Текст книги "Молот. Запретная страсть (СИ)"
Автор книги: Руби Райт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)
Глава 49 – Молотов
Глава 49 – Молотов
– Нужно купить презервативы и потолще. А лучше два сразу надевать, – говорю, а самому смешно. Не сдержался. Да я все время только и делаю, что сдерживаюсь. Рядом с ней я будто каждую минуту кончать готов. Аж бесит. – Салфетки где?
– Вон, на столе. – Указывает на компьютерный стол. Что-то сладкая совсем распоясалась последнее время. Раздевайся, трусы снимай. Вошла в азарт.
– В душ нельзя? – Ответ наперед знает, но все же спрашивает.
– Нет. Лежи, – приказываю и достаю несколько салфеток из пачки. Аккуратно вытираю ей живот, а она наблюдает.
– Тогда тащи мне попить. В холодильнике есть вода, – снова приказывает. Сегодняшний день – исключение. Лерка… она не как все. Одна на миллион. Чтобы мозги на месте, да еще такие... Умная до одури, красивая…
За водой сбегал. Полбутылки всадила она, вторую половину я.
Щелкнул выключателем. Темнота. Падаю в постель. Хочу рухнуть без сил. На нее, рядом – плевать. Главное – чувствовать, как она дышит, и прижимать к себе. Эту нежную, горячую, сладкую девочку.
– Иди сюда. – Тяну за руку и сгребаю в объятиях. Ей неудобно лежать, зато мне хорошо. – Давай поговорим…
– Ого. Вот это что-то новенькое. Матвей Молотов решил поговорить. Чудеса, – язвит. Она без этого не может. Сама меня провоцирует, а потом строит оскорбленную невинность.
– Все? Ты закончила?
– Ага. Давай говори теперь ты.
Что за тон такой у нее сегодня? Командирский.
– Поехали со мной? – сказал и сам замер. Слова вырвались раньше мысли. На днях и намека на это не было, а сейчас боюсь отказ получить.
– Куда?
Конечно, ей нужны все мельчайшие подробности. Дотошная айтишница, чтоб ее.
– Ко мне. Ты же знаешь, что я живу в другом городе. Мне нужно домой, и я хочу, чтобы ты со мной поехала.
– Чтобы под рукой была? Чтобы по щелчку пальцев трахать, когда приспичит?
Так и думал, что так скажет. Не так жестко, но наподобие. Знал наперед. Но есть в ее словах и доля правды.
– Не в сексе дело, Лер. Хотя нет, в нем тоже. Хочу заниматься с тобой сексом все время, это плохо?
– Не знаю. Я новичок в этой игре.
– Хм, новичок ты мой, – улыбаюсь от фраз ее замудренных.
Знала бы, как для меня ценно то, что она новичок. Что в ней нет вот этой всей столичной грязи.
Сильней к себе прижимаю и легонько пальцами по спине провожу. Реагирует тут же. Лопатками дергает и ко мне жмется.
Сука, как же это приятно.
– Я учусь в институте…
– Я знаю. – Разве это проблема? – Но сейчас у тебя каникулы. Поехали со мной, а там посмотрим.
– С чего бы? – Миллион вопросов.
– Что с чего бы?
– С чего такое приглашение? Ты еще вчера говорил совсем другое, а сегодня вдруг раз – и с собой зовешь.
В тупик ставит. Задумался. В мыслях своих брожу, но там бардак. Нет прежнего порядка, потому что эта девчонка меня напрочь выбила из привычного образа жизни.
Вот где я сейчас?
В ее квартире, голый, лежу, и, кажется, ничего приятнее в жизни я еще не испытывал.
Связался на свою голову…
– Да мне тут историю одну рассказали, и я как-то проникся. Решил, что только я тебя буду по жопе шлепать.
