Текст книги "Моя жизнь как зомби из трущоб (ЛП)"

Автор книги: Роулэнд Диана

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

– Я их продаю, – ответил он, буквально выплюнув эти слова.

Я видела, что моя неготовность тут же прогнуться под его требования начинает его знатно вымораживать.

– И ты забираешь их из других похоронных бюро тоже?

Он неопределенно передернул плечом. Надо отдать ему должное, он изо всех сил старался держать себя в руках.

– Я забираю столько, сколько могу. Послушай, у нас тут налажена четкая и эффективная система. И мне на хрен не нужно, чтобы приперлась ты и всё мне испортила.

Я скрестила руки на груди:

– То есть ты хочешь сказать, что ты единственный зомби, который устроился работать в похоронку?

– Я единственный, кто в состоянии позаботиться обо всех остальных, – отрезал он, – и если ты думаешь, что придешь сюда и отожмешь мой бизнес, то ты крупно ошибаешься, дура.

– Так, давай сразу проясним одну вещь, говнюк. У меня нет ни малейшего желания лезть в твой блядский бизнес, усек? Но и вытирать об себя ноги я тебе тоже не позволю.

Я поймала себя на том, что ухмыляюсь. В подобных переделках мне уже доводилось бывать, пусть речь раньше шла и не о человеческих мозгах. Похоже, моё ни хрена не радужное криминальное прошлое всё-таки сослужит мне хорошую службу.

– Смотри, как я это вижу: ты хочешь, чтобы я сливала тебе все мозги от тех тел, которые обычно не попадают в твое похоронное бюро. Потому что прямо сейчас до тебя доходит дай бог если пятая часть от всех жмуриков, которые проходят через этот морг, я права?

Его недовольная мина подсказала мне, что я попала в самую точку.

– Но ты явно не страдаешь от дефицита товара. В смысле, вы же забираете кучу покойников напрямую, в обход этого места. Из домов престарелых, больниц, хосписов…

Я заметила, как у него дернулся желвак на челюсти.

– Ты понятия не имеешь, как здесь всё устроено.

Я пожала плечами:

– Да, может и так. Но я с такими типами, как ты, уже сталкивалась. И знаю, что ты не единственный зомби в этом бизнесе.

На самом деле я ни хрена не знала наверняка – оставался шанс, что Зик вообще единственный, кроме нас. Но чем больше я об этом думала, тем логичнее казалось, что зомбаки сами собой будут тянуться к работе, где можно раздобыть мозги с минимальным геморроем.

– И я думаю, что прямо сейчас ты просто ведешь себя как говнюк. Пытаешься нажать на меня, чтобы я сливала всё тебе, а всех остальных оставила за бортом, включая себя саму. – Я развела руками. – Я что, блядь, реально выгляжу такой дурой?

Губа Кэнга презрительно дернулась:

– Да ты еще пять минут назад даже не знала, что ты зомби.

– Ну и хули с того? Я была не в курсе, но я не конченая дебилка. С какого хера я должна отдавать это дерьмо тебе, чтобы потом у тебя же его и перекупать? – Я облокотилась на стойку. – Дорогой мой, ты связался не с той цыпочкой. Я слишком долго тёрлась среди дилеров, чтобы повестись на такой блядский развод.

К моему шоку, он внезапно заржал.

– Дилеры? Ну, это интересная аналогия. – Он покачал головой, но холодная ухмылка так и осталась на его лице. – Ладно, признаю, я тебя недооценил. Так ты серьезно не хочешь долю в бизнесе?

Я замялась. Я и так неслабо рисковала, подворовывая мозги для личного пользования. Если меня еще и поймают на продаже этого добра… Это казалось каким-то стрёмным, хотя чисто логически это было не более зашкварно, чем когда ресторан берет деньги за еду.

– Да. Мне это на хрен не сдалось.

– Но ты всё равно урезаешь мои поставки, – заметил он.

– Ладно, как насчет такого: я не трогаю мозги в тех мешках, которые едут в похоронку Скотта. Так что для тебя ничего не изменится. А если я попаду в блудняк или типа того, ты мне помогаешь, и наоборот.

– А всё остальное ты будешь оставлять себе? – он удивленно вскинул бровь.

