. А Джейден напялил поверх майки пиджак. Все бы хорошо, но уж больно неудачно сочетание цветов – зеленого и оранжевого.

Дом Ньюмаркетов стоял в известном респектабельном квартале Итон-Плейс. Снаружи никаких признаков вечеринки – видимо, отличная звукоизоляция.

Недолго думая, я выпихнула вперед Филлис и Леандера как двух самых красивых и позвонила в дверь. Я пойду последняя, а то и вообще сейчас тихо смоюсь.

Синтия открыла дверь, оценивающе оглядела Филлис и Ли с ног до головы, коротко бросила «А, это вы» и исчезла в доме, оставив дверь открытой. Мне бы в этот момент слинять по-тихому, но Фитцмор обернулся и подмигнул:

– Давай, Фей! Ты же не собираешься сбежать.

Опять этот тип читает мои мысли. Николь подхватила меня под руку и безжалостно потащила внутрь.

Да, звукоизоляция была превосходная. Это снаружи не было слышно ни звука, а внутри ухали басы. Ли вел нас за собой, уверенно двигаясь в сторону грохочущей музыки. Он распахнул дверь, и мы оказались как будто в ночном клубе: приглушенный свет, под потолком дискотечный шар бросает блики на стены.

– Шествие лузеров, – кому-то прокричала Синтия.

Здесь можно было только кричать. Слишком гремела музыка.

То ли гостиная, то ли зал – полно народу. Толпа девчонок и парней двигаются в такт музыке, кто-то отдельно, кто-то тесно прижавшись друг к другу, виляя задами и явно имитируя какие-то непристойные интимные движения.

Я не знала, куда девать глаза, пока не уперлась взглядом в Фелисити Страттон, которая бесстыдно терлась задом о парня на год старше нас, из спортивного класса. Это был знаменитый Хью Фитцпатрик. Но как только Страттон увидала нас, она, разумеется, бросила Фитцпатрика и устремилась к Фитцмору.

– Привет! – пропела она, бросив беглый взгляд на Филлис и не обращая никакого внимания на остальных, как будто Ли пришел один. – А я думала, ты не придешь.

Выглядела Фелисити, разумеется, волшебно, как только что с подиума, впрочем, как и всегда. На меня бы такие высокие сапоги просто не налезли, не говоря уже о восхитительном узком платье из синего… лак это, что ли?

– Выпить хочешь? – Она взмахнула ресницами и, не дожидаясь ответа, за руку повела его в бар.

Покинутый Хью заметил Филлис и подошел к нам.

– Привет! – он ободряюще улыбнулся Филлис. – Вы тут в первый раз? Ты, кажется, учишься в одном классе с Фелисити?

Филлис молча кивнула, покоренная его вниманием.

– Выпить хочешь? – Хью коротко скользнул взглядом по нашим лицам и снова уставился на Филлис.

Она обернулась и неуверенно посмотрела на нас. Николь пихнула ее вперед, прямо к Хью:

– Иди, иди, мы смешаемся с народом.

Филлис последовала за кавалером и исчезла в толпе.

– И вот нас уже только пятеро, – произнес у меня над ухом Джейден.

– Что делать будем? – спросила я.

– Развлекаться, – отвечал Кори, – пошли танцевать, Руби!

К нашему удивлению, Руби ухватила Кори за руку, и они пустились в пляс – к счастью, без этих непристойных движений.

– Даже не думай, – отвечал Джейден на взгляд Николь, – пошли выпьем.

Я пошла за ними сквозь толпу туда, где исчезли Ли и Фелисити. Несколько знакомых лиц из школы. Но многих я видела впервые. У Синтии действительно о-о-о-о-чень много друзей, можно только позавидовать. Устрой я вечеринку у себя дома, ко мне пришла бы только эта «кучка лузеров».

– Эй, Сити! – рявкнул мне в ухо знакомый голос, пахнуло алкоголем и характерным затхленьким запахом изо рта.

– Здравствуй, Джек, – отвечала я, отступая назад.

– Ты все-таки приперлась, чтоб тебя! Из-за тебя я про…л двадцать фунтов! – И он оглядел меня с ног до головы. – Ты че с собой сделала? В кои-то веки прилично выглядишь!

Я потеряла из виду Джейдена и Николь, Джек крепко держал меня за запястье.

– Да стой ты. Не съем я тебя. На, выпей, легче станет. – Он сунул мне под нос бутылку, из которой на меня снова пахнуло спиртом. Я отдернула голову и отвернулась, ища глазами друзей.

– Да ладно тебе, че ты! – настаивал Джек. – Прими, отпустит. Че, скажешь, ты не пьешь, что ли? От тебя по утрам в школе иногда прет вискарем, как из бочки. Ты у мамаши в пабе точно за воротник заливаешь!

Удушила бы гада! Сам киряет из-под полы, об этом даже учителя знают!

Я вырвала руку и стала протискиваться между танцующими. Фу, тошнит меня от таких танцев! Напялит какая-нибудь дура на себя топ меньше бикини и липнет к кавалеру, трется о него всем телом. А кавалер ухватит ее за ляжки, и оба так виляют бедрами, что того гляди штаны уронят. Похабщина!

– Ты все-таки здесь, – произнес у меня над ухом голос. Я обернулась и увидела Аву. – Вырядилась-то как. Я всегда знала, что лузеры любят строить из себя что-то особенное, – продолжала она издевательским тоном.

Что я могла ответить? Мне ничего не пришло в голову.

– Готова поспорить, – продолжала Ава, – этот Кори, который корчит из себя мачо, до сих пор девственник. – И она кивнула в сторону Кори.

Тот стоял у стены, пунцового цвета, прижимая бутылку к животу. Насколько мне известно, Кори и вправду еще девственник.

– Ты бы глотнула чего-нибудь горячительного, – презрительно фыркнула Ава, – тебе стало бы веселее. А ты не такая уродина, когда приведешь себя в порядок.

В это время какой-то юноша сзади обхватил ее за талию, прижал к себе, слегка потискал ее грудь. Ава прижалась к нему всем телом, как это делали прочие. Меня замутило. Все, я пошла отсюда, и пусть говорят, что хотят. Плевала я на всех!