Отец умеет на путь истинный указать. Он всегда жесткие примеры мне показывал. Так и тут. Про Лерку ляпнул, а у меня теперь в голове стоит картина, как какой-то урод ее за жопу…
Даже думать об этом не хочу. Моя она. Вся моя. И больше никто к ней никогда не притронется.
– Не поняла? – Конечно, нет. Но я ей потом как-нибудь расскажу. Не сегодня.
– Да не бери в голову. Давай спать? Я что-то задолбался так сегодня. А тут ты, теплая и сладкая. В сон клонит, – говорю медленно. Глаза уже закрыты давно, и ей я отвечаю на автомате. На последних крупицах сознания слова держатся.
– Я в душ хочу.
– Утром, Лерка. Все утром…
Глава 50
Глава 50
Я отказала Матвею. Не в целом, в этот раз. Ему нужно было слетать домой, по работе дела, а я осталась.
Подумала, что нам нужно время. Мне нужно. Хочется все обдумать как следует. Да и пять дней не срок.
Он звонит…
Все время звонит и пишет сообщения. И от каждого его сообщения я начинаю светиться, я это чувствую.
Каждый его звонок – это долгожданный глоток воды в засушливую погоду. Но это еще не все.
У меня вдруг поселился какой-то страх в груди. Такой маленький, будто только что зародившийся. Я стала переживать за него…
Он не со мной, и мне страшно. Не могу объяснить свое состояние. Я тревожусь, боюсь, нервничаю.
К черту паузу. К черту «надо подумать». Я хочу, чтобы Матвей был здесь. Сейчас, завтра, всегда.
* * *
– Я за тобой Мишу отправлю, ладно? – голос Матвея в трубке звучит глухо и устало.
– Не успеваешь?
– Поздно выехал. Еще и в пробку на выезде встряли намертво. Приеду к банкету, может, чуток опоздаю.
– Хорошо, – соглашаюсь и застегиваю сережку на правом ухе. Мамин подарок. Да, на мне сейчас все – мамин подарок. От серег до кружевных трусов под этим платьем. Все это мы с ней купили на нашем последнем шоппинге.
– Хорошо? Лер, это точно ты? А как же тридцать три предъявы?
– Я знаю, что ты устал и торопишься, поэтому я не лезу к тебе. И я благодарна, что ты не стал втягивать маму.
– Пока не стал. Мы договорились, что на юбилее я не буду устраивать скандал, но после…
– Тише, не порти мне настроение. Давай приезжай, я соскучилась, – говорю ему и ощущаю смущение.
Да сколько можно? Почему меня до сих пор оно не отпускает. Я ему и не такое говорила по телефону за эти пять дней, а тут какое-то «скучаю» в краску меня вогнало.
Смотрю на себя в зеркало и вижу, как щеки порозовели.
– Мчу на всех парах. Взять у Миши наручники?
– Бери. Ими я тебя прямо к кровати и прикую.
– Договорились. – Слышу усмешку и тут же: – Я тоже соскучился, через два часа увидимся.
– Пока.
Сбрасываю, и снова переживания чувствовать начинаю. Но по другому поводу. Сегодня вечером Матвея ждет такое…
А если он на меня обидится? Если разозлится и психанет? А если он вообще уедет?
Может, зря мы все это затеяли? Зря лжем ему? Может, я зря лгу?
Миша приехал на двадцать минут раньше запланированного времени. Так и было задумано.
Дорога до дома Молотова-старшего прошла в тишине. В машине играет какая-то музыка, но я не слышу, о чем поют в песнях.
Я думаю…
Постоянно думаю, рассуждаю, строю логические цепочки и разбиваю их вдребезги о собственные эмоции. Мои чувства к Матвею не описать логикой или алгоритмом. Это что-то неожиданное, случайное, необъяснимое. Что-то, что никак не вписывается в реальность. Вероятность была мала, но так вышло.
Машина остановилась у дома Молота-старшего. Миша открыл дверь, и вот я на улице.