– Именно так, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально борзо. – Через наш морг проходит не так уж много тел. Вы в своих похоронных бюро получаете целый хренов вагон жмуриков.

Он поморщился:

– Ну да, только большинство из них – старики. И на вкус они тоже как залежалое старье.

Я подавила желание выдать какую-нибудь колкость вроде «завали ебало и жри что дают». Было ясно, что он не в восторге, но, похоже, он сообразил, что лучшей сделки ему не видать.

– Так что, ты расскажешь мне про зомби и как вся эта херня у вас устроена? – спросила я вместо этого.

Он начал толкать каталку к выходу.

– Ты зомби, – отрезал он сухим, резким тоном. – Ты жрешь мозги. Какого хуя тебе еще нужно знать?

Я на долю секунды опешила от такой наглости, а затем рванула вперед, чтобы перекрыть ему дорогу к двери.

– Ты серьезно, блядь?! – это слово буквально вылетело из меня, когда я уперлась руками в противоположный край каталки и заставила его остановиться. – Можешь ты, сука, выключить режим говнюка хоть на пару секунд? Я уже сказала, что не собираюсь переходить тебе дорогу. Не заставляй меня пожалеть об этом!

Он злобно зыркнул на меня.

– Ладно, – выдавил он наконец. – Только быстро. Мне пора возвращаться.

Я прикусила язык, чтобы не съязвить в ответ.

– Ты сказал, что распределяешь мозги. Это ведь значит, что ты знаешь, кто остальные зомбаки в округе, верно?

– Только нескольких, – пожал он плечами. – И поверь мне, никто из моих знакомых не стал бы тебя обращать. Они слишком скрытные, до усрачки боятся, что их раскроют. Большинство зомби на хрен не хотят, чтобы о них кто-то знал. – Его рот скривился. – Да чёрт, большинство из них ленивые до безобразия. Ты тратишь меньше мозгов, если целый день пердишь в диван и пялишься в телек.

Я моргнула. С такой стороны я об этом как-то не думала. В моей голове тут же всплыла картина: жирный зомби-маргинал сидит на диване, смотрит футбол и точит мозги вместо попкорна. Мне пришлось приложить усилия, чтобы тупо не заржать.

– А те, кого я снабжаю и кто при этом не ленивые уебки, – продолжил он, – это либо люди, которые вкалывают исключительно ради того, чтобы заработать бабла на очередную порцию мозгов, либо те, кто не хочет марать руки и может позволить себе оплатить доставку.

– Я так понимаю, животные мозги не катят? – спросила я.

Кэнг издал сухой смешок:

– Если бы это было так, зомбаков вокруг было бы в разы больше. Но нет, только человеческие мозги дают то, что нам нужно. И, если тебе вдруг интересно, мозги других зомби тоже ни хрена не работают. – Он пожал плечами. – Вот почему плохо, когда слишком много наших собирается в одном месте. Мозги на дороге не валяются, а лишнее внимание никому из нас на хрен не нужно.

У меня по спине пробежал холодок, пока я переваривала его слова, но он резко дернул каталку, вырывая меня из размышлений.

– Можем мы, блядь, отложить эту викторину «сто вопросов ко одному» на другой раз? – бросил он с наглой ухмылочкой. – Мне надо возвращаться к работе.

Хоть я и понимала, что у меня к нему еще миллион вопросов, в тот момент я просто не смогла облечь их в слова. Я отпустила каталку и отошла в сторону. В следующее мгновение он уже выскочил за дверь, оставив мои мысли крутиться в хаотичном, взвинченном цикле.

Глава 15

Хоть меня и выбесил Кэнг со своей заносчивой манерой «хер тебе, а не информация», вся эта заварушка помогла мне уяснить несколько запредельно важных фактов.

Я – зомби.

Я не сошла с ума. Ну, по крайней мере, не сильнее, чем обычно. Вокруг полно других зомбаков. И кто-то обратил меня в эту херню намеренно.

«А это значит, что Кэнг мне на хрен не сдался», – самодовольно подумала я, заканчивая уборку в морге и подготавливая всё необходимое для следующей смены. Я вполне могу найти другого зомби, который расскажет мне, какого хуя здесь творится. Напыщенный мудила. Пошел он в жопу со своей помощью.