Сегодня здесь все иначе. Не так, как в прошлый раз, когда я была тут с Матвеем. Освещение приглушенное, машин нет.
С первого взгляда кажется, что дом давно погружен в сон, но это обманка.
Прохожу по тропинке, чуть цокая каблуками по чистой брусчатке, и в дом. Быстро по коридору и в банкетный зал. А тут…
Один стол посреди этой огромной комнаты. Светло, но не сильно, негромкая музыка и пахнет цветами. На моей кухне пахнет так же. Цветами, которыми Матвей меня задарил, буквально.
Медленно иду к столу, за которым сидит Михаил и моя мама. Вот же она вырядилась. Впервые вижу ее такой… такой… хищной.
Белый брючный костюм, волосы собраны в тугой, безупречно гладкий пучок, неброский макияж с нежно-розовой помадой. Ну чисто невинность во плоти, честное слово.
А я ее противоположность сегодня.
На мне надето черное платье на тонких бретелях. Оно плотно прилегает к телу, подчеркивая изгибы фигуры. Скромное декольте и копна распущенных волос.
– Добрый вечер, – здороваюсь я с родителями и присаживаюсь на стул.
– Здравствуй, Лерочка. Ты как раз вовремя. Матвей вот-вот должен приехать.
– Хорошо, – соглашаюсь и опускаю глаза. Я нервничаю.
– Лер, – зовет меня мама, и я встречаюсь с ней взглядом. Думала, она сейчас что-то скажет, но она молча мне подмигнула.
Надо же, просто подмигнула.
Наступила короткая пауза, но Михаил вдруг взял разговор в свои руки и начал рассказывать нам истории. Смешные, из детства Матвея, и мама быстро подхватила его настрой.
Сижу, смотрю на них и не понимаю, когда они так хорошо спеться успели. Смеются, болтают, будто меня и нет. Будто у них свидание. Господи, только бы они не спелись окончательно…
Полчаса спустя Миша сообщил, что приехал Матвей, и я встрепенулась. Нет, мне все еще хочется убежать и спрятаться в своей квартире, но я не бегу. Я ждала сегодняшний вечер. Боялась, но ждала.
Я хочу, чтобы между нами с Матвеем больше не осталось никаких тайн и секретов. Если мы решим с ним попробовать, я хочу, чтобы все было честно, искренне. Чтобы никакой лжи больше.
Поворачиваю голову и вижу, как в зал заходит Матвей.
Его походка уверенная, сильная, немного грозная. До момента, пока он не видит всех присутствующих. Точнее отсутствие гостей и нас троих за единственным столом в этой комнате.
Молотов-младший переводит взгляд с отца на мою мать, потом впивается глазами в меня. Когда он подошел к столу, он уже был немного удивленным и серьезным.
– Где все? – первое, что сказал Матвей.
– Добрый вечер, сынок, – Михаил говорит громко. – Не хочешь поздравить отца?
Матвей уставился на отца так пристально, внимательно, словно пытается прожечь в нем дыру. Медленно снимает пиджак и садится рядом со мной.
Думаю, по моему лицу, по глазам, что так и норовят сползти вниз и не смотреть на него, он понял, что его ждет что-то неожиданное.
– Всем добрый вечер. Где гости? – говорит медленно каждое слово.
– Их не будет. Я решил отметить свой юбилей в кругу близких. – Улыбается Михаил.
– Дядя Аркадий? – уточняет Матвей.
– Его больше нет с нами…
– С нами в этом мире?
– Матвей, – возвышает голос его отец. – В нашей жизни, сынок.
– Наталья?
– Кто это? – спрашивает Молотов-старший, нахмурив брови. А он хорош в этой роли. Лицо человека, который искренне не понимает, о ком речь.
– Нонна? – продолжает перечислять Матвей, нервно постукивая пальцем по скатерти.
– Впервые слышу…
– Ну все, я понял концепцию. Что происходит, пап?