Но тут же всплыл главный гребаный вопрос: а как мне, собственно, понять, что передо мной зомби? Я понятия не имела, что Кэнг из наших, пока он сам не раскололся. Про Зика я догадалась, но там, блядь, трудно было не догадаться. Иными словами, единственный рабочий способ вычислить нашего брата – это если у него закончатся мозги и от него начнет разить тухлятиной.

Зашибись, то есть мне теперь нужно ходить и натурально обнюхивать людей в поисках тех, от кого несет гнилью и смертью? Ну да, это ведь вообще ни разу не покажется странным.

Должны быть и другие способы разузнать побольше о том, с чем я столкнулась, раз уж я теперь точно знаю свою видовую принадлежность. Чёрт, про зомби ведь сняты тонны фильмов. Может, во всей этой киношной херне есть хоть крупица правды.

Как только я освободилась в морге, я тут же набрала Рэнди.

– Эй, ты занят? – спросила я, когда он снял трубку.

– Да не особо. Надо будет попозже перебрать топливную систему, а так – ни хера дел. А что?

– Да вот думала, может, устроим киномарафон? С меня фильмы.

– Ого, ништяк, детка. Звучит как отличный план. Прихвати еще пивасика, у меня тут почти шаром покати.

– Без проблем, – ответила я, стараясь, чтобы в моем голосе не проскочило недовольство.

Посмотрите на меня, включила еврейку, потому что мне жалко бабла на пиво, которое я сама даже пить не буду. С отцом всё было иначе – там это был чистый вопрос выживания. Но дома DVD-плеер сдох уже сто лет назад, а тратить деньги на новый мне не улыбалось, учитывая, что у Рэнди была самая топовая техника. К тому же у него был огромный экран.

– Буду у тебя где-то через полчаса.

– Клайв тоже здесь, – добавил он. – Ну, просто чтобы ты знала.

– А. Ну да, конечно. Хорошо.

Я поймала себя на том, что замялась. Клайв был моим постоянным поставщиком колес. Ну, точнее, бывшим поставщиком. Они с Рэнди были сто лет знакомы, и мы уже зависали втроем у Рэнди дома, но я бы ни в жизнь не назвала Клайва своим другом. Не то чтобы он мне не нравился. Просто… ну это же, блядь, Клайв. Я покупала у него наркоту. Стал бы кто-то корешиться со своим барыгой?

Я направилась в прокат видеокассет и дисков и набрала около полудесятка. Было понятно, что за одну ночь мы всё это говно не осилим, но мне хотелось, чтобы был выбор. Быстрый набег на «Спид-И Март» неподалеку от дома Рэнди ради пива и истекающей жиром жареной курицы и я была полностью готова к выходу.

Когда я зашла в трейлер, Клайв сидел на диване, закинув ноги на журнальный столик, и держал на коленях винтовку. Ростом он был едва ли выше меня, но весил, сука, центнера под два – и ни капли жира. Этот чувак торчал в качалке по несколько часов в день, и любому зрячему было предельно ясно, что к стероидам Клайв относится так же серьезно, как и к своим тренировкам.

Он обернулся через плечо и коротко кивнул:

– Йо, Энджел. Чё каво?

– Привет, Клайв. Как сам? – отозвалась я.

Я сгрузила диски на стол, а затем раздвинула в стороны какие-то детали от движка, чтобы освободить место под пиво.

– Че за пушка?

– Охотничий сезон на оленей открывается в эти выходные. – Это заявление он сопроводил таким презрительным взглядом, словно я была недочеловеком из-за того, что не знала таких прописных истин. – Вот, заканчиваю чистить свою детку, – добавил он, нежно погладив ствол.

В ответ я выдала своё фирменное закатывание глаз:

– Ой, да похеру вообще.

– Слышь, тут одно зомби-кино, – подал голос Рэнди, с недоумением разглядывая стопку дисков. – Это с какого перепугу?

Я пожала плечами и протянула ему банку пива:

– Да подумала, прикольно будет, прикинь?

– Зомбаки – это тема, – подал голос с дивана Клайв.

Я уставилась на него, ожидая продолжения мысли, но, похоже, на этом глубокие познания Клайва в данном вопросе заканчивались.

Рэнди хмыкнул, а затем перевел взгляд на меня:

– Ты че со лбом сделала?

Я потянулась рукой и нащупала пластырь:

– А, это. На днях в аварии побывала, на служебном фургоне коронера. Просто рассечение, даже зашивать не пришлось. Фигня.

Он нахмурился, но тут Клайв резко развернулся ко мне:

– Так это ты была? – спросил он. – Я слышал, что кто-то расхуярил в хлам фургон коронерской службы.

Я всплеснула руками:

– Господи Иисусе, в этом городе остался хоть кто-то, кто об этом ещё не слышал?

Клайв дернул плечом:

– Ну, я об этом в качалке узнал от Эмили – секретарши. Ей рассказала её сестра Эдит, которая мутит с Кейтом, а тот как раз рулил эвакуатором, который забирал этот хлам. Так что да, походу, в курсе уже вообще все. – Тут он ухмыльнулся и кивнул на Рэнди: – Кроме вот этого кадра. Ему надо чаще из конуры вылезать.

– Погоди, – перебил Рэнди. – Насколько всё было хреново? Ты почему мне не позвонила?

Я качнула головой:

– Да нормально всё было. Ну то есть, фургон лег на бок, но я была пристегнута. Ничего страшного.

На его второй вопрос я отвечать не стала. Я сама, блядь, понятия не имела, почему ему не звякнула. Мне это даже в голову не пришло. Он же мой парень, так?

– Не хотела тебя пугать, – выдавила я наконец, скопировав свою отмазку для отца. В этот раз она прозвучала так же убого.

– Тебя не уволили?

– Не-а. Авария не по моей вине. Какой-то мудозвон вытащил дерево прямо на шоссе, ну я в него и влетела.

– Хм. Ну и отстой. – Он со щелчком вскрыл пиво, а затем покосился на банку колы в моей руке: – А ты че, не пьешь?

– Не, я на дежурстве. – Пиздёж чистой воды, но отмазка железная.

Он одарил меня уничтожающим взглядом:

– Ну да, блядь, одна банка пива погоду не сделает.

Я едва сдержала тяжелый вздох:

– Слушай, не докапывайся. Авария была всего пару дней назад. Мне лишние проблемы на хрен не нужны.

– Ты прям реально за эту работу держишься, да?

– Ну да, – ответила я, ковыряя ногтем этикетку на коле. – Место хорошее. Пытаюсь всё не просрать, понимаешь?

– Да отстань ты от неё, Рэнди, – вставил Клайв, подмигнув мне. – Девчонка на правильном пути. У неё козырная точка, и она не хочет всё проебать.

То, как он это произнес, показалось мне странным – словно он пытался разделить со мной какую-то внутреннюю шутку. Если и так, я ни хрена не поняла, да и вникать не хотелось, так что я просто пропустила это мимо ушей.

– Ну, лишь бы она в святошу какую-нибудь не превратилась, – проворчал Рэнди.

Видимо, заметив, как у меня перекосилось лицо от обиды, он потянулся и чмокнул меня в лоб.

– Да ладно, Энджел, я стебусь. Я же знаю, что ты у меня на всё готова.

Вот теперь до меня дошло. Ну, по крайней мере, мне так показалось. Он просто до усрачки боялся, что если я завяжу с колесами и бухлом, то начну пилить его, чтобы он тоже завязывал.

– Да всё ровно. Давайте уже кино включайте. – Я протянула ему самый верхний диск, даже не глядя на название. Мне было насрать, лишь бы этот тупой разговор поскорее закончился.

Мне показалось, что он хочет вякнуть что-то еще, но, к моему облегчению, он просто отвернулся и засунул диск в плеер. Я плюхнулась на диван, оставив место для Рэнди посередине, и приготовилась отключиться от внешнего мира и просвещаться на тему зомби.

***

Пять часов спустя я знала до хренища о киношных версиях зомби и ни единой, блядь, детали, которая хоть как-то помогла бы мне в моей собственной ситуации. Во всех фильмах зомбаки были врагами – безмозглыми тварями, которые только и делали, что убивали и жрали плоть и мозги. В стопке оставалось еще два диска, но смотреть эту херню у меня уже не было сил. Слишком депрессивно. «Это не про меня, – твердила я себе. – Я не такая тварь».

По крайней мере, пока я нормально сыта, так ведь?