– И я, наконец, понял, сынок. Ты мне столько твердил про Аркашу, чтоб он… – Михаил делает паузу и будто проглатывает то оскорбление, которым хотел обозвать Аркадия. – В общем, я все понял.
– Ты каким боком? – обращается ко мне, но не смотрит. Хватает бокал вина и делает пару глотков. Больших глотков.
– Лера подтвердила мои подозрения. Она умница, – отвечает за меня Молотов старший.
– Когда?
– По зиме еще…
И только Михаил это сказал, как Матвей вдруг подскакивает пружиной. С места встал, круг вокруг себя прокрутил и на меня.
– Я знал! Я знал, что ты… – сжимает губы, пытаясь удержать ярость. – Ты знала, кто я такой, когда …
Тычет в меня указательным пальцем, но вместо угрозы получается какая-то детская обида, улыбается, и я улыбаюсь ему в ответ.
– Когда что? Ну-ка, расскажи папе, как мы с тобой познакомились? – на миг чувствую свое превосходство. Он улыбается, я улыбаюсь. Смотрим друг на друга, не замечая родителей за этим столом. Игра в самом разгаре.
Матвей вдруг начинает чуть истерично смеяться и снова к столу подходит.
– Познакомились? Это не знакомство, это был гребаный спектакль. Ты там из себя такую святую невинность строила…
– Ты приковал меня наручниками к бетонной колонне! – выкрикиваю в ответ.
– Матвей! – вклинивается в разговор Михаил. Голос жесткий, отцовский. – Ты что сделал?
– Не встревай, – грубит отцу, даже не повернувшись к нему. – Я с тобой отдельно поговорю, старый интриган. Вот же вы… А на банкете? «Лерочка, приятно познакомиться, проходите к столу…» Да вы оба лживые…
Матвей горит изнутри. Сейчас идет его монолог, сложный, эмоциональный, в котором он то и дело забывает слова.
– Успокойся, – спокойно просит его Михаил.
– Как успокоиться? Вы полгода как знакомы, а меня за дурака держали? Ты все знала, когда в моих счетах рылась…
– Нет, не все. Я только мельком взглянула…
– Врете! Вы все врете! А-а-а… – он издает странный звук, похожий на рычание загнанного зверя.
Матвей делает еще несколько шагов вперед-назад и садится за стол. Хватает бутылку вина и небрежно наливает в свой бокал. Залпом выпивает, откидывается на спинку стула, и наступает гробовая тишина.
И тут начинает говорить глава семейства:
– Сынок, неужели ты думал, что я совсем забросил свой бизнес? Я начал строить эту империю еще до твоего рождения и буду контролировать ее до самой смерти. Да, я отошел от дел, но я всегда начеку. И когда я почуял неладное, мне захотелось проверить. Нашел Леру через знакомого, Лисицын, ты его знаешь. Я не был уверен, что найду что-то, но Лера нашла…
– Аркадий вернул деньги?
– За это не переживай. Я сам разберусь. Ты просто признай, что старик переиграл салагу. Чисто, красиво.
Михаил выражается жестко, но Матвея не обижают его слова. Наоборот. Его лицо стало спокойным, расслабленным и улыбка уже не такая дурная.
– С днем рождения, пап… – тихо говорит Матвей.
– Спасибо. Может, тогда поужинаем?
– Давайте поужинаем, – соглашается Матвей настороженно и наконец на меня смотрит.
Смотрит долго, изучающе, а потом в его глазах вспыхивает та самая хитрая искра. И у меня вдруг складывается ощущение, будто после этого ужина мне явно не поздоровится. Не могу дождаться…
* * *
Уже через час ужин был в самом разгаре, и мы ели невероятный десерт. Торт из свежих ягод и вкуснейшего крема.
– Уедем отсюда? – Губы Матвея едва касаются мочки моего уха.
– Я не хочу оставлять маму наедине с твоим отцом. Она что-нибудь вычудит. Обязательно.