Клайв и Рэнди всё еще залипали в концовку третьего фильма, какого-то из шедевров Джорджа Ромеро. Ну, мне так показалось, я уже со счета сбилась. Я мазнула взглядом по часам: час ночи.

– Вы как хотите, а с меня хватит. – Я поднялась на ноги.

Рэнди недовольно нахмурился:

– Ты че, на ночь не останешься?

– Не-а, – отрезала я. – Мне рано вставать. – Прозвучало неубедительно, и Рэнди, вздохнув, закатил глаза.

– Да ладно тебе, Энджел, оставайся, – бросил Клайв, не отрывая взгляда от экрана.

Этого качка кино перло просто не по-детски: он громко орал и улюлюкал каждый раз, когда какому-нибудь зомбаку сносили черепушку. Я понимала, что в этом и есть вся суть таких фильмов, люди побеждают зомби-угрозу, но, блин, по какой-то причине меня это начало конкретно так задевать за живое.

– К тому же, – продолжил Клайв, – твоему мужику не помешало бы немного горячего траха, а я ради него свою задницу подставлять не собираюсь.

Ну да, конечно, разбежалась я устраивать Рэнди горячий трах, пока этот придурок Клайв сидит рядом. Около года назад Клайв уже шутил на тему того, чтобы я трахнула его и Рэнди одновременно – из тех шуточек, которые моментально перестали бы быть шутками, намекни я хоть каплей согласия. Но я, блядь, не собиралась. Вообще ни разу.

Я попыталась придумать какой-нибудь злобный и остроумный ответ, но слишком вымоталась, чтобы родить хоть что-то стоящее.

– Мне пора, – бросила я Рэнди, проигнорировав ржач Клайва. – Я наберу тебя позже, ладно?

Он безучастно кивнул и пожал плечами:

– Ага, без бэ.

Я удержала на лице натянутую улыбку. «Без бэ». Ну да, это же мы. Я сгребла диски, которые мы уже посмотрели, и направилась к выходу. Я не стала просить Рэнди проводить меня до машины, а он и не подумал предложить. Я уходила под вопли Клайва, который подбадривал экранных героев, мочивших очередную партию зомбаков.

Глава 16

Когда на следующее утро я пришла на работу, за компьютерным столом в морге сидел Джерри – третий санитар нашей конторы. Он коротко махнул рукой в воздухе, даже не отрывая взгляда от монитора.

– Энджел, – буркнул он вместо приветствия.

– Джерри, – отозвалась я, в точности скопировав его унылый, грубый тон.

Впрочем, моя пародия прошла мимо него: он просто продолжил залипать на то дерьмо, что так сильно приковало его внимание к экрану.

Я засунула свой ланчбокс в самый нижний ящик стола и закатила глаза, заметив, что на компе у него запущен обычный пасьянс «Косынка».

– Чего интересного происходит? – поинтересовалась я.

Он тяжело вздохнул:

– Вчера был просто конченый денек. Доктор Леблан вчера после обеда распотрошил того безголового доставщика пиццы, а еще сердечника и жертву автомобильной аварии, которых Ник привез уже после того, как ты свалила.

Он закрыл пасьянс и вывел на экран страницу со списком тел, расписанных по похоронным бюро.

– Этих двух последних, скорее всего, заберут уже сегодня в течение дня.

Я заглянула через его плечо в монитор:

– А что насчет парня из «Пицца Плаза»? Его кто-нибудь забирает?

– Там какая-то засада с опознанием, так что официальное уведомление родственникам еще не отправлено. А это значит, что пока нет ни одного человека, который имел бы право заниматься организацией похорон. – Он равнодушно передернул плечами. Ему явно было глубоко до пизды.

– И что бывает, если организацией похорон так никто и не займется? – спросила я. – Он так и будет торчать в нашем морге до скончания веков?

Джерри замотал головой из стороны в сторону:

– Это было бы омерзительно. Тела там внутри всё равно гниют, просто медленнее. Как мясо в твоем домашнем холодильнике.

Ну да, логично. Холодильник в морге – это именно холодильник, а не морозилка. В самом начале своей работы в офисе коронера я имела глупость ляпнуть вслух, почему бы нам не превратить его в морозильную камеру. Мне тут же доходчиво объяснили, что проводить вскрытие замороженного куска мяса – задача, мягко говоря, слегка затруднительная. Ах. Ну да. Точно.

– И куда их потом девают? Государство оплачивает погребение или типа того?

Его подбородок дернулся в утвердительном кивке:

– Похоронное бюро Ривервуда занимается захоронением невостребованных тел в нашем округе, и им за каждого выплачивают фиксированную сумму. У них под это дело выделен отдельный участок, правда, без надгробий и всякой такой хрени.

Я нахмурилась:

– Это еще почему? Бедняки, типа, не заслужили нормальной могилы?

В его глазах промелькнула тень насмешки:

– Могила у них самая что ни на есть настоящая. И точные координаты каждого захоронения четко фиксируются в документах. Просто куча народу вообще не стала бы платить за похороны, знай они, что государство может сделать всё это на халяву.

– А-а. Теперь догнала, – кивнула я. – Те, кто хочет иметь возможность навещать могилу родственника, будут платить сами. Но бьюсь об заклад, полно людей, которым на это абсолютно насрать.

– Согласен, и это, пожалуй, даже справедливо. Похороны сейчас стоят конских денег. И нужны они живым, а не жмурикам.

Я просто кивнула в ответ. Мы кремировали мать после того, как она повесилась. Никаких похорон не было. На них всё равно никто бы, блядь, не пришел.

– Вот то же самое произошло и со вторым безголовым чуваком, – добавил Джерри.

Я тупо уставилась на него:

– С каким еще чуваком?

– Родственников так и не нашли, так что Ривервуд забрал его и похоронил за казенный счет как невостребованного.

Я пристроила задницу на край стола. Это был как раз тот самый первый парень, которого грохнули, пока я шаталась по дороге под кайфом, обдолбанная в хлам. Отличный шанс выудить из Джерри хоть какую-то инфу.

– А что там вообще за история была? – как бы между прочим спросила я. – Это ведь случилось прямо перед тем, как я сюда устроилась. Кто он такой?

– Его опознали как Адама Кэмпбелла. Жил в рыбацком лагере на самом отшибе Свит-Байю-Роуд. – Джерри пожал плечами. – Писал статьи для журналов, технические обзоры, всякую такую лабуду. Соседи говорили, мировой был мужик. Пару месяцев назад в тех краях какой-то пацан мелкий потерялся, так Адам разрешил поисковым отрядам устроить базу прямо у него во дворе и в доме. Еще и жратву на них варил ведрами – гамбо, раков, джамбалайю. По-моему, все даже немного расстроились, когда этого мелкого ублюдка в итоге нашли живым и невредимым. – На его лице промелькнула мимолетная ухмылка.

– Раз он был таким мировым мужиком, почему никто из этих людей не подсуетился и не скинулся на нормальные похороны? – нахмурилась я.

Джерри оттолкнулся от стола, поднялся и поморщился, когда его спина издала отчетливый хруст:

– Да потому что люди – говно, и каждый всегда уверен, что эту проблему решит кто-то другой. – Он взглянул на часы. – Пора мне сваливать и уносить отсюда своё грешное тело. Развлекайся тут со жмуриками.

– Всегда пожалуйста, – бросила я, усаживаясь на его теплое место и делая вид, будто продолжаю его партию в «Косынку».

Я дождалась, пока звук мотора его тачки не стих на парковке, после чего схватила ланчбокс и пулей метнулась в холодильник. Жертву автокатастрофы должны были забрать парни из Ривервуда, так что я без капли угрызений совести выгребла мозги из пакета с органами и переложила их в свои банки. А вот сердечника я трогать не стала, потому что его ждали в похоронном бюро Скотта. Кэнг, конечно, был редкостным говнюком, но нарушать наш уговор я не собиралась.

Я залила мозги томатным супом прямо в банке и быстренько превратила всё это месиво в однородную жижу с помощью своего дешманского ручного блендера. Выглядело это дерьмо не то чтобы очень аппетитно, но, по крайней мере, никто с ходу не догадался бы, что внутри плавают человеческие мозги.

Пока я бодяжила этот гребаный шедевр, аппетит снова подал слабый сигнал изнутри. Я понимала, что нужно постараться перебороть эти первые приступы Голода – надо было продержаться как можно дольше, чтобы растянуть припасы по максимуму.