– Не бойся. Мой отец не дурак, и, кажется, ему твоя мама понравилась.
– Это кошмар! – шиплю я, украдкой косясь на другой конец стола.
– Почему?
– Она преступница, – говорю то, что Матвей и так знает.
– Поверь, у отца столько денег, что он купит ей все, что она захочет. Ей не придется их воровать.
– Не знаю… – качаю головой, но спорить нет сил.
– Поехали. Тебя ждут наручники, – говорит еле слышно. И от этой фразы, от одной мысли, что он планирует со мной сделать, стул подо мной буквально вспыхивает огнем. Кожа горит, низ живота туго скручивает узлом желания.
– Поехали…
Эпилог
Эпилог
Полгода спустя…
– Зачем мы приехали на этот праздник? Могли бы дома побыть, ты завтра улетаешь уже.
– Ты со мной летишь, – заявляет уверенно.
– Я не могу, у меня сессия на носу.
– Врешь, сладкая. Я знаю, что ты все сдала автоматом. Видел твою зачетку дома, когда искал зарядник.
– Я не хочу отмечать Новый год без снега. Там только песок и верблюды, – начинаю немного подвывать и гнусавить.
– Будет тебе снег.
– В пустыне? Ты прикалываешься?
– Если мы не приедем, отец меня убьет. И поверь, я говорю абсолютно серьезно.
– Я не хочу к ним. Там мама…
– Да отстань ты уже от родителей. Тебе какая разница, что там у них. Ну нашли они друг друга, пусть развлекаются.
– Я не могу понять, как такое произошло? Моя мама и твой отец. Это же кошмар.
– Нормально все. Им весело. Ты видела, какие у них лица довольные постоянно? Отец раньше ненавидел путешествия, а сейчас что? Он живет у моря, у него молодая подружка. Он счастлив.
– Ладно, уговорил, – соглашаюсь без особого энтузиазма.
– А что насчет свадьбы?
– Пошли в ЗАГС распишемся. Штамп и шаурма на вокзале, – говорю это, так как знаю, что Матвей разозлится. Задрал уже меня со своей свадьбой.
– Сама иди в ЗАГС и расписывайся. Я хочу нормальную свадьбу. Такую, знаешь, чтобы с дракой, с разборками, с салютом, – перечисляет, а у самого глаза горят нездоровым азартом.
– А можно без драк?
– Какая это ж свадьба, если без драки. Нравится картина? – спросил неожиданно, когда мы дошли до гостиной.
Я понятия не имею, к кому именно на день рождения мы приехали. А мне и неважно, главное, чтобы Матвей рядом был.
– Очень красивая…
– Я хотел ее купить, но опоздал. Ее перехватили.
– Жаль.
– Ага. Сможешь взломать сигнализацию в этом доме? Видела там в прихожей?
– Ты больной?
– Хозяева улетают завтра, – игнорирует мои слова. – В доме никого не будет. Тебе только сигналку хакнуть, остальное мои парни сделают.
– Ты с мамой моей переобщался, что ли? Не буду я ничего взламывать. Угомонись, Молот.
– Да ладно тебе. Разок всего лишь. Сделай мне подарок на свадьбу.
– Я сейчас папе позвоню, – говорю серьезно, глядя ему прямо в зрачки.
– Не надо… – протянул и в улыбке расплылся.
– Надо-надо. Пусть тебе мозги на место поставит.
– Это бесполезно. Ты скрутила мне все мозги и забрала сердце.
– Фу, как слащаво, – фыркаю я, толкая его в плечо, хотя внутри все плавится от этих слов.
– Пошли-ка. – Матвей хватает меня за запястье своей горячей ладонью и решительно тянет к выходу из шумной гостиной.
– Куда? – спрашиваю я, едва успевая за его быстрым шагом.
– Сейчас я тебе устрою «слащавого Молота». Начинай бояться, сладкая.
– Уже боюсь, сладкий…
Конец