«Только не прямо сейчас», – приказала я себе. На работе мне нужны были максимально острые мозги, верно? Я сделала несколько больших глотков прямо из одной банки, затем завинтила крышку и засунула обе посудины в ланчбокс, обложив их синими гелевыми хладоэлементами. Очень хотелось верить, что эти штуковины не дадут мозгам протухнуть до того, как я доберусь до дома и смогу переложить их в нормальный холодильник. Запасов у меня было кот наплакал, но и мучиться от голода прямо сейчас желания не было никакого.

Когда я убирала ланчбокс обратно в ящик, звякнул дверной звонок. Это был Кэнг. Он одарил меня коротким, сдержанным кивком, пока я сдавала назад, освобождая ему место, чтобы закатить каталку.

– Ты за Блэквеллом? – спросила я.

Он сверился с бумажкой в руке:

– Именно. Он полностью готов?

Я состроила самую свирепую мину, на какую была способна:

– Ага. Полностью готов. Всё на месте. Весь этот фарш в комплекте.

Кэнг медленно кивнул:

– Ценю это.

– Да без проблем, – буркнула я, разворачиваясь в сторону холодильника, чтобы выкатить тело.

Слово «мудила» я добавлять не стала, хотя очень хотелось. Желание переехать ему пальцы ног колесами каталки, когда я вернусь, было просто запредельным, но я сдержалась. Я даже проявила гребаное благородство и помогла ему перекинуть мешок с нашей каталки на его.

Он затянул ремни, фиксирующие мешок, а затем замер и пристально посмотрел на меня:

– Если честно, я не думал, что ты сдержишь наше соглашение. Прости, что плохо о тебе подумал.

Я дернула плечом, принимая извинения:

– Ну да, не надо быть таким недоверчивым.

Его губы слегка дрогнули:

– Когда проживешь на этом свете столько, сколько я, быстро поймешь, что доверие – штука очень хрупкая.

– Ой, да хорош тебе. Ты же меня не сильно старше.

Кэнг тихонько рассмеялся:

– Сильно, уж поверь мне. Очень сильно.

Я скептически нахмурилась:

– Да ладно? И сколько тебе лет?

Он удивленно вскинул бровь:

– Разве это не неприличный вопрос?

– Да брось ты. Давай, колись. Сколько тебе стукнуло?

– Мне было семь лет, когда мои родители погибли во время Корейской войны.

– Оу. Жаль это слышать.

Я лихорадочно попыталась вспомнить те жалкие крупицы истории, которые когда-то проходила в школе, но хоть убей не могла сообразить, когда, блядь, была эта Корейская война. В новостях про Корею до сих пор что-то трепали, так что, может, это было всего лет двадцать назад? Уточнять я не стала, чтобы не выглядеть полной тупицей.

– Ну ладно, эм, короче… за мозги не переживай. Я тебя не кину. Но ты можешь, блядь, ответить мне на пару вопросов?

Он скрестил руки на груди:

– Я сделаю всё, что в моих силах.

– Как часто мне нужно жрать мозги? В смысле, у меня такое ощущение, что я голодная вообще постоянно.

– Если ты много двигаешься и ведешь активный образ жизни, мозги будут требоваться чаще, – пояснил он. – Иными словами, ты никогда в жизни не увидишь зомби на пробежке или в спортзале. В нормальных условиях тебе хватит от трети до половины мозга раз в два дня. Но если продержаться без еды дольше, всё начнет катиться к чертям очень быстро, буквально лавиной. Так что если у тебя физическая работа, как сейчас, заправляться придется чаще. Но, – он красноречиво кивнул в сторону холодильника морга, – у тебя хотя бы есть постоянный доступ к кормушке.

– Только когда эти мозги вообще есть в наличии, – отрезала я.

– Люди мрут постоянно, Энджел. Это единственное, в чем ты можешь быть уверена на все сто.

«Ну да, конечно, только будут ли они дохнуть достаточно часто, чтобы утолить мой аппетит?»

– Ладно, следующий вопрос, – продолжила я. – Это вирус? От него есть какое-то лечение?

Он пожал плечами:

– Понятия не имею. Вирус. Паразит. Хрен его знает. Может, над каким-то лекарством или вакциной сейчас и работают. Но, насколько мне известно, эта херня существует уже много веков.

Я переваривала это пару секунд. Паразит… это типа как глисты, что ли? Блядь, это слишком жутко. И мерзко.

– Ладно, хорошо, а что насчет, ну… отношений?

Он тупо вылупился на меня:

– Чего, прости?

Я раздраженно вздохнула:

– Трахаться-то нам можно?

Морщинки вокруг его глаз весело собрались в кучу:

– Ну, мы едва знакомы, но я, в принципе, только за.

– Блядь! Нет! Бррр! – я почувствовала, как лицо начинает гореть адским пламенем. – Ты прекрасно понял, о чем я!

Я злобно зыркнула на него, пока он вовсю ржал, хотя секунду спустя и сама не удержалась от смешка.

– Ладно, тут я сама напросилась. Я имею в виду: мы, зомби, вообще можем заниматься сексом?

Он ухмыльнулся:

– Можем. Но перед этим обязательно хорошенько поешь. Так оно и идет куда лучше, да и риск того, что от тебя в процессе отвалятся какие-нибудь части, падает до нуля.

Меня передернуло:

– Фу, бля, какая гадость.

– Это напоминает мне один старый анекдот: что зомби сказал проститутке?

Я тупо уставилась на него:

– Ну… и что?

Он подмигнул мне:

– Сдачу оставь себе.

Когда Кэнг свалил, я залезла в интернет на компе и погуглила Корейскую войну. А когда увидела даты, просто охуела и уставилась в монитор. 1950–1953 годы. Ебать-копать. Да Кэнг же древний старик! Он что, всё это время выживал, батрача в похоронных бюро?

«Но блин, выглядит-то он от силы на двадцать с хвостиком», – подумала я с растущим охренением. Потом я вздохнула. Знай я заранее, сколько ему лет, обязательно бы спросила, выглядит ли он так молодо из-за этой зомби-херни. И как долго он уже вообще в таком состоянии. «Не будь дурой, учись хорошо», – пробормотала я себе под нос.

К чертовой матери, работа подкинула кучу поводов отвлечься от мыслей о собственной тупости. Сначала я поехала забирать бомжа, которого нашли дохлым под мостом, а потом – какую-то дамочку, умудрившуюся суициднуться прямо в ванной, смешав отбеливатель с аммиаком. На обратном пути в морг я без зазрения совести завернула на МакАвто, заказала бургер и быстро схавала его, чтобы утолить куда менее бесячий обычный голод. При этом я умудрилась напрочь забыть, что у меня в багажнике фургона лежат два свежих трупа.

К тому времени как я вернулась, всё разложила и вбила данные в комп, моя смена уже подходила к концу. Ник должен был припереться минут через двадцать, а в морге было настолько стерильно, насколько я вообще умела убираться. Весь мусор после обеда я выкинуть не забыла, но по опыту знала: лучше лишний раз проверить, всё ли в фургоне лежит как надо. Ник был заносчивой занозой в заднице, и если бы я случайно выронила хоть одну соломинку картошки фри, он бы мне потом всю плешь проел.

Я засунула магнитную карту в передний карман джинсов и вышла через заднюю дверь. Дверь с лязгом захлопнулась за моей спиной, и в тот же миг меня накрыло до тошноты знакомым запахом. Я резко развернулась – мощный выброс адреналина мгновенно привел меня в полную боевую готовность. Мне хватило секунды, чтобы разглядеть фигуру, затаившуюся в тени стены, словно лев перед прыжком.

Но в этот раз я не была ранена и беспомощна. И уж точно не была голодной.

– Ты сама велела мне прийти сюда, – выдавил Зик, и его голос уже начинал неприятно хрипеть. – Ты обещала подкинуть мне мозгов.

Он выпрямился. Чувак переоделся – теперь на нем была футболка футбольного клуба «Нью-Орлеан Сэйнтс» и измазанные краской джинсы. Выглядели шмотки засаленными и мерзкими, и мне даже думать не хотелось, сколько дней он уже в них тусуется.

Внутри меня вспыхнуло раздражение:

– Да, блядь, но это не значит, что надо пугать меня до усрачки! Ты че, кайф ловишь от этой херни?

– Я жрать хочу, – огрызнулся он, а потом мотнул головой: – Ты понятия не имеешь, каково это.

– Ой, да похеру, – буркнула я, набычившись. – Слышь, ты вообще-то убить меня мог той ночью